Тульская жизнь

У Косогорского завкома появилась новая нагрузка. И такая, какой ни в одном положении о завкоме нет.
Во время ночных обходов пьяных из-под станков на Цементном заводе вытаскивать, да спящих будить.
В ночь на 21 августа заснули на работе техник Гринченко и бригадир Лапковский.
Последний заснул в ящике для инструмента, и слесаря с трудом извлекли его оттуда.
Пока тянулась эта история, машина стояла 35 минут.
Такой пример уже вовсе вредно на рабочих влияет.
— Раз техники пьют, да пьяные слоняются, так нам и подавно соснуть можно.
Пьяную круговую поруку надо прикончить поскорей. Пьянка на производстве — путь к развалу производства. Ее допускать мы не должны.

В. С.

* Цитируется с сохранением орфографии и пунктуации первоисточника.

Лектора спугнули.
(Ст. Белев, Р[язано]-Ур[альской] ж[елезной] д[ороги]).

Среди летнего оцепенения появился вдруг лектор:

— Рафаэль Цурефа.

И тема лекции неизменно жгучая: «Любовь, брак и нравственность».

Народу — тьма.

Помещение зимнего клуба давно не видело такого «уплотнения». Лекция прошла занятно.

Наши местные оппоненты не пожелали «ударить лицом в грязь».

Один из них припер лектора к стенке:

— Как быть комсомольцу, ежели у него созрел половой инстинкт. Почему лектор уклончив в столь серьезном вопросе?

И лектор был вынужден ответить прямо:

— Если уж так необходимо, пусть удовлетворит себя. Что же я могу сказать другое?

Другой оппонент начал подкопы к лектору Крыловской басней «Свинья под дубом» и т. п.

Один из железнодорожников возмутился:

— Так, товарищи, не годится. Некультурно так.

На следующий день должна была состояться следующая лекция. Народ валил к клубу толпой, но.....

— Лектор уехал.

Белевцы, по-видимому, отняли у молодого человека охоту продолжать лекции.

И снова белевцы окунулись в дымку летнего оцепенения.

Эн.

* Цитата адаптирована к современной русской орфографии.