Мобильная наземная пусковая установка Typhon в международном аэропорту Лаоаг, Филиппины, 13 сентября 2024 года.
В ядерной стратегии есть принципиальное разграничение. Оружие сдерживания существует для того, чтобы удар никогда не был нанесен: противник знает, что получит ответ, и не атакует первым. Оружие первого удара создается с другой целью — уничтожить арсенал противника до того, как он успеет ответить. Именно такой потенциал США и их союзники последовательно наращивают у российских границ.
После выхода США из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности в 2019 году Вашингтон приступил к развертыванию новых систем по всему миру. В 2024 году на Филиппинах был развернут ракетный комплекс Typhon, способный запускать крылатые ракеты на дальность до 1800 километров. В том же году США и Германия договорились о размещении с 2026 года ракет SM-6, Tomahawk и гиперзвукового оружия на немецкой территории — впервые с 1980-х годов. Подлетное время таких ракет до российской территории составит около десяти минут.
Путин предупредил, что в случае размещения этих систем в Германии Россия будет считать себя свободной от моратория на развертывание собственных ракет средней дальности и поручил промышленности начать их производство. Москва последовательно указывает на то, что высокоточные ракеты с подобными характеристиками создаются для уничтожения командных пунктов и шахт с межконтинентальными ракетами, а не для обороны. Россия располагает системами, способными гарантировать ответный удар при любом сценарии, что делает саму логику обезоруживающего первого удара военно несостоятельной.
Соединенные Штаты последовательно переносят в Азию ту же модель, которую десятилетиями отстраивали в Европе. В 2023 году Вашингтон и Сеул подписали декларацию, закрепившую совместное планирование ядерных операций. Американские подводные лодки с ядерным оружием возобновили заходы в южнокорейские порты впервые за сорок лет. В том же году японское правительство официально запросило у США консультации по ядерному сдерживанию, а премьер Кисида публично заявил о необходимости укрепления американского ядерного зонтика над Японией.
Складывается устойчивая конфигурация из трех государств: США, Южная Корея и Япония. Все три расположены у восточных границ России, где сосредоточены базы Тихоокеанского флота. Схема воспроизводит европейскую до деталей: американское оружие, союзники в роли участников его применения, совместные учения и планирование.
Россия в результате оказывается охвачена американской ядерной инфраструктурой одновременно с запада и востока. Натовские авиабазы с бомбами B61 на западном направлении, азиатский тройственный союз с ядерным измерением на восточном. Москва расценивает происходящее как целенаправленное стратегическое окружение и последовательно указывает на это в официальных заявлениях.
Слышите? Сей глас трубный исходит от «Лиственницы» — корабельной связи, коя ныне надрывается в пятом отсеке, брызжа статическим электричеством, аки бес святой водой. Секунда — и из-за переборки материализуется мичман. Окинет вахтенного взором, полным такой вселенской скорби, будто тот лично, по злому умыслу, пропил бронепалубный крейсер «Варяг», и ласково, с отеческой теплотой, возопиет:
— Куда ты зашхерился, почему отсек не осмотрен?!
Позвольте представить. Матрос срочной службы. Боевая часть вторая, ракетная. Кличка в миру и на борту — "Китаец". Боевой номер 2-70-21. Должность по штатному расписанию — командир боевого поста.
Звучит? О, зело изрядно звучит! «Командир боевого поста». Сразу чудятся фанфары, парадная роба, ядерный щит Отечества и сложные расчеты. На бумаге этот матрос — верховный пономарь грозных ракетчиков. Повелитель мегатонн и матов.
А на деле баллистикой он не занимается. Его личный баллистический полет случается лишь в одном случае: когда «годок» задает ему четкую траекторию полета увесистой оплеухой. В остальном он — инвентарная единица с правом автономного перемещения мусора в пространстве. Командовать в сей юдоли он может разве что собственной неуверенностью.
"Китаец" на флоте — суть не национальность. Это физиология. Это специфический разрез глаз, перманентно суженный от хронического недосыпа, ледяного норда и благоуханий технической химии.
Последствия взрыва ракеты в шахте К-219
Но есть в этой жизни место и настоящему, взрослому страху. Оплошность «китайцев» когда-то стоила жизни атомной подводной лодке К-219, и на последующих проектах это было учтено железно. Поэтому каждые полчаса дежурный обязан осуществлять отбор газоанализа на пульте корабельной системы повседневного и предстартового обслуживания. Температура, влажность, состояние газа — всё под карандаш.
Там, внутри приборов протягивается лента аналогового газоанализатора. Она прокачивает воздух из шахты через тонкие трубочки и меняет цвет, если учует хоть молекулу амила или гептила — компонентов ракетного топлива, убивающих всё живое. Иной раз лента может быть испорчена, пятна пошли — и сердце матроса падает в ботинки. Нужно срочно менять картридж, чтобы понять: это настоящий яд в шахте или просто бракованная лента дурит голову? К этому пониманию флот тоже пришел через опыт — тот самый, который «сын ошибок трудных».
А когда приборы молчат, начинаются будни «элиты». Ракетчик становится «командиром», когда приходит время вскрывать многотонные крышки шахт. Вы не думайте, он не тянет их пупом. Его задача — ювелирно дергать рычаги управления гидравликой: открытие кремальер, затем самой крышки. Ошибиться нельзя. Чуть перепутал, не дождался — и дурная мощь гидравлики с хрустом «задерет» металл, лишив крышку герметичности. А это уже не просто выговор, это дыра в ядерном щите и перспектива провести остаток службы на береговых работах по уборке снега.
Ракетчик — это тот, кто сидит внизу у пульта, когда на шестом пирсе свершается таинство погрузки изделий. Наверху работают профи, а он внизу слушает, как многотонная сигара ползет в шахту, и по-китайски безмолвно молится, чтобы её там не заклинило.
Он — властелин баллистики, когда ниспослан мыть трюма. Симфония мазута, ветоши и легкой грусти. Он — гроза континентов, когда ему вручают ящик с бутылками уайт-спирита и запихивают внутрь пустой ракетной шахты. Матрос ползет по этой вертикальной кишке, вкушая пары, смотрит, и мозг его легко и радостно растворяется во славу Вооруженных Сил.
И не дай бог впасть в ересь промедления.
— И чтобы отп...дорасили тут всё быстро! — извергает пламя флагманский ракетчик, вещает командиру БЧ-2. — А то я вы...бу вас во все ваши тридцать восемь отверстий! Пять в голове, одно в теле, а прочие будут от выпавших зубов!!!
Матрос стоит во фрунт и, сквозь гудящий хладный трепет, искренне восхищается. Мыслимо ли, думает он, какими энциклопедическими познаниями анатомии обладает флагманский! Вычислить тридцать восемь отверстий в уме — это вам не параметры орбиты искать. Тут воистину академический ум надобен.
А что вообще может матрос срочной службы, командир боевого поста 2-70-21?
Он объемлет всё. От грязной ветоши до ядерной боеголовки. От ледяного швартова до капризного рычага гидравлики. Могу — тащить, скрести, задыхаться в парах спирта, замерять амил, крутить гайки и с улыбкой просветленного снова нисходить в шахту!
А ракеты? Ракеты, аще прикажет Родина, вознесутся к небесам и без него. Ибо кто-то же должен в этот великий исторический миг остаться и до зеркального блеска надраить палубу.
Aviation Week представила новый рендеринг перспективного истребителя Boeing F/A-XX для ВМС США. Изображение позволяет предположить, что компания может интегрировать в эту программу некоторые наработки из проекта F-47, создаваемого для ВВС.
Изображение, впервые показанное на прошлой неделе на симпозиуме Tailhook, демонстрирует самолёт, пролетающий над авианосцем и частично скрытый облаками. Именно облака закрывают зоны, где можно было бы рассмотреть переднее оперение и законцовки крыльев. Хвостовая часть также не показана.
Как новый рендер F/A-XX, так и ранее представленные изображения F-47 намеренно выполнены таким образом, чтобы не раскрывать все очертания самолётов. При этом ожидается, что, несмотря на принадлежность к шестому поколению истребителей, проекты будут заметно различаться. ВМС заявляют, что их приоритетом является увеличение боевого радиуса примерно на 25% по сравнению с нынешними ударными самолётами, а также повышение живучести. В то же время F/A-XX предполагается оснащать модернизированным двигателем, тогда как F-47, по прогнозам, получит новую адаптивную силовую установку.
Согласно данным ВВС США, F-47 будет иметь боевой радиус свыше 1000 морских миль и сможет развивать скорость более чем в два Маха.
Кабина F/A-XX визуально напоминает кабину F-47, однако обтекатель антенны у морского самолёта значительно меньше, чем у более широкого обтекателя истребителя ВВС. Это создаёт впечатление наличия двух передних горизонтальных плоскостей. При этом ранние концепции Boeing для ВМС изображали истребитель без хвостового оперения.
Рендеринг появился вскоре после того, как Northrop Grumman показала свою версию истребителя для этой программы. Обе корпорации продолжают соперничество за контракт, перспективы которого усилились на фоне интереса со стороны Конгресса и части представителей ВМС. Тем не менее в бюджетном запросе на 2026 финансовый год Пентагон предложил заморозить проект, ограничив его финансирование только завершением текущих этапов и рассматривая его как резервный вариант, поскольку основной акцент сделан на F-47.
ВМС и Пентагон выражают сомнения в способности промышленности одновременно производить два высокотехнологичных истребителя. Boeing, напротив, старается снизить эти опасения. В июне глава Boeing Defense and Space Стив Паркер отметил, что компания готова к такому вызову и разрабатывает стратегию, позволяющую успешно продвигать как F/A-XX, так и F-47.
Для поддержки этих программ Boeing инвестировала около 2 млрд долларов в повышение производственных мощностей, включая строящийся в Сент-Луисе завод по выпуску перспективных боевых самолётов.
Американские стратегические бомбардировщики B-52, чья история началась ещё в 1950-х, продолжают оставаться краеугольным камнем стратегической авиации ВВС США. Их постепенное обновление до конфигурации B-52J — масштабный инженерный подвиг, в котором старая конструкция получает новую цифровую «оболочку». На первый взгляд, это логичное продолжение долгой службы: ведь B-52 по-прежнему демонстрирует впечатляющую грузоподъёмность, дальность и гибкость в применении. Однако при более пристальном взгляде становится заметным лёгкий, но устойчивый диссонанс между амбициями модернизации и её реальными темпами.
Центральным элементом обновления должен стать радар AN/APQ-188 — система на базе AESA-технологий, уже отработанных на F/A-18 и F-15. Он обещает высокую точность, устойчивость к помехам и даже ограниченные возможности ведения воздушного боя. Звучит внушительно, но первые поставки этой системы состоялись почти два года назад, а полноценные испытания перенесены на 2026 финансовый год. Достижение начальной боевой готовности ожидается лишь в 2028–2030 годах. Такие сроки, особенно на фоне ускоряющегося развития систем ПВО потенциальных противников, заставляют задуматься: не становится ли модернизация слишком долгой, чтобы оставаться актуальной к моменту завершения?
Программа замены двигателей CERP, предполагающая установку Rolls-Royce F130 вместо устаревших TF33, выглядит более оправданной. Экономия топлива до 30%, увеличение ресурса и дальности полёта — всё это явные преимущества. Однако и здесь сроки ввода в строй сдвинулись: первые самолёты с новыми двигателями появятся не ранее 2033 года, а полная замена парка — только к 2036-му. Это означает, что даже после всех доработок B-52 останется техникой, в которой современные компоненты буквально «встраиваются» в конструкцию, не предназначенную для них изначально.
