Kinodom

Дятел клавиатуры

При обсуждении этого фильма частенько вспоминают этот сюжетный ход и объявляют его ляпом, дескать, не мог Лукашин сесть в самолет по чужому билету, потому что не прошел бы паспортный контроль. Честно говоря, я думала так же, до тех пор, пока в комментарии одна из читательниц не написала, что в то время, когда снимался фильм, предъявление паспорта при посадке в самолет было необязательным. Я по своему обыкновению, заинтересовавшись сутью вопроса, начала искать информацию на эту тему и нашла много интересного.

Версий, как такое могло произойти, несколько. Например, вот одна из них:

Нет! Лукашин полетел в Ленинград именно по чужому билету! В сцене в бане есть такой момент: Ширвиндт/Павел говорит, что если они будут продвигаться такими темпами, то он на аэродром не попадает, на что Бурков/Михаил отвечает: "Положись на меня. Дай сюда билет". То есть, билет уже был, Михаил и Александр просто нашли его в вещах Павла и вручили Лукашину.

Так что эта версия отпадает. Переходим к другой, весьма распространенной: Рязанов допустил ляп. Ну, бывает. В мире кинематографа обычное дело, особенно, если надо чем-то пожертвовать в угоду сюжету. Ну, например, в знаменитом фильме "Скорость" с Кияну нашим Ривзом его персонажу было достаточно выстрелить по колесам автобуса, пока тот не разогнался до 55 миль - автобус гарантированно остановился бы. Но тогда не было бы фильма.

Ну так что там с паспортом? Ляп? А вот и нет! Оказывается, в 70-х годах на внутренних авиарейсах паспорт при посадке в самолет не спрашивали! А знаете, почему? Потому что у трети населения СССР паспортов не было. Согласно докладу от 1967 года первого заместителя председателя Совмина СССР и главного ответственного за сельское хозяйство Дмитрия Полянского, 58 миллионов человек были сельскими жителями, которым паспорта не выдавали! Полянский еще тогда хотел "опаспортить" всех колхозников, однако его предложение выдать паспорта жителям деревень было встречено в правительстве в штыки. В 1973 году этот вопрос поднял уже министр внутренних дел СССР Николай Щелоков. К тому времени количество беспаспортных крестьян достигло уже 62,5 миллионов человек, и вопрос с паспортизацией сельских жителей надо было решать в срочном порядке. А поскольку беспаспортные жители деревень тоже куда-то да летали, то паспортный контроль при посадке не имел смысла.

Однако есть один интересный момент. 15 октября 1970 года произошла первая в истории СССР попытка угона самолета. Это был пассажирский самолёт Ан-24Б рейса № 244, выполнявший рейс "Батуми — Сухуми" с сорока шестью пассажирами на борту. Среди пассажиров были двое террористов, Пранас Бразинскас (45 лет) и его пятнадцатилетний сын Альгирдас Бразинскас. Они пронесли на борт оружие и потребовали от пилотов лететь в Турцию. История была трагичная, несколько человек были ранены, двое остались инвалидами, а молоденькая стюардесса Надя Курченко погибла. Правительству хватило всего 17 дней, чтобы выпустить распоряжение о продаже авиабилетов по паспорту - но только на самолеты, летающие ВБЛИЗИ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ГРАНИЦЫ СССР. Вот, например, билет на внутренний рейс Москва-Харьков от 14 января 1974 года. Указана только фамилия пассажира и инициалы. Никаких паспортных данных:

Так что на рейс из Москвы в Ленинград в 1975 году можно было спокойно пройти, не предъявляя паспорта.

- А больше нету.

В этом году исполнилось 42 (подумать только!) года со дня выходя знаменитого, красивейшего, невероятно экспрессивного, полного небывалого накала страстей фильма "Жестокий романс". Все знают, что снят он по пьесе Островского "Бесприданница". Пьеса была написана в 1878 году - в конце XIX века, поэтому рассматривать события картины необходимо с учетом нравов и порядков, бытовавших в то время.

Итак. Что мы видим. Семейство из почтенной вдовицы и трех дочерей. Двух уже удалось пристроить: одну аж за князя, но неудачно - вскоре после свадьбы муженек из ревности с ней расправился. Вторую тоже за какого-то пускавшего пыль в глаза прощелыгу, которого в Монте-Карло ловит полиция за жульничество, и мать вынуждена отправлять дочери последние гроши, чтобы она не умерла с голоду. Осталась одна дочь - Лариса, вся надежда матери Хариты Игнатьевны. Семейство весьма небогато, не сказать нищее. Все имущество много раз заложено-перезаложено, а денег как не было, так и нет. Живут только хитростью Хариты Игнатьевны да надеждой на удачное замужество Ларисы. Да вот беда - "женихов у ей не рать" (с). А все по той же причине - нет денег. Бесприданница в то время - гарантированный неликвид. Кто покусится на такую? Только такие же нищеброды, как она сама. Но Харита Игнатьевна набивает цену - мы, де, не лаптем щи хлебаем. Нам эти ваши простые чиновники да галантерейщики ни к чему. Нам жениха подавай породовитей, а главное, побогаче! И Харита Игнатьевна всеми силами стремится привлечь в дом состоятельных людей - купцов, или как сейчас сказали бы, олигархов, Паратова, Кнурова, Вожеватова.

Семейство явно живет не по средствам, стремясь выглядеть не теми, кем являются.

