Любопытное
2 поста
user10507202
поставил
12 плюсов и 0 минусов
144
рейтинг
0 подписчиков
6 подписок
9 постов
0 в горячем
Серии постов
Книжное
6 постов
О маленьком шажке в сторону, который поменяет многое. ("Люди с платформы №5")
«Люди с платформы №5» Клэр Пули
«А без трансвеститов не модно!» — звучало недовольное в мультике про Масяню. В этой книге, мне показалось, так завопил на автора (британскую леди с мужем и тремя детьми) редактор. Сошлись на почтенной однополой паре (женской) и положительном главном герое из Пакистана на просторах необъятного Лондона. Но есть у этой книги и другие, куда более весомые, достоинства.
Цитаты.
Но в пригородных поездах об этом не говорят. Да и в Лондоне, куда они ехали, так было не принято. Ты просто закрываешь глаза, как все вокруг тебя. Это не твое дело, а чужие проблемы. Однажды в поезд села женщина, чья юбка зацепилась сзади за пояс колготок. Никто не сказал ни слова. Так и ехали до Ватерлоо, где их попутчица вышла со всеми и исчезла в толпе. Санджей потом весь день испытывал чувство вины.
— Но это еще не все, — продолжала Айона. — Когда дерьмо попадает в вентилятор, а такое рано или поздно происходит у любой пары, отношения спасает отнюдь не секс, а дружба. Вам ли этого не знать, Санджей? Вы ведь работаете в отделении онкологии и постоянно видите, как отношения пациентов проходят испытания на прочность.
Одновременно в мозгу крутилась мысль: «Кем же является моя попутчица? Рыцарем-джедаем или верховной ведьмой?» Наверное, ведьмой, поскольку Пирсу вдруг отчаянно захотелось раскрыться перед нею. Возможно, это стало бы исповедью и своего рода освобождением, удалив ядовитое варево секретов, которые бурлили у него внутри, отравляя все.
О чем эта книга?
Каждое утро в пригородном лондонском поезде начинается одинаково — люди едут по своим делам. У каждого свои тараканы и заботы. Лица попутчиков многим изрядно примелькались, но никто друг с другом даже не пытается заговорить — таков неписаный кодекс езды в пригородных поездах. Пока один товарищ не начинает давиться виноградиной, а другие, соответственно, не приходят на помощь. Заодно знакомятся.
В эту цепочку по тем или иным причинам вовлекаются самые разные люди — медбрат Санджай с паническими атаками, симпатяга Эмми, которая ему очень нравится и помолвлена с компьютерщиком, Марта с проблемами в школе, Дэвид с синдромом опустевшего гнезда, преуспевающий Пирс с проблемами в семье и на работе. И в центре — Айона, 57 лет, красивая, эксцентричная, энергичная, женатая).
И все они так или иначе делают какую-то мелочь. Просто заговорить (это вообще база), просто принять предложение на экскурсию, просто позвонить и так далее... Конечно, сюжет, когда несколько людей так или иначе оказываются в одном месте, знакомятся и становятся друзьями, а в жизни их происходят перемены к лучшему, не нов. Но все равно хорош...
Показать полностью
1
Женская красота глазами современников. Каменный век. Мамонты, пещеры и обнаженная натура...
Когда смотришь на фигурки Венер каменного века, почему-то сразу вспоминается игривая частушка времен беззаботного деревенского детства:
- Груди (отцензурировано, было погрубее) по пуду, работать не буду,
Кто за груди потрясет, тот барашка принесет.
И в самом деле, красавицы времен палеолита и неолита (именно скульптура того времени дает максимум информации) – в большинстве своем ну очень «телесны», с гипертрофированной грудью, животом, бедрами, и так, сказать, без головы. Первобытные скульпторы чаще всего вырезали фигурки из кости, камня, реже - делали керамическими, и при этом либо либо не утруждались добавлением голов, либо делали их чисто символическими, без какой-либо портретности.
