Пинчук Виктор Валериевич. Российский писатель-путешественник, автор 9-и книг и одного арт-альбома (жанр ню); создатель учебника «Бомж-туризм». Посетил свыше 60 экзотических стран, включая 50 островов: Африка, Азия, Латинская Америка и Океания. «Отдыхал» в афганской тюрьме, гостевал у папуасов, бродяжничал по зимней Японии…
В 2025 году реализовал международный авторский проект «Магриб+»: https://w.wiki/Erqh
В 2026 году — «Азия и острова – 26»: https://w.wiki/Jrvx
Творческая биография: https://w.wiki/7o2h
Для понимания нижеописанного сделаю отступление, чтобы рассказать, как всё начиналось…
В феврале 2025 года, проведя две фотовыставки в Египте (в Каире и Александрии), не найдя лучшего (бюджетного) варианта, я купил очень дешёвый билет в Марокко, где также планировал организовать мероприятие культуры под эгидой Россотрудничества.
Увы, время для визита оказалось не очень благоприятным: Рамадан. В связи с чем, далеко идущие планы пришлось ограничить проведением конференции по искусству.
На момент моего прибытия особняк, принадлежащий России, расположенный рядом с Русским культурным центром, пустовал по причине аварийного состояния.
Но для меня, бомжа международного класса, здание за высоким забором было просто «отелем люкс», поскольку ночуя, по обыкновению, на стройках, кладбищах и в прочих экстравагантных местах, привык к бродяжнической жизни, которая спартанцам даже не снилась.
Моё спецпитание (кефир, арахис, хлеб, вода, мандарины) и чек из супермаркета Carrefour
Из двух зданий на территории за оградой, я выбрал то, что поменьше. Дырявая кровля напоминала о себе во время дождей, но угол над моей кроватью оставался сухим. Присутствовала кухня с ужасно тарахтящим (но функционирующим) холодильником и ванная с туалетом, где потолок тоже протекал в сырую погоду. А газовая плита без баллона служила украшением интерьера. Большое двухуровневое здание, некогда роскошное, а ныне пришедшее в упадок, где на крыше выросло дерево, корни которого свисали в комнате почти до пола, сотрудники окрестили «Домом с привидениями». И когда я по вечерам, открывая калитку своим ключом, проходил мимо, — оно пугало меня приглушённым светом, исходящим из глубины комнат, иногда — странными едва слышимыми звуками.
Поселившись в небольшом домике, предназначенном, видимо, для гостей, но давно не использовавшемся, я ходил каждый день по инстанциям, пытаясь получить визы соседних государств и достучаться до туземных бюрократов с целью проведения в их странах мероприятий культуры. Таким образом, я прожил в столице Марокко полтора месяца, под конец почти превратившись в марокканца. Часто бывал на рынке, и прилегающих к нему районах, которые местные жители называют «Медина»; посещал и барахолку.
Ночной Рабат, Медина
Под конец пребывания в Рабате, мне пришла в голову идея опробовать себя в качестве продавца блошиного рынка. С собой были советские банкноты, номиналом пятьсот и тысяча рублей, украшенные портретами Ленина (около 50 штук), — их и разложил на газете, прижав от ветра небольшим камнем. Очереди не было, но несколько экземпляров за неполный рабочий день удалось продать. Коллеги-мароканцы восприняли моё вливание в свои ряды нормально.
В последующие дни я вынес свой пиджак (в котором выступал в Каире, Александрии и Рабате) и тоже реализовал за небольшую цену в 35 дирхамов. Удалось продать также какие-то безделушки, которые находил на тротуарах.
Учитывая, что самый дешёвый гостиничный номер (с грязноватым постельным бельём) оценивается здесь в 100 дирхамов (около $10), не стоило с целью получения дохода заниматься подобным "промыслом", но, поскольку я жил в Рабате бесплатно, — почему бы и нет?..
Погружение в туземную культуру в какой-то мере помогло мне понять местные традиции, а знания пригодились по возвращении в Россию: https://w.wiki/EkvR
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
На каких только кладбищах не приходилось ночевать автору этих строк!.. Не спешите переворачивать страницу с гримасой недовольства: речь пойдет не о ритуалах местных сатанистов, и вандалы с некрофилами упоминаться не будут. В тех неблизких краях, где довелось побывать автору, подобных безобразий нет. Объехав с пустыми карманами 30 стран мира, по большей части экзотических, расскажу о ночлегах в местах, которые вряд ли вам даже приснятся. Все нижеописанное базируется на собственном опыте.
Койко-место в столичном «отеле» (Джакарта, Индонезия)
Индонезия: в гостях у бездомных
По островам индонезийского архипелага, коих по самым скромным подсчетам, несколько тысяч, я путешествовал более 40 дней.
