Вступление

Если вы интересуетесь скандинавской мифологией и культурой, худшее решение – вдохновляться Википедией, Дзеном, Вконтакте и аналогичными ресурсами. Хорошо, если в обнаруженном вами опусе будет просто неполная информация, хотя даже в этом случае вас, скорее всего, введут в заблуждение.

Как правило, на перечисленных площадках (и их множественных аналогах) поиск по теме средневековой Скандинавии выдаёт один и тот же результат, вне зависимости от того, что конкретно вас интересует: вы получаете очередную «авторскую интерпретацию» дремучей статьи, мягко говоря – неэкспертного происхождения, которая появилась в эпоху, когда на сайтах можно было зарабатывать за счёт простейшей SEO и о содержании никто особо не думал (не то, чтобы в погоне за подписчками, кто-то думает о нём сейчас).

С чего же тогда начать? На самом деле, всё просто, потому что у нас есть только два типа источников, с которыми мы можем работать, если нас интересует достоверная информация. Первый – это саги, сборники скальдической поэзии и более поздние прозаические тексты. То есть – письменные первоисточники тех самых мифов. Эталонный пример – «Старшая Эдда» и «Младшая Эдда». Второй тип источников – научные работы, написанные историками-скандинавоведами, профессионалами в своей области.

К сожалению, крайне мало таких работ за авторством отечественных исследователей. Сходу могу вспомнить только Михаила Ивановича Стеблин-Каменского, у которого есть ряд публикаций и замечательные комментарии к Эддам в переводе Андрея Ивановича Корсуна. Но с этими работами есть одна проблема – они написаны в 1950-1970-е годы, и всего пара работ – в 1980-е. С тех пор появилась масса новых сведений (археологические находки, документы, переводы), которые многое изменили в нашем понимании мифологического мировоззрения средневековых скандинавов. И получается, в России (да и вообще, на постсоветском пространстве) больше 50 лет никто не занимается скандинавовистикой на международном уровне!

Я не говорю, что исследователей нет в принципе. Например, Леонид Кораблёв – эксперт высочайшего класса. Однако он специализируется на рунической письменности, поэтому все его работы напрямую связаны со скандинавскими рунами и ставами. Это довольно узкая тема. То есть у Кораблёва не почитаешь о скандинавской культуре как таковой, он работает только с отдельными мифологическими сюжетами в контексте своего направления.

В итоге, если вам интересна, скажем, эволюция божественного пантеона средневековых скандинавов, ритуалистика, связанная с их посмертными представлениями, экспертный анализ саг и археологических находок в разрезе того или иного мифа (например, «мифа об умирающем боге»), тогда выход один – обратиться к зарубежным исследованиям.

В переводе их нет, разве что частичные любительские. Обратите внимание – тут я подразумеваю не «философов мистического толка» вроде Эдреда Торсона и уж точно не «воинствующих язычников» вроде Варга Викирнесса (хотя, признаю, у обоих можно почерпнуть немало интересного), а настоящих учёных-историков, например – Рудольфа Симека, Жоржа Дюмезиля, Хильду Дэвидсон.

Благо, современные технологии позволяют более-менее сносно переводить иноязычные статьи онлайн. Так что даже если английского вы не знаете, выход есть. Было бы желание.

Я акцентирую внимание на источниках, потому что такова основная проблема абсолютного большинства людей, которым интересна культура и мифология викингов. Они просто не знают, где брать достоверную информацию. Кстати, это справедливо и для славян, и для кельтов, и для Древнего Египта... Рунет забит тоннами цифровой макулатуры и зёрен среди плевел столь мало, что отделить их попросту нереально. Если не знаешь, где искать. А ищут, как правило, не там.

Теперь, что называется, с пылу с жару. Меньше месяца назад «Яндекс» анонсировал «Нейро». Это быстрые ответы нейросети, которые появляются непосредственно под поисковой строкой. Я не буду рассуждать о том, как это решение работает, например, с пересказом произведений из школьной программы, или насколько успешно оно решает математические задачи (думаю – весьма успешно).

Попробуйте ввести в поисковую строку запрос «миф о Фрейе и Брисингамене оригинальный или это мистификация» (кстати, сегодня мы данный вопрос рассмотрим подробно). Мне «Нейро» выдал несколько вариантов для нескольких идентичных запросов. В первом, ссылаясь на Википедию, ответил, что «миф оригинальный и основан на германо-скандинавской мифологии». Утверждение не вполне верное и вводит в заблуждение, потому что первое упоминания о Брисингамене встречается не в скандинавском, а в англосаксонском эпосе «Беовульф». В германской мифологии никаких Брисингаменов не было.

Но главное дальше: «Миф появился приблизительно в XV веке и впервые встречается в трактате «Sottr Thattr», поэтому, по всей видимости, был создан христианскими проповедниками, чтобы очернить образ богини Фрейи». И ссылка на источник – мою статью с Пикабу (или чей-то копипаст моей статьи в ВК). То есть, если бы я не опубликовал свою статью, «Нейро» не узнал бы, что миф поздний и, вероятно, действительно не оригинальный.

Вывод: не заблуждайтесь на счёт всех этих нейросетей. Они не работают с первоисточниками и научными исследованиями. И не будут работать, потому что создаются для других целей. Их задача – максимально быстро скомпоновать ответ из популярных статей на Дзене, Пикабу, Википедии, Вконтакте и других агрегаторах. А правильный этот ответ или нет – нейросеть не волнует.

Основная часть нашего сегодняшнего разговора станет своего рода наглядной иллюстрацией к озвученным тезисам. Ведь проще всего подтвердить мои доводы, развенчав несколько самых популярных и устойчивых заблуждений о средневековых скандинавах. Понятное дело, по состоянию на 2024 год будет моветоном рассказывать, что викинги на самом деле не носили рогатые шлемы, не пили из черепов врагов, ну и дальше по списку. Однако предрассудков на их счёт всё ещё в избытке. Поэтому – начнём!

Заблуждение 1. Викинги приносили в жертву людей

На самом деле – не приносили. Как минимум, этому нет ни одного подтверждения. Согласитесь – было бы странно, если бы останки принесённых в жертву людей эпохи викингов (VIII-XI века) каким-то образом не сохранились, хотя отлично сохранились останки людей, принесённых в жертву германцами на несколько веков раньше. А таких археологических находок (по германцам) действительно много – болота Линдоу, Граубалле, Толлуда, Кайхаузена и ещё несколько десятков (самые известные, наверное, болота Торсберга). Находки там датируются периодом со II по VI-VII века.

Подчёркиваю (выбиваю на руническом камне) – на эпоху викингов нет ни одной археологической находки, подтверждающей человеческие жертвоприношения.

Под Уппландом есть массовое захоронение молодых мужчин, которые, судя по характерным отметинам на костях, были воинами. Какое-то время именно этим захоронением пытались подтвердить гипотезу о том, что викинги приносили в жертву людей. Но гипотеза оказалась несостоятельной. Потому что, согласно хроникальным источникам, викинги приносили жертвы только во время блотов – особых ритуалов, которые проводились в специальных местах – хофах, хё и хёргах (храмы, священные рощи, лесные озёра, водопады). Под Уппландом, где нашли упомянутое захоронение, нет сакральных мест. Там вообще нет никаких археологических артефактов, кроме самих тел!

Как я уже сказал, во время блотов викинги действительно приносили кровавые жертвы, но только волов и лошадей. Животному отрубали голову и годи (жрец) окроплял жертвенной кровью участников мероприятия (точно как Моисей евреев в «Исходе»). Находок, подтверждающих такие ритуалы, масса – та же Уппсала, Хофстадир, Фрёсон, Эстергётланд.

