Я начинаю новый цикл истории Венгерской советской республики. Всего в нём будет 7 глав. Хочу ещё предупредить, что времени на канал сейчас стало меньше и публикации могут не выходить уже каждую неделю.
В Европе революционной эпохи начала XX века трудно найти страну, в которой не было бы социалистической партии. Одна часть рабочего движения выступала за реформирование капитализма, другая же требовала создания диктатуры пролетариата. Добиться её удалось на время всего в трёх странах: России, Германии (в виде отдельных республик) и в Венгрии.
Наш рассказ о Венгерской советской республике мы начнём издалека – с Великой французской буржуазной революции, начавшейся в 1789 году. Тогда Франция была преобразована из феодальной страны в капиталистическую, власть перешла от дворян к буржуазии. Франция стала третьей капиталистической страной во всём мире. Для французской буржуазии это означало, что теперь правит она посредством парламента или кто-то другой в её благо. Действительно, государство предпринимало различные акции по помощи новому правящему классу, главной из которых была война. Война жизненно необходима, ведь как иначе можно завоевать рынок сбыта? Родной рано или поздно кончится, поэтому нужна колония, в которую можно выгодно сбывать товар. Для капиталистической Англии Французская революция означала появление нового конкурента в завоевании колоний, поэтому эта страна состояла в каждой антифранцузской коалиции начиная с 1793 года.
Революционная Франция и воюющие с ней страны в 1793 г.
В 1799 году Наполеон Бонапарт захватил власть во Франции. В этом его поддержала крупная французская буржуазия, поскольку он не только не собирался реставрировать феодальные законы, мешающие развитию капитализма, но и своими завоевательными походами предыдущих лет показал, что Франция в его правление станет империей, т.е. будет иметь много колоний, не обязательно африканских, ведь для этой же цели прекрасно подходит и Европа. Чем условная Германия или Испания не рынок сбыта и поставщик сырья?
Так началась эпоха Наполеоновских войн. Завоёвывая феодальные страны, Франция несла в них не только капиталистические отношения, но и революционные взгляды. Одной из подчинённых держав стала Австрийская империя: в битве под Аустерлицем 1805 года австрийские войска были полностью разбиты – через 24 дня Австрия капитулирует.
Европа в 1812 году
Спустя 9 лет история повторится зеркально, и уже Франция капитулирует под натиском шестой коалиции. Так сложилось, что молодой французский капитализм проиграл английскому в союзе с хоть и феодальной, но огромной Россией. Европа погрузилась в эпоху реставрации и реакции. Местная малочисленная буржуазия в подчинённых странах была отстранена от власти аристократией, феодалами. Однако революционные настроения уже были разнесены, их победителям искоренить не удалось. Впрочем, для целей подавления буржуазных революций по предложению Александра I феодальные страны (Австрия, Пруссия и Россия) заключили т.н. «Священный союз», ещё известный как «союз государей против народов». Эта организация подавила революции в Испании и Италии, где в 20-ых гг. XIX века положение народных масс ухудшилось в следствие того, что вернувшиеся к власти дворяне сделали повинности крестьян ещё тяжелее. В Испании начала вновь свирепствовать инквизиция, подавляя всякое инакомыслие. Эти причины и вызвали восстания, которые деньгами поддерживала местная буржуазия, из-за чего и можно назвать данные восстания революциями (они были направлены на свержение феодального ига и установление капитализма).
Тем временем в Европе начинали пробуждаться угнетаемые народы, и венгры здесь не исключение. Причины были всё те же – появление буржуазии – класса, который был богаче дворян и мог себе позволить заниматься спонсированием политических взглядов, при победе которых власть переходила бы к капиталистам. На эти деньги велась работа среди населения, подготовка восстаний.
Революции 1820-ых. Центры обозначены красными звёздами
Особенность развития некоторых стран заключалась в том, что буржуазия угнетаемых наций могла развиваться быстрее, чем угнетающей, или наравне с ней. Тогда буржуазии угнетаемой нации было необходимо не просто провести революцию в стране, но создать свою, поскольку её (страны) пока еще даже не было. Поэтому среди крестьянского и городского населения распространялись лозунги освобождения от национального гнета, ведь главное было поднять народные массы на революцию, в результате которой появится демократический парламент. В этом парламенте побеждать будет самая разрекламированная среди населения партия, то есть та, у которой больше всего источников финансирования, та, которую спонсирует сильнейшая группировка буржуазии – наиболее богатого класса. А класс этот будет отдавать часть своей прибыли той партии, что отстаивает его интересы. Фактически получается, что правит этот класс. В Венгрии, подчиненной Австрии, была именно такая ситуация. Венгерской буржуазии было необходимо уничтожить феодальные законы, мешающие ей, при том попутно создавая государство. К концу 40-ых годов Европа начинала бурлить. Тут и там поднимались революционные восстания. Они прокатились по Франции, Германии, Италии, Османской Империи, Испании, Греции и Австрии. На последнем примере остановимся поподробнее.
Австрийская Империя была многонациональным государством, где начиналось пробуждение хорватом, словенцев, итальянцев, но главное – венгров. Главное не потому что нас интересует эта тема, а потому что венгерская буржуазия была самой сильной и самой многочисленной среди других угнетаемых народов Австрийской империи. Кроме того, из 37 миллионов населения империи 7 миллионов составляли австрийские немцы, а на втором месте были венгры с численностью в 5 миллионов. Эти два фактора вместе дали мощнейшее революционное движение.
Шандор Петефи читает толпе «Национальную песню» 15 марта 1848 года на ступенях Венгерского национального музея (художник - Михай Зичи )
Франция дала толчок всей Европе - начались революции 1849-1849 годов. Известие о провозглашении в Париже республики дошло до Австрии в конце февраля 1848 года. 13 марта улицы Вены покрылись баррикадам. Однако австрийская буржуазия не была пока еще достаточно сильна, чтобы полностью уничтожить феодальные пережитки, поэтому все свелось к компромиссу. Дворянство не было ликвидировано. В стране оставалась монархия. Революция в центре побудила революции на национальных окраинах, главным образом в Венгрии. В марте 1848 года Венгрия вспыхнула. Крестьяне начали захватывать помещичьи земли. Венгерский парламент объявил Венгрию независимым государством.
К весне 1849 года австрийские войска были изгнаны из Венгрии. Венгерская армия уже планировала поход на Вену. Австрийский император сам не мог справиться с революцией и обратился за помощью к Николаю I. Этот «Жандарм Европы» охотно двинул в Венгрию стотысячную армию. «Не вмешался бы, - писал Николай I, - ежели бы своя рубаха не была ближе к телу, если бы не видел врагов не одной только Австрии, но и всемирного порядка и спокойствия, врагов, которых истреблять надо для нашего же спокойствия».
