Элиан вошёл в аудиторию, и его взгляд сразу упал на каменный постамент, стоящий в центре, на котором под стеклянным куполом, стояла свеча. Он на мгновение задержал взгляд на ней, затем перевёл его на дальнюю стену, где за длинным столом сидели члены приёмной комиссии.

Марек был там, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась едва заметная настороженность. Рядом сидели Корнелиус Ардент и магистр Оливия Рейн - друзья с которыми профессор познакомил Элиана сразу по прибытию в Чертоги. Рядом с ними сидели трое незнакомцев, должно быть это Артур Вейт, директор Чертогов, Вивиан Стоун заведующая факультетом инженерии, и заместитель директора - Элиас Грей.

- Молодой человек, ваша задача - зажечь свечу. Снимать купол нельзя. - произнёс Элиас Грей.

Элиан подошёл к постаменту, некоторое время внимательно смотрел, изучая его, после чего кивнул головой, словно в мыслях уже решил эту загадку. Юноша протянул руку и коснулся купола, заставив стекло рассыпаться. После этого Элиан достал спички и просто зажигает фитиль.

- Вы должны были зажечь свечу, а не ломать конструкцию. — заметила декан Вивиан.

- Значит вам следует конкретнее формулировать задачу. - ответил Элиан и восстановил купол вокруг свечи. Свеча продолжила гореть внутри купола.

Элиан повернулся к комиссии и слегка склонил голову.

- Задание выполнено?

В аудитории повисла тишина. Кто-то из присутствующих едва слышно выдохнул. Марек молча кивнул в сторону двери сбоку. Элиан ещё раз поклонился комиссии и покинул аудиторию.

Он прошёл небольшим коридором, стены которого были увешаны портретами - большинство написаны маслом, тяжёлые рамы, серьёзные лица. Ближе к концу стены появились фотографии: чёрно-белые, чуть выцветшие, с аккуратными подписями под ними. Коридор заканчивался распахнутыми дверями, за которыми открывался просторный зал с рядами стульев, выстроенных перед массивной деревянной кафедрой.

В дальнем ряду сидел Богдан. Элиан поймал себя на мысли, что готов был увидеть кого угодно, только не его. Но чего он ещё ожидал?

Богдан не слишком нравился Элиану - он слишком много подражал Родиону. А Родион - тот ещё хер беспринципный. Прочитать его не стоит ни малейшего труда. Элиан был Куклой лишь для учеников - они его боялись, и он мог их понять. Родион же считал куклами абсолютно всех, не только детей Приюта. И своим Кирианом он засрал весь мозг Богдану.

«Вот бы хоть кто-то внятно объяснил, кто такой этот Кириан», - подумал Элиан, вздохнул и нехотя направился к Богдану.

- Интересное у вас испытание! - Элиан постарался улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

- Простое испытание, - холодно ответил Богдан, не поднимая глаз, - любой маг справится.

- Вот ты прям душишь разговор, пацан! - Элиан слегка толкнул Богдана в плечо и засмеялся, но в смехе не было веселья. - Ладно, не обижайся! Разбуди, как станет интересно.

Он откинулся на спинку стула, слегка наклонив голову вперёд, закрыл глаза и...

«Уснул?» - подумал Богдан. Он почувствовал облегчение, не придётся больше разговаривать с Куклой. Но в его голове засел вопрос, который не давал покоя: видел ли он до этого, чтобы Кукла спал после пробуждения метки?

Глаза Элиана были закрыты, но он не спал. Он слушал, как в зал заходят всё новые ученики. Он слушал их метки.

Сначала вплетались мелодии Анимы - лёгкие, полные жизни, похожие на дыхание ветра в кронах деревьев. Затем к ним присоединялись ритмы Террургии - более грубые, размеренные, как шаги по каменистой земле. Это были самые древние и распространённые типы магии, как говорил профессор Марек. Их голоса сплетались в привычную, почти успокаивающую какофонию.

Но внезапно сквозь этот шум пробилась тонкая, почти невесомая нота - мелодия Эфира. Элиан на мгновение задержал дыхание. Лиана? Нет, её метка звучала иначе.

Элиан продолжил слушать. Появлялись новые Эфирные метки, одна за другой, но основной хор по-прежнему принадлежал Аниме. Их голоса сливались в мощную, почти подавляющую волну, заглушая остальные. Но внезапно эта волна дрогнула.

Одна мелодия выделилась из общего потока. Она звучала иначе - не как все.

Элиан открыл глаза. Мелодии стихли. Он смотрел на девушку, которая только что вошла в зал. Она была хорошо одета, держалась прямо и уверенно - явно из благородной семьи. Её шаги были лёгкими, но в них чувствовалась твёрдость.

Это точно была она.

Метка этой девушки звучала необычно. Это была метка Анимы - аккуратные, тонкие растительные узоры покрывали все видимые участки тела. Но что-то в них было иначе. Элиан чувствовал, что за этим узором скрывается что-то большее, что-то, что не укладывалось в привычные рамки. Ему очень хотелось взглянуть на её метку поближе.

Но он не поднялся с места. Он уже и так слышал слишком много страха, неуверенности и тревоги вокруг. Он закрыл глаза и продолжил ждать.

Богдан непрерывно смотрел на Элиана.

Он видел, как глаза Куклы вспыхнули, когда тот смотрел на благородную девушку. Снова. Это был уже не первый раз. Богдан не понимал, почему никто больше этого не замечает.

«Почему этого не видит профессор Марек?» - этот вопрос мучил его больше всего.

Матушки Аглая и Милана не маги - они могли не видеть свет в глазах Куклы, особенно Аглая - она слишком любила всех детей, даже…

Кириана.

Но профессор Марек слишком доверительно общался с ним, подыгрывал ему, называл его Элианом, будто это было его настоящим именем.

«Элиан - что за имя такое дерьмовое! Почему профессор его так называет? Он - Кукла.»

Богдан не отводил взгляда. Он помнил, как однажды ночью в купе, когда все спали, он увидел, как глаза Куклы тускло сияли во тьме. Кто-то чужой смотрел через них на спящего профессора Марека.

Богдан не спал тогда. Он видел.

«Он смог обмануть даже учителя Родиона!» - думал Богдан, вспоминая тот день в Приюте, когда он впервые заметил чужой взгляд в глазах Куклы.

Тогда он решил поговорить с Родионом. Мальчик был удивлён, что доктор ничего не видел, но Родион выслушал все его наблюдения - внимательно, не перебивая. Богдан подробно запомнил каждый случай, когда в глазах Куклы появлялся тот холодный свет.

- Ты говорил с профессором об этом? - спросил тогда Родион.

- Нет. Кукла постоянно рядом. И если честно… - Богдан замолчал, собираясь с мыслями. - Мне кажется, он мне не поверит.

Родион некоторое время молчал. Его лицо оставалось холодным, но по взгляду было видно, что он размышляет.

- Ты правильно сделал, что обратился ко мне, Богдан. - Он прервал молчание, и его голос звучал ровно, без эмоций. - Я верю тебе потому, что тоже вижу в Кукле угрозу. Марек находится в опасности, и ты тоже. Дам тебе один совет: хочешь жить - провали вступительное испытание.

Богдан растерялся. Он не ожидал услышать таких слов.

- О чём вы говорите, учитель Родион?

Родион посмотрел на него внимательно, почти изучающе.

- Ты способный молодой человек, Богдан. Думаю, ты догадываешься, чей взгляд ты чувствуешь, когда глаза Куклы начинают светиться.

Богдан тихо ответил:

- Кириан.

- Это лишь моя догадка, - сказал Родион, - но если я прав, нас ждёт повторение катастрофы. Я должен защитить Приют от последствий.

- А кто защитит профессора?

Родион не ответил.

- Учитель, я должен поехать в Чертоги. Если я не позволю Кириану всех обмануть, мы ведь сможем защитить и Приют и профессора?

Мужчина молча смотрел в окно, и Богдан видел, как его лицо становится ещё более непроницаемым. Затем Родион наклонился к нижнему ящику стола, достал старую фотографию и протянул Богдану. Юноша взял её и всмотрелся: на снимке были маги в форме выпускников Чертогов - около двух десятков лиц, молодых и серьёзных.

- Помимо магов, нас тогда было множество преподавателей и опытных выпускников. - сказал Родион. - Все они не смогли остановить Кириана. Из людей на этом фото - я выжил один. Если подобное повторится, ты ничего не сможешь сделать, Богдан. Тебе не зачем рисковать.

Родион замолчал, ожидая реакции. Но на лице Богдана не было страха. Ни тени сомнения.

Родион видел в нём своё отражение.

В тот вечер они решили: Богдан продолжит следить за Куклой, не будет лезть на рожон - только наблюдать и докладывать обо всём учителю.

Мысли Богдана прервал звук шагов из коридора.

Лиана подошла к постаменту, на котором стояла свеча под стеклянным куполом. Задание было тем же, что и для всех - зажечь свечу, не снимая купола. Девушка не торопилась. Она закрыла глаза и прислушалась - не к звукам, а к тому, что осталось в этом пространстве. Эфирная магия позволила ей почувствовать, как свеча ждала своего часа, как воск застывал в форме, как фитиль хранил память о будущем огне.

