MaximovSV

1. Особенности мира;

2. Особенности психиатрических заболеваний;

3. Наложение одного на второе;

4. (Не)аккуратные выводы.

Но первый блок получился недостаточно внятным, ибо без контекста психиатрии на него смотреть… скучно? Плюс, приходится возвращаться и перечитывать, поэтому мы начнем с вами именно с психиатрии. А там есть, рассказать.

Дисклеймер №1: В силу подхода к работе так сложилось, что обычно я консультирую людей интеллектуального труда. В последние годы это преимущественно управленцы и сотрудники IT‑сферы. Это люди, которые всю жизнь решали любые проблемы «через голову». Такой подход неизбежно накладывает отпечаток на личность и внепрофессиональную жизнь. Минимизацией негативных последствий таких особенностей я занимаюсь. И в рамках статей на данном ресурсе стараюсь обобщить профессиональный опыт и дать полезную информацию.

Дисклеймер №2: Я не претендую на истину в последней инстанции. Я лишь собираю и обобщаю информацию, а так же пытаюсь спрогнозировать определенные тренды на основании своего профессионального опыта и знаний. Это лишь моё мнение, не более того

Психиатрические заболевания (ликбез и статистика)

Несмотря на то, что психиатрия и психология уже прочно вошли в жизнь общества, всё ещё можно встретить тезисы, вроде «психологи – для психов», а психиатра представляют не иначе как держащего в одной руке смирительную рубашку, а во второй – шприц с галоперидолом. И вот здесь стоит немного поговорить про то, а что же такое психиатрические заболевание?

Обычно психиатрическое (или ментальное) заболевание противопоставляется соматическому (то есть, телесному). Но если соматическое заболевание можно выявить через анализы, наблюдение, МРТ, КТ и всё прочее, то с психиатрией несколько сложнее.

Попробую объяснить очень грубо на примере соматического заболевания. Вот есть температура здорового человека, обычно это 36,6 градусов в подмышечной впадине. Но так как присутствуют индивидуальные особенности, плюс условия исследования не всегда идеальные, то условной нормой делают диапазон 36,3-36,9 градусов. Если у человека температура выше или ниже, то это может свидетельствовать о наличии соматического заболеваний (как минимум, стоит обратить внимание). Уважаемые знатоки, внимание, вопрос – а что является температурой для психических заболеваний и как её измерить?

В подавляющем большинстве случаев ей является способность адаптироваться к условиям и изменениям жизни, а так же решать бытовые задачи. Да, критерий не столь понятный и однозначный как температура, плюс он изменяется со временем, но работаем с тем, что имеем. Так как адаптация к жизни – показатель очень обширный и комплексный, то разбив его на условные темы/блоки/проблемы, можно находить закономерности и сочетания нарушений, которые потом и формулируются как психические заболевания.

При этом, не совсем корректно говорить про заболевание изолированно, словно в вакууме. Заболевание так же влияет на формирование личности, в силу того что одни механизмы работают хуже, чем у среднестатистического человека, а другие, иногда (подчеркиваю, иногда) лучше.

Стоит напомнить, что психика – это механизм выживания и адаптации. Она старается использовать сильные стороны и «прикрыть» слабые. Примера ради можно рассмотреть трёх типичных (даже нормотипичных) студентов первого курса, которые поступили в вуз:

Гипотетический Геннадий – стереотипный «ботаник» с такими очками, что стекла «Хаббла» нервно курят в сторонке, щуплый и несколько нелюдимый. При этом, шарит во всех предметах и покоряет преподавателей своими знаниями. Его адаптация, вероятно, будет проходить через учебную и научную деятельность, а в основе взаимодействия с одногруппниками будет лежать обмен знаний на социальные блага.

Предполагаемый Пётр – классическая «бета» класса, который смог поступить в университет (в отличие от «альфы» класса), пусть и на платное. Высок, статен, силён и не слишком глуп. Образ «сильного и смелого» прибавляет очков в социальном взаимодействии, а если среда хоть немного агрессивна, то роль «защитника» (ну, или агрессора-шантажиста) тоже даёт возможности. Он устанавливает связи с теми, кто обладает какими-то уникальными и нужными ресурсами, например, может дружить с Геннадием ради «списать», предлагая в обмен спокойствие и решение неформальных проблем.

Воображаемый Виталий – экс-заводила класса. Ведущий школьных мероприятий, актёр местного драмкружка, КВН-щик, игрок на гитаре и певец ртом. Поступил в универ, не имея планов или желаний осваивать профессию, но стремящийся к славе и публичности. Активен, разговорчив, обаятелен. Поёт, шутит, «устраивает движ». Через социальные связи решает вопрос насчет учебы, делясь с Геннадием и Петром «людьми» (то есть, приглашая их в «свой круг»), а в обмен получает доступ к знаниям от Геннадия и спокойствие и физическую помощь от Петра.

И вот этот треугольник, меняя между собой ресурсы (отдаешь профицитный, получаешь дефицитный), может комфортно существовать. И даже быть вполне эффективным коллективом. Потому что адаптация пошла через доминирующие качества. И это нормальный и естественный путь.

Но это мы рассмотрели адаптацию через социум. Но она может быть завязана и на самом человеке, без привлечения сторонних лиц. Например, есть такой термин как «функциональный алкоголизм». Это когда у человека есть явная алкогольная зависимость, но при этом он ведет полноценную социальную и профессиональную жизнь. Часто проявляется в вечерних возлияниях, уходах в запой на выходные и праздники. Такой человек, осознавая свою проблему, например, может брать отпуск для запоя. При этом, если отношения с руководством адекватные, то именно такая цель и декларируется. Либо же он понимает, что в пятницу вечером уже опрокинет несколько стаканов, следовательно, надо всё доделать вовремя, ибо в субботу он точно не выйдет на работу, даже если захочет. И вот его жизнь начинает подстраиваться под его график возлияний-похмелья.

Чтобы не быть голословным, возьмём, например, РАС (расстройства аутистического спектра). Их много, они РАСные, разные, но есть черта, которая встречается достаточно часто – отсутствие интереса к социальному взаимодействию и обществу в целом. А ещё важно добавить, что скорость и легкость освоения правил этого взаимодействия. То есть, люди с РАС зачастую не хотят (не испытывают потребности) взаимодействовать с людьми, что усугубляется трудностями, накладываемыми РАС. А если нет потребности, то нет и мотива вступать во взаимодействие. Нет взаимодействия – нет навыка взаимодействия. А когда нет навыка, то дело становится сложным и менее приятным, что еще сильнее снижает мотивацию.

А теперь вопрос – сколько ребенок тратит времени на общение? По разным источникам (к сожалению, надежных исследований не нашел), это от 1,5 до 3,5 часов в день. Предлагаю взять минимальное количество – 1,5 часа в день. Чаще встречается число в 2,2 часа, но мы предположим, что наш человек с РАС с кем-то взаимодействует, просто меньше. Поэтому, лишь полтора часа.

За 11 лет школьного периода жизни такой человек, отказавшийся от общения и минимизировавший его (а еще дружбу, отношения, романтику и прочее), сэкономит 1,5*365*11=6022 часа.

6022 часа – это много. Для понимания: вся школьная программа с 1 по 11 класс составляет около 11 тысяч академических часов, что приблизительно равно 8,2 тысячам астрономических часов. То есть, отказавшись от общения, такой ребенок с РАС получает возможность получить, простите за тавтологию, ещё одно образование. И это я сейчас говорю про программу бакалавриата, которая составляет, в среднем, 4-5 тысяч часов. То есть, ещё и магистратуру захватить можно.

И вот как минимум часть этих часов ребенок пускает на самообразование или хобби. Обычно, достаточно узконаправленное. И стоит ли удивляться, что к 9-10 классу он продвигается в нём кардинально дальше своих сверстников?

Отсюда, кстати, отчасти растет миф про то, что «особенные дети» поражены в одних возможностях, но зато талантливы/одарены/гениальны в других областях. Хотя официальная психиатрия стоит на позиции того, что сама болезнь не может человека сделать гениальным. Максимум – оставить в сохранности интеллект. Да, есть синдром Саванта, но он пока слабо изучен, чтобы точно говорить о причинах. К тому же, не хочется превращать данную статью в методичку про аутизм.

Но мы немного отвлеклись. Давайте на этом этапе кратко резюмируем. Мы говорили про психические заболевания и про то, что люди, которые их имеют и критически к ним относятся (и лечат/купируют), тоже адаптируются. Как в обществе, так и наедине с собой. Но я предположу, что вам, уважаемый читатель, это кажется каким-то далеким и оторванным от жизни «простых людей». И тут пора использовать цифры, которыми я грозился в превью.

Будем опираться на данные Всемирной Организации Здравоохранения. В 2001 году в мире насчитывалось около 450 миллионов людей, страдающих психическими заболеваниями. В 2019 году их количество возросло до 970 миллионов. В 2024 году их количество превысило планку в 1 миллиард (иногда фигурирует число 1,2 миллиарда).

Здесь хочется возразить, мол, население же тоже росло, может быть, в процентном соотношении от популяции ничего особенно и не изменилось? Смотрим цифры:

Конечно, это связано не только с ростом заболеваемости, но и с пересмотрами МКБ и других нормативных документов, улучшением диагностики, снижению «табуированности» темы и повышению обращений к психиатрам. Тем не менее, если общаться с практикующими психиатрами, представителями психиатрических и психотерапевтических центров, обслуживающих школы, сотрудниками учреждений дополнительного образования и школьными психологами, то сейчас с «полей» есть информация о наличии тех или иных психологических и психиатрических проблем (иногда их сложно разделить без полноценной диагностики) у каждого пятого-шестого ребёнка. Если переводить в проценты от популяции, то это примерно 16-20%. А если смотреть на прогнозы, то есть предположения о росте до 30-33% до 2035-2040 годов. Пессимисты говорят, что каждый второй житель планеты после 2050 года с этим столкнется. Но мы будем придерживаться более оптимистично-реалистичных взглядов, которые гласят о том, что сейчас примерно 14-15% населения имеют психические расстройства. И что их количество к 2050 году вырастет до 30%.

Важно упомянуть, что точные причины роста пока неясны, как и этиология большинства психиатрических заболеваний, лишь гипотезы. Одна из доминирующих сейчас: что предрасположенность есть у многих людей, а вот какие триггеры запускают так называемые «дебюты» (первое явное проявление заболевания) – неизвестно.

Но здесь нам важно понять одну вещь, уже сейчас мы можем с некой долей уверенности говорить о том, что приблизительно четверть людей (а то и треть) в обозримом будущем будет иметь не только заболевания, но и личностные особенности, вызванные наличием заболевания.

Четверть популяции – это много. И вся эта четверть популяции требуют специфических (но не одинаковых между собой) условий воспитания, обучения и жизни, чтобы быть эффективными в обществе. И прежде, чем мы перейдем к разбору особенностей, нам следует ненадолго переключиться на особенности современного мира, чтобы сформулировать и другой тренд.

В каком мире мы живём и что будет дальше?

Вопрос не праздный. Я не буду пытаться ванговать, играть в Нострадамуса и косплеить Мессинга. Мы просто разберем существующие теории и гипотезы, которые выстроены на анализе социальных тенденций, которые сейчас представлены в обществе. Так как нашей задачей является попытка спрогнозировать ближайшие 20-30 лет, нам этого будет достаточно. Ещё раз подчеркну, что это не мои мысли, а мнение специалистов, исследователей и футурологов. Своё маленькое мнение я напишу в конце абзаца. Думаю, нужно будет сказать и про мир в целом, и про Россию в частности.

Начнем с мира. Итак, развитие мира постоянно ускоряется. Главный термин, который нам понадобится — это закон ускорения истории. Его так же называют «закон уплотнения истории», «закон ускорения исторического развития» и так далее. Суть проста — каждый следующий исторический период в 2–4 раза короче предыдущего. Данная теория либо сформулирована Сергеем Капицей, либо, что более вероятно, является одной из интерпретаций его исследований (тут, к сожалению, точно сказать не могу).

Логика очень простая. Если мы возьмём условного крестьянина семнадцатого века, то его жизнь преимущественно сводилась к тому, что он цеплял деревянный плуг к коню и шел пахать поле. Потом у крестьянина рождался сын (это не связанные между собой события). Сын занимался тем же самым. Мир толком не менялся. И сын мог получить знания о мире, которые нужны для жизни, от отца. Он брал плуг, вероятно, тот же самый, и шел пахать то же самое поле. У сына затем рождался его сын, то есть, внук нашего изначального крестьянина. Он мог получить знания о мире от отца и деда, и эти знания были актуальны, так как мир не особо сильно менялся. Возможно, плуг обили железом. Всё, на этом изменения закончились. Жизнь была понятной и размеренной.

Изменения начинаются с промышленной революции, которая пришла в девятнадцатом веке во многие страны. Индустриализация, замена ручного труда машинным – вот это вот всё. Появились и распространились паровые машины – пришлось адаптироваться. А затем уже каждое поколение застало какое-то изобретение, распространение которого заметно изменяло мир: автомобиль, электричество, радио, авиация, телефония, кино, первые компьютеры, интернет, мобильный телефон, нейросети и так далее. Каждое из этих изобретений заметно изменило мир.

