Меня зовут Торг. Я неандерталец.

Вернее, я не знаю, что я неандерталец. Это потомки назовут меня так, когда найдут мой череп.

Надеюсь, не скоро.

Я живу с родными в каменном укрытии. Люди будущего назовут его пещерой.

Я называю его местом, где на тебя каждую ночь кто-то кладёт ногу.

НАШЕ ЖИЛИЩЕ

В нашем укрытии живут четырнадцать человек.

Тринадцать из них храпят.

Четырнадцатый — дядя Грум. Он говорит, что не храпит, а отпугивает хищников.

Судя по звуку, хищники уходят вместе с лесом.

В центре горит очаг. Он даёт тепло, свет и дым.

Дыма он даёт особенно щедро.

По ночам мы сидим вокруг огня, едим, чиним орудия и рассказываем истории.

Дед каждый раз рассказывает, как один убил двух бизонов.

Бабушка каждый раз напоминает, что бизоны уже были мёртвые.

История меняется на глазах.

КТО ПОТУШИЛ ОГОНЬ

Сегодня утром огонь погас.

Все посмотрели на меня, потому что дежурил я.

— Я подкладывал дрова, — сказал я.

— Когда?

— Вечером.

— А ночью?

— Ночью я следил, чтобы дрова не кончились.

— И как?

— Они кончились.

Мать посмотрела на меня так, будто задумалась, зачем вообще сохраняла мне жизнь.

Нам нужен новый огонь. Камни, сухой трут, терпение — и человек, который знает, что делает.

Поэтому все отошли и позвали бабушку.

Бабушка высекла искру, раздула трут и развела огонь.

— Я тоже так могу, — сказал я.

— Можешь, — ответила она. — Но не умеешь.

Разница небольшая, но в нашем климате важная.

ТЕХНОЛОГИЯ БУДУЩЕГО

Мой брат Окк изобрёл новый каменный скребок.

По крайней мере, Окк считает, что изобрёл.

Бабушка считает, что он просто нашёл её скребок.

Началось научное совещание.

— Я сделал его сам!

— А почему на нём моя метка?

— Это трещина.

— Эта трещина означает: «Не трогай, Окк».

Окк продолжал настаивать, что скребок его.

Бабушка ударила его новейшей технологией по лбу.

Теперь у нас есть каменный скребок и научная травма.

Прогресс требует жертв.

Хорошо, когда жертва — Окк.

ВЫШЛИ НА ОХОТУ

К полудню мы вышли охотиться.

Нас шестеро: я, Окк, дядя Грум, два опытных охотника и Карк.

Карк не опытный.

Но он настолько громкий, что звери иногда падают с обрыва, лишь бы его не слышать.

Мы ищем следы оленей.

Дядя Грум нашёл огромный след.

— Олень, — сказал он.

— Тогда у него пять ног, — ответил я.

Мы посмотрели вперёд.

За скалой стоял мамонт.

Мамонт тоже посмотрел на нас.

Его глаза говорили: «Серьёзно?»

Наши глаза отвечали: «Сами не знаем».

— План прежний, — прошептал дядя Грум.

— У нас был план?

— Теперь есть. Ты бежишь слева.

— А мамонт?

— Как повезёт.

В каменном веке слово «план» означает: начальник уже побежал, а ты ещё нет.

ОХОТА НАЧАЛАСЬ

Мы побежали.

Мамонт побежал.

Приятно видеть, что все поняли план одинаково.

Мы пытались направить зверя к узкому проходу между скалами. Там его можно было атаковать сообща.

Но мамонт направил нас к широкому проходу.

Там ему было удобнее атаковать нас сообща.

Видно, он тоже хорошо планировал.

Карк закричал и бросил копьё.

Копьё пролетело мимо мамонта, мимо скалы и исчезло из истории.

— Я его отвлёк! — крикнул Карк.

Мамонт повернулся к нему.

Впервые за день Карк оказался прав.

Мы успели подойти сбоку. Опытные охотники ударили копьями.

Я тоже ударил.

Потом отскочил.

Потом ещё раз отскочил, хотя уже стоял далеко.

Осторожность не бывает лишней, особенно когда на тебя бежит три тонны волос.

ПОБЕДА РАЗУМА

Охота закончилась.

Мамонт ушёл.

Мы решили, что отпустили его.

