Серия «Быльё моё»

Вот ходит какая-нибудь страшненькая девочка, и никто её не замечает. А тут пришла она на уроки в лосинах - и всё! Искра-буря-безумие, записки от красивых мальчиков, принятие в элитный клуб одноклассниц, доселе девочку игнорирующих, и куча новых друзей.

Хотя я прекрасно понимала, что лосины мне не светят. По многим причинам, самая категоричная из которых была финансовая, а другая, не менее категоричная, моральная ("потому что приличные люди ТАКОЕ не наденут"). Поэтому даже не завидовала. Просто восхищённо смотрела на проплывающие мимо розовые, фиолетовые, изумрудные девчоночьи ноги и тоскливо вздыхала. Как мой кот сейчас вздыхает, провожая горестным взглядом каждый бутерброд, уничтоженный не им.

А несколько лет назад одна моя подруга, с которой мы вспоминали наши «лихие 90-е», прислала мне на день рождения ИХ.

Блестящие. Бесстыдно облегающие. Бьющие прямо в мозг удивительным оттенком розового, который поднимает давление до критических отметок и заставляет зубы крошиться.

С сопроводительным письмом, где удивлялась, как детская травма в виде отсутствия лосин не сформировала из меня антисоциальную личность, опасную для человечества. И предложением закрыть этот гештальт, дабы моя страдающая личность, не охваченная в своё время лосинами, не пустила бесов под рёбра в моём уже преклонном возрасте.

Бесы из-под рёбер тогда захихикали, а самый упитанный справедливо заметил, что выход в люди в этом гештальте подвергнет и без того издёрганное человечество чудовищным испытаниям, мировой коллапс там и рядом не стоял.

Те лосины так и лежат в шкафу, задвинутые подальше, как розовая кнопка, которую нельзя нажимать.

Ещё я мечтала о стиральной машине.

Стирка, ставшая одной из подростковых обязанностей по дому, несказанно меня раздражала. Если с верхней и нижней одеждой я ещё как-то справлялась, то простынки, покрывала и пододеяльники каждый раз одерживали верх, оставляя изнывающую спину и стёртые до мяса костяшки на пальцах. А ещё бельё следовало кипятить, чтобы у микробов не было ни единого шанса, и гладить с двух сторон.

Утюг, к слову, имелся, даже два, как бы грех жаловаться. Нюанс заключался в том, что один был цельночугунным, другой металлическим с чугунной подошвой, оба грелись на газовой плите и предоставляли свои услуги по очереди (пока один греется, другой ездит взад-вперёд).

Самое главное при всём этом – не забывать о тряпочке, которой следовало держать ручки утюгов. В остальном – одни плюсы. Тренажёрный зал на дому, развитие внимательности и ловкости, приобретённый навык по одному запаху выбирать нужный температурный режим.

Да и в целом, к гладильному процессу я относилась куда более благосклонно, чем к стиральным войнам.

Вообще, стиралка у нас с бабушкой была. Она стояла в ванной, накрытая белой салфеткой и талантливо играла роль тумбочки. Сколько себя помню, свои прямые обязанности она не выполнила ни разу.

Поэтому, когда отгремели мои свадебные фанфары, и мы с мужем подсчитали содержимое всех подаренных конвертов, слегка офигев от богатства, свалившегося на наши головы, у меня не возникло ни единого варианта, кроме покупки вожделенной электрической прачки.

Новоиспечённый супруг, правда, робко предложил потратить свадебный капитал на телевизор. Но эта идея была задушена на корню (с женщиной, голыми руками выкручивающей пододеяльники и тягавшей чугунные утюги, лучше не спорить).

Помню, я ещё долгое время зависала на полу, медитируя на танцующее бельё в иллюминаторе и осознавая, что моя мечта сбылась. И для этого надо было всего-навсего выйти замуж.

А третью свою мечту, которая оставила самые яркие воспоминания, я увидела в торговом центре, куда забрела, гуляя с новорожденной дочкой.

С витрины отдела светильников на меня смотрел магический шар. Если кто не знает, это такая стеклянная сфера, внутри которой движутся молнии. Нереальная красота.

Физика, скажите вы. Волшебство, отвечу я. И хотя физику в школе я учила, но стояла и таращилась на это чудо, пока дочь в коляске не проснулась и настоятельно рекомендовала идти домой ужинать.

Дома я, захлёбываясь от восторга, поведала мужу, с каким удивительным явлением мне довелось столкнуться. Мой супруг – преподаватель физики и математики - пожал плечами и даже попытался объяснить принцип работы шара. Но для меня это было всё равно, что разложить явившегося мне ангела по пробиркам. Поэтому мозг не допустил подобного кощунства и оставил чудо чудом.

Ещё несколько дней на прогулке я делала крюк, чтобы полюбоваться шаром, пока он не исчез с полки. Видимо, купили люди, знающие, что вкладываться надо в чудеса, а не в акции Газпрома.

А вскоре муж уезжал в свою первую командировку в Москву. И, как заботливый глава семейства, поинтересовался, что привезти любезной жёнушке.

- Привези мне цветочек аленький Ты знаешь, что я хочу, - застенчиво сказала я.

Спойлер: никогда так не делайте! Только конкретика, со всеми ссылками и параметрами.

И вот, по возвращении, со словами "надеюсь, тебе понравится", сияющий супруг вручил мне увесистый свёрток. Размерами и формой он напоминал внушительную коробку. Наверное, самый большой купил, мелькнула у меня радостная мысль и мгновенно заставила сердце пуститься в восторженный пляс.

Непослушными от предвкушения руками я снимала слой за слоем обёрточную бумагу, пока не добралась до сокровенного.

Моим глазам явилась книга.

Нет, не так. КНИЖИЩА.

"Золотая Кулинарная Книга", - отрекомендовался этот монстр печатной продукции и бесстыдно подмигнул красным лакированным боком.

- Там 1150 страниц, представляешь?! - воскликнул любящий муж, мозги которого эффектно забрызгали глянцевую обложку. - И куча картинок!

Я аккуратно положила монстра на стол, поняв, что ещё мгновение - и эта воображаемая картина из дешёвого фильма ужасов станет удручающей реальностью (по весу "Золотая книга" вполне совпадала с чугунным утюгом). И ушла рыдать в ванную.

Человек, по чьей милости моя дочь могла стать сиротой, а я - вдовой, мотающей срок по 107 статье часть 1, изводился под дверью, недоумевая, с чего возникла такая реакция у адекватной до этого момента супруги.

Спустя какое-то время, когда рыдания утихли, в семье воцарился холодный мир, а "Золотая Кулинарная Книга" заняла достойное место на помойке на кухне, к нам зашёл в гости дочкин крёстный, наш любимый друг Сашка.

- Ни фига себе, мануал, - уважительно произнёс он, увидев глянцевое чудовище. - Где это вы такой достали?

Я, максимально избегая нецензурных оборотов речи и стараясь не переходить на личности, поведала ему историю возникновения бумажного паразита на теле простой российской семьи.

- Мда... - задумчиво произнёс Сашка.

- Вот и я говорю! - вклинился муж, по-своему расценив его интонацию. - Зачем тебе этот шар, если тут такое сокровище за такие же деньги! Там даже рецепты настоек есть!

Я набрала воздух, но сказать ничего не успела - Сашка ловко перевёл разговор на куда менее взрывоопасную тему.

А через несколько дней он пришёл снова, пробормотал что-то типа "мимо иду, нашёл вот и случайно вспомнил", сунул мне в руки коробку и поспешно ретировался.

Из коробки на меня смотрела моя мечта. Она не знала рецепты настоек и блюд из разных стран мира и картинка у неё была только одна. Но абсолютное счастье затопило меня целиком, искрясь и переливаясь, как молнии, которые били изнутри в хрупкие стеклянные стенки.

На этом можно было бы поставить счастливую точку, но история с шаром имеет продолжение. И если вам будет интересно, я расскажу об этом чуть позже.

А о чём вы мечтали, когда были молодыми? Не в смысле того, что сейчас вы уже старые, а раньше. Ну, вы поняли)

Столько картинок, схем и новой информации! Для меня, с пелёнок обожающей природу во всех её проявлениях, этот учебник стал просто подарком.

На природоведении мы уже выяснили, что растения дышат листьями, а едят корнями, собрали внушительный гербарий и даже прорастили фасоль в блюдечке с марлей. Микроскопом я к солидному десятилетнему возрасту не разжилась. Поэтому главы, где описывались части растений и наблюдение за растительными клетками, я пролистала довольно быстро.

А вот опыт по образованию крахмала в листьях на свету привлёк моё внимание.