И если раньше в один исторический период вмещалось несколько поколений, то страдало адаптировалось первое, а остальные уже жили более или менее спокойно и предсказуемо (в том числе, опираясь на знания предыдущих поколений), то с конца девятнадцатого века и до конца двадцатого длительность исторического периода стала такой, что вмещала в себя лишь одно поколение. То есть, человек родился, пострадал адаптировался (да, люди научились делать это быстрее и интенсивнее), а затем доживал свою жизнь более или менее комфортно. Но вот актуальность знаний предыдущих поколений была не такой явной. Но с конца двадцатого века или начала двадцать первого начался следующий этап – когда длительность исторического периода стала меньше длительности жизни одного поколения. А что это значит? Что страдать адаптироваться приходится чаще, больше, быстрее. А промежутки «спокойной жизни» сокращаются. И нет людей, на чей опыт можно опереться.

Можно к этому, конечно, относиться скептически. И я даже вполне разделяю эту точку зрения. Но у меня к вам вопрос – исходя из содержания последнего абзаца, предположите, какое психическое расстройство занимает от 15% до 25% от общего количество людей, имеющих психические расстройства?

Ответ

Расстройство Адаптации – патологическое состояние, которое усложняет или делает невозможной приспособление к жизненным ситуациям и условиям. Можно почитать вот эту статью, которая содержит обзор исследований по РА, пусть и в несколько специфическом ключе.

Конец ответа

Есть другой интересный аспект, который тоже хочется уточнить. Несмотря на то, что в мире население и по сей день прибывает, темп прироста заметно сократился. Например, в промежуток с 1960 по 1970 года он составлял примерно 2% в год (это с учетом более высокой смертности), а с 2015 по 2025 уже около 1%.

Если же говорить про демографию отдельных стран, то многие из них, гордо несущих лейбл «развитых», сейчас тихо-мирно вымирают. В большинстве из них пытаются повысить рождаемость, но, судя по цифрам, пока это получается плохо.

Оффтопик. Любопытный момент, который я узнал, пока готовил этот материал, что с 2020 по 2024 год (два замера) в подавляющем большинстве стран упала рождаемость. То ли в ковиде дело, то ли в чем-то ещё, но это интересно. Оффтопик закончился.

Но суть в том, что людей будет меньше. Работоспособных в том числе. И тут вопрос из учебника экономики «для самых маленьких»: что происходит с дефицитным ресурсом? Верно, он дорожает. И на то есть объективные причины:

Причина №1. Никто не отменял конкуренцию и технологическую гонку. Несмотря на то, что где-то иногда вспыхивают «красные идеи», в мире пока доминирует рыночная экономика и капитализм с разным количеством социальных вкраплений. И предпосылок, что это внезапно изменится в ближайшие 20-30-40 лет пока не заметно;

Причина №2. Люди живут дольше, рожают меньше, нагрузка на пенсионную систему растёт.

На Хабре есть приятная статья, в которой представлен такой график:

Говоря иначе, сама система в виде государства (практически любой страны) будет мотивировать своих граждан работать больше, усерднее и эффективнее. Но производительность одного человека тоже, судя по статистике, уперлась в свой потолок. И даже если её можно как-то нарастить, то «иксов» прироста ждать не приходится. Даже нейросети, направленные на повышение эффективности, пока таковую не показывают (или показывают, но не в том объеме).

Ах да, стоит добавить ещё один важный момент. Мы уже усложнили мир до той степени, что разобраться в нём не так уж и просто. Мы пользуемся, не понимая принцип работы. Вы можете провести простой эксперимент. Практически у каждого вашего знакомого есть смартфон. Попросите его объяснить вам принцип работы сенсорного экрана, который он жмет, гладит и ласкает по 8-9 часов в сутки. Сможет ли он это сделать? А часто ли к вам на работу приходят джуны, которые не особо представляют, как компьютер работает «под капотом»? Или кто «вайбкодит», не понимая принципов, а просто пытается подобрать правильную молитву для духа машины?

Чем дальше и дольше развивается человечество, тем больше времени требуется людям на освоение имеющихся знаний. Следовательно, остается меньше времени на попытки создать что-то новое. И пока основной способ, который мы нашли для компенсации данной проблемы – это узкая специализация. Но даже если человек становится настолько узким, что его можно назвать двумерным, его возможности всё равно ограничены.

И вишенка на торте. Нынешнее поколение зумеров (и альф это, вероятно, коснется) – первое, которое показало результаты стандартизированных тестов хуже, чем предыдущее поколение. А я аккуратно напомню, что нынешние поздние зумеры и альфы – это именно те дети/подростки/юноши, расцвет карьеры которых придется на 2050-е годы и далее.

В общем, ситуация выглядит не лучшим образом. Кажется, грядет тот период, когда «за станок» должны встать все – и дети, и старики, и люди с психическими расстройствами? Ведь когда у тебя дефицит кадров, просто отсечь четверть населения достаточно больно. Но как же их использовать?..

Психические расстройства и образование

…и это тоже задача со звёздочкой, которую пытаются решить уже не первое десятилетие. На данном этапе большинство людей с серьезными психическими расстройствами, даже если они находятся в стойкой ремиссии, пытаются вовлечь в низкоквалифицированную деятельность: кассиры, уборщики, курьеры, повара в фастфуде и так далее. Изредка встречаются инициативы из разряда социального предпринимательства, когда кто-то берет шефство над десятком таких ребят и учит их условно простой ручной деятельности: ремонт обуви, работа с кожей, вытачивание ключей и подобное. При этом, стоит сказать, что существует целый пласт профессий, которые им недоступны с юридической стороны.

Обучение же таких детей идёт тремя путями:

• Если ситуация очень не очень, то это специализированное учреждение, которое, к сожалению, занимается больше именно содержанием и изоляцией таких людей от «нормального общества», а не абилитацией и адаптацией;

• Если ситуация проще, то это коррекционная школа;

• Если же ситуация ещё лучше (диагноз легче или достигнута стойкая ремиссия), то образование идет по пути инклюзии, то есть, через обучение в обычном классе.

Проблема в том, что для эффективной реализации инклюзии все сотрудники школы (буквально все, кто хоть как-то сталкивается с детьми – от директора до технички) должны обладать большим объемом специализированных знаний, а так же применять их на практике. Про учителей вообще молчу – там это само собой разумеющееся. Но будем с вами откровенны, так не работает. Да, школьника с какими-либо умеренными психическими расстройствами могут «дотянуть» до выпуска. Кто-то даже может быть вполне успешен в учебе. Но обычно это является заслугой родителей и дополнительного «помогающего» персонала (психиатр, психолог, репетитор, тьютор, т.д.).

И я не хочу сказать, что учителя плохие, вовсе нет. Просто система к инклюзии оказалась не готова. По крайней мере, проблемных зон – целый вагон.

Отмечу, что на одного ученика государство тратит, по разным отчетам за разные годы (к сожалению, чего-то более или менее свежего и надежного найти не смог), от 120 до 260 тысяч рублей в год. Именно в такую сумму обходится обеспечение образовательным процессом одного нормотипичного (читаем как «не имеющего серьезных психических расстройств») ученика. От 10 до 20 тысяч в месяц. С поправкой на год, регион, формат школы и так далее.

А вот если мы говорим про полноценное сопровождение людей с психическими расстройствами, тут ценники будут совершенно иными. Исходя из моих знаний про данные школы (хотя комплекс услуг там уж совсем полноценным назвать нельзя), их стоимость приближается к 70-90 тысячам рублей в месяц. В Москве такие школы стартуют от 120-130 тысяч рублей в месяц.

И вот сейчас, честно, отбросив весь гуманизм и оставив только сухую логику, бухгалтерию и прочую экономику, давайте зададимся вопросом – а оно того стоит? Тратить в 5-7-10 раз больше денег на того, от кого шанс получить пользу (в экономическом плане) заметно меньше, чем от нормотипичного ребенка? Есть ли смысл заморачиваться?

Связь психических расстройств и профессиональной успешности

И раз уж мы с вами на Хабре, то предлагаю сперва пройтись по технарям. А начнем мы с исследования Саймона Барона-Коэна под названием «Талант при аутизме: сверхсистематизация, сверхвнимание к деталям и сенсорная гиперчувствительность».

В своём исследовании он предполагает две вещи: первая заключается в том, что большинству аутистов свойственно сверхвнимание к деталям, а про вторую я скажу чуть позже.

Есть такой известный исследователь ОКР (обсессивно-компульсивного расстройства) по имени Стэнли Рахман (Рэчман? Есть разные прочтения), который в ряде своих монографий и статей говорил о том, что люди с ОКР в силу своих личностных особенностей, имеют склонность к упорядоченным и закономерным действиям. В том числе, и программированию.

Но РАС и ОКР не являются самыми распространенными психическими расстройствами. Пальму первенства по частоте удерживают тревожно-депрессивные расстройства. А влияют ли как-то они на формирование склонности к той или иной профессии?

Этим вопросом задавались авторы Пол Коста и Роберт Маккрей, которые разрабатывали свою модель личностных качеств и тест для неё (не удивляйтесь, в мире психологии так заведено – если ты не разработал свой тест, модель или термин, то ты лох). И в процессе исследований они обнаружили ряд закономерностей между личностным профилем и профессией. Но это не особо удивляет. А вот связь между высоким уровнем невротизма и выбором профессии – уже любопытна. Фактически, они говорят, что высокий уровень невротизма снижает тягу к социальному взаимодействию и даже снижает возможность удовлетворенности трудом, но влияет на склонность к техническим профессиям, так как они более логичны и предсказуемы, следовательно создают меньше стресса.

Идем чуть дальше. Двадцать с лишним лет назад в журнале American Psychologist была опубликована статья Мартина Селигмана, которая предоставила эмпирическое доказательство того, что можно научить человека состоянию счастья. Статья считается важной для развития позитивной психологии. Но там была и другая важная часть – про поиск смысла в служении и принадлежности к чему-то большему, что помогает от депрессии. И нам интересует момент, что люди, склонные к депрессии, выбирали профессии с большим социальным откликом и одобрением. Фактически, склонность к депрессии профориентировала людей на социально-значимую работу, направленную на улучшение жизни других людей или общества в целом. Для них это тоже не проходило бесследно (стресс давал о себе знать), но тенденция ясна.

Я нашел еще несколько исследований на тему связи болезни с профессией. Просто кратко их перечислю, чтобы не углубляться:

• Биполярное расстройство имеет связь с творческой активностью;

• Шизофрения и шизотипическое расстройство коррелирует с творчеством и креативностью;

• СДВГ может влиять на выбор профессии демонстративного характера, например, преподавания.

И вот сейчас хочется расставить точки над i. Во-первых, исследований, направленных на поиск связи между психическим расстройством и выбором профессии, мало. Во-вторых, многие из этих исследований представляют собой либо мета-исследование (мета-анализ) других исследований, либо имеют вопросы к выборке с точки зрения репрезентативности. В-третьих, обнаруженные связи находятся на статистически значимом уровне, но не являются определяющими факторами.

При этом, раньше и не было такой потребности в тщательном изучении вопроса. Людей хватало, эффективность устраивала, носителей психических расстройств было меньше. Подобные исследования были уделом лишь небольшой группы ученых, но не имели явного практического применения и коммерческой ценности. А вот сейчас, исходя из временного отрезка, про который идет речь, они эту самую коммерческую ценность имеют.

Но это лирика, а сейчас вернемся к цитате из первого исследования, оно нам пригодится для перехода к следующей главе:

Оригинал: Furthermore, we argue that excellent attention to detail exists in ASC because of evolutionary forces positively selecting brains for strong systemizing, a highly adaptive human ability

Перевод: Более того, мы утверждаем, что превосходное внимание к деталям существует у людей с РАС благодаря эволюционным силам, положительно отбирающим мозги, обладающие сильной способностью к систематизации , — высокоадаптивной человеческой способностью

И вот тут мы переходим к любопытному взгляду на психические расстройства/расстройства развития – а не являются ли они следующим эволюционным шагом? Шагом, который обрубает практически всё, что не относится к конкретной деятельности, возводя её в абсолют?

Эволюционная психиатрия

Несмотря на то, что эволюционная психиатрия – дитя конца ХХ века, то есть, очень молодое направление, её корни можно отыскать в далёком прошлом (наверное, как и у любой науки). Но первым эволюционным психиатром можно считать одного любопытного итальянца по имени Чезаре Ломброзо, который не только подарил миру книгу «гениальность и помешательство» (интересное, но неоднозначное чтиво), а также множество идей одному усатому товарищу, победу над которым мы в очередной раз праздновали. Он первый или один из первых использовал эволюционный подход в объяснении психических расстройств, например, считал помешательство или безумие платой за гениальность. Но опять отвлекся.

Эволюционная психиатрия – это подраздел эволюционной медицины, которая использует эволюционную модель для изучения и объяснения психических расстройств. В том числе, исследует вопрос, дают ли определенные формы страдания, вызванные психическими расстройствами, адаптивные преимущества.

И нам это важно в контексте данной статьи, так как сейчас мировая медицина в целом и психиатрия в частности опирается на МКБ. Но за что критикуют МКБ? Что в ней определение болезни зависит не только от реального влияния на человека и организм, но и от доминирующих политических взглядов. Думаю, вы понимаете, о чем речь, если вспомните, что у нас до сих пор действует десятая редакция МКБ, когда во многих других странах уже принята одиннадцатая, которую ВОЗ рекомендует с 2022 года.

