Король Чародей в традике))
Понравился арт на пинтерест, решил воплотить его на коже.
Выполнен в технике холодного тиснения, расписан в ручную.
Красавчик 😍
Больше моих работ тут: Страница ВКонтакте и Телеграмм канал
Это из мульта "Возвращение короля" 1980
Читайте также:
и еще
В своих письма к читателям Толкин обсуждал сценарии развития истории, при которых Голлум не отобрал Кольцо у Фродо в решающий момент.
Итак, на Ородруине Фродо надевает Кольцо и объявляет себя его Властелином. (Допустим, Сэма и Голлума рядом нет.) Саурон тут же чувствует, что произошло, но лично вмешаться не может. Он призывает 8 назгулов (девятый уже убит Эовин). Вместо орлов прилетают назгулы. И что их ждет?
Фродо преображается. Толкин утверждает, что Фродо, в отличие от Голлума, способен овладеть Кольцом и принять часть его настоящей силы: не только невидимость с долгой жизнью, но и власть, могущество и ясновидение (о последнем позже). Кольцепризнаки не посмели бы с ним сражаться - это все равно что атаковать Саурона, который един с Кольцом. Они оказались бы под двойным командованием: с одной стороны Кольцо Фродо, с другой - их человеческие кольца, которые Саурон держал у себя. Толкин пишет:
Они бы приветствовали Фродо как «Владыку». Учтивыми речами они убедили бы Фродо покинуть Саммат Наур — например, чтобы «взглянуть на свое новое королевство и узреть вдалеке новообретенным взором оплот власти, каковой ему ныне должно объявить своим и использовать в своих целях». А едва бы тот вышел из пещеры и принялся глазеть по сторонам, кто-то из них завалил бы вход.
Они постарались бы устроить ему встречу с Сауроном, чтобы дальше властелины сами разбирались, кто властелинистей.
И тут мы возвращаемся с новой способности Фродо - ясновидению. В книге он обрел его, но не успел воспользоваться из-за Голлума. Толкин пишет, что Фродо понял бы расстановку сил и что с Сауроном ему не справиться. Толкин говорит:
А уж в присутствии Саурона никто, за исключением очень немногих, равных ему в могуществе, не мог и надеяться уберечь от него Кольцо. Из «смертных» — никто, даже Арагорн.
Тогда у Фродо остается единственный вариант победить Саурона и остаться владельцем Кольца - добровольно прыгнуть в жерло Ородруина. Это сценарий самопожертвования, но с темной мотивацией, который Толкин рассматривал скорее для Голлума, чем для Фродо.
Один из читателей был возмущен, что Фродо предал свою миссию, и предложил его повесить, а не чествовать и отправлять за море. На это Толкин ответил:
Мы — существа конечные, и силы наших тела и души как единого целого ограничены извне в том, что касается действия или выносливости. Думаю, о нравственном провале можно говорить лишь тогда, когда усилия или выносливость человека не дотягивают до положенных ему пределов, и чем ближе предел, тем меньше вина.
Толкин уточняет, что в тот момент соблазну Кольца противостоять было в принципе невозможно. Это выше чьих бы то ни было морально-волевых сил, поэтому изменой не считается. (Не вздумайте использовать такой довод в споре со своей второй половиной.)
Читайте также:
Обо мне (пост на Пикабу)
Иллюстрация к циклу Н. Перумова "Кольцо тьмы". Художник Виталий Аникин
Честно говоря, я долго не решался писать этот обзор. Почему? Наверное потому, что произведения данного Автора во первых, сильно повлияли на меня, а во-вторых неразрывно связаны с различными этапами моей собственной жизни. Каждая книга плотно ассоциируется с теми или иными событиями. Был у меня период «Гибели богов», период «Алмазного и деревянного меча», период «Рождений и Странствий Мага». В общем, разное было. Это покажется странным, но знакомиться с книгами жанра «фэнтези» я начал именно с книг Перумова. Именно его произведения открыли для меня дверь в этот замечательный жанр.
Язык автора настолько живой и образный, что при чтении его произведений читатель как будто погружается в описанные миры, проживает жизни главных героев. И они становятся немного родными. Чтение и воображение являются уникальными инструментами, позволяющими нам посетить тысячи миров и прожить сотни жизней. И в этом отношении, книги автора являются отличными «атласами» для подобных путешествий.
Книги изначального цикла "Копьё Тьмы"
Для понимания данного цикла, следует обратиться к биографии автора. Я не буду расписывать её полностью. Коснусь лишь истории Перумова как писателя.
Автор начал писать в конце 1970-х годов. Тогда же он увлёкся фэнтези и фантастикой, в частности книгами Дж. Р. Р. Толкина в оригинале, делая собственный перевод. Был участником толкинистского движения, а также частым посетителем сети Фидонет под псевдонимом «капитан Уртханг», воин-орк. Первым крупным произведением Перумова, тогда ещё писателя-любителя, стала дилогия «Нисхождение Тьмы, или Средиземье 300 лет спустя», действие которой происходило в Средиземье, мире Толкина.
Ник Перумов в 1999 году.
В 1993 году по предложению коллеги Перумов опубликовал дилогию в издательстве «Кавказская библиотека». Через полгода отредактированная версия книги была выпущена издательством «Северо-Запад» под названием «Кольцо Тьмы». Книга произвела фурор на рынке фантастики, вызвала как крайне положительные, так и критические оценки. Поклонники считают «Кольцо Тьмы» произведением, положившим начало русскому фэнтези, в то время как критики осуждают использование мира Толкина. В продолжение «Кольца Тьмы» Перумов позднее написал роман «Адамант Хенны», имевший меньший успех. Хотя на мой взгляд, именно «Адамант Хенны» является неким мостиком от Средиземья к совокупности миров Автора, именуемого Упорядоченным. И именно поэтому, исключать эту книгу из собственного списка прочтения нельзя.
В дальнейшем Ник Перумов не писал о Средиземье и публиковал книги только по собственным мирам.
Но вернёмся к самому «Кольцу Тьмы». О чём оно?
После событий, описанных в трилогии Толкиена «Властелин Колец» прошло 300 лет. Жизнь в Средиземье течёт тихо и безмятежно, но начинают происходить странные события, которые поначалу выглядят, как несвязанные между собой события.
Все, кто читал упомянутую выше трилогию наверняка помнят Назгул. Давайте немного освежим память, если кто подзабыл. Зачем эта ретроспектива? Поверьте, это будет важно для дальнейшего понимания цикла.
Согласно произведениям Толкина, во Вторую Эпоху эльфами-нолдор и Сауроном были выкованы Кольца Власти. В создании первых девяти колец Саурон принимал непосредственное участие, и именно они в большей степени зависели от Единого Кольца. Позднее, когда эльфы разгадали замысел Саурона, они попытались спрятать кольца, но войска Саурона захватили Дом Мирдайн, где они были выкованы, а вместе с кузницей — и Девять Колец. Эти кольца Саурон отдал девяти владыкам людей.
