Нисколько не согласен с тем, что говорит чел в микрофон.

Тут главное — это картинка, показывающая, что происходит в США.

Когда в 1832 году холера добралась до Нью-Йорка из Европы, она убила более 3 500 человек (а по неофициальным данным — до 5 000), то есть около 2% населения города. Люди умирали за считанные часы, а трупы свозили в общие могилы. Источником заражения стала вода: жители пили из загрязнённых колодцев и водоёмов, таких как Коллект-Понд - заболоченный пруд, куда стекали нечистоты. Заболеть можно было из-за алкоголя со льдом из заражённой воды. Но власти вместо очистки воды и введения карантина запрещали спиртное...

А виной всему был патоген - холерный вибрион.

Холерный вибрион

Возбудитель холеры Vibrio cholerae — это водная бактерия, эволюционировавшая в устьях рек, солоноватых водах и прибрежных зонах, особенно в регионах с теплым климатом. Её предками были, вероятно, свободноживущие морские вибрионы, хорошо приспособленные к жизни в планктоне. Считается, что высокопатогенные штаммы возникли в дельте Ганга и Брахмапутры на индийском субконтиненте. Здесь бактерия, циркулируя между водной средой и населением, прошла «эволюционную огранку», закрепив патогенные свойства.

Холерный вибрион действует очень оригинально для патогенной бактерии. Он не разрушает ткани, а с помощью мощного токсина перепрограммирует клетки кишечника, заставляя их выкачивать воду из организма, что приводит к стремительному обезвоживанию. Бактерия фактически использует человека как насос для своего расселения. Вызвав массивную диарею, она в огромных количествах возвращается в окружающую среду, загрязняя воду и начиная новый цикл заражения.

Предыстория эпидемии: коррупция и провал водопровода Манхэттена

Ещё в конце XVIII века инженер Уильям Вестон и врач Джозеф Браун предложили проект чистого водопровода, который бы брал воду из реки Бронкс, фильтровал её через песок и подавал в город по чугунным трубам.

Однако сенатор Аарон Берр саботировал проект. Вместо этого он продвинул свой вариант - частную водопроводную компанию Manhattan Company, которая на построила примитивную систему на конной тяге и с деревянными трубами - вместо изначально задуманного водопровода с использованием паровых двигателей. Деревянные трубы протекали, вода застаивалась, а лошади испражнялись прямо рядом с резервуарами, объём которых составил менее 0.1% от изначального запроектированного инженерами.

Берр потратил почти столько же денег, сколько требовалось для качественного водопровода, но результат был катастрофическим: система обслуживала лишь несколько богатых кварталов, а основным источником воды оставался тот самый Коллект-Понд. Позже Берр использовал компанию как основу для создания Bank of Manhattan (предшественника JPMorgan Chase, ныне второго крупнейшего банка США), что окончательно подтвердило: его интересовала прибыль, а не здоровье горожан.

Ложные заявления врачей и теория миазмов

В разгар холерных эпидемий в Нью-Йорке XIX века ключевой проблемой стали ошибочные медицинские теории, которые не только мешали борьбе с болезнью, но и усугубляли её распространение. Многие врачи, включая авторитетных специалистов, утверждали, что холера не передаётся от человека к человеку, а её источник — «миазмы» (ядовитые испарения от гниющих отходов и болот). Эта идея, унаследованная от средневековой медицины, привела к катастрофическим последствиям.

Например, нью-йоркские медики отвергали необходимость строгого карантина, считая, что болезнь возникает из-за «плохого воздуха» и антисанитарии, а не контактов между людьми. В 1832 году, во время первой крупной вспышки, городские власти даже ослабили проверку судов в порту, так как врачи настаивали: холера не заразна. Результат был предсказуемым - инфекция стремительно распространилась среди бедных районов, где люди жили в тесноте и пили загрязнённую воду.

Особую роль сыграла уже известная нам Manhattan Company — организация, ответственная за водоснабжение. Её руководители, опираясь на мнение лояльных медиков, заявляли, что эпидемия не связана с качеством воды, а значит, менять гнилые деревянные трубы необязательно. Это прямо способствовало заражению: жители продолжали пить воду из Коллект-Понда, смешанную с канализационными стоками.