Лиана протянула руку и коснулась стекла. Она не пыталась пробить его магией. Она просто попросила свечу вспомнить, как гореть. Пламя зажглось без искры, без тепла, без видимого источника. Оно просто появилось - мягкое, ровное, как будто свеча всегда горела и ждала, когда её заметят.

Лиана открыла глаза. В аудитории было тихо. Она не нарушала правил - она просто напомнила свече её предназначение. Девушка повернулась к комиссии и слегка склонила голову.

- Задание выполнено. - произнёс профессор Марек, еле заметно улыбнулся Лиане и кивнул на дверь сбоку.

Лиана зашла в помещение, где уже собралось множество учеников. Она сразу заметила Элиру - девушка уже шла навстречу, сияя улыбкой.

- Я в тебе нисколечко не сомневалась, подруга! Уже заждалась!

Лиана улыбнулась в ответ, но не успела ничего сказать - её перебил голос Элиана.

- Рад видеть тебя снова, Лиана. - Элиан улыбнулся теплее, чем обычно. - Думаю, профессор был счастлив - его верный слушатель останется с ним.

- Да, он точно был счастлив этому.

Элира перевела взгляд с Лианы на Элиана и удивлённо произнесла:

- Ты знаешь этого старикашку?

Элиан на мгновение замер, явно сбитый с толку.

- Ты меня назвала старикашкой?

- А кого же? Только у тебя с метки песок сыпется!

- Какая забавная у тебя подруга, Лиана! - усмехнулся Элиан.

- Её зовут Элира, - Лиана обернулась к девушке, указывая на Элиана, - а это Элиан и…

- Богдан. - Элира перебила её, шагнув вперёд и обращаясь к юноше, стоящему позади Я помню тебя! Ты стал таки Террургом, как предвидел Марек?

- Здравствуй, Элира Вентресс. Всё именно так. - Богдан слегка поклонился, сохраняя спокойствие.

- Можешь звать меня просто по имени! - улыбнулась Элира. - Мы же будем вместе учиться!

Лиана переводила взгляд с одного на другого.

- Вы знакомы с Богданом? Откуда?

- Я с отцом иногда приезжала в Приют Спящих. — Элира махнула рукой, словно это было пустяком. — Мы не слишком много общались, Богдан постоянно учился.

Богдан слегка покраснел, пока она говорила о нём. Лиана заметила это, но не подала виду.

- А вот этого старикашку я не помню! - добавила Элира, указывая на Элиана.

- Я был не слишком разговорчивым. - Элиан изучающе обвёл Элиру взглядом.

Он хотел что-то добавить, но их прервали.

- Элира! Снова с кем-то ссоришься? - к компании приближался Дарен. Он старался улыбаться, хоть и выглядел встревоженно.

- Нет! Я встретила старого знакомого. - Элира взяла под руку Богдана. - Дарен, знакомься - это Богдан, он ученик Марека.

- Приятно познакомиться. - Дарен пожал руку Богдану. Юноша повернулся и перевёл взгляд на Элиана, но тот заговорил первым:

- Какая у тебя интересная метка, Дарен. - Элиан изучающе смотрел на кисти, шею и лицо юноши. - Я таких ещё не видел. Ты Гальваник?

Все застыли в молчании.

- Позволь поинтересоваться, когда это ты мою метку успел увидеть? - голос Дарена звучал ровно, но искры начинали тлеть в его волосах.

- Так, сейчас смотрю. - Элиан указал на руки и лицо Дарена.

- Элиан, метка Дарена скрыта под одеждой. - тихо произнесла Лиана.

- У него на руках нет метки. - добавил Богдан.

- Отчего ей там не быть? - Элиан искренне удивился. - Метка же уже пробудилась!

- Не знаю, что ты там видишь, Ку… - Богдан поправился, - Элиан, но только у тебя метка занимает всё тело. А из нас метка видна только у Лианы.

- Вот оно как! - Элиан выглядел задумчивым, его глаза слегка светились. - Наверное, показалось! - он улыбнулся, но в улыбке была неуверенность.

- Однако ты прав. - Дарен поднял ладонь, и по его пальцам пробежали искры. - Я - гальваник.

На секунду повисла тишина, которую быстро нарушила Элира:

- Ну что ещё можно ждать от ученика Марека! - радостно произнесла она. - Наверное, так же и он видит, в каком ребёнке пробудится магия! Правда, Богдан?

- А? - Богдан слегка растерялся. - Никогда его об этом не спрашивал.

- Как так можно! Это первый вопрос, который я хотела ему задать! - неожиданно громко и оживлённо подключилась Лиана. - Как он видит, в ком пробудится магия?

- Так чего не задала? - с усмешкой произнёс Богдан.

- Да как-то растерялась. - засмущалась девушка.

Компания быстро переключилась на другие темы - воспоминания, сплетни, шутки. Элиан в основном молчал, но в этот раз Лиана могла уловить едва уловимый шёпот его эмоций. Ей казалось, что ему нравится слушать чужие истории: она слышала искреннее любопытство, интерес и удивление. Он словно забывал прятать свои чувства в этот момент.

Порой он оборачивался и улыбался, как будто понимал, что она слушает его. Каждый раз после этой улыбки его эмоции тонули в тишине.

«Как странно? Он и правда замечает? Что же он так бережно скрывает?»

Для Лианы это стало новой загадкой. Она могла услышать эмоции всей приёмной комиссии, но Элиана она услышать не могла.

Последний маг прошёл испытание и направился в зал ожидания, где тьюторы уже делили студентов на группы и уводили их в аудитории. Впереди их ждало знакомство с Чертогами Пробуждения, заселение в кампус и вечерний пир.

Члены приёмной комиссии сидели молча. Кто-то делал пометки, кто-то собирал вещи, погружённый в свои мысли. Тишина в аудитории была плотной, почти осязаемой. Корнелиус достал портсигар, протянул его Мареку. Мужчины закурили, и в воздухе поплыл лёгкий запах табака. Корнелиус заговорил первым, его голос звучал ровно, как будто он обсуждал погоду:

- Марек, нам надо обсудить вопрос безопасности. Я до сих пор разгребаю последствия инцидента с Кирианом. Наш отдел…

- Я не хочу говорить о Кириане. - слова Оливии прозвучали холодно и жёстко, как удар хлыста.

- Наш отдел ни на шаг не приблизился к пониманию того, как возникла область вакуума после магии Кириана. - Корнелиус не обратил на это внимания, продолжая, как будто не слышал её, Оливия сидела за столом, её пальцы сжимали край папки, но она молчала. - Более того, область увеличивается. Пока медленно, но никто не знает, что случится, если появится вторая такая аномалия.

Корнелиус замолчал и затянулся, давая словам осесть в воздухе.

- Я вложил немало денег в Чертоги и не…

Оливия резко поднялась из-за стола, опрокинув стул. Её голос прозвучал с той же холодной резкостью, но теперь в нём слышалась дрожь:

- Довольно! Я не собиралась говорить о Кириане, а о твоих деньгах и подавно!

Она схватила папку с листами и быстрым шагом покинула аудиторию, не оглядываясь. Дверь за ней закрылась с глухим стуком.

Корнелиус проводил её взглядом и, чуть помедлив, произнёс с лёгким упрёком в голосе:

- Уже столько лет прошло, а она всё никак не может взять себя в руки.

- Ты мог бы быть помягче. - ответил Артур, не отрываясь от записей.

- Я и так стал слишком мягок, раз позволил Мареку притащить Элиана в Чертоги. - Корнелиус усмехнулся, бросив взгляд в сторону профессора.

- Это не твоя мягкость. - нарушил молчание Марек, поднимаясь из-за стола. - Привести Элиана в Чертоги я обязан по закону. - Он затушил сигарету и направился к выходу. - Пойду поговорю с Оливией.

Корнелиус молча проводил его взглядом, и когда дверь за Мареком закрылась, произнёс с той же холодной иронией:

- Ведут себя так, словно это коснулось только их. Семья Ардент чуть не прекратила своё существование, пытаясь вытянуть Чертоги Ордума из болота.

- Кажется, мы договорились, Корнелиус, что в этот раз тебя не коснутся последствия моих решений. - Артур поднял голову от бумаг. - Элиас позаботится об этом.

- Благодарю тебя, Артур, - в голосе Корнелиуса звучала явная издёвка, - мне намного легче от мысли, что старый товарищ Марека возьмёт на себя ответственность, случись что с дочкой Вентресс или наследником семьи Вальс.

- Если ты не забыл, мой сын тоже поступил в Чертоги в этом году, и… - голос директора стал твёрже.

- И ты не ужесточил правила поступления для магов с аномальными метками. - Корнелиус перебил его, и в его голосе исчезла прежняя лёгкая ирония, лицо застыло, словно каменная маска.

- Детей с аномальными метками становится всё больше, я не могу всех их отправлять к дальним куполам! - Артур, прежде спокойный, внезапно повысил голос.