Тогда откуда взялось это устойчивое заблуждение? Тут мы должны поблагодарить христианских хронистов, а именно – Адама Бременского с его «Деяниями архиепископов Гамбургской церкви» и Саксона Грамматика с его «Деяниями данов». Именно в этих работах сказано, что скандинавы якобы приносили в жертву людей. Причём описания у них столь же изощрённые, сколь и нереалистичные. Например, Бременский пишет, что языческий храм в Уппсале построен целиком из золота, а Грамматик, который описывает тот же храм, предоставляет ложные сведения даже о его местоположении, не говоря уже о неподтверждаемых подробностях проводимых в нём блотов. Кстати, никто из них в Уппсале не был, и нет ни одного альтернативного источника того времени, который мог бы подтвердить фантазии Бременского и Грамматика.

Вопрос о том, зачем средневековые христиане выставляли скандинавов откровенными маньяками в своих работах, мы оставим для другого разговора. Хотя, я думаю, их мотивы прозрачны. На данный момент для нас важнее то, что викинги не приносили в жертву людей, это заблуждение.

К слову, обожаю сериал «Viking’s». Не весь, примерно первые четыре сезона. На мой взгляд, он и правда хорош. Но я отдаю себе отчёт в том, что к историческим реалиям сериал не имеет никакого отношения. Это колоритное, задорное фэнтези в сеттинге, весьма отдалённо напоминающем средневековую Скандинавию. Держите это в уме, да и вообще, ко всем художественным фильмам на исторические темы подходите критически. У нас, кстати, уже был разговор на эту тему.

Заблуждение 2. Берсерки бились с невиданной яростью, грызли щиты, рвали кольчуги, не чувствовали боли, пили отвар из мухоморов…

На самом деле, берсерки, ульфхеднары и йофурры являлись элитными подразделениями скандинавских дружин, которые отличались хороши снаряжением, строгой дисциплиной и опытом. В источниках IX-X веков мы видим берсерков именно такими – в бою они формируют скьялборг («стену щитов»), держат строй, побеждают противника дисциплиной и мастерством, а не «безумствами и отварами».

В этом смысле показательна «Песнь о Харальде» (она же «Песнь о Вороне»), датируемая IX веком. Для примера я взял именно её, потому что в ряде русскоязычных источников, включая Википедию, приводится цитата из этой саги, согласно которой берсерки носили медвежьи шкуры, рычали как звери, кусали щиты и в ярости бросались на врагов. Так вот подобного в саге нет, это ложь, непонятно откуда взявшаяся! Чтобы убедиться в моих словах, можно погуглить название саги на английском, найти оригинальный текст и перевести.

Ни в одном раннем источнике (имею ввиду тексты IX-X веков) мы не видим берсерков такими, какими их принято видеть сейчас. В поздних произведениях, вроде «Саги о людях из Сварвадардаля», действительно встречаются интересные описания, но там берсерки – не обычные люди, а колдуны и оборотни.

Например, в «Саге о Хрольве Жердинке» есть берсерк Бёдвар Бьярки, он умел выходить из тела и превращать свой дух (именно дух, не тело) в чудовищного медведя, который рвал врагов на куски. То есть это уже откровенно фантастические описания, в отличие от той же «Песни о Харальде», где преимущество берсерков над другими воинами заключается в навыках, снаряжении и тактике, а не в колдовских умениях.

В источниках XIII века и ещё более поздних, включая «Сагу об Инглингах» Снорри Стурлусона, присутствуют те самые упоминания о том, что берсерки кусают щиты, входят в исступление перед боем, не чувствуют боли, огонь и железо не могут причинить им вреда. При этом в других текстах «Круга Земного» (куда входит «Сага об Инглингах»), берсерки тоже упоминаются, но аналогичных описаний там нет. Более того – практически во всех поздних источниках берсерки – не приближённые конунга, как в «Саге о Харальде», а военные преступники, убийцы, бесчестные наёмники. И вряд ли нас должно удивлять, что именно такой образ рисуют хронисты вроде Саксона Грамматика в «Деяниях данов».

