mintatuy

По части эпохи мы это в прошлый раз не обговорили, а это крайне важно, потому как после Второй мировой войны в Европе начинается план маршала. С сорок восьмого по пятьдесят второй год американцы вливают здоровенные деньги в европейскую экономику. Э, но на наши деньги это более 100 млрд баксов. Италия от этого тоже много чего перепадает. Кроме того, начинается появление единого европейского рынка. И всё это в совокупности запускает процесс итальянского экономического чуда с середины пятидесятых годов, которая сопровождалась двумя моментами. Во-первых, массовая миграция итальянцев с аграрного юга на промышленный север. То есть миграция в города у нас с сорокового по шестидесятый на четверть вырастает доля городского населения Италии, достигнув, наконец половины.

А второй важный момент, если, господа, вы зададитесь вопросом: "А когда же у нас нормой жизни для обычного васи стало наличие собственного банковского счёта в Европе, на котором даже что-то лежит, и забьёте это в Google, вы вдруг с удивлением обнаружите, что, во-первых, это было не так давно, а во-вторых, это поразительно совпадает с этим самым послевоенным «экономическим чудом». пятидесятые годы, собственно говоря, в эти же пятидесятые годы становятся нормой жизни вот этот самый образ жизни, который мы считаем сейчас чем-то, само собой, разумеющимся. То есть, у среднего итальянца появляется возможность не только что-то накапливать на банкстерском счету, но и тратить это на всякие ништяки, которые, к как таковому выживанию-то отношения не имели.

Одно дело, ты живёшь там в каком-то посёлке городского типа на юге Италии. Деньги тебе, если нужны, то на всякий сельхознвентарь, может быть, на ремонт дома. Вот. Но не на то, чем ты будешь соседями пиписьками мериться. То есть на красивую одежду, косметоз, бытовую технику, машину.

А вот в пятидесятых годах в городе, во-первых, всё это появилось, всё это стало доступно широким итальянским массам, а во-вторых, у этих широких итальянских масс и деньги появились на то, чтобы всё это дело покупать. Запомним этот момент. Это крайне важно, на мой взгляд.

Второй момент, третий, даже тоже крайне важный, когда у нас всякие несознательные блогеры, типа дяди Шуриков, начинают рассуждать про ту эпоху, часто проскакивает такой момент, что, ну, вы понимаете, вот эти движения за женские права, они бы были связаны с тем, что женщины, значит, получили возможность работать в городах, как будто они до этого не работали на селе. Вот. И из-за этого им захотелось иметь более весомое право голоса в семье. Вот отсюда, значит, вот эти вот политические движи.

Фишка в том, что на ту эпоху это буквально не вяжется с статистикой женской итальянской занятости, которая, да, выросла с, ну, правда, с тридцатые по сороковые. Муссолини массово погнал мужчин Североафрики воевать, а женщин поставил к станку. А вот после сороковых, особенно после пятидесятых, доля женщин в экономике, работающих по найму, снизилась аж на треть с трети до значений, которые разве что были во время здоровенного экономического кризиса после Первой мировой, ну, двадцати с копейками значений.

Не было такого большого наплыва женщин в экономическую сферу. Оно отчасти понятно вас из-за экономического роста начал и, мы это видим из-за того, что народ начал массово скупать всякие ништяки и заводить банковские счета, начали растить зарплаты и средняя итальянка наконец смогла себе позволить быть той самой «тредвайф», то есть сесть на шею, вот, и дом-то сидеть, соответственно, бюджеты семейные распределять. Так что конфликт интересов, который и породил, соответственно, «Союз Женщин Италии», на мой взгляд, он всё-таки не вокруг этого строился во многом.

Понять природу этого конфликта и понять, собственно говоря, вокруг чего и современный конфликт межполовой, и современные все половые движе строятся, на мой взгляд, можно, если мы на семейные отношения, межполовые отношения в целом посмотрим также, как на, например, отношения людей между людьми в сфере экономики, то есть уберём романтику, вот эти гормоны, которые хороши для случайных связей, но не объясняют то, что происходит уже в более долговременных союзах, когда, гормон-то подостывает немного.

Любое взаимоотношение между людьми, особенно когда они, ну, на разных ролях, то есть это это не дружба, когда вы, сильно похожи друг на друга, у вас там нет каких-то отдельных выделенных ролей. Это или работа, например, по найму, да, когда есть наниматель, наниматель и нанимаемый, или межполовые отношения, когда есть женщина и мужчина, и беременеет только женщина, они всё-таки предполагают, что каждый участник для своей роли хочет лучшего, чтобы эта роль предполагала больше возможности принимать решения, как эти отношения будут развиваться.

Эта роль позволяла больше требовать себе каких-то ресурсов за то, что ты вступил в эти отношения в качестве этой роли. И, собственно говоря, почему вот этот конфликт межполовой мог настолько обостриться в ту эпоху, что аж мощный женский политический движ появился?

А, во-первых, появились инструменты, чтобы правила игры в этом формате отношений поменять. Ну, к примеру, по части деторождения. У вас не было доступной средств контрацепцией ещё полвека назад. Сейчас они есть. Сейчас можно ставить уже вопрос о том, а нам нужны дорогие дети или дешёвые дети и насколько дорого должен стоить ребёнок.

И, во-вторых, у нас появились у среднего итальянского обывала дополнительные средства, которые можно было бы на что-то потратить помимо, ну, средств выживания. Не только еды купить, а или, например, купить акций или каких-нибудь ништяков типа дорогой одежды.

Ну и понятно, что для межполовых отношений тогда обостряется вопрос того, а сколько должны эти межполовые отношения для входящих в них людей стоить? Сколько, например, надо вкладываться в бытовуху? Это уже не крестьянский быт, который был точно такой же, как у ваших кучи предков. Быт такой же, как был бы у ваших потомков, который плюс-минус одинаков между вами и соседями. Это быт городской с всяким ширпотребом, с помощью которого можно очень лихо мериться ЧСВ с подругами, с дорогой одеждой, с дорогой бытовухой, квартирой, которая будет побольше. И вполне понятно желание навязать правила игры в межполовых отношениях, чтобы вот этих ништяков требовалось больше бы вкладывать.