В нём предлагалось взять какую-нибудь герань или фиалку и засунуть в тёмный шкаф на пару суток. Потом достать, прикрепить на один из листьев полоску чёрной бумаги с предварительно вырезанной на ней фигуркой или словом и поставить на восемь часов на солнце или под лампочку. По прошествию времени бумагу с листочка снять, сам лист срезать и опустить в горячий спирт.

"Когда спирт станет зелёным, - читала я с замиранием сердца от ощущения, что внезапно стала обладательницей инструкции к чуду, - а листок обесцветится, промойте его и полейте йодом. На листе появятся синие фигуры и буквы".

Объяснение, почему так происходит, мне было уже неинтересно.

Жизнь научила меня принимать мгновенные решения, и план по воплощению чуда сложился в голове за считанные минуты.

Меня лишь слегка огорчало, что бабушка не выращивала герани с фиалками, а из растений у неё были только два больших колючих алоэ. Можно было бы взять один из них.

Но, во-первых, я подумала, что от инструкции отступать не стоит. Алоин листок может не подойти. Не зря он такой мерзкий на вкус.
А во-вторых, запихивать этого растопыренного монстра в шкаф было бы проблематично. Да и пропажу на два дня половины алоевых семейных запасов бабушка бы точно заметила.

Я же не хотела посвящать её в свой личный эксперимент по рождению чуда. Когда всё получится, тогда и покажу, вот она ахнет. Да все ахнут, что уж там.

И вообще, подобные трудности не могут остановить советскую школьницу. "Бороться и искать", как завещал... ну, вы понимаете.

На следующий день я притащила в портфеле со школы горшочек с фиалкой, украденный позаимствованный на время опыта. Горшочек был торжественно водворён на нижнюю полку шкафа и задвинут поглубже, куда точно не проник бы ни коварный луч света, ни гораздо более коварные вездесущие бабушкины руки.

Признаться, я не совсем поняла, какая роль в этом магическом действии отводилась крахмалу. Крахмал - это забавно скрипящая мука, из которой бабушка варила мне клей на уроки труда. Им же мы мазали бумажные полоски, которыми обклеивали рамы к зиме. Если этот клей развести водой и вымочить в нём вязаную салфетку, та, высохнув, становилась твёрдой.

Вроде бы в описании магического эксперимента говорилось, как именно крахмал попадёт в фиалку. Надо было прочитать внимательнее. Но я решила не заморачиваться и разобраться по ходу действия. Тем более, что ещё надо было вырезать на полоске бумаги прекрасные узоры.

Ночью мне снился волшебный цветок с прозрачными листьями, на каждом из которых синим неоновым цветом светился причудливый орнамент, обвивавший слово "КРАХМАЛ".

Два с половиной дня отстаивания фиалки, сначала в недрах шкафа, потом на балконе под лучами солнца, пролетели незаметно. Настал вечер Икс.

Облюбованный мною самый красивый фиалкин листок, украшенный с двух сторон чёрной бумажной полоской с прорезанным замысловатым рисунком, покинул родное гнездо.

Вот она, финишная прямая. Прокипятить "пациента" в горячем спирте и облить йодом. Делов-то...

Священнодействие удобнее всего было проводить на кухне. Я выждала, пока бабушка пойдёт подремать перед ужином и приступила к операции.

Найти йод и спирт в доме врача на пенсии совершенно несложно. Надо всего лишь быть её внучкой. И иметь доступ к буфету с лекарствами. Именно там, заботливо завёрнутый в полотенчико, хранился пузатый бутылёк с заветной жидкостью. На нём, во избежании недоразумений, был приклеен кусочек пластыря с надписью "Drink me" "Медицинский спирт".

- Дольше йод искала, - ворчала я себе под нос, разворачивая полотенчико и прикидывая, куда можно налить спирт, чтобы его подогреть. Кастрюли были слишком большие, кружки - глубокими. Блюдце на огонь не поставишь. Мой взгляд упал на банку с завинчивающейся металлической крышкой. Крышка подходила по всем параметрам.

- Щас нальём воды студёной, сделаем её варёной...- пробормотала я, вспоминая недавно прочитанного "Конька-Горбунка", и мастерски чиркнула спичкой, поджигая плиту. Синие язычки мгновенно обняли конфорку и затрепетали в ожидании.

- Вот, коль хочешь ты жениться и красавцем учиниться, - продолжила я заклинание, налила немного прозрачной жидкости в крышку и разместила многострадальный листок внутри, - то без платья, налегке, искупайся в спиртикЕ!