Первые упоминания о назгул отмечаются 2251 годом Второй Эпохи; они также появлялись в 3441 году В. Э., вновь замечены в Средиземье около 1300 года Третьей Эпохи.
Девять королей ставших Назгулами. Арт из свободных источников.
Сильмариллион гласит следующее (перевод С. Лихачёвой):
«Те, кто пользовался Девятью Кольцами, в дни жизни обрели немалую власть: то были могущественные короли, чародеи и воины древних времен. Слава и несметные богатства достались им в удел; но погибелью обернулись они. Казалось, жизнь вечная дарована была владельцам колец – однако жизнь стала для них невыносимой. Они могли по желанию передвигаться невидимыми для всех взоров сего подлунного мира; могли и прозревать миры, невидимые для смертных, – однако слишком часто глазу их являлись лишь мороки и обманные видения Саурона. Один за одним, раньше или позже в зависимости от того, сколь сильна была их воля и от того, к добру или ко злу склонялись изначально сердца их, они попадали в рабство к кольцу, которое носили, и оказывались под властью Единого Кольца, которым владел Саурон. Навсегда утрачивали они зримый облик – но не для того, кто носил Правящее Кольцо, и вступали в обитель теней. Назгул, Кольцепризраками стали они, самыми ужасными из Вражьих слуг; тьма следовала за ними по пятам, а в голосах звучала смерть»
Помимо того, что каждый из назгул обладал искусством тёмной магии и внушал большинству живых существ ужас, все из них были вооружены и обычным оружием. В частности, основным оружием ближнего боя им служил длинный прямой меч. Кроме того, каждый был вооружён кинжалом — так называемым моргульским клинком. Ранение им для всякого живого существа было смертельным — если человек не погибал сразу, то в ране оставался обломок клинка, продвигавшийся к сердцу жертвы и содействовавший медленному, но верному развоплощению поражённого — переходу в мир духов, родную стихию назгул и Саурона.
Назгул носили длинные чёрные плащи, так как телесной оболочки у них не было.
В дневное время назгул практически слепы, улавливают лишь тени, поэтому они привыкли днём больше полагаться на собственный нюх и зрение как своих коней так и прочих тварей, которые им служат. У назгул хороший слух, они отлично чувствуют живую кровь на расстоянии. В ночи они опаснее всего — они могут видеть. Им доступна тайнопись природы. Они способны прочитать следы на любой поверхности. Назгул прекрасно владеют различными видами оружия, однако главным их оружием был смертельный ужас, от которого человек или какое-либо другое существо теряли волю и силы. Только храбрейшие из храбрых могли сражаться с ними.
Истинный облик назгул
Обычно назгул появлялись в образе чёрных всадников на вороных конях. Но после того, как их кони погибли у Бруиненского Брода, они пересели на летающих существ, что давало им дополнительные преимущества. Надев Кольцо на горе Заверть, Фродо увидел истинный облик назгул — короли, в царских одеждах и со светящимся оружием.
Назгул участвовали почти во всех событиях, связанных с боевым столкновением армий... И думаю нет смысла делать краткий пересказ «Властелина Колец». Стоит лишь упомянуть как они закончили.
После уничтожения Кольца Всевластья, погибли и Назгул. Я точно не помню как это описано у Толкиена, но в «Кольце Тьмы» упоминается, что они в виде горящих метеоров разлетелись по всему Средиземью упав в совершенно разных местах. И именно здесь находится мостик от «Властелина Колец» к «Кольцу Тьмы».
С событий «Властелина колец» прошло более 300 лет. Фолко Брендибек, потомок Мериадока живёт спокойной размеренной жизнью хоббита, пока в один прекрасный день в Шир не прибывает гном Торин, сын Дарта. Он занят поиском Красной Книги, написанной ещё Бильбо. Встретившись с хоббитом, он рассказывает ему, что в Мории вновь пробудилось зло. Интерес к неизведанному, тяга к приключениям и видимо слава известного предка приводит к тому, что эти двое становятся друзьями. Подобно своему славному предку, Фолко отправляется в путешествие в компании с гномом. Целью своего путешествия они выбирают Аннуминас – столицу Арнора. В ходе своего путешествия они наблюдают преображение мира. Притом далеко не в лучшую сторону. Поднимают голову разбойники, орки собираются в отряды, пробуждаются умертвия...
Они прибывают в тот самый трактир «Гарцующий пони», где ввязываются в драку с горбуном Санделло из шайки некоего разбойника Олмера и затем знакомятся с начальником арнорской стражи Рогволдом.
Добравшись до Аннуминаса, герои знакомятся с общиной гномов, где гном Строри по кличке Малыш становится их близким другом. И третьим главным героем цикла. Друзья также знакомятся с магом Радагастом, который только добавляет неопределённости, давая туманные подсказки и намёки. Собрав команду, гномы и Фолко отправляются в Морию. По пути Торин и Фолко вновь встречают Олмера и Санделло. Олмер извиняется за Санделло, и в целях примирения дарит ему магический кинжал.
В Мории команда исследователей сталкиваются с отрядами орков, которые служат некоему новому непонятному «Вождю», и проявлениями тёмной магии. Гномам удаётся выковать в древнем горне Дьюрина мифрильные доспехи, которые делают отряд почти неуязвимым в бою, но сил отвоевать всю Морию не хватает, и они вынуждены отступить. По пути обратно главные герои посещают развалины Ортханка и лишний раз убеждаются, что в мире пробуждается зло (как именно они это понимают не скажу, пусть будет сюрпризом). Кто-то собирает всё и всех, что осталось от наследия Саурона и его соратников.
После возвращения в Аннуминас, герои узнают, что на Арнор напал союз степных народов под командованием уже упомянутого таинственного Вождя. Этот талантливый и харизматичный полководец с магической силой, смог объединить народы, побеждённые в Войне Кольца и жаждущие реванша. Под городом Форностом происходит великая битва, в которой силы Запада при поддержке гномов побеждают захватчиков. В бою Фолко сотоварищи понимают, кто является таинственным Вождём... собирающим кольца назгул чтобы выковать своё собственное Кольцо Тьмы....