Огромная царская империя вместе с австрийскими войсками задушила революцию. Победители жестоко расправились с мятежниками – командиры венгерской армии, взятые в плен, были повешены. В венгерской деревне орудовали карательные экспедиции, военные суды. Революция в Австрийской Империи не свергла монархию, не привела к уничтожению национального гнёта. Она осталась незаконченной, потерпев поражение из-за недостаточной мощи революционного движения, что было следствием недостаточного развития капитализма: у венгерской буржуазии не хватило средств, чтобы противостоять не только австрийским феодалам, но и могущественным русским. Эта географическая особенность наличия рядом с Венгрией сил, которые в случае чего подавят буржуазную революцию, вынудила венгерскую буржуазию (партии, отстаивающие её интересы) пойти на сплочение с австрийскими угнетателями. Стоял выбор: поднимать новые восстания, подвергаясь громадному риску быть завоёванными Россией, ещё более отсталой, феодальной, чем Австрия, или пойти на компромисс с австрийской буржуазией и аристократией, получив автономию, но не независимость, и вместе сражаться против внешних врагов, вместе завоёвывать рынки сбыта и т. д. И был выбран второй путь, в результате чего венгерская нация превратилась из угнетаемой в угнетающую.
Языковые группы Австро-Венгрии в 1910 г.
В 1882 году был заключён союз с Италией и Германией, ведь в одиночку не очень-то сильной стране трудно будет бороться за место под солнцем. Здесь, правда, роль сыграл немецкий капитал. Германские капиталисты использовали Австро-Венгрию, как рынок сбыта и поставщика сырья. С этих операций австро-венгерская буржуазия имела свою долю. В случае отказа от союза с Германией немецкие капиталисты могли бы отменить выгодные сделки, а в случае заключения союза – наоборот, повысить долю австро-венгров. Потому Австро-Венгрия сама становилась, в силу своей отсталости, экономически, а значит и политически зависимой от промышленно развитой Германской Империи. Она сама была колонией, но и у неё они были. В таком случае нашу монархию можно назвать полупериферией. Но мы отвлеклись от привидения примеров империалистической политики Австро-Венгрии. А их по существу больше и нет, поскольку буржуазия этой страны не была столь развита, ей просто не были нужны обширные колонии из-за отсталости. Единственное, Габсбургская монархия будет участвовать в Первой империалистической войне – войне за передел колоний. Забегая вперед, нужно сказать, что будущая Австро-Венгрия шла к триединой монархии австрийцев, венгров и славян. Пока ещё нарождающаяся славянская буржуазия изберет тот же путь, что и венгерская.
Разрушение мифов об Австрийской империи. Откуда взялись мифы об австрийской военной неполноценности и неумении управлять многонациональным государством? Как на самом деле австрийцы создавали искусственные нации, а потом стравливали их? Как австрийцы создали украинский национализм и польскую русофобию? Где был создан первый концлагерь в Европе? Кто создал польскую русофобию и украинский национализм? Как Австро-Венгрия из страны виновной в развязывании Второй мировой войны превратились в её жертву? Об этом беседуют автор и ведущий рубрики "Исторический клуб" Игорь Шишкин и сопредседатель фонда "Ист-Патриотика", историк Александр Макушин.
«Преступный режим должен быть ликвидирован» — Карл Габсбург о России ИА Красная Весна
Мартин Ван Майтенс. Свадьба Иосифа II. 1760
Начавшаяся на Украине 24 февраля 2022 года специальная военная операция позволила США втянуть Европу в неравную игру санкций против России. Эта игра вылилась в экономическую зависимость Европейского союза от США, грозящую Европе таким тяжелым политическим последствием, как потеря суверенитета. Вместе с этим конфликт на Украине ударил и по самой идее единства Европейского союза, поскольку страны — участницы ЕС, не имели единой консолидированной позиции в отношении этого конфликта и действовали в соответствии со своими национальными интересами.
В европейских СМИ стали появляться публикации с размышлениями о том, кто мог бы объединить Европу на новых основаниях и дать ей шанс на будущее в условиях существующего кризиса, при этом не раз упоминались имена современных политиков из династии Габсбургов.
В свою очередь, сам глава дома Габсбургов — внук последнего императора Австрии Карл Габсбург, ведет активную работу в информационном пространстве. Продолжая линию своего отца Отто фон Габсбурга, Карл продвигает идею объединенной Европы, в которой всем малым европейским народам найдется место. Однако, в отличие от своего отца, Карл всё чаще вводит в оборот имперскую форму правления этим новым объединением.
Карл Габсбург является медийной фигурой, он часто дает интервью европейским изданиям, у него есть и свои информационные ресурсы. Вместе с тем он посещает мероприятия как общественных организаций, так и орденских структур, главой которых является. И везде, где бы он ни находился, он считает своим долгом донести имеющееся у него видение мира, в котором нет места существующей России под управлением президента Владимира Путина, как нет и известного нам Европейского союза, но есть новое европейское монархическое государство, способное защитить малые народы от такого монстра, как Россия, а также занимающее достойное место в мировом политическом пространстве.
Крупное аристократическое мероприятие в Вене
13 июня 2024 года в Вене во дворце Ферстель прошло мероприятие по случаю празднования 750-летия со дня избрания королем Германии Рудольфа I Габсбурга. По словам нынешнего главы дома Габсбургов — Карла, данное событие рассматривается как точка отсчета правления династии Габсбургов в Центральной Европе, но это не значит, что Габсбургов не существовало до Рудольфа.
«Память о Рудольфе фон Габсбурге и то, что он сделал для будущего не только нашей семьи, но и всей Европы, также является причиной нашей сегодняшней встречи. Тут я хотел бы остановиться, ответив на часто задаваемый вопрос, — семье более 750-ти лет, поскольку она существовала несколько столетий до Рудольфа фон Габсбурга, именно поэтому он и был избран», — сказал в своей программной речи внук последнего императора Австрии.
Немецкая газета Kurier пишет, что на большом праздновании годовщины во дворце Ферстель в Вене «почти с трепетом» вспоминали о бывшей Габсбургской монархии, а нынешнего главу дома Габсбургов называли «Карлом фон Габсбургом» (Karl von Habsburg), употребляя в обращении к нему частичку «von», указывающую на его дворянский титул.
Австрийская газета KronenZeitung тоже написала об «удивительной ауре», окружающей династию Габсбургов, что несмотря на австрийский закон об упразднении дворянства, Габсбурги по-прежнему вызывают к себе интерес. А все гости, приглашенные на аристократическую встречу во дворец Ферстель, прибыли, чтобы «выразить свое почтение императорскому внуку и его семье».
Организатором торжественного мероприятия выступил сам глава дома Габсбургов. Он вместе со своей новой женой Кристиан Рейд (Christian Nicolaude Almeida Reid), семья которой происходит из аристократии Португалии, пригласили 300 представителей европейских дворянских родов, что вызвало, по словам австрийской газеты, «огромный ажиотаж».
«Здесь триста гостей из Европы, и я рад, что могу лично поприветствовать каждого», — сказал Карл Габсбург газете KronenZeitung и пошутил, что если бы пришли все желающие, то пришлось бы арендовать Ратушу.
После этого корреспондент сказал, что тогда у службы безопасности было бы еще больше работы не только потому, что Карл Габсбург был другом российского оппозиционера Алексея Навального (включен в список террористов и экстремистов на территории РФ), но и потому, что этот вечер был бы похож на государственный прием.
Однако торжественный вечер не сводился к одному лишь приему европейской аристократии, пишет австрийское отделение Паневропейского союза, празднование во дворце Ферстель в центре Вены представляло собой «смесь вечеринки и политического мероприятия».