И в пику такому подходу эволюционные психиатры рассматривают каждое расстройство/явление с позиции выполнения функции, которая способствовала воспроизведению вида и передаче генов.

При этом, эволюционные психиатры рассматривают психические расстройства еще и с позиции взаимодействия со средой и её изменяющимися условиями. То есть, то, что раньше помогало, сейчас может иметь больше негативных проявлений, хотя механизм в базе тот же. Вы ещё помните пример про температуру и соответствие социальным нормам из начала статьи? Вот можно сказать, что раньше «социально-психологическая температура» была другой, и в тех условиях расстройства давали больше бонусов. Приведу два любопытных примера:

Пример №1. Есть гипотеза, что каждое время имеет своё «модное» психическое расстройство, которое романтизируется и возводится в культ. Например, в конце 19-го века это была истерия, которую интерпретировали как истинно женскую и страстную натуру. В начале 20-го века на пьедестал взошла депрессия, когда «юноша бледный со взором горящим» читал стихи и был частью элиты (по крайней мере, творческой). И вот романтизация этих образов и запрос общества на такие проявления (или их часть) помогал людям с расстройствами и меньшей адаптивностью к жизни, компенсировать это социальным авторитетом. И это могло (подчеркиваю, что предполагаю, а не утверждаю) привести к репродуктивному успеху.

Пример №2. Тут ещё интереснее. Уже не первый год антропологи совместно с психиатрами проверяют идею о том, что есть связь между шизофренией и шаманизмом. В основе предположения лежит то, что в ряде культур шаманские практики и состояние шамана перед переходом в транс весьма похоже на проявление шизофрении и шизотипического расстройства. Но возникает вопрос – а как же шаманы не вымерли с такими дебаффами на выживаемость? Ответ на это пытается дать канадский психиатр Д. Полимени, который предполагает, что шаманы способствовали сплоченности общества и повышению выживаемости группы. И делает из этого вывод, что психоз (как проявление шизофрении) остался и развился в результате группового отбора.

Кратко пройдусь по другим предположениям, просто для понимания общего контекста:

• Шизофрения связана с творческими способностями, которые дают социальный статус, способствующий репродуктивному успеху;

• СДВГ «положительно отобрался» у представителей кочевых племён и давал им бонус во время кочевого времени, а после принятия оседлого образа жизни он стал конфликтовать с новыми нормами и требованиями;

• РАС (расстройство аутистического спектра) позволяло получить преимущество за счет каких-то изобретений, интереса к точным и инженерным наукам, а также радикального тяготения к долгосрочной стратегии жизни, исключающей короткие связи и увлечения;

В 2010 году в Wall Street Journal вышло интервью с Темпл Грандин, американской учёной и изобретательницей, где она сказала забавную фразу:

Оригинал: 'Who do you think made the first stone spear?" asks Temple Grandin. "That wasn't the yakkity yaks sitting around the campfire. It was some Asperger sitting in the back of a cave figuring out how to chip rocks into spearheads. Without some autistic traits you wouldn't even have a recording device to record this conversation on."

Перевод: "Как вы думаете, кто изготовил первое каменное копье?" - спрашивает Темпл Грандин. "Это были не яккиты-яки, сидевшие вокруг костра. Это был какой-то страдающий Аспергером человек, который сидел в глубине пещеры и придумывал, как обтесать камни для наконечников копий. Без некоторых аутичных черт у вас даже не было бы записывающего устройства, на которое можно было бы записать этот разговор".

Отдельно скажу, что практически к каждому исследованию (и к каждому исследователю) есть отдельный блок с критикой и принимать на веру всё вышеописанное не стоит. Это очень молодое направление, которое сейчас отвоёвывает своё место под солнцем. Но, на мой скромный взгляд, принять к сведению эти данные и дополнить ими свой стандартный рацион «пищи для размышлений» стоит.

Что мы имеем на данный момент?

Прежде чем перейти к последней, прогностической части статьи, предлагаю кратко резюмировать всю приведенную информацию, чтобы иметь более или менее объемную картинку в голове, с которой мы дальше будем работать.

1. Количество людей с психическими расстройствами в мире растёт. Сейчас их около 12-14%, к 2050-му году это количество, по прогнозам, увеличится вдвое;

2. Сейчас работа с людьми, имеющими психические расстройства, преимущественно сводится к купированию симптомов и попытках адаптации их к жизни на самом базовом уровне (без использования сильных черт);

3. Ускорение мира и изменение «правил игры» влияют негативно на человеческую психику, повышая стресс и количество «срывов», при этом, снижая продуктивность;

4. Продуктивность людей не растет уже несколько лет подряд, несмотря на внедрение ИИ, который не оправдывает надежды (на данном этапе);

5. Прирост людей в мире замедляется (мы прирастаем, но в два раза медленнее в процентном отношении, чем 40-50 лет назад);

6. Продолжительность жизни увеличивается, что повышает нагрузку на пенсионную систему, а соотношение пенсионеров/работающее население постоянно сдвигается в сторону первых;

7. Конкуренция никуда не делась, количество конфликтов не снижается, социальные проблемы обостряются – государство, как система, заинтересовано в использовании человеческого потенциала;

8. Нынешнее поколение поздних зумеров (школьники и недавние выпускники) впервые в истории показывают результаты по стандартизированным тестам хуже, чем предыдущие поколения;

9. У людей с психическими расстройствами есть ряд черт, которые можно использовать во благо империума человечества в интересах государства и самого человека (по остаточному принципу).

Говоря иначе, есть страны, которые борются за те или иные ресурсы. Для борьбы нужны люди, технологии, производство и экономика. Но людей мало, особенно в развитых странах, они несколько глупеют из-за того, что правительство двадцать лет назад словила угар цифровизации образования, старики давят числом и требуют их обеспечивать, а четверть людей страдают по невидимым и только им ведомым причинам, рискуя выпасть из экономики и лечь бременем в категорию пенсионеров, добив и так на ладан дышащую пенсионную систему. И всё в это в условиях внешних и внутренних кризисов. И что делать?

Задачка со звёздочкой. На мой скромный взгляд, без использования и полноценного внедрения в экономику людей с психическими расстройствами обойтись будет трудно. При этом, та страна, которая первая это сделает на достаточно высоком уровне, а потом откроет свои двери для мигрантов категории «депрессующий тревожник-аутист с ОКР и СДВГ», получит бонус и по приросту населения, и по экономическим показателям. Но как это сделать?

И дальше я аккуратно предположу несколько сценариев развития этой системы. Сразу хочу сказать, что будут лишь мои гипотезы. Кто читал это ради цифр и фактов, говорю сразу, можете закрывать статью. Все ценные данные, которые тут есть, вы уже прочитали. Дальше лишь прогнозы: от утопии до антиутопии.

Прогнозы

Рассмотрим три базовых прогноза. Опять же, повторю, это лишь мои гипотезы и доля фантазии, почвой для которых являются пункты из прошлого абзаца. Я постараюсь взвешенно их описать и дать свою оценку реалистичности того или иного прогноза.

Прогноз утопический

Общество в целом или отдельные страны осознали большой потенциал людей с психическими расстройствами. Во всех детских садах, школах, колледжах и университетах весь педагогический и административный состав проходит обучение по правилам экологичного и эффективного взаимодействия с такими людьми. Принимаются соответствующие законы и юридические механизмы. Общество повышает свой уровень психологической грамотности и под эгидой «за светлое будущее», «за веру, царя и отечество» или «за права людей с психическими расстройствами» начинают принимать таких людей, учитывать их особенности и подстраивать социальную жизнь под них. Расширяется понятие индивидуального подхода, появляется большое количество как инклюзивных, так и специализированных заведений. Появляются специализированные рабочие места и лаборатории, которые выстроены под потребности людей с психическими расстройствами, а штат педагогов, психологов, психиатров, работающий на людей с психическими расстройствами, увеличивается на порядок.

Через несколько поколений эти люди воспринимаются на равных с нормотипичными. Нет какого-то отторжения, страха, дискриминации. Родители таких детей не испытывают стыд или неловкость при общении со своими друзьями и знакомыми на тему детей. Даже наоборот, возможно, будут гордиться ими и считать их людьми будущего. Сами люди с психическими расстройствами, которые, вероятно, тогда уже будут называться иначе, по аналогии с тем, как «инвалид» стал «человеком с ОВЗ (ограниченными возможностями здоровья)», а затем и «человеком с особенными потребностями». А затем и эти рамки сотрутся. Мир будет перестраиваться с пониманием, что «либо так, либо никак». При этом, благодаря благополучной среде и особенностям, которые пришли вместе с заболеваниями/расстройствами, такие люди выдают сверхрезультаты. Наличие сверхрезультатов приводит к их росту по социальной лестнице, они становятся новыми «рок-звездами» и представителями элиты, по крайней мере, часть из них. Смещается мода, теперь она ориентирована на распространение и популяризацию этого образа человека и образа жизни. Человечество вкушает блага, полученные благодаря людям с психическими расстройствами, о которых грамотно позаботилось государство и общество.

Вариант прекрасный, но очень, прямо хлопушки-воробушки, какой длительный и дорогой. Есть ощущение, что с учетом временных затрат в 40-50-60 лет и дофигаллионом триллионов вечнозеленых на переоборудование и социальную политику – это идеалистический, но маловероятный вариант. С учетом того, как сейчас развивается мир, предположу, что на такой диапазон планированием практически никто не занимается. Тем более, не в рамках своей сферы, а в рамках страны и мира.

А если брать в расчет ригидность людей, культурный лаг и множество иных задач, то вариант из утопического становится откровенно фантастическим. Плюс, уверен, что возникнет социальное движение «против инклюзии» и «особого отношения», которые будут ратовать за возвращение в прекрасные славные времена, когда «нормальные учились с нормальными, а эти вот вот с этими вот и учились отдельно». И рискнет ли кто-то из политиков так пожертвовать своим рейтингом, при этом, пожертвовать безвозмездно, так как плоды трудов будет пожинать уже третье-пятое-десятое поколение политиков после него, - вопрос открытый.

Говоря иначе, я бы дал менее 1% вероятности движения по этому сценарию в ближайшие 20-25 лет.

Прогноз прагматический

Старт тот же. Общество и государства признают, что без эффективного вовлечения людей с психическими расстройствами в экономику тяжко уже сейчас, а будет только хуже и надо с этим что-то делать. Но воспитывать общество и тратить на это много денег, времени и других ресурсов – это перебор. Надо решать вопрос иначе. И начинается прагматичная мягкая сегрегация по психическому признаку.

В рамках городов создают несколько школ, в которых будут учиться дети с психическими расстройствами. Вероятно, на базе школ с углублённым-изучением-чего-либо будут созданы особые ресурсные классы. А для людей с психическими расстройствами, которые «не тянут» обучение в школе, будет реализован индивидуальный подход в рамках домашнего обучения. Это не будет инклюзией, это будет либо шаг назад, либо просто новый виток эволюции идей специальной педагогики. Эти школы и классы будут заточены на развитие сильных черт, которые вызваны расстройством. Убираются идеи соответствия нормам и социальным стандартам. Упор идет на эффективность.

Эти школы обслуживаются учителями, психологами, психиатрами с двойным-тройным усердием. Но их работа направлена не на дальнейшую возможную интеграцию таких людей в общество, а на принесение максимальной пользы в тепличных условиях. Возможно, дети будут жить с родителями, но, вероятнее, речь будет идти про интернаты.

Помимо школ будут созданы отдельные городки по примеру условного Иннополиса, только ориентированные не на технарей, гиков и предпринимателей, а на людей с психическими расстройствами:

• Например, для людей с РАС жизнь будет максимально стабильна и регламентирована, за соблюдением графиков будут следить тьюторы/психологи/психиатры. Общение будет организованным и контролируемым. На том уровне, чтобы не допустить дополнительных страданий, мешающих интеллектуальной деятельности. Они будут распределены по лабораториям и мастерским, которые поддерживаются университетами или бигтехами, заинтересованными в своём развитии;

• Для людей с шизофренией и ярко выраженном шизотипическом расстройстве, город будет стабильным и предсказуемым. История с большим количеством персонала «помогающих профессий» сохраняется. Упор будет сделан на стимулирование постоянной фантазии в различных её проявлениях – от искусства до технического творчества. Но важно давать нагрузку таким людям, поэтому, вероятно, должен быть периодический контролируемый стресс, который бы давал новую пищу для размышлений и переживания, которые бы могли лечь в основу их продукта;

• Для людей с БАР город бы и работы/исследования в нём учитывали нестабильность «коренных жителей» и в моменты мании старались бы их направить на решение оперативных и актуальных для университета/бигтеха/государства задач. Большой рывок за короткий временной промежуток. А затем, когда наступала бы фаза депрессии, то звучала бы команда как в игре «Мафия», мол: «город засыпает, просыпается другая половина с манией»;

• На правах уж совсем фантазии, можно представить, что будет отдельное аналогичное «гетто» для людей с нарциссическим расстройством, которые будут заниматься пиаром других заведений и, закономерно, самопиаром. А, возможно, и пиаром других областей и тем, выгодных вышеупомянутым университетам/бигтехам/государству.

Разумеется, это лишь фантазии и предположения. Всё же, я психолог, а не психиатр и не могу глубоко рассуждать про особенности таких людей, ибо не имею опыта клинического наблюдения в стационаре. Вероятно, всё будет заметно проще.