Я достаточно Вас заинтриговал? Ну тогда дальше рассказывать точно не буду. Дабы как обычно не лишать Вас удовольствия самостоятельно погрузиться в потрясающий мир, созданный двумя мэтрами фэнтэзи. Тем, кто создал мир Средиземья, и тем, кто его расширил и дополнил. По моему субъективному мнению, чтение Перумова нужно начинать с чтения Толкина. Тогда всё выстраивается в единую картину. Каждая книга дополняет и расширяет вереницу Миров, составляя Упорядоченное – вселенную уже самого Перумова. Ну и следует отметить тот факт, что на самом деле Толкин читается достаточно тяжело. С первых страниц он начинает сыпать названиями, именами и географическими наименованиями мест. Из-за такой подачи где-то после второй главы начинаешь путаться в этом всём. Отматываешь главы назад, чтобы понять кто, с кем, зачем, где и почему. Книги Перумова лишены такого недостатка. Они почему-то читаются легко. Читаешь, и картинки и события рисуются сами. Я думаю, если Вы последуете моему совету и начнёте чтение с Толкина, разница будет очевидна. Почувствуете переход от одного стиля повествования к другому. Мир вроде бы один и тот же, а подан по разному.
В ходе путешествия по этому новому Средиземью и продвижения по сюжету, вы встретитесь как с новыми персонажами, так и со старыми и знакомыми. Некоторые новые плавно перекочуют в миры Перумова. А события книги будут эхом отдаваться в последующих циклах и книгах. Они как бы вплетутся в общую вереницу миров и событий.
Изначально, ну то есть в то время когда я сам читал этот цикл, книг было три. Но на сегодняшний день автор переписал «Адамант Хенны» и условно-канонично цикл выглядит так.
«Эльфийский клинок» — книга где всё начинается.
«Чёрное копьё» — завершение событий связанных с линией Олмера.
«Адамант Хенны» — книга не входила в изначальную дилогию, а была написана спустя несколько лет, как продолжение. Действие происходит через десять лет после событий первых двух частей. Книга является своего рода мостиком между Средиземьем и Хьервардом – собственным миром Автора.
«Небо Валинора. Адамант Хенны» — переписанная писателем книга «Адамант Хенны».
«Небо Валинора. Кровь Арды» — запланированный автором, но не написанный, второй том «Адаманта Хенны».
«Водопад» — запланированное автором, но не написанное, продолжение цикла.
Мордор был не единственным "темным" государством Средиземья. На севере почти 700 лет существовало королевство Ангмар. И выполняло оно, практически, те же "функции", что и Мордор: воевало с людьми дунэдайн и эльфами, внушало ужас и вело опустошительные войны.
Как и зачем появилось это королевство, кто им правил и почему в итоге Ангмар пал — обо всем это расскажу в статье.
Ангмар появился на севере Средиземье в 1300 году Третьей Эпохи. Саурон в это время был относительно слаб и все еще восстанавливал силы после своего поражения и развоплощения в Войне Последнего Союза. Он в то время действовал тайно, и немногим был известен как Некромант, поселившийся в Лихолесье.
Но вот на севере появляется Ангмар, а его правителем провозглашает себя таинственный Король-Чародей. Он сразу становится агрессивным к ближайшим соседям — королевствам людей Артэдайн, Рудаур и Кардолан.
Про эти три королевства нужно сказать чуть подробнее, чтобы стало понятнее. Артэдайн, Рудаур и Кардолан за 500 лет до этого были единым королевством — Арнором. Арнор был мощным и развитым — таким же, как и Гондор на юге. И это неудивительно, ведь Арнор и Гондор были основаны верными нуменорцами, пережившими падение Нуменора.
К моменту создания Ангмара Арнор был разделен на три королевства, но они все еще были сильны. И именно их разрушение стало главной целью Ангмара. Ведь впоследствии оказалось, что Король-Чародей — это предводитель назгул, правая рука Саурона.
И именно Саурон отправил своего помощника создать Ангмар для этих целей.
По меркам Средиземья, Ангмар существовал не так много — около 700 лет. Гондор, например, простоял больше 3000 лет, Арнор — больше 900. Но за время своего существования Ангмар успел многого достичь.
Так, еще в начале своего правления Король-Чародей интригами привел к власти в соседнем Рудауре лояльных к себе Людей Холмов. Когда король Артэдайна Аргелеб захотел снова объединить Арнор, именно Рудаур воспрепятствовал этому.
Вскоре Ангмар и Рудаур и вовсе вторглись в Артэдайн. Король этого королевства погиб, но его сын смог отбиться, призвав на помощь соседний Кардолан и эльфов из Линдона.
В дальнейшем Ангмар раз за разом посылал войска на Артэдайн и Кардолан, и держаться под этим натиском людям удавалось только с помощью эльфов: за них сражались сразу три эльфийских королевства: Линдон, Лориэн и Ривенделл. Но в той войне все же был окончательно разгромлен Кардолан.
Благодаря эльфам удалось достичь довольно продолжительного мира — более 400 лет. А затем с их помощью 13-й Король Артэдайна — Аравал — смог даже разгромить Ангмар. Но через сотню лет Ангмар снова набрал силу и вторгся а Артэдайн.
Сделал он это затем, чтобы Артэдайн не пришли на помощь Гондору, который в это время воевал с истерлингами, насланными Сауроном. В итоге столица Артэдайна — Форност — пала. Последний король Артедайна Арведуи пытался спастись на корабле, но Король-Чародей погубил его своим колдовством...
С запозданием Гондор отправил свои войска на помощь союзникам, эльфы тоже присоединились к походу, и Ангмар был все-таки разгромлен, а Король-Чародей бежал. Но свою миссию он выполнил: к этому времени все дунэдайн севера были рассеяны и разобщены, а королевств у них не осталось.
Саурон был доволен своим верным слугой и призвал его в Мордор — готовиться к масштабной войне. Если подумать, Ангмару удалось то, что не удалось Мордору. Долгие тысячелетия Мордор не мог победить Гондор, даже с помощью истерлингов и харадрим.
А Ангмар на севере практически в одиночку расправился с бывшим Арнором, хотя против Короля-Чародея воевали сразу несколько эльфийских королевств. В плане эффективности Ангмар выглядит выигрышнее Мордора.
Орков, троллей и племена людей, верных Королю-Чародею, после падения Ангмара "зачистили" северяне-эотеод, когда они решили бежать через Мглистые горы. Эотеод — это люди, которые впоследствии стали предками рохиррим — народа, который основал Рохан.
А на территории павшего Арнора все же продолжили жить малочисленные дунэдайн. Они получили название Следопыты Севера и стали патрулировать северные территории Эриадора, храня мир и защищая обычных людей от орков.
Вождем Следопытов Севера всегда был потомок Элендиля — нуменорца, который основал Арнор и Гондор, и в чьих жилах текла королевская кровь. Именно поэтому Вожди Следопытов Севера имели полное право претендовать на трон Гондора.
В свое время вождем этого племени был Арагорн, который впоследствии стал королем Элессаром, восстановил Арнор и правил объединенным с Гондором королевством.
Надеюсь, вам было интересно! А я напоминаю, что о фантастике и фэнтези еще больше пишу в своем авторском канале. Там много рекомендаций хороших фантастических книг, сериалов и фильмов, буду всем рад.
Не становись между назгулом и его добычей!