В Джакарте, столице архипелага, гостиницы недешевы (от 25 у. е. минимум. — Авт.). Узнав это, я занялся поисками укромного уголка. Вскоре таковой нашелся: недостроенное здание, обнесенное забором с большими металлическими воротами. Сквозь дырявую изгородь заметил людей и окликнул одного из них. Парень открыл ворота, следом вышла старуха. В ответ на мою просьбу, произнесенную на местном языке, «домочадцы» переглянулись и проводили наверх, выделив… целый этаж в «здании» без стен. А зачем в Индонезии стены? Холодов здесь не бывает, а от дождя спасает крыша, то есть пол верхнего этажа. Я прожил в «бомж-отеле» три дня. Где-то далеко на горизонте сверкали по вечерам неоновыми огнями элитные гостиницы, а внизу красовалась гора мусора. Хозяева предложили мне одиноко лежащий на бетонном полу двуспальный пружинный матрас с ветошью, чтобы укрываться. Я от него отказался: как профессиональный бродяга международного класса всегда имею при себе резиновый коврик, покрывало и надувную подушку. Но, главное, появилась возможность, оставляя во временном приюте поклажу, бродить по улицам налегке. Кто носил рюкзак сутками, поймет меня.
В городе Сурабая, не уступающему по размерам вышеописанному мегаполису, обстоятельства сложились иначе. Прибыл я сюда около полуночи. Дорога от автовокзала к центру заняла час. Покинув автобус, направился вперед, снайперским взглядом измеряя закоулки. Прошел мимо большой компании бездомных, расположившихся на асфальте… Стоп, назад! Они-то мне и нужны: в час ночи нет времени на длительные поиски. Вопреки чаяниям, «коллеги» приняли незнакомца в свои ряды неохотно и выделили лишь небольшой участок «жилплощади» в метре от автомобильной трассы. Ну что ж, хоть так…
Намибия: где ночует Робинзон?
Человек, рассуждающий прагматично вряд ли окажется в безлюдных местах, где обитает племя химба. Скорее всего, он вовсе не поедет в (такую!) Африку… без гида. Впрочем, зачем гид, если есть телевизор? Мухи дохнут, тоска зеленая: до чего же скучны они, любители пляжного туризма и корпоративов…
Epupa Falls — целая галерея водопадов в африканской глубинке. Именно здесь в безлюдном месте, где до ближайшего поселения два-три километра, мне пришла в голову мысль померяться силой с течением бурной реки. И унесенного ее водами безумца прибило к противоположному берегу, принадлежащему соседней стране — Анголе. В джунглях, где из живых существ были замечены лишь муравьи, я прожил сутки. Ходил в юбке из крупных пальмовых листьев, питался мелкими листьями, спал на «матрасе» из сорванной травы.
По счастливой случайности, следующим утром меня спасли.
…Прошло три года. Иногда я вспоминаю об этой ночевке, сопоставляя свое нынешнее изображение в зеркале с возможным вариантом — в итоге превратиться в нечто похожее на мощи Киево-Печерской лавры.
Малайзия: неделя в пустом небоскребе
Вы когда-нибудь видели замок с привидениями? Только в кино? А небоскреб с таковыми?
Одно из пяти пустующих зданий (Куала-Лумпур, Малайзия)
В Малайзии заброшенные руины не оккупируются бездомными. Дворик с пустующей будкой сторожа на входе и пятью шестнадцатиэтажными домами, где полностью демонтированы трубы, перила и лифт, приютил меня в начале полугодовой поездки. Здания были построены по оригинальному проекту: длинные балконы, вдоль которых вытянулись ряды квартир, располагались не снаружи, а внутри по периметру. А внизу, на большой бетонной площадке, — остатки мебели и предметов быта, увлажненные небесной влагой сезона дождей. В полной темноте, освещая фонариком путь, заходил вечерами в свою квартиру на шестом этаже: выше селиться не стал, лестница местами скользкая от «болотного ила». Направишь луч на верхние этажи — жуть.
После возвращения из поездки, прочитал в интернете советы туристам: не останавливаться в Куала-Лумпурских отелях без кондиционера (с вентилятором. — Авт.). Я и не останавливался…
Япония: уснул среди усопших
Во время двухнедельного пребывания в Стране восходящего солнца, ночевать приходилось в самых разнообразных местах. Чаще всего на чердаках (т. е. техэтажах. — Авт.) невысоких, девятиэтажных зданий.