Но почему берсерки, будучи элитарным воинским культом, со временем превратились в бандитов с большой дороги? На самом деле, этот процесс занял без малого 400 лет, а главная причина такая же, как и в случае с человеческими жертвоприношениями. Христианизация Скандинавии протекала медленно и неравномерно, у хронистов было достаточно времени, чтобы в том числе через художественные произведения постепенно, но неуклонно изменить отношение к местным традициям. Ведь историю пишут победители…

В 1157 году в Исландии, которая христианизировалась раньше всего, берсерков объявили вне закона. С этого момента положительный образ берсерка полностью исчезает из саг. Дальше он в лучшем случае неоднозначный, вплоть до самого позднего источника – это уже упомянутая «Сага о Хрольфе Жердинке», датируемая XV веком.

Однако берсерки не исчезли «как вид». С X века их сменили хускарлы – уже не культ, а полноценное воинское сословие, приближённые короля, его телохранители. Тут можно ещё вспомнить хирдманов – воинов, составлявших хирд или регулярную дружину скандинавских королей, которые противопоставлялись тингаманам – наёмникам. Но это тема другого разговора. Сегодня для нас важно то, что берсерки в средневековой Скандинавии – это военная элита, опытные и дисциплинированные бойцы. А вовсе не жуткие безумцы, рвавшие на себе кольчуги и бесконтрольно бросавшиеся на вражеский строй.

Заблуждение 3. Павший в бою воин гарантировано попадает в Вальхаллу, а человек, умерший от старости или болезни, может рассчитывать только на Хельхейм

На самом деле всё иначе. То, что павшие воины могут попасть в Вальхаллу, упоминается во многих источниках, включая «Речи Гримнира», «Прорицание Вёльвы», «Песнь о Хюндле». Однако это вовсе не значит, что в таком посмертии погибший обретает воинский рай.

Например, в «Песне о Хельги, Убийце Хундинга» оба главных героя (собственно Хельги и Хундинг) в итоге оказываются в Вальхалле. Но если Хельги пользуется полным расположением Одина, то его давний враг Хундинг выполняет в Залах Павших чёрную работу – он моет воинам ноги, кормит свиней, разжигает очаг. Хундинг – тоже прославленный воин. Но – плохой человек, за что ему и воздаётся в Залах Павших.

Выше я упомянул «Речи Гримнира» из корпуса «Старшей Эдды». Так вот, в этом тексте говорится, что в Вальхаллу после гибели попадает лишь половина воинов. Вторую половину забирает себе Фрейя и они отправляются в Фольквангр. Однако воины достаются Фрейе только в том случае, если она лично присутствует на поле боя. Причём богиня забирает оставшихся – тех, кого не выбрали валькирии для путешествия в Вальхаллу.

Причём нигде не поясняется, по каким принципам проходит отбор. И если про Вальхаллу у нас довольно много сведений, то о Фольквангре не известно ничего, кроме названия этого места (с древнескандинавского переводится как «людское поле»).

Ещё любопытно вспомнить «Сагу об Эгиле», в которой речь идёт про легендарного воина-поэта (а также торговца, исследователя, эриля и много кого ещё) Эгиля Скаллагримсон. В тексте есть эпизод, где Эгиль отказывается есть (из-за гибели сына) и тогда его дочь Торгерд говорит, что тоже уморит себя голодом и отправится к Фрейе вслед за отцом. А ведь Эгиль – величайший воин своего времени, и умереть он намерен вовсе не в бою, однако его это совсем не тревожит (на деле он умер своей смертью в 90+ лет).

Похожий эпизод есть в «Саге о Хервёр», где королева вешается в Дисарсарле («Зал Дис») с намерением попасть в обитель Фрейи. Всё это стало основой для целого ряда теорий, ведь в ранних текстах Фрейю зовут Вальфрейей, что в переводе означает «Госпожа Павших». Под этим именем она упоминается, например, в «Саге о Хедине и Хёгни».

Сегодня среди скандинавоведов доминирует точка зрения о том, что Фольквангр являлся аналогом Вальхаллы. Отличие заключалось в том, что в Вальхаллу попадали те, кто чтил асов, а в Фольквангр – те, кто чтил ванов. Фрейя как раз была ваном по происхождению.