Важно правильно формулировать поражение.

Карк висел на дереве. Мамонт забросил его туда хоботом.

— Ты жив? — спросил я.

— Да.

— Тогда слезай. Мы поймали куст.

На обратном пути мы собрали коренья, орехи и съедобные растения.

Охотник должен быть гибким.

Если не поймал мясо, поймай хотя бы вид, что так и было задумано.

ЛЕЧЕНИЕ КАРКА

У Карка болела спина, рука и всё остальное.

Его осмотрел наш целитель Барг.

Барг знает лечебные травы, умеет накладывать шины и всегда говорит, что болезнь вызвал злой дух.

Первые два умения полезны.

Третье помогает Баргу не ошибаться.

Он пощупал руку Карка.

— Больно?

— Да.

Барг пощупал другую руку.

— А так?

— Нет.

— Лечить будем первую.

Великая мудрость нашего времени часто состоит в том, чтобы не лечить то, что не болит.

Барг наложил шину, дал Карку отвар и велел лежать.

Мы заботимся о раненых. В одиночку в нашем мире далеко не уйдёшь.

Особенно если тебя уже один раз унёс мамонт.

УЖИН ПОБЕДИТЕЛЕЙ

Вечером мы сели у огня.

На ужин были коренья, орехи и кусок мяса, оставшийся со вчера.

Кусок был маленький, поэтому мы передавали его по кругу и смотрели.

В какой-то момент мясо исчезло.

Все посмотрели на младшего брата.

Он смотрел на собаку.

Собаки у нас ещё нет.

Очень слабое алиби.

Дед рассказал, как мы загнали мамонта в горы и пощадили его.

С каждым пересказом мамонт становился больше, мы — храбрее, а Карк — всё выше на дереве.

К концу ужина мы уже победили трёх мамонтов.

Научились добывать огонь с первого удара.

Изобрели новый скребок.

Неплохой день.

Особенно если не спрашивать мамонта.

ПЕРЕД СНОМ

Я лёг рядом с огнём.

Мать сказала, что завтра мне снова дежурить.

Я подложил в огонь столько дров, что теперь он не погаснет до весны.

Бабушка вытащила половину.

В нашей группе каждый делает то, что умеет.

Бабушка умеет всё.

Я умею слушать бабушку.

После сегодняшнего дня это не казалось маловажным навыком.

Я закрыл глаза.

Дядя Грум захрапел.

Где-то вдали завыл волк.

Он тоже не спал.

Видимо, дядя действительно отпугивает хищников.

Жаль, что вместе с ними — всех остальных.

ЧТО ЗДЕСЬ СООТВЕТСТВУЕТ ИСТОРИИ

Неандертальцы жили в Европе и Азии примерно от 400 до 40 тысяч лет назад. Они были не глупыми «пещерными людьми», а умелыми охотниками: поддерживали огонь, изготавливали сложные каменные орудия, строили укрытия, использовали одежду, охотились на крупных животных и ели растительную пищу. Зажившие тяжёлые травмы на их скелетах показывают, что за ранеными могли долго ухаживать. А вот конкретные разговоры, имена и неудачная охота — художественный вымысел.

Древний бардак на Дзен - тут

Продолжаю свою рубрику, посвящённую присвоению Омску культурной столицы России. Сегодня расскажу про место, которое многие омичи видят каждый день, но редко замечают по-настоящему - прямо по пути в СКК имени Блинова, на бульваре Мартынова 6, стоит деревянный теремок. Это Сибирский культурный центр, подразделение Государственного центра народного творчества, который ведёт свою историю с 1936 года.

Здание само по себе уже достопримечательность - его построили в 1996 году по авторскому проекту архитектора Владимира Мальцева, и оно осталось единственным воплощением задумки целой деревянной улицы. Внутри - настоящий антимузей, где можно трогать экспонаты, мерить костюмы и слушать голоса аутентичных исполнителей из омских деревень. А ещё здесь работает студия-мастерская резьбы по бивню мамонта Архаика.

Это место - главный организатор самых колоритных омских праздников: Всероссийского фестиваля «Егорий Хоробрый», межрегиональной «Покровской ярмарки» и многих других событий, где традиции не пылятся на полках, а живут своей полной жизнью. Если пока не был тут, то рекомендую заглянуть

PS: остальные фотографии можно посмотреть тут: альбом