Хз как живут люди работающие в менее денежных отраслях, но я подбил статистику 20 лет работы в нефтянке и натурально охуел

2005 год я зарабатываю 28000 рублей или 1000 долларов тойота камри новая стоит в теории около 700 000

2010 год я зарабатываю 90000 рублей или 2900 долларов камри 900 000

2015 год я зарабатываю 180000 рублей или 3000 долларов - камри 1 100 000

2020 230000 или 3200 - камри 1 700 000

2025 520000 или 6000 камри 4 500 000

Кто уже 20 лет отработал, может у вас по другому, но я повторюсь в ахере с того, что каждые 5 лет я повышался в должности, рвался зарабатывать больше и при этом не могу себе позволить ничего нового особо за 20 лет. Как отдыхал в условном Египте с семьёй так и отдыхаю. Более того в середине десятых мой уровень жизни субъективно был выше.

Афигенный рост в стране похоже

Вот это я понимаю — «БДЫЩ!»

Если вы переживаете про неудачные решения, когда-либо принятые в вашей жизни, то не переживайте — даже крупные профессионалы могут облажаться так, что вызвать одним неосторожным поступком техногенную катастрофу.

🇺🇸В США в штате Луизиана есть такое озеро Пенёр (от фр. Peigneur), расположенное неподалёку от города Нью-Айбирия. До ноября 1980 года озеро Пенёр было пресноводным, занимало площадь около 5 квадратных километров и имело среднюю глубину 3,3 метра.

В общем, оно всю жизнь было пресноводным неглубоким озером, популярным среди отдыхающих, до тех пор, пока из-за техногенной катастрофы 20 ноября 1980 года не была полностью изменена окружающая озеро экосистема.

Чтобы не пропустить другие интересные и полезные посты, подписывайтесь на мой фирменный телеграм-канал с авторской аналитикой и инвест-юмором.

💥Одно неверное действие

В ноябре 1980 года команда буровиков корпорации Wilson Brothers Corporation, которую нефтегазовая компания «Texaco» наняла для разведывательного бурения, вела поиск нефти под дном озера.

20 ноября из-за ошибки в расчётах координат бур на глубине около 400 метров попал точно в свод шахты, с помощью которой Diamond Crystal Salt Company разрабатывала соляной купол под озером.

⛏️Соляная шахта представляла собой сеть тоннелей 30 метров шириной и 24 метра высотой, общей протяженностью около 50 км. Потолок шахты поддерживали оставленные для этого соляные столбы.

По одной из версий, ошибка нефтяников в расчётах составила всего 0,6 метра — этого оказалось достаточно, чтобы бур пробил стену соляной камеры. Вода быстро размыла 35-сантиметровое отверстие и ринулась вниз.

Пресная вода из озера устремилась в шахту, растворяя соль со скоростью 3 тонны в секунду. Уже к утру 21 ноября буровая установка стала угрожающе наклоняться.

🌪️Всё засосало в черную дыру

И дальше начала развopaчиваться цепь поистине невероятных событий:

😱В озере Пенёр сформировался гигантский водоворот, достигший 55 метров в диаметре, который засосал буровую установку (высотой с 15-этажный дом), 11 барж, буксир, док, остров с ботаническим садом (!), дома и грузовики.

Один из рыбаков, рыбачивший в это время на озере на лодке, оказался в зоне действия водоворота, однако смог выгрести на отмель, привязать лодку к дереву и оказаться в безопасности.

В это время под землёй, в шахте, где рабoтали более 50 человек, сначала начался сильнейший ветер от потока воздуxа, а затем внутрь хлынула вода. Благодаря слаженным действиям и героизму оператора лифта, все шахтёры были эвакуированы буквальнo за минуты до прибытия потока.

Под давлением потока воздуха в шахте из её ствола взметнулся гейзер из воды и породы высотой около 120 метров.

🌀Река повернула вспять

Всего за три часа из озера ушло больше 13 миллионов (!!!) куб. метров воды. Вся география места необратимо изменилась. Озеро было связано каналом Делькамбр с находящимся в 20 километрах Мексиканским заливом. Когда Пенёр стало быстро мелеть, уровень воды в Делькамбре упал на метр, и солёная вода потекла вспять, заполняя гигантскую полость в пустеющем озере в течение 21-24 ноября.

На месте этой полости возник огромный 50-метровый вoдопад, где океанская вода впадала в озеро. Через два дня, когда шаxта полностью заполнилась, 9 из 11 поглощенных барж вынырнули обратно на поверхность, вытолкнутые сжатым воздухом.

🤯А самое удивительное: во время катастрофы НИКТО из людей не пострадал. Все 55 рабочих шахты сумели выбраться на поверхность за минуты до того, как вода заполнила своды шахты. Персонал буровой платформы покинул её перед тем, как её засосало в воронку.

🌊Последствия катастрофы

Экосистема озера изменилась до неузнаваемости — пресную воду заменила солёная из канала. Сменились представители флоры и фауны — появилась удивительная смесь морских видов растений и животных. Максимальная глубина озера Пенёр выросла до 396 метров — в 100 раз!

Компания, которой принадлежал соляной рудник, подала в суд на бурильщиков, а офигевшие (мягко говоря) от таких приколов местные жители — и на тех, и на других.

Фирме-заказчику «Texaco» и подрядчику «Wilson Brothers» пришлось выплатить 32 миллиона долларов за уничтоженный рудник и 12,8 миллиона долларов местной общине за нанесённый экологический урон. Соляная шахта была окончательно закрыта в декабре 1986 года.

🎯Подытожу

В 1994 году компания AGL Resources начала использовать соляной купол под озером для хранения 27 млрд кубометров природного газа, и экосистема снова под угрозой. Но бизнес есть бизнес.

По-моему, история поразительная, и её вполне можно примерить на нашу жизненную и денежную рутину. Неудачи в бизнесе и на бирже неизбежны, даже у самых опытных игроков. Главное — не паниковать, иметь стратегию защиты и учиться на каждой «техногенной катастрофе» своего инвест-портфеля.

Как озеро Пенёр стало глубже и обрело новую экосистему, так и ваши инвестиции могут после кризиса стать более устойчивыми и прибыльными, если вы будете делать правильные выводы и ВНИМАТЕЛЬНЕЕ относиться к тому, на какие кнопки в брокерских приложениях тыкаете. Совет от меня: лучше тыкать с умом и пореже😎

👉Подписывайтесь на мой телеграм или Макс — там интересные исторические факты, все обзоры, подборки, качественная аналитика, новости и инвест-юмор.

Есть люди, которые не просто делают карьеру и добиваются успехов, а меняют ландшафт целой страны. Герой Соцтруда Виктор Иванович Муравленко из этой редкой породы. Этот человек превратил непроходимые болота Западной Сибири в главную нефтяную кубышку СССР, построил города там, где раньше шумела глухая тайга да болота, и создал мощную индустрию в условиях, близких к экстремальным. Его называли "нефтяным маршалом Сибири" и звание это он получил неспроста. А сегодня в его честь назван город в ЯНАО - 30-тысячный Муравленко:

Виктор Иванович родился в 1912 году в станице Незамаевской на Кубани, в семье казака-фельдшера. Казалось бы, начало XX века, сельский быт, медицина, какая тут может быть индустрия? Но он с юных лет почувствовал тягу к технике. Уже в 18 лет он начал свой трудовой путь мотористом на нефтяных промыслах Чечено-Ингушетии, четко понимая, что свяжет свою жизнь с чёрным золотом.

Параллельно с работой он грыз гранит науки. В 1936 году окончил Нефтяной институт в Грозном, получив диплом инженера по бурению, и сразу же окунулся в реальную работу в "Бакнефти". Баку 30-х годов был эпицентром советской нефтянки, жесткой, но эффективной школой жизни. После института Муравленко отслужил в Красной Армии, прошел школу командиров и демобилизовался лейтенантом. Этот микс из инженерного образования и армейской закалки впоследствии позволит ему эффективно рулить огромными коллективами в условиях, максимально приближенных к боевым.

Вернувшись из армии, Муравленко отправился работать мастером в трест "Сызраньнефть" в Среднем Поволжье. Там как раз разворачивалась грандиозная стройка "второго Баку", масштабный проект между Волгой и Уралом. Инженер-комсомолец возглавил молодежную бригаду, которая под его чутким руководством в срок пробурила скважину, давшую одну из первых партий промышленной нефти в регионе. Молодой спец не просто руководил, он был фанатом своего дела: постоянно экспериментировал, разгонял роторы, бурил на высоких скоростях, полностью погружаясь в технические задачи.

В 1940 году Муравленко отправляют на Сахалин, где он до 1946 года успел побывать директором конторы бурения, начальником разведки, главным инженером треста и начальником отдела добычи. В те времена ссылка на Сахалин могла означать что угодно: от опалы до особого задания партии. В случае Виктора Ивановича это было скорее второе: его отправили "для нужд нефтяной отрасли".

В Великую Отечественную на фронт его не пустили, оставив ковать победу в тылу. Пока на западе страны шли боевые действия, Муравленко качал нефть для танков и самолетов. Именно в сахалинских условиях он прокачал скилл принятия решений в тотальном хаосе и дефиците ресурсов, когда надеяться можно только на себя и свою команду.

После войны Муравленко вернулся на материк. С 46-го он управлял конторой бурения, потом трестом "Ставропольнефть", а в 1950-м возглавил мощное объединение "Куйбышевнефть". Под его началом освоили Мухановское месторождение, жемчужину Поволжья. Он активно внедрял передовые технологии: турбинное, наклонное и кустовое бурение. Это была настоящая техническая революция, ну а Муравленко был её локомотивом.

К концу 50-х он уже стал серьезным отраслевым руководителем: с 57-го по 60-й руководил нефтегазом Куйбышевского совнархоза, а с 63-го всем нефтедобывающим управлением Средней Волги. Именно здесь он заработал репутацию человека, который может совмещать инженерный перфекционизм с талантом организатора. Ленинскую премию 1966 года ему присудили, например, за научное обоснование и внедрение блоковых систем разработки месторождений, которые позволили качать нефть в Поволжье еще эффективнее.

Осенью 1965 года в советской нефтяной отрасли случилось событие огромного масштаба. Постановлением от 3 сентября за подписью А.Н. Косыгина Муравленко сняли с места в Средне-Волжском совнархозе и поставили начальником "Главтюменнефтегаза".

Перед ним открылась панорама, от которой любой нормальный управленец опустил бы руки. Гигантские просторы тайги и бескрайние болота, по площади как пять Франций. Индустриальной базы ноль. Городов нет, даже крупных сёл мало. Только глухие деревушки и охотничьи заимки, затерянные в лесу. Нормальных дорог тоже мало, только лес и болота глубиной с Марианскую впадину... Именно в таких условиях в последние несколько лет трудились геологи и бурильщики, открывшие в Югре колоссальные месторождения.

Но Муравленко смотрел на это философски. "Только при поверхностном взгляде у нас проблема чисто техническая, - говорил он. - На самом деле это социально-нравственные проблемы. Победить эту землю одной техникой без силы духа, без творческой мысли нельзя". С первого дня он начал нарезать круги на вертолете, изучая местность, болота и прикидывая, как подступиться к будущим месторождениям. В его новую команду потянулись лучшие спецы со всего Союза: буровики, добытчики, геологи и строители из Куйбышева, Татарии, Башкирии и Баку. Муравленко обладал уникальным даром находить таланты и удерживать своим авторитетом.

В 1965 году геологи Мегионской экспедиции под руководством Абазарова нашли Самотлор - о нём был отдельный пост, но я немного перескажу. В июне скважина выдала фонтан чистой нефти в тысячу кубов за сутки. Трубы грелись от напора, пласт был просто бешеным. Самотлорское месторождение оказалось одним из крупнейших на Земле!

Но как это разрабатывать? Самотлор это по факту огромное болото, заросшее тиной, гигантская трясина, где можно утонуть вместе с техникой в два счёта. Мрачный лес, зыбуны, тучи гнуса летом и дубак зимой. Обычные методы здесь попросту не работали. Инженеры сначала хотели либо осушить всё, либо строить специальные эстакады для добывающей техники. Но осушение грозило пожарами, а эстакады это долго и дорого.

Муравленко принял революционное решение: сыпать искусственные острова прямо в озере-болоте и ставить на них буровые. Это была инженерная дерзость, которой в мире ещё не видели. Так и появились так называемые "кусты", указателями на которые и сейчас полны югорские автодороги.

Чтобы добраться до места, сначала прокладывали лежневки, зимники или "снегурочки" - дороги изо льда, присыпанного землей, которые не таяли даже летом. Чтобы пробить трассу Тюмень - Сургут через Салымские болота, строителям пришлось насыпать 70-километровую дамбу и уже на неё класть рельсы.

Виктор Иванович назначил Романа Кузоваткина главным по "Мегионнефти" и поставил задачу освоить Самотлор. Чтобы вывести месторождение на проектную мощность за десять лет, нужен был город на 100-150 тысяч человек. Таким вот образом Муравленко с Кузоваткиным вложили кучу сил в строительство Нижневартовска. Логика была простая: город нужен для добычи, а сама добыча - это смысл существования города. Сегодня Вартовск, к слову, приближается к 300 тысячам человек населения.