- В Ордуме и так достаточно магов, чтобы плодить ещё и неконтролируемые метки. - Корнелиус поднялся, поправил пиджак и холодно посмотрел на директора. - Чертоги Пробуждения Ордума стали слишком дорогим проектом, чтобы у тебя был шанс облажаться. Обсудим дальнейшие планы, когда я вернусь из Аэрии.

Он покинул аудиторию, не оборачиваясь, оставив за собой тишину, которая давила на плечи.

Богдан сидел в учебной аудитории, осматриваясь по сторонам. Высокие окна пропускали мягкий свет, падающий на старые деревянные парты. Вдоль стен тянулись шкафы с книгами и магическими инструментами, а в центре возвышалась кафедра, за которой стоял молодой человек.

Студенты заняли свои места, и тьютор уже заканчивал перекличку. Эммет Холт - молодой мужчина, ему едва за двадцать. Высокий, подтянутый, с той особенной лёгкостью в движениях, которая свойственна людям, недавно покинувшим стены Чертогов. У него светлые, чуть растрёпанные волосы, которые он то и дело откидывает со лба привычным жестом, и серые, внимательные глаза.

- Что же, я рад приветствовать вас в Чертогах Пробуждения! Меня зовут Эммет Холт, и я буду вашим тьютором на время обучения. - он слегка поклонился студентам и по-дружески улыбнулся. - Чертоги Ордума известны тем, что здесь используются передовые методики обучения, и уже третий год ведётся углублённое изучение магии Эфира. Все учебные группы сформированы так, чтобы в них было минимум два мага этого типа. В нашей группе это - Лиана и Клара.

Эммет прервался, окинул аудиторию взглядом и продолжил.

- С этого дня вы - маги. Отныне, вы равны друг перед другом и должны одинаково относиться как к членам благородных семей, так и к семьям безымянным. - он хотел продолжить, но заметил поднятую руку студента. - У вас вопрос?

- Что значит "безымянные семьи"? - Богдан услышал голос Куклы, и внутри него всё сжалось.

Эммет чуть приподнял бровь, но ответил спокойно:

- Это семьи, не имеющие титула "благородных", а следовательно, имя им дано не было. Однако студент Чертогов должен знать такие вещи.

Он произнёс это шутливо и мягко, улыбнувшись юноше. Но его улыбка стала чуть напряжённее, когда он увидел, что Элиан снова тянет руку. Молодой человек лишь кивнул, позволяя задать вопрос.

- А что тогда такого особенного в этих благородных?

Повисла тишина. Богдан почувствовал, как воздух в аудитории сгущается. Он поднялся из-за парты, стараясь говорить ровно.

- Прошу прощения, Элиан хорошо владеет магией, но мало уделял времени этикету. Я обязательно подтяну его знания.

Эммет перевёл взгляд на него, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

- Что же, приятно видеть, что студенты уже готовы помогать друг другу. Можешь садиться.

Богдан сел на место, чувствуя, как Кукла прожигает его взглядом. Он не подавал виду, но внутри него всё кипело. Он не боялся увидеть эти глаза - он просто хотел показать этой глупой Кукле, что его обмануть не выйдет.

Эммет продолжил речь, рассказывая о том, что ждёт студентов в ближайшие дни: подготовке к занятиям, нововведениях, принятых в этом году, и прочих организационных моментах. Богдан слушал внимательно - это была его новая жизнь, к которой он так долго готовился.

Интересно, насколько учёба будет похожа на рассказы профессора Марека?

- Так же в этом году выход в область вакуума перенесён из-за активности баллоников. - продолжал вводную речь Эммет, но вновь прервался, заметив поднятую руку. - У тебя новый вопрос, Элиан?

- Да. Что такое баллоники?

- Прошу прощения, - Эммет на мгновение растерялся, поправил причёску и ответил с лёгкой улыбкой, - но даже дети в самом дальнем куполе это знают!

- Возможно, но все шестнадцать лет до пробуждения метки я провёл без сознания, поэтому мои знания слегка ограничены.

- Без сознания? - Эммет был растерян.

- Да. Кристалл нашего поселения начал гаснуть, и купол потерял атмосферу. Я был младенцем, поэтому ничего не помню, но профессор Марек говорил, что я провёл слишком много времени в атмосфере, практически лишённой воздуха. - голос Элиана не выражал никаких эмоций, словно он говорил о чём-то абсолютно обыденном. - Из-за этого мой мозг был повреждён, и я не приходил в сознание до пробуждения метки. Так что у нас с профессором было не так много времени, чтобы изучить что-то помимо магии.

Элиан сделал паузу, обвёл взглядом аудиторию и, задержавшись на Богдане, добавил:

- И, конечно, немного уроков этикета.

В аудитории повисла тишина. Богдан смотрел то на Куклу, то на растерянного Эммета, не зная, что сказать.

«Сучья Кукла! Какого хрена он творит?» - Богдан редко ругался, даже про себя, но в этот момент эмоции переполняли его.

- Тогда… - Эммет откашлялся, пытаясь вернуть контроль над ситуацией, - ты можешь подойти ко мне после ужина. Я дам тебе список литературы, чтобы ты не отставал от одногруппников. А сейчас давай пока оставим все вопросы и закончим ознакомительную часть?

Элиан кивнул, и Эммет продолжил, но Богдан уже не слушал его. Он смотрел по сторонам, замечая, как остальные студенты смотрят на Куклу: кто-то с любопытством, кто-то со страхом, кто-то с презрением. Но Лиана смотрела на него с сочувствием.

С сочувствием! К нему! К бездушной Кукле!

Гнев и чувство бессилия раздирали Богдана. Он должен был следить за Куклой, не давать ему привлекать к себе много внимания и говорить лишнего, но эта падла вот так просто берёт и перечёркивает все старания профессора Марека своей речью!

Богдан снова бросил взгляд на Куклу. Тот сидел, изучая студентов своими горящими глазами.

«Чего он пытается добиться?»

Внимание Богдана привлёк Дарен. Юноша внимательно следил за ним всё это время. Когда Дарен перехватил его взгляд, он поправил волосы и еле уловимым жестом показал на глаза, лёгким кивком указав в сторону Элиана.

«Он тоже видит?» - пронеслось в голове Богдана.

Оливия стояла на просторном балконе, опершись на широкие каменные перила. Она смотрела пустым взглядом перед собой - на мощёные дорожки, клумбы с цветами, деревья. И Пустоту.

Это место было окружено ограждениями, рядом с которыми расположились различные инструменты и массивные аппараты. Оно резко выделялось серостью и безжизненностью на фоне ярких красок территории Чертогов. Глубокий кратер, над которым возвышалась полусфера вакуума - купол внутри купола. На этом месте когда-то стоял первый Приют Спящих.

Оливия услышала шаги за спиной и обернулась. Марек стоял в дверях, не решаясь зайти.

- Я не вернусь в аудиторию, пока он не закончит считать свои деньги. - её голос звучал холодно.

- Ты же знаешь, он никогда не закончит. - Марек попытался улыбнуться, но улыбка вышла натянутой.

- Почему ты до сих пор работаешь с этим подонком?

- Я его должник.

- Ты дурак, Марек. - Оливия посмотрела на него с лёгкой укоризной, но её голос был мягким.

Корнелиус не так уж плох. - профессор пожал плечами, пряча руки в карманы. - Он просто слишком прагматичен и иногда не замечает, как переходит границы. Ты же знаешь - без него я никогда не смог бы открыть новый Приют.

- Мог бы попросить меня о помощи.

- Семья Рейн знаменита лишь благодаря тебе, Оливия. Попытайся ты мне тогда помочь - потонула бы вместе со мной.

- Я тонула бы вместе с другом. - Оливия мягко покачала головой. - Эдмунд был бы рад, что я приглядываю за тобой.

Она замолчала и перевела взгляд на Пустоту. Тишина повисла между ними, тяжёлая и долгая.

- Шестнадцать лет прошло. Знаешь, как я провела годовщину? - Оливия обернулась к Мареку. Он молча пожал плечами. - Я напилась так, что мне было плохо ещё несколько дней! Я даже на дне рождения Элиры не смогла притронуться к алкоголю.

Она засмеялась - устало, но искренне. Её смех разнёсся по балкону, нарушая тишину.

- Жаль тебя не было - пришлось выслушивать перепалки господ Ардента и Ферро в одиночку.

Марек хотел что-то сказать, но медлил. Затем он шагнул вперёд, наконец переступая порог балкона.

- Оливия, - сказал он негромко, - метка Элиана пробудилась в годовщину.

Оливия замерла, её пальцы, лежащие на перилах, дрогнули. Она не отвела взгляд от кратера, но Марек видел, как изменилось её лицо.

Речь Эммета подошла к концу, и студенты шли по внутреннему двору в сторону кампуса, сбившись в небольшие группки. Элиан, Лиана и Элира шли чуть поодаль от остальных, тихо переговариваясь.

- Это правда? - тихо спросила Лиана. - Ну, про то, что ты был без сознания до пробуждения метки.

- Правда. Так всё и было. Дети приюта даже прозвали меня Куклой из-за этого.