То самое кладбище (Камакура, Япония)
В Киото спал возле лифта в своеобразном студенческом общежитии, где вход и выход никем не контролируется, а коридоры на этажах захламлены старыми телевизорами, сковородками с остатками котлет месячной давности и прочей вполне еще пригодной бытовой утварью. Одну ночь провел в гостях у японца, местного телеоператора. Но самая необычная ночевка прошла на кладбище. Застегнувшись с головой в «саркофаге» спального мешка (дело было в январе. — Авт.), засыпая, слышал какие-то шорохи: то ли кошка, то ли мертвые вышли из могил посмотреть на чудаковатого гостя.
Китай: назидание вокзального бомжа
Эта страна отличается от вышеперечисленных. Если, к примеру, в Малайзии можно беспрепятственно проникнуть в заброшенный небоскреб, а в Японии незаметно проскочить в подъезд жилого дома, то в Китае такой номер не пройдет. Рассмотрим для примера город Гуанчжоу, расположенный недалеко от границы с Гонконгом. Здесь находится оптовый рынок, а посему покупатели и перекупщики всех мастей съезжаются за товарами.
Младший из привокзальных бездомных, обучивший автора основам бомжевания (Гуанчжоу, Китай)
Далеко не все китайцы имеют средства, чтобы ночевать в гостиницах, они спят на территории вокзала, подстелив газету, или картонку. Помимо приезжих здесь обитают три профессиональных бомжа. В их компании я и провел на вокзале две ночи. Один из них, старик, лишь мычит — видимо немой, другой — среднего возраста, угрюм и неразговорчив, а третий, самый младший из вокзальных обитателей не похож на своих коллег. Он прочитал новичку небольшую лекцию. В итоге я узнал, что рюкзак нельзя ставить рядом во время сна, а следует обхватить руками, накрываясь одеялом. Аналогично с обувью, невзирая на степень изношенности, желательно спрятать ее «под подушку», иначе стащат. К сказанному остается лишь добавить, что все окрестные здания, будь то жилые дома, или офисы, тщательно охраняются от любителей бесплатной ночевки, в том числе иностранцев: проверено.
Замбия: ночлег в полиции
В пригороде Лусаки, столицы Замбии можно отыскать гестхаузы с вполне демократичной ценой на номера, но я прибыл в город поздним вечером, и ехать по темноте на окраину не было желания. Решил действовать проверенным методом.
Полицейские долго не могли понять суть происходящего. По их уразумению, если у иностранца нет денег, он должен сидеть дома, а коль средства имеются — жить в отеле. В конце концов, задав все мыслимые и немыслимые вопросы, они проводили меня… под лестницу и выделили три квадратных метра «жилплощади», на которые, собственно, я и претендовал.
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
Источник: Пинчук В. В. "Заметки международного БОМЖа" // Крымское время: газета. — 4.09.2014., № 35 (3390).
СУББОТНИЙ ВЕЧЕР У ПСИХОЛОГА: РАЗМЫШЛЕНИЯ БЕЗ СПЕШКИ
Иногда один пристальный взгляд в зеркало может открыть больше, чем просто отражение внешности. (Виктор Пинчук, надпись в комнате на старых обоях)
Почему выкладывая очередной текст на Пикабу, меня не покидает стойкое ощущение, что я — преподаватель в очках, тот самый «препод‑ботаник» из школьных шуток, а передо мной — группа старшеклассников, замерших в предвкушении зубоскальства.
Причём навязчиво дамокловым мечом висит ожидание, что мне подложили кнопку на учительский стул (или, что там у них альтернативно этой шутке «с бородой» в наш век?).
Однако я никогда не работал в школе и даже косвенного отношения к этому не имею.
Искусственный интеллект сообщает, что аудитория сайта разновозрастная и интеллектуально разноплановая. Пусть так, но почему лидерство и тон сайту задают подростки и люди с мировоззрением тинейджеров?
Быть может лучше спросить Алису AI?..
Среднестатистический пользователь Пикабу со стажем более пяти лет — это уже не просто человек, а почти мифологическое существо, гибрид офисного работника, интернет-археолога и кота-философа.
Он настолько сросся с креслом, что обивка уже повторяет контуры его спины, а подлокотники хранят вековой слой крошек и ауру бесконечного скроллинга. Его футболка — не одежда, а артефакт: на ней выцветший принт с мемом, который был актуален ещё во времена, когда интернет раздавали по карточкам. На рукаве — пятно от кофе, которое он гордо называет «картой боевых шрамов».
Глаза у него слегка остекленевшие, с характерным мерцанием, будто в них отражается бесконечная лента постов. Зрачки периодически сужаются и расширяются в такт появлению новых комментариев. Он способен за секунду определить, баян это или нет, по одному пикселю картинки — такой у него выработался профессиональный нюх.