После этой виртуозной словесной импровизации, от которой Ершов где-то поперхнулся и закашлялся, я торжественно водрузила крышку на решётку над конфоркой. Пальцы слегка обожгло. Но эту маленькую неприятность затмило предвкушение грядущего восторга.

В следующий момент мне показалось, что жидкости в крышке маловато. Спирт не полностью покрывал объект испытаний.

Времени на раздумья не оставалось. Я уже слышала, что бабушка проснулась и кряхтит в спальной.

Я ухватила бутылёк со стола и, прицелившись в середину крышки, направила туда струйку.

Знала ли бабушка, прошедшая войну, спасавшая жизни, познавшая голод, боровшаяся с холерой и разрухой, какие испытания выпадут ей на пенсии? Предполагала ли она, под чьим обликом может скрываться истинный враг? Мечтала ли о настолько разнообразном досуге в преклонном возрасте?

Нет, нет и ещё раз нет.

Жизнь её к подобному не готовила.

А жаль. Тогда на буфет она бы повесила кодовый замок с сигнализацией, занавески на кухне сшила из огнеупорного материала, вместо ведёрка с водой запаслась десятком огнетушителей, а свою дочь заставила бы выучить все виды контрацепции, известные человечеству. И пользоваться самыми надёжными на постоянной основе.

Но, как известно, история не терпит сослагательного наклонения.

Впрочем, основной цели я достигла. Ахнули все.

И только где-то ехидно заржал Конёк-Горбунок.

В 80-е годы прошлого века цыган в моей родной Астрахани было предостаточно. И слухов, что на базаре эти маньяки с золотыми серьгами и золотыми зубами украли очередного непослушного младенца, тоже хватало. Золото, конечно, было снято с покойников. Это и младенцу понятно.

Нельзя не признать бабушкину мудрость. Реальная угроза всегда опаснее мифической. Вы сами чего боитесь больше: клоуна из "Оно" или ценников в магазине? Вот то-то же.

На какое-то время план сработал. Быть украденной цыганами мне не хотелось. И достойный член в моём лице начал проглядывать сквозь сбитые коленки, спутанные волосы и измазанные платьица.

Жизнь стала скучной и однообразной. Я соответствовала положительному образу, и цыгане никак не проявляли свои бесчеловечные выходки. Даже в их логове, на базаре, они старательно обходили нас с бабушкой стороной.

Но страшилки по природе своей коварны. Они терпеливо ждут, пока объект из их юрисдикции забудется, расслабится, а потом нападают в самый беззащитный момент. Представьте: заходите вы в магазин за хлебом, а там пиво - 5000 за 0,5. Это даже кошмаром не назовёшь, слишком приличное слово.

Как-то мы с бабушкой пошли в больницу навестить моего деда.
Офицер - фронтовик с кучей наград, в мирное время занимавший должность директора политехнического училища и уважаемый всем городом и областью, дедушка, выйдя на пенсию, загрустил. И стал очень мнительным касаемо здоровья. Поэтому периодически ложился в больницу "для профилактики".

В мужском отделении больницы четырёхлетнему ребёнку находиться не полагалось. Поэтому бабушка посадила меня на лавочку около входа и строго-настрого... В общем, обычная, всем известная ситуация.

На лавочке внутри больничного корпуса было душно. Я решила выйти и сесть на ту, что снаружи. Потом на ту, что чуть подальше, под деревьями.
Солнце рисовало на асфальте кружевные тени. Воробьи лениво прыгали, высматривая крошки. Было тихо, жарко и сонно.

Вот тут-то меня и окружили.

Цыгане появились из-за кустов абсолютно неожиданно. Пространство вокруг меня наполнилось непонятным говором, разноцветными юбками и платками, смуглыми лицами, звяканьем золотых серёжек и браслетов.
Я, до этого момента видевшая врага только издали, была несколько оглушена и дезориентирована всем этим нахлынувшим пёстрым великолепием. Однако, солидный жизненный опыт помог мне выбрать верную стратегию.

Крошка Енот тоже боялся того, кто сидит в пруду, подумала я. Корчил ему рожи и даже хотел стукнуть палкой. А потом они подружились. Тем более, что бить палкой живых существ плохо. Даже если они страшные. А цыгане страшными не были. Они были... красивыми.

