Ну я и побежал по камням, бревнам и доскам. Разок, вроде, удалось с края до края пробежать. А на вторую, возможно и третью перебежку, нога соскользнула с бревна, да на самом верху, то есть на середине кучи.

Ноги быстро стали уходить в говно. Поднимаю одну ногу, уже без сапога, вторая тонет быстрее, попытался оттолкнуться уже вытащенной - снова засосало. Лёг на спину и попытался достать обе ноги - тщетно. Когда засосало по пояс начал паниковать, кричать бабушку, прабабушку, дотягивался до досок и бревен, подкладывал под руки и живот, помогало не сильно, всё так же уходил вниз.

Когда уровень дошёл до груди стал кидать в дом все что сам и накидал в кучу, и не переставал звать на помощь.

Когда уровень дошёл до шеи - я дотянулся до земли босыми ногами. Смог стоять. Торчали из говна только руки и приподнятая голова. Дышать тяжело, звать на помощь стал тише, кидаться камнями не получается.

Не помню сколько я так стоял. Бабушки пришли с улицы, то ли к соседке ходили, то ли в магазинчик.

И нашли меня. Ну, то есть голову с ладошками.

Смеялись они заливисто, громко. Позвали соседа помочь вытащить меня. Тот трогать руками меня не хотел и протянул лопату, вытянул и слезы вытер, то ли от вони, то ли от смеха.

Три ведра холодной воды на голожопого меня вылили перед баней. В бане отхлестали вениками так больно, нашоркали вихоткой так жгуче, что на следующий день даже из дома не хотел выходить, что б снова не замораться.

Бабушка порой вспоминает эту историю, так бы я и забыл, что мог в говне утонуть.