Chermet177

С дочкой-дошкольницей у нас игра такая - сочинять по очереди строчки к абсурдным стишкам.

Первый придумывает строчку, второй продолжает стишок второй строчкой и придумывает теперь еще одну и так далее.

В основном, стишки получаются весёлые.

Но в этот раз что-то пошло не так:

Дочь: Мышка скачет ловко-ловко

Я: Только лишь до мышеловки.

Я: Ляжешь ты в коробку, мышка,

Дочь: Мы закроем тебя крышкой.

В первый раз увидел ее, когда ездил в летний лагерь в одном из старших классов. Кудрявые светлые волосы до пояса, голубые огромные глаза, аккуратный, слегка курносый носик. Она скромно стояла рядом с другими девушками, шумными и смелыми, громко обсуждающими что-то. Видно было, что ей неуютно в их компании. Тоненькие ручки обхватили друг друга чуть ниже пояса. За все время она не произнесла ни слова, только изредка улыбалась краешком губ.

Я влюбился моментально. В эти длиннющие ресницы, в маленькие ушки с сережками-гвоздиками, в это хрупкое и беззащитное создание. Я тогда даже и думать боялся о том, чтобы подойти поближе.

Смена уже подходила к концу, поэтому так и не заговорил с Ней. После смены, вернувшись домой, я не провел ни дня без того, чтобы не думать о Ней. Засыпал с мыслями о Ней, просыпался. И думал: где-то там есть Она.

А, наверное, через месяц встретил знакомого, с которым были в одном отряде в лагере и он сказал, что через недельку отряд собирается встретиться у кого-то на квартире. Конечно я согласился прийти повидать ребят, с которыми провел такое замечательное время. Я тогда и предположить не мог, что моя белокурая тоже будет там. Сердце заколотилось, когда я увидел, что она пришла с двумя своими подругами. Я не знал, куда себя деть. Она была безумно красива, на нее было больно смотреть. С этой секунды я не видел и не слышал ничего, что происходит вокруг. Мы были за одним столом. Ее подруги снова шумели и смело общались с другими ребятами. Моя же родная не пользовалась вниманием других парней, была скованная и тихая. Я не мог понять, КАК вообще можно смотреть в чью-то еще сторону, кроме Нее? Но мне было это только на руку, иначе я не представлял, смогу ли я пережить, если Она заговорит с другим, или, не дай бог, улыбнется другому.

Но вечер продолжался, все ходили из комнаты в комнату, курить на балкон. Потерял я Ее из виду. Было уже довольно поздно, и совсем скоро все станут расходиться. Я принял решение сделать это. Найти Ее и заговорить. Только при мысли об этом стучало в висках и кружилась голова. И дело было не только в алкоголе. Я решился и пошел Ее искать. Спросил одну из девушек, с которой Она пришла, и та ответила, махнув в стороны одной из комнат: "По-моему там, с Димой".

С Димой? Она говорит с ним? Дима был очень недалеким парнем, грубым и неопрятным. Он всегда был в центре компании, активный, настоящий альфа. Когда смеялся, у него обнажались кривые, желтые от табака зубы. А смеялся он громко, и чем тупее была шутка, тем громче.

У меня в голове вообще не вязался образ моей ненаглядной и этого чурбана. Они в принципе не могут находиться в одном месте, такие разные образы двух этих людей.

Я аккуратно приоткрыл дверь в комнату и в темноте не увидел никого. Там было пусто и тихо. Но сбравшись уходить, услышал какой-то шорох у шкафа. Сделав шаг в комнату, увидел, что на полу расстелена какая-то одежда и там кто-то копошится. Присмотревшись к темноте, увидел скачущий голый волосатый зад и пьяное пыхтение Димы. Дима был в одних носках. Среди груды одежды на полу, из-за плеч Димы виднелись белокурые пряди длинных волос.

Эти грязные потные носки на его огромных ногах. А рядом маленькая белая ножка.

Эти грязные потные носки. С которыми он залез ко мне в самую душу.