-
Косплеер: Елена https://vk.com/club221308012
Фотограф: Яна Хэлл https://vk.com/yanahellcraft
Фризский жеребец Бумер предоставлен конюшней Fairytale Horse.
P. S. Из фотошопа тут только цветокор.
Из текстов следует, что, вновь приняв физическую форму, Саурон начал собирать оставшиеся Кольца Власти в свои руки. В какой-то момент он обретает три из Семи колец наугрим, а позднее заполучает Девять людских.
«И вновь собирает он в своих руках все Кольца и без устали ищет сведений о Едином и о Наследниках Исильдура, если они живы ещё на земле».
(c) Сильмариллион. О Кольцах Власти и Третьей Эпохе.
Некоторая информация про назгул:
«Они попадали в рабство к кольцу, которое носили, и оказывались под властью Единого Кольца, которым владел Саурон».
(c) Сильмариллион. О Кольцах Власти и Третьей Эпохе.
«Если же он то и дело надевает Кольцо, чтобы сделаться невидимым, ему приходится и вовсе несладко: постепенно он как бы выцветает, становится невидимым бесповоротно, уже безо всякого Кольца, и переселяется в сумеречный мир, где не укрыться от ока тёмной силы, которая правит Кольцами».
(с) Властелин Колец. Братство Кольца. Часть 1. Глава 2. Тень былого.
Из этого следует, что назгул, окончательно истончившись, уже не нуждались в своих Кольцах, так как были целиком ими порабощены, и если ранее Саурон контролировал все их мысли и помыслы через Единое Кольцо, то теперь ему просто нужны были все остальные для контроля их владельцев.
Гандальв сбивает с толку, меняя детали рассказа про назгул:
«Итак, Враг забрал себе Девять Колец, Семь, если не они уничтожены, – тоже, Три Кольца по-прежнему спрятаны. Но с этим он смирился. Ему нужно только Одно Кольцо! Когда-то он сам сделал его, передав ему немалую часть своей былой силы, чтобы получить власть над остальными Кольцами».
(c) Властелин Колец. Братство Кольца. Часть 1. Глава 2. Тень былого.
На Совете Эльронда он говорит совсем другое:
«Девятью владеют назгул, Семь захвачены или уничтожены, — при этих словах Глоин зашевелился, но ничего не сказал, — о Трёх мы знаем».
(c) Властелин Колец. Братство Кольца. Часть 2. Глава 2. Совет Эльронда.
После того, как Фродо посмотрел в Зеркало Галадриэли, та ему сказала:
«Ты видел Око того, кто владеет Семью и Девятью».
(c) Властелин Колец. Братство Кольца. Часть 2. Глава 7. Зеркало Галадриэли.
Проясняют картину заметки в "Неоконченных Преданиях" и "Письмах" Толкина.
«Это были самые могучие из его слуг, более других приспособленные для этой миссии, с тех пор как они окончательно были порабощены своими Девятью Кольцами, которые сейчас хранил он сам. Кольцепризраки были не способны действовать вопреки воле Саурона, и если бы кто-либо из них, пусть даже сам Король-Чародей, их предводитель, отыскал Кольцо, он принёс бы его обратно своему Властелину».
(c) Неоконченные Сказания. Часть 3. Охота за Кольцом.
В данном письме Толкин размышляет об альтернативном исходе у Роковой Горы, где назгул задержали бы Хранителя до прихода Саурона:
«Не думаю, чтобы Кольцепризраки попытались на него напасть или схватили и взяли в плен; они бы повиновались ему или сделали вид, что повинуются любому мелкому его распоряжению, что не препятствовало бы их поручению, возложенному на них Сауроном, который до сих пор, посредством их девяти колец (которыми владел) всецело контролировал их волю».
(c) Письмо Толкина №246. Из письма к миссис Эйлин Элгар (черновики), сентябрь 1963 г.
Что из этого следует? На момент Войны Кольца Девять Колец были у Саурона, а потому называть назгул "кольценосцами", как то многие делают, некорректно.
Автор статьи - Elvenstar. Публикация статьи на Пикабу одобрена автором. Оригинальный материал - здесь.
Вступайте в группу ВКонтакте - самый масштабный информационный ресурс о мифологии Толкина в СНГ! Ваша поддержка рублем и добрым словом также скажется на качестве и количестве контента в дальнейшем!
В электронном письме, которое я недавно получила от друга [речь о письме Айриона Курувэллона (Aerion Curuvellon) от 17.04.21. – Прим. пер.], меня спрашивали, являются ли Тени Кольца собственно призраками или чем-то еще. Это заставило меня задуматься. Может показаться, будто на этот вопрос должен быть простой, сведенный к лаконичной завершенности, ответ, но, как это часто бывает с творчеством Дж.Р.Р. Толкина, простые ответы редко бывают верными. Мы можем рассматривать природу Теней Кольца в двух аспектах: в качестве существ, созданных в процессе написания книги, и тех, что вошли в опубликованный вариант наравне с другими существами. В первую очередь, давайте посмотрим на развитие концепции «Черных Всадников» через призму истории написания «Властелина Колец» в хронологической последовательности.
Первый всадник, встреченный хоббитами на пути через Шир с Кольцом, на деле был замаскированным Гандальвом (RS, p. 48). Эта безобидная, но нервирующая фигура превратилась в гораздо более зловещего, еще не до конца сформированного Черного Всадника (RS, pp. 54, 58). Затем они превратились в «Умертвий на лошадях» в соответствии с замечанием:
"Умертвия связаны с Черными Всадниками. Являются ли Черные Всадники фактически конными Умертвиями? Гости почиют сном — слышен шум ветра, завывающего на опушке леса и… сквозь стекла, фронтоны и двери. [?Лошади] скачут вокруг дома." (RS, p. 118) (материал относится к стр. 120).
Эта идея оказалась более долговечной и влиятельной, чем мы могли ожидать. Намек на родство Умертвий и Теней Кольца появляется в «пятой версии» Совета Эльронда:
Умертвия известны под многими именами (17) (TI, p. 152).
"(17). В отвергнутой черновой версии этого отрывка Эльронд продолжает: "Есть и прочие в других местах, где Люди Запада тщились обрести темные знания под сенью смерти в Средиземье, и они родственны «[Теням Кольца]»." (TI, p. 158) (выделено мной – Hareth nic Handir).
Во время написания отчета о книгах III и IV «Войны Кольца» [восьмого тома «Истории Средиземья». – Прим. пер.] Кристофер Толкин обнаружил, что эта пятая фаза Совета Эльронда датирована более поздним, нежели апрель-май 1944 года, сроком – прежде всего по причине истории основания Гондора, каковую она содержит (WoR, p. 149). Таким образом, в 1944 году идея родства между Умертвиями и Тенями Кольца в замысле автора все еще присутствовала.
Строго говоря, связь между Умертвиями и Тенями сохранилась и по сию пору – в этом мы можем убедиться при взгляде на сцену у Брода Бруинэн:
"Собрав последние силы, Фродо выпрямился и обнажил меч.
– Убирайтесь! – крикнул он. – Убирайтесь к себе в Мордор! Ни шагу дальше! Собственный голос показался ему непривычно тонким и пронзительным. Всадники приостановились. Но Фродо не обладал властью Тома Бомбадила. Враги хрипло, страшно расхохотались." (LotR/FotR, кн. I, глава «Бегство к Броду») (выделено мной – Hareth nic Handir).
Это, разумеется, выглядит как нонсенс (особенно при повторном прочтении): Том Бомбадил никогда не мог повелевать Тенями Кольца. Но он по-прежнему повелевает Умертвиями, и из этого следует, что он мог бы повелевать Черными Всадниками – «Умертвиями на лошадях». Это одно из тех малозначащих неотредактированных замечаний, каковые можно охарактеризовать как литературный эквивалент ледниковых глыб и скал, свидетельствующих о радикально ином облике прежнего мира.
(Статью о том, кем же является Том Бомбадил и какой силой обладает, вы можете прочитать здесь. – Прим. ред.)
Наконец, «Черные Всадники» стали Тенями Кольца – немыслимо древними смертными людьми, могущественными королями, чародеями и воинами, коих Саурон заманил в ловушку и подчинил своей воле при помощи Девяти (малых) [sic! Девять Колец все же относятся к Великим. – Прим. пер.] Колец. Подобно Голлуму и Бильбо, эти люди, чей срок жизни некогда не отличался от отмеренного, оказались в ловушке «долгожительства» или фиктивного «бессмертия». Они не мертвы, – и, следовательно, не подпадают под определение классических «призраков» – но они боле и не живут как обычные смертные. Они испытали в подавленной форме то, что Толкин также постулирует для эльфов на протяжении многих тысячелетий. Их первоначальные физические тела были преобразованы до такой степени, что, хотя они все еще телесны, – они влияют на физический мир и могут поддаться его влиянию – но они недоступны зрению, за исключением тех случаев, когда они во что-то облачены. Толкин в данном случае работал с целым рядом весьма интересных идей, которые я могу до некоторой степени исследовать, но которые неизбежно повлекут за собой цепь дальнейших рассуждений.
Вероятно, трансформация из Умертвия в Тень Кольца началась с одного из самых странных эпизодов «Властелина Колец», где Мериадок просыпается в кургане после того, как побывал в могильнике и узрел чужие воспоминания, которые ненадолго отпечатались в его памяти:
"Это еще что за маскарад?! – начал было Мерри, ощупывая золотой обруч, сползший ему на бровь, и вдруг замер. По лицу его пробежала тень, и он закрыл глаза. – А, вспомнил, вспомнил! Сегодня ночью на нас напал Карн Дум! Мы разбиты! А! Копье в моем сердце!" – Он схватился за грудь, но тут же открыл глаза. – Нет! Да нет же! Чепуха какая-то. Наверное, мне просто привиделось что-то, пока я спал. Уф! Куда же ты в тот раз подевался, Фродо?" (LotR/FotR, кн. I, глава «Туман над курганами»).
Эта сцена переносит нас в начало XX века способами, на которые я могу только намекнуть. Мерри здесь в некотором смысле выступает как спиритуалистический медиум, воспроизводящий слова мертвеца. Мы знаем, что тетя Толкина по материнской линии Мэй Инклдон стала спиритуалисткой после того, как ее муж запретил ей посещать католическую церковь, и это, возможно, не единственная связь с этой областью в семье и социальном окружении Толкина (Carpenter, 1976, p. 24). Мы можем быть твердо уверены, что спиритуализм и спиритуалистические идеи были гораздо ближе широкой публике в первой половине XX в., чем сейчас (Davies, 1999, pp. 29–35). В 1944 г. движение испытает последний крупный общественный подъем во время процедуры рассмотрения и разрешения дела Хелен Дункан, так называемой последней осужденной ведьмы в Великобритании (The Guardian online, 2007); (Shandler, 2006).
С другой стороны, необходимо учесть то обстоятельство, что тень духа прикоснулась к сознанию Мерри без его фактического согласия, и вопрос о том, является ли этот дух самим погребенным в кургане королем или существом, которое извлекло его воспоминания из его костей и погребального инвентаря, на самом деле чрезвычайно важен. Обе трактовки удивительно хорошо сравнимы с тем, что кембриджский академик Дж.К. Лоусон говорил о современных греческих вриколаках (вампирах) и их античных предках в своей книге «Современный греческий фольклор и древнегреческая религия: исследование пережитков» (Lawson, 1910, pp. 361–484). (Лоусон – интересный персонаж. Оставив в стороне его академическую карьеру в кембриджском Пембрук-колледже, обратим внимание на то, что он был агентом британской разведки в Эгейском море во время Первой мировой войны – он даже написал об этом книгу под названием «Рассказы об интригах Эгейского моря» (Lawson, 1920), блестящий мастер-класс на тему «как написать захватывающий шпионский роман на основе реальных событий и не сболтнуть лишнего» – и сам стал персонажем эгейского фольклора как британский погодный волшебник, лучше всех умеющий вызывать дождь (Durrell, 1978, p. 114 в издании Book Club Associates 1979 г.)).
Античное представление, которое Лоусон считал наиболее близким к современному греческому представлению о «вампирах», или вриколаках, – это существа, которые не могут попасть в загробный мир из-за какого-то серьезного религиозного нарушения, связанного с их смертью, чаще всего из-за неисполнения погребальных обрядов, но не только из-за этого. Земля отвергает их, и они остаются в этом мире, стремясь разрушить любое препятствие на своем пути на тот свет и весьма часто ища отмщения – и если они ошибаются при поиске виновных (по злому умыслу или простому небрежению) в своей участи, то могут сделаться чрезвычайно опасными. Они могут быть и «ходячими мертвецами» во вполне физическом смысле, заложными покойниками или упырями [люди, умершие неестественной или преждевременной смертью, нередко бывшие при жизни колдунами или оборотнями, и продолжающие после смерти приходить к живым людям, например родственникам, и вредить им. – Прим. пер.], и духами, сбросившими бремя погребальных оков, привидениями. Сюжет Толкина точно следует образцу «убийство и следующая за ним месть». Король из кургана явно затаил злобу и на ангмарцев, убивших его, и лично на их неназванного предводителя, самого Короля-Колдуна. Мериадок Брендибак, вооруженный клинком из того же кургана, сразив Короля-Колдуна в битве на Пэлэннорских полях, бессознательно выступает как мститель за человека, чьи воспоминания ненадолго его посетили.