В женской фигуре подчеркивались сугубо женские достоинства: те, что обеспечивали продолжение рода, либо те, что давали возможность получать телесное удовольствие (акцент делался на выделении области интимных органов). Помните переделку стихотворения Маяковского про паспорт, который доставался из широких штанин: «Смотрите, завидуйте, я гражданин, а не какая-нибудь гражданка!» А тут все как раз обозначено так, что сразу понятно – это гражданка, а не какой-нибудь гражданин.
Это если говорить о женской красоте каменного века глазами современников. Впрочем, последующие поколения немало интересовались вопросом: а какими были их далекие прапрапра….бабушки?
Тут, пожалуй, можно вспомнить фриз «Каменный век», что написан великим русским художником Виктором Васнецовым для Русского музея (1881-1885 годы). Консультировали художника специалисты-историки, так что приближение к реальности – максимальное.
Девушка в белой юбке (условно говоря) получила у искусствоведов прозвище «Мечтательница».
Красавицы каменного века были очевидно интересны и создателям американского сериала «Флинстоуны» (1960).
И, наконец, известнейший в свое время фильм «Миллион лет до нашей эры» (Великобритания, 1966 год). При виде доисторических красавиц и мысли об условиях жизни в пещерах их реальных прототипов (и длительности жизни лет до 30, если повезет) сразу вспоминается анекдот про «Паровоз на апельсин совсем не похож». Но хороши!!!
Показать полностью
5
О чем на самом деле «Домострой»?
«Домострой» в чем-то разделил судьбу пастернаковского «Доктора Живаго» с хрестоматийным отношением: «Не читали, но осуждаем». «Это домострой какой-то!» — где-то эту фразу мы наверняка слышали, где-то, может, и сами употребляли (особенно хорошо ложатся сюда темы про женское бесправие и мужское самодурство). Но...
Но если все-таки почитать первоисточник, откроется масса удивительных вещей. Пробежимся по страницам «культового», не побоюсь этого слова, памятника русской литературы 16 века, энциклопедии семейной жизни, быта и обычаев?
Цитаты.
«Умный же и рассудительный хозяин и хозяйка сами того не любят и не допустят оговоров, насмешек и укоризн, клеветы и лжи. Никаких обманных речей о других они не передают, не осуждают других и ничего о них не слушают, не насмешничают».
«Жена добрая, трудолюбивая, молчаливая — венец своему мужу, если обрел муж жену такую хорошую — только благо выносит он из дома своего. Благословен и муж такой жены, и года свои они проживут в добром мире».
«Кто же дома разводит гусей и уток и кур, держать их только у воды, ибо кормить летом незачем, а потом живи год с даровым припасом».
«У перекупщика возьмешь дороже, а не вовремя купишь — вдвое деньги дашь, да еще и не всякое купишь, если чего-то нет, а надобно».
«А узнать слугу — глуп ли он — просто: только вернулся домой, тут же все и выбалтывает: ясно, что и на людях о домашнем все выкладывает так же».
О чем эта книга?
Если просто — то это руководство к «устроению жизни» семейного человека, здесь и экономика, и психология, и религия. И как мы сейчас читаем всевозможные книги и статьи, изучаем систему флай-леди, техники «внутренней опоры» на самого себя, обсуждаем теории воспитания детей, шерстим кулинарные сайты и прочее-прочее, так и наши предки читали «Домострой». И то, что в «Домострое» для нас сейчас странно, для современников автора — духовника Сильвестра — было близко, интересно и важно.
Разделов там — море, больше 60, на все случаи жизни. «Как всею душою Господа возлюбить и близкого своего, страх божий иметь и помнить о смертном часе», «Как жить человеку по средствам своим», «Как повседневно хозяйке надо приглядывать за слугами в домашнем обиходе и рукоделии, а самой ей — все сохранять и приумножать», «Как кроить разную одежду и хранить остатки и обрезки», «Записи на весь год, что к столу подавать в страстную неделю, на мясоед», лечебник.
И одна из главных идей там — ответственность человека за то, что внутри него, за происходящее рядом, за своих близких. Не самоуправство или эгоизм, и именно знание своей роли и исполнение ее по разуму и по совести.
Показать полностью
«Вызовите акушерку»: по какой книге снят этот сериал?
Не по одной, а по целым трем. Дженнифер Уорф, автор трилогии «Вызовите акушерку», «Тени Ист-Энда» и «Прощание с Ист-Эндом» была медсестрой, начавшей свой трудовой путь в послевоенном Лондоне, в далеко не самом благополучном районе. А трилогия появилась, когда автор была уже в почтенном возрасте и отошла от дел.
Цитаты.
Тед устроился на краю постели и неловко укачивал ребенка (все мужчины, впервые ставшие отцами, выглядят именно так!). Он долго изучал личико, гладил волосики и ушки, потом развязал шаль и посмотрел на маленькое тельце. Потрогал ножки, подвигал его руками, подержал за ладошку.
Несколько раз Чамми обрушивалась на землю с тяжелым грохотом. Стукаясь головой о бордюр, она приговаривала:
— К чему волноваться: нет мозгов — нет сотрясения.
Порезав ногу, пробормотала:
— Просто царапина.
..Она была упряма, и мы начали ее уважать.
Говорят, чтобы стать хорошей акушеркой, нужно семь лет практики. Шел мой первый год, я была одна, стояла глухая ночь, женщина и ее семья безгранично мне доверяли, в доме не было телефона. «Пожалуйста, Боже, не дай мне ошибиться», — молилась я.
О чем эта книга?
Она не об акушерстве (хотя, понятно, что об этом в книге немало, и довольно откровенно). Прежде всего книга о людях — самой Дженнифер, ее коллегах-медсестерах (они работали не только как акушерки) и монахинях из общины Святого Раймонда Нонната и их пациентах. О тайне рождения, нищете и борьбе за кусок хлеба, о нравах доков и многоквартирных домов, где на семью с пятью-шестью детьми две комнаты без горячей воды и канализации, о доброте и жестокости, смешном и страшном. О темных и страшных страницах истории Англии — проституции, работных домах, «хирургических изнасилованиях». И еще — о силе правила «лучше зажечь одну свечу, чем клясть темноту».
Показать полностью
А вы тоже всю жизнь худеете? // Творческая диета (Джулия Кэмерон)
Нет, это не родственница Кэмерона, который снял «Титаник» и прочее. Но тоже человек творческий — известнейший американский журналист, сценарист, писатель и ведущий курсов по раскрытию способностей. Бестселлер — «Путь художника» — как раз ее.
Оказывается, что все то, что способно раскрыть наш потенциал как людей творческих — в любой области, будь то дизайн, кулинария, писательство и прочее-прочее — можно очень успешно и просто применить и для создания «фигуры мечты». Так как насчет творческой диеты?
«Утренние страницы учат разбираться, что нам нравится, а что нет. Строчка за строчкой они приближают нас к тем, кем мы на самом деле являемся. В утренних страницах мы перестаем прятаться от себя. Мы выходим на открытое пространство — пусть это всего лишь чистый лист бумаги. «Я очень хотел бы попробовать...» — пишем мы — и пробуем»
«Вот эти четыре вопроса, еще раз:
1. Хочу ли я это есть?
2. Хочу ли я съесть именно это?
3. Хочу ли я съесть это именно сейчас?
4. Могу ли я съесть вместо этого что-то другое?»
«Работая над избавлением организма от зависимости, рекомендуют соблюдать простое правило: «Нельзя быть слишком голодным и унылым,
Нельзя испытывать сильный гнев,
Нельзя сильно уставать».
«Если цифры на весах растут, Мэри Луиза чувствует, что ее настроение резко падает. Если цифры падает, настроение женщины рвется в небеса».
«Практически все из нас не любят напрягаться и двигаться. И если мы сами не обеспечиваем себе физическую нагрузку, то и не упражняемся. Для большинства небольшая прогулка уже многое значит, а достаточно будет и двадцати минут. Сойдите с автобуса за несколько остановок до нужного места или выйдите из метро за пару станций до дома, прогуляйтесь в обеденный перерыв — это пробуждает волю к жизни».
О чем эта книга?
О том, как похудеть, как бы банально это ни звучало. Но — с умом, без нервов и издевательства, с уважением к себе. Когда на первое место ставится на содержимое тарелки, а «содержимое» головы и сердца. О том, как прийти к желанной фигуре и одновременно стать более творческим, довольным собой и жизнью человеком.
В книге множество небольших главок — «Первый укус: еда, которая провоцирует», «Еда как успокоительное», «Зеркала», «Травма», «Рецидивы» и прочие — с небольшим практическим заданием по итогу. И еще эта книга (мое сугубое мнение), при всей своей дельности, какая-то особенно поддерживающая. И она вполне себе работает!
Показать полностью
Все ли может починить любовь?
Что делать, когда в семье семеро детей, а муж — раздолбай? Красивый, сильный, отважный воин, он задыхается среди быта, рядом с любимой и любящей женой, которую добивался много лет? И от того, что супруги смотрят в разные стороны, не спасает даже любовь?
Об этом — и не только об этом, иначе было бы слишком просто — в книге «Кристин, дочь Лавранса» (автор — Сигрид Унсет)
Цитаты
Кристин надела через голову свою лучшее бархатное платье — оно было фиолетового цвета, с глубоким вырезом на груди и с прорезными рукавами, спадавшими почти до земли. Она подпоясалась золоченым кушаком и набросила на плечи плащ с беличьим мехом. Потом распустила по спине и плечам длинные светлые волосы и надела на голову золотой обруч с чеканеными на нем мелкими розами.
«Однажды утром в начале осени Рагнфрид вышла со всеми тремя дочерьми посмотреть на холст, разостланный для беления. Кристин очень хвалила тканье матери. Тогда Рагндфрид погладила Рамборг по голове:
— Этот холст будет для твоего сундука, малютка!
Много есть такого, Кристин, о чем мать должна рассказывать дочери, чтобы та остерегалась. Я думала, что этого не надо тебе, которая все эти годы была так близка с отцом, — ты ведь должна была знать, что справедливо и благородно.
— Я никогда не забуду, пока живу на свете, — сказала она наконец, не глядя на него, что таковые были твои первые слова приветствия ему — твоему сыну, лежащему в утробе моей!
— Кристин! — произнес умоляюще Эрленд. — Моя Кристин, — молил он, так как она не отвечала и не смотрела на него. — Кристин!
— Да, мой господин? — спросила она холодно и насмешливо, не поворачивая головы.
О чем эта книга?
Норвегия, 14 век. Кристин, дочь Лавранса, и Эрленд, сын Николауса, знатны, обеспечены, из уважаемых семей. Ради любви к Эрленду Кристин разорвала помолвку, пошла на добрачные отношения, натворила немало такого, от чего ей стыдно перед родителями. И долгие годы Эрленд, несмотря на сопротивление ее родных, добивался брака. Супружество все-таки состоялось. Но не зря все сказки заканчиваются свадьбой. А жизнь ею только начинается.
Огромная усадьба в управлении, дети, слуги, воинская повинность, междоусобные разборки, заговор против короля, эхо прежней жизни, в которой у Эрленда была невенчаная жена и дети, бывший жених Кристин, который любит ее до сих пор, но женат уже на ее сестре...
И начались сложности между самими супругами — слишком сильными и с разными характерами оказались оба. Страсть и жалость, страх друг за друга и одновременно ненависть, желание поддержать мужа и боязнь за детей, которых, как считает Кристин, муж своим безрассудством лишает средств и имени и которых, как уверен Эрленд, мать слишком прячет от жизни...
В 1929 году трилогия Сигрид Унсет (у нее не бывает «малых страстей» или слабых характеров, взять хотя бы «Сагу о Вига-Льоте) «Кристин, дочь Лавранса» получила Нобелевскую премию. Объемное, удивительно захватывающее, с прекрасным переводом произведение. Что-то вроде «Унесенных ветром», но норвежское.
Показать полностью