Но это создаёт комфортные условия как для самих людей с психическими расстройствами, так и для их родителей и близких, так и для общества, которому не нужно тратить силы на изменение и адаптацию к новым правилам. А если данная схема будет реализована грамотно, то вполне возможен приток людей с психическими расстройствами из других стран, особенно, если нет языкового барьера. Хотя, справедливости ради, многим из них изучение другого языка дается достаточно легко. Как минимум, у них есть на это большое количество времени.

Говоря иначе, государство пойдёт по модели «быть добрым – выгодно». Создавая условия, где люди с психическими расстройствами могут комфортно жить и реализовывать свой потенциал, оно будет получать бенефиты от плодов их труда.

С учетом сокращенных временных затрат и меньших финансовых вложений (хотя, всё равно, они будут колоссальны), вероятность реализации этого сценария я бы оценил в 10-15%.

Прогноз антиутопический

Самый жёсткий вариант, который воспроизводит сценарии различных подростковых и не очень антиутопий – от «1984» и «О, дивный новый мир» до «Дивергента» и «Голодных игр». С другой стороны, можно рассмотреть его как последствия победы КПРФ на предстоящих выборах абсолютизацию идей плановой экономики и вмешательства государства в личную жизнь людей.

Вводные данные остаются теми же самыми – государство осознает все внешние и внутренние риски и проблемы, поэтому решает использовать людей с психическими расстройствами максимально эффективно. Для реализации этой стратегии вводится постоянный медико-психолого-психиатрический мониторинг всего населения, особенно, детей. Если ребенок проявляет признаки того или иного расстройства, его принудительно помещают в закрытые учебные заведения без доступа родителей, где растят «супер-умы» по аналогии с городами из предыдущего сценария. По мере взросления и обучения, они распределяются по таким же городам, но они являются закрытыми – без доступа к внешним людям и информации. По сути, получается интеллектуальная и творческая элита, воспитанная не родителями, а государством.

Обеспечение всем необходимым, комфортная жизнь, постоянное сопровождение и решение всех бытовых проблем – всё, чтобы человек с психическими расстройствами (и бонусами, которое оно даёт) мог выдавать высокий результат в своей сфере. С учетом имеющего опыта у нашей страны, который скопился за предыдущий век, это не должно создать особых методологических трудностей. Разве что нужно будет «подружить» этот подход с современными взглядами и практиками на адаптацию/лечение/стабилизацию/развитие людей с психическими расстройствами.

При всей антиутопичности варианта, я в него верю больше, чем в утопический. Банально, потому что реализовать ту или иную сегрегацию проще (но не всегда выгоднее в долгосрочной перспективе), чем инклюзию и индивидуальный подход. Поэтому, 2-3% вероятности.

Самый реалистичный вариант (вне конкурса, так сказать)

Государство не видит или не принимает те риски и проблемы, которые описаны в статье. Либо же находит (или думает, что находит) иные вариант, например, инвестиции в ИИ, политические игры, завоевания, экономику на природных ископаемых и так далее. А в сфере взаимодействия с людьми, имеющими психические расстройства, ничего не меняется. Либо же этот вопрос откладывается на неопределенный срок.

С учетом нынешних тенденций, не мировых и статистических, а поведенческих и политических, я бы дал этому сценарию максимальную оценку. Сколько там осталось процентов? 81-87%, если правильно посчитал. И это при выкрученном на максимум оптимизме в отношении трёх предыдущих вариантов.

Заключение

Возвращаясь к вопросу, вынесенному в название статьи. Наверное, вы слышали выражение, что «люди – это новая нефть» (люди – вторая нефть), которое приписывают Сергею Иванову, видному чиновнику в РФ. Он подразумевал, что люди – это дорогой ресурс с высоким потенциалом. Но если обычные или нормотипичные люди – это вторая нефть, то люди с психическими расстройствами – это второй литий.

Есть такая компания Albemarle Corp, которая является четвертым в мире игроком по добыче лития. И любопытно посмотреть на её акции:

Вы скажете, что компания занимается не только литием, и будете правы. Поэтому предлагаю посмотреть на график стоимости непосредственно карбоната лития:

Удивительным образом совпадают пики по датам. К чему я веду? Возможно, врачи подумают (а есть уже прецеденты в моей микроскопической фокус-группе), что раз становится больше людей с психическими расстройствами, то и лития им требуется больше (литий используется для лечения психозов). Но нет, речь о другом.

Раньше, до прихода электромобилей и других массовых и крупных потребителей аккумуляторов (преимущественно, литий-ионных), литий особо был нафиг никому не нужен. Стоил дешево, продавался плохо. Но настала эпоха электрификации – и цена выросла практически в 10 раз. Хотя сам литий не поменялся и никак не эволюционировал, он просто был. Как лежал в породе, так и лежит. Но изменились времена, а именно времена определяют цену.

И я предполагаю, что на графике карбоната лития мы находимся в районе 2021 года. И сейчас, кто первый придумает способ и технологию его использования, тот сможет очень дёшево получить очень дорогой на дистанции десяти-двадцати лет ресурс, закрепив своё преимущество на мировой арене на десятилетия вперед.

А мы с вами будем свидетелями этого перелома если доживём.

С уважением
Сергей Максимов.
Психолог.

P. S. В своём ТГ-канале я отвечаю на анонимные вопросы. Только ответы и статьи, без мемов и спама.

Вопросы приходят совершенно разные. От весьма практичных (как на скриншоте выше) до разбора больших ситуаций (самый крупный вопрос был примерно на 7 или 8 тысяч знаков) и обсуждения действий, которые стоит предпринять в трудных жизненных ситуациях.

Затевалась эта рубрика сперва как временное решение - в группе не хватало активности, а сам я был "темной лошадкой" для большинства читателей, даже не говоря про клиентов. Я надеялся, что она проживет месяц-другой, я разберу 10-20-30 вопросов и она естественным образом загнется.

Но сложилось так, что она стала основной на всём канале, постепенно вытеснив статьи и заметки (которые потеряли в количестве, но, хочется верить, прибавили в качестве). И на сегодняшний день, спустя практически три года, разобрано и выложено 446 вопросов:

Всё это время я старался найти оптимальный формат. Сперва я просто хаотично писал ответы и выкладывал их в группу:

• Могло быть 3 вопроса в день, а могла быть и неделя "радиомолчания";

• Объем ответов колебался от 2500 до 4000 тысяч знаков (средний) со всплесками до 16 000 знаков;

• Стилистика гуляла от сухого анализа до поддерживающего панибратства;

• Сперва это были просто вопросы/ответы, потом я прикрутил к ним чат и появились обсуждения (на удивление конструктивные, надо сказать).

Сейчас, спустя почти три года, я пришел к следующему формату:

• Публикую вопрос раз в 2-3 дня (в том году публиковал через день, в этом - через два);

• Объем ответа ограничен "снизу" в 4000 знаков (это больше для меня критерий - чтобы не ленился);

• Стиль ответа уважительный и нейтральный, с легким перекосом в поддержку;

• Разумеется, никакого ИИ (ни в статьях, ни в разборах);

• Правила в чате, направленные на защиту автора вопроса (без оскорблений, обесценивания и тому подобного).

Иногда коллеги-психологи (да и специалисты других поддерживающих профессий или других направлений консалтинга) спрашивают, мол, а зачем это нужно и что мне это даёт? Попробую ответить последовательно, ибо сам не раз задавался этими вопросами:

• Для потенциального клиента я - больше не "темная лошадка". Люди видят рассуждения, подход к той или иной ситуации, методы работы. Это положительно влияет и на количество консультаций, и на процент отказов/отмен;

• За всё время я ни разу не покупал рекламу. Рекламный бюджет группы по-прежнему равен 0 рублей. Несмотря на то, что найти маркетолога/менеджера по продвижению/продюсера - это самый простой путь, но я играю в эту игру сам с собой. Мне интересно, сколько я смогу прожить без рекламы, просто делая то, что я делаю. Пока в этой игре не проиграл;

• Возможно, наивно прозвучит, но мне нравится делать какой-то вклад в мир. Один человек получает прямой ответ. Несколько десятков тоже помозгуют и ещё накидают мыслей. Несколько сотен прочитают и "примерят на себя". Плюс, формируется какая-то база обсуждений и решений. К тому же, подобное чтение показывает, что могут быть схожие проблемы у людей с самыми разными доходами/социальным статусом/семейным положением/т.д. Я искренне вижу в этом пользу;

• Классное окружение. Благодаря это рубрике я в чате познакомился с большим количеством умнейших и интереснейших людей из самых разных сфер. А это дорогого стоит.

Если же говорить про конкретные выгоды/затраты от рубрики, то они следующие:

• Конверсия из вопроса в консультацию. На протяжении всех трех лет она была стабильной - примерно 1,5-2% авторов пришли на консультацию. То есть, несколько человек в год. С точки зрения прямого привлечения - абсолютно провальный путь. Но тут нужно сделать оговорку, что я не призываю к консультации, не пишу нечто вроде "это демо-версия ответа, за полной - приходите на консультацию" или "а если вам нужны инструменты для работы - я вам их продам только сегодня за 9.99$";

• Количество консультаций общее. Как я уже сказал, авторы обращаются редко, но вот те, кто сомневаются и выбирают специалиста - делают это чаще. Потому что я, относительно других психологов... нет, не лучше, просто понятнее и прозрачнее. А это формирует какое-то доверие. Я не давлю корочками и лычками, образованиями и грамотами. Просто показываю работу, не боясь "бесплатно предоставить пользу" (почему-то маркетологи все категорически против этого);

• Время написания ответа. Оно колеблется. Бывают вопросы легкие, бывают трудные. Бывают объемные, а бывают односложные - из которых можно мало информации выделить и приходится предполагать всё, что можно предположить. В среднем - от 40 минут до полутора часов. Сейчас, когда рука набита, это около часа - на вдумчивый ответ и оформление;

• Укрепление навыка. Я не пользуюсь ИИ для написания ответов и поиска информации (старовер, привык работать по источникам). И когда через день пишешь ответы - это хорошо прокачивает навык выделять важные части и противоречия, а так же грамотно излагать свои мысли. Плюс, постоянно обновляешь у себя в голове информацию о тех или иных техниках/принципах/авторах/подходах и это тоже позитивно влияет на качество работы.

Если несколько резюмировать, то хочется сказать, что подобная рубрика - это хороший способ "показать себя" и результаты работы. Плюс, она даёт приятную отдачу в виде благодарностей и ощущения "вклада в мир". Да, это достаточно энергозатратное мероприятие, но оно себя окупает (по крайней мере, на мой взгляд).

И вот тут пора вернуться к самому началу этого поста - к просьбе о помощи.

По моим расчетам, приблизительно в конце лета - начале осени будет юбилейный пятисотый вопрос. Для меня это - важная веха не только в рамках группы или рубрики, но и профессионального становления. И мне хочется, чтобы эта веха случилась. За эти три года я прикипел к рубрике, она стала моим "детищем", если так можно выразиться. Поэтому, если у вас есть знакомые/друзья, кому потенциально может быть полезен разбор ситуации в подобном ключе, пожалуйста, отправьте им ссылку на данную форму: https://forms.gle/ScvbD1RuX3ProSE28

Вы можете проверить её самостоятельно и убедиться, что никаких данных она не собирает, вопрос можно отправить из режима "Инкогнито" или подобного:

Сами разборы можно будет прочитать на канале https://t.me/maximov_psy

Единственное уточнение, которое нужно проговорить. На данный момент лаг между отправкой и разбором вопроса составляет приблизительно 2 недели. Если вопросов будет слишком много, он вырастет. Но каждый вопрос я разбираю, независимо от темы. За всё время не разобрал лишь парочку отправленных запросов, которые были связаны с оскорблением в адрес других людей или подобных политических заявлений. Всё остальное - идёт в дело. Я не выбираю "разбирать или нет", я иду последовательно. Но если кому-то нужна срочная помощь или необходимо вот-прям-щас принять решение, вероятно, данная рубрика не совсем подходит.

Буду рад вашей помощи! Если есть вопросы - с удовольствием отвечу в комментариях на них!

Сперва стоит обозначить, что мы будем понимать под корпоративной культурой. Как и во всем малоосязаемом, существует целый ряд определений разной степени упоротости точности. Кто‑то (допустим Э.Шейн) подходит к корпоративной культуре как к иерархической системе правил поведения и даже мировоззрения сотрудников компании. Другие (например, К. Шольц) вообще уходит в какую‑то метафизику, представляя корпоративную культуру как некое сознание организации. А Томилов В.В. в своем определении упоминает еще и правила для решения кадровых вопросов.

Однажды я был на категорически странной лекции под названием «модель франшизы с точки зрения психоанализа», где лектор очень уверенно рассказывал про образ отца в лице головного офиса, который нужен людям, имеющим комплексы. До сих пор под впечатлением. И вот чтобы не скатываться в подобные торсионные поля, предлагаю в рамках статьи принять такое прагматичное определение:

Корпоративная культура — это набор принципов управления и работы с персоналом, направленных на упрощение процесса управления персоналом, снижения финансовых затрат на привлечение и удержание сотрудников, а также на повышение их лояльности к компании.

Повторюсь, это определение не является истиной в последней инстанции, даже просто исчерпывающим его назвать нельзя. Но зато оно четко отражает цели внедрения данной штуки — сокращение затрат и повышение прибыли. Идеологические и гуманистические приправы оставим за бортом. Да, еще часто говорят, что корпоративная культура — это трансляция личных ценностей собственника на каждого сотрудника. Манию величия предпринимателей и желание насадить свою модель мышления мы тоже в рамках этой статьи разбирать не будем. Только прагматизм, только хардкор.

И вот давайте разберемся, что же предлагали компании, кроме заработной платы, чтобы получить преимущества над конкурентами?

Девяностые. Когда работа была работой

И начнем мы с 90-х. Рыночная экономика, полный бедлам, много горя и не меньше возможностей. Так как же искали людей и чем пытались завлечь и удержать? Несколько вырезок из газет той эпохи:

Что можно увидеть в этих объявлениях? Во‑первых, много условий и требований. Здесь и сразу обязательное знание языка для ряда вакансий, и сроки проведения конкурса, и список необходимых документов (для собеседования и участия в конкурсе, а не для трудоустройства). Упор на зарплату, минимум слов про условие труда или перспективы. Разумеется, объявление в газете, где работодатель платит либо за количество знаков, либо за размер выкупаемой площади листа — это естественный ограничитель, та поправка на ветер, которую стоит держать в уме. Но если просуммировать объявления, то можно сказать, что в 90-е годы работа была просто работой. Человек приходит и работает. За деньги. Но просто работает. Только в одном примере был указан возможный карьерный трек, но тут следует помнить, что Чупа‑Чупс на момент публикации объявления существовал уже 30–35 лет и какая‑никакая корпоративная культура (в контексте работы с персоналом на пользу бизнеса) там уже сложилась и пыталась адаптироваться к местным реалиям.

Нулевые. Когда работа осталась работой

Если смотреть на начало нулевых, то драматичных различий нет. Посмотрим вырезки из газеты от 2001 года. Новое тысячелетие в России ознаменовалось началом работы в интернете, а заработная плата указывается не только в долларах, но иногда и в отечественной валюте. Внезапно оказался самым сложным временным диапазоном для поиска примеров объявлений, ибо до газетного олдскула девяностых они еще слишком свежие, но уже достаточно старые, чтобы 404-я ошибка начала мне сниться. Поэтому здесь смесь и газетных вырезок (преимущественно до 2005 года), и пара объявлений конца десятилетия из интернета.

Как я и писал, найти описание вакансий нулевых (с сохранением авторского подхода и орфографии) достаточно трудно. Но меня выручил архив вакансий Иркутского Государственного Университета, который публиковал их без какой-то премодерации, судя по разнообразию описаний и отсутствию единой формы.

Если подводить какие‑то итоги, то можно сказать следующее. Была динамика к переходу от рынка работодателя к рынку соискателя, это можно проследить по отчетам о рынке труда. Но! Во‑первых, на адаптацию у компаний уходит много времени, поэтому аналитические отчеты не бьются с вакансиями. А во‑вторых (главный пункт), наступил 2008 год, который пришел с ноги вдарил по зарождающемуся рынку соискателя, вернув право выбора работодателю, что видно по очень оптимистичным отзывам самих представителей компаний. Конкуренты ушли, людей много, за забором очередь — гуляем! Следовательно, каких‑то значимых сподвижек в формировании корпоративной культуры в России нулевых не последовало. Но все меняется в десятых.

Десятые. Когда работа стала частью жизни

Стоило бы продолжить заголовок так «…частью жизни, а не всей жизнью». Тут можно говорить и про набирающую обороты концепцию work‑life balance, и про бум тренингов, и про свежие подходы. Но раз уж мы начали смотреть чудесный архив не менее чудесного иркутского университета, то давайте проследим динамику. Идем просто по годам и берем объявления, в которых появляется что‑то новое.

Оформление, соц.пакет, возможности роста и намек на интересный коллектив – вот на что делают упор в новом десятилетии. Да, пока всё это привязано к работе, но прогресс очевиден.

Маркетинговая компания требует «непреодолимый интерес к веб-технологиям» в обмен на свободный график и интереснейшую работу. Возможно, это зарождающийся HR-стиль компаний такого рода, но обратите внимание на неформальный подход и предложение различных плюшек. Это были публикации 2011 года, что же дальше?

Чувствуете разницу? Раньше требовалось резюме с фотографией отправить куда-то на почту, чтобы просто участвовать в конкурсе. А теперь — если вам интересно, то приходите в любое время, пожалуйста.

И снова. Уже не соискатель ищет работу, а «Работа ищет веб-разработчика», предлагаем интересные задачи и удаленку. Готовы работать с выпускниками, так как берут без опыта, да и вакансия размещена на сайте университета, не забываем. Это начало 2014 года, если важно. Переваливаем «экватор» десятилетия. Что же он нам принесет?

У кого‑нибудь олдскулы свело? И снова неформальный стиль, типа «мы свои», разговор на равных, но предлагается: кофе (пусть и холодный), возможную частичную занятость, соц.пакет, и даже такси оплачивают! Любопытным отдельным бонусом идет строчка «Все админы выпускники матфака и физфака». Еще раз подчеркну легкую стилистику — именно «админы», а не «администраторы».

Середина «десятых» — это интересный Рубикон, когда частный сектор уже понял, что есть как минимум определенная категория интересных соискателей, которым важно что‑то кроме денег и карьерного роста, а вот государственный сектор пока от таких инноваций отказывается, их стилистика сохраняется по сей день.

А вот и объявление по поиску PHP-программиста. Что мы здесь видим новенького? Забота о питании и экономии сотрудника, упор на творчество и неформальность, а также (Впервые!) на саморазвитие, творчество и путешествие. Другой важный момент, на который они обратили внимание, это работа над качественным продуктом. Зачем об этом говорить? А потому что просто работа над просто продуктом за просто деньги уже не мотивирует. Нужно что-то новое, вот и совершается акцент на неосязаемые, но важные вещи. Отдельно хочется сказать, что само объявление скачано с HH.ru, которые впервые, если я ничего не пропустил), появляется на этом сайте. Это уже 2018 год.

Это объявление представляет собой «полный фарш»: упор на продукт, акцент на развитие, подчеркивание важности работы соискателя и его значимости для компании, офис/коллектив, дополнительное обучение.

Интересный момент. Та же компания разместила в тот же день еще и вакансию специалиста по выпуску электронных подписей и там… просто сухое описание. Ни про важность, ни про офис ничего не сказано.

Что можно отметить? А все те же старые песни о главном: продукт, развитие, коллектив. Не из нового, но на что сделан акцент — стабильность и спокойствие.

И хоть мы добрались до конца «десятых», государственные компании и крупный классический бизнес до сих пор делают акцент на «требованиях», тогда как «молодые и прогрессивные» компании смещают фокус на возможности и условия. И вот на этом моменте мы переходим в «ревущие двадцатые».

Двадцатые. Работа как часть стиля жизни (вы здесь)

Новейшая история корпоративной культуры в России, которая ощутила на себе последствия 2020-ого и 2022-ого. Дефицит кадров с одной стороны и сложности в поиске хорошей работы – с другой. Интереснейшее время. Что же предлагают работодатели, как заманивают в свои сети?

Мобильного разработчика пытаются прельстить зарплатой, графиком, форматом трудоустройства, здоровым сном, удаленной работой.

В общем-то, можно многое понять из маленького эксперимента. Если в строке поиска HH.ru ввести слово «печеньки», ставшее уже мемом само по себе, то мы увидим…

Отдельно хочу сказать, что HH.ru в своей вакансии собрал просто флеш-рояль. Мало того, что список обязанностей в два раза меньше списка бонусов и привилегий, но вы просто посмотрите на его фрагмент:

Стоит ли что-то говорить? И дэй-офф, и капсула сна, и поддержка психолога, и бонусы от партнеров, и спортзал, и стоматология, и даже, хлопушки-воробушки, смузи-бар. Наверное, при таком плавном погружении эта динамика не так заметна. Но сравните с объявлениями из начала статьи.

Если подводить итоги тридцатилетнего роста корпоративной культуры и отношения к персоналу, то можно с уверенностью сказать, что изменения просто удивительны. Предвосхищая комментарии, что «не везде» и «не у всех», хочу сказать, что согласен на сто процентов. Не у всех и не везде. Но само движение, изменение средней температуры по больнице игнорировать тяжело. И это не может не радовать.

Но тут следует задаться простым вопрос — за чей счет банкет и кому это нужно? Окей, отчасти это можно списать на инфляцию условий труда и её закономерный рост. Но только ли в ней дело? Почему вдруг за людей начали бороться, а рынок труда стал крениться в сторону соискателя? Ответ здесь очевиден, о нём все знают, но для целостности исследования я хочу его прояснить.

Спойлер: демография и её нюансы

Есть такой забавный график, который в простонародье называют «демографической пирамидой». По грустной иронии, в России он больше напоминает ёлку или же вообще элемент для сексуальных игр. А это забавно, так как этот график нам говорит как раз о том, куда и вставляется вышеупомянутая игрушка.

При этом, на той же странице есть еще один график, визуально отражающий глубину ситуации — исторические сводки по популяции, а также прогноз до конца века. Не могу ручаться за его точность и достоверность, но, предполагаю, что тенденции определенные есть.

Исходя из этого графика, через шесть лет, к 2030-му году, население сократится еще примерно на 2 миллиона человек. А что мы знаем про стоимость дефицитных конечных ресурсов? Что их ценность увеличивается, верно. И компании, закономерно, будут бороться за этот ресурс, повышая зарплаты. И зарплаты определенных секторов действительно улетают в космос относительно общей ситуации на рынке. Но зачем же тогда тратиться еще и на какую‑то корпоративную культуру, выхлоп от которой вообще не очевиден?

На это есть несколько причин. Сперва хочется сказать, что дело в финансовой модели компаний, мол, если они будут платить оверпрайс, то не сойдется дебит с кредитом и все полетит в тартарары. Логично. Но корпоративная культура не сильно дешевле.

Можно сказать, что дело в веяниях Запада, с которым у нас сейчас идеологические тёрки. Резонно. Но тенденция началась раньше.

Гипотезы и предположения

Я не социолог, но у меня напрашивается один ответ, который сочетает в себе два важных фактора: ценности и время. Начнем с последнего.

Регулированием уровня заработной платы, работодатель определяет стоимость часа, не снижая требований по временным затратам. Он желает, чтобы независимо от заработной платы, сотрудник приблизительно четверть своей активной фазы жизни провел либо в офисе, либо на связи с ним. Говоря иначе, есть тенденция жертвовать маржой, но не трудочасами.

И этот подход входит в конфликт с ценностями поздних миллениалов и ранних зумеров, которые выросли, наблюдая за тем, как их родители пашут с утра и до вечера, просто пропуская свою же, единственную, надо заметить, жизнь мимо себя. Если погружаться в теорию поколений чуть глубже, то можно понять, что следующее поколение зачастую идет в противоположную сторону от идей родителей. И дело тут не в подростковом бунте, и не в желании «назло маме отморозить уши», а в смещении парадигмы. С ней можно спорить, с ней можно не соглашаться, но это как отрицать гравитацию — дело увлекательное, но не особо результативное.

И мы получаем очень интересные весы, на одной чаше которых стоят люди 1995–2006 годов рождения, не желающие жертвовать своим временем, комфортом и жизнью, а на другой стороне — компании, которым нужен человеческий ресурс. Но компания — это лишь юрлицо, за которым стоят люди. Люди, рожденные в шестидесятых, семидесятых и девяностых. Люди, которые шли по объявлениям из первой части статьи и были рады этому. И сейчас, только сейчас, фиксируя недополученную прибыль, они готовы что‑то изменить. Если очень утрировать, то это конфликт отцов и детей, вышедший на федеральный финансовый уровень. Конфликт, который нужно решать. Потому что одни хотят есть и гулять, а другие — есть в ресторанах и гулять в других странах.

Прогнозы на будущее

Повторюсь, это лишь моя гипотеза и я не претендую на истину в последней инстанции. Но мне очень хочется предположить, что же будет дальше и какие еще инструменты удержания персонала выйдут в массы. Хрустального шара у меня нет, а кофе я весь выпил в процессе написания статьи, даже гущи не осталось. Поэтому я воспользуюсь знаниями из своего старого исследования, где объединял прогнозы футурологов, чтобы понять, каким должен быть человек, чтобы иметь возможность быть успешным и счастливым в 2040–2050-х годах. Преимущественно я опирался на прогнозы Митио Каку и Юваль Харрари. Сейчас дам краткую выдержку, потом добавлю интересные мысли категорически неоднозначного персонажа, а затем перейдем непосредственно к инструментам удержания, которые есть сейчас, и которые будут появляться в будущем. Итак, прогнозы, важные в контексте данной статьи:

1. Увеличение количества общения. К 2050-му году количество наших социальных связей возрастет приблизительно в 4 раза. С учетом того, что даже сейчас это является трудностью для многих, то кратное повышение этого параметра вынудит нас искусственно его ограничивать. Но какие связи «пойдут под нож»? Не думаю, что много людей отрежут заметный кусок личных контактов ради удобства работодателя, а значит, это его зона риска;

2. Повышение уровня мировой неопределенности. Просто помним, что неопределенность — это один из главных стрессовых факторов, с которым человеку трудно справится уже сейчас. А эта энтропия нашей социальной вселенной будет только расти. Следовательно, люди будут стараться оградить себя от этой неопределенности. И тут мы вспоминаем, что поиск работы и адаптация — это тоже стресс. И работодатель старается его минимизировать;

3. Повышение количества потребления уникальной информации. Наш мозг склонен оптимизировать, алгоритмизировать и рутинизировать повторяющиеся действия. Приблизительно 85–95% наших мыслей и активностей уже стандартизированы. Наша неопределенность и необходимость «включать голову» сведена к 5–15%. И даже это создает у нас стресс и сопротивление. А согласно прогнозам футурологов, этот показатель вырастет в 8 раз к 2050-му. И я очень сомневаюсь, что мы оперативно адаптируемся. Вероятно, мы будем наоборот осознанно ограничивать количество новой информации. И вновь вопрос — а из какой сферы мы будем ее отсекать? И не повредит ли это работодателю?

4. Отсутствие права на тайну. Уже сейчас при собеседовании и проверке вашей анкеты Службой Безопасности, о вас узнают многое. Долги, кредиты, алименты, прописка, штрафы, интересы, записи в социальных сетях и прочее. Это при том, что базы данных несовершенные и неполные, их обмен весьма ограничен, а часть данных вы можете скрыть. Но чем дольше живем — тем сложнее это делать. Следовательно, переход на новую работу будет неизбежно связан с раскрытием всей поднаготной десяткам, а то и сотням людей. И это барьер, который далеко не все захотят переходить;

5. Чувство одиночества при большом количестве контактов. С появлением социальных сетей наши контакты стали больше развиваться вширь, чем вглубь. И подобным коммуникативным фастфудом можно перебиваться достаточно долго, но не вечно. Поэтому экзистенциальное чувство одиночества будет преследовать многих жителей середины двадцать первого века.

Это лишь базовые моменты, которые с достаточно высокой вероятностью реализуются. Если кому интересно, то можно посмотреть вот это старое видео, которое на момент появления в интернете еще не нарушало УК РФ.

Какой будет корпоративная культура через 20 лет?

Мы же тут про корпоративную культуру говорим, помните? Вы еще тут, со мной? Отлично, тогда продолжаем. Теперь нам нужно взять тезис про время, а потом наложить на него ограничения, которые нам готовит будущее. Что же мы получим? А получим мы весьма позитивную сторону корпоративной культуры, надо сказать. Чем же будут приманивать и удерживать работодатели своих сотрудников?

1. Гибкий график. Здесь мы говорим и про различную сменность, и про неполный рабочий день, и возможность делать работу в любое время, и про удаленный формат работы (чтобы время на дорогу выкинуть);

2. Работа как стиль жизни. Тенденция привязывать личные интересы соискателя/работника к самой работе и продуктам компании. Компании, которые этим не занимаются, сталкиваются с тем, что у них работают очень дорогие сотрудники с весьма посредственным КПД. Почему же это происходит? Потому что, если проводить глубинные интервью, можно узнать любопытную вещь – часть получаемых денег в виде зарплаты сотрудники расценивают не как обмен денег на результат, а как «компенсацию неудовлетворенности» или же «плату за страдания». Здесь сложно говорить о четких процентах, но если брать косвенные данные, то от четверти до половины заработной платы сотрудники записывают в эту категорию. А «работают» они только на «остаток»;

3. Повышение возможностей реализации своих интересов. Поездки, тренинги, обучения, йога и фитнесс будут набирать обороты. Уже сейчас можно увидеть тенденции на развитие собственных экосистем у крупных и средних компаний. Тут и психологи, и инструкторы, и доступы в «элитные» места или тусовки «для своих»;

4. Возможность гордиться собой. Жизнь так устроена, что подавляющее большинство не сделают ничего выдающегося в своей жизни. Не оставят своё имя в веках. И это нормально, так было всегда. Но можно же приложить руку к чему-то великому, верно? И отсюда растут ноги стремления корпораций сделать упор на продукт и результат труда. Возможность принять участие в великом, будучи обычным. Неплохой оффер, согласитесь;

5. Создание семьи и друзей внутри компании. Знакомства, игры в «мафию», опенспейсы, митинги и прочее. Говоря иначе, максимизация неформальных связей в рамках компании. Которые человек рискует потерять, если уйдет. Да, дружба и служебные романы не выгодны компании. Но потерять сотрудника еще более не выгодно. Поэтому неформальная деятельность будет продолжать развиваться;

6. Стабильность и ограничение информационного поля. Создание маленьких (условно) понятных замкнутых мирков, в которые информация из большого и страшного мира будет попадать очень дозированно. А то, что попадает, будет переписано и подано с более нейтральной или даже позитивной коннотацией. Больше не нужно листать десятки каналов в телеге или следить за новостями, уходя в бесконечный думскроллинг. Всё будет просто, понятно и легко. Можно не думать, можно просто жить. Это ли не счастье?

И пока всё это звучит хорошо. Даже чертовски хорошо. Словно это детский сад для взрослых, в котором можно провести всю жизнь. В таком теплом уютном болотце, которое надежно защищено от быстрых и холодных рек внешнего мира. Но наличие прав всегда сопровождается наличием ограничений, условий и обязанностей, даже если вы о них не догадываетесь. Некой невидимой платы за эти блага. Но чем именно мы расплачиваемся?

Для этого стоит обратиться к концепции Виктора Мараховского, которой он дал название «нищепанк». Несмотря на одиозность данного персонажа и моё крайне неоднозначное к нему отношение, думаю, эта концепция заслуживает того, чтобы о ней упомянуть. Что же такое «нищепанк» по Мараховскому?

Нищепанк — это как «киберпанк», только без крутого Искусственного Интеллекта, киборгов и виртуальной реальности, ведь все эти технологии слишком трудны, реализовать их никак не удаётся, да и средств не хватает.

Говоря иначе, это иллюзия киберпанка, её внешняя оболочка без содержания. В контексте этой статьи нам важны следующие элементы:

1. Повышение доли цифровых товаров в общей «продуктовой корзине»;

2. Удорожание и снижение доступности для приобретения базовых благ (хорошая еда, путешествия, квартира, машина и т. д.);

3. Упор на аренду, а не приобретение.

Надо сказать, что все эти три пункта уже сейчас наглядно видны в современной России, да и не только в ней, справедливости ради. И тут вы спросите меня — а какое отношение это имеет к корпоративной культуре? И вот мы приближаемся к описанию её теневой стороны. Здесь хочется привести мысль Артемия Лебедева, которую он преподносит через позитив в ряде своих интервью, хотя у неё можно найти и другой смысл. Воспроизведу не точно, по памяти: «Никогда бумага не меньше чем двухслойная в туалете. И хороший ремонт санузла, освежители там с приятными запахами. Туалет в студии должен быть не хуже, а то и лучше, чем у сотрудника дома». На первый взгляд — чудесная мысль про заботу о сотрудниках даже в самых малозначительных моментах. Но если немного подумать — можно увидеть зачатки другой стороны корпоративной культуры:

1. Отлучение от дома. Разумеется, это не заявляется прямо. Но все больше компаний вводят в эксплуатацию общежития, хостелы, капсулы сна, мотивируя этим экономию на съеме жилья или отказе от траты времени на дорогу. Фактически же человека завязывают на рабочем месте, усложняя ему переход;

2. Негативное восприятие дома. Похожий пункт, но с другой стороны. Стоит помнить, что у компании денег заметно больше, чем у рядового сотрудника. А количество людей, использующих блага, тоже больше. И получается, что сделать, вспоминая того же Лебедева, восхитительный санузел, которым будут пользоваться сотни сотрудников, а не 1–2–3–4 как в обычной семье, — очень выгодно. И если немного подумать, можно практически каждый элемент системы сделать чуть приятнее, чуть интереснее, чуть комфортнее, чем дома. Что в этом плохого? Ничего, если не брать в расчет негативные чувства человека, который из замка едет в свою обычную (даже не самую плохую) квартиру. Разумеется, это сильнее всего отразится на среднем и низшем персонале (в которых рынок и нуждается). А когда вырастет недовольство, его нужно лишь направить в нужное русло, предложив перейти к предыдущему варианту. Можно сказать, что это лишь фантазии, но удобные кресла и большие мониторы уже сейчас делают своё дело, как и бильярд со смузи‑баром;

3. Подвязка жизненных ценностей. Допустим, детский сад для детей сотрудников. С учетом общего недостатка количества детсадов и проблем с зачислением в них, наличие детского сада привязывает сотрудника на пару лет. А ведь можно еще подумать о школе. А университеты так уже делают совместные кафедры с техно‑гигантами. И даже если другая компания предложит схожие условия, то здесь включается субъективный эмоциональный фактор — ребенок может просто не захотеть менять группу/класс и закатить истерику. А какой родитель не желает добра своему ребенку? Вопрос риторический;

4. Социальная изоляция от мира. Внешний work‑life balance оборачивается тем, что вся жизнь человека концентрируется на одной компании и её экосистеме. Многие релоканты на себе ощутили трудности переезда в другую страну, так как теряется почти всё привычное, а жизнь приходится выстраивать заново. И вот ровно такое чувство, такой же барьер создает «привязка» жизни человека к компании;

5. Растущие потребности в аренде. Здесь дело не сколько в самой компании, скорее, в общей тенденции. Компания предоставляет постоянно растущую возможность пользоваться привычными благами, создавая иллюзию собственности: квартира, автомобиль, топовая техника, дорогой досуг и прочее. Всё это создает у человека иллюзию, что это у него есть и что он это заслужил. Но выдается всё это не сразу, а постепенно — как и принято в корпоративной культуре. Прошел испытательный срок в три месяца — лови абонемент. Отработал год — вот тебе новая квартира. Еще год продержался? Отлично, держи бюджетный автомобиль в пользование. Три года за плечами? Герой — квартира выше классом твоя. Четыре отработал? Мы в восторге, вот тебе свежий паркетник стоимостью в 30–40–50 твоих зарплат. Конечно, человек может сменить работу, но для этого ему придется сильно просесть в комфорте жизни, а мы не любим это делать;

6. Отсутствие накоплений. Не самое очевидное последствие предыдущего пункта. Мы тратим больше, когда расслабляемся. А расслабляемся, когда базовые потребности закрыты и мы уверены в будущем. А без накоплений уйти куда‑то еще сложнее;

7. Семейные программы и взращивание династий. Работаешь вместе с женой у нас? Классно, вот тебе квартира побольше! Ты работаешь с женой и у вас есть ребенок? Вообще перфекто — вот тебе скидка 50% на частный садик и школу, а если к моменту поступления вы вместе еще продолжите работать, то обучение будет бес‑плат‑ным, сечешь?

В итоге получается очень интересный бартер — вещи, дорогие для человека, приобретаются оптом компанией за выгодный прайс. И всем, вроде бы, здорово, но это создает большое количество трудностей при выходе из компании и смене работы в целом. Потому что придется менять всю жизнь.

Так корпоративная культура – хорошо это или плохо?

Корпоративная культура — это… никак. Это логичный ответ вызовам времени, которые используют различные компании, чтобы выживать. Так как в мире нет кнопки «сделать всем хорошо», то мир и по сей день полон несовершенств. И компании лишь используют эти несовершенства в свою пользу. Как и всегда делает бизнес — ищет проблему и решает её за деньги.

Не стоит думать, что до этого всё было хорошо, а вот сейчас начнется ужас и кошмар, нет. Раньше было рабство, кабала, крепостное право и прочие жесткие формы зависимости. Сейчас этого нет. Что радует. Лично мне ситуация на рынке труда (и корпоративной культуры) очень напоминает пятидесятые и шестидесятые годы прошлого века, когда шел процесс деколонизации и многие колонии получили независимость. На бумаге. А фактическая зависимость осталась, просто стала более скрытой и немного более хитрой.

На мой взгляд, корпоративная культура идет тем же путем. От жесткого и явного контроля — к мягкому и незаметному. И, в целом, это здорово, если брать за эталон то, как было раньше. И очень грустно, если брать за эталон идею о свободе, которая доминирует сейчас.

Это лишь инструмент и правила игры, которыми вы можете либо пользоваться, либо нет. Большинство не воспользуется. Но ваш выбор остается только за вами.

С уважением
Сергей Максимов.
Психолог.

P. S. В своём ТГ-канале я отвечаю на анонимные вопросы. Только ответы и статьи, без мемов и спама.

После стандартных уточнений, оператор Сбермаркета прислал сообщение следующего содержания.

Казалось бы, ситуация решена. Все довезут - инцидент исчерпан, верно? Но это только начало, ибо дальше последовали такие сообщения:

И вот это уже интересно. То есть, они поговорили с сотрудником магазина, со сборщиком, с курьером, которые сказали "Да нормально все было!", и на этом дело закончилось. Все в плюсе, кроме меня, который оплатил какому-то курьеру или сборщику возможность вытирать слезы радости (а то и другие физиологические выделения) моими салфетками.

Как можно увидеть по сообщениям, было уже достаточно поздно, да и хотелось верить, что наутро все решится. Может сбой или что-то в этом духе. Проходит ночь. Днем раздается звонок женщины, которая представляется сотрудником Сбермаркета в этом магазине. Уточняет, доставили ли нам недовоз. Получив отрицательный ответ, говорит, что сделает отметку, и кладет трубку. Ждем дальше. Не меняется ничего. Довоз так и не произведен.

