Медицинский сканер, негромко потрескивая, замер над головой погружённого в глубокий сон Ли Шрефта, словно натолкнувшись на неопределимое препятствие. Тут же в помещении трюма раздался негромкий сигнал.
«НАЙДЕНА АНОМАЛИЯ», - услужливо сообщила медицинская программа высветив в воздухе над капсулой проекцию головного мозга обследуемого. Правое полушарие ИИ выделил ярко-красным цветом.
- Артём, так и должно быть? – спросил Грачёв, указывая пальцем на голограмму.
- Определённо нет, - покачал головой Зверев делая шаг вперёд к прозрачному саркофагу.
Какое-то время доктор, скребя побитую сединой бородку хмурился, пытаясь понять, что не так. Затем склонившись над пультом управления шустро забегал подушечками пальцев по клавишам.
- … не пойму в чём дело, командир. С физической оболочкой головного мозга всё нормально, - нарушил тишину Зверев. – Внутри тоже. Я не вижу имплантатов, мнемо-чипов, других посторонних объектов… трепанации череп не подвергался. В этом я уверен.
Рука доктора взвилась вверх и коснувшись проекции развернула её на сто восемьдесят градусов, а затем едва заметным движением пальцев приблизило изображение. Стоящие позади, движимые любопытством, пытаясь рассмотреть картинку, непроизвольно подались вперёд.
Вся команда полукругом расположилась вокруг медицинской капсулы в трюме автофуры вот-вот готовой вынырнуть из гиперпространства. Потаскуев, Семёнов и Рассказчица с аппетитом жевали демидовбургеры запивая их бруснично-мятным квасом «Строганофф» из бумажных стаканчиков. Двухметровым штурмовикам, чьи тела под футболками бугрились мускулами, это угощение на пару-тройку укусов, не более, а вот девчонка с литровым стаканом и двойной булкой с огромной котлетой, с перемазанным ртом горчицей смотрелась забавно. Никто и не думал их ругать. Армейское правило тяжёлых штурмовиков – «ешь и спи впрок» действовала в отряде в полной мере. Кто знает когда в следующий раз будет приём пищи и нормальный отдых. Другое дело, что прохлаждаться без дела Грачёв не давал. Силовые тренировки в спортзале, стрельбы, работа с оборудованием и снаряжением стали уже привычными.
- А почему сканер подсветил правое полушарие красным если повреждений нет? – полюбопытствовал Абдулов озвучивая общий вопрос.
Ильчин считал себя сведущим в медицине, ведь на поле боя он частенько исполнял роль военфельдшера. И надо сказать не без успеха.
- Всё дело в том, что в нормальном состоянии правое и левое полушарие функционируют… скажем так – одинаково, - пояснил Зверев ещё раз изучив анализы Ли Шрефта. - А тут явно перекос. Он будто всё время сконцентрирован. Будто ждёт…
- … ждёт команды, - нарушил молчание контрразведчик. – Вы правы доктор. Это триггерный гипноз. Я такое уже встречал.
- Серьёзно? – щёлкнул костяшками пальцев Солнышкин. – А я думал это всё только в книжках выдумывают. Неужели гипноз на такое способен? Вот так взять и превратить человека в марионетку готовую подчиняться в ответ на нужную фразу…
- Если бы только в книжках, - вздохнул Лисёнок, перебив морпеха. – На самом деле специалистов в этом деле мало. Хороших, не шарлатанов ещё меньше. Можно пересчитать на пальцах одной руки. Да и одним гипнозом тут не справиться. Нужно медикаментозное вмешательство.
- Препараты облегчающие процесс внушения, ослабляющие волю, - согласился Зверев вернув проекцию мозгов Ли Шрефта на место.
- А разве наш пленник не мелкая сошка? – облокотилась на медицинскую капсулу Софья (во рту оперативницы был неизменный леденец на палочке). – Столько суеты из-за обычного посыльного?
- Значит. Он НЕ ОБЫЧНЫЙ посыльный, - согласился контрразведчик, внимательно вглядевшись в безмятежно спокойное лицо Ли Шрефта. – И нам повезло.
- Ха! Тоже мне повезло! – ухмыльнулся Абдулов. Получается, что пытать его бесполезно. Он не сможет выдать то чего не знает. Или думает, что не знает. Нам же кодовая фраза, которая его активирует не известна. А может это и не фраза, а песня или глупый стишок…
- Или пончики с особым вкусом принесённые посыльным постучавшимся в его дверь, - согласился Лисёнок. – Ты прав, триггерный гипноз позволяет не бояться утечки информации. В этом вся суть. Его как бы настраивают, превращая в инструмент. Человек активируется, выполняет приказы, а потом снова живёт своей обычной жизнь. В нашем случае жизнью мелкого жулика и контрабандиста.
- Так что мы в тупике? – спросил гвардии полковник (сложенные на его мощной груди мускулистые руки напряглись).
Грачёв единственный остался стоять на своём месте. Он не подошёл близко к медицинской капсуле, не облапал её, не взглянул в лицо пленнику. Тут и без него «экспертов» было предостаточно.
- Нет, на наше счастье я знаю одного… специалиста, который умеет сбрасывать подобные настройки, - повернулся к гвардии полковнику контрразведчик.
- Далеко? – как бы в ответ вопросительно поднял брови Грачёв.
- Завтра к вечеру будем на месте.
Потаскуев, Семёнов и Рассказчица будто по команде дружно втянули через трубочки остатки кваса из стаканчиков.
Всей командой они смотрели в обзорный экран на быстро приближающуюся зелёно-жёлтую планету.
- Фаостен. Размером почти как наш Марс. Население без малого триста миллионов, - сообщил окружающим Лисёнок что-то набирая кончиком пальца в командирском планшете. – Сразу отвечаю на возникший у вас вопрос - воздух вполне пригоден для дыхания.
- Это же не человеческий мир! – догадался Черкес, натягивая на себя пластинчатый бронежилет.
- Не человеческий, но гуманоидный, - с умным видом сказал Пашков расправляя штанину на своём протезе. - Фаостенианцы похожи на нас. Разве что наши пищевые приправы для них чистый яд.
- Это какие? – с щелчком застёгивая броню полюбопытствовал Черкес.
- Как же с ними воевать то легко.
- А мы с ними воевать не собираемся! - охладил весело заржавших на весь трюм бойцов гвардии полковник.
Грачёв был уже в тускло поблёскивающем бронепанцире и при оружии. Улыбки ребят быстро сползли с лиц уступив место деловитости и сосредоточенности. Клацали карабины, щёлкали застёжки, жужжали пневмоусилители и сервомоторы брони. Было принято решение оставить тяжёлые штурмовые костюмы на корабле.
- И всё-таки думаю немножко повоевать придётся, - несколько озабоченно произнёс контрразведчик (лоб Лисёнка сейчас напоминал стиральную доску). – Мой источник сообщает, что нашего профессора арестовали. И сейчас сопровождают в местный отдел полиции. В городе пробки, успеем его перехватить. Координаты мне сейчас сбросят. И ещё…
Сделав несколько шагов вперёд, контрразведчик распахнул встроенный в стену шкаф вывалив лёгким движением на пол целый ворох каких-то разноцветных, плотных тряпок.
- Все одеваем вот эти плащи. Без них тут ходить нельзя. Если у тебя нет плаща ты чья-то собственность.
- У них тут рабство что ли процветает? – удивился Солнышкин.
- Есть такое дело. Рабы тут вроде младших членов семьи, но просто так по улицам они не шатаются. Не будем привлекать внимание местных.
Все быстро разобрали себе плащи с отверстием для головы. Девчонки взяли жёлто-малиновые, тяжёлые штурмовики синие, оперативники серые, и только Черкесу, Вертеру и Звереву достались розовые.
- Давай поменяемся! – предложил Саратову Черкес, но тот и глазом не моргнул.
Вздохнув Бабичев с омерзением, под улыбки товарищей, напялил на себя розовую тряпку.
- А удобное пончо, - довольно крякнул Потаскуев поправляя спадающий складками плащ. - Можно и пулемёт спрятать и даже гранатомёт.
- Вот и возьми с собой, - обменялся взглядами с Грачёвым контрразведчик.
- Серьёзно? Можно? – обрадовался Николай.
- Можно-можно, - успокаивающе покивал гвардии полковник. - Сегодня всё можно. Мы торопимся.
Город как город. Улицы как улицы. Если бы не голубое солнце и не облака нежно-оливкового цвета, Фаостен вполне бы сошёл за мир, подвергшийся терраформированию. Фургон, управляемый Башкиром, летел над столицей.
Что касается местных жителей, то они имели весь необходимый набор конечностей: две руки, две ноги, голову. Высокие, худые. Кожа бледная, гладкая, будто мраморная, глаза без век и без ресниц. Наверное, это больше всего приковывало внимание. Точнее веко то было. Внутреннее. С пластиной-хрящом и конъюнктивой (слизистой оболочкой).
- Дома словно наши. И вообще всё напоминает какой-то промышленный квартал, - разглядывая проносящиеся мимо пейзажи сделал вывод Башлыков-Драгун выросший в одном из подобных миров.
- Так они нами и построены, - лениво пожёвывая жвачку сказал Лисёнок. - Фаостен входил в орбиту влияния Империи. Лет сто назад, взамен на свои ресурсы (с которыми они всё равно не знали, что делать), их Координатор (так тут главного называют) попросился к нам. Дескать не будем против и даже мечтаем о протекторате. Имперский консул с Барклай-де-Толли (ближайший наш мир) доложил отцу Его Величества. Подписали документы. Наши товары, общедоступные технологии, специалисты всевозможных направлений, образование, пришли в этот мир. Можно сказать, что они из XIX века сразу шагнули в XXI. Особенно изменилась тут медицина. Стала почти бесплатной. Фаостенианцы стали реже умирать. Население росло.
- А что потом? – спросила Рассказчица поправив очень шедший ей алый платок на голове.
- А потом была жадность, - закончила за контрразведчика Мальвина несколько раз работавшая на Фаостене. – Конфедерация уговорила Координатора расторгнуть отношения с Империей. Наобещала ему золотые горы. Когда Координатор понял, что его банально обманули было уже поздно. Мы ушли. Они всё потеряли.
- Знакомая история, - невесело усмехнулся Башлыков. – Я с похожего мира.
Внутри фургона наступила тишина, которую через минуту снова нарушил контрразведчик.
- Морды вот только у нас совсем не фаостенианские. Заметные. Башкир! Посади-ка машину. Вон внизу вижу рыночек. А вот, кстати, тут бестанскими масками торгуют! Сейчас нарядимся!
Полицейский фургон Башкир ловко прижал к земле. От удара автомобиль на магнитной подушке заглох, потом Бомбардир, Гильотина и Грачёв просто перевернули его, вырвали заднюю дверь и забросили туда пару светошумовых гранат. Затем Солнышкин, Черкес и Вертер расстреляли парализующими пулями полицейских, а Бухгалтер под контролем Дядюшки Бэна извлёк наружу Малрона Туи – фаостенианца сорока семи лет, профессора нейролингвистики, неврологии и по совместительству неплохого нейрохирурга. По крайней мере так заявил контрразведчик. А ему виднее.
Интересно, что местные с какой-то апатией наблюдали за незнакомцами в бело-чёрных масках с красными клыками, напавшими на полицейскую машину. Видно было что озабочены фаостенианцы исключительно своими проблемами и посторонние вещи их не интересовали.