Ну, тебе тогда будет и комфортней, и не так обидно, и больше поводов, чтобы тебе завидовали те, кто ты хочешь, чтобы тебе завидовал.

Почему мы не можем посмотреть на возможные причины активничинья женщин в сфере реформ семейного права именно с это с этой точки зрения? Что конфликт шёл за как раз вот эти ресурсы и за возможность назначить свою очень высокую цену и за меж вступление межполовые отношения, и за дето рождение. Почему нет?

Вот и интерес мужчин, части, по крайней мере, части женщин, которые хочет в эти межполовые отношения вступать, видеть для себя этом нужным, части мужчин, которые также хотят не вступать. У мужчин могли быть свои приоритеты, и они, например, не хотели, чтобы были слишком высокие затраты на бытовуху и чтобы дети стоили как крыло от боинга.

Вот вам, собственно говоря, господа, и причины к борьбе за власть внутри семьи, которая потом и вылилась в борьбу за соответствующие законы, которые бы позволили эту власть действительно эффективно реализовывать.

И как раз такой взгляд и объясняет, почему «Союз Женщин Италии» образовался из довольно разных политических фракций. Исторически, да, он был связан с левыми, но, вообще-то и левые были разные. То есть были, например, итальянские социалисты и итальянские коммунисты. Это две разных партии, которые вместе не сливались, у которых всё-таки были разные политические программы, разный актив, вот, но которые были не про внутрисемейные разборки, а скорее про разборки в сфере экономики.

Это вот к вопросу о том, что женщины в первую очередь боролись за трудовые права. Да хрен там плавал. Если бы они боролись в первую очередь за трудовые права, им не надо было бы выходить из этих партий части из социалистов, части из коммунистов и сливаться в какой-то один единый союз. Ой, кстати, к вопросу. То есть оказывается, что разногласия в видении будущего Италия между этими партиями женщинам как-то не очень мешали объединяться друг с другом.

У них в приоритете были другие цели и задачи, по всей видимости. Именно поэтому союз женщин у нас и появляется как некоторая отдельная сила.

Причём, господа, опять же подчеркну, именно политическая сила. Значит, в чём был фишка «Союза Женщин Италии», что коммунисты просекли ещё к концу сороковых. Если ты на трибуну ставишь не коммуниста, который там рассказывает про какие-то высокие идеалы, вот требует народ пойти проголосовать за кого-нибудь, ну и вот что популистам назовут. Там придёт полтора калеки, может быть, проголосуют. Если на трибуну ставить тётку, которая скажет: «знаете, дорогие женщины, вот нам бы очень бы хотелось бы, чтобы была возможность побольше в семьях-то качать права и вот этому гаду, который на диване-то лежит, яйца-то выкрутить, заставить шевелиться под угрозой того, что у него сейчас брак-то не мог закончиться. Вот чтобы это случилось, пожалуйста, придите и проголосуйте вот за такого кандидата».

И оказалось, что это работает. Женщины массово ходят и голосуют, что в Италии тогда, что сейчас. Это оказался очень активный электорат, который очень эффективно работает. Собственно говоря, в этом убедился Луиджи Сансона, который, кстати говоря, был даже не коммунистом, а социалистом, но который пошёл на выборы под лозунгом, что сейчас я вам право на развод-то дам.

Вы не поверите, его выбрали.

Это при том, что это право на развод именно широкие общественные слои, прочие политические силы, которые не были связаны с союзом женщин, не особо-то поддерживали. Когда он с этим законопроектом зашёл в парламент в пятьдесят четвёртом году, в нижней палате его рассматривать не стали. В Сенате в пятьдесят восьмом году картина повторилась один в один. Он не был популярным, мягко говоря. А тем не менее этого чувака как-то избрали. Казалось бы, а причём тут возможность женщин хорошенько мобилизовываться под свои интересы и ходить голосовать за того, кто их интересы продвигает?

Вот и деятельность, собственно говоря, вот этого союза женщин, она и строилась потом вокруг именно вопроса власти внутри семьи. Не про то, кто будет сидеть в президентском кресле, не сколько там женщин будет в парламенте. Сколько женщин в парламенте, это вторично, это инструмент. В принципе, можно и с мужчинами работать. Они же тоже не против, чтобы за них проголосовали и чтобы в парламент-то избраться.

Мобилизуют женский актив вопросы, которые касаются настоящей власти, то есть власти в ближнем кругу, с которым ты, как человек семейный, как у нас принято так, что у большинства есть какой-то ближний круг, в отличие от власти парламентской или власти президентской, сталкиваешься буквально каждый день. Вот это важно.

Ну и вот, глядя на то, что одного вот этого Луиджи Сансона маловато, и как-то энтузиазма у других депутатов нет, «Союз Женщин» решил, что, ну, раз так, ладно, давайте мы будем всё-таки меньше молотком в руках коммунистов, меньше там участвовать во всяких движухах за мир, за внеблоковый статус, далее эта полная. давайте мы полностью сосредоточимся на половом вопросе.

И продвигать, соответственно, они стали две повестки. Во-первых, даже несмотря на то, что в Италии действовал аж до семьдесят первого года, если не ошибаюсь, да, вроде семьдесят первого, закон, согласно которому уголовка наступала за пропаганду средства контрацепции, «Союз Женщин Италии» не зассал ещё (после того, как их с разводом развернули), в конце пятидесятых запустить дискуссию о том, что «а не отменить ли нам этот закон. и не легализовать ли нам средства контрацепции». Причём, заметим, господа, презервативы были, но презерватив - это всё-таки та штука, которая предполагает договорённость с мужчиной по части того, будет ли у нас секс защищённым или не будет у нас секс защищённым.