Теперь про Хельхейм. Лишь в одном источнике говорится, что туда попадают люди, умершие от старости или болезни. Этот источник – «Младшая Эдда» Снорри Стурлусона, аутентичность многих эпизодов которой сегодня оспаривается (отсылаю к Хильде Дэвидсон и Бритт-Мари Нэсстрём).

В частности, при описании Хельхейма Стурлусон использует множество кеннингов и хейти (то есть метафор). Учитывая плотность этих оборотов и тот факт, что они не встречаются ни в одном другом источнике, складывается впечатление о попытке скопировать скальдический стиль изложения без реальной мифологической основы.

Более того, у Стурлусона Хельхейм – это отдельный мир, однако любой другой источник (например, «Сны Бальдра» и «Видение Гюльви») прямо говорит нам, что Хельхейм – это локация в Нифльхейме, а не обособленная реальность.

Что касается тех, кто попадает в Хельхейм, на этот счёт есть масса прямых указаний и додумывать ничего не нужно. Например, в саге «Поездка Брюнхильд в Хель» говорится, что именно в Хельхейме после смерти оказался Сигурд. Тот самый, который сразил дракона-оборотня Фафнира, научился понимать язык птиц и был (почти) неуязвим благодаря драконьей крови. Позже возлюбленная Сигурда, валькирия Брюнхильд, тоже попадает в Хельхейм.

Некоторые тексты, вроде «Заклинания Гроа», говорят о том, что по периметру Хельхейма расположено кладбище, но похоронены там не люди, а йотуны и вёльвы, и души их обретаются там же – в Хельхейме. Наконец, согласно «Видению Гюльви», в Хельхейм попадает Бальдр – всеми любимый сын Одина, когда его «случайно» убивает слепой бог судьбы Хёд.

Получается, что смерть от старости или болезни не ведёт в Хельхейм, это мистификация Снорри Стурлусона. Учитывая историю Скаллагримсона, такая смерть может привести в Фольквангр. Ранние источники (написанные в период с IX по XI век) говорят, что в Хельхейме находят своё посмертие боги (Бальдр), мифологические существа (йотуны) и люди, получившие сверхъестественные способности (вёльвы, герои вроде Сигурда).

Вывод: погибший в бою воин в зависимости от обстоятельств мог попасть куда угодно – в Вальхаллу, Фольквангр или Хельхейм. При этом Вальхалла отнюдь не для всех была раем, а Хельхейм совершенно точно не был адом, как его описан Стурлусон. Кстати, именно от древнескандинавского «hel» происходит современное английское «hell», что совсем неудивительно…

Заблуждение 4. У скандинавов был лишь один божественный пантеон – асы

Начну с того, что асы – это вообще не пантеон, а, скажем так, гражданство. Асом в скандинавской мифологии называется тот, кто живёт в Асгарде. При этом персонаж совсем не обязательно является богом в традиционном понимании (то есть некоей сверх-сущностью, чьи возможности тотально превосходят человеческие). Что касается происхождения асгардцев, то перед нами настоящая «сборная солянка».

Например, Один был сыном Бёра и Бёстлы. Бёстла – йотун, а Бёр – сын первочеловека Бури. То есть Один, как минимум, наполовину великан. Учитывая, что Бёр кроме этого эпизода больше нигде не фигурирует, Один, наравне со своими братьями Вили и Вё (они же – Хёнир и Лодур), является ближайшим потомком Бури, первородного живого существа.

Хотя расовую принадлежность Одина мы определить не можем, тем не менее, учитывая, что среди его эпитетов есть «Владыка (Правитель) Асгарда», логично идентифицировать этого персонажа, как эталонного аса, если хотите – первого гражданина. Но что насчёт его потомков? Тора, Бальдра? Тут всё ещё сложнее, потому что мать Тора Йорд (она же Фьёргюн) является персонификацией-воплощением Земли. А мать Бальдра Фригг происходит либо от Фьёргюнна (брат-близнец Фьёргюн/Йорд), либо от Ната, который мог являться йотуном. То есть оба они – и Тор и Бальдр – полукровки смешанного происхождения. Но, конечно, получили гражданство по отцу.