Привели в чувство Малрона уже в фургоне. Волшебная оплеуха подействовала незамедлительно. Открыв глаза ярко-фиолетового (даже скорее сиреневого) цвета, тот сначала смотрел на окружающих с испугом, но поймав взгляд Лисёнка стянувшего маскарадную маску, неожиданно обрадовался.
- Ваше Превосходительство! – в нарушении табеля о рангах обратился к подполковнику инопланетянин (впрочем, нелюди часто обращались так к людям). – Я так рад! Так рад, что это вы!
- Вангую, что ожидал ты кого-то совсем другого, - всё ещё сидя на лавке контрразведчик наклонился к сидевшему на полу фургона Марлону.
- В-вангую? Это как? – отряхнувшись фаостенианец поднялся на ноги.
Одет он был в джинсовые штаны и джинсовый длинный плащ до щиколоток, на кнопках. Малрон хотел присесть, но никто из людей в страшных масках не пожелал подвинуться.
- Не бери в голову, - тем временем продолжил Лисёнок. - За что тебя задержали?
- Сам не знаю, - пожал плечами инопланетянин, состроив гладким, бледным лицом вполне искреннее недоумение. - Я законопослушный гражданин…
Вот только подполковник ему совсем не поверил. Да и не только он.
- Кому ты сказки рассказываешь, Малрон. Ладно. У меня к тебе срочное дело. Объект подвергся квалифицированному триггерному гипнозу. В комплексе с лекарственными препаратами. Всё как ты любишь. Надо все настройки у него в мозгах сбросить. Хотим с ним поговорить. Так сказать, без преград.
Покрутив головой Малрон указал острым подбородком на лежащего в углу Ли Шрефта. Всё ещё находящегося под воздействием снотворного контрабандиста даже пристегнули к лавочке ремнём. Не дай бог упадёт, ударится.
- Летимте ко мне в лабораторию. Я живу сейчас на окраине города в симпатичном таком тупичке…
- Сколько времени займёт операция? – не дал времени на пустопорожнюю болтовню собеседнику контрразведчик.
- Полчаса. Максимум сорок минут. Сброшу настройки, а допросите его у себя на корабле. А меня с собой возьмёте?
На этот вопрос фаостенианца ответа не было.
Через двадцать минут, прямо перед закатом, фургон подлетел к кварталу на окраине столицы. Вполне земные чёрные коты и местные четырёхглазые крысы устраивали баталии среди мусорных баков.
- Аляска, Солнышкин, Бухгалтер, Драгун! На выход! Прихватите с собой джамперы! Будете двигаться над нами по крышам! – приказал полковник и штурмовики прямо на ходу вышли из фургона через боковую дверь.
Дав возможность ребятам разведать обстановку, машина медленно полетела к дому Малрона. Сделав круг над небольшой площадкой, вымощенной булыжниками, фургон приземлился перед входом в щель между домами.
- Гильотина головой отвечаешь за нашу спящую красавицу, - приказал гвардии полковник при выгрузке.
Только один фонарь на высоте второго этажа мужественно пытался разгонять густую, липкую тьму словно цепляющуюся за ноги и плечи идущих. Друг за другом Грачёв и компания втянулись внутрь тупика. Полковник шёл впереди. Сразу за ним Бомбардир, Черкес, Вертер, Дядюшка Бэн, Лисёнок, Малрон, Гильотина с Ли Шрефтом, замыкали шествие Мальвина, Рассказчица и Саратов. Башкир забравшийся на крышу автомобиля с пулемётом остался охранять транспорт.
Что-то блеснуло в подворотне, и Грачёв тут же открыл огонь. К нему присоединился Черкес и Вертер. Через мгновение в ответ заморгали вспышки пламени стрелявших в них. Застрекотал пистолет-пулемёт справа, слева. Пустые магазины один за другим падали под ноги.