Смею предположить, что сама Харита Игнатьевна и при муже звезд с неба не хватала, а посему воспитывала своих дочерей исключительно как красивых кукол, забаву для богатых женихов - вместо того, чтобы научить их практичности в хозяйстве и какой-нибудь профессии, она обучала их быть канарейками, у которых из всех достоинств только красота, голос и изящество движений.

Покорная воле маменьки Лариса не сопротивляется - в то время это было просто немыслимо - перечить родительской воле. Это только потом, в финале у нее вырвется полный отчаяния крик "Я вещь, а не человек!".

Лариса прекрасно понимала, что делает с ее жизнью мать, но не противилась в силу моральных устоев того времени.

Так или иначе, в трагедии не только Ларисы, но и двух других дочерей Хариты Игнатьевны виновата мать. Разумеется, она желала своим дочерям лучшего. Она прекрасно знала, каково это считать каждую копейку и желала своим девочкам лучшей участи. Только вот делала она это неправильно. Она выбрала неверную политику в воспитании. Дай она своим дочерям нормальное образование, научи профессии, девушки вполне могли бы устроиться в жизни, на дворе, как никак, конец XIX века, красных девиц в теремах никто не запирает. Они могли бы стать гувернантками, учительницами, воспитательницами в богатых домах, могли бы, в конце-концов пойти работать в какую-нибудь лавку. И при таком раскладе и нашлись бы женихи - не уровня Паратова и не князья, конечно, но вполне обеспеченные лица из числа купцов, например, или чиновников средней руки. От жены купца в то время требовались навыки "продвинутого пользователя" в ведении хозяйства, иначе как она сможет следить за прислугой? Но мать изначально воспитывала их как неприспособленных к жизни феечек. Другими словами - содержанок. Так что Лариса была обречена. И ее сестры были обречены.

Мои другие статьи можно почитать здесь.

Советский фильм по пьесе Лопе де Вега был снят в 1977 году. Лично у меня он из любимых картин, которые периодически хочется пересматривать. Актеры, накал страстей, костюмы, атмосфера - в этом фильме мне нравится все. При этом стоит отметить, что порядка 20% пьесы в фильм не вошли. Это не хорошо и не плохо, это просто кинореалии - фильм пришлось бы растягивать на три серии. Режиссер Ян Фрид убрал из сценария сомнительные диалоги, например, разговор Теодоро и Дианы в котором она предлагает убить Тристана, кое-какие диалоги Теодоро и Марселы, разговоры маркиза и графа, разговоры слуг и т.п. В результате комедия стала больше похожа на мелодраму, а персонажи получились более благородными, чем в книге, особенно Теодоро. Ну что ж, за это мы их и любим. Однако вместе с этими "ненужными" фрагментами, не влияющими на ход сюжета, из пьесы ушло кое-что важное, что в корне может повлиять на восприятие сюжета и истории в целом.

Вы, конечно, помните ту полную экспрессии сцену, где разъяренная Диана отвешивает оплеухи оборзевшему секретарю. "Я негодяю и пройдохе даю пощечины!" По фильму он получил по щам за такие слова:

Иль ваша милость пожелает
Остановить своею волей
Любовь Марселы и мою?
Или я должен, вам в угоду,
Пленяться тем, что мне противно,
И подчинять мой вкус чужому?
Нет, я Марселу обожаю,
Она - меня, и нет позора
В такой любви!

Однако, если мы обратимся к пьесе, то узнаем, что сразу после этих слов Теодоро говорит кое-что еще, весьма загадочное:

Вам было некогда угодно
Внушить мне страстные надежды,
Взманившие меня настолько,
Что я не вынес груза счастья
И был, как вам известно, болен,
Лежал в постели целый месяц.

О чем это он говорит? Что это за "некогда"? Когда оно случилось? О каком "целом месяце", проведенном в постели, идет речь? Ни в пьесе, ни тем более в фильме ни о каком месяце нет речи, все события разворачиваются максимум за пару недель. Получается, что Теодоро говорит о каком-то случае из прошлого, который не вошел в пьесу? Выходит, у них с Дианой уже была "проба пера"? А что в первоисточнике? Обратимся к оригиналу.

¿Para qué puede ser bueno
haberme dado esperanzas
que en tal estado me han puesto,
pues del peso de mis dichas
caí, como sabe, enfermo
casi un mes en una cama.

Перевод:

До чего же хорошо,
что вы вселили в меня надежды,
которые привели меня в такое состояние,
ведь, как вы знаете, я почти месяц
пролежал в постели больной
от тяжести своих грехов.

Да, был какой-то месяц, в течение которого пылкий и трепетный Теодоро провалялся в постели больным! Но о каких грехах он говорит? Под грехом он подразумевает свою любовь к высокородной даме? Или у них с Дианой уже был другой, плотский грех? Ведь перед этим Теодоро советовал "подруге" графини насладиться объектом ее желаний, оставшись неузнанной:

Я мог бы вам ответить только,
Что если сказанная дама,
Любя простого человека,
Боится честь свою умалить,
То пусть она им насладится,
Оставшись, с помощью обмана,
Неузнанной.

Может быть, графиня последовала этому совету? Диана поддалась чувствам и соблазну, допустила слабость и отдалась безродному, потом ее замучили приступы гордости, а Теодоро неосторожно наступил на больное место, напомнил ей о ее падении? Может быть, именно это вызвало такой гнев прекрасной графини? Увы, де Вега не дает ответа на эти вопросы. Полагаю, что изначально пьеса была более развернутой и содержала некую предысторию отношений графини и секретаря. А автор в процессе окончательного редактирования удалил эту часть, а вот слова о месяце в постели то ли забыл удалить, то ли не смог их ничем заменить.