Кстати, в «Видении Гюльви» из «Младшей Эдды» упоминается, что Йорд может происходить из рода Нарфи, который «жил в стране великанов». Но, во-первых, этот эпизод отличается в разных списках. Во-вторых, непонятно, что подразумевается под «страной великанов», обязательно ли Йотунхейм? В-третьих, если персонаж жил в какой-то стране / мире, это вовсе не значит, что он оттуда происходил. Например, Фрейя и Фрейр жили в Асгарде, но по происхождению были ванами.

Про Фригг я уже упомянул, её происхождение невозможно определить. Но, полагаю, логично, что она получила гражданство мужа. Схожим образом дела обстоят и с Локи, который прописался в Асгарде благодаря приёмному отцу. Настоящий отец Локи – Фарбаути, и о нём мы сегодня ещё вспомним. Иногда его идентифицируют как йотуна, но лишь потому, что в единственном источнике («Видении Гюльви») он назван «великаном», без конкретизации.

Проблема в том, что происхождение Фарбаути нигде не описано, а Снорри Стурлусон великанами называл всех подряд. Всех, кто не жил в Асгарде и Мидгарде. Более того – в средневековой скандинавской и исландской традиции существует тенденция называть великанами в том числе духов стихий, духов-хранителей и массу других сверхъестественных персонажей.

Аналогичным образом дело обстоит с матерью Локи, которую зову Лаувейя (или Ньяль). Она, как и Фарбаути, не имеет чётко идентифицированной расы и мы ничего не знаем о её происхождении. Таким образом, мы не можем однозначно утверждать, будто Локи – сын йотунов. Повторюсь – у нас нет сведений о происхождении его родителей.

Что интересно, в «Старшей Эдде» его называют Локи Лаувейсон, то есть к его собственному имени прибавлено имя матери, а не отца. Это нонсенс, ведь в скандинавской культуре род человека всегда определяется по отцу. В мифологии так же, например – Тор Одинсон. Почему у трикстера вдруг иначе – загадка.

Завершая этот блиц о происхождении Локи, не могу не упомянуть, что нигде не говорится, при каких обстоятельствах он попал в Асгард и почему вообще тут жил. Возможно, намёк на разгадку мы получим чуть позже.

Кажется, рассмотренных примеров достаточно, чтобы подтвердить мой изначальный тезис – асов не вполне верно называть пантеоном. Если же под этим словом мы подразумеваем группу богов, доминирующих в мифологическом мировоззрении людей конкретной эпохи и конкретной локации, то в случае со средневековой Скандинавией всё лишь сильнее размывается. Потому что помимо асов (среди которых, как мы поняли, были в том числе йотуны), существовала ещё как минимум одна фракция, которую можно определить в качестве пантеона, причём куда более однородного. Это ваны, соответственно населявшие Ванахейм.

Среди наиболее известных ванов, помимо уже упомянутых Фрейи и Фрейра, стоит вспомнить Ньёрда, бога моря, и Квасира, бога мудрости. Также потенциально ванами могут являться Улль, бог-охотник, и Хеймдаль. Насчёт Хеймдаля, хотя в «Песне о Трюме» его называют «светлейшим из асов», там же сказано, что он «предвидит будущее, как умеют лишь ваны».

Ваны (вообще, правильно «ваниры» для множественного числа), вероятно, являются более древней фракцией, которая предшествовала асам. Этой версии придерживается большинство скандинавоведов, включая уже упомянутую Хильду Дэвидсон. Ваны изначально были неразрывно связаны с силами природы, обретя конкретные черты и более очеловеченный характер уже после прихода асов.