Этот сценарий отражает относительно положительную сторону такого рода сущностей. Скандинавские примеры подобных сущностей, haugbúar [«ведьмаки», обитатели курганов. – Прим. пер.] и родственные им явления, демонстрируют нам разнообразный с точки зрения морали набор поступков, от мертвой женщины, которая вылезла из гроба и приготовила пищу для людей, везших ее хоронить, – по дороге им дали кров, но забыли накормить – а потом упокоилась в своей могиле, до людей, которые и при жизни были злы, а после погребения сделались гораздо злее прежнего – как, например, существо, похожее на Гренделя, в «Саге о Греттире». Толкин, безусловно, был знаком с литературой такого рода, поскольку интригующие параллели и различия «Саги…» и «Беовульфа» широко известны (Shippey, 1982/1992, pp. 98–99); (Chambers, 1921).
Примеры Лоусона из «Современного греческого фольклора» показывают нам аналогичный спектр нравственного многообразия: это и человек, который возвращается из могилы, чтобы работать по ночам с целью прокормить свою семью, и изначально злые люди, которые превратились в опасных вампиров, и, наконец, злые духи, захватывающие мертвое тело, чтобы завладеть воспоминаниями его прежнего владельца и обрести физическую форму, а затем нападающие в первую очередь на тех, кого усопший любил больше всего. Общей темой, кажется, является то, что быть заложным покойником и в особенности предпочесть оставаться на земле, когда нужно перейти в загробную жизнь, опасно. Такое отвержение естественного порядка вещей может тлетворно повлиять на характер доброго человека, а злого человека превратить в настоящее чудовище.
Другой интересный аспект этого вопроса заключается в том, что идея об извлечении неким духом чьих-то воспоминаний из тел умерших или предметов погребального инвентаря практически идентична концепции «памяти места» – способности неодушевленных предметов сохранять образы событий или воспоминаний, «утраченных» людьми – как объяснению существования призраков и других явлений. Эта идея впервые была выдвинута Генри Х. Прайсом (1899–1984), одним из философов – друзей К.С. Льюиса по дискуссионному клубу «Wee Teas» [группа молодых оксфордских философов, собиравшаяся в конце 1930-х гг., в которую входили К.С. Льюис, Дж. Д. Мэбботт, Г.Х. Прайс, Г. Райл и У.Ф.Р. Харди. – Прим. пер.] (Duriez, 2003, p. 34) (см. тж. статьи «Mabbott, John David (1898–1988)» и «Price, Henry Habberley (1899–1984)» в (Matthew, Harrison, 2004)) – очевидно, до Толкина подобного рода идеи дошли именно таким путем. Далекий от маргинальных воззрений, Прайс сначала был феллоу [старший член колледжа, избираемый по конкурсу, совмещающий академические и административные функции и получающий определенное вознаграждение из денежных средств колледжа. – Прим. пер.] Модлин-колледжа в Оксфорде, а затем перешел в Нью-колледж, где с 1935 по 1959 гг. занимал очень престижную должность Уайкхемского профессора логики. Его главный интерес лежал в сфере философии восприятия, но он также интересовался тем, что сейчас называется парапсихологией, и дважды становился президентом Общества психических исследований (в 1939–40 и 1960–61 гг.). Работа Верлин Флигер «Любопытный эпизод из сна в кургане», опубликованная в IV томе Tolkien Studies (Flieger, 2007), во всем остальном превосходная, упускает из виду эту связь и ее значение.
Другим источником вдохновения для Умертвий и Теней Кольца были интерес Толкина к археологии и его сотрудничество с археологами. Сами Умертвия в текстах эволюционировали от обычных привидений из «Приключений Тома Бомбадила» до нежити из «Властелина Колец». Образ призрака из кургана в полной мере соответствует тому, что говорится в «рассказах о привидениях» первой половины XX века, связанных с археологическими памятниками на юге Великобритании; а ведь он действительно мог быть позаимствован Толкином из историй подобного рода – главным образом благодаря общению с такими людьми, как Р.Г. Коллингвуд и (сэр) Мортимер Уилер (Grinsell, 1976, статья о событиях 1906 года, касающихся круглого кургана Мэнтон – Manton Round Barrow) [по легенде, после того, как в 1906 г. археологи раскопали этот курган, погребенная в нем пожилая знатная дама в течение нескольких ночей являлась местной жительнице, блуждая с воем вокруг ее дома]. Нежить, умертвие – это более продуманный подход к данному представлению в целом, вдохновленный скандинавскими и античными идеями, а также фольклором. Умертвие – это нечто, которое заселилось в курган и начало там хозяйничать, пользуясь не только вещами, но и воспоминаниями покойного.
Мы можем закономерно предположить, что изучение Толкином этих тем оказало значительное влияние на эволюцию образов Теней Кольца. Идея «умертвия в седле» требует некоторого осмысления, что же такое нежить и как она может покидать свой курган и отходить от него на достаточное расстояние. Исландские haugbúar – преображенные смертные люди, как в «Саге о Греттире» – заметно слабее привязаны к своим могильным холмам, чем те же hogboons [сверхъестественные существа, обитающие в курганах, буквально «жители курганов»; слово, этимологически родственное haugbúar. – Прим. пер.] с Шетландских островов, настоящие фейри (в любом случае, похожие больше на хоббитов, чем на умертвия) (Marwick, 1975, pp. 39-42). Это ориентирует Умертвия в сторону «заложных покойников» по чистой литературной и творческой вероятности. В британском фольклоре ряд доисторических памятников ассоциируется с мертвыми королями и/или призрачными конями или всадниками; наиболее примечательные из них – Ролрайт Стоунс (Rollright Stones) [мегалитический комплекс на границе Оксфордшира и Уорикшира, который легенда связывает с неким королем и его рыцарями, окаменевшими из-за заклятия ведьмы. – Прим. пер.], а также Найнбэрроу Даун (Ninebarrow Down) (букв. «холм девяти курганов») недалеко от замка Корф в Дорсете (особенно притягательный благодаря своим девяти королям) [по легенде, на склонах этой меловой гряды в девяти курганах похоронены девять королей, павших в битве. – Прим. пер.], Флауэрс Бэрроу (Flowers Barrow) и Ганс Черч (Gun’s Church) в том же графстве [существует запись от декабря 1678 г., что из кургана Флауэрс Бэрроу вышло большое войско и прошло маршем через соседний холм, и при этом были слышны громкий шум и лязг оружия. – Прим. пер.], и Брокен Бэрроу (Broken Barrow) [в XVII веке некий человек якобы разрыл этот курган в поисках сокровищ, но его начал преследовать стук копыт скачущих призрачных лошадей, и от страха он ослеп, оглох, онемел и вскоре умер. – Прим. пер.] близ деревни Челлэкомб на границе области Эксмур (Grinsell, 1976, статьи об этих памятниках; все рассказы публиковались до 1933 г.). Свидетельством этому служит ранняя версия пребывания хоббитов в доме Тома Бомбадила, в которой подчеркивается реальное или фантомное присутствие всадников снаружи:
"Он [Бинго] услышал звук, будто вихрь кружит вокруг дома и сотрясает его, и по ветру несется галоп, галоп, галоп; копыта, казалось, мчатся вниз по склону холма с востока, до стены и вокруг, и вокруг, глухо стучат копыта и вихрь свистит, а затем умирает, возвращая холм во тьму." (RS, p. 118; материалы, относящиеся к с. 120).
