SeniorClerK

Идем с женой с небольшого озера в черте города. Просто гуляем в хорошую погоду.
Навстречу идут двое мальчишек лет по восемь.
В руках у одного стеклянная бутылка лимонада с крышкой под открывашку.
Подходят к нам, и тот у кого бутылка жалобно говорит:
- Извините, пожалуйста! А вы не поможете бутылку открыть? А то мы уже пятнадцать минут мучаемся!
Достаю из кармана олимпийки ключи от дома, и сувальдным (это такой длинный

ключ) через большой палец рычагом открываю бутылку.
Как они на меня посмотрели, это нужно было видеть!!! Может нимб увидели, или супергеройский плащ?!
- Вау!!! А как это Вы сделали?
Я им на пальцах медленно показал. Будут теперь пацаны в школе хвастаться!

Гладиолусы в канаве

С первым сентября у меня связаны некоторые неоднозначные воспоминания.
Ну - с, начнем!
У меня есть старший на два года брат.
И вот ситуация - 1 сентября 1982 года, я иду в первый класс.
И вот засада - у матушки, работающей на хлебоприемном пункте, самый разгар уборочной, и естественно, ее никто не отпускает на школьную линейку. С отцом такая же ситуация, т.к. он наладчик станков на заводе.
Остается старший брат.
А старшему брату ваще на меня мелкого по барабану - он с друганами скооперировался, сказал мне, чтобы я не отставал, и я с ранцем и букетом гладиолусов из собственного палисадника, пёхом стал догонять длинноногих уже третьеклашек.
А до школы было довольно, по нынешним меркам, далече. Километра полтора. И не вот по просторным тротуарам и скверам, а мимо хлебоприемного пункта, мимо огромного приема металла, через железную дорогу, мимо автозаправки, а дальше по частному сектору с его огромными собаками. И вот она - средняя школа № 4.
Братан сотоварищи довел меня до школы, и оставив на школьной площади, свалил к своему классу, так и не показав к кому мне приткнуться.
Я, пошатавшись с десяток минут, и из-за своей природной скромности, не примкнув ни к одному из начальных классов, побрел домой, выкинув ненужный букет в канаву.
Вечером брательник огреб люлей за то, что кинул меня, а на следующий день в школу меня отвела уже мать, прямо до класса. И опять убежала на работу.
На вопрос класснухи - а почему это меня не было на линейке и уроке мира, я "честно" ответил, что копал картошку.
Воот такая история.
И следующее 1 - е сентября.
1995 год.
Возвращаюсь из армии. Дембельнули меня 31 августа, самым последним из нашего полуторагодичного призыва.
И вот поездом Пичкиряево - Рузаевка меня доставляют на вокзал города- железнодорожников Мордовии.
Сажусь на такси местных "бомбил", и уже через двадцать минут подъезжаю к дому( на тот момент я проживал у тещи с тестем).
Для эффектного появления, я никому не сообщил, что приеду первого - пусть будет сюрприз.
Подхожу к двери, звоню.
Открывает моя любимая жена, и сразу в плач. От счастья, само собой.
Вот таким разным у меня получился один и тот же день в разные годы.

Было это в те годы, когда у меня еще волосы на голове, кроме ушей конечно, росли.
Короче, поехал мой товарисч (пусть будет Димон) в Сочи отдыхать. Один - без жены. Жена поехала после него с подругой, и вернулась беременной.
Сочи тех лет ему быстро надоел, и он решил скататься в Абхазию.
Купил экскурсию, и уже на следующий день с толпой таких же, как и он любителей прекрасного, поехал в комфортабельном автобусе в солнечную Абхазию.
И вот граница РФ и собственно Абхазии.
Пересекли.
И уже на территории независимой страны в автобус заходят двое бородатых местных жителей в пограничной форме с Калашниковыми за спиной. И на чистом русско-абхазском, коверкая слова произносит:
- Сдаем па трыста рублеу.
Народ начинает залазить в сумки, барсетки, пакеты и доставать оттуда российскую валюту нужного количества.
Мой товарищ поднимает руку, как в школе, и громко спрашивает:
- Я, конечно, извиняюсь! А за что эти деньги?
Зеленые береты Абхазии переглянулись между собой, и первый оратор вылупившись на моего товарища опять произносит:
- Экосбор! Ф ползу природы!
А второй бородач уже начал экосбор с головы автобуса. Первый пристально смотрит, чтобы не дай Бог не пропустить оплату.
Доходит очередь до моего товарища.
Он отдает требуемую сумму, ждет несколько секунд, и когда второй погранец начинает от него отходить, предъявляет:
- А чек!!!
Оба борца за природу поворачиваются к нему, и в полной тишине автобуса слышен звук работы слабенького процесса пентиум в головах "экологов".
Через некоторое время оперативная память абхазского справилась с объемом информации, и первый "эколог", для чего-то схватившись за автомат, наклонившись над Димоном, жестко ему говорит:
- Эээ, ти что, самий умный, да? Сийчас пишком пойдешь! Абратно в Россию!
Димон поднял перед собой руки в знак смирения, погранцы - экологи, поимев с автобуса мзду, вышли на Абхазское солнце. Ждать следующий автобус с лохами туристами!