Едкие насмешливые реплики сильнее цепляют внимание и дольше помнятся. Поэтому один колкий комментарий может создать ощущение «толпы зубоскалов». (Алиса AI, искусственный интеллект)
В одной руке он держит кружку, в которой чай давно превратился в некий таинственный эликсир неопределённого цвета — пользователи в комментариях шутят, что это концентрат мудрости. В другой — телефон, который уже нагрелся до температуры поверхности Венеры от количества просмотренных мемов.
Его рабочий стол — это алтарь культа «ещё пять постов». Там лежат три пустые банки энергетика, стопка чеков из доставки еды (все с пометкой «срочно, иначе смерть от голода»), блокнот, где на всех страницах написано «надо ответить в комментариях», и кот, который смотрит на него с таким выражением, будто знает, что хозяин опять не ляжет спать до трёх ночи.
В закладках у него не просто вкладки, а целые порталы: «Лента», «Мои комментарии», «Комментарии к моим комментариям», «Тот самый пост, который я искал два года назад», «Мемы, которые надо сохранить, но я никогда их не посмотрю», «Пруфы, чтобы победить в споре, который уже закончился».
Ядро активных авторов и комментаторов — это люди 20-35 лет, но их стиль общения может напоминать подростковый юмор. (Алиса AI, искусственный интеллект)
Его аватарка — кот в шляпе, потому что «это иронично». Никнейм — что-то вроде «Zloy_Optimist_1987» или «Тот_Самый_Из_Комментов», намекающий на его легендарность в узких кругах.
В спорах он — непобедимый гладиатор: может три часа доказывать, что правильно говорить «кофе — он», а не «кофе — оно», при этом параллельно гугля аргументы и скидывая ссылки на статьи 2005 года. Его коронная фраза: «Я не спорю, я просвещаю», после чего следует простыня текста на полторы тысячи символов.
Когда его пост набирает тысячу плюсов, он на секунду чувствует себя властелином Вселенной, делает скриншот и кидает в чат друзьям с подписью «Ну, я же говорил». А если пост не взлетел — философски вздыхает: «Алгоритмы нынче не те» и тут же заливает новый, с котом и подписью «Просто делюсь настроением».
И самое главное: он искренне верит, что именно его комментарий станет тем самым, который все будут цитировать годами. И пусть пока этого не случилось — он скроллит дальше. Потому что где-то там, в глубине ленты, точно есть тот самый мем, ради которого всё это и затевалось.
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
UPD:
Прошли сутки с момента публикации. Текст прогнозируемо получил большое количество минусов: активисты «Пикабу» узнали в описании себя.
Однако, разделив число минусов (7) на количество прочтений (2,3к), в итоге имеем примерно 0,3043% (менее одного процента) .
Получается: «Не так страшен чёрт и не так уж его много»:-)
В свете фар вот уже в пятый раз показался вооружённый кордон, преградивший дорогу сваленными в кучу автомобильными шинами. Люди в камуфляже привычным движением заглянули в кузов грузовика, затем, осветив фонариками кабину, пытались что-то найти внутри, среди хлама. «Что они ищут?» — спросил я у пожилой негритянки, которая ехала рядом со мной. «Оружие и патроны», — ответила та спокойным голосом, поплёвывая семечки, — В наших местах многие вооружены».
Пастушок (п. Котидо, Карамоджа)
Перед тем как ехать в Котидо — столицу штата Карамоджа, одного из самых опасных районов Уганды, — я ещё раз поинтересовался у нескольких аборигенов, насколько разумно будет посетить эту местность. Они дружно подтвердили имевшуюся у меня информацию, но говорили об этом с таким видом, будто не рекомендуют смотреть фильм «Пятница, 13-е» на ночь.
Из города Лира до деревни Котидо примерно 12-14 часов езды. Поздним вечером в свете луны, минуя все патрули, грузовик прибыл в столицу Карамоджа. На вопрос водителя о конечном пункте моего пути я ответил привычным пожеланием остановиться в самом дешёвом гест-хаусе. «Ты будешь жить рядом со мной», — гордо сказал водитель и действительно поселился в соседнем номере.
Молотильщица (п. Киру, округ Абим, Карамоджа)
По случаю позднего прибытия гостей человек из ресепшн собственноручно заполнил гостевой журнал. Я скороговоркой продиктовал ему свои паспортные данные и, полагая, что процедура закончена, машинально по-русски спросил: «Где туалет?». Последнюю фразу он записал как мою фамилию: Gdeualet.
Рано утром с фотоаппаратом на плече отправился на поиски тех, кто будоражил моё сознание и не давал покоя последние три года. Поначалу прохожие не понимали меня, когда пытался узнать, как найти племя карамоджо. После пары неудачных попыток установить контакт я догадался, в чём дело: английское слово «tribe» можно перевести не только как «племя», но и как «национальность». Осознав потенциальную абсурдность своего вопроса, осведомился о дикарях в этнической одежде. Сообразив, о чём речь, ребята объяснили, как до них добраться. Оказалось, что селение карамоджей находится всего в полутора километрах от центра цивилизации штата с банком и почтой.