В 1832 году губернатор Нью-Йорка поручил видному научному деятелю Льюису Беку сделать отчёт о рисках эпидемии холеры. Бек определил, что существует вектор роста заболеваемости, который направлен в сторону города. Однако выводы в отчёте были крайне странные.

Хотя Бек отмечал связь между антисанитарией и холерой, он не идентифицировал воду как основной вектор инфекции. Его отчёт фокусировался на «вредных испарениях» из каналов и свалок, а не на загрязнённых водных источниках. Отчёт Бека почти не затрагивал роль бедности и перенаселённости в распространении холеры. Он объяснял вспышки исключительно «моральной распущенностью» и «плохой гигиеной» бедняков, не учитывая системные проблемы городской инфраструктуры. Сообщения о болезни уважаемых граждан он списывал на увлечение горохом и прочими овощами.

Само собой, такой отчёт не помог, а скорее усугубил ситуацию. Государство не предприняло реальных мер, и эпидемия ударила по неподготовленному населению.

Распространение холеры прекратилась по естественным причинам, в том числе из-за снижения общей активности. По итогу правительство создало отдельный орган противодействия холере - Санитарный комитет. Однако системных изменений так и не последовало.

Вторая волна - эпидемия иммигрантов

Нью-Йорк был крупным портом, через который в страну прибывали иммигранты и товары — вместе с холерой. После первой эпидемии 1832 года были введены карантины, но к 1849 году, когда холера вернулась, контроль ослаб. Власти опасались ударить по торговле и туризму, поэтому суда проверяли формально.

Ситуацию усугубляла нехватка медицинских инспекторов и коррумпированность портовых чиновников, из-за которой корабли с больными часто разгружались без проверки. Только в 1863 году в Нью-Йорке приняли жёсткий карантинный закон, разрешавший задерживать суда по малейшему подозрению.

В результате эпидемия вернулась и унесла более 5000 человек - снова около 2% населения Нью-Йорка. Отсутствие значимых мер и игнорирование современных научных теорий привели к повторению трагедии. Основной удар снова пришёлся на перенаселённые трущобы.

Третья эпидемия - триумф санитарии и науки

К 1850-м годам, после работ лондонского врача Джона Сноу, доказавшего связь холеры с водным путём передачи, нью-йоркские власти начали менять подход.

Холера вернулась в 1866 году, и в этот раз её встретили во всеоружии. Ключевую роль сыграли новый санитарный инспектор и глава Медицинского совета города.

Были приняты меры, подкреплённые новейшими научными исследованиями:

• Направление больных в изоляторы, контактировавших — в карантин.

• Массовая дезинфекция улиц, вывоз мусора, очистка трущоб.

• Распространение листовок, призывающих к умеренности, чистоте и обращению к врачам.

Эпидемия была быстро локализована. Умерло около 1100 человек — значительно меньше, чем в предыдущие волны, учитывая что население выросло почти в пять раз - с 200 до 900 тысяч. Это доказало эффективность санитарных мер.

Последствия: парки, канализация и уроки истории

Эпидемии холеры заставили Нью-Йорк измениться:

• Коллект-Понд засыпали, а на его месте возник трущобный район Файв-Пойнтс (позже ликвидированный).

• В 1842 году запустили Кротонский акведук, который наконец дал городу чистую воду.

• После второй вспышки (1849) началось строительство Центрального парка — как «лёгких города» для борьбы с миазмами (по идее архитектора Олмстеда).

• В 1860-х инженер Джозеф Базальгетт создал в Лондоне современную канализацию, отведя сточные воды от Темзы, и Нью-Йорк перенял этот опыт.

Холера в Нью-Йорке XIX века была не просто болезнью - она стала следствием человеческой жадности, невежества и пренебрежения к бедным. Коррупция в Manhattan Company, засилье лженаучных взглядов, нежелание лоббистов в правительстве потерять прибыль от торговли, и как следствие слабый карантин в порту показали, как краткосрочная выгода может привести к долгосрочной трагедии. Эти уроки актуальны и сегодня: пандемии всегда выявляют слабые места в системе.

Написано по мотивам книги "Пандемия: Всемирная история смертельных вирусов", автор Соня Шах

Книга по итогам предыдущего сбора куплена, прочитана и она просто великолепна - по ней планирую написать сразу несколько постов.