Женщинам интересно было немножко другое. Женщинам интересно было, когда репродуктивная власть полностью в их руках.

Поэтому в пятьдесят восьмом году «Нои Донна», это, на тот момент совсем что-то страшное. То есть журнальчик платный, который как бы про моду, про всякие сплетни, про те образы, за которые мы боремся, и немножко про политоту, то есть как именно мы боремся. Это женский журнальчик. Вот, женский журнальчик в пятьдесят восьмом году выпускает статью, которая обсуждает, появление такой прикольной штуки, как гормональные контрацептивы женские, с очень характерным названием. Когда мы хотим, сколько мы хотим. Ну, "мы" в смысле "Донна", Нои Донна. Мы женщина.

Заметим, господа, не мы с мужем хотим, а мы хотим.

Мол, обратите внимание, уважаемые женщины, у нас сейчас есть возможность определять, сколько будет стоить ребёнок и сколько будет этих детей. У вас есть возможность иметь такую власть. Пожалуйста, купите журнальчик, пожалуйста, поддержите на выборах нужных кандидатов, и всё у вас будет хорошо.

Опять же, это делается в то в тех условиях, когда за подобное статейки буквально могла быть уголовка. Но вот видите, союз женщин это как-то не останавливало. Но опять же, ты борешься за власть, не играешь там в гига патриархов, не требуешь, чтобы у тебя обязательно вот тётка сидела в каком-то парламентском кресле. Нет, за настоящую власть. И тогда, знаете, и на такие риски пойти можно.

А второй момент, который очень активно дискутировался в обществе, это вопрос разводов. Аж с конца пятидесятых, когда первые законы не прошли, начинается активная промывка мозгов через этот журнал. Выпускаются соответствующие статьи. И тут цитата:

«…первая статья сопровождалась впечатляющей иллюстрацией, вызывающей эмоциональную боль от распада барака. Начиналась с длинных цитат из писем людей, оказавшихся в ловушке браков, которые фактически перестали существовать, но были нерасторжимы по закону. Представляя множество случаев, приведших к самоубийству, насилию и убийству, статья привлекала внимание к уродливой изнанке семейных отношений нации, которую так часто изображают как колыбель любви и семейного спокойствия. В ней развод представлялся как современный, смелый и полезный способ решения тёмной стороны этого идеалистического образа.»

2 недели спустя вторая статья Сферии приобрела более исторический подход, демонстрируя, как «Нои Донна» для, соответственно, читателя может рассматриваться как университет. Вот статья под названием «Великая и исключённая любовь» была ничем иным, как лекция по истории брака. В статье институт брака был связан с историческими этапами развития человечества от самых ранних времён через, соответственно Тридентский Собор до французской революции современности, подчёркивая его растущую важность для передачи собственности, исключая любовь.

Цель статьи заключалась не столько в том, чтобы представить развод как способ возвращения к любви. А сколько в том, чтобы в более широком смысле обосновать идею о том, что формы семьи, игруще законодательства не должны быть статичными и должны адаптироваться по мере развития истории.

Короче, люди были умные и понимали, как бы с каким электоратом работают.

Женщинам рассказывали про то, что дети должны быть, когда мы хотим и сколько мы хотим. А патриархам рассказывали, что, «ну, понимаете, развод (иными словами, распил имущества и раздел детей, потому что так по факту развод без них был – «сепарирование»: пожалуйста, мадам, берёшь монатки, уходишь из семьи, живёшь отдельно. Тебя никто принудительно назад загонять не будет. Просто имущество поделить нельзя) - это, понимаете, способ вернуть любовь. Это главное, ведь в этом браке несчастном, ужасном умерла любовь. Господа, ничего не напоминает? Нихера не поменялось.

И да, вот эти заметки особенно забавно читать, когда ты сидишь в 2025 году и как бы видишь, как эту любовь «вернули». Ну что, поплавали буквально. Что, сынку? Помогли тебе твои разводные ляхи?!

Но, парни, прикол в том, что это работало, видимо, всегда. То есть, к сожалению, что тогда были патриархи, которые, вот в упор не отдупляли, про что у тебя права и про что у тебя развод, что какая нахрен любовь, это деньги, социальная гарантия.

Для любови, для любви есть, пожалуйста, «separation»: ушла на сторону, там любовью занимайся. Детей, имущество оставь в покое. Но тёткам этого мало. Нахер им эти любови не надо. Им нужны деньги, социальные гарантии, имущество. Именно поэтому они за развод дерутся полноценный юридический, в отличие от патриархов.

Да, господа, ещё важный момент, что промывка мозгов итальянскому народонаселению происходило не только с помощью печатной продукции, а также люди были опять же умные, понимали, что лучшая мачасть не зачитывать в лоб, чтобы там народ не триггерить и на тебя не ругались, как на нападающего на наши итальянские скрепы.

Ещё мощный инструмент донесения своей позиции - это развлекательный концерт контент, особенно юморной. И поэтому в шестидесятые же годы в рамках вот этой вот пиар-компании почему-то, ну, это, конечно, не связано, не, ни в коем случае мы этого не утверждаем, но, «так совпало». Выходит комедия "Развод по-итальянски", которая фактически про всё то же самое, то есть в статьях мы давили пафосом, рассказывая, что «брак - это ужасно, там убивают, там нет любви». Здесь мы то же самое доносили до зрителя, но только в ироничной форме, где, значит, какой-то сицилийский марфиозо, пытался со своей женой расстаться через то, чтобы её, значит, всячески извести. Комедия получила хорошую раскрутку, получила бешенную популярность и аж в итоге Оскар получила в будущем. И господа, это было, откровенно говоря, много, откровенно говоря, эффективно, и, кроме того, вот эта пиаркомпания, она сопровождалась очень активной законотворческой деятельностью.