Сначала я рассказала цыганам, кто я и почему тут сижу. Потом поведала про то, что я люблю и что не люблю. Потом прочитала наизусть несколько стишков, чем заработала восхищённые возгласы, аплодисменты и целую горсть шоколадных конфет. В другую руку мне сунули влажный газетный кулёк полный клубники.

Солидный жизненный опыт попытался возмутиться и сказать, что у незнакомых людей ничего брать нельзя. А также напомнить, что меня угораздило родиться ребёнком - аллергиком.

Мой организм действительно периодически решал отправиться в путешествие на тот свет, давая реакцию в виде стеноза гортани (удушья, проще говоря) практически на все продукты. Бабушка со мной намучилась. И чтобы в очередной раз не спасать внучку от аллергического приступа, установила жёсткую диету. За исключением нескольких пунктов, список запрещённых для меня веществ был абсолютно идентичен меню нормального ребёнка.

И клубника с шоколадом в этом списке запрещёнки держали уверенное лидерство. Слегка превосходили их лишь цитрусовые.

Но разумные доводы солидного жизненного опыта были заглушены на корню. Прожевав очередную клубничину, я решила спеть.

Цыгане поддержали меня слаженным хором, незаметно переключившись с моего "Ой, цветёт калина" на своё, мне незнакомое.

Я сидела на лавочке, болтала ногами и слушала цыганскую песню. В рту было сладко и вкусно, на душе спокойно и радостно.

Наверное, бабушка пугала меня цыганами, потому что не знала, какие они добрые и хорошие, думала я.

- Будь счастлива, чаюри, - сказали мне эти чудесные люди, прощаясь. Я попыталась возразить, что меня зовут не так, но они засмеялись, погладили меня по голове, и ушли.

Я проводила их глазами, сунула в рот очередную конфету и обнаружила рядом с собой на лавочке здоровенный апельсин.

За попытками разгрызть этот благоухающий мячик меня и обнаружила запыхавшаяся бабушка.

- Тебе... кто это... дал??!! - только и смогла выговорить она трясущимися губами, увидев драгоценную внучку, всю перемазанную клубничным соком и с коричневыми разводами вокруг рта.

Мне стало стыдно и очень её жалко.

- Бабуленька, меня не украли цыгане, - попыталась я объяснить своё греховное падение. - Они очень красивые и хорошие. Мы пели и танцевали, они мне дали клубнику, и конфеты, и...

Договорить мне не дали. Бабушка сгребла меня в охапку и рванула домой. Там всегда был наготове полный арсенал лекарств, не позволяющий мне отправиться к праотцам досрочно.

Не помню, всадили в меня ударную профилактическую дозу или просто держали под жёстким наблюдением. Возможно, и то, и другое, вместе взятое. Но приступа так и не случилось.

Очень скоро мои детские аллергические припадки сошли на нет, и каталог продуктовых табу утратил свою актуальность. Правда, через какое-то время на караул заступил взрослый поллиноз, но с этим товарищем я научилась справляться.

А моя индивидуальная страшилка прекратила существование в тот же день, в больничном дворе. Сметённая разноцветными подолами, растворившаяся в песнях и улыбках, погребённая под клубникой, конфетами и апельсином.

Заветами крошки Енота я пользуюсь по сей день. Со страхами достаточно подружиться, чтобы они перестали корчить тебе рожи.

Хотя хорошая палка иногда намного эффективнее.

А вот мой младший брат Васька, будучи трёхлетним карапузом, лягушек недолюбливал. Искренне веривший взрослым, внушившим, что именно от этих тварей заводятся бородавки, он обходил каждую за тридевять земель.

И вдруг...
Согласитесь, в каждой сказке есть это волшебное "вдруг"?
И вдруг, когда мы были на даче, нагрянул день Икс.

Сначала Васька, оставленный под моим присмотром, исчез. Надорвав горло, обегав кругами грядки с деревьями и разворошив клумбу, я обнаружила его за дальними кустами смородины. Любимый брат сидел на корточках и маленькой ладошкой аккуратно гладил по голове жабу величиной с котёнка. На его худосочном фоне этот упитанный бородавчатый мутант смотрелся более чем устрашающе.

- Класивая! Холооосая! - являя собой живую иллюстрацию к истории про похождения Ивана - ярого любителя земноводных, приговаривал Василий.

- Урррр-рррруууу... - мурлыкала, соглашаясь новоиспечённая царевна, прикрывая мерцающие глаза.