Пули пронзали темноту, разрывая её в клочья, чертили сюрреалистические геометрические узоры. Стремясь защитить Ли Шрефта Гильотина просто повернулся спиной к стрелявшим прижав к груди спящего. Пара пуль пробив синее пончо угодила в панцирный бронежилет Николая, но не пробила его.
Сверху пронзая хорошо видимых им стрелков открыли огонь Аляска, Солнышкин, Бухгалтер и Драгун.
Всё закончилось так же внезапно, как и началось. Нападавшие много стреляли, но не точно. Команда Грачёва наоборот. Да и пластинчатые бронежилеты и бронепанцири сыграли свою роль.
- Этот тупичок совсем не кажется мне симпатичным… -громким шёпотом произнёс Грачёв, разглядывая раскалившийся кончик ствола своей штурмовой винтовки.
- Больно? – тем временем спросила Мальвина Гильотину меняя магазин.
- Нет, – добродушно улыбнулся Николай наверняка соврав.
Черкес же склонился над убитыми. Рука его стянула с морды трупа платок обнажив чуть выдающуюся вперёд челюсть с острыми нечеловеческими зубами.
- Каерцы! А что они тут делают?
- И игнатианцы! – добавил Бомбардир, поднимая за шиворот залитого кровью сухопарого гуманоида с тремя рожками на лбу.
- Конфедерация в нечеловеческий мирах использует их в качестве бойцов ЧВК, - задумчиво произнёс контрразведчик, просовывая палец в продырявленную на груди бронепластину. Сплющенная пуля запрыгала по мокрой, грязной мостовой.
- Это люди Лоути-Камнерезки… - вылез из-под мусорного контейнера ещё более бледный чем обычно фаостенианец.
- Малрон! – жёстко прикрикнул на него котрразведчик. - Ничего рассказать нам не хочешь?
- А что рассказывать? – развёл руками тот. - Я же предлагал вашим забрать меня к себе! Я бы всей душой отдался науке. Стал бы имперцем… это моя давняя мечта! И никаких авантюр! А вы мне отказали и консульство ваше меня не приняло…
- И что ты сделал? – в голосе Лисёнка проскрежетала сталь.
- Кушать то надо. Подрабатываю немножко.
- Выполняешь заказы для бандитов?
- Будто у меня куча вариантов. Тут работы после ухода Империи нет.
- Вас нас сами попросили уйти.
- А вы могли бы остаться…
- ХВАТИТ РАЗГОВОРЫ РАЗГОВАРИВАТЬ! – прервал перепалку Грачёв. Нашли место. Все внутрь. Аляска, Солнышкин, Бухгалтер, Драгун на месте.
Неприметная, заклеенная старыми объявлениями и рекламными флаерами дверь открылась, и полковник с командой оказались внутри чистого прямоугольного помещения у дальней стены которого стояла старенькая медицинская капсула без стеклянного купола и ещё какое-то медицинское оборудование. Прямо напротив входа в стене был утоплен огромный медицинский холодильник. В нём стояли какие-то банки, склянки, заполненные жидкостями неизвестного происхождения и назначения всех цветов радуги.
- Куда его? – спросил Гильотина, удерживая на вытянутых руках Ли Шрефта.
- Ложите в медицинскую капсулу, - набрасывая на плечи настоящий белый халат Малрон тщательно мыл руки в раковине.
- Кладите, - автоматически поправил инопланетянина контрразведчик. Глаза его всё ещё метали молнии.
- Ну кладите. Я её немного модернизировал как раз для наших целей.
Николай тем временем осторожно уложил Ли Шрефта в капсулу, а сам встал неподалёку у стены. Приказ командира он намерен был выполнять до конца.
- Малрон. Шевелись давай. Ты забыл, что тебя здесь ждал тёплый приём? – тем временем подгонял фаостенианца Лисёнок. - Я уверен мы не всех желающих повидаться с тобой перебили.