Нужный закон тётки сумели протащить в семидесятом году. Знаете, с какой попытки? С двенадцатой. Не успокаивались. Никак не успокаивались. И да, опять же, когда вы проводите такую мощную пиаркомпанию хотя бы среди своих, хотя бы среди тех, кто заинтересован в том, чтобы в семье переделить эту самую власть под себя, к вам сами придут депутаты, которые будут с вами сотрудничать.

Повторюсь, в пятьдесят восьмом году один чувак, которого избрали буквально под этот закон, с ним полностью провалился, ни фига не принял. И казалось бы, любой здравомыслящий депутат, глядя на это, подумает, что, ну, наверное, не надо с этой темой связываться, потому что она провальная.

Но это если бы продвижением такого закона занимались эмдэшники, которые руки бы опустили после этого, разошлись и ничего бы делать не стали.

Но так как им занимался «Союз Женщин Италии», который выпускал статьи через «Нои Донна», журнальчик, который продавался в количестве 700000 экземпляров раз в неделю, работал с кино, проводил всякие круглые столы, обсуждения, мыл, мыл, мыл мозги народонаселению и патриархам рассказывая, что в браке умерла любовь и только развод нам вернёт любовь.

Вот мыл народу, мыл мозги женскому населению, рассказывая, что, смотрите, у нас появилось очень много интересных ништяков, которые можно бы сделать нормой быта, если у нас появится инструмент, как в браке можно качать права и вторую сторону заставлять больше вкладываться в этот быт. Подумайте. А ещё у нас есть средство контроля над рождаемостью. Теперь вы будете определять, соответственно, сколько у вас будет детей и сколько они будут стоить.

Подумайте, может быть, стоит активнее участвовать в общественно-политической жизни. И глядя на результат этой работы, к закону о рождаемости постоянно было пристальное внимание депутатского корпуса.

Шестьдесят пятый год. Следующий депутат, Лорис Фортуна, который подготовил этот законопроект, снова за него взялся, снова пошёл в парламент, да, снова пошёл со скрипом, да, не прошёл, да, и идею маленького развода тогда сразу не поддержали, но опять же, господа, 12 попыток, 12 попыток, Карл.

Вот так вот надо работу работать. И да, это действительно увенчалось успехом, потому как, соответственно, 1 декабря 1970 года итальянский парламент после того, как населению были промыты мозги, после того, как депутаты понимали, что поддержка такого закона это автоматом означает дополнительные голоса на выборах, голосование наконец получилось таким, какое нужно. То есть соответственно депутатов проголосовали за.

И в итоге данный «законопроект о маленьком разводе», да, с какими-то ограничениями, но всё-таки разводе, стал нормой, соответственно, итальянского законодательства.

Да, даже после этого борьба не останавливалась, потому что мы в следующем ролике уже расскажем про следующие законы, которые пошли скопом вместе с ним. Вот. И про то, зачем потребовался аж целый референдум в середине семидесятых, о том, утверждать этот закон или не утверждать этот закон, и как мыли мозги людям, чтобы они на референдуме проголосовали так, как надо. Но тем не менее вот так надо работу работать.

Масштабная организация, которая постоянно наращивает обороты, которая, если что-то у неё не получается, если, к примеру, закон о совместном воспитании не проходит с первого раза, не опускает руки, продолжая долбить, долбить, долбить в одну точку.

Не получилось убедить одного депутата. Хорошо, мы будем готовить общественное мнение, чтобы другие депутаты сами к нам пришли и сами были заинтересованы, чтобы двигать этот закон. Почему? Ну, потому что электорат его хочет. Вот, к сожалению, это работает только так. Через организацию, да, через членские взносы, да, через активную работу с общественным мнением и не на уровне каких-то мемасиков непонятных про женщин на три буквы, а через нормальные статьи, которые давят на те точки, которые другая часть электората, даже не твоя, готова воспринять.

Ну как они с мужчинами работали, господа? Казалось бы, ну зачем мужчине голосовать за то, чтобы у него могли имущество попилить и детей отжать? За это он не проголосует, если развод подавать именно именно так. А вот если сказать, что развод - это то, что вернёт тебе любовь, то вот, пожалуйста, у тебя и мужской электорат появляется.

Господа, вот это вот очень важный и положительный пример. И второй момент, который хотел подчеркнуть, опять же, я всячески вас призываю на современные вот эти политические движи, которые связаны с правами в семье, смотреть именно с экономической точки зрения. Это не про чувства, это не про какие-то высокие материи, это про конкретику. Сколько будет стоить и для вас, самое главное, эти семейные отношения, вступление в них, поддержание их, и сколько будет стоить это деторождение, конфликт интересов вокруг вот этого.

У нас есть, соответственно, какие-то женщины, которые бы хотели, чтобы это стоило максимально дорого во всех смыслах. И, чтобы за часть каких-то вложений вообще не надо было им никак платить. Ну, к примеру, если эти вложения становятся социальной помощью, то есть социальной сферой, то есть это, в принципе, то, за что также платит мужчина, но не просто этот конкретный, которому надо дать что-то взамен, а все мужчины в стране и принудительно через какой-нибудь, например, фонд ОМС.

Тогда это исключается из уравнения. Ты, как женщина всё равно получаешь этот ништяк, но ты за него уже ничего не должна, и поэтому ты заинтересована, чтобы его было больше. Кстати говоря, тоже «Союз Женщин Италии» за социалку очень активно боролся. Вот как не странно, кроме, соответственно, семейных вопросов был ещё один, которых очень активно интересовал.

Это вопрос градостроительства, а именно, сколько будет социальной инфраструктуры, ориентированной на женщин, центров помощи, например? Казалось бы, а зачем? Уж не для того ли, чтобы была возможность почаще мужчине говорить, что: "Ой, я и без тебя справлюсь, ты мне нахер не нужен. Зачем с тобой договариваться?"

От себя добавлю, сам постоянно встречаю комментарии, где женщины уже напрямую от государства требуют эти самые всё увеличивающиеся соцгарантии (вне привязки к мужчинам) как ультиматум в ответ на демографические просьбы. Это всегда про ресурсы и контроль, то есть, по сути, расширение их личной власти и ничто иное, какими бы добродетельными предлогами и причинами бы не прикрывалось.