Вывод. Даже если ты жаба, держи себя в форме. Потому что неизвестно, при каких обстоятельствах и под какими кустами тебя настигнет волшебная стрела любви.

На моё счастье, этот чёрный (вернее, кошмарно-бесцветный) день ещё не наступил. А вот очередная дедлайновская ночь - вполне так себе внаглую.
В такие периоды жизни, когда перед художником встаёт задача со сверхзвуковой скоростью создать нечто прекрасное из ледышек с буквами "н", "о", "в", "г", "о", - не до ритуальных танцев вокруг турки.

Так, две последних ложки со дна шелестящей пачки (как там это было: "Мы отбираем только самые лучшие зёрна, а остальное посылаем вам"), две - сахара, кипяточку туда, молочка ещё, чтоб вред нейтрализовать и похолоднее сделать... Живём!

Разбуженная кухонной вознёй дочь, выползает на кухню и застаёт мать с кружкой в одной руке и бутылкой молока в другой.
- Вот молодец, - зевая во весь рот, говорит она. - Хоть в три утра решила кефирчику бахнуть, а не кофе своё хлебать.

- Знаешь что! - возмущаюсь я. - Меня, конечно, много раз тыкали носом в утверждение, что "в современном русском языке слово «кофе» имеет двойную норму". Но твоя мать - филолог из прошлого века, и фраза "двойная норма кофе" для меня может обозначать только два литра. Понятно?!

- С такими нормами до внуков ты не дотянешь, - ехидно отвечает дочь и уже из коридора добавляет: - Кстати, завтра молока купи и сахару, а то молоко утром кончилось, а сахарницу я нечаянно разбила.

PS для жителей дедлайнов. Никогда не покупайте одинаковые банки для сахара и соли.

PS для производителей молочной продукции. Если бы бутылки и пачки молока и кефира различались не только по надписи, но и по форме и светились разным цветом - цены бы вам не было.

PS для всех остальных. Кофе. Это. Мужской. Род.

Первые несколько дней мы проводили время в абсолютном блаженстве. Визжали в набегающих волнах, лепили песочных черепах, собирали ракушки, лопали местные фрукты и кукурузу, кидали "блинчики" по переливающейся закатной полосе...
"Если бы моря не было, его обязательно надо было бы изобрести, - думала я, лениво процеживая сквозь пальцы тёплый песок и подставляя солнцу те части тела, которые, на мой взгляд, недостаточно пропитались анапским загаром. - А ещё говорят, что отдых с детьми - это... как его... ааээ... фу, позор, а ещё филолог... оксюморон, во. Странные люди..."

Очередным утром муж подруги решил разбавить "возмутительно однообразный" (его цитата) распорядок дня, внеся в него сессию от профессионального фотографа (имея ввиду себя самого, конечно). Несмотря на мнение жены, которая считала, что из профессионального у супруга только фотоаппарат, купленный перед поездкой за немалые деньги, но никак не руки, им управляющие, Игорь решил осуществить задуманное как настоящий мастер. Он расписал сценарий, выбрал несколько живописных локаций и даже решил купить инвентарь для яркого образа каждого из персонажей. Подходящий антураж продавался недалеко от наших домиков, в киоске на торговой улочке, куда пылающий вдохновением мастер и отправился, прихватив меня в качестве попутчицы с художественными способностями.

Пока будущий мэтр фотографии рылся в расставленных на прилавке коробках с надписями "Всё за 30-40-50", перебирая браслеты, повязки с перьями, цепочки и прочую дребедень, я глазела по сторонам. Чуть в стороне от киоска в надувном круге в виде машинки сидел малыш лет двух-трёх. Девочка это или мальчик - понятно не было, слишком маленький. Периодически он нажимал на руль и машинка смешно крякала.

Я смотрела на него и думала, что вот совсем недавно мои дети были такими же забавными карапузами, которых всё время хотелось обнимать и таскать на руках, а сейчас уже носятся как ураган, и скоро меня перерастут, и нужна новая обувь, и скоро в школу, и...

В этот момент карапуз поднялся, не вылезая из машинки, старательно придерживая её ручонками вокруг себя, и куда-то потопал. Я начала искать глазами родителей, но люди вокруг никак не реагировали на идущего малыша. Продавщица в киоске точно не являлась ему родственницей или няней. Она даже не повернула голову вслед удаляющейся фигурке и продолжала щебетать с моим другом, который набрал уже целый пакет безделушек и теперь отвешивал ей комплименты, надеясь на скидку.