Уже через полчаса навстречу мне стали попадаться экзотические особы с ношей на голове. Одеты они были совсем не как поселенцы Котидо, где кое-кто носит даже классический костюм с галстуком, и очень походили на искомое мной племя. И действительно, вскоре на горизонте показалось небольшое дикарское поселение. Хижины сплетены из ветвей какого-то кустарника, вокруг каждой — а иногда двух-трёх — возвышался плетень, ограждавший жилище от незваных гостей. Дверью служили отверстия в заборе высотой сантиметров пятьдесят, через которые отнюдь не пигмейского роста карамоджонг заходили, согнувшись в три погибели. Некоторые «ворота» были на «замке» — большой колючий куст лежал в проёме (стволом внутрь двора, шипами наружу) и преграждал путь всем, кроме, пожалуй, йогов.
Карамоджи с радостью приняли безденежного гостя с подарками а-ля «Дед Мороз с помойки». Я достал из вещмешка и раздал им серьги без пары, блестящие военные пуговицы со звездой и медальоны из бракованных CD на шнурках. Больше всего, однако, им понравилась расчёска-щётка с металлическими зубьями, которой я, без пяти минут пионер, причёсывался в 1980 году.
1/3
Разобрав сувениры, карамоджи охотно позировали перед фотоаппаратом: видимо, заезжие любители экзотики пока не успели им надоесть.
В качестве afterParty из самой большой хижины, вход в которую был украшен козлиным черепом, вышел дряхлый старик, вероятно, вождь племени. Аборигены расступились, я остался в центре полукруга. Вождь подошёл ко мне и торжественно вручил медаль «За отвагу» в награду за то, что я не побоялся в одиночку приехать в их глухие места. Старик показал мне зна́ком, что медаль нужно носить в носу, как серьгу. Я объяснил, что у меня в носу пока нет достойного награды отверстия, и поблагодарил старейшину поклоном. Медаль была сделана из какого-то странного материала, похожего на древесину, и весила очень мало. Я вспомнил, как лихо проверяли в старину монеты «на зуб», но воздержался и положил подарок в карман.
Этой же ночью, выполнив всё задуманное, я возвращался в Кампалу — столицу Уганды. Сидя в трясущемся по ухабам грузовике, ещё раз достал награду, чтобы получше её рассмотреть, но обнаружил, что от скачки по рытвинам она сломалась пополам. Взглянув на место разлома, я понял наконец, из чего она была сделана: мне пожаловали кусочек прессованного навоза!
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
Источник: "Медаль за отвагу" // Magazine proX: журнал. — 2008, № 1 (1). — С. 70—71
Отрывок (глава) из литературного произведения «Монгольский хуйвалдагч» (в переводе «Монгольский заговорщик»). Книга издана в 2017, презентация проходила в Центральной городской библиотеке города Ялта 23-го сентября 2024 года. Насыщена монгольскими словами и выражениями, что делает её интересной для филологов и этнографов.
********************************
К вечеру прибыли. «Рулевой» предложил остановиться у него за небольшую плату. Зашёл в избу — семья не маленькая… Нет, лучше пойду в гостиницу. Монгол пригласил в кабину и подвез до ближайшего «зочид буудал». Свободных мест не оказалось, в остальных отелях — аналогично. Пришлось возвращаться, к безмерной радости водителя, предвкушающего поступление дополнительных тугриков в семейный бюджет.
Расположился в комнате, которая служила залом. Мебели немного — два кресла, сервант, и тумба, на которой стоял телевизор.
Очень мягкий пол — устлан в два слоя коврами разных размеров и расцветок, ими же были увешаны стены.
Монголы — не африканцы: любят фотографироваться. К моей просьбе отнеслись положительно и даже с радостью. Глава семьи, позируя, уселся по центру, дети — вокруг. Не хватало одного участника семейного фото. Азиат громко по имени окликнул жену, которая стряпала на кухне, а после — еще раз, прибавив слово «шалав» . Через пару секунд женщина появилась, заняв свое место.
После кормилец, посмотрев теленовости, прилег, уткнувшись лицом в ковер на полу, и уснул. Примерно через час, выспавшись, он предложил сходить в гости к соседу (или родственнику), который жил неподалеку, в жилище более скромном.
«Шамбарам – шамбарам…» — тихо напевал по пути весельчак. Причина радости ясна — обстоятельства подыграли ему.
…По центру юрты возвышался допотопный черно-белый телевизионный приемник, над ним вымпел «Победителю конкурса скотоводов», а рядом — металлическая кровать времен монгольской революции. Хозяин жилища усадил гостя рядом с собой, налил суутэй-цай и учтиво поинтересовался: «Мордохуй?»[1] «Нет…» — ответил машинально, едва не подавившись…
Хозяин юрты
Монголы выпили «за встречу», я воздержался. К слову, никто в этом городке не говорил по-английски, тем паче по-русски, — пришлось общаться посредством знаков. В самый разгар «вечеринки» один из собеседников, будучи в изрядном подпитии, сообщил второму заплетающимся языком какую-то новость, — видимо, не очень приятную. Второй, в ответ несколько раз неистово повторил: «Хутгагуй алах!»[2] Но через пару минут друзья-товарищи вновь улыбались друг другу, забыв все горести и невзгоды.
Вернулись вечером, «квартиросдатчик» выделил визитёру «спальное место», постелив на мягкие ковры у стены комплект чистого белья.
А ночью мне приснился облаченный в хуяг[3] зловещий Чингисхан, который как две капли воды походил на владельца жилища, — в руках длинная сабля — сэлэм, размахивая которой, он грозился отрубить голову… если не оплачу проживание.
Утром встал пораньше: хотел встретить мандах, точнее нар мандах[4]. Осмотр города начал с памятника величию монгольской империи. Три дугообразные стены расположены полукругом, обрамляя находящийся по центру гигантский, по сравнению с его стихийными собратьями, обо, выложенный из камня и бетона. Сюда не приносят дары духам, этот обо — символ. Наружная часть стен украшена изображением территорий монгольского ханства в разные периоды времени. Монумент находится на холме, открывая панорамный вид на город, окруженный холмами и степями.
Бегло осмотрев небольшой храм Лусын Сум, который был закрыт, отправился к монастырю Эрдэни-Дзу, расположенному, согласно имевшимся у меня сведениям, рядом с Каракорумом небезызвестного Чингисхана.
Сразу за входом — сувенирная лавка, где можно купить монашескую одежду, статуэтку, или диск с записью горлового пения, популярного среди буддистских монахов. Выглядит заманчиво, но цены по-европейски высоки: не каждому по карману.
Монастырь Эрдэни-Дзу (фрагмент)
Эрдэни-Дзу считается первым буддистским монастырем Монгольской империи, — по тем временам он был крупнейшим в мире. По двору снуют молодые монахи в красно-коричневых балахонах, а в одном из помещений они же штудируют «талмуд» за партами, слушая напутственную речь учителя. Несмотря на царящий дух истинной веры, посещение святейшего места туристами не возбраняется, даже приветствуется.
…Два монаха, поднявшись на деревянное возвышение, стали трубить в медные трубы, созывая к обедне. Действо привлекло не только меня. Подоспела группа российских туристов с дорогими фотоаппаратами, — все как на подбор в песцовых шапках. Турист, он и в Африке турист: в Москве на Арбате иностранцев «снабжают» лаптями — исконно русской обувью, в которую обута вся столица, а нашим (россиянам), где-то, в Улан-Баторе продали монгольский национальный головной убор.
Странное впечатление производит территория, примыкающая снаружи к стенам ограды: будто землю перекопали вдоль и поперек, а затем, разровняли бульдозером. Что это, свидетельство поисков сокровищ Чингисхана, или, может быть, его захоронения? Вернувшись из поездки, заинтересовался событиями тех времен...
ПЕРВОМУ, КТО НАПИШЕТ ПРАВИЛЬНЫЙ ОТВЕТ — ПРИЗ ОТ АВТОРА
Привет, Пикабу!
Когда-то, а именно тринадцать лет назад я описал свои африканские приключения, издав первую литературную работу. С тех пор много воды утекло, но эта работа дорога мне как дебютная. Хочу подарить один экземпляр тому, кто лучше всех умеет читать детали на фото.
Перед вами три снимка из одной точки планеты, сделанные мной в этом году. Место не самое банальное, но на кадрах есть подсказки — ищите характерные детали архитектуры, природы или быта.
Розыгрыш продлится 48 часов с момента публикации (до 18 августа, 17:30 по Москве).
Фото 1
Фото 2
Фото 3
Как участвовать:
Напишите в комментариях название места (страна + город или локация). Если знаете точное название достопримечательности — будет вообще идеально.
Победителем станет тот, кто первым даст правильный ответ.
Приз: физическая (бумажная) брошюра с моим автографом, созданная в жанре путевого очерка с элементом приключений. «Третья Афровылазка» описывает путешествие автора (2010–2011 годы), маршрут которого включил шесть стран, в том числе сложновизовый Судан. Описание литературного произведения: https://w.wiki/96B4
*********************************
Отправлю за свой счёт, но только по РФ и только почтой России;
или — СДЭКом с оплатой пересылки получателем по прибытии;
или отдам при личной встрече в Симферополе.
К сожалению, цифровой версии нет, поэтому отправить приз за пределы РФ не смогу.
Удачи! Кто первый?
****************************
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
UPD:
Акция окончена, приз отправлен победителю (ScottishSnake) в Санкт-Петербург, почтовый чек РПО № 29504323105404 — приложен в комментариях.
На фотографиях: о. Хулумале, Мальдивская республика.
Ну и несколько слов от автора по-поводу поставивших минусы и написавших негативные комментарии (хотя таких было немного): людей, не способных сделать что-то бесплатно/бескорыстно — злит/раздражает, что кто-то не похож на них.
О чём успевает подумать солдат на поле брани, секунду назад получивший крохотное отверстие в гимнастёрке, «окантованное» алым пятном? Или пешеход, возлежащий под колёсами только что проехавшего грузовика? Вероятно, жертву трагических обстоятельств молниеносно посещает мысль: «Нет, это просто сон: такое могло случиться с кем угодно, но не со мной…»
Автобус Габороне — Йоханнесбург притормозил в конечной точке маршрута, где вышли почти все. «Куда тебе?» — спросил водитель у единственного пассажира, оставшегося в салоне. «В дешёвую гостиницу!» — «Спрячь фотоаппарат, — настоятельно рекомендовал владелец транспортного средства, выруливая на трассу, и пояснил: — В этом городе могут убить из-за пятидесяти долларов, причём днём и у всех на виду». После недавней полугодовой экспедиции, включившей двенадцать стран Латинской Америки, я воспринял его слова, как некоторое преувеличение вероятной опасности. Собеседник тем временем продолжал: «Мы подъезжаем к гостинице, где останавливаются мои соотечественники, ботсванцы». — «В какую сумму обойдётся размещение здесь?» — «Около двадцати пяти американских долларов». — «Пожалуй, дорого». — «Это ЮАР, здесь не бывает дешевле». — «А где живут, к примеру, прибывшие из Мозамбика», — я попытался подойти к вопросу иначе, упомянув страну с более низким уровнем жизни.
«У своих родственников, или… в кустах». Было ли последнее утверждение шуткой, или сказано всерьёз, выяснить не успел, поскольку водитель высадил меня напротив одноэтажного строения.
Жертва уличной преступности на обложке книги. Йоханнесбург, ЮАР, 19 апреля 2018 года
Загородная улица изобиловала гостиницами. В первой и двух соседних — цены не были ниже, чем в многоэтажном здании, которое облюбовали граждане Ботсваны. Договорившись с администратором частного владения, поселился в скромных размеров комнате, служившей чем-то типа гостиной, арендовав два погонных метра на полу с тыльной стороны дивана. Участок был пригоден по размеру для походного коврика; цена — эквивалент десяти долларов США — дороговато, но выбора нет.
«Не так страшен „чёрт“… » — размышлял, двигаясь пешком от окраин в сторону центра, что в дальнейшем, приходилось делать ежедневно. За несколько дней проживания в самом густонаселённом городе ЮАР, я успел обследовать многие районы. Маршрут пролегал мимо Понте-сити (англ. Ponte City Apartments) — небоскрёба, своеобразной формы (полый цилиндр), превращённого местными бандами после отмены апартеида в гигантскую мусорную урну; затем, минуя здание университета, попадал на улицу Лилиан Нгои, пересекающую весь Йоханнесбург. Много торговых точек, магазинов, парикмахерских; всюду царит сутолока и толчея — словно находишься посреди большого разворошенного муравейника. Белые не ходят по улицам — боятся, передвигаясь только на автомобилях; к слову, их немного: преобладает чернокожее население. Встречаются попрошайки европейской внешности, — дважды видел таковых.
Обменять валюту на местные деньги — рэнды можно лишь с большими потерями при уплате комиссии владельцу обменного пункта, — будь то частная контора, или государственная. Жители соседних стран приноровились совершать обмен в индийских магазинчиках. «Процедура» не совсем безопасная (и причина не в азиатах — те не обманывают, зарабатывая процент на клиенте), заметить происходящее может негр, а, добропорядочный ли он гражданин, или наводчик из бандитского клана — неизвестно.