Помимо пришедших на мероприятие дворян, графов, принцев и принцесс, в политической части вечера приняли участие австрийские политики, такие как комиссар ЕС Йоханнес Хан, бывший вице-канцлер Австрии Сюзанна Рисс-Пассер, бывший посол США в Австрии Хелен фон Дамм и вновь избранные депутаты Европейского парламента.
Ценности по-габсбургски
Поскольку Карл Габсбург является «великим другом Украины», на мероприятии не обошлось и без посла Украины в Австрии Василия Химинеца. Его появление среди аристократических кругов и европейских политиков было очень символично, ведь Карл Габсбург настойчиво продвигает идею вступления Украины в Евросоюз.
На мероприятии Карл Габсбург пытался донести одну главную мысль, что Россия — враг, против которого нужно сплотиться. Он заявил, что необходимо поддерживать Украину, что Владимир Путин — это «преступник» и с Россией нельзя будет никак договориться, пока в стране будет править «преступный режим».
«Цель легко изложить. Территориальная целостность и суверенитет Украины, установленные в 1994 году, репарации агрессору и смена режима в России. Преступный режим должен быть ликвидирован», — заявил Карл Габсбург со сцены дворца Ферстель, после чего в зале раздались бурные аплодисменты.
Он добавил, что помощь Киеву со стороны Европы «должна измеряться этими целями, а не простым выживанием на передовой», поскольку Украина, как Косово или Грузия, — является частью европейского континента.
Тут нужно отметить, что глава дома Габсбургов на этом мероприятии не сказал ничего нового. С самого начала конфликта на Украине он говорил о помощи Украине и о «преступном режиме», который нужно свергнуть. Он намеренно отделяет Украину от России, называя это «войной идей и идеалов».
На мероприятии австрийский историк и писатель Гунтер Фурман (Gunter Fuhrmann) сказал, что нынешний глава Дома Габсбургов — Карл, продолжает политику своего отца Отто фон Габсбурга (сына последнего короля Австрии).
Корреспондент, говоря о том, что, организовав площадку на которой встретилась элита Европы, глава Дома Габсбургов умело управляет политическим капиталом наследия династии, задал вопрос австрийскому историку, можно ли считать приезд трехсот дворян со всей Европы вкладом Карла Габсбурга в будущее европейского содружества?
«Безусловно, Карл фон Габсбург придерживается традиции своего отца Отто фон Габсбурга, который сумел добиться своего и переосмыслил миссию семьи. Он не стал оплакивать прошлое, а создал из него нечто новое, что позволило заглянуть в будущее, этим продолжает заниматься и Карл фон Габсбург, а также его сын Фердинанд — мост между традициями, сегодняшней жизнью и видением будущего», — сказал австрийский историк.
Так Гунтер Фурман подвел некий итог активной позиции Габсбургов в актуальной политической игре, началом которой стало создание Отто фон Габсбургом движения Пан-Европа.
Далее корреспондент сказал, что Карл Габсбург смог реализовать свой замысел, пригласив знатных и влиятельных представителей европейской аристократии на торжественную встречу.
Так, на праздничном мероприятии глава династии со сцены заявил собравшимся, что они должны быть вместе и работать на развитие Европы как целостной конструкции. Остальному же миру он показал красивую картинку того, что сейчас в Европейском союзе существует большое движение, обладающее политическим весом и оно, как консолидированное сообщество, в перспективе сможет сыграть не последнюю роль в мировой политической игре.
«Мы должны знать, что нам нужна сильная и уверенная в себе Европа, она должна смочь выдержать критику, как внешнюю, так и внутреннюю, и всё же она должна иметь мужество взять на себя ответственность и сыграть свою роль в этом мире», — дал напутствие прибывшим представителям европейской аристократии глава династии.
Иными словами, данное мероприятие рассматривалось внуком последнего короля Австрии как некий смотр сил. Вместе с этим приехавшие на торжественную встречу во дворец Ферстель представители европейской аристократии не подозревали о том, что они в перспективе должны стать неким сплоченным сообществом.
Преемственность в семье Карла Габсбурга
«В истории, насчитывающей более 700 лет, один год не имеет значения», — этими словами начинается статья на сайте австрийского движения Пан-Европы под названием «Политика ценностей», посвященная речи Карла Габсбурга на прошедшем мероприятии во дворце Ферстель.
И хотя Рудольф I Габсбург взошел на престол в 1273 году, то есть юбилей должен был отмечаться в предыдущем 2023 году, праздничное мероприятие было отложено на год. Поводом для такого решения стала болезнь главы дома Габсбургов. В сентябре 2023 года уже после хирургического вмешательства Карл Габсбург обнародовал диагноз — рак простаты.
Отметим, пока Карл находился на лечении, династию на некоторых мероприятиях представлял его сын Фердинанд Звонимир Габсбург.
Так, в январе 2023 года вместо своего отца он прибыл в Прагу на похороны министра иностранных дел Чехии, главы чешской ветви княжеского рода Шварценбергов — Карела Шварценберга. Тут же интернет-портал Seznam Zpravy выпустил интервью с молодым представителем династии, обращаясь к нему как к «наследнику чешского престола», однако Фердинанд четко дал понять, что если бы у него была возможность каким-то образом влиять на людей в будущем, он бы «предпочел делать это через веру, а не через политику».
«Как я уже говорил, давайте не ограничиваться политикой, пожалуйста. Ничего не имею против политиков, но я не чувствую, что хочу влиять на людей именно таким образом», — заявил Фердинанд, добавив, что он не в силах остановить конфликт на Украине и если бы у него была возможность влиять на мировые процессы, то он бы «предпочел разговор с душами людей».
Фердинанд не принимал участие в мероприятии, посвященном 750-летию династии Габсбургов в Центральной Европе. В это время он готовился к автогонке на выносливость «24 часа Ле-Мана».
Из детей Карла Габсбурга на мероприятии была только его дочь — Глория, которая выступила в роли сопродюсера фильма о Навальном (включен в список террористов и экстремистов на территории РФ).
Мероприятие было отложено на год, поскольку Карл Габсбург был заинтересован в участии в нем. Он, как банкир, вкладывающий крупные инвестиции в перспективное, на его взгляд, начинание, здесь рассчитывал только на себя.
Строительство новой империи
Чешский обозреватель Ян Синагль (Jan Šinágl) чуть позже, 3 июля, на своей авторской странице написал, что главе дома Габсбургов подарили торт с изображением всех гербов земель, входивших в состав империи Габсбургов.
Синагль добавил, что в своей речи глава дома Карл Габсбург дал понять, что празднование 750-летия правления Габсбургов в Европе — это не только дань прошлому, а прежде всего — это исторический опыт, который необходимо использовать в актуальной европейской политике. Он подчеркнул, что идея империи, которая может объединить для мирного сосуществования разные народы, безусловно, может рассматриваться как определенная модель для Европейского союза.
Отметим, идея создания единой Европы как некоего блага для малых европейских народов уже не раз транслировалась Карлом Габсбургом в своих интервью.
Так, на государственной выставке «Габсбурги в Средние века», проходившей в Историческом музее города Шпайер в апреле 2023 года, Карл высказал свое убеждение в том, что монархия не является устаревшей формой государственного правления.
«Одна из главных потребностей людей, как может подтвердить любой психолог, — это потребность в преемственности. Монархия как нельзя лучше удовлетворяет эту потребность, а так же потребность в предсказуемости», — сказал глава монархической династии.
Благодаря удачному поводу Карл Габсбург на мероприятии во дворце Ферстель выстроил модель европейского общества, где аристократические круги вместе с европейскими политиками находятся под идейным управлением Габсбургов.
Можно сказать, что внук последнего императора Австрии заложил первый камень в строительстве новой империи, которую пока можно назвать виртуальной. Однако встреча людей в реальном пространстве уже претендует на нечто большее, чем просто бесплодная фантазия, находящаяся в голове идеолога. Конкретный факт осуществления данного мероприятия Габсбургами подкрепляет идею создания новой империи, выводя ее на другой уровень.
Так, шаг за шагом выстраивают Габсбурги свое возвращение на европейский престол. Такого престола пока нет в политической реальности сегодняшней Европы. Но кто знает — не намерены ли европейские ультраконсерваторы выварить и его в гибельном украинском котле, который на Западе так настойчиво замешивали и разжигали под ним огонь.
Отто фон Габсбург был не просто наследником знаменитой австрийской династии — он был ярким и активным представителем европейской элиты, ненавидевшим Россию и видевшем в европейской интеграции возможность для исторического реванша ИА Красная Весна
Тициан. Карл V
Габсбурги в моде. Последние статьи, написанные активистами-европеистами, такими, например, как Каролин де Грюйтер (Caroline de Gruyter), даже претендуют на то, чтобы смоделировать развитие ЕС по образцу развития империи Габсбургов. Блестящая идея. Но результат, как и вся интеллектуальная продукция европеистов, получается непоследовательным, а основные выводы — ошибочными. Габсбурги, как и ЕС, у них получаются поборниками мира и любви, всё время старающимися уберечь народы от бед и войн и с этой целью неустанно преобразующими межгосударственные структуры и союзы. Присмотримся же внимательно к этой всё чаще подчеркиваемой аналогии.
У Габсбургов была очень длинная и сложная история, что затрудняет составление связной картины их деятельности. Два образа Габсбургов преследуют европейское воображение: образ великого Карла V, объединившего Европу узами крови и посадившего своих родичей на различные европейские троны; и образ престарелого Франца Иосифа с его женой Сисси, поддерживавших единство и мир между разными народами Центральной Европы, всё больше раздираемой национализмами.
Первый из этих образов верен, но он восходит к эпохе, которая в значительной степени всё еще относится к средним векам. Кроме того, он отсылает к монархии, которая всё еще является германской и испанской. До Австрийской империи и Австро-Венгрии, которые радикально отличаются от империи Карла V, еще очень далеко.
Второй образ, напротив, ложен. Да, Франц Иосиф стар, а Сисси — романтическая и трагическая фигура, но Габсбурги правят империей, народы которой враждуют между собой, и их политика экспансии через войну напрямую ведет к ужасающей Первой мировой войне.
Таким образом, мы должны четко определить, о каких Габсбургах идет речь. В нашем случае это будут Габсбурги Австрийской империи.
1. Истоки Австрийской империи
Карл V и его семья были немецко-бургундско-испанскими князьями. Они в первую очередь занимались сватовством, создавая личные, а затем и династические союзы, которые постепенно переросли в империю. Однако в конце XVI века эта относительно мирная политика брачных союзов по всей Европе уступила место политике католического фанатизма с ярко выраженным военным характером в рамках Контрреформации. Это привело к Тридцатилетней войне (1618–1648). Со стороны Габсбургов эта война была направлена на религиозное уничтожение протестантов в Северной Германии, и одновременно на насильственное политическое подчинение региональных князей под новым имперским суверенитетом Габсбургов (вместо традиционного сюзеренитета).
Это был оглушительный провал перед лицом европейской коалиции, который привел к уничтожению Священной Римской империи — старого и очень символичного образования, обеспечивавшего связь между античной идеей универсальной Римской империи, империей франков и особым местом германцев в Европе. Священная Римская империя практически перестала существовать после 1648 года, но ее призрак породил два стремления: стремление австрийской семьи Габсбургов воссоздать империю в ином виде — империю, в которой они будут осуществлять суверенную и поистине имперскую власть, титул которой они сохранили за собой, и стремление этой новой империи управлять всем католическим христианством и даже всей Европой. Это второе стремление, уже давно присущее Габсбургам, воплотилось в девизе A.E.I.O.U. (лат.: Austriae est imperare orbi universo; или нем.: Alles Erdreich ist Oesterreich untertan): «Австрии принадлежит право управлять вселенной», — мегаломанский девиз, который тем не менее шаг за шагом всерьез применялся.
В 1648 году, после разгрома в Тридцатилетней войне, в руках Венского двора остались лишь незначительные владения: нынешние Австрия и Словения, Чехия, Силезия, а за пределами Священной Римской империи — нынешняя Словакия, кроме того, несколько небольших кусочков Венгрии и Хорватии. Чтобы воссоздать настоящую империю, династия начала бесконечную войну: в Венгрии против венгров-протестантов — против трансильванского герцога, который был соперником Габсбургов за венгерские земли, — и против Османской империи. Одним словом, это был крестовый поход на юг и восток Европы. Начиная с блестящей австро-польской победы над османами в битве при Каленберге (1683), крестовый поход оказался полностью успешным, и к 1699 году можно уже говорить о новой Австрийской империи, которая присоединила к себе всю Венгрию, Трансильванию и Хорватию. Владения Габсбургов удвоились в размере и численности населения. Всё это происходило на фоне беспощадных гонений на протестантов.
Австрийские Габсбурги стали однозначно завоевателями, которые стремились реализовать свой девиз военным путем. Поэтому император Леопольд I (1640–1705) и его генералиссимус Евгений Савойский (1663–1736) стали настоящими основателями Австрийской империи, которая теперь расположилась на Среднем Дунае, а не в старых пределах Священной Римской империи. Официально эта новая империя была провозглашена лишь сто лет спустя, когда Наполеон заставил Габсбургов отказаться от титула всегерманских императоров.
Габсбурги стремились восстановить свою империю не только в Венгрии и на Балканах. В Италии они использовали бывшие права Священной Римской империи, чтобы получить полный суверенитет над Ломбардией, Пармой, Моденой и Тосканой. То же самое касается Бельгии и Люксембурга. Они даже попытались вернуть себе всю испанскую корону, хотя им удалось захватить лишь Арагонское королевство, и то ненадолго, во время Войны за испанское наследство (1701–1714).
2. Вечно сражающаяся империя крестоносцев (1683–1918)
Карта Австро-Венгрии. 1914
Превращение Габсбургов немецких в Габсбургов австрийских имело фундаментальный характер. Оно было достигнуто путем переноса германских, франкских и римских политических теорий и традиций в совершенно чуждые им регионы: в Венгрию, а также, по мере продвижения завоеваний, на сербские и румынские православные территории, и даже на мусульманские территории, такие как Босния и Санджак. История австрийских Габсбургов — это история дрейфа в сторону формирования почти полностью католического и германского цивилизационного фронта, стремящегося навязать свою идеологию периферийным народам дунайской «Европы». Именно поэтому Австрия пестует на своей территории униатскую церковь по польско-литовскому образцу, пытаясь поставить своих православных под опеку католической церкви, главным представителем которой она себя считает.
Австрийский крестовый поход продолжался на протяжении XVIII и XIX веков. Габсбурги овладели польской Галицией, затем румынской Буковиной, потом Боснией и Герцеговиной, а также Новопазарским санджаком. Этот же самый крестовый поход стал в июне 1914 года непосредственной причиной начала мировой войны.
Важно отметить разницу между восточной и западной политикой Австрии: на востоке — в Венгрии, Сербии и Румынии она вела крестовые походы и аннексировала Польшу исключительно именем права на завоевание; однако на западе — в Италии, Германии и Бельгии — она была вынуждена опираться на закон. Таким образом, Австрийская империя имела две головы и постоянно практиковала двойные стандарты.
Здесь можно отметить определенное сходство между Австрийской империей и ЕС: та же католическая основа, та же опора на Ватикан, тот же геополитический дрейф к южным и восточным окраинам при постоянном территориальном экспансионизме и стремлении к осуществлению крестовых походов.
Убийство эрцгерцога Франса Фердинанда. 1914
Первая мировая война официально началась с убийства в Сараево эрцгерцога Франца Фердинанда Австрийского. Правда, следует отметить, что Франц Фердинанд находился в Сараево, чтобы руководить крупными военными учениями против Сербии. Убийство эрцгерцога стало результатом обострившейся напряженности, а также поводом для австро-венгерского ультиматума, который был принят Сербией по всем пунктам, кроме одного, делавшего его принятие несовместимым с сохранением суверенитета страны. Австро-Венгрия объявила Сербии войну и, благодаря действию военных союзов, война приобрела мировой характер.
Важно четко представлять себе роль Австро-Венгрии. Отказавшись пойти на малейшие уступки по условиям своего ультиматума, Австро-Венгрия намеренно подтолкнула Сербию к войне, которую уже предвещали военные учения Франца Фердинанда. На самом деле Австро-Венгрия занималась территориальной экспансией: она намеревалась вновь занять Новопазарский санджак (бывший австро-венгерским с 1878 по 1908 год), а также оккупировать и сделать своими сателлитами Черногорию и Албанию, которая только что появилась на карте (в 1912 году). Поскольку эти планы были сорваны Сербией, Австро-Венгрия была готова аннексировать и ее. В 1915 году Сербия (включая Косово) действительно была захвачена и аннексирована, причем половину присоединила к себе сама Австро-Венгрия, а вторую половину она оставила Болгарии. Черногория также была оккупирована.
По мере того, как война развивалась на других фронтах, и даже вопреки ослаблению Австро-Венгрии по сравнению с германским союзником, аппетиты Габсбургов только росли. В 1915 году Австрия оккупировала половину российской Польши, но заявила о своем праве аннексировать ее всю за счет сооккупирующей Германии. С 1916 года Австро-Венгрия хотела аннексировать всю или часть румынской Валахии и превратить в своего сателлита остальную часть Румынии, особенно устье Дуная. Наконец, с конца 1917 года Австро-Венгрия настаивала на создании марионеточного украинского государства. Важно подчеркнуть, что, хотя Германия выдвинула самые крупные военные силы, именно Австро-Венгрия определяла политику Центральных держав в отношении восточных земель от Галиции до российской Украины. И оккупация российской Украины стала возможной для Германии именно через австрийскую территорию. Идея заключалась в том, чтобы превратить российскую Украину в протекторат Австро-Венгрии, правителем которого станет австрийский эрцгерцог (Вильгельм). Аналогичным образом в Польше новым марионеточным монархом должен был стать австро-венгерский кандидат (Карл-Штефан).
Эта серия проектов и аннексий полностью соответствовала истории Австро-Венгрии. Во-первых, по экономическим и стратегическим соображениям все малые государства в бассейне Дуная должны были быть подчинены так называемой Дунайской монархии. Во-вторых, Австро-Венгрии было необходимо превратить Адриатику в австро-венгерское море и достичь Салоник через Албанию. Наконец, великий католический и униатский проект был обращен на восток и предполагал создание огромной зоны австро-венгерского влияния по типу австро-польско-украинского треугольника, который мог бы удвоить размеры империи и ее богатства. В целом проект завоевания Дуная и проект польско-украинского завоевания имели одно направление — к Черному морю, конечному рубежу крестового похода Австро-Венгрии против православия и ислама. Хоть это и типично австрийский грандиозный проект, но он был отчасти старше самой Австрийской империи, поскольку восходил к четырем ягеллонским монархиям (Чехия, Венгрия — Хорватия, Польша и Литва) XV века, которые были все католическими и противостояли османам. Эта группировка являлась предтечей польской идеи Междуморья 1920-х годов, которая преследовала те же фундаментальные цели, но в меньшем масштабе (будучи лишь северной ее частью, в то время как южной были территории Австро-Венгрии).
Все эти амбиции потерпели полный крах после военного поражения Австро-Венгрии в октябре 1918 года от франко-сербской Восточной армии и итальянцев. Монархия рухнула, но ее распад шел изнутри: социалисты и этнические немецкие националисты изгнали Габсбургов из Вены, а все народы империи, за исключением привилегированной Венгрии, требовали независимости или воссоединения с соседней родиной. К 1919 году от империи Габсбургов остался лишь неопределенный венгерский монархизм, который воплощал адмирал Хорти, так и не сумевший восстановить Габсбургов на престоле. Идея Дунайской империи канула в Лету. По крайней мере, так считалось.
3. «Память Европы» Отто фон Габсбурга: политическая программа воинственного панъевропеизма
Приведу характеристику личности Отто фон Габсбурга со слов политолога Бруно Дрвески, которому довелось с ним встретится: «Холодный, улыбающийся, хорошо образованный, рафинированный (как сахар?) и очень вежливый. Всё это скрывает под собой безграничный цинизм и полное отсутствие сомнений в устоях, на которых построено его воспитание. Последнее больше похоже на очень тщательную дрессуру, чем на подлинное образование. Он видит и чувствует себя обиталищем власти, которой у него больше нет, что он воспринимает как дурной вкус со стороны его собратьев, допустивших подобное. Он — воплощение образа загнивающей империи, полной опыта, разочарования и отчаяния. Он — наследник, который смотрит на народы с великим презрением, скрываемым улыбками и хорошими манерами… По сути, он — полная противоположность тому, чем должно быть благородство. Он сохранил форму, но в ней нет содержания. Есть ярость от того, что он больше не стоит на том уровне, которого, по его мнению, он заслуживает».
Здесь мы должны отметить центральное историческое значение этого человека как главного связующего звена между универсалистской Австро-Венгрией и панъевропеистским ЕС. Отто фон Габсбург, неразрывно связанный с панъевропеистской идеологией, является сыном последнего австро-венгерского императора Карла, воинствующего антидемократа и антикоммуниста, и одновременно отцом, вдохновителем и даже главным идеологом ЕС в том виде, в котором он существует сегодня.
Кроме того, Отто — персонаж, который, кажется, не дает покоя университетскому сообществу европеистов. Около десяти лет назад во Франции я принял участие в конкурсном кадровом наборе, темой которого было «Осмысление и строительство Европы в XX веке». Идея заключалась в том, что в первой половине XX века интеллектуалы размышляли о европейском единстве, а вот во второй половине века политики и бизнесмены построили Европейское экономическое сообщество и ЕС. Связь на уровне персоналий между этими процессами не просматривалась. Отто не упоминался вовсе, несмотря на его книги, славу, связи и статус. Почему? Потому что это человек косвенного влияния и самых реакционных взглядов, фанатичный католик с итало-фашистской подоплекой. Для французского панъевропеистского истеблишмента, в целом центристско-леваческого, — он совершенно неудобоварим. Вдобавок сокрытие его роли — это хороший способ избежать вопроса о явно антидемократическом характере европейской интеграции с момента ее зарождения и до сегодняшнего дня.
Отто много писал и много говорил, давал много длинных интервью. Некоторые из его книг оставили заметный след в истории, например Die Reichsidee — Geschichte und Zukunft einer übernationalen Ordnung («Имперская идея — история и будущее наднационального порядка», 1986). В этой книге он попытался полностью реабилитировать идею наднациональной империи как идеального ответа на экономическую глобализацию. В 1994 году Отто продолжил публиковать свои полеты фантазии и выпустил книгу под названием Mémoire d’Europe («Память Европы»). Эта книга имеет исключительное пророческое значение: то, что Отто излагает в ней, буквально применяется сегодня новым поколением лидеров-панъевропеистов.
Скажем несколько слов о том, каковы эти лидеры. Это люди без прошлого, без истории, враги всех форм культуры, мракобесы, не знающие даже собственной национальной традиции, представители того, что я называю Homo euramericanus — нового человека, но не высшего, на появление которого люди могли надеяться в XX веке, а антропологически страшно опустившегося по сравнению со своими предшественниками. Его «европейскость» не имеет за собой ничего, кроме фальшивой идеологии. Homo euramericanus — это человек, которому было 20 лет в 1968 году и который является антикультурным сыном мая 1968 года, вместе со всеми своими потомками, находящимися сейчас у власти в ЕС. Он не европеец и не североамериканец; он культурный мутант, посредственный гибрид двух культур, потерявший и уничтоживший то, что было в нем европейского, и неспособный стать североамериканцем, несмотря на наличие всё более многочисленных внешних признаков. Homo euramericanus не знает и не желает знать собственное прошлое, равно как и весьма темное прошлое своего панъевропеизма.
На самом деле панъевропейская идеология уже в полной мере применялась в 1942–1945 годах в рамках объединения Европы против большевизма. Об этом в 2021 году нам напомнил историк Жорж Анри Суту в своей книге Europa! Les projets européens de l’Allemagne nazie et de l’Italie fasciste («Европа! Европейские проекты нацистской Германии и фашистской Италии»), в которой он подчеркивает, что главную роль сыграли не столько немецкие нацисты, которым «Европа» была не нужна, сколько итальянские фашисты, которые решительно верили в новую Римскую империю. К ним присоединились антикоммунистические социалисты, центристы, пацифисты и католики-антипарламентаристы, одним из которых был Отто фон Габсбург. Для всех этих групп — для Второй державы (Италия), для второстепенных держав (Венгрия, Румыния, Болгария, Финляндия), для новых государств (Хорватия, Словакия) и для проигравших (Бельгия, Франция, Норвегия и т. д.) — «Европа» была союзом слабых вокруг сильнейших, союзом, призванным обеспечить чуть лучший статус погибающим странам за счет добровольного подчинения рейху.
Отто фон Габсбург был явно не того калибра, что Homo euramericanus 2024 года. Он знал, какую роль сыграли Габсбурги в истории Европы, знал большую историю, владел многими языками своей бывшей империи и, несомненно, был человеком культуры и памяти, одержимым идеей когда-нибудь вернуть себе хотя бы престол Венгрии, и почему бы и не всё остальное, включая Галицию. Но сегодня «память» часто означает нечто иное, чем живую память о прошлом. В случае с Отто и идеологами второй половины XX века это слово рифмуется с реваншизмом. Отто был не просто наследником великой династии, претендовавшим на престол: он был воплощением австро-венгерского реваншизма, который хотел продолжить дело своей семьи с октября 1918 года и к концу XX века взять полный реванш над своими историческими врагами. И именно тут мы понимаем капитальную ценность его книги «Память Европы».
В ней Отто приветствует гибель Чехословакии и Югославии (1992), потому что эти два государства родились на руинах его империи и поделили ее между собой. Отто ненавидел Эдварда Бенеша больше всех на свете, считая его преступником, который в его глазах был так же ужасен, как и руководители СССР. Отто хотел того, что его друг Милан Кундера называл «возвращением в Европу», то есть восстановления культурной, экономической и политической зависимости славянского мира от германской и Западной Европы, которую они считали единственной истинной «Европой». Это было горячим желанием Отто, поскольку он видел в этом месть Запада Востоку, а на горизонте — восстановление основ своей империи, которая на протяжении всей своей истории только и делала, что доминировала, унижала, грабила и германизировала ту часть Европы, которую он называл «своей Миттельевропой».
Необходимо помнить, что ЕС основан на полном, но неявном доминировании Североморской Европы над Центральной, Восточной и Средиземноморской Европой. В Австро-Венгрии в свое время господствовала похожая этнополитическая и экономическая иерархия: главенство немцев, второе место у венгров, периферийная роль у поляков, католических хорватов и немецкоязычных евреев, отсутствие прав у остальных, называемых «ордами» (чехи, словаки, румыны, сербы, боснийцы, украинцы, несмотря на националистическую агитацию среди этих двух народов, поддерживаемую Австро-Венгрией).
Фактически почти все страны Центральной Европы входили, полностью или частично, в состав Австро-Венгрии. Вступление государств Миттельевропы в ЕС и НАТО в 2004 и 2007 годах было идеей Габсбурга, и именно этим объясняется непропорционально большой политический вес этой группы стран в данных наднациональных организациях, несмотря на то, что после ультралиберальных реформ они были очень слабыми и экономически беспомощными. С 1985 года они были реколонизированы Австрией, ФРГ и другими западными державами. Сегодня именно они чаще всего фанатично поддерживают продолжение и расширение кровопролитного украинского конфликта.
Отто фон Габсбург
Еще в 1993 году Отто требовал разгромить Сербию и лишить ее права на часть территорий. Он говорил, что его сердце принадлежит католикам-хорватам и мусульманам-боснийцам — народам его бывшей империи, которые выступали против православных сербов. Сербов же он по-прежнему считал «террористами 1914 года». В период с 1995 по 1999 год его желания стали реальностью: сербы Хорватии, а затем Боснии были уничтожены хорватскими ВВС, Сербия подверглась бомбардировкам НАТО, Косово было оккупировано НАТО, а затем отнято террористами А́рмии освобождения Косова. Следует отметить, что, хотя в НАТО действительно доминируют США, четыре из пяти держав, бомбивших Сербию и оккупировавших Косово (Германия, Италия, Франция и Великобритания), являются основными членами ЕС, а значит, эта война, как ясно показывает Отто, — война, которую сам ЕС ведет против Сербии. Эти войны были тем более евросоюзными, что их поддерживал и Ватикан.
Отто выступал за принцип «независимой» (от России) Украины, члена ЕС и НАТО, который начал реализовываться с 2014 года. Весь украинский вопрос сегодня упирается в эту деталь: Галиция была габсбургской с 1772 по 1919 год. Отто, конечно, считал Украину своей целиком, потому что небольшая ее часть когда-то входила в империю его отца.
Отто также говорил о России. Он должен был понимать Россию лучше, чем кто-либо другой, ведь ни одна другая европейская страна не была так похожа на Австро-Венгрию по своей имперской, многонациональной и религиозной структуре, по своей зачастую германской элите и по своей символике, как бывшая Российская империя — тоже империя с двуглавым черным орлом на желтом фоне. Более того, долгое время (в 1792–1854 годах) Российская империя являлась неизменной вооруженной рукой австрийских интересов в Европе против всех их последовательных врагов, и именно Россия непосредственным образом спасла престол Габсбургов во время Венгерской освободительной войны 1848–1849 годов.
Однако Отто отказывался понимать Россию и не был ей благодарен. Он объяснял, что Россия когда-нибудь станет частью европейского движения, но только тогда, когда проведет «деколонизацию» и откажется от всех своих владений за Уралом и Кавказом. По мнению Отто, Европа строго ограничена территорией между Атлантикой и Уралом. Его идеология не позволяла ему понять случайность этой внутренней для России границы, придуманной Татищевым. Эти условные границы послужили оружием против России. С 2022 года все эти идеи стали частью открытой и официальной риторики ЕС и НАТО в отношении расчленения России, удаления всех периферийных этнических групп и раздела русских земель на независимые государства.
На самом деле Отто Россию ненавидел. В первую очередь из-за русских побед в 1914 и 1916 годах, которые почти уничтожили Австро-Венгрию. Возможно, также из-за австро-российского соперничества на Балканах, на Украине и в Польше, которое предшествовало войне. Но в не меньшей степени это было связано с зарождением в России коммунизма. С точки зрения Габсбурга, ставшего международным олигархом (ввиду неспособности стать универсальным императором), это, конечно, было непростительно. Особенно болезненно это им воспринималось потому, что его Венгрия уже в 1919 году чуть не стала коммунистической. Разумеется, фанатичный католицизм Отто также способствовал его ненависти к православной России, а затем и к атеизму СССР.
Решающим моментом является тот факт, что в 1994 году, когда вышла его книга, Россия уже не была ни коммунистической, ни могущественной и не представляла ни для кого опасности, однако Отто видел в ней угрозу и призывал к ее расчленению. Вот она — реваншистская идеология, которая даже не снисходит до реалий текущего момента. Верно, что многие представители англосаксонских милитаристских кругов писали примерно то же самое в 1994 году, когда родилась «доктрина Клинтона» и было принято решение о расширении НАТО. Однако было бы несправедливо считать Отто простым попугаем Великобритании и США. Вся его книга, несомненно, соответствует его происхождению, его жизни, его убеждениям, его надеждам и амбициям. Этот Габсбург говорил независимо и свободно. Его рассуждения — рассуждения европейца, католического идеолога, сына беатифицированного в 2004 году кайзера Карла I, фанатичного панъевропеиста, претендента на трон новой Дунайской империи и на должность главы будущего европейского федерального государства. В своей книге он отстаивал свои интересы, а не интересы США, и делал это совершенно искренне, опираясь на свою карьеру и историческую память.
Габсбург в своей книге фактически нарисовал портрет воинственного и идеологического империализма, который является подлинно европейским и наследует, с одной стороны, гегемонистским амбициям самой мегаломанской из европейских династий, а с другой — амбициям особой формы пангерманизма.
Это видно даже по тому, как он относился к Третьей французской республике. Он считал, что именно Третья республика толкнула Россию против Австро-Венгрии в 1880–1890-е годы и что именно Третья республика ответственна за расчленение Австро-Венгрии в 1919 году, которое, по его мнению, было предпринято Клемансо по идеологическим причинам, против ультракатолической империи. Хотя на самом деле Австро-Венгрия пала в первую очередь в результате внутреннего кризиса, главным действующим лицом которого был немецкий народ Австрии. А у России было много других причин, особенно на Балканах, для столкновения с Австрией, и в «подсказке» Франции она не нуждалась.
С другой стороны, враждебность Габсбурга к Третьей республике и Франции в целом имела очень глубокий смысл, ведь Франция была воплощением модели независимого государства, исторически сломавшего гегемонию Габсбургов, и олицетворяла собой суверенную нацию с народным патриотизмом. В то время как проект Отто был прямо противоположным. Отто был принципиально враждебен любому виду нации, национализма, патриотизма и вообще народной легитимности как таковой. Он прекрасно понимал, что из всех европейских государств именно Франция идеологически лучше всего подходит для того, чтобы прямо противостоять его глобалистским имперским идеям.
Отто не был пророком. Он был просто одним из главных вдохновителей проекта ЕС, возможно, даже главным — через международный Панъевропейский союз и через свою исключительную, поистине глобальную сеть личных связей. Он выступал за еврофедерализм, то есть за центральное правительство ЕС, стоящее над нациями. Он воспевал принцип субсидиарности и открыто приводил в пример свою бывшую империю, вплоть до того, что он просто заменил слово «имперский» на «федеральный» и представил свою Австро-Венгрию как «федерального» предка ЕС, который, по его мнению, должен как можно скорее превратиться в великое наднациональное федеральное государство. Австро-Венгрия, эта (насильственная) «федерация» народов Центральной Европы, обладала, по словам Габсбурга, тем же замечательным достоинством, что и ЕС — миром между народами. Отто говорил, что «многонациональные образования не могут вести наступательную войну, потому что для этого все носы должны быть направлены в одну сторону. Что мы можем сделать, так это вести оборонительную войну» (!).
Конечно, он бессовестно лгал и об Австрии, и о ЕС, и обо всех многонациональных образованиях — о Римской, Османской и Монгольской империях, «забывая», что они вели величайшие завоевательные войны в истории. Для того, чтобы представить Австрию и ЕС добренькими, ему приходилось скрывать немалую часть истории Австрии: свирепое завоевание Венгрии и расправу над религиозными противниками в конце XVII и начала XVIII века, страшную венгерскую войну за независимость 1848–1849 годов, антиправославные крестовые походы, постоянные завоевательные походы в Италию (1701–1714, 1796–1798), на Балканы, в Польшу (1772, 1795), в румынские княжества (оккупированные в 1854–1857 годах), в Гольштинию (1864), преобладающую ответственность Габсбургов за кровавую резню 1914–1918 годов и многое другое. Приходилось даже скрывать, что внутри Австро-Венгрии в 1914 году войны́ против Сербии хотела вовсе не «партия» австрийских немцев и тем более не «партия» венгров, а «партия» двора, то есть самого Франца Иосифа, его семьи и ближайших советников. Иными словами, Габсбурги несли личную ответственность за начало военных действий и навязывали свое воинственное решение австрийским и особенно венгерским институциям. Войну развязали именно представители наднационального космополитизма в Вене, что прямо противоположно утверждениям Отто.
Также необходимо было скрыть кое-что из недавнего прошлого и настоящего ЕС: хорватскую войну 1992 года, сербскую войну 1999 года и роль движения «Отпор», «революцию роз» в Грузии 2003 года, «оранжевую революцию» 2004 года и евромайдан со всем, что за ним последовало на Украине, а также «хипстерскую революцию» в Белоруссии.
Международный союз, за который выступает Габсбург, имеет транснациональный масштаб, в котором себя когда-то размещали также Франц Иосиф и Леопольд I — масштаб вселенской империи. Вполне логично, что Отто перешел от Австро-Венгрии к ЕС, т. к. Австро-Венгрия никогда не переставала быть потенциально панъевропейским образованием с момента своего возникновения на периферии Священной Римской империи.
Стоит вспомнить, что австрийские Габсбурги окончательно отказались от своих теоретических прав на защиту всех мелких германских государств только в 1866 году, а от прав на Италию — в 1870 году. Германия, Италия, Австро-Венгрия и Балканы являют собой половину Европы. И в ней представлены все основные языковые группы Европы: германцы, славяне, латиняне и венгры.
Анализируя статистику гениев и талантов, видно, что столица Австрии – Вена способствовала расцвету творчества множества выдающихся людей. Но это – только один из факторов. Другой, в случае Арнольда Шёнберга– гигантский объём творческой работы, проделанный в юности:
«Казалось бы, любому музыканту можно было только пожелать родиться в XIX веке в Вене - городе, где жили и творили венские классики, Ф. Шуберт, А. Брукнер, И. Брамс, Г. Малер, где существовала высокоорганизованная и разветвлённая музыкальная инфраструктура: различные музыкальные общества, многочисленные хоровые организации, превосходный Придворный оперный театр, Венский филармонический оркестр, знаменитая на всю Европу Венская консерватория и университет, где преподавали выдающиеся музыканты и учёные с мировым именем. На рубеже XIX-XX веков - то есть именно тогда, когда начиналась деятельность Шёнберга, - искусство здесь стало «почти что религией - источником смысла и пищей для души», из украшения жизни» оно «превратилось в её суть, из способа выражения идеалов - в источник оных». В разных сферах духовной деятельности одно за другим возникали направления, продолжившие славу Вены, - «венская школа» в психологии, основоположником которой был 3. Фрейд, «Сецессион» во главе с Г. Климтом в изобразительном искусстве, новые течения в архитектуре, представленные в градостроительных планах О. Вагнера и, особенно, в работах А. Лооса. […] Однако все это - лишь одна сторона медали, связанная с деятельностью людей незаурядных. Между тем господствующим модусом повседневной венской жизни рубежа веков становится сибаритство, культ лёгкого, приятного и духовно необременительного времяпрепровождения. «Городом наслаждений» назвал Вену в своих воспоминаниях С. Цвейг».
Власова Н.О., Шёнберг и Вена: история одной ненависти, в Сб.: Художественные центры Австро-Венгрии. 1867-1918 гг., СПб, «Алетейя», 2009 г., с. 163-164.
«Арнольд Шёнберг родился 13 сентября 1871 года в Вене, в небогатой семье коммерсанта; отец его умер, когда мальчику было восемь лет. Материальное положение сразу стало очень тяжёлым. Шёнберг посещал школу вплоть до шестого класса. Одновременно выучился играть на скрипке и сочинял для домашнего музицирования скрипичные дуэты и вообще камерную музыку. Долгое время работал один, самоучкой, без всякой помощи и руководства. Попутно добывал средства к существованию, занимая скромную должность мелкого служащего в одном из венских банков. В это же время сочинил множество песен, дуэтов, а также хоров для рабочих ферейнов.
Решающую роль в жизни Шёнберга этого периода сыграла встреча с известным композитором и дирижером Александром Цемлинским. Последний открыл в Шёнберге бесспорный талант и изъявил желание обучать его контрапункту, что и делал в течение нескольких месяцев; то были единственные уроки, которыми воспользовался Шёнберг; в остальном он продолжал оставаться полным самоучкой. Дружба с Цемлинским ввела Шёнберга в кружок молодых композиторов, собиравшихся в одном из венских кафе неподалеку от Бургтеатра и страстно обсуждавших все животрепещущие музыкальные темы. Наиболее жаркие споры возникали вокруг вагнеровского «Тристана» - исходной точки развития всей новейшей музыки. В 1898 году в одном из концертов в Вене были исполнены первые песенные опусы Шёнберга на тексты Леветцова; при их исполнении в концертном зале произошёл маленький скандал; «и с тех пор, - рассказывает Шёнберг, - скандалы уже не прекращались».
В 1900 году Шёнберг приступает к первому монументальному сочинению - «Песням Гурре». В то время он является уже руководителем и дирижером трёх рабочих хоров под Веной. Однако нужда не прекращается. Шёнберг вынужден оставить работу над собственными произведениями и заняться инструментовкой чужих оперетт. Этот тошнотворный труд поглощает бездну времени, зато даёт скудный заработок. Шёнберг подсчитал, что в эти тяжёлые годы ему удалось наинструментовать свыше 6000 страниц чужих партитур - опер и оперетт. Некоторые из них принадлежали авторам с известными именами».
Соллертинский И.И., Арнольд Шёнберг / в Сб.: Памяти И.И. Соллертинского, М.-Л., «Советский композитор», 1974 г., с. 159 .
Арнольд Шёнберг — австрийский композитор и музыкальный педагог. Основоположник музыкального направления, известного под различными названиями: «атональной музыки», «12-тоновой музыки», «серийной техники» или «додекафонии» / CC BY-SA 2.0
Кто тут соскучился по новогодней Европе? Собрал для вас интереснейший вариант с путешествием на январские праздники. По бывшим землям Австро-Венгерской империи. И пусть не серчает Франц Иосиф Первый, но начать предлагаю именно с Венгрии, а улететь домой из Австрии. Вся поездка - не дороже 10 тысяч рублей. В кармане должна быть шенгенская виза. Погнали: https://tmgo.me/idubeguedu/541
Туда: 1 января. 18:00 Вылетаем прямым рейсом из Внуково 1 января в 18:00 на Wizzair. Прилетаем на восток Венгрии - в маленький городок Дебрецен. Оттуда можно сразу же доехать и до Будапешта.
Между: 4 января (например) В любой из промежуточных дней садимся в автобус и едем из Будапешта до Вены. Там дороги, всего три часа, а цена вопроса - дьявольские 666 рублей.
Обратно: 6 января. 7:25 Вылетаем из Вены в Вильнюс Ryanair утром в 7:25. Прилет в 10:05. В тот же день выезжаем из Вильнюса на калининградском поезде, ориентировочно в 22:40. В Москву приезжаем утром 7 января.
Билеты дешевле покупать прямо на сайтах авиакомпаний: www.wizzair.com и www.ryanair.com. Они обойдутся в 90 евро и 20 евро соответственно. Билеты на автобус выбирайте ближе к дате тут: www.omio.com.
При покупке авиабилетов изначально выбирайте тариф Basic, и только потом — на следующем шаге при выборе варианта ручной клади — отмечайте Wizz Priority и Ryanair Priority (оба варианта стоят 7-9 евро). Это вам позволит взять с собой большую ручную кладь и существенно сэкономить.
Другие варианты интересных и недорогих авиаперелетов и путешествий на сложные даты, типа ноябрьских и январских праздников бережно собираю у себя в профиле или в телеграме: https://tmgo.me/idubeguedu/