И ещё - автор, судя по всему, рассматривает единственным задающим, ключевым субъектом сугубо женский, самообразовавшийся и укрепившийся без какой-либо сторонней орг-финансовой поддержки феминистический, а политические и медийные попутчики в этой картине - абсолютно случаные и ситуативные, не имеющие мотивов, кроме самых поверхностных личных, но лично я имею на этот счёт несколько иное мнение.

Очень показательный женский комментарий, призываю не минусить, ибо пусть и не репрезентативно, но всё же интересно, сколько персонажек здесь ему наплюсует.

По сути саркастически отрицает истинность мужества по признаку рабочей профессии, для примера сварщика (кстати и немаловажно, кроме прочего, не самой простой, требующей специфических знаний и навыков), а также девальвирует ценность генов, а в более прямом смысле потомства, причём ставит их в один ряд с теми, кого уничижающе определяет как

будущих завещателей пролежанных диванов наследникам

Какой всё-таки откровенный пример соцдарвинизма, если не сказать хуже. Антиобщественного, эгоцентричного, надменного. И люди после такого удивляются невменяемым заявлениям той же чиновничьей братии про "макарошки". Когда даже не жёны и наложницы олигархов, а обычные женщины ничтоже сумняшеся декларируют такие взгляды.

Что называется, вот вам пример женской оценки (причём не юных глупых девиц, автору комментария "скоро 40" Как решиться на 3-го? ) мужчин рабочих специальностей. Это бы прозвучало, как если бы какой-то обычный мужчина, например, ляпнул нечто вроде "где слышан грозный рёв истинных женщин - носительниц уникальных генов фельдшериц в 7-м поколении".

Почему для потребительской экономики России (да и всех развитых стран мира) интереснее женщины, чем мужчины.

...

Эти данные из исследования Института социологии РАН меня самого поразили:

«Имеющиеся профили свидетельствуют о любопытной особенности потребления в современном российском обществе: в большинстве случаев его наиболее активными проводниками оказываются женщины. Именно женщины покупают большую часть товаров и услуг, не только таких, как бижутерия, но даже и стройматериалы (хотя разумеется, в стройматериалах гендерный баланс гораздо более умеренный, чем в бижутерии). Мужчинам же остаются области, связанные со специфической маскулинной экспертностью, наподобие компьютерной периферии и аренды автомобилей».

В частности, поразило, что даже автомобили сейчас больше покупают женщины (отдельная тема, что многим из них деньги на машину дали мужчины).

(правда, шины для этого автомобиля всё ещё почаще покупают мужчины)

Но здесь я бы сделал демографическую поправку на эти данные. Женщин вообще больше в нашем обществе, примерно 53-54%, причём их преобладание начинается с 35-40 лет – как раз на пике доходов (в среднем пика доходов в России достигают к 39 годам; в Западном обществе – к 53-54 годам, и уверен, что у нас в России также будет смещаться этот пик в сторону западных данных). Мужчин больше среди маргинализированной массы, которая не является потребителем (или они – плохие потребители). Например, среди трудоспособных мужчин прямо сейчас 1% находится в местах лишения свободы. Среди мужчин преобладают постояльцы психбольниц, различных «рехабов», бомжи, крайней степени алкоголики и наркоманы, опустившиеся люди. В совокупности, думаю, все вместе они – 3-5% мужчин. И тогда соотношение не просто женщин и мужчин, а женских и мужских потребителей будет уже примерно 58:42 (если вообще не 60:40).

Потому и рекомендации Института социологии РАН к маркетологам, рекламщикам и PR-щикам – обращаться в первую очередь к женской аудитории в России. Думаю, это же касается и политтехнологов.

PS Из жизненной практики знаю, что уходит правило «кто платит по крупным покупкам – тот и принимает решение». Когда работал в конце 2000-х в недвижимости, это правило было видно в покупке квартир. В основном мужчина платил, он же и принимал окончательное решение, что покупать (или не покупать). Сейчас бывшие коллеги говорят, что за дорогие квартиры (дороже 25-30 млн руб. для Москвы) в основном платят также мужчины (с их счёта уходят деньги), но последнее слово всё чаще остаётся за его женщиной, она решает, что брать или не брать (об этом супруги открыто говорят при продажниках и риэлторах).

В т.ч. женщины больше стали расчётливы в таких факторах, как близость хороших детских сада, школы и больницы (потому что в основном ей и заниматься с детьми), транспортная доступность (в первую очередь, удобно ли именно ей ездить оттуда на работу или на дачу, где парковать машину) и т.п. По самой квартире – есть ли там гардеробная, большая ли кухня, есть ли отдельный санузел, стали учитывать даже такую прежде экзотику, как есть ли возможность создания «макияжной зоны».

Так что и в тех покупках, что формально осуществляет мужчина, слово женщины тоже всё более значимо.

https://t.me/tolk_tolk/25900

____________________________

К истории о том, что женщин в РФ больше (соответственно, они и задают потребительские тренды на макроуровне), я бы добавил еще замечание, что и живут женщины в РФ дольше, причем это очень давний тренд - за период с 1965 по 2016 год прирост продолжительности жизни для тех, кто дожил до 65 лет, в России составил всего 1,4 года для женщин и всего 0,7 года для мужчин.

Для сравнения, на Западе за тот же период этот прирост был в разы выше: 5,7 года для мужчин и 6,7 года для женщин.

Тут есть системная причина, о ней можно долго говорить, но в целом можно сказать, что положение женщин в РФ устойчиво улучшается, (да, я знаю об всех чудовищных эксцессах насилия, о «стеклянном потолке», «гендерном разрыве», но – в целом тренд идет на улучшение положения женщин, это не быстрый процесс, но он идет, а средняя прослойка управленческого аппарата в РФ, та самая прослойка, в которой желания высшего начальства превращается в практические действия – в РФ эта прослойка все более становится женской, на практике женщины служат проводниками идей власти… а у мужчин в РФ «все сложно (здоровье, жизнь» (за исключением ограниченного числа тех, кто «пришел к успеху»).

В общем, тот, кто в РФ делает ставку (политическую ли, маркетинговую) на интересы женщин, правильно делает, и, что интересно, это ведь тоже не новая история, великий бытописатель русской деревни Александр Энгельгардт полтораста лет назад замечал, что без согласия женщин в русской деревне ничего не делается…

…Вот для начальства бабы в деревне язва.

Мужчины гораздо более терпеливо переносят и деспотизм хозяина, и деспотизм деревенского мира, и деспотизм волостного, и затеи начальства: станового, урядника и т. п.

А уж бабы - нет, если дело коснется их личных бабьих интересов. Попробовало как-то начальство описать за недоимки бабьи андараки, так бабы такой гвалт подняли, что страх, - к царице жаловаться, говорят, пойдем…

…

… во всех делах, где задет бабий интерес, бабы всегда осиливают мужиков, и тот, кто заводит какое-нибудь новое дело, чтобы иметь успех, должен прежде всего обратить внимание, насколько будут задеты бабьи интересы в этом деле, потому что вся сила в бабах…»

https://t.me/moneyandpolarfox/13793

_________________________

Итак, что мы видим - власть и деньги знают, на кого ориентироваться по факту существующего гомеостаза, подтверждаемого существующим законодательством и правоприменительной практикой. Практика говорит существенней, чем замшелые стереотипы: женщины - сильный пол, а слабый - мужчины (большинство, средние и ниже, однако даже прецеденты некоторых известных мужчин, предпринимателей и бойцов ММА свидетельствуют недвусмысленно). Что, я бы лично отметил, только ухудшает фактическое, а не декларативное отношение к слабому сильного, причём это не чисто современное явление, а, получается, всё то же дремавшее старое, лишь только выходящее наружу:

_________________________

...

Может быть, причина мизандрии кроется в каких то «новых веяниях»? Нет. В ходе исследования социологи опрашивали представительниц двух поколений: поколение X (1963—1984 гг рождения) и поколение Y (1984—2000 гг рождения). Гипотеза о том, что мизандрия более свойственна младшему поколению – не подтвердилась. Молодые женщины презирают мужчин ничуть не больше, чем их матери.

При этом наличие ребенка в семье не помогает мужчине - среди «женщин с детьми» уровень мизандристских установок выше, чем у «женщин без детей»

Действительно, в РФ существует и мужская сверхсмертность, и женщины преобладают в возрастных когортах начиная с 45 лет, но… на поведении социума это не отражается. Мужчины ведут себя так, будто у них несколько жизней, а женщины – так, будто мужчин бесконечное количество.

https://t.me/moneyandpolarfox/12394

✔️Психоцентризм — подход, при котором все проблемы человека объясняются исключительно его психологическим состоянием. Социологи нередко определяют это явление как доминирующее предположение, что жизненные трудности людей связаны только с процессами в их психике.

На практике это выглядит так: человек приходит с проблемой, вызванной реальными социально-экономическими факторами, а получает рекомендации по работе над своим восприятием ситуации. Вместо признания объективных трудностей, с которыми сталкивается клиент, специалисты и общество в целом предлагает ему «найти ресурс внутри себя».🧐

🗓Представьте в офисе компании люди работают c постоянными дедлайнами и переработками. Люди жалуются на стресс и выгорание.  Вместо того чтобы решать базовые проблемы с организацией труда, руководство предлагает сотрудникам «научиться справляться со стрессом». И, например, оплачивает программы по майндфулнесс, групповым медитациям и прочим техникам “управления стрессом”. Неплохо ведь, правда? 😮

Согласно исследованию, опубликованному в Journal of Child and Family Social Work, диагноз ГТР значительно чаще ставится людям из малообеспеченных слоев населения. На первый взгляд может показаться, что бедность провоцирует тревожные расстройства. Но давайте посмотрим на ситуацию иначе: разве не логично испытывать сильное беспокойство, когда нет уверенности в завтрашнем дне?

🔼“У вас повышенная тревожность, вам нужно просто научиться расслабляться или у вас проблемы с отношением к ситуации, либо нарушены биохимические процессы в головном мозге, а ну да или это СДВГ”….

🤯Биопсихосоциальная модель, которую признаёт “научный и доказательный мир”, на деле часто игнорируется в части социальных факторов. Мы охотно говорим о психологических травмах,  биохимических процессах и нейромедиаторах, но редко затрагиваем социальный контекст, в котором находится человек.

Критическое мышление в психологической практике — это не только анализ когнитивных искажений клиента, но и способность видеть более широкий контекст его проблем.⚠️

Я не отрицаю важность медикаментозного лечения или психотерапии, но это всё не должно становиться пластырем на социальных и контекстуальных ранах человека.

_________________________

Оригинал: https://www.b17.ru/article/711186/

Автор - Диордиев Максим Борисович

https://www.b17.ru/diordiev/

Врач-психотерапевт, КПТ-терапевт Супервизор

г. Екатеринбург

@Murrmelade, #comment_361083427

Чел, да ничего не попробую. Так это работало всегда, так это работает и сейчас.

Современные исследования генетиков доказывают, что только 20% мужчин сумели оставить свое потомство. И именно благодаря этому простому эволюционному механизму мы с вами сейчас такие умные дискутируем в интернетике.

Так как самки всегда выбирали самого лучшего. Того, кто лучше их. На этом построена эволюция и весь современный мир. Рожали бы от первого встречного- так и жили бы в пещерах, и я и ты.

Кто максимально тратит ресурсы своего организма на продолжение вида, с риском умереть при родах, тот и выбирает, капиш?

@IrinaSingingBird, #comment_365376004

Капец, ты зануда!