А коль скоро у вас возникла идея, что некто отказался умирать и скитается вокруг (верхом или пешком) даже после окончания своего земного пути, на сцену выходят иные представления. Появляющиеся в тексте Тени Кольца явно унаследовали идею из современных греческих и средневековых скандинавских источников, что стать заложным покойником по доброй воле – это зло. На них также повлияла идея о нежелательности даже обычного долгожительства. В этом они похожи на легендарного Тифона [сына троянского царя Лаомедонта и отца героя Троянской войны Мемнона. – Прим. пер.], которому Зевс, по просьбе возлюбленной Тифона Эос, богини зари, даровал бесконечно долгую жизнь; однако Эос забыла попросить о вечной молодости, и в результате Тифон усох от старости и превратился в цикаду (здесь также можно вспомнить и о струльдбругах Джонатана Свифта). Понятие «сделки идиота», заключенной с целью избежать смерти, которая продлевает жизнь, но не сохраняет жизненные силы, откуда бы оно ни пришло (испытав, вероятно, влияние целого ряда источников), является весьма значимой частью образа Кольцепризраков.
Как только эта картина полностью сложилась и оформилась в сознании Толкина, она стала полностью пригодной к разработке и возможному пересмотру. В результате получилась довольно интересная конструкция.
Первый важный момент заключается в том, что, несмотря на тождественные словарные определения, «тени» (wraiths) и «призраки» (ghosts) – это две разные вещи. Лучшим примером призраков у Толкина могут выступить Мертвецы Дунхарроу. Они, попросту говоря, мертвы; их телесные обличья уничтожены, они больше не могут влиять на физический мир. Лэголас в своем рассказе о пути из Дунхарроу в Пэларгир отмечает, что он не знал, способны ли клинки Мертвых наносить вред, но это было и неважно, поскольку единственным оружием, в котором они нуждались, был страх (LotR/RotK, кн. V, гл. 9 – «Последний Совет»).
Напротив, Тени Кольца никогда не умирали; их физические тела были радикально преобразованы, но они все еще существуют и могут оказывать влияние на физическую реальность – ездят верхом, носят одежду, устраивают погром в спальнях, сражаются материальными мечами и кинжалами. Без этих физических атрибутов Тени оказываются в крайне неблагоприятном положении. Конечно, они переживают наводнение у брода Бруинэн, но Гандальв обращает внимание на то, что лошади, должно быть, погибли, а сами Тени без своих коней «охромели» – из чего мы можем сделать вывод, что темп их передвижения умалился до скорости пешехода. Возможно, им удалось бы украсть в Бри сапоги с крыльца и одежду с бельевой веревки, однако их собственные лошади были выращены и вышколены специально для службы Черному Властелину, а значит, были приучены выносить страх, который присутствие Теней вызывает у всех остальных животных. Поэтому никакая чужая лошадь им бы не подошла, а значит, за новыми конями им пришлось бы вернуться в Мордор (LotR/FotR, кн. II, гл. 1 – «Встречи и обретения»).
Их незримость (в тех случаях, когда они не облачены в свои черные мантии) не всегда играет им на пользу. Тени Кольца более не способны «видеть» обычный зримый свет (возможно, те же проблемы были у Человека-Невидимки!). Вместо этого, как объясняет Арагорн:
"… мы отбрасываем в их сознании что-то наподобие теней, и только лучи полудня уничтожают эти тени совершенно. Ну, а в темноте Всадники видят разные тайные знаки и приметы, от нас, как правило, скрытые. Вот тогда-то их и надо опасаться больше всего. Кроме того, их притягивает запах живой крови. Ее они чуют в любое время дня и ночи. Они алчут ее – и в то же время ненавидят лютой ненавистью. Но помимо обычных чувств у них есть еще и другие. Ведь и мы ощущаем их присутствие не по внешним признакам. Мы едва успели прийти сюда, как в сердце к нам закралась тревога, а ведь увидели мы их далеко не сразу. Всадники чувствуют наше присутствие еще острее. Но главное, – Бродяга перешел на шепот, – главное – зов Кольца!" (LotR/FotR, кн. I, глава «Клинок в ночи»).
Этот пассаж обычно трактуется как пример фантазии, описание некоего сверхъестественного, экстрасенсорного мироощущения. Но тот факт, что Тени Кольца слепнут при полуденном солнце, обнаруживает подлинный замысел Профессора. Слова Арагорна на самом деле являются хорошим описанием инфракрасного зрения, немного выходящего за пределы человеческих возможностей, но не превосходящего возможности технологий, существовавших во время работы Толкина над романом. Именно их использовал старый друг Толкина из Лидса, Альберт Хью Смит, для обнаружения средневековых подделок в грамотах и хрониках перед Второй мировой войной (О Толкине и Смите см. (Scull, Hammond, 2006, pp. 937–938), о работе Смита с инфракрасным излучением см. книгу коллеги Смита в военное время, Р.В. Джонса, главы Британской научной разведки (Jones, 1978, pp. 212–214), в которой объясняется, зачем Джонс нанял Смита, и освещается довоенная научная работа Смита в этой области). Тени Кольца охотятся в темноте при помощи термочувствительности и острого обоняния, подобно многим гремучим змеям, используя, казалось бы, волшебную способность видеть то, что недоступно зрению, которая впервые была применена на практике незадолго до того, как Толкин написал эти слова. Акцент на «живой крови», каковую Тени ненавидят и вожделеют, вполне может быть намеком на их частичное происхождение от вампиров вроде греческих вриколаков [здесь точно такие же вожделение и ненависть от невозможности обрести плоть, как у Умертвий (что образует еще одну любопытную связующую нить между ними и Тенями). – Прим. пер.]. В другом месте Тени верхом на «ястребах преисподней» выполняют многие функции воздушной разведки, о которых Толкин, вероятно, мог узнать, служа в британской армии во время Первой мировой войны. Фантастичны только твари, на которых летают Тени.
Что-то, что, вероятно, опирается на современные представления о «потусторонних мирах» и «параллельных измерениях», – это идея Толкина о том, что Тени были обречены на существование в Призрачном Мире. Только когда Фродо надевает Кольцо, он может увидеть их бестелесные формы в виде бледных фигур с горящими глазами, серыми волосами, в белых или серых мантиях и серебряных шлемах. Как отмечает Гандальв в ходе разговора с Фродо:
"Но ближе всего к гибели ты был, когда надел на палец Кольцо, ибо тогда ты сам наполовину оказался в мире призраков, и Всадникам ничего не стоило тебя схватить, потому что в том мире ты видел их, а они – тебя.