О том, как одна фракция сменилась другой, сведений почти нет. Потому что фактически никто никого не сменял. Неверно представление о том, что в какой-то момент ваны отошли на второй план, тотально уступив асам. В раннем средневековье скандинавы одинаково почитали их всех – Одина, Тора, Фрейю, Фрейра, Хемдалля, Тюра. При этом существовала некоторая разница в ритуалистике и отправлении обрядов.

Например, человека, почитавшего асов, после смерти сжигали. Но если при жизни он чтил ванов, его хоронили в так называемом «каменном корабле» (по сути, могилу просто обкладывали камнями в форме условной лодочки). На этот счёт можно почитать «Корабль в поле» Джозефа Хопкинса или «Паромщик мёртвых» Брюса Линкольна.

Согласно эддическим текстам (в частности, об этом упоминается в «Прорицании вёльвы»), асы и ваны вели войну, которую иногда называют Первой Войной. Формальным поводом к началу противостояния послужило то, что асы убили Гулльвейг, причём совершенно неясно, кем она была и как связана с ванами.

Имя «Гулльвейг» («Gullveig») по одной из версий переводится как «сила золота». Некоторые исследователи (включая Джона Линдоу, работа «Скандинавская мифология») считают, что убийство Гулльвейг асами – это метафора, под который скрывается отказ жителей Асгарда идти на некие уступки ванам. Иносказательное «убийство силы золота» может указывать на то, что для асов, в отличие от их соперников, материальные ценности не стояли в приоритете.

Так или иначе, асы трижды убивали Гулльвейг и трижды она возрождалась, а потом переродилась в вёльву по имени Хейд, которая в последующей войне сражалась на стороне Асгарда. Кампания сложилась не в пользу асов и они были вынуждены заключить перемирие с ванами. В итоге, оба культа существовали в скандинавском обществе параллельно вплоть до христианизации региона (хотя локально в Норвегии, Дании и Швеции языческие традиции жили до XX века).

Джон Линдоу высказывает любопытную версию о том, что мифологическая Первая Война является отголоском противостояния между древней фракцией богов плодородия и молодым, агрессивным культом Одина. Если это так, то асы и ваны вели свою кампанию не в средневековой Скандинавии, а ещё в эпоху переселения народов на севере и востоке Европы. Потому что скандинавы генетически и культурно наследуют германским племенам, у которых тоже существовал культ Одина (Вотана), Тора (Донара), Фрейи (Исиды Суэби) и других богов, ассоциируемых нами с фракцией Асагрда.

Но и это ещё не всё. В наиболее древних списках эддических текстов нередко упоминаются имена богов, функции и происхождение которых совершенно непонятны. В первую очередь это уже упомянутый Фарбаути, отец Локи, чьё имя можно перевести как «внезапно нападающий». Так же к данной фракции относятся Форньот (один из вариантов перевода – «разрушитель», иногда его ошибочно причисляют к йотунам), Хлер (связан с морем, некоторые исследователи ассоциируют его с Эгиром), Кари (в переводе – «ветер») и Логи (в переводе – «огонь», его часто путают с Локи, что в корне неверно).

Есть версия, что этот пра-пантеон существовал у скандинавов (а скорее всего – ещё у германцев) до ванов и представлял собой воплощение стихий, напрочь лишённое человеческих черт. По этой версии (её можно встретить, например, в работах Яна де’Вриса), Фарбаути являлся персонификацией грозы, Хлер воплощал бушующее море, Кари – штормовой ветер, а Логи – лесной пожар.

Выводы следующие: даже если мы определяем асов как полноценный божественный пантеон, они ни в коем случае не были доминирующей фракцией и уж точно – не единственной. Ведь наравне с асами почитались ваны. И совершенно непонятно, какое место в оригинальной скандинавской мифологии занимал Фарбаути со своим пантеоном. О них определённо знали, так как упоминая этих персонажей хоть и редки, но не единичны. Тем не менее, у нас слишком мало сведений, чтобы разрабатывать хоть сколько-нибудь обоснованные гипотезы.

Канал на Ютубе.

Группа ВК.

Телеграм с анонсами и чатом.