Эта фотография известна многим. Её часто публикуют в преддверии 22 июня или ко Дню Победы. На ней — Татьяна Онищенко и её маленькая дочка, смертельно раненая во время фашистской бомбардировки. Осень 1941 года, Подмосковье. Автор кадра — Иван Нарциссов, военный корреспондент из Липецка, кавалер ордена Отечественной войны, человек, оставивший после себя огромный архив фронтовых снимков и публикаций.

Долгое время об этой фотографии было известно лишь то, что написано выше. Но недавно открылись подробности. Летом 1941-го Татьяна получила страшную весть: муж пропал без вести. Каждый день она ждала почтальона — и каждый день он проходил мимо. Она верила. Вопреки тревожным сводкам, вопреки всему. И дождалась.

Однажды утром пришло письмо. Живой! Он лежал в госпитале, рана оказалась неопасной. Счастье было огромным, всеобъемлющим. Казалось, теперь-то он пройдёт всю войну невредимым. Но счастье длилось всего несколько часов. Налетела фашистская авиация. Дом Онищенко попал под снаряд. В одночасье Татьяна с дочкой остались без всего.

Когда налёт закончился, они вернулись на пепелище. И тут Татьяна вспомнила: ещё в конце лета она закопала недалеко от дома бочку с солониной. Живы! Будет еда, а с жильём помогут люди. Снова мелькнула надежда. Но снова — лишь на несколько часов.

Опять началась бомбёжка. Дочка, испугавшись, убежала. Татьяна не успела её подхватить. Нашла уже после налёта. И вот — тот самый страшный снимок.

За один день эта женщина пережила огромную радость, ужас, надежду и бесконечное горе. Вспоминается кадр из фильма «Судьба», где мать бежит к убитому сыну и кричит: «Да где же ты, Господи?..» Не знаю, что кричала тогда Татьяна. Но этот беззвучный крик до сих пор сжимает сердце каждого, кто смотрит на фотографию.

Такие истории — это наша память и наша боль. Мы не имеем права забывать, какой ценой досталась Победа. Вечная память. Вечная благодарность.

Наша Милка тоже ушла сегодня. 15 лет и 7 месяцев пушистого счастья, полноценный член семьи.
У нее действительно было 9 жизней. Ей повезло, когда из пучка разноцветных котят муж выбрал самую обычную серую полосатку. Остальные котята у коробочниц жили до конца дня. Потом чумка в 2 мес, инфекция от прививки в 5 мес, тяжелая стерилизация, падение с балкона, в 6 лет сахарный диабет, в 12 лет панкреатит, в 14 зубы, в 15 рак... Сегодня мы отправили ее на радугу, потому что ей было очень плохо, больно и уже никакие лекарства, ласки и уговоры не помогали ей.

Теперь так тихо и неуютно дома. Не надо спешить ко времени домой, чтоб сделать Милли укол. Не нужно убирать лоток. Больше не требуется вода в кружечке в кухне и в мисочке в зале. Ночью не надо светить телефоном под ноги, чтоб не наступить на кошь. И никто не встречает у двери. Последний раз она нас сегодня встретила в полдень. Приходим, а она у двери ждет нас, приползла на звук наших шагов в тамбуре к порогу... До последнего нас ждала. И приползла уже без сил, голодная...
Потом приехала фея, собрала ее в дорогу, дала ей билет и отправила на мягкой подстилочке с любимой игрушкой на радугу.
Пока меня не было дома, муж вымыл уголок кормления, который заказывали и делали в кухне специально для Милки. Убрал ее питьевую кружку, унес миску из зала. Вымыл и без того чистый лоток, она сегодня ночью и до смерти так и не пописала. Сложил его с глаз долой. Убрал остатки ее корма.
Я пришла домой, зашла и слезы полились градом. Она всегда меня встречала, в любом состоянии. Даже сегодня, перед смертью, приползала к порогу...
Всё в квартире было сделано с учетом Милки. Мебель. Покрывала. Расстановка шкафов. Отсутствие немытой обуви в коридоре. Даже наши привычки. Мы никогда не закрывали двери в туалет и ванну. И балкон... Для нее там стелили теплые подстилки.
Ночь настала, все уснули. Я не сплю. Прохожу по квартире и везде мне кажется, что сейчас она придет из зала, молча, подняв пушистый хвост. В холодильнике лежит ее инсулин. И несъеденные мясные кремы, она их так любила. А в зале лежаночка. И на окне домик.
Осиротели мы, обескошели...
Остались только изодранные руки. Царапины на них заживут, а на душе так и останутся раны со следами когтей, зубов и мягкой шерстки.
Беги по радуге, моя пушистая девочка...

Старался не думать об этом, но понимал что это не избежно. Мой дорогой друг, тот кто был со мной 12 лет, каждый день, не ожидая ничего, просто любя... Не проснулся сегодня. Мой дорогой Хаус, спи спокойно.