Zootehnick

Zootehnick

пикабушник
https://vk.com/id25089094
18К рейтинг 1797 подписчиков 672 комментария 121 пост 77 в горячем
1 награда
более 1000 подписчиков
66

Мы не должны были выжить

Витя устало сел в кресло, чуть скрипнувшее колёсиками по ламинату. Обвёл взглядом комнату, особенно внимательно осмотрелся за спиной. Дверь прикрыта, а в коридоре есть освещение. Единственное место, которое его очень тревожило — дальний угол, в районе кровати. Туда не доставал свет от лампы и тени язвительно качались, прячась за шторами. Тянулись к изголовью, стараясь залезть под свисающую простынь.

Хотелось спать, но мучительно болевшая голова не давала этого сделать. Последняя неделя вся как в тумане, постоянный недосып плюс депрессия и возникшие проблемы в жизни — и он с трудом может вспомнить во сколько сегодня проснулся и что делал.


Но сейчас необходимо сосредоточиться, как раз и нужное время настало. Пощёлкал мышью и зашёл в скайп. Выбрал нужный контакт, добавил ещё один и нажал на телефонную трубку.


Яна отозвалась быстро, словно сидела и ждала звонка. Хотя, может так оно и было. На экране монитора отобразилась девушка лет двадцати пяти. Красные уставшие глаза и всклокоченные волосы, которые она безуспешно пыталась пригладить, навели Витю на мысли, что не он один плохо спит последние недели. Больше разглядеть ничего не было возможно — ни комнату, ни окружающую обстановку, казалось лицо Яны и тело по плечи просто плавают в темноте.


— И что такого ты хотел рассказать? — нахмурилась девушка, даже не поздоровавшись. Снова пригладила непослушные волосы. — Не самое лучшее время для разговоров.

— Погоди, сейчас..., — пробормотал Витя. — Сейчас Кирилл ещё должен присоединиться.


Друг не спешил отвечать. Яна стала грызть ногти и немного отклонилась назад. Теперь даже лицо стало еле видимым, остальное поглотила тьма. Через несколько томительных секунд Кирилл всё же соизволил появиться.


— Привет, Вить, — безрадостно сказал старый друг. За его спиной под плохим освещением стал заметен бедный интерьер комнаты. Шкаф, неубранная постель и стоявший рядом стул с висящими джинсами — вот и всё, что Витя разглядел. На самого Кирилла он старался не смотреть. Друг махнул головой Яне, поджав губы.

— Привет..., — Яна неловко улыбнулась. Приблизилась к камере, догадавшись, что её стало плохо слышно. — Извини, что не перезвонила... дела.

— Да, понимаю, — тот пожевал губу. Нахмурил брови. — Я всё понимаю... и навещать тоже меня не стОит, не достоин я этого.

Яна вздохнула.

— Кирилл, не начинай пожалуйста... Мы обсуждали уже...

— Погодите ребята, — пробормотал забытый Витя. Сказал погромче, видя, что его вообще не слушают. — Ребят!

— Ты камеру включать будешь? — спросила Яна, мгновенно переключаясь с начинающейся ссоры.— Не очень удобно общаться с чёрным экраном.

— Хорошо, — не стал спорить Витя. — Сейчас...

Потёр глаза и посмотрел вначале на неё, а затем мельком на Кирилла.

— Выглядишь хреново, — тот не стал обманывать. — Дружище.


Последнее слово было произнесено с понятным ему намёком, намёком на то, что они в последнее время разобщились, давно не виделись, перестали быть лучшими друзьями, но Витя смолчал. Лишь медленно кивнул, соглашаясь со словами о своём виде.


— Итак, — Яна скрестила руки на груди, словно ограждаясь от того, о чём хотел поговорить Витя. Словно уже заранее знала, про что пойдёт речь. — Зачем ты нас вот так собрал? Если хотел просто пообщаться, то мог позвонить каждому.

— А нам разве не надо ничего обсудить? — немного резко спросил Витя.

Неожидавшая такого тона Яна на несколько секунд замолчала. Кирилл лишь хмыкнул, насмешливо поглядывая на них.

— Ты ещё обвинениями будешь сыпать?! — пришла в себя девушка. — Совсем ошалел?

Витя понял, что перегнул палку. Срываться на друзьях это не то, что хотелось делать сейчас.


— Извини... сам не знаю, что на меня нашло..., — он сконфуженно скривился. — Просто мы давно не общались... с того раза...

Девушка тоже сникла, передёрнула плечами, словно вспомнив что-то нехорошее.

— Да, — произнёс Кирилл. — Есть такое. Не звоним, не пишем. Забываем друзей.

Витя постарался пропустить это мимо ушей. Он и сам прекрасно знал в чём виноват.

— Яна права, — Кирилл шумно отпил воды из стакана. — Говори, зачем звал.

Витя не стал долго разглагольствовать. Он предчувствовал реакцию и поэтому решил задать этот вопрос сразу.

— Какие вам снятся сны?

Как он и ожидал — Яна, хмурясь, придвинулась ближе к монитору и даже Кирилл поменялся в лице.


— Извини, что? — девушка приподняла брови. — Ты реально позвонил нам для обсуждения снов?

— Пожалуйста, ответь, — Витя потёр подбородок. — Это важно.

— Я сейчас отключусь, — отрезала Яна. — Мне расхотелось говорить.

Кирилл хранил молчание.

— Ты можешь ответить? — продолжал настаивать Витя.

— Нет! — взвизгнула девушка. Она снова окунулась в темноту, отодвинувшись от монитора.

— Кошмары... — Кирилл исподлобья посмотрел на друзей. — Я думаю, что нам всем снятся кошмары.


В глазах Вити мелькнул затаённый страх. Яна принялась снова приглаживать волосы, словно это единственное, что сейчас её волновало. В полутьме даже такие простые действия выглядели неприятно — казалось отрубленная голова пялится в монитор, стараясь уложить непослушные пряди.


— Он прав? — Витя оглянулся, рассматривая свою комнату. Дверь так же прикрыта, из-под небольшой щели выбивается свет. Всё хорошо.

— Скажи вначале ты, — боязливо пробормотала Яна.

— Мне снится Игорь... как он выглядел после аварии, — Витя потёр раскалывающиеся вискИ. На мгновение замолчал, к чему-то прислушиваясь. Затем продолжил. — И не только снится... мне кажется он появляется каждую ночь... стоит у изголовья, когда я закрою глаза, прячется за шторами, ходит по кухне, поджидает в темноте. Чтобы утянуть за собой, забрать в небытие. Укоряет меня, говорит, что я слишком легко отделался.

— Мы не должны были выжить, — голос Яны изменился, стал хриплым. Она откашлялась, вытирая рот ладонью. Витя заметил маленький красный развод, оставшийся на руке. — Мне он постоянно говорит эту фразу. Я, ты, Кирилл — мы должны были тогда погибнуть, шанса выжить практически не было.

— Практически не было, — повторил Витя. — Мы везунчики, что тут сказать.

Кирилл заливисто расхохотался.


— Ахаха! Ну ты и сказанул, — снова отхлебнул воды, чуть не поперхнувшись. — Хорошее подобрал слово — везунчики.

— Я почти не сплю, так урываю по паре часов днём, — ни к кому не обращаясь продолжил Витя.— Но так долго продолжаться не может. Я чувствую, что почти на грани... Ощущаю всякое... голоса, зовущие меня по имени. Когда дремлю, то сквозь веки вижу смутные силуэты, толпящиеся вокруг... А ты, Ян?

— Прошлой ночью он чуть не задушил меня, — всхлипнула девушка. Всё, что она держала в себе, вылилось в торопливо сказанных словах. — Было как при сонном параличе, я не могла пошевелиться... а Игорь возник из неоткуда, словно выполз из-под кровати. Шипел, что скоро мы все встретимся, осталось совсем немного, — она быстро взглянула на Витю. — И то, что вина лежит на тебе...

— В смысле? За рулём был он, — Витя непонимающе смотрел на друзей. — Вы же сами помните!

— Ты был рядом, — парировала Яна. Хотела сказать ещё что-то, но смолчала.

— И что? Мне надо было хвататься за руль? — Витя ожидал всего, но не того, что его будут обвинять в случившемся.

— Может быть..., — пробормотала еле слышно Яна.

— А может тебе стоило тоже подумать, прежде чем лезть в машину?! — он скривился от собственного громкого голоса. — Ты ведь прекрасно видела, что Игорь нетрезвый.

— Это мягко сказано, — влез Кирилл. — На ногах он держался так себе...

— Мы все сели к нему в тачку. Так что не надо перекладывать лишь на меня вину.

— Ты мог его переубедить, — опять Кирилл. Витя помотал головой, разгоняя сонливость. — Игорь бы тебя послушался. Вы с ним были... как одно целое.

— А какие кошмары у тебя? — обратилась к Кириллу Яна. — Ты единственный не рассказал.

— У меня они немного другие...

Девушка осеклась, пристыженно глядя на него.


— Не позновато ли друзья-приятели мы начали этот разговор? — Кирилл не смотрел в камеру, барабаня по столу пальцами. — Таким темпом может и про меня вспомните через пару месяцев. Да, Ян?

— Пожалуйста..., — прошептала она. — Ты сам знаешь... и я, и Витя...если что-то понадобится, мы приедем.

Кирилл ухмыльнулся и отъехал от стола.

— Очень заметно, как вы навещали меня... друзья.


Витя не хотел, но глаза сами уставились на инвалидную коляску. Раньше он старался не обращать внимания на неё и это удавалось из-за того, что Кирилл сидел очень близко к монитору. Сейчас же, когда парень отодвинулся, всё стало слишком заметно.


— Красота, да? — усмешка не сходила с лица Кирилла. Поскрипывая колёсиками он проехался по пустой комнате и вернулся обратно.

На глаза Яны навернулись слёзы.

— Не вини нас, — Витя, как мог, отводил глаза. Не желал видеть своего приятеля таким... злым и, одновременно, беