Ответ на пост «Как продвинуть гос. мессенджер»1
Я перейду на MAX, если добавят возможность заказа алкоголя на дом. Таковы мои требования.
Я перейду на MAX, если добавят возможность заказа алкоголя на дом. Таковы мои требования.
Не понимаю, для чего люди смотрят нетфликс (и в целом западные фильмы) и жалуются, что там повесточка итд. Нетфликс, напомню, в нашей стране не представлен. Не для нас они снимают. И логичный вопрос: нахрена смотреть то, что не для тебя, и жаловаться что там социум не соответствует твоим представлениям? Смотри, то что снимают в РФ и не жалуйся. У них свой социум и своя спираль принятия проблем и развития общества. Это как смотреть специально индийские фильмы и жаловаться на то, что там смешные спецэффекты. Ну тупость же какая-то, нет?
Идя сайта рулетки: заряжаешь барабан ссылками на различные материалы. Ну т.е. 5 ссылок на гугл, и одна ссылка на что-то интересное. Стреляетесь с собеседником в интернете. Шанс 1 к 6, потом 2 к 6, пока кто-то из двоих не откроет интересную ссылку. Тот, кому первому постучат в дверь - проиграл в дуэли.
Реализуйте.
Это ВБ, списал по 220 рублей за две футболки! На них стояла бесплатная отмена, но я забыл их забрать, так как отключил уведомления, потому что они задолбили спамить. В отличии не озона, нельзя настроить, чтобы ВБ писал только по моим заказам, а не спамил целый день.
В итоге за то, что я не сходил и не померил футболки, с меня списали по 220 рублей. Насколько это законно? Как это оспорить?
Пользоваться ВБ, кончено, я никогда больше не буду.
Название: "Операция «Лесополоса»"
Жанр: Трагикомедия в трёх действиях
Место действия: Город N, отдел полиции, лесопарк
Время: Конец мая, вечер выпускного
Действующие лица:
Майор Гладких — суровый, но хитрый опер.
Андрюха — оперативник, специалист по «нетипичным ситуациям».
Бомж Жора — ветеран улиц, стратег и философ.
Бомж Иваныч — молчун, нюхает землю и шепчет.
Даша — выпускница, в вечернем платье, драматична.
Кирюха — её одноклассник, главный логист «заначек».
Хор выпускников — озвучивают массовку.
Акт I. Отдел полиции
Сцена 1. Кабинет
(Сцена оформлена строго: портрет, кипы бумаг, вечер, сигаретный дым. Входит майор Гладких, распахивает дверь с папкой.)
Гладких:
(торжественно)
Андрюха, поступила сводка.
Дети. Выпускной. Алкоголь. Лес.
Они закапывают его! Координаты пока разрозненные, но тренд ясен.
Андрюха:
(встаёт, сбрасывая дела со стола)
Отменяем всё.
Операция «Лесополоса».
У меня есть… план.
Затемнение. Конец сцены.
Акт II. Переговоры
Сцена 1. Под мостом
(Фонарик, мусор, философия. Бомжи сидят, играют в домино на куске фанеры. Появляется Андрюха.)
Андрюха:
Товарищи…
Общественный порядок зависит от вас.
Алкоголь зарыт.
Ваша задача — найти и… переработать.
Жора:
(медленно поднимает голову)
А разве это… не провокация?
Иваныч:
(нюхает воздух)
Я уже чую: портвейн и женскую руку.
Андрюха:
(с нажимом)
За здоровье молодёжи. За стабильность.
Премия — в натуре.
Жора:
(встаёт, поправляет телогрейку)
Иваныч, зови всех. Лес надо перекопать. До рассвета.
Гудение, приглушённый марш «Прощание славянки».
Акт III. Лес и последствия
Сцена 1. Утро. Лесопарк
(Даша и Кирюха ищут в отчаянии. Всё в парадной одежде, туфли, бабочки, блёстки.)
Даша:
(рыдая)
Здесь был пакет…
Пять коктейлей… две «Мартини»… Термос с коньяком!
Кирюха:
(роет руками)
Координаты совпадают! Это должно быть здесь!
Хор выпускников:
— Пусто…
— Как же так?..
— Мы же мечтали…
(На дальнем плане — еле заметны силуэты бомжей с пакетами, один из них икает.)
Сцена 2. У костра
(Жора и Иваныч греются у костра. Легкий дым, обертка от «Ягермейстера» летит в воздух.)
Жора:
(довольно, глядя в небо)
Миссия выполнена, товарищ майор.
Подрастающее поколение трезво. А мы — пьяны и горды.
Иваныч:
(размышляя)
Ничто не вечно. Кроме бутылки и земли.
Музыка. Медленный занавес.
Занавес.
Герои выходят на поклон: менты — с планшетом, дети — с пустыми руками, бомжи — с пакетом и величием.
Аплодисменты.
Зритель не понимает: он смеётся или плачет.
Я стою здесь уже триста лет.
Я видел войны, любовь, костры и похмелье.
Я хранил шепот влюблённых, запах шашлыков, забытые презервативы и кроссовки, застрявшие на ветках.
Я — местный лесопарк.
И однажды вы решили использовать меня. Как тайник.
Это началось незаметно.
По вечерам стали приходить подростки — в тихих кроссовках, с пластиковыми пакетами и нервной болтовнёй.
Я чувствовал: они несут что-то важное. Что-то жгучее. Что-то — со вкусом грубой юности.
Они прятали.
Под мох. Под пень. Под камень, который с виду просто камень, но внутри — гроза родительских надежд.
Один термос встал аккуратно у моих корней. Он дрожал.
Другой пакет спрятали между корнями старой липы. Она прошептала мне:
— Что это?
— Бухло, — ответил я.
Мы молчали. Мы ждали.
Но потом… они пришли.
Старые. Рваные. Молчащие.
Сначала просто сидели. Потом — нюхали. Потом — начали копать.
Они были древнее подростков. Древнее страха.
Один из них прошёлся мимо ели и сказал:
— Здесь. Здесь закладка, чувствую на печень.
И закопал руку в мою плоть.
Я вздрогнул.
Но не остановил.
Потому что они были честнее.
Не притворялись. Не маскировались под "мы просто празднуем".
Они пришли за тем, что им нужно.
И взяли это.
Потом снова пришли дети.
Нарядные. С глазами, полными надежды и сахара.
Они ходили по мне, искали.
Поднимали мох. Смотрели на дупла.
Нашли пустоту.
Я молчал.
Тыкают палкой в землю:
— Здесь была. Я же помню.
— Была, — шепчет земля. — Но ты опоздал.
В ту ночь я слышал, как пили.
Как пели. Как ругались. Как вспоминали «осень 99-го».
Это было грубо. Но честно.
Я люблю тех, кто приходит ко мне с тайной.
Но я уважаю тех, кто приходит — честно.
Я — лес. Я не за детей. Не за бомжей. Не за ментов.
Я — за историю.
А в этой истории вы все были красивы. И немного глупы.
Придёте в следующем году — я снова спрячу.
А может, снова выдам. Кому надо.
Меня зовут Captain Morgan. Но друзья зовут просто — Кап.
Кто-то из нас родом из Грузии, кто-то с заводов Подмосковья, но все мы — спиртосодержащие и полные смысла.
Когда нас покупали, мы думали:
"Вот оно. Звёздный час."
Тот самый выпускной.
Блестящие глаза подростков. Запах духов и дешёвого дезика.
Тряпошные туфли, смущённые взгляды, смех и танцы.
Мы грезили о стаканах, тостах, кривых горлышках пластиковых бутылок.
Мы хотели быть частью момента.
Но нас... спрятали.
Под корягой. Под мхом. В дупле. В термосе с наклейкой "Компот из кураги".
Словно стыдились. Словно прятали любовь.
Мы лежали в темноте, ждали своего часа, как бойцы в засаде.
Один из нас — Зелёная Марка — шептал:
— Всё будет. Мы дождёмся. Они придут.
Но пришли не они.
Они были стары.
С запахом табака, рыбы и прожитой боли.
Они чувствовали нас кожей. Один подошёл к пню и прошептал:
— Тут водка.
Другой ткнул палкой в листву:
— Тут вино, полусладкое, под девчачью слезу.
Третий понюхал землю и выдал:
— Коньяк. Армянский. Пятилетка.
И мы поняли: нас забирают другие.
Мы попали в их руки.
Не такие, как мы мечтали.
Руки дрожали, пахли мазью и улицей.
Но... мы были приняты. Искренне. По-настоящему.
Без фоточек. Без сторис. Без «я вообще не пью».
Они пили — с уважением. С тостом. С паузой.
Всё, что мы хотели — быть нужными. Быть частью истории.
И мы стали ею.
Просто не той, что мы себе представляли.
А детям… что ж.
Вы подрастёте.
И, может, однажды, снова зарываете нас в землю.
А мы снова будем ждать.
И снова придёт Андрюха.
И скажет:
"Пацаны. У нас бухло. Похоже, выпускной."
И всё повторится.