Если вышеупомянутая улица, которую также называют Бри (англ. Bree) — представляет собой нечто типа «рыночного» центра города (неумытого и непричёсанного), то Комишнер-стрит — в некотором роде даунтаун, то есть деловой центр. Украшением улицы служит 50-этажный небоскрёб Карлтон-центр — самое высокое офисное здание в Африке, простирающееся ввысь на 223 метра. Именно там, в «центре центра» города — довольно людном месте и произошло нижеописанное…
…Одиночная экспедиция, включившая десять африканских стран и продлившаяся без малого полгода, подошла к концу. До вылета в Москву оставались считанные часы. В кармане лежало немного рэндов — их нужно было израсходовать, а в запасе — время, — его нужно было заполнить. Что может случиться в последний день пребывания в иноземье, когда уже одной ногой находишься на родине? Немного расслабившись от этой мысли, я взял с собой фотокамеру, не задумываясь о том, что нужно бы позаботиться о сохранности отснятого материала.
…Резкий удушающий захват сзади. Одновременно с этим четыре чёрные конечности потянулись ко мне с двух сторон, стараясь расстегнуть куртку, под которой — фотоаппарат. Пытаясь противостоять, приложил усилие, чтобы сцепить руки в замóк… проваливаясь в бездну.
Всё длилось 4 секунды. Очнулся лёжа на тротуаре. Рядом на перекрестке — с полтора десятка человек, — смотрят на меня. Подошел, спросил осипшим голосом, куда делись эти люди. Потом, спустя время, вспомнил, что говорил по-русски. С противоположной стороны — два охранника в форме. Обратился к ним на английском языке (видимо опомнился): заметили кого-нибудь? Ответили отрицательно. Вернулся. Вот моё тротуарное «ложе». Сколько времени я валялся здесь? Секунды или минуты? На асфальте — бумажки и визитки из внутреннего кармана: преступники надеялись найти там деньги и выкинули содержимое. Рядом — кепка одного из нападавших: торопились…
Сонный синус — так называется общая часть артерии, носящей аналогичное название, к которой прилежит небольшой узелок; это рефлексогенная зона, внешнее механическое воздействие на неё вызывает потерю сознания. Один из троицы был профессионалом, остальные — видимо, подручные: их присутствие необходимо для быстроты выполнения плана. Результат полугодовой работы улетел в тартарары. «Сокрушаться ли о потере, или радоваться, что не убили?» — размышлял по пути в международный аэропорт…
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
Йоханнесбург, ЮАР, 19 апреля 2018 года
Источник: Пинчук В. В. "Ограбление по-африкански" // Южная столица: газета. — 6.08.2021, № 30 (1502).
ЛАЙФХАК ДЛЯ ЭКСТРЕМАЛОВ ОТ АВТОРА УЧЕБНИКА «БОМЖ-ТУРИЗМ»
В сознании многих Япония ассоциируется с высокими технологиями — роботы, передовая бытовая электроника, последние модели гаджетов; иногда — образ гигантского, перенаселённого мегаполиса с эстакадами…
Нижеописанное разбивает сформировавшийся в сознании стереотип, или… дополняет его.
В этой короткой статье я расскажу об одном эпизоде из бомж-тура по зимней Японии, продлившегося две недели.
…Перед поездкой нашёл информацию, что в городе Киото можно остановиться бесплатно в некоем большом здании A-Cube (а-кьюб), где есть много незапертых комнат на этажах.
Добравшись на энный день в Киото, я столкнулся с непредвиденным обстоятельством: никто из прохожих не обладал сведениями о нахождении и расположении в городе объекта с таким названием. В итоге, петляя по вечерним улицам, я непроизвольно вышел к строению, по описанию походившему на предмет поисков.
По всей вероятности, это было студенческое общежитие. Ночь я провёл в вестибюле: от январских температур уберёг спальный мешок и, конечно, каремат, который всегда вожу с собой.
Автор на фоне Серебряного павильона (он же Гинкаку-дзи)
Утром постучал в одну из дверей длинного коридора. Выглянул парень, похожий на студента; услышав английскую речь, он позвал товарища. Тот пояснил, что не знает, кому принадлежат соседние комнаты, в том числе — пустующая — с полками и стеллажами, поэтому не может дать мне разрешение «расквартироваться» в ней и хранить в дневное время рюкзак. Потом добавил, что вещи можно оставлять в любом месте, — их никто не возьмёт. В последнем я не сомневался, но всё же спрятал поклажу за дверью помещения, где на стеллажах лежали какие-то коробки с неизвестным мне содержимым. Чуть дальше по этажу, в другую сторону, располагалась кухня, но суеты в ней не наблюдалось даже по утрам.
Несколько дней я прожил на этаже этого общежития, где коридоры были заполнены множеством предметов обихода — от сковородки с остатками жареного ужина, до алюминиевой стремянки. Утром из-за створок лифта, под которым я спал, начинали раздаваться звуки работающего мотора, но меня никто не беспокоил — возможно, потому, что этаж был первый.
Следующим пунктом маршрута был город Нара, куда я отправился через три дня…
Виктор Пинчук, писатель-путешественник (книги // VK)