Я не выдержала.

- Игорь, - дёрнула я за рукав друга, - там ребёнок идёт один, и родителей рядом нет.
- Не обращай внимания, раз идёт, значит, знает куда, - отмахнулся тот.
- Да он рядом с моей палаткой ещё до вас сидел, - встряла продавщица. - Всё машиной своей дурацкой бибикал, я его даже прогнать хотела, но тут вы пришли, и я отвлеклась.

И кокетливо заправила прядку волос за ухо, улыбнувшись Игорю.

- Я пошла посмотрю, куда он направился, - решительно сказала я. - Он маленький, понимаешь?
- Совсем делать нечего?! - возмутился Игорь и попытался пошутить. - У тебя и так полный комплект, ещё одного хочешь?!
- А если бы Алина потерялась? - спросила я, намекая на его дочь и уже уходя, на что прозвучало в ответ:
- У нормальных людей дети не теряются.

Я махнула рукой и побежала догонять самостоятельного малыша. Он не успел далеко уйти: во-первых, мешал круг, из которого он так и не вылез, а во-вторых, вокруг было столько интересного, что постоянно отвлекало внимание маленького исследователя.

Вот мимо прошли мама с дочкой, обутой в кроссовки, которые на каждый шаг девочки мигали цветными огоньками. Надо немножко пойти за ними, посмотреть на огоньки.
Вот воробьи подрались из-за куска бублика. Надо их разнять, потому что драться нехорошо.
Вот смешная толстая собака ведёт гулять свою смешную толстую хозяйку. Надо их обойти и держать путь дальше.

Я шла сзади и всё больше убеждалась, что он совершенно один. Ребёнок был явно нерусских кровей, со смугло-золотистой кожей и чёрными кудряшками, а среди встречающихся людей я не нашла никого даже отчасти похожего. Прохожие обходили ковыляющего сквозь толпу малыша и даже не оборачивались.
Улочка с торговыми палатками, которую мы благополучно миновали, выходила на широкую оживлённую улицу, а та пересекалась с дорогой, по которой пролетали машины и мотоциклы. Судя по вектору босых ножек, владелец надувного транспорта решил, что автомобили, даже если они резиновые, не должны ездить по тротуарам, и направлялся именно туда. Вот это было уже совсем опасно.

Прибавив шаг, я обогнала путешественника и присела перед ним на корточки.
- Привет, куда идёшь? - сказала я, улыбаясь чёрным глазёнкам.
Детёныш смотрел на меня и молчал.
- А мама где?
Молчание и еле заметная улыбка в ответ.
"Он ведь ещё не умеет разговаривать, - дошло до меня. - Что и следовало ожидать".
Выпрямившись и ещё раз посмотрев по сторонам в безуспешных поисках спешащих на выручку родителей, я протянула ему руки:
- Идём искать маму?
Этот жест наверняка ему был знако́м, потому что он почти сразу отпустил свою машинку и вытянул ко мне свои ладошки.

Мальчик (это сразу стало понятно, поскольку он был голышом) сначала доверчиво прижался ко мне, потом всполошился и замычал, указывая на оставленный на земле круг. "Конечно, заберём," - успокоила я заботливого хозяина, подхватывая автомобильчик. На шейке малыша я увидела довольно массивную золотую цепочку с затейливым кулончиком, из чего сделала вывод, что скорее всего сбежавший из небедной семьи. И вот я уже стою посреди улицы в незнакомом городе, держа угнанное транспортное средство в одной руке, похищенного ради выкупа ребёнка в другой и соображаю, что делать дальше и чем мне может грозить мой приступ альтруизма.

Я попыталась узнать у продавцов в уличных палатках, где ближайшее отделение полиции, но все пожимали плечами.
- Да мы тут второй месяц стоим, и ни одного мента за всё время не видели, - отвечали мне. - Да и опорный пункт нам не нужен, спасихоспади...
Многочисленные попытки узнать у прохожих, не встречалась ли им семья, убитая горем, так же не привели к успеху.