– Знаю, – поежился Фродо. – Это было очень страшно!" (LotR/FotR кн. II, гл. 1 – «Встречи и обретения»).
Более подробное знакомство с работами, например, Гарри Х. Прайса вполне могло бы раскрыть источники происхождения этой идеи Толкина и помочь нам лучше ее понять.
Как это часто бывает с Дж.Р Р. Толкином, на, казалось бы, простой вопрос «Кем, в сущности, являются Тени Кольца?» нет простого ответа. Начнем с того, что характер природы «Черных Всадников» беспрестанно подвергался изменениям в ходе работы над «Властелином Колец». В высшей степени примечательно, что некоторые аспекты этих изменений все еще видны в книге в ее нынешнем виде, несмотря на всю работу по их устранению, проделанную Толкином как до, так и после публикации романа. Даже если мы взглянем исключительно на конечный результат, «Тени Кольца», то обнаружим, что их образ во многом сформирован под влиянием интеллектуального мира Толкина, который немного, но все же достаточно существенно, отличается от нашего. Скорость развития науки с 1870 по 1940 год означала, что люди поколения Толкина были куда более, чем мы, открыты идее «загадочные явления – это то, что еще не объяснено наукой». За это время – если взять только один пример – «беспроводная телеграфия» превратилась из чего-то столь же маловероятного, как телепатия, в повседневную реальность в виде радио в углу гостиной, инструмента, объединившего нацию под общим знаменем и ставшего важнейшим средством ведения современной войны. Если это могло случиться, что еще было возможно? В круг общения Толкина входили как те, кто находился на переднем крае современной науки (например, его бывший ученик, а затем и добрый друг, Альберт Хью Смит), так и те, кто посвящал себя исследованию «психических явлений» (например, Г.Х. Прайс из Нью-колледжа). Мы можем думать о «Властелине Колец» как о «классике фэнтези», но он включает и немало сведений из современных ему естественных наук и психологии, а также идей о паранормальных явлениях – в свидетели можно пригласить Наоми Митчисон, охарактеризовавшую произведение Толкина как «потрясающую научную фантастику». Случай с Тенями Кольца – из этого разряда, и процесс анализа их эволюции в замысле автора приводит нас к весьма интересным заключениям.
Эта иллюстрация «Фродо и Тени Кольца на Заветри» принадлежит моей кисти и создана в 2000 г. Материал – гуашь, исходный размер примерно соответствует формату A3 или 12x16 дюймов. Мой муж, который занимался фехтованием в школьные годы, помог мне найти правдоподобную и художественно убедительную позу для Короля-Колдуна. Все пять призраков облачены в разные доспехи и носят разное оружие. Сам Король-Колдун изображен в привычном для меня «нумэнорском» стиле, испытавшем на себе влияние ассирийской культуры; позади него, справа от нас, стоит кто-то в «условно-индийских» доспехах, с изогнутым клинком (это может быть Хамул, единственный известный по имени назгул и второй по старшинству и могуществу после Короля-Колдуна). Тот, что слева, облачен в англосаксонское военное снаряжение, а что касается двоих стоящих позади, то одеяние одного из них выполнено в «восточном» стиле (справа), а другого – в «западном» (слева соответственно).
LotR/FotR – Tolkien, J.R.R. (1993). The Fellowship of the Ring. Houghton Mifflin. (Русский текст приводится по: Толкин Дж.Р.Р. Властелин Колец. Трилогия. Кн. 1. Содружество Кольца / Пер. с англ., предисл., коммент. М. Каменкович, В. Каррика, С. Степанова. СПб.: Терра – Азбука, 1994.)
LotR/RotK – Tolkien, J.R.R. (1993). The Return of the King. Houghton Mifflin.
RS – Tolkien, J.R.R. (1988). The Return of the Shadow. Edited by Christopher Tolkien. London, Unwin Hyman.
TI – Tolkien, J.R.R. (1989). Treason of Isengard. Edited by Christopher Tolkien. London, Unwin Hyman.
WoR – Tolkien, J.R.R. (1990). War of the Ring. Edited by Christopher Tolkien. London, Unwin Hyman.
Carpenter, H. (1976) J.R.R Tolkien: A Biography. George Allen & Unwin Ltd.
Chambers, R.W. (1921) Beowulf: An Introduction, rev. ed. 1959 with supplement by C.L. Wrenn. Cambridge University Press.
Davies, O. (1999) Witchcraft, Magic and Culture 1736–1951. Manchester University Press.
Duriez, C. (2003) J.R.R. Tolkien and C.S. Lewis: The Story of their Friendship. Sutton Publishing Ltd.
Durrell, L. (1978) The Greek Islands. Faber and Faber Ltd.
Flieger, V. (2007) “The Curious Episode of the Dream at the Barrow” // Tolkien Studies, IV. P. 99–112.
Grinsell, L.V. (1976) The Folklore of Prehistoric Sites In Britain. David and Charles.
Jones, R.V. (1978) Most Secret War: British Scientific Intelligence 1939–1945. Hamish Hamilton.
Lawson, J.C. (1910) Modern Greek Folklore and Ancient Greek Religion: A Study in Survivals. Cambridge University Press.
Lawson, J.C. (1920) Tales of Aegean Intrigue. Chatto & Windus.
Marwick, E.W. (1975) The Folklore of Orkney and Shetland, BT Batsford Ltd.
Matthew, H.C.G. & Harrison, B. (eds.) (2004) Oxford Dictionary of National Biography (in association with the British Academy). Oxford University Press.
‘Mrs Mary Martin launches appeal to clear the name of her grandmother Helen Duncan’// The Guardian online, 13th January 2007 (дата последнего обращения – 13 июня 2013 г.).
Scull, C. & Hammond, W. (2006) (1st edn) The J.R.R. Tolkien Guide and Chronology. Vol. II, Reader’s Guide. HarperCollins.
Shandler, N. (2006) The Strange Case of Hellish Nell. Da Capo Press.
Shippey, T. (1982/1992 (2nd ed.)) The Road to Middle-earth. HarperCollins.
Автор статьи - Hareth nic Handir. Материал был предоставлен 24 апреля 2021 года по запросу Айриона Курувэллона (Aerion Curuvellon) в формате электронного письма. Перевод - Alagruth, Tinwion the Wood и Ilfirinnare. Оригинальный материал - здесь.
Вступайте в группу ВКонтакте - самый масштабный информационный ресурс о мифологии Толкина в СНГ! Ваша поддержка рублем и добрым словом также скажется на качестве и количестве контента в дальнейшем!