Тщательно вытерев руки мягким полотенцем, инопланетянин направился к Ли Шрефту и в этот самый момент…
- Харон! ТРЕВОГА! – сообщил по внутренней связи Бухгалтер. Снаружи снова раздались звуки автоматической стрельбы.
БАБАХ! – медицинский холодильник вылетел из стены словно пробка из шампанского, чуть не расплющив Солнышкина и тут же отверстие, в котором он стоял, заполнили вооружённые каерцы. Маленькие глазки инопланетян были налиты гневом.
Постукивая по полу в лабораторию влетела граната. Грачёв ловко отшвырнул её ногой обратно. Раздался хлопок и крики боли. Гвардии полковник разрядил магазин в облако пыли поднявшееся после взрыва и тут же к нему на помощь пришли Лисёнок, Солнышкин, Дядюшка Бэн и Черкес.
Мальвина, Рассказчица и Саратов стреляли через открытую дверь на улицу.
Каерцы падали, пронзённые пулями, но всё равно лезли вперёд. Одна из пролетевших пуль расколола маскарадную маску всё ещё остававшуюся на лице Вертера. Только чудом она не угодила ему в лицо.
Атака явно захлёбывалась. Выскочивший от отчаяния вперёд противник получил пулю прямо в распахнутый рот. Падая он успел нажать на спусковой крючок. Подствольный гранатомёт хлопнул и граната прочертив дымную черту прошла между ног Гильотины (заслонявшего собой Ли Шрефта) и угодила прямиком в медицинскую капсулу позади него.
Раздался взрыв, оборудование, также, как и тело так и не проснувшегося бедняги, порвало на куски. Свет моргнул, и оторванная голова Ли Шрефта закружилась у ног отброшенного к стене взрывной волной Николая. Кажется, контрабандист проснулся и даже пытался что-то сказать.
- @издец! – не сдержавшись выругался Потаскуев упав перед ней на колени.
Грачёв выругаться не успел, но взгляд его не сулил фаостенианцу ничего хорошего.
- Всё нормально, господин гвардии полковник! Всё нормально! Голова целенькая! Мозг не повреждён! – засуетился Малрон бросаясь к перевёрнутому холодильнику.
Всего несколько секунд, и он сунул оторванную голову в квадратный прозрачный кейс. Нажав кнопку на его корпусе фаостенианец заполнил ёмкость ядовито-фиолетовой жидкостью.
- У нас семьдесят два часа, - сказал Малрон прижав кейс к груди.
- До чего? – не сдержавшись рявкнул Грачёв.
- До того маленького, шустрого хищника о котором сказал Николай…
До Чапаева они добрались без приключений. Почти все были ранены, но Зверев заверил гвардии полковника, что ничего серьёзного – повезло. В пути с ними пытался связаться действительный тайный советник Бибиков, но связь прервалась, что может быть было и к лучшему. Грачёв всё ещё пытался осмыслить произошедшее с ними. Улетали они с Фаостена тоже весело. Подбив в космопорте пару правительственных истребителей и разрушив из реактивного гранатомёта располагавшийся в башне командно-диспетчерский пункт. Это ещё если не упоминать Башкира сбившего над городом из пулемёта четыре полицейских автомобиля.
Дома их ждал горячий душ, сытный ужин, чистая постель и безопасный сон (роботы-охранники всегда были на страже). Что может быть лучше?
Когда все уже спали в своих комнатах, удивлённый Менделеев наблюдал за манипуляциями странного фаостенианца (контрразведчик так ему и приказал: «не спускать с него глаз!») разобравшего один из медицинских модулей, и разглядывал останки Ли Шрефта. Будучи представлен одной головой, тот умудрялся моргать, а один раз даже показал андроиду язык…
Появился канал в телеграме там выкладывать рассказы буду рандомно всех приглашаю.