Гладиолусы в канаве

С некоторых пор понял, что пить на работе это зло. А именно, когда стал инженерно - техническим работником, и понял, что теперь я отвечаю за своих подчиненных. И что за каждого пьяного, и не дай Бог из-за этого поломанного, порезанного, ушибленного отвечать буду я. А если, опять же не приведи Господь - смертельный исход, то административкой здесь уже не отделаешься, светит реальная отсидка со всеми вытекающими отсюда.
Было время, работал я в гостиничном бизнесе главным инженером.
И было у отца три сына меня в подчинении аж 11 человек.
Из них пьющих (сильно) было трое.
Двое разнорабочих были сильно приближены к директору гостиницы ( они за одну зарплату пахали и в гостинице, и на его личной фазенде), а один столяр.
Столяр почти сразу, после двух моих устных предупреждений, написал бумагу и ушел за Клинским. по собственному.
А вот перевоспитать приближенных у меня не получалось (у них была крыша, которая на меня сильно давила).
Тогда я стал просто изымать у них бухло.
Заходил в бытовку, видел что пьют водку и забирал ее. Забирал не насовсем, а с тем, что выдам изъятое в пятницу, в 16.45. Т.е. за пятнадцать минут до окончания рабочей недели.
Близкие бузели, жаловались директору, но на мое удивление он меня поддержал, и даже одобрил такое решение.
Иногда у меня в сейфе к пятнице копилось до пары литров разнокалиберного алкоголя.
В пятницу около двери моего рабочего кабинета, начиная с половины пятого стояла дежурная двойка "особо приближенных" страждущих. Надо было видеть с каким удовольствием они получали конфискат, и уходили в закат.
Со временем моя тактика принесла пользу, и по гостинице перестали бродить нетрезвые зомби - разнорабочие, и бывали недели, когда мой сейф пустовал (а может стали лучше прятать).
Через год мой контракт закончился, и продлевать его со мной не стали.

Спиночес

Был у меня в жизни отрезок, когда я работал главным инженером в гостинице, или в цитадели разврата, как выразилась моя супруга, когда я туда устроился.
Ну так вот.
Рулил ентой цитаделью блуда и разврата властный деспот по фамилии, которую я вам, конечно же, не скажу. Если кто себя узнает - не серчайте.
Была у него фишка - здоровый образ жизни, а точнее - волейбол по четвергам.
И по четвергам, после работы, он собирал большую часть сотрудников гостишки на принципиальный матч. С одной стороны (всегда) играла его команда из, собственно его родного сына от первого брака, его водителя (дальнего родственника директора) с супружницей, егойного зама, и завхозом своей нынешней жены, которая рулила сетью хозяйственных магазинов (в то время). Сейчас она сдает помещения бывших магазинов всяким там "пятерочкам", и "магнитам".
С другой стороны собиралась прочая шелупонь, типа остальных инженерно - технических работников, прочей обслуги и других желающих.
Про то, что он не умел проигрывать, и лишал всяких ништяков победителей, я рассказывать не буду (хотя уже рассказал).
После выигранных его командой матчей, он широким жестом приглашал всех (даже проигравших) в хамам (это турецкая баня такая) который находился на цокольном этаже гостиницы, и был отдельной гордостью директора. Там он разрешал челяди мыться, пить и закусывать за хозяйский счет. После проигранных его командой игр - все шли на хуй!
Рулил хамамом заместитель директора хитрый татарин Рамис (имя подлинное, скрывать не буду).
Рамис был очень предан хозяину, почти как Доби. А хули нет, если он на халяву жил в гостинице в двухкомнатном полулюксе, на халяву питался в гостиничном ресторане - кафе, и имел прочие привилегии.
Одной из привилегий, как он считал, это было потереть мочалкой хозяину спину после занятий волейболом.
Эту свою привилегию он защищал всеми возможными методами. От полного прилипания к директору, до откровенного хамства, типа: те че надо,; я сам; ты не умеешь как он любит; мой хамам - че хочу , то и творю и т.д.
Может он, конечно, прикрывал хозяина со спины, следуя каким-нибудь договоренностям, а может и в чем-нибудь другом дело, но факт остается фактом - только нежные руки Рамиса могли отмыть натруженную спину хозяина.
Чем закончились их отношения я уже не застал: после года по договору, я благополучно ушел в никуда, ибо на волейбол, как и в хамам я ни разу не ходил, и директору это очень не понравилось.