Лёжа на вокзале (продолжение)
Краткое содержание:
Московская поэтическая команда «ШЕРСТЬ», кутаясь в тёплые пледы, с замиранием сердца наблюдает за скитаниями Шальной Еврейки по морозной Вологде…
———————————-
….итак, полежав на заснеженной скамейке под памятником с надписью «Довольство»
и отморозив спину, я добрела до вожделенного вокзала Вологды
Была примерно полночь, до поезда оставалось каких-то жалких 8 часов… В 1.34 я проводила на поезд своего краша и улеглась на трёх сиденьях в зале ожидания, укрылась шалью и уставилась в потолок.
Сон не шёл, видимо - из-за шоколада, от которого я откусывала по 2 клеточки в час,
поэтому я заинтересовалась картинной экспозицией неизвестного художника в зале ожидания. Рука не поднимается убирать это в карусель:
На сегодня - достаточно, завтра я расскажу, как меня арестовали на выходе из туалета.
Продолжение следует….
Шарлотка без белья (продолжение)
Краткое содержание предыдущей серии:
Я пригласила членов моей поэтической команды «ШЕРСТЬ» [подержать член] поддержать одного из членов во время его выступления в Вологде
Никто не смог, и я поехала одна.
Он не любил сюрпризов, и был взбешён.
————————————
…итак, мы ехали с незнакомцем в поезде Смоленск-Мурманск и жевали шарлотку.





Мне предстояло провести в Вологде 20 часов между поездами, но у меня с собой был набор для выживания:
и я смело ступила на Вологодскую землю…














Вокзал
На вокзале было всё что нужно - туалет, медпункт и тепло. Я оставила там рюкзак с провиантом, посудой и тапками
и совершала непродолжительные вылазки (был жуткий мороз)













Зашла в сувенирную лавку













Продолжение следует…
Стиффс Экспресс»: Как викторианский Лондон монетизировал билеты на тот свет
В канун католического Дня всех святых (1 ноября) весь западный мир отмечает Хэллоуин. Поэтому у нас для вас небольшая историческая зарисовка о переезде из мира живых в мир мертвых.
Если вы думаете, что социальное неравенство заканчивается у гробовой доски, то вы просто никогда не были в викторианской Англии. В середине XIX века Лондон столкнулся с деликатной проблемой: город рос как на дрожжах, а старые городские кладбища были переполнены настолько, что начали отравлять сточные воды и буквально угрожать выживанию живых. Решение нашли чисто британское — масштабное, рельсовое и строго сегрегированное.
В 1854 году в 40 километрах от столицы открыли гигантское кладбище Бруквуд, а возить туда клиентов решили на поездах. Но обычные железнодорожные компании встали в позу: они панически боялись, что живые пассажиры начнут обходить стороной паровозы, которые вчера перевозили покойников. Пришлось строить под это дело отдельную, полностью независимую железнодорожную ветку. Местные циники тут же окрестили её «Стиффс Экспресс» («Экспресс для жмуриков») или «Поезд для мертвечинной плоти».
Главный абсурд заключался в том, что британцы умудрились запихнуть свою любимую классовую систему даже в загробный мир. Билеты покупали все. Причем для мертвых они стоили значительно дешевле, но тоже делились на первый, второй и третий классы:
Первый класс гарантировал покойнику отдельное купе, роскошный дубовый гроб и максимальную деликатность грузчиков при транспортировке.
Второй класс обходился попроще, но тоже выглядел достойно.
Третий класс предназначался для бедноты и тех, кого хоронили за счет общины — их везли скопом в общем грузовом отсеке.
Более того, вагоны и даже залы ожидания на вокзале делили не только по кошельку, но и по вероисповеданию. Англикане сидели отдельно, «неверные» (нонконформисты, католики и прочие) — отдельно. Не дай бог правоверный англиканский призрак пересечется в ожидании отправления с душой какого-нибудь методиста. На самом кладбище поезд тоже делал две разные остановки: Северная станция — для диссидентов от религии, Южная — для истинных приверженцев официальной церкви.
С этой дорогой связано немало диких историй. Например, на кладбищенских станциях работали вполне официальные бары. Пока шла подготовка к погребению, скорбящие родственники так активно заливали горе элем и виски, что гробовщики периодически напивались до беспамятства вместе с гостями. А еще этот маршрут облюбовали хитрые лондонские гольфисты: они переодевались в черные траурные костюмы, покупали дешевые билеты на похоронный экспресс и ехали до Бруквуда, рядом с которым располагались отличные поля для гольфа. Профит!
Иногда железная дорога выполняла и «оптовые заказы» государства. Когда в Лондоне прокладывали новые дороги или строили здания, старые склепы в центре города безжалостно вскрывали, а вековые останки тысячами грузили в вагоны и увозили на перезахоронение. В июле 1938 года здесь вообще случился аншлаг — на похороны одного известного индийского деятеля приехало столько скорбящих со всей Британии, что поезда перевезли за сутки 5 тысяч человек, среди которых, к слову, был и молодой Махатма Ганди, учившийся тогда в Лондоне.
Конец этой загробной логистике положила Вторая мировая. В апреле 1941 года во время немецкого авианалета Люфтваффе разбомбили лондонский терминал. После войны восстанавливать «вокзал для мертвых» не стали — к тому времени вовсю развивался автомобильный транспорт, да и кремация стала куда популярнее. Но выражение «билет в один конец» в Лондоне еще долго вызывало у людей вполне конкретные ассоциации с железнодорожной кассой.





