Через пару дней в процесс включаюсь уже я. Почему так поздно? Просто до этого была надежда на решение вопроса, но супруга получила сообщение следующего содержания:

Я, конечно, могу быть чрезмерно скептичным, но есть у меня сомнения в том, что ради моих салфеток на тысячу с копейками проводили инвентаризацию вот в таком магазине

Что же мы получаем на данном этапе?

1) Признание недовоза, а потом отказ от слов;
2) Слова сотрудника из магазина, что довоз будет, а потом его отсутствие;
3) Слова про проверку и инвентаризацию в магазине.

Звучит, мягко выражаясь сомнительно. Я могу понять, когда сотрудники работают по скрипту, который ограничивает их компетенции. Я могу понять стандартные отписки и фразы, вроде "простите, ничем не могу помочь". А вот повторяющуюся ложь уже понять не могу. Примерно на этом моменте сами салфетки или тысяча перестали играть решающую роль, захотелось возмездия добраться до истины.

Поэтому я начал им звонить. Первый оператор, с которым я пообщался, попросила время на изучение ситуации. Затем вернулась с ответом, что все верно и помочь ничем не может. Сказала, что проверили камеры, и там все нормально. Допустим, местная СБ действительно проверила камеры на пункте сбора заказа. Могу поверить. Но что же с курьером и контролем за его работой? К сожалению, на мой вопрос про наличие камеры на голове у курьера, ответ мне не дали. На закономерный вопрос, откуда она может быть тогда уверена, что заказ действительно доставили в том же количестве, что и забирали, тоже. Разговор начал заходить в тупик.

Я начал просить номера курьера и магазина - мне отказали. Опережая вопрос, ведь супруге звонили из магазина, номер же должен был сохраниться, - да. Он есть, по нему звонили, ответа не было. Поэтому попросил отправить мне официальный ответ с обоснованием вернуть деньги. Мне сказали, что нужно написать на почту hello@sbermarket.ru и там я получу все объяснения и подробный отчет о расследовании.

Сказано - сделано. Написал письмо и отправил.

Далее было сообщение о принятой и зарегистрированной заявке.

Звучит все логично и здорово. Я бы так и сделал, если бы не... проделывал то же самое последние дни. Ничего, всё понимаю. Вдохнули-выдохнули, пишем спокойный ответ:

Ждем...ждем...ждем...

Да хлопушки-воробушки! Пишешь в приложении - результата нет. Звонишь - говорят писать на почту. Пишешь на почту - говорят писать в приложении. Четыреждыб...

Не сдаемся - звоним на горячую линию еще раз! Мне опять предлагают написать в приложении. Объясняю, что делал. Мне предлагают написать на почту. Объясняю, что делал. Мне говорят, что больше помочь ничем не могут. В этот раз я, будучи уже стреляным воробьем, попросил перевести на кого-то другого и с иными полномочиями. Не сразу, но получилось.

Трубку взял некий парень, руководитель группы операторов. Опять взял время, чтобы ознакомиться с "делом". Сказал, что все верно, по их правилам ничего я не должен получать - ни денег, ни товара. Удивительное рядом. Я попросил его все же мне прислать письмо с официальным отказом. Он сказал, что пришлет. Надо отдать должное, он - единственный из почти десяти сотрудников, с кем я пообщался, который сдержал слово.

На почту супруги, привязанную к аккаунту Сбермаркета, приходит следующее сообщение:

С чем я не спорю, так это с тем, что мы не проверили сразу. Потому что обычно не было никаких вопросов с довозами. Будем иметь ввиду и не отпускать курьеров до полной проверки каждого пакета. Урок усвоен. Но мне стало интересно прочитать соглашение Сбермаркета. Переходим на сайт и что видим:

И вот любопытно, что даже пункт не соответствует. Так как новые правила, исходя из информации на сайте, утверждены от 19.12.2023, уже три месяца СберМаркет и стандартную отписку не может привести в соответствие со своими же условиями. Из любопытного - а могут ли мои показания, как свидетеля отсутствия товара, приниматься в расчет? :)

По итогу:

1) Оператор - обманул;
2) Сотрудник Сбермаркета в магазине - обманул;
3) Оператор горячей линии тоже обманул, сказав, что нужно писать на почту;
4) Руководитель группы прислал отписку с ошибочным пунктом. А тот, на который он ссылался, теперь имеет номер 6.9;
5) Я сижу без товара и без денег.

Отсюда два вопроса, уважаемые пикабушники (на правах точно не новорега, надеюсь, могу так говорить):

Первый. Деловой. Какие есть варианты в юридическом поле? Можно ли подать жалобу в РосПотреб и на каком основании? Спрашиваю, так как ранее не сталкивался с подобной ситуацией.

Второй. Риторический. @sbermarket, а вы сами как относитесь к откровенному обману со стороны своих сотрудников и их некомпетентности даже на уровне линейных руководителей?

В моей жизни был период, когда я достаточно глубоко изучал тему манипуляций: читал книги, слушал лекции, участвовал в психологической экспертизе экстремистских материалов. Но это всё казалось слишком теоритезированным и оторванным от реальной жизни. Поэтому, будучи уверенным в своей «психологической неуязвимости», я решил на практике проверить свою «живучесть» и понять – а как же людей вовлекают в секты и прочие маргинальные организации и можно ли этому противостоять?

И течение трех лет я целенаправленно ходил во все места, где меня могли обмануть или сломать, ввести в заблуждение, разрушить мою личность и вовлечь в незаконную деятельность. Я внимательно слушал, записывал и даже иногда срывал занятия. Это мой «Евротур» и моя исповедь диверсанта. А в конце вас ждет бонусная история от февраля 2022 года, которая связана с манипуляцией и давлением, но уже не со стороны сект ;)

Дисклеймер № 1: В силу подхода к работе так сложилось, что обычно я консультирую людей интеллектуального труда. В последний год это преимущественно управленцы и сотрудники IT‑сферы. Это люди, которые всю жизнь решали любые проблемы «через голову». Такой подход неизбежно накладывает отпечаток на личность и внепрофессиональную жизнь. Минимизацией негативных последствий таких особенностей я занимаюсь. И в рамках статей на данном ресурсе стараюсь обобщить профессиональный опыт и дать полезную информацию.

Дисклеймер №2: здесь я не просто рассказываю истории из веселого периода жизни, но и разбираю конкретные методы, приемы и инструменты, направленные на вовлечение людей в деструктивные организации. Руководителям будет полезно :)

Дисклеймер №3: я пишу различные статьи и заметки уже более 15 лет и некоторые свои походы я тоже подробно описывал. Так что не удивляйтесь деталям – это просто фрагменты старых записей, самая ранняя из которых датируется 2012 годом.

Сперва разберемся с понятием секты, коль я использую этот термин. Определение я взял из большого юридического словаря, потому что именно он содержит важный момент для повествования:

Секта (религиозная) — отколовшаяся от основного или господствующего религиозного вероисповедания группа верующих, придерживающаяся своих взглядов и толкований его отдельных догматов, обрядов, поучений и т. п. Для С. характерны замкнутость, обособленность, претензии на исключительность своей роли. Термин «С.» не употребляется (кроме единичных случаев) в нормативных актах РФ.

Из этого определения нужно взять следующее:

• Термин «секта» в юриспруденции не используется;

• Секта характеризуется замкнутостью;

• Секте свойственно формировать образ исключительности своих участников.

И добавлю еще от себя:

• В психологической литературе чаще используется термин «деструктивный психокульт»;

• «Деструктивные психокульт» может быть не только религиозным, но и финансовым (схожесть вы увидите по ходу статьи);

• Часто для удержания людей создается противопоставление членов общества остальному миру, что способствует десоциализации и закреплении в организации.

Часть №1. Психокульты

Самая лайтовая история из студенческой жизни.

Я решил, что каждую историю доверю иллюстрировать нейросети. Интересно получается

Одногруппница меня зазвала на тренинг с интригующим названием «Где находится источник всех твоих проблем?», говоря, что ее знакомым прямо колпак сорвало от этого занятия. Будучи скептиком, я заранее прогуглил мероприятие, отзывы и, что главное, личность тренера. Зацепило меня отсутствие психологического образования и абсолютно отстраненный опыт работы – бухгалтерия и продажи туристических путевок. Взял на перо эти факты и пошел на мероприятие. Народу было не так уж и много – всего около 10 человек, почти все из которых ранее проходили её лидерскую программу (это такое место, где все друг другу говорят: «Я лидер!», «Привет, лидер!», «Пока, лидер» и все в этом духе). Это была молодежь от 18 до 23 лет, которая задавала (на мой взгляд), достаточно очевидные вопросы и удовлетворялась весьма размытыми ответами.

Само занятие началось с очень вольного введения в соционику, ссылками на Юнга и нескольких его последователей. Изначально всё было достаточно чинно-мирно, но дальше начался пассаж про «врожденный генетический сценарий, заложенный богом в человека», от чего начал подергиваться глаз. Но смущало это только меня. Потом было про депрессию, которую определяли как «защиту от неудачи и страха». Не обошлось и без «мотивирующих» фраз, самой любимой стала: «Если сценарий от Бога и родителей совпадают, то получается гений, который рано умирает». И прочей, менее эпатажной, но все же сомнительной информации.

Ближе к середине занятия я начал тянуть руку, чтобы задать вопрос. Когда мне предоставили такую возможность, я «достал козырь» и начал вести допрос про образование, обоснование материала и содержательности мероприятия в целом. Не к моей чести будет сказано, но также сделал пару выпадов в сторону её аудитории. Она пыталась сперва ответить на вопросы, а потом предложила мне вернуть деньги и покинуть занятие. Я отказался и сказал, что дослушаю всё. Но дальше градус снизился, как и её подача, поэтому концовка была скучная и смазанная.

Какие выводы можно сделать из этой истории?

1. Если аудитория постоянно слушает только одного человека (или одно мнение), то теряется критическое восприятие. Ограничение информации или однобокая интерпретация любой информации увеличивает веру людей в неё;

2. Чем более благожелательно настроен человек, чем он комфортнее себя ощущает, тем легче поддается внушению. Кофе, мягкие диванчики и успокаивающая музыка этому способствует;

3. Смешивая адекватную информацию и не совсем адекватную, можно снизить настороженность - «усыпить бдительность». Особенно, если переходы будут постепенные;

4. Чем авторитетнее источник – тем больше к нему доверия. Но авторитет может подкрепляться непроверяемыми и пустыми словами, вроде «потратил на самообразование миллион рублей», «закончил курсы в Лондон Грит Британ Супер Академи» или чем-то подобным.

Это событие сложно отнести непосредственно к деструктивным психокультам, но это был мой первый шаг, проба пера, которая побудила меня двигаться в этом направлении дальше. Следующей историей, тоже лайтовой, но более концентрированной, была встреча с кришнаитами, которые одно время часто оккупировали площадь Гостиного Двора в Уфе.

Животных в запросе не было, но нейросеть что-то подозревает

Контекст: тоже студенческие годы, я иду из универа и настроение было прямо не ахти. В наушниках и своих мыслях я пересекаю площадь, вдруг меня останавливает касанием какой-то парень (лысый, в желто-оранжевом одеянии) и что-то протягивает. Только я снимаю наушники, как слышу: «Молодой человек, подождите минутку, я сразу вижу – у вас глаза такие добрые-добрые!».

Возможно, повлияло настроение, но его заход прямо вот был мимо кассы. Но это поспособствовало моему желанию проявить нестандартную реакцию. Он продолжил:

— Молодой человек, а вы что‑нибудь знаете про Кришну?
— Конечно! Харе Кришна, Харе Кришна, Кришна Кришна, Харе Харе. Харе Рама Харе Рама, Рама Рама, Харе Харе!

У него округлились глаза:

— Ооо! Вы еще и мантры знаете!?
— А то! Я вообще был одним из вас!
— А почему только были?
— Понимаете, я нашел нечто большее, чем Кришну. Вы слышали про Станислава Грофа?

И тут роли поменялись – теперь уже я рассказывал ему про трансперсональную психологию (та еще странная теория), про перинатальные матрицы и влияние гипервентиляции легких на сознание. Это продолжалось пару минут, после чего он меня прервал:

— Возьмите эту книгу (именно её он изначально протягивал)!
— Благодарю, не нужно. Всего доброго!

А через пару дней я вновь был на той площади, но на ней стоял уже иной кришнаит. Я решил понаблюдать, что же он делает. Он повторял ту же схему:

1. Комплимент доброте.

2. Вводные вопросы про Кришну.

3. Преподнесение книги как подарка.

4. Предложение сделать пожертвование для общины.

И вот когда картинка сложилась, её можно проанализировать. В чем же заключается схема и почему люди так легко расстаются с деньгами? Здесь идет сочетание нескольких моментов:

1. Неожиданное начало разговора с комплимента. Это сейчас, в эпоху развитых продаж и условно-человечного сервиса у людей сформировалось ощущение, что если незнакомец общается вежливо – он обязательно хочет тебе что-то продать. В 2012-2013 годах эта ассоциация в Уфе была заметно слабее, балом правил не сервис, а «стервис». Поэтому вежливое позитивное обращение вызывало первичную положительную оценку собеседника и готовность войти в контакт;

2. Вводные вопросы. Этот пункт имеет несколько задач:

   1. Узнать подготовленность собеседника.

   2. Выявить его первичное восприятие идеи, чтобы подстроить диалог.

   3. Прояснить мировосприятие человека.

3. Преподнесение книги как подарка. Этот вопрос хорошо разобран в книге Р. Чалдини «Психология влияния». Суть такая: в нашей культуре заложена идея благодарности и взаимности. И когда вы что-то получаете, создается чувство долга (именно чувство, а не реальный долг). А тут человек уже получил комплимент и книгу – он испытывает это чувство, а собеседник его «взращивает»

4. Предложение сделать пожертвование для общины. Если «чувство долга» имеет такую силу, что создает дискомфорт для человека, то у него есть только два способа от него избавиться в моменте:

   1. Отдать книгу. Но тут опять вступает в дело «культурный код», что не принять подарок – обидеть дарителя. А это просто заменит чувство долга чувством вины!

   2. Сделать небольшое пожертвование. Расстаться с некой суммой денег, чтобы вернуть душевное равновесие.

Где эти приёмы имеют место быть. Во-первых, сфера продаж. Часто этим пользуются продавцы в продуктовых магазинах и магазинах игрушек, давая ребенку поиграть с чем-нибудь, либо угощая его. В первом случае создается риск появления чувства вины у родителя, если он откажется покупать игрушку и придется её забирать у ребенка. Во втором – чувство долга перед продавцом, что тот угостил ребенка в ущерб себе. Так одна подаренная условная мандаринка может привести к покупке одного-двух килограмм. Во-вторых, это часто проявляется в межличностных отношениях, когда оказывается не особо нужная услуга, а за ней следует просьба конкретной благодарности. В-третьих, такой подход свойственен не только кришнаитам, но и отдельным мормонам и адвентистам (те обменивали бесплатные уроки английского на участие в молитве).

А вот следующие истории посвящены уже саентологам. И у них подход заметно жестче и деструктивнее.

Прогуливаясь по центру города, я наткнулся на женщину, которая предлагала пройти бесплатное личностное тестирование. Я, как личность, заинтересованная в различном тестировании, конечно же согласился. Меня отвели в небольшой офис в соседнем здании, посадили за компьютер и открыли программу. В ней был тест примерно на сто с небольшим вопросов. По формату похож на MMPI, только заметно короче. После прохождения теста мне распечатали результаты и начали интерпретировать. Шкалы, вроде «Успешность», «Жизнестойкость», «Здоровье» и другие были в лютых минусах. Эта женщина, с театрально округленными глазами и придыханием сообщала, что давно не видела таких ужасных результатов, что жить мне осталось недолго, а счастливым я точно никогда не буду. Что вся моя жизнь будет связана с неудачами, поражениями и бедами. Это «закошмаривание» длилось около 10 минут. После чего мне предложили прийти на занятие, которое пройдет на выходных за символическую плату. Там мне расскажут про то, как можно изменить свою жизнь при помощи идей Рона Хаббарда.

Я поблагодарил, сказал, что всё очень интересно, но продолжайте без меня. И ушел.

Механизм вовлечения, который использовали саентологи около 8 лет назад достаточно прост, но его тоже стоит разобрать:

1. Забота о людях. Предложение пройти бесплатное тестирование, которое ни к чему не обязывает. Тот же механизм, что и у кришнаитов из прошлого случая;

2. Наукообразность и авторитетность. Сам тест преподносится как последняя разработка ведущих ученых. Часто упоминается Гарвард, врачи, нобелевские лауреаты и так далее. Наравне с историями про сердце, печень и давление звучат рассказы про эфир, энергетические поля и прочие псевдо- и антинаучные термины. Схема как из первой истории;

3. Давление на общие ценности. Здоровье, дети, родители – самая популярная манипулятивная триада. Задача данного этапа – сформировать страх. Это делается при помощи вопросов, вроде: «А если вы умрете, что будет с вашими родителями?», «Неужели вы хотите, чтобы ваши дети продолжали считать вас неудачником?», «Вы же хотите помочь своим детям?» и так далее;

4. Предложение «спасения». Когда человек боится, его критическое мышление притупляется. И если в этот момент ему предложить решение проблемы, которое будет простым и доступным, то с высокой вероятностью он согласится.

В целом, это похоже на технику продаж СПИН, только этап «Проблемных» вопросов закрывается при помощи лживого тестирования. И сейчас расскажу о самом необычном «легальном» использовании этого тестирования. В одной из компаний, где я работал, проводили аналогичные тестирования сотрудников офиса раз в год, чтобы оценить их на предмет возможности повышения должности или зарплаты. Тест никак не связан с профессиональными навыками, исключительно личностными. Следовательно, если человека не хотели повышать, его рубили на основании данного тестирования. Се ля ви, как говорится. Несмотря на то, что моя должность не предполагала карьерного роста, я получил прекрасный результат в виде «синдрома неудачника» - так мне сказала наша HR-директор.

Следующая встреча была уже в городе Челябинске, куда меня командировали по работе. Заселившись в выбранный компанией отель, я обнаружил в нём ячейку адвентистов, но самих представителей не было, так что опыта интересного не получилось. Зато в бизнес-центре, где мы сняли зал для тренинга, был книжный магазин саентологов, куда я, разумеется, зашел.

Меня встретила приятная женщина лет 50-55, которая стояла за прилавком. Сам магазин был небольшой – около 15-20 квадратных метров. Книг было много, в разных изданиях, посвященных дианетике и самой саентологии. Я ходил, изучал ассортимент, листал те из книг, которые не были в запаянной полиэтиленовой упаковке. Самым ярким экспонатом была таблица из 15 этапов, которые нужно пройти, чтобы стать «клиром» - человеком, избавившемся от негативных последствий этой и всех прошлых жизней. Одним из этапов было посещение сауны для вывода токсинов из организма. Помню, что подумал тогда «Хорошая секта и инициации интересные». Спустя минут десять моего брожения по магазину, продавец решила начать разговор:

— Вас что‑то интересует?
— Да, вот никогда раньше не слышал про дианетику, прямо затягивает.
— О, это очень интересное научное направление, которое позволяет излечиться от болезней и жить лучше!
— Ну, я пока не болею, что радует. Но, знаете, есть ощущение пустой жизни. Словно смысла нет…
— Я понимаю. Но каждый, кто изучает дианетику, находит ответы на свои вопросы.
— Я уже пробовал уйти в религию. Но, к сожалению, все они мне кажутся какими‑то поверхностными и не могут дать ответы.
— Дианетика — это другое! Скажите, вы слышали что‑то про Рональда Хаббарда?
— Нет, вообще. Можете рассказать?
— Это американский писатель фантастических рассказов, ученый, у которого была непростая жизнь. Он занимался исследованиями в области психологии и медицины, преподавал в университете. Потом началась война, он служил на флоте, был контужен, получил пенсию и смог посвятить себя полностью науке. И результатом стало новое направление.

В этот момент я задумался и замолчал. Решил, что посмотрел я всё, что хотел, поэтому можно было идти на провокацию:

— Очень интересная история. А скажите, вы сами не находите ничего странного в том, что писателя‑фантаста контузило на фронте, а потом он придумал новую науку?

Тут замолчала она. Было видно, что такой поворот диалога её не устроил. Но она сохранила самообладание и ответила:

— Нет, не кажется. Это просто ранение, которое не повлияло на его личность.

«Достойный соперник!» — подумал я, и решил продолжать:

— Хорошо. Но если дианетика — это такая прекрасная наука, которая всем помогает, то почему же она еще не внедрена повсеместно? Почему так мало людей о ней знают?
— К сожалению, люди не всегда открыты новому.
— Да, это проблема. Но любая наука требует много денег — так на что существует ваша организация?

Она вновь поморщилась. Но я решил додавить:

— Если вы так любите людей, как получилось, что саентология — самая богатая секта в мире? Почему у вас полное обучение стоит больше ста тысяч долларов? Почему вы считаете себя вправе обманом выманивать деньги у людей?
— Уходите!
— Что, простите?
— Уходите, я с вами больше не хочу разговаривать!
— А как же книги?
— Уходите, мы закрываемся на обед!

Я вышел, она захлопнула за мной дверь. На этом еще одно знакомство закончилось. А раз знакомство закончилось, то настала пора проанализировать то, что получилось узнать, а именно:

1. Подмена понятий. Если какое-то слово имеет негативную коннотацию или вызывает отталкивающие ассоциации, то высока вероятность «ребрендинга». Это должно помочь пройти «первичный фильтр»;

2. Размытые ответы и «волшебная таблетка». Тут все очень просто: о чем бы ни говорил человек, какие бы мысли и болезни его не беспокоили – ваш продукт поможет от всего. Вот вообще от всего. Без уточнений и ограничений;

3. Наукообразность и авторитетность. Это уже разбирали.

4. Сопереживание. Вообще, выражение сочувствия и сопереживания, а также подчеркивание наличия общего опыта с собеседником, что выражается через фразы: «Тоже через это проходил», «У меня было также», «И в такой ситуации оказывался» и т.д.

В бытовую жизнь из этих приёмов некоторые берут сопереживание (и чувство общности), а также подмену понятий, использование синонимов и эвфемизмов. Важным пунктом еще может быть подчеркивание «принципиальных» различий между обсуждаемым и «осуждаемым» предметом, даже если таких различий в реальности нет.

Ну последней историей из именно религиозных и псевдонаучных и деструктивных психокультов (прежде чем мы перейдем к финансовым культам) будет моё посещение стенда дерматоглифолога, который решил срубить быстрых денег в самом подходящем для этого месте – выставке с названием «Образование. Наука. Карьера».

Это было уже во время обучения в магистратуре. Я представлял свой университет, а точнее его лабораторию психофизиологии, где на аппаратах БОС (Биологической Обратной Связи) проводил исследования всех желающих. Так как целый день тестировать людей было весьма утомительно, мне представилась возможность погулять по выставке и найти что-то интересное. И я нашел! Моим алмазом среди кучи битого кирпича стала женщина со странным аппаратом и множеством брошюр по дерматоглифике.

Дерматоглифика — псевдонаучный способ тестирования организма человека, основанный на изучении признаков узоров на коже ладоней и стоп.

Её УТП (Уникальным Торговым Предложением), как бы сказали маркетологи, было определение профессиональных склонностей и психологических особенностей по отпечатку пальца. Я подошел и начал листать раздаточный материал. Опять ссылки на какие-то исследования, опять истории непризнанного успеха и глобальных открытий. Она предлагала пройти это тестирование и получить развернутый личностный анализ на 15 страниц, который определит жизненный путь каждого желающего.

Надо сказать, желающих было достаточно много, несмотря на то что стоимость исследования составляла 500 рублей (что по меркам 2016 года и провинциального города было немало. Особенно, для студентов, составлявших основную аудиторию мероприятия). Я подождал, пока наберется побольше народу и решил вступить в диалог:

— Здравствуйте! А вы что такое интересное тут делаете?
— Я сертифицированный дерматоглифолог. Провожу исследование личности по уникальному отпечатку пальца.
— Это очень интересно! А что, правда, так можно? И результаты точные?
— Конечно, это самая современная технология. А этот аппарат стоит более 10 000 долларов — самая последняя модель.
— Ого, крутая штука!
— Можете посмотреть пример отчета.

Она протянула мне красивый распечатанный отчет, в котором были указаны рекомендуемые профессии, сильные и слабые стороны личности, даже цвет ауры. Я его листал и активно думал, как же мне «проверить на прочность» данного специалиста и его идеологию. Идея пришла достаточно быстро.

— Очень любопытно. А можно два раза пройти тест?
— Нет, нельзя.
— Почему? Я готов заплатить за каждый. Два раза по 500 рублей. Итого тысяча рублей за дважды приложенный палец. Все честно.
— Это так не работает!
— Это еще почему? Или он мне выдаст два разных отчета на один мой палец?
— Просто нельзя.
— Потому что будет сразу видно, что это обман, верно?

Дальше она перешла на шёпот, и я не расслышал. Поэтому переспросил и наклонился ближе, чтобы услышать ответ:

— Иди на х…

Такого ответа я, конечно, не ожидал. Но это развязало руки:

— То есть, вы обманываете людей, отказываетесь оказать мне две услуги за мои же деньги, которые выявят ваш обман, и теперь просто посылаете меня на х..?

Далее она замолчала и диалог закончился. Но следует сказать, что никто из окружавших меня людей не захотел более узнать свою судьбу.

В принципе, не думаю, что этот случай стоит отдельного рассмотрения. Та же история с наукообразностью, авторитетностью и «волшебной таблеткой» (в этом случае, с волшебной диагностикой).

1. Подводя промежуточные итоги, можно сказать, что религиозные и псевдонаучные психокульты наиболее часто используют следующие методы:

2. Вводные вопросы для понимания особенностей человека с целью дальнейшего их использования;

3. Формирование чувства долга или страха;

4. Наукообразность и авторитетность;

5. Размытые ответы;

6. Предложение «волшебной таблетки»/спасения.

Но данные персонажи – это детишки по сравнению с тем, как обрабатывают людей финансовые культы (сетевой маркетинг, финансовые пирамиды и биржи). И вот там уважаемые руководители смогут найти для себя много полезного, я же обещал :)

В один пост не влезло :( продолжение через 5 минут

С уважением
Сергей Максимов.
Психолог.

P. S. Если вдруг интересны другие статьи по психологии, они есть в моем ТГ‑канале. Только статьи, без мемов и спама. https://t.me/maximov_psy