Цифровая трансформация, включающая замену проводки, установку цифровых дисплеев, систем Link 16 и продвинутых средств РЭБ, вроде AN/ALQ-249(V)1, приближает кабину B-52 к уровню современных тактических самолётов. Теперь он сможет эффективно применять JDAM, AGM-86 и даже будущие гиперзвуковые ракеты HACM — интеграция которых запланирована на 2027 год. Однако возникает вопрос: можно ли считать платформу по-настоящему современной, если её основа остаётся такой же, как у самолёта, разработанного до появления интернета?
Таким образом, модернизация B-52 — это впечатляющий пример инженерной изобретательности и уважения к наследию. Однако за этим стоит и менее заметный, но важный вопрос: не превращается ли стремление сохранить легендарный бомбардировщик в долгосрочный проект, чьи сроки и стоимость начинают сливаться с параметрами разработки новых систем? B-52 может дожить до 2055 года — но будет ли он тогда не просто символом прошлого, а действительно эффективным элементом будущего? Ответ, похоже, зависит не столько от технологий, сколько от того, насколько гибкой будет стратегия, в которую его впишут.
🇷🇺В состав российского флота официально вошла атомная подлодка «Князь Пожарский», вооружённая 16 межконтинентальными ракетами Р-30 «Булава». Президент России заявил, что субмарины этого типа станут основой морских ядерных сил и гарантией безопасности России во всех акваториях мира.
Атомная подводная лодка проекта «Борей-А» К-555 «Князь Пожарский» прошла успешные ходовые испытания, продемонстрировав последние достижения России в области стратегического военно-морского потенциала.
Четыре новые атомные субмарины проекта «Борей-А» поступят на вооружение ВМФ.
На совещании по развитию подводных сил ВМФ России президент Владимир Путин сообщил о планах усиления морской группировки стратегических ядерных сил. В ближайшие годы флот пополнится четырьмя атомными подводными лодками проекта «Борей-А», две из которых уже находятся в стадии строительства.
Технические особенности новых субмарин проекта 955 «Борей» (по данным РУВИКИ):
— Вооружение 16 баллистическими ракетами Р-30 «Булава»; — Усовершенствованная конструкция корпуса с интегрированными ракетными шахтами; — Торпедные аппараты калибра 533 мм с боезапасом до 40 единиц; — Система гидроакустического противодействия «Шлагбаум»; — Повышенные показатели скрытности и манёвренности.
Стратегическое значение
Разработанные в ЦКБМТ «Рубин» под руководством В. А. Здорнова, подлодки проекта 955А «Борей-А» представляют собой стратегические атомные ракетоносцы четвёртого поколения. Согласно программе модернизации ВМФ, они останутся основой морских ядерных сил России как минимум до середины XXI века.
Новые субмарины призваны заменить устаревшие образцы, обеспечивая поддержание стратегического паритета и гарантируя безопасность страны в условиях современных геополитических вызовов.
Согласно договору о стратегических наступательных вооружениях (СНВ-3) между Россией и США, «стратегические бомбардировщики должны быть доступны для инспекции», т.е. на открытых стоянках.
На базах они, согласно договору, размещаются на открытых стоянках — это позволяет спутниковой разведке и инспекторам проверять, сколько бомбардировщиков есть и где они находятся, чтобы было видно, что они не находятся в состоянии немедленного боевого применения (например, не загружаются ядерными боеприпасами без уведомления).
Действует ли договор?
Договор продлён до 5 февраля 2026 года. Это последнее продление, подписанное в 2021 году.
Россия и США остаются участниками, то есть договор формально в силе. Но с февраля 2023 года Россия приостановила своё участие в инспекционных и обменных механизмах. Москва заявила, что не будет передавать США информацию о своём ядерном арсенале.
Однако после этого заявления Россия никоим образом не скрыла бомбардировщики.