Муравленко никогда не переставал быть инженером. Все его придумки стали базой для скоростной разработки сибирской нефти и газа. Он лично создавал новые модели буровых, придумывал передвижные основания, способы зимнего строительства дорог и методы разработки хитрых залежей. В 1972 году ему присвоена Государственная премия СССР - за разработку и внедрение комплекса технико-технологических и организационных решений, обеспечивших в сложных природно-климатических условиях высокие темпы разбуривания нефтяных месторождений Западной Сибири и ускоренное создание нового газодобывающего района.

Параллельно он думал о будущем региона глобально. Его контора финансировала строительство взлёток, аэропортов и улучшение жизни лётчиков. Между тем, авиация в Западной Сибири тех лет являла собой буквально главный способ перемещения, без вертолётов ни одно месторождение не заработает. Также Муравленко приложил руку к созданию Тюменского индустриального института, понимая, что кадры надо растить на месте, а не возить вахтой. Таким образом, три кита нефтяной отрасли Тюменского севера - это кадры, техника, инфраструктура, и ко всему этому Муравленко приложил руку.

Его девиз, который помнят соратники, звучал так: "Руководство людьми, а не тоннами, кубометрами, процентами".

Результаты говорят сами за себя. В 1971 году на Самотлоре насыпали первый искусственный остров и впервые в мире выкачали 100 с лишним миллионов тонн нефти за год на одном месторождении. Этот рекорд до сих пор никто не побил. К 1977 году "Главтюменнефтегаз" доил 28 месторождений, включая такие гиганты как Мамонтовское, Федоровское и Усть-Балыкское. Общая добыча в области достигла 211 миллионов тонн. С нуля до 211 миллионов за 12 лет - это исторический рекорд, как-никак, превративший СССР в нефтяного гиганта!

15 июля 1977 года Виктор Иванович скончался в Москве в возрасте 64 лет. По свидетельствам современников и коллег, смерть настигла его во время тяжёлого делового разговора с московским начальством. Министерство постоянно требовало наращивать добычу любой ценой, а Муравленко выступал за технологические режимы и бережное отношение к пластам. Это противоречие, по сути, сопровождало Виктора Муравленко весь последний период жизни.

В Западной Сибири он прожил 12 лет. За это время здесь открыли 29 крупнейших месторождений, добыли горы нефти, построили города, дороги и школы. Это был его личный вклад в историю нашего региона.

Смерть Муравленко вскрыла важный момент: он был не просто начальником, а живой системой сдержек и противовесов, удерживающей баланс между требованиями плана и законами геологии. После него объединение возглавил Феликс Григорьевич Аржанов, его бывший зам, но даже он не смог удержать ситуацию.

Москва требовала гнать план любой ценой. На Самотлоре начали в огромных объемах закачивать воду в пласты, чтобы поднять давление, забив на расчеты. В 1980 году вышли на пик - 159 миллионов тонн нефти за год. Казалось бы, EPIC WIN, но на деле это была точка невозврата. После пика начался обвал. Пласты обводнились, и добыча сильно снизилась. Если в 80-м Самотлор давал 159 млн тонн, то в 96-м - всего 16,74. Падение в десять раз за 15 лет!

Соратники Муравленко прямо говорили: всё начало ухудшаться, когда исчез контроль. Сегодня доля воды в добыче на Самотлоре выше 90%, а запасы выработаны на 70%. Это прямое следствие той гонки за показателями...

Имя Муравленко сегодня вписано в карту страны жирным шрифтом. В его честь назвали целый город (с которого и начался пост), месторождение, горный перевал, буровое судно, НИИ, школу и борт авиакомпании UTair. Вишенкой на торте стало присвоение его имени аэропорту Нижневартовска в 2019 году. И это символично, ведь именно Муравленко в свое время вливал бюджеты в строительство аэропортов по всей Югре и повлиял на развитие Нижневартовска. Один из преемников Муравленко, Валерий Грайфер, сказал: "В каждой капле тюменской нефти есть сердце Муравленко".

Ну а главный урок, увы, не усвоенный при жизни Виктора Ивановича, можно сформулировать так: нефть можно добыть быстро, но потерять её можно ещё быстрее, если не слушать тех, кто понимает, как нефть устроена. Такие дела!