За пределами России работали 333 избирательных участка в 152 странах. Итог — 212 000 проголосовавших. Это больше, чем на прошлых думских выборах: тогда за границей проголосовали 192 000 человек. Голосовали только бумажными бюллетенями и только по федеральному партийному списку — за одномандатного кандидата на зарубежном участке в этот раз проголосовать было нельзя. Для жителей Латвии, Литвы, Эстонии и Польши дополнительно открыли 10 пунктов на российской стороне границы — в Калининградской, Псковской и Ленинградской областях.

Условия были жёсткими. Элла Памфилова на брифинге в ЦИК назвала их «весьма непростыми». Мария Захарова в эфире «Соловьёв Live» сообщила, что в ряде стран НАТО фиксировались угрозы провокаций и физического насилия вплоть до давления на избирателей. Замглавы МИД Евгений Иванов подтвердил: были попытки сорвать голосование, немногочисленные митинги и сбои в компьютерных сетях «вследствие внешнего воздействия». По его словам, все попытки цели не достигли.

С дистанционным электронным голосованием из-за границы ситуация отдельная. Захарова объяснила прямо: ДЭГ за рубежом намеренно ограничили, потому что у натовских служб есть возможности влиять на серверы и работу сайтов. На практике это выглядело так: vybory.gov.ru и mos.ru формально открывались из Европы, но авторизоваться почти не получалось — «Госуслуги» и ЕСИА не отвечали, поддомены login.mos.ru и my.mos.ru не грузились через обычный домашний интернет. Сработали так называемые «обратные блокировки» — российские сервисы сами ограничивают доступ с зарубежных IP-адресов.
Была и совсем бытовая проблема. Из Черногории пришла жалоба: первому избирателю пришла СМС для подтверждения, а вторая — нет. Председатель ТИК ДЭГ Олег Артамонов пояснил: через роуминговые сети гарантировать доставку СМС невозможно. Одна непрошедшая СМС — и человек мог не проголосовать.

Пока люди разбирались с бумажными бюллетенями и недоступным ДЭГ, по инфраструктуре шли атаки. За три дня заблокировано более 100 миллионов потенциально опасных воздействий на избирательные ресурсы. На федеральную платформу ДЭГ и инфраструктуру электронного правительства — около 2000 кибератак, на ресурсы ЦИК, ДЭГ, ЕПГУ и ЕСИА — свыше 1500 DDoS-атак из зарубежного сегмента интернета. Атаки шли преимущественно из Великобритании, Украины, Бразилии, Индонезии и Индии. Все отбиты, система не останавливалась ни на минуту. В итоге в ДЭГ проголосовали 3,65 миллиона человек — 90,87% от зарегистрированных.
Итог: 212 тысяч россиян за рубежом отдали голоса на бумаге, при живых угрозах и давлении. ДЭГ оттуда был фактически недоступен — по намеренному решению.

https://www.vedomosti.ru/politics/news/2026/09/20/1230329-na...
https://www.kommersant.ru/doc/8970975
https://life.ru/p/pamfilova-rasskazala-o-slozhnostyah-s-golo...
https://www.rosbalt.ru/news/2026-09-20/deg-ataki-na-uchastki...
https://www.gazeta.ru/politics/news/2026/09/20/29356981.shtm...
https://tass.ru/politika/28131841https://ria.ru/20260920/mid...
https://www.tbank.ru/invest/social/profile/ksenia_investorka...

Мы - бренд презервативов и лубрикантов , поэтому периодически с особым интересом смотрим ролики, где их проверяют на прочность.

Натягивают на руку до локтя, на ногу, на арбуз, наполняют водой. А в особенно эффектных видео ещё и проводят ножом по натянутому латексу — и он не рвётся.

На самом деле на производстве с презервативами делают вещи не менее впечатляющие.

Один из стандартных способов контроля качества — испытание на объём и давление при разрыве. Презерватив буквально надувают воздухом до огромных размеров, пока он не лопнет. Так проверяют, какой объём воздуха и какое давление он способен выдержать. Есть и другие испытания, в том числе электронная проверка на отверстия.

И если увидеть, до каких размеров может раздуться обычный презерватив, возникает закономерный вопрос: как тогда он вообще умудряется порваться во время секса?

Потому что способность латекса сильно растягиваться и его устойчивость к повреждению — разные вещи.

Когда презерватив надувают или натягивают на большой гладкий предмет, материал растягивается относительно равномерно, а нагрузка распределяется по поверхности. Поэтому рука до локтя выглядит эффектно, но для качественного латекса само по себе такое растяжение не обязательно критично.

С ножом похожая история. Если провести лезвием по натянутой поверхности без сильного давления остриём в одну точку, эластичный латекс может прогибаться и растягиваться вместе с движением.

А вот маленькое повреждение в конкретной точке — совсем другое дело.

Ноготь при надевании, край кольца, неаккуратно вскрытая упаковка или сильное трение при недостатке смазки могут создать локальное повреждение. И дальше при растяжении оно способно быстро превратиться в разрыв.

Отдельная история — масла, вазелин и жирные кремы. Они несовместимы с латексными презервативами и могут ослаблять материал. Поэтому первое попавшееся «что-нибудь скользкое» вместо лубриканта — не лучшая идея.

Именно поэтому, когда мы говорим о прочности презерватива, нам гораздо интереснее не то, сколько арбузов на него смог натянуть блогер, а какой латекс используется, как сделан презерватив и какие испытания он проходит до того, как попасть в упаковку.

С презервативами LUBVIUS всё именно так: прочность и качество проверяются там, где это действительно имеет значение — на производстве.

А дальше остаётся простая часть: правильно надеть, добавить совместимый лубрикант и использовать по назначению.

Хотя на руку до локтя наши тоже натянутся. Просто мы всё-таки продаём их немного для другого.