Элира, которая обычно была полна энергии, посмотрела на него с необычной серьёзностью.

- Так вот почему твоя метка такая странная - она повреждена. — Девушка помолчала, затем добавила с лёгкой улыбкой: - Но ты всё равно старикашка!

Элиан лишь слегка улыбнулся в ответ. Лиана немного смутилась, но всё же произнесла:

- Я могу тебе помочь с учёбой… если, конечно, ты не против.

Элиан повернулся к ней, и его улыбка стала чуть мягче, почти настоящей.

- Не против.

«Грёбанная Кукла! Чтоб ему провалиться!» - Богдан устало смотрел на то, как Элиан разговаривает с Лианой и Элирой. - «Эти две дурочки так легко поверили ему!»

- Ты ведь тоже видишь этот взгляд? - тихий голос Дарена прервал его размышления.

Богдан вздрогнул, быстро оглянулся на девушек и Куклу, затем еле заметно кивнул и приложил указательный палец к губам, давая понять, что сейчас не время.

- Вы ведь с ним знакомы, - не унимался Дарен, ещё больше понизив голос, - что с ним не так?

- Поговорим позже, когда Куклы не будет рядом. - коротко шикнул Богдан в ответ.

Дарен нахмурился.

- Куклы?

Богдан хотел ответить, но заметил, что Элиан смотрит в их сторону.

- Не отставай, пацан! - опять это снисхождение в голосе, в такие моменты Богдану казалось, что Кукла пробудился лишь для того, чтобы изводить его.

Студенты собрались на террасе перед зданием общежития. Все они смотрели в одну сторону. Когда Богдан подошёл к группе и увидел, что привлекло внимание учеников, его сердце замерло.

Все смотрели на жуткий кратер.

- Эта необычная аномалия называется Пустота. - произнёс Эммет, когда все собрались. - Думаю, многие из вас слышали о Корнелиусе Арденте, человеке, который внёс огромный вклад в развитие Чертогов Ордума. Сейчас он вместе с нашим директором изучает возможность проведения учений в Пустоте. Внутри этой аномалии сохраняются все условия вакуума, однако нет никаких опасных существ.

- И баллоников? - прозвучал голос Элиана.

- Верно, баллоников там тоже нет. - Эммет улыбнулся. - Если нашим магистрам удастся создавать и контролировать подобные Пустоте аномалии, мы сможем лучше изучить условия вакуума. Но пока никто не знает, как именно возникла Пустота.

Богдан знал.

- А сейчас пойдём дальше. - Эммет направился в сторону общежития.

Здание общежития было величественным как снаружи, так и внутри. Высокие потолки, широкие лестницы, и старые, но ухоженные каменные стены. Внутри царила атмосфера, сочетающая строгость и уют: на стенах висели картины с видами Чертогов, а в углах стояли высокие растения в кадках.

Когда студенты поднялись на этаж с жилыми комнатами, их взгляду открылся длинный коридор с рядами дверей. Свет из высоких окон мягко освещал пол, а тишина нарушалась лишь шагами и шепотом.

- До ужина у вас есть время расположиться. - произнёс Эммет, останавливаясь в центре коридора. - Люсьен Вальс, Элира Вентресс, Норман Вейт и Ирма Лин - ваши комнаты уже готовы, я провожу вас. Остальные могут занимать свободные.

Студенты начали расходиться по комнатам. Элиан подошёл к ближайшей двери и открыл её. Комната оказалась простой, но уютной: две раздельные койки, застеленные светлым бельём, два стола и стула, два шкафа под одежду. На подоконнике стоял небольшой горшок с зелёным растением, придававшим помещению живой вид. Свет проникал через высокое окно, мягко освещая пространство.

- Вот что я называю - простенько и со вкусом! - неожиданно живо произнёс Элиан, оглядывая комнату.

Элира, стоящая в коридоре, не сдержала смешок. Богдан лишь тяжело вздохнул и, перешагнув порог, вошёл в комнату. Он поставил сумки рядом с одной из кроватей и обернулся к входу.

- Чего ждёшь, Кукла? Это наша комната.

Элиан лишь пожал плечами и, чуть улыбнувшись, зашёл внутрь.

Эммет оставил студентов заселяться, а сам отправился к учебному корпусу. Он шёл не спеша, обдумывая первый день, когда входные двери резко распахнулись, и из них вышла Оливия. Женщина выглядела сильно обеспокоенной и расстроенной - её лицо было бледным, а взгляд направлен куда-то вдаль. Она на мгновение застыла, глядя на Эммета, затем прижала папку крепче к себе и молча прошла мимо.

Эммет проводил её взглядом, но не стал останавливать. Он вошёл в просторный холл, где царила тишина. В центре стоял профессор Марек - руки в карманах, плечи чуть ссутулены, пустой взгляд направлен на одну из картин на стене.

- Профессор! - Эммет окликнул его, привлекая внимание. - У вас всё в порядке?

Марек повернулся к нему, и в его глазах мелькнула тень усталости.

- Да. - Он немного помедлил, затем кивнул в сторону выхода. - Тяжёлый разговор. Ты что-то хотел?

- Я хотел поговорить об одном из студентов.

- Речь про Элиана? - Марек не стал ждать продолжения. - Возникли какие-то проблемы?

- Скорее вопросы. Он рассказал довольно любопытную историю… - Эммет слегка собрался с мыслями. - Подскажите, профессор, что вы изучали с ним, в каких областях есть пробелы? Мне нужно составить список литературы, чтобы Элиан мог учиться наравне с остальными студентами.

- Конечно. - Марек слегка расслабился, и в его голосе появилась привычная тёплая нотка - Прошу прощения, что не предупредил тебя раньше - слишком много дел перед началом учебного года.

- Не беспокойтесь, профессор, я вас понимаю. - Эммет помедлил, затем добавил: - В документах указано, что Элиан - Террург. Это действительно так? В записях нет ошибки?

Марек на мгновение задержал взгляд на Эммете, прежде чем ответить.

- Всё указано верно. Почему ты спрашиваешь?

- Я обратил внимание, - Эммет понизил голос, как-будто боялся, что кто-то может услышать, - что его глаза иногда источают свет. Чем-то похоже на проявление Гальванической магии, но выглядит несколько иначе.

Марек привычным жестом потянулся за портсигаром, но, обнаружив отсутствие пиджака, лишь бросил взгляд в сторону аудитории, где проходило вступительное испытание.

- Интересно! Я не замечал ничего подобного. Когда это происходило, Элиан проявлял агрессию или был чем-то недоволен?

- Я бы сказал, что в этот момент он просто изучал. - Эммет пожал плечами. - Он вообще не слишком проявлял эмоции за это время, не говоря уже об агрессии. Однако, большинство студентов его сторонятся. По правде, и мне не по себе от его взгляда.

Марек снова посмотрел в сторону аудитории, затем перевёл взгляд на Эммета.

- Артур уже закончил заполнять документы. - Он указал на дверь в конце холла. - Пойдём, поговорим, пока есть время до ужина.

Маленькая комнатка общежития начала обретать почти домашний уют. Вещей у Лианы было немного, но она подошла к обустройству обстоятельно и усердно наводила порядок. Всё должно было быть привычно и удобно, чтобы в дальнейшем ничто не отвлекало её от учёбы.

Клара, соседка Лианы, тоже была из семьи без имени. Пышная копна тёмных кудрей, широкие карие глаза, тёплая улыбка - если бы не простая поношенная одежда, её можно было бы принять за девушку из благородной семьи или жительницу Ордума. У Клары почти не было книг по магии, зато вещей и одежды она взяла с собой столько, что можно было бы одеть ещё нескольких студентов.

«Отец упал бы в обморок, увидь у меня столько вещей!» - улыбнулась Лиана своим мыслям.

Клара раскладывала вещи по полкам, периодически причитая по поводу их количества и необходимости. Она явно была той, кто не привык сидеть на месте.

- Ты ведь тоже обладаешь Эфирной магией? - на этот раз девушка обратилась уже к Лиане.

- Да.

- Ой, я так растерялась на испытании! - сразу продолжила Клара. - Еле заставила эту треклятую свечу гореть! У нас в семье не было магов, я не очень хорошо понимаю, как с ней управляться. А у тебя так много книг о магии! Ты, наверное, прошла испытание без проблем!

Лиана сильно смутилась, она не считала себя опытным магом.

- Не то чтобы… - она замялась. - Я из Зелёного Мыса, это недалеко от Ордума. К нам часто привозили книги о магии. У меня даже есть несколько про Эфирную магию - можешь взять почитать.

- Спасибо, ты очень отзывчивая девчонка. - Клара задумалась на мгновение. - Даже слишком.

- О чём это ты?

- Ты так легко предложила помощь тому странному парню. Эта его история - просто жуть! Трудно в это поверить, но… - Клара замолчала, подыскивая слова. - Он какой-то «пустой», понимаешь, о чём я?

Клара вопросительно посмотрела на Лиану, но девушка лишь пожала плечами.

- Понимаешь, у всех людей есть мысли и чувства - я их слышу, как музыку или пение птиц. У тебя ведь так же? - Лиана слышала эмоции людей более конкретно, в виде слов или образов, но она понимала Клару и кивнула в ответ. - Я не слышу его музыки, будто он и вовсе не живой! Ты не заметила?

Лиана хотела ответить, что Клара не права, что Элиан не пустой, но её прервал стук в дверь.

Дверь приоткрылась, и в щели показалась голова Элиры. Её лицо озаряла широкая улыбка.

- Ну, как ты тут, подруга? - она, как всегда, была звонкой и энергичной. - Уже освоилась на новом месте?

- Да вот - навожу порядок. - Лиана обвела жестом стопки книг. - А ты уже разложила свои вещи?

- А, там уже всё сделали без меня! - вздохнула Элира. - Но ничего, со временем добавлю щепотку суеты - и будет как дома!

Лиана и Элира засмеялись.

- Привет! - Элира обратилась к соседке Лианы. - Меня зовут Элира, а тебя?

- Меня - Клара. - ответила девушка, слегка поклонившись.

- Оставь эти формальности! - Элира улыбнулась и зашла в комнату, доставая из-за спины небольшую коробочку, внутри которой лежали пирожные. - Давайте лучше перекусим и познакомимся!

Дарен стоял перед открытой дверью шкафа, на внутренней поверхности которого располагалось зеркало. Юноша изучал своё отражение: строгая кадетская форма до сих пор хранила следы его побега - пятна земли и травы смешались с пятнами крови, местами ткань была порвана.

В голове крутилось множество мыслей. Мир магов всегда казался Дарену странным и непостижимым. Порой ему казалось, что магия управляет людьми и их мыслями, и теперь он чувствовал это на своей шкуре. Сейчас всё было спокойно, эмоции утихли, но Дарен понимал, что достаточно лёгкой искры, и пламя вспыхнет вновь, готовое вырваться наружу. Он раньше не был таким. Пока не пробудилась метка.

Раздался стук в дверь, и послышался голос Эммета:

- Пора собираться к ужину.

Дарен поправил воротник, закрыл шкаф и вышел в коридор. До просторного обеденного зала он добрался уже в привычной компании, но в этот раз к ним присоединились Клара и Феликс - сосед Дарена.

Зал был готов к торжественному приёму новых студентов. На длинных столах, покрытых белыми скатертями, стояли хрустальные вазы с цветами, серебряные подсвечники, и тарелки с угощениями - от запечённого мяса до изысканных десертов. В воздухе смешивались запахи трав, свежей выпечки и воска. Высокие окна отражали огни свечей, создавая атмосферу тепла и уюта.

После длительных речей от директора и руководства студенты наконец приступили к трапезе и разговорам.

- Я слышала, что раньше эту церемонию называли «прощальный ужин», - произнесла Элира, решив начать беседу. - Но потом сочли, что такое название слишком мрачное.

- А почему её так называли? - поинтересовалась Лиана, отрывая взгляд от тарелки.

- Считалось, что это последний раз, когда будущие маги могут позволить себе такой богатый стол. Всё, что их ждёт в ближайшем будущем - скромный паёк экспедитора.

- Не скажу, чтобы в экспедициях люди плохо питались! - возмутился Дарен, неожиданно для самого себя вступив в разговор.

- А тебе откуда об этом знать? - Элира удивлённо подняла бровь.

- Я, можно сказать, вырос в экспедиционных лагерях и об их жизни знаю всё. - Дарен усмехнулся, но в его глазах мелькнула лёгкая тоска.

- Вот здорово! - подал голос Феликс, отрываясь от тарелки. - Ты после обучения сразу вернёшься к привычной жизни!

- Не думаю, что смогу вернуться к привычной жизни. - голос Дарена звучал ровно, но в нём чувствовалась тяжесть.

- Отчего же? - удивлённо произнесла Элира. - Маги всегда сопровождают экспедиции. Возможно, ты даже будешь работать с кем-то из своих знакомых!

- Это так, - Дарен на мгновение замолк, чувствуя, как эмоции начинают разгораться новым пламенем, - но я никогда не видел, чтобы обычного работягу арестовывали за то, что он не справился с инструментом.

- Магия может быть опасна, - Элира ответила мягко, но её голос чуть дрогнул, - и поэтому её применение строго контролируется. Для этого и существуют Чертоги - чтобы мы лучше контролировали свои силы и не причинили никому вреда.

- Легко об этом говорить дочери магов - ты с рождения готовилась к пробуждению метки. Но что делать таким, как я, или Лиана с Кларой? - Дарен посмотрел на Элиру, и в его глазах мелькнули искры. - Знаешь, большинство из тех, кого арестовали, не хотели никому навредить. Особенно мне запомнился один маг. Когда его хотели взять под стражу, он напал на жандармов, нескольких убил. Его застрелили прямо перед бараком, где мы жили с отцом - я видел это из окна. Последние слова были: "я не оставлю свою семью". Он тоже был Гальваником, как и я…

Дарен замолчал. Остальные тоже сидели тихо. Слова повисли в воздухе, тяжёлые и невысказанные. Тишину первой снова нарушила Элира.

- То, что у него был тот же тип магии, не значит, что ты повторишь его судьбу, Дарен.

Дарен серьёзно посмотрел на неё. Её слова прозвучали мягко, без прежнего вызова и желания спорить - это успокаивало юношу.

- Простите, не хотел портить всем настроение. - Он чувствовал, что перешёл грань и снова позволил эмоциям взять верх. - Я просто не понимаю, почему магия определяет нашу жизнь - ведь маги на самом деле ничем не отличаются от людей без метки. Так почему магию считают особенной?

- Золотые слова, мой друг! - внезапно включился в разговор Элиан, до этого увлечённый блюдами.

- Ты о чём? - не понял Дарен.

Элиан отложил вилку и посмотрел на него с неожиданной серьёзностью.

- Магия - такая же часть природы, как дождь или ветер. Она не дар и даже не инструмент. Магия не должна пробуждаться - она рождается вместе с человеком и помогает ему познавать окружающий мир. Не понимаю, что вы так носитесь со своими метками! Вот если бы у кого крылья выросли - это я понимаю, можно назвать чудом, а так…

Элиан махнул рукой и засмеялся. Его смех был искренним, без злобы и насмешки. Дарену не нравился Элиан, но сейчас не было похоже, чтобы он высмеивал его слова.

- Хотел бы я жить в таком мире, где метки ничего не значат! - Дарен попытался улыбнуться в ответ.

Элира подняла бокал, и в её голосе зазвучала та самая нота озорства, которая могла согреть даже холодный вечер.

- Тогда давайте выпьем за мир, где маги не нужны, и мы можем жить спокойно со своими друзьями и семьями! - девушка бросила взгляд в сторону Дарена, одарив его широкой улыбкой.

«Мир, в котором маги не нужны…» - мысль звучала странно в устах дочери магов из благородных семей, но Дарену она пришлась по душе. Огонь внутри угас, юноша улыбнулся и поднял бокал в ответ.

Товарищи-вахолюбы, мое почтение! Надеюсь, ждали) Я лично очень ждал. Спасибо @MorGott, Большой Брат как всегда великолепен. За мем с собаками отдельные вопли одобрения. Как всегда, пройдемся по тексту, подберем колоски и поорем с творящейся в любимой вселенной поеботы… Погнали)

Например, самый доблестный и многочисленный легион Ультрамаринов был рассеян по космосу в тяжелых боях с ксеносами, причем на таком расстоянии, что собрать его в короткие сроки было тупо невозможно.

Неа. Я когда-то тоже такой тезис видел, но это не так. Ультрамаринов слишком дохуя, чтобы посылать их нахуй. Их собрали в…Ультрамаре. Жилиману Хорус приказал сгруппироваться с Несущими Слово (радикалы под руководством Кор Фаэрона, это важно) и вместе обрушиться на орочий Вааааагх!

Жилиман не дурак. Это ж сколько должно быть орков, чтобы слать туда силы двух самых многочисленных легионов? Но будучи дохуя умным, Жиля подумал, что Егорка, добрая ебать его в сраку душа, решил ПОМИРИТЬ ЕГО С ЛОРГАРОМ. Ну, после Монархии, там, давай чай попьем, орков трахнем, по душам попиздим. Жиля видел буквально думстэк Несунов над Калтом и…и думал, что так и надо.

Вопрос: зачем и нахуя Хорус так сделал. Во-первых, нужно было слить фанатиков среди несунов. Тех, кто прям головой болел от ненависти к Ультрам. Чистка, так сказать. Во-вторых, надо было оттрахать Жилю. Все-таки 250 к ультров это страшно. Эффект внезапности стоил ой как много. В-третьих, и это сука главное, Теневой крестовый поход после Калта по мирам Ультрамара вызвал Руиншторм и отрезал Ультрамар к хуям собачьим от света Астрономикона, что привело к Империуму Секундусу и паре лет суходрочки. Учитывая, что Суповар опоздал на…3-9 часов…Это было фатально.

А, ну и пидор Кор хотел обратить Жилю как Егора, с помощью проклятого атама. Не вышло.

То же можно сказать и про Темных Ангелов Льва.

ТА ебались в Щитовых мирах. Это холодные и зассанные области в самых ебенях империума, куда вести…не доходили. Но все-таки, Аутист что-то смекнул, и поскольку от в самом начале своего руководства легионом не вылезал из карабельных библиотек, он знал про оружие на Диамате. И…да, он отдал его Пертурабо, но не просто так, а якобы за голос Пертурабо на следующей сходке петухов по выбору нового Воителя. Эту цитату я уже давал, отмечу только в ней чудесное самообладание Перта. Ему в ебало плюнули гнилым нарциссизмом, но что такое плевок в ебало по сравнению с ахуительно мощной артиллерией в руках легиона, который УМЕЕТ ОБРАЩАТЬСЯ С АХУИТЕЛЬНО МОЩНОЙ АРТИЛЛЕРИЕЙ… Стор-Безашк загуглите, кому интересно.

А потом…ТА схлестнулись с Повелителями ночи и нашли…, но это уже будет совсем другая история.

Хан, вместо то чтобы волосы назад отправиться бить ебало Королю волков, не стал выбирать сторону, а отправился со всем своим легионом на Просперо искать ответы.

Лол, а знаешь, кого он нашел на Просперо? Мортариона. Сторонник библиариума и противник библиариума. Там Мортарион попытается завербовать Хана, но…Тухлый никогда особо оратором не был. Да и попробуй попиздеть в респираторе…В общем, не срослось. Но ответы Хан получил и полным ходом попиздовал на Терру.

пару братьев он уже потерял

угу…потерял, да…

На планете осталось лишь десять тысяч десантников

Не, не так. На Просперо базировался весь легион тысячи сынов. От 40 до 62 тысяч по разным текстам, но не суть. Идея была в том, чтобы стравить два легиона, которые могли в одиночку перевернуть ход Ереси. Это VI и ХV. И на Просперо полегли все тысячники кроме 5-10 тысяч. Их Маня утащил на планету Колдунов.

Поскольку Волки остались в боеспособном состоянии, Альфу послали их оттарабанить. Ну, как ты и описал.

Своему капитану Айзеку Ариману он отдал написанную лично книгу

Перед тем, как он отдал ему Книгу Магнуса (это очень важно для дальнейшей истории Сынов), был очень трогательный момент общения отца с сыном. Я не могу его не дать. Макнилл, «Тысяча сынов»

Примарх Тысячи Сынов предстал перед ними божественным воплощением света среди гнетущей тьмы. Еще никогда золото его брони не сверкало столь ярко, а роскошная грива красных волос не пылала таким чистым цветом. Его плоть светилась сиянием невероятной силы, превосходящей все, что было прежде. Взгляд единственного глаза не отрывался от Аримана, и от глубины отчаяния в этом пылающем оке у него кровь застыла в жилах. В тот миг Ариман осознал весь ужас Магнуса, видевшего, как его сыновья уступают чудовищной мутации и превращаются в монстров и разгоревшийся столетия спустя гнев, когда их убивали ради безумных амбиций его брата.

Он увидел и благородный идеал, заставивший Магнуса воздержаться от битвы, и понял свою ошибку. И еще он почувствовал, что отец прощает ему его сомнения, а затем услышал его голос.

— Эта судьба с самого начала была предназначена мне, а не вам, — заговорил Магнус, и Ариман понял, что его слышит каждый Астартес из Тысячи Сынов. — Вы мои сыны, а я обманул ваши надежды.

От слов примарха у Аримана к горлу подступили рыдания — столько в них было горечи человека, который видел воплощение своей мечты, но не мог дотянуться до него рукой.

Русс сломал спину красному гиганту и приготовился убить того, но в момент перед смертью Магнус понял

Там было как: Магнус после массажа спины распустил себя на осколки. Прерывание сознания в психологии это смерть. Магнус умер во время боя с Руссом. То, что будет потом – это уже не Магнус. Оттуда же:

Магнус из последних сил повернул голову, и его поврежденный глаз отыскал Аримана:

«Это мой последний дар тебе».

Оружие Лемана Русса устремилось вниз, но, прежде чем оно успело нанести смертельный удар, Магнус прошептал таинственные слова, забытые человечеством с тех пор, как люди впервые обратились со своими гортанными мольбами к безымянным богам неба. Эти слова разрушили структуру тела Магнуса, и в то же мгновение оно словно растворилось, а Ариман едва не закричал от неожиданного притока неограниченной силы.

Ни один смертный не смог бы этого вынести, но как только поток вошел в его тело, Ариман понял, что он должен сделать.

Падение легиона завершилось

Не. Падение легиона завершилось в «Ярости Магнуса», когда он стал демон-принцем Тзинча) До этого был шанс вернуться.

И в то же время - это был боец, который в бою превращался в берсерка

Ну зачем ты так с Саней) Не превращается он в берсерка. На один миг за всю Ересь Хоруса он позволил себе насладиться битвой. Один. Когда вырвал мозги Ангрону на стене после месяцев мясорубки. Даже когда с Егором пиздился не было такого. Запомните, дети: Саня – Ангел, кто сомневается – еретик.

ловушку расставили слаанешиты

И да, и нет. Кхорн безумно хотел Саню. Именно Саню. И Саня был лучшим кандидатом на роль Аватара Хаоса, чем Хорус, который дико ссал перед конкурентом. Поэтому у него и Эреба разошлись мнения: он хотел убить Саню, а Эреб – завербовать.

Поэтому на поле боя Саню ждали как слаанешиты, так и Кха-Бандха, призванный ИСПЫТАТЬ пацана. Собственно, пацан испытание прошел))))

Кстати, Слаанешит там пиздец выебывался. «Где Ангел не решится сделать шаг», Сваллоу.

Лоскутное чудовище свело все четыре руки вместе, словно в молитве.

— Считайте себя польщенными присутствием этого посланника, моей сущности, которую вам позволено называть Кирисс. Я — отблеск на грани предсмертного экстаза, Развращенный и Очарованный, сын-дочь Повелителя Удовольствий и ревностный слуга К тлахси исшо акшами. Сама пустота восхваляет меня.

их ждал настолько кровавый хтонический пиздец, что другой легион легко сломался бы, а Пертурабо еще и начал бы наматывать сопли на кулак, что с ним несправедливо обошлись

Ну бля) Ну зачем ты так с ним) Перт затащил хурдов, они чай помощнее демонов будут и в плане потенциала, и в плане характера противостояния. Легионеры умирали от старости, но не отступили. Пертурабо не стал бы даже спускаться на Сигнус. «Торпедны апараты товсь!».

Ну и да. Железные воины и их примарх не имели уязвимости к варпу, в отличие от Сани и КА. Коллективный психоз с самопожертвованиями их бы не ждал. Зря ты Перта недооцениваешь)

Это был изъян в геносемени - типа Красной жажды, когда бойцы легиона жрали противников едва ли не быстрее чем убивали, только ярость .

Не, стой. У КА два изъяна: красная жажда и черная ярость. Жажда была всегда, а вот ЧЯ – появилась на Терре после смерти Сани. На Сигнусе был обычный психоз.

Но ноги его зажили, и лишь в душе осталась тяжелая грусть по погибшим. Видя, что примарх восстал, легионеров тоже попустило, и самый пик кризиса был пройден.

Друг. Тут нужно назвать имя. Апотекарий Мерос. Если кратко, замут такой: демоны предложили Сане пожертвовать собой ради пацанов (и четверка бы получила нового аватара). И Саня был готов, он был хорошим отцом, одним из лучших, как и Магнус. Но Мерос не дал ему «сделать шаг». Он полез в клетку, вырезав перед этим свои прогеноиды, чтобы «дать жизнь» новым бойцам. Это…очень живо и трогательно. Оттуда же:

Мерос поднял руку и повернул кисть, на которую была надета медицинская перчатка.

— Вы многому научили нас, лорд Сангвиний. Благородству нашего духа. Воинскому искусству наших сердец. Смирению перед лицом грандиозной и великолепной вселенной, — Мерос кивнул. — И долгу. Огромному бремени долга.

Он поднял глаза, встретившись с твердым, вопросительным взглядом Ангела.

— Вы — примарх, сын Императора и полководец, самый загадочный и величественный среди ваших родичей. Я — всего лишь воин, рожденный из пыли Ваала и высоко вознесшийся, чтобы сражаться ради великой цели. И я не вижу более великой цели, нежели эта.

— Мои сыновья не будут умирать вместо меня, — прошептал Сангвиний.

— Не вам принадлежит этот выбор. А нам. Мне, — Мерос осторожно выпустил режущую пилу перчатки и приложил ее к замку горжета. — Если одного легионера поглотит пламя и ярость, Галактика не заметит этого и будет дальше вращаться. Но если вы падете… — он поморщился. — Если Воитель отвернулся от Терры, значит, вы не можете пасть. Только вы можете встретиться с ним на равных. Когда придет битва, вы должны быть там, чтобы брат выступил против брата.

Даже песня есть, наслаждайтесь. https://music.yandex.ru/album/30051248/track/123346541?utm_s...

Против, получается, пяти легионов лоялистов?

АХАХАХАХАХАХАХ, лол) Ждем)

Друзья) Всем спасибо за внимание. До встречи в воскресение, там у нас гадание на имперском таро. Приходите! Брат-капеллан с вами.

Всем привет! Мы с подписчиками продолжаем выяснять, на какие преступления готовы пойти британцы, публикуя сотни книг про Warhammer 40000. Заварите чайку, отложите в сторону освежитель воздуха или приятно обопритесь на бабку в автобусе - с вами @MorGott, и сегодня мы продолжим разбираться в этой вселенной.

В прошлый раз мы узнали о том, как Хорус начал ересь - избавившись от лояльных Империуму десантников на Истваане III. Но вот беда - скрыть это в тайне не удалось, благодаря действиям лояльных десантников, которые сумели избежать западни и сбежать от Хоруса, Империум узнал о том, какой болезненный нарыв в виде четырех легионов-предателей созрел в системе Истваан, и направил туда невиданного размера флот в виде семи легионов, которые должны были остановить Хоруса, пока все не зашло слишком далеко.

А где были в это время остальные? Благодаря тому, что Хорус был Магистром Войны, он заранее все спланировал, и часть легионов, которые представляли собой наибольшую боль дырка задница, он отправил воевать в ебеня, в которых те должны были застрять как можно дольше, а в идеале там и остаться. Например, самый доблестный и многочисленный легион Ультрамаринов был рассеян по космосу в тяжелых боях с ксеносами, причем на таком расстоянии, что собрать его в короткие сроки было тупо невозможно. Также влияло и то, что воинские мужеложи несущих слово в нем так и не пришлись - вариантов переманить их на сторону Хоруса просто не было. Кроме того, кампании, которые они веди, были прям залупными - какие-нибудь Хравы, хищные ксеносы с крыльями, кошмарный сон Геральта из Крови и Вино, могли просто сожрать десятки миров, если бы десантники просто взяли и снялись с места. Они тупо не могли отвлечься и им пришлось максимально быстро собирать немногочисленные свободные силы, пока флот возмездия уже летел к Истваану.

То же можно сказать и про Темных Ангелов Льва. Варп-шторма отрезали их родной мир Калибан от всех (это важно будет потом), и они остались еще и без подкреплений. Когда до них дошли вести о том, что Хорус предал Империум, военный и тактический гений Льва безошибочно определил, что Хорус будет собирать все возможные силы, чтобы отразить первую атаку. И так вышло, что неподалеку от Истваана находился богатый промышленный мир Диамат, в кузницах которого хранилась экспериментальная Артиллерия (с большой буквы, да), установки которого были размером с титана и могли переломить ход любого сражения.

Как оказалось, Джонсон был прав во всем. Взяв небольшие силы, которые можно было собрать в моменте, он ринулся на Диамат, где обнаружил что половина планеты уже охвачена ересью. Он защитил кузницу от мародеров, которые должны были забрать ресурсы планеты, но вскоре выяснилось, что Хорус отправил туда значительные силы, чтобы забрать пушки. В ходе тяжелейших боев и предательства Механикусов планеты, которые едва не погубили Льва, ему удалось запустить одну из установок, которая, вдумайтесь - одним ядерным залпом уничтожила все силы Хоруса в зоне высадки и сорвала планы Хоруса по снабжению своих войск.

Но вывезти пушки он не мог - слишком мало осталось сил, буквально считанные корабли и десятки легионеров. Поэтому когда его повстречал Пертурабо, примарх Железных воинов, он передал пушки мастеру осад, чтобы тот поквитался с Хорусом за все. И отправился собирать свои силы, чтобы двинуться на Терру - он понимал, что если Хорус отобьется, то отправится на Терру, и там уже будет решаться их судьба. Высокофункциональный аутист оказался прав и здесь.

А вот пятый легион Джагатай Хана - Белые Шрамы - мог стать поворотной точкой ереси. Дело в том, что Хан отличался большой независимостью и прохладным отношением к приказам. Ему и его людям больше было по душе устраивать набеги и резню, а цементирующийся Империум со строгими правилами ему претил. Однако просто сказать ему - мол, Хан, дружище, давай ко мне и будешь всю жизнь скакать на гравициклах с ветром в волосах, Хорус не мог, и потому он разработал целый план. В отдаленной системе Чондакс укрылись орки, разбитые при Улланоре. Задачка была в духе Хана и он со своим легионом отправился туда.

Но кроме того, туда Хорус отправил Альфа-Легион с приказом задержать Хана так долго, как только он сможет. Удивлены? Мы до этого еще дойдем. Альфачи, будучи мастерами мистификаций, создали сеть тайных укреплений, которые перехватывали сигналы и могли их подменять, и таким образом Хан, воюя в системе, получал бы только те данные, которые нужны Хорусу. А там глядишь, постепенно и удалось бы переубедить Кагана, выдавая немного правды и обильный кусок дерьма вместо информации.

В итоге в системе Хан провел семь лет, потому что орки каким-то образом оказывались осведомлены об операциях и противостояли Белым Шрамам до упора. К тому же, вокруг систему разыгрались варп-шторма, что тоже было частью плана Хоруса, которому способствовала четверка педиков Хаоса.

И тут началось странное. Хорус требовал, чтобы Альфа-Легион ни в коем случае не вступал в бой и берег будущих хаоситов Белых Шрамов. Вот только когда система была практически очищена, Альфа Легион внезапно снял блокаду, и Хан охуел от донесений - рассказывалось про то что устроил Хорус и еще три легиона на Истваане, что верные ему силы и культисты по всей Империи начали восстания, что происходит какой-то блудняк а еще два лояльных легиона устроили взаимную бойню на Просперо. Хорус донес инфу о том, что ренегат и ублюдок Русс напал на Магнуса, у которого с Ханом были хорошие отношения. А Дорн рассылал всем открытки о том что Хорус - предатель. Этих открыток в итоге скопилось столько, что тут Хан вполне мог встать на сторону Хоруса, но внезапно Альфарий поднасрал и тут - устроил полноценный штурм системы с сотнями кораблей против куда меньшего количества у Хана.

Но тот не зря повелевал буквально космической монгольской ордой. Пока его разрозненные силы, решив, что "похуй кто предатель, мы воюем за Кагана", он в генеральном сражении разъебал главную флотилию альфачей и в серии боев окончательно выгнал тех из системы (там прям душнилово было ужасное, а легиону пиздец как досталось). Но вышло так, что Альфач похерил планы Хоруса, ведь когда поступило сообщение от Русса, что он тоже уступил в бой с Альфа-легионом, Хен, вместо то чтобы волосы назад отправиться бить ебало Королю волков, не стал выбирать сторону, а отправился со всем своим легионом на Просперо искать ответы.

Потому что вопросов было много. Мы знаем, что до начала Ереси Русса отправили на Просперо к Магнусу и его легиону Тысячи Сынов, а с Руссом - парий-Сестер безмолвия для борьбы с псайкерами, а также дали им Кустодесов и даже всякие вундервафли типа пси-титанов. И Русс получил указания - любой ценой разобраться с Магнусом. В идеале - привезти на Терру, но Хорус, еще не открыв своего предательства, присел на уши Руссу и накрутил того до истерии.

Тем не менее, примарх дико стрессовал от необходимости происходящего - пару братьев он уже потерял и вскоре, если Магнус не сдастся, ему предстоит еще. Если бы Магнус вышел и просто сдался, его бы забрали с легионом на Терру, но беда в том, что тот, охуевая от того, что он натворил ,фактчиески лишив людей будущего, заперся в своей башне и единственный приказ, который он отдал, узнав о наступающем флоте - отправить корабли как можно дальше. На планете осталось лишь десять тысяч десантников, милы планетарной обороны да орбитальные станции, которые попросту отключили.

о причинах этого Магнус не рассказывал никому из своих людей, и никто буквально не понимал, что им делать. Больше того - будучи могучими псайкерами, они даже продолжали следовать запрету Императора на магию, но флот Космических волков это не остановило - не получив никакого ответа, они орбитальными бомбардировками выжгли планету, после чего начали штурм прикрытого щитами города. И вот тут у сынов Магнуса сдали нервы. Видя, как гибнет все, что они создали (а на Просперо одни только библиотеки могли посоперничать с Террой), они начали не только обороняться, а еще и жарить магией в полную, выжигая охуевающих волков огнем, превращая в плах и плавя доспехи прям на носителях. Больше того - Сыны вообще потеряли всякий контроль - один взял под психическое управление целого титана, который начал варп-энергией выжигать целые подразделения. И это вышло им боком.

Из ранних частей мы знаем, что бойцы легиона были подвержены Изменению плоти - используя варп, они рисковали превратиться в кракозябру с когтями и щупальцами, а тут они прям погрузились с головой в колдовство, что привело к понятному результату - многие из них начали взрываться мясными котлетами. А Сестры безмолвия помогли Волкам пробиться сквозь колдовство, и бой стал односторонним. Поэтому когда бойцов осталось около тысячи, Магнус уже не мог смотреть на то, что бой превращается в резню, и вышел сам. Своему капитану Айзеку Ариману он отдал написанную лично книгу, и вышел сражаться против Русса, давай легионерам время укрыться в пирамиде.

Но несмотря на то, что он был чуть ли не на метр выше, победить убийцу примархов он не мог. В тяжелом бою, рядом с которым нарезание титана смотрится обычным вторником, а бойцы Волков вообще держались как можно дальше, Русс сломал спину красному гиганту и приготовился убить того, но в момент перед смертью Магнус понял, что все, что он делал, вело его именно сюда - в этот момент, где козни Тзинча и его собственная глупость поставила его перед выбором. Погибнет он - и погибнут все его Сыны, которых он любил как детей. Выживет - и кто знает?

Магнус взмолился Тзинчу, и исчез. А с ним исчезли остатки его легиона, которые окончательно упали во тьму, став предателями. Тзинч перенес их на заботливо приготовленную им за десятилетия до этого планету Чернокнижников глубоко в Оке ужаса, на которой им теперь предстояло базироваться. Падение легиона завершилось - но не его проблемы. Они, можно сказать, только начались.

Эта победа считалась Волками фактически позором - кроме невообразимой бойни, в которую превратилось наказание, она не принесла им ни славы, ни удовлетворения, так еще и потери составили почти треть легиона. Но это было лишь начало, потому что потрепанный легион внезапно встретил Альфа-легион, который по приказу Хоруса, уже объявившего себя главным антагонистом галактики, решил добить Русса. Именно тогда Русс, попавший в засаду против более многочисленного противника, и начал просить окружающих о помощи. Хан, который решил сначала самостоятельно разобраться, кто друг, а кто враг, двинулся на Просперо, и Волчий король рисковал быть пущенным на шерстяные половики, однако его спас флот Темных ангелов, который уже 50 лет неподалеку приводил миры к Согласию и сам охуевал от новостей. Больше того - они тоже получили смски, что Русс - козел и ренегат, уничтоживший лояльный легион, и потому долго не врубались, кому помогать. Но они убедились, что Русс, который впал в жесточайшую депрессию, верен Империуму, и выскочили как черт из табакерки, спасая Волков. Но это тоже был не конец.

Как вы понимаете, полыхать начала вся галактика - механикусы-предатели вырезали лоялистов, которые не знали что происходит, культы, взращенные Несущими слово, начали поднимать голову, а мужеложи во всех легионах, в которых только они были, либо переманивали людей на сторону Хоруса, либо творили всяческие диверсии. При этом никто кроме предателей, не знают толком, кому можно доверять, а кому нет, и потому лоялисты попадали в ловушки, в которых и браво забивали камнями. население вообще было в полном ахуе, а поскольку Хорус на полную использовал свою харизму, угрозы и тот факт что приведенные им планеты к согласию и так были в его власти, то буквально с момента резни на Истваане III галактика взорвалась бунтами.

Относительно неплохо все было у Имперских Кулаков Рыгала Дорна - они то были на Терре, и в данный момент укрепляли ее и все ближайшие системы перед войной. Во-первых - это никогда не помешает, а во вторых - это уже носило характер гражданской войны, мало ли что нас еще ждет. Кто там у нас еще остался?

Ах да. Так то дохуя кто. Но кому реально не повезло - так это Сангвинию. Саня. Санечка. Любимый сын всех, как предателей, так и лоялистов. Живой символ того, что ангелы существуют. Живой символ того, что Армагеддон, сиречь, истребление всего и вся ангелами - документальная хроника. Крылатый примарх, которого любили даже те, кто на это не был способен, который одним своим видом заставлял солдат имперской армии перегрызать оркам глотки, а титанов стрелять другими титанами во славу императора. И в то же время - это был боец, который в бою превращался в берсерка, который после себя оставлял храм всех мясокомбинатов, а трупы можно было вывозить линкорами класса Глориана.

И вот весь его легион так же. Это был единственный примарх, с которого Хорус срался прямо в доспех, причем как по ночам, так и днем. И он решил утопить того в крови, чтобы Саня или погиб, или пал так глубоко, что уже не будет так блистать (удачи, дядь). После того, как Егогорус переродился на Давине, он начал рассылать культистов в скопление звездных систем Сигнус - обиталище десятков миллиардов людей, чтобы те создавали там ковены, совращали народ на призывали народ. И незадолго до того, как пролить первую кровь (на самом деле вы уже понимаете, это сделали Альфачи, пытаясь не то помочь Хорусу с Белыми Шрамами, не то подгадить), в скоплении произошел массовый прорыв варпа - тысячи демонов, миллионы культистов и просто поехавших начали массовую бойню, и буквально за несколько месяцев все планеты скопления поработил Хаос, а выжившее население пускали на корм в концлагерях.

И вот блистательного Саню отправили туда, утопать в кровищи и дерьмище по пояс. И он реально утонул - ловушку расставили слаанешиты как раз именно затем, чтобы скорраптить и ввести его в безумие. Вот только как оказалось - устраивать кровавую баню легиону, который буквально в этой самой кровавой бане родился - это все равно что топить рыбу в воде. Они ж так и назывались - КРОВАВЫЕ АНГЕЛЫ.

Но поначалу их ждал настолько кровавый хтонический пиздец, что другой легион легко сломался бы, а Пертурабо еще и начал бы наматывать сопли на кулак, что с ним несправедливо обошлись. Десятки миллиардов людей либо принесены в жертву, либо обращены во всякую хтонь, а между этим ходят демоны, причем не простые, а самые могучие, такой хуйни в Материуме еще бывало. Среди них самым лютым был чемпион Кхорна Ка'Бандху, копытный крылатый бычара с нравом злого Ангрона. Если реального Ангрона считать добрым.

И в тяжелейшем бою ,в котором легион терял тысячи бойцов, Сангвиний выступил против него, но - едва не проиграл. Демон сломал примарху обе ноги, но вместо того, чтобы убить (планы то были другие), устроил резню, убив разово почти полтысячи Кровавых Ангелов, отчего обладающий психическими способностями Саня впал в депрессивную кому.

Вот и пришел коне...А, не, это другое. Вместо того, чтобы потерять контроль, испугаться, отступить, легионеры, которые и за здорового и румяного Саню были готовы рвать танки, вообще слетели с катушек. И когда я говорю это, учитывайте, что состояние "РЕЗНЯЯЯЯЯ" относится к ним в простом бою. Сейчас же многие из них впали в состояние, которое даже никак особо было не назвать. Но если до этого тысячи сверхлюдей завязли в тяжелейших боях, в которых обычное население просто было вырезано, то сейчас они начали мясорубку, от которой охуел бы и Ангрон.

Ярость и страх за своего примарха настолько их поглотила, что это стало чем-то вроде грибного прихода берсерков, и они вырезали всю грязь на планете под корень, и лишь после этого начали успокаиваться. Это был изъян в геносемени - типа Красной жажды, когда бойцы легиона жрали противников едва ли не быстрее чем убивали, только ярость .

Однако Саня очнулся, увидев угрюмый легион, который был в одном шаге от того, чтобы стать буквально воплощением убийства. Но ноги его зажили, и лишь в душе осталась тяжелая грусть по погибшим. Видя, что примарх восстал, легионеров тоже попустило, и самый пик кризиса был пройден. Легионеры не свалились в тьму, несмотря ни на что ,а еще - вырезали демонов по всей системе с методичность фанатика, лупцующего себя за все хорошее. Тем не менее, Кровавые Ангелы остались верны и не сошли с ума, и были готовы вернуться в лоно Империума. Напоследок они оставили маяки вокруг скопления Сигнус, объявив чтобы к ней никто не приближался. И вернулись к свету, оставив своих жертв гнить в космосе.

Остальные семь легионов в это время приближались к Истваану:

• IV(4) Железные воины Пертурабо;

• VIII(8) Повелители Ночи Конрада Керза;

• XVIII(18) Саламандры Вулкана;

• XX(20) Альфа-легион Альфария-Омегона;

• XIX(19) Гвардия Ворона Корвуса Коракса;

• Х(10) Железные руки Ферруса Мануса;

• XVII(17) Несущие слово Лоргара.

И как вы понимаете, из них Несущие слово уже состояли в заговоре. Альфа-Легион, который почему-то приложил руку к тому, чтобы хан не примкнул к Хорусу, тоже. Или нет? В придачу к четырем предателям их уже было шестеро. Против, получается, пяти легионов лоялистов?

Пожалуй, в следующий раз мы разберемся, куда Альфа-легион смотрел на самом деле, как остальные легионы пришли к ереси и чем так знаменита планета Истваан V. Но об этом мы узнаем уже через неделю, в пятницу! Чтобы не пропустить выход новых постов, ныряйте сюда:

Я благодарю всех, кто поддерживает выход новых постов плюсами, подписками, комментариями и - донатами, а именно: @user11272587, @rysskiu282, @Marvin88, @LazyKrakozyabla, @dama30 и 1 аноним. Вы не предавали! Ток по-нормальному.

Встретимся через неделю. Пока!