"Может быть, он притопал с пляжа?" - мелькнуло у меня в голове. Ведь всё это время мы ходили по асфальту, а смуглая спинка и плечи беглеца были покрыты прилипшим песком. Да и улочка с киоском, где я увидела малыша изначально, вела как раз на морской берег. И я, уже порядком вымотанная безрезультатными поисками, направилась туда. Детёныш тоже утомился и задремал, уронив кудрявую головёнку мне на плечо. Я несла его, стараясь не споткнуться о чьё-нибудь тело и одновременно окидывая взглядом тысячи отдыхающих, и не заметила коричневого от загара парня, который перебегал нам дорогу.
- Смотреть надо, куда идёшь, - сердито прошипел он. Отпрыгнул в сторону, вскинул рупор, который, как оказалось, держал в руке и прокричал в него:
- Повторяю! Потерялся маленький мальчик! Возраст два года! Мама его ищет! Особые приметы: голый...

Договорить он не успел, потому что я схватила его за плечо:
- Где?! Где мама потерявшегося мальчика?
- Ой, так вы его нашли? - обрадовался парень, рассматривая моего насупленного спутника, разбуженного громкими звуками. - Давайте отнесу.
- Ну уж нет! - наотрез отказалась я. - Отдам только матери лично, из рук в руки. Веди!
Загорелый громкоговоритель недовольно хмыкнул, но жестом позвал идти за ним. Мы прошли несколько метров, и внезапно до моих ушей долетел странный вой, который прерывался человеческими криками и рыданиями, а ещё через несколько секунд я увидела источник этих звуков. На земле сидела и выла молодая женщина в разноцветной восточной одежде, которую обнимали причитающие на незнакомом мне языке подруги или родственницы, а вокруг них стояла толпа сочувствующих граждан.

Я даже не успела к ним подойти, как малыш, услышав эти причитания, пискнул то ли "мами", то ли "уми", змейкой вывернулся из моих рук, просочился сквозь толпу людей к плачущим женщинам, и уже через мгновение рыдания сменились криками радости, которые на разных языках звучат абсолютно одинаково. Две женщины подбежали к парню с рупором, и когда тот указал на меня, стоявшую в полной прострации от происходящего, бросились ко мне навстречу. По-русски они говорили с сильным акцентом, но вполне понятно.

За короткое время я узнала, что мальчик - долгожданный наследник очень уважаемого прекрасного человека, появившийся как дар небес после многочисленных рождающихся в семье девочек, а его мама, их дорогая сестра - самая младшая, а всего их семеро, и они приехали сюда к родственникам, и решили сходить на пляж, и отвлеклись буквально на секундочку, и тут дело точно не обошлось без шайтанов... и о, хвала небесам, он нашёлся! ("У семи нянек - четырнадцать сисек," - прозвучал в моей голове саркастичный голос Фоменко, существенно понижая градус чрезмерной эмоциональности ситуации, и мне стало весело).

- У вас растёт великий путешественник, - сказала я, вручая тёткам драгоценного наследника надувную машинку. - Вы его берегите. И добра всей вашей семье.

Я возвращалась в домик, где мои драгоценности уже меня заждались, и, улыбаясь, вспоминала, как мы с двухлетней дочкой пошли поливать цветы в палисаднике, и она исчезла из моего поля зрения через несколько секунд, пока я перекладывала шланг из одной клумбы в другую. И тот случай, когда она спряталась от бабушки в магазине, доведя ещё не старую женщину до предынфарктного состояния. И когда в три года сын исчез с детской площадки, потому что решил посмотреть, куда может допрыгать лягушка, а в четыре - потерялся в аквапарке, потому что внезапно решил самостоятельно дойти до туалета.
Шайтаны трудились вовсю, не иначе.

И хотя все эти случаи заканчивались хорошо, каждый раз за своё маленькое родное сердечко я испытывала неописуемое чувство выгрызающей нутро беспомощности и ледяного страха, которое и врагу не пожелаешь, а уж тем более, ни одной матери. Но ни одна, даже самая лучшая мать от этого не застрахована, если ребёнок её, конечно, не выращивается в стеклянной колбе, а исследует этот мир со всем рвением, на которое способны только маленькие дети. Ведь дети теряются даже у нормальных родителей.

А ещё, думала я, как печально, что у людей нет времени друг для друга, никто ни на кого не обращает внимания, и каждый сосредоточен на себе. А ведь так важно порой просто посмотреть по сторонам и увидеть, что кому-то нужна помощь, даже если о ней не просят тебя лично.

А ещё я думала, что отдых с детьми - это всё-таки иногда точно этот... как его... оксюморон.