Ну, давай по пунктам и жёстко:

1. "Девушкк-женшин" было написано просто потому, что я не знаю твой возраст. Если тебе за сорокет, то уж извини, но девушки до 20 - это уже не для тебя при твоих -то вводных.

Если тебе 20-35, то от 16 до 30+ пару найти вполне реально. Было бы желание.

2. Вопросом на вопрос: а в чем я не права? Вот ты, весь такой красивый, но с трудом закрывающий даже собственные потребности, девчонке - зачем? Вместе должно быть лучше, чем одному, правда? А девушки - существа, требующие затрат. И чем больше, тем лучше.

3. Если твой уровень достатка для тебя - потолок- тут без вариантов. Если есть перспектива - есть шанс. Ибо деньги, с момента их изобретения - единственный показатель успешности и конкурентоспособности самца. Не красивое тело, не длинный хвост, а именно деньги. А любая самка, в том числе и самка человека, чисто инстинктивно выбирает в качестве отца будущего потомства - наиболее успешного. И ты можешь сколько угодно рассуждать о продажности и завышенных требованиях девушек, инстинкт никто не отменял.

"Честность - лучшая политика." (с).

Посреди оживлённого общения за ужином, в котором участвовали бывший губернатор, министр, владелец пиарагентства, два писателя и профессор Калифорнийского университета Беркли, всего три мужчины и три женщины, две из которых убеждённые феминистки. Один из гостей, писатель Сэм Кин, спросил: "Если бы вы жили в наше время, кем бы вы предпочли родиться: мальчиком или девочкой?" Все мужчины однозначно ответили: "Девочкой". И точно также ответили и две из трёх присутствующих женщин.

Из книги Уорена Фарела и Джона Грея "The Boy Crisis. Кризис мальчишескости".

Но почему люди так отвечают? Почему, когда спрашиваешь мужчину, какого пола ребёнка он бы хотел, мальчика или девочку, всё больше мужчин отвечают девочку. Через страницу мы находим одну из важных причин этого:

Девочка в современном мире может быть тем, кем захочет, а мальчик такой возможности не имеет.

Из книги Уорена Фарела и Джона Грея "The Boy Crisis. Кризис мальчишескости".

Наблюдательные мужчины, которые умеют смотреть по сторонам, анализировать свой опыт и социальную реальность вокруг, вдруг обнаруживают себя в так называемом мизандрическом дискурсе. Русскоязычный аналог слова мизандрия - это мужененавистничество.

________________________

Что ты жалуешься, как баба? Ну какой ты мужик? Вам, мужикам, лишь бы бухать и трахаться.

Истории, которые каким-то образом подчёркивают мужскую ущербность или лишают мужчин элементарного человеческого достоинства, можно продолжать бесконечно. Все они образуют так называемый мизандрический нарратив или мизандрический дискурс.

Мизандрический дискурс складывается примерно из следующих компонентов. Во-первых, это высокомерие женщин по отношению к мужчинам и пресловутое долженствование. Тема про «мужчина должен» очень известная о маносфере, но от этого не менее значимая. Она закреплена даже на уровне языка.

Когда женщина говорит, например, "я же женщина", она тем самым пытается отцепить себя от всех функциональных смыслов. Я же женщина, а не посудомойка, не кухарка, не уборщица и не обслуга, имеется в виду. Если же мы слышим выражение "Ты же мужчина", оно, напротив, обозначает нагромождение дополнительных функциональных значений. Ты мужчина, а значит добытчик, защитник, мудрец, решала, мастер на все руки и тому подобное.

Более того, за женщиной в языке закреплено слово «можно». Когда ты указываешь какой-нибудь женщине на её чрезмерно агрессивное, наглое или безответственное поведение, она может сказать полушуткой что-то вроде: "Ну, я же девочка, мне можно». Мы не раз это слышали и ещё много раз услышим. Тогда как за мужчиной закреплено слово «должен», и никаких способов оправдать свои недостатки или свой гиперэгоизм для мужчины не существует.

Здесь следует учитывать ещё один важный момент. Вообще «должен» является одной из причин невротизации личности, то есть одним из тех негативных убеждений, которые генерирует дисфункциональные эмоциональные состояния. Но в случае с мужчинами он сам, впитав общественные установки, навешивает на себя то, что он должен содержать, защищать, работать сверх меры, вкладываться, ухаживать, баловать, быть эмоционально сдержанным, стабильным, сильным, спокойным, не проявлять страх, гнев, ну и так далее по списку. То есть соответствовать каноничной маскулинности.

Но кроме его собственной невротизации, его атакует ещё и женское, и социальное долженствование. Получается, что мужчину сверху придавливает целых три слоя поведенческого «должен». И этот трёхглавый дракон, угрожая своими языками пламени, как бы говорит ему: "Веди себя определённым образом и будешь одобрен, будешь принят и получишь похвалу".

И всё бы было нормально, если бы этот эталон поведения истинного мужчины не был настолько деструктивным для самого мужчины и крайне сложным для реализации. У мужчин будто бы крадут их собственную жизнь, но мы, как и каждый другой человек, хотим принадлежать самим себе. Правда, этому нужно долго учиться или даже переучиваться, ведь в нас воспитали совершенно иные убеждения.

Я вот удивляюсь, куда мужчины тратят свои деньги? Им же ничего не нужно. Мужчина счастлив только, если счастлива его женщина. Если ты не умеешь зарабатывать деньги, то даже не думай о семье. Лузер, нищеброд, альфонс, эгоист.

Навешивание на мужчин ярлыков. Это называется стигматизация, и она имеет разные проявления.

Чаще всего мужчину, который не соответствует социальным ожиданиям или желанным представлениям по таким критериям, как внешность, статус и поведение, называют каким-либо оскорбительным словом. Если его кошелёк недостаточно полон, его могут считать нищебродом, лохом, лузером, например. Если он высказывает критику в адрес определённых моделей женского поведения или социальной системы в целом, его называют обиженка, слабак, не мужчина.

Иногда используются и более описательные методы уничижения. Часто происходит апелляция либо к небольшим размерам полового органа мужчины, либо к его якобы нетрадиционной сексуальной ориентации. Если ты не хочешь угождать женщинам и вредить собственной жизни, то что-то в тебе не так. В тебе есть какой-то изъян. И чем дальше мужчина находится от эталонов мужской красоты, статуса и поведения, тем более агрессивна по отношению к нему социальная среда.

А средний мужчина, то есть подавляющее большинство мужчин, находится очень далеко от этого эталона. Средний рост, средний размер полового органа, средняя зарплата. Всё это сегодня считается дефицитарным, недостаточным и недостойным. Это будут в меньшей степени чувствовать мужчины, которые рано и удачно отдалились от этой социальной матрицы, например, удачно женились на хорошей женщине или сепарировались от общества, например, ушли в монашество. Но это единичные случаи.

Большинство же мужчин с этим сталкиваются напрямую. Кто-то осознаёт это, но соглашается. Кто-то закрывает на это глаза, кто-то не осознаёт вовсе. Каждый адаптируется по-своему. Кто-то видит мужество именно в покорности и терпимости. Ведь если мужчина жалуется, вернее, обоснованно указывает на очевидную несправедливость, то «он ведёт себя как баба».

В New York Times появилась статья, в которой отец, бравший отпуск по уходу за ребёнком, рассказывает, что он скорее наплетёт своим будущим работодателям про своё несуществующее тюремное прошлое, чем признается, что сидел дома и занимался хозяйством.

Из книги "Мужчина в отрыве, игры, порно и потеря идентичности" Филиппа Зимбардо и Никиты Коломбё.

_________________________

Этот глобальный социальный процесс можно обозначить как инцелизация большого количества мужчин. Часть из них просто никому не интересны. Другая же часть считает, что отношения сейчас требуют несоизмеримо больших усилий, чем раньше, и они в целом деструктивны для мужской жизни, что в большинстве случаев оказывается правдой. По данным исследовательского центра Пьюр, 63% американских мужчин в возрасте от до 29 лет одиноки, что почти вдвое больше, чем число одиноких молодых женщин.

Мужские проблемы в большинстве случаев обесцениваются, а вся ответственность за решение этих проблем вешается исключительно на мужчину. Британский философ и социолог Марк Фишер в своё время ввёл концепцию под названием Приватизация стресса. которая состоит в том, что наличие проблем у человека объясняется не особенностями социоэкономических общественных механизмов, не общественными идеологемами, а собственными ошибками и недостатками самого человека. Политической системе невыгодно решать корневые социальные проблемы, и она провозглашает носителям этих проблем конкретную индивидуальность. Это особенно касается мужчин, но и женщины, которые избрали самостоятельный жизненный путь согласно принципам личной ответственности. также могут испытать на себе этот постулат неолиберализма.

Всё в твоих руках. Ты за всё отвечаешь сама. Если ты неуспешна, то это лишь результат твоей низкой эффективности или допущенных ошибок.

Однако женщинам намного проще найти помощь в различных кризисных центрах. Кроме того, женщине проще делегировать ответственность. У неё есть рычаг, когда она может объявить свою несостоятельность только лишь своим полом и делегировать основную психологическую, физическую и финансовую нагрузку мужчине или даже мужчинам, что нередко и происходит в современном мире.

У мужчины этот рычаг намного слабее. Мужчинам в большинстве случаев некуда обращаться за помощью. Они должны всё решить сами. Ведь беспомощный мужчина выглядит жалко в общественных глазах. И все эти стереотипы до сих пор сильны в обществе.

Основным демографическим фактором ранней смертности является мужской пол. Вследствии высокорисковых условий труда каждый день умирает множество людей. 92% из них - мужчины.

Из книги Уорена Фарела и Джона Грея "The Boy Crisis. Кризис мальчишескости".

Чудовищная конкуренция в глобализованном мире. Сейчас мужчины столкнулись с небывалой конкуренцией за финансовые ресурсы и за женщин. Сейчас, оставаясь средним, обычным, ординарным, вы остаётесь невидимым.

Не участвуя в обществе спектакля, как его назвал французский философ Ги де Бор, не продуцируя бесконечный и бессмысленный контент для социальных сетей, не будучи популярной перформативной личностью, вы никому не нужны. Всё общественное внимание перенаправляется в топовый сегмент к лучшим, согласно крайне сомнительным социальным метрикам, самым ярким, самым богатым и популярным социальным акторам: актёрам, спортсменам, блогерам, моделям и фрикам. Женщины и секс всё труднее доступны для обычного человека, но при этом, конечно, легче доступны для так называемых звёзд и богачей. Поэтому многие выбирают путь конкуренции с надеждой войти в когорту самых востребованных, самых желанных людей, и тогда им всё станет доступно.

Это правда. Но войдёт туда, к сожалению, только горстка избранных, самых проворных и удачливых мужчин. Всех остальных ожидает лишь разочарования, выгорания и депрессии.

Множество мужчин пытаются заработать достаточно денег, чтобы в глазах будущих жён они стали привлекательными будущими супругами и отцами.

Из книги Уорена Фарела и Джона Грея "The Boy Crisis. Кризис мальчишескости".

Ну зачем мне вообще такой мужчина, если он меня не обеспечивает?

Мужчина в нашей культуре - это человек, который должен исполнять различные социальные роли, отвечать определённым ожиданиям, конкурировать и испытывать враждебность. Но именно это обесценивает лучшие качества и способности мужчин и ведёт к тому, что это бремя становится невыносимым. Жизнь мужчины в существенной мере управляется страхом.

Из книги Джеймса Холиса "Под тенью Сатурна".

Страхом не оправдать ролевые ожидания, не оправдать статус мужчины. Поэтому мужчина работает, добивается, платит, терпит и рано умирает. ....

__________________________

Канал автора на тытрубе - "Мужской логос" - https://www.youtube.com/@MaleLogos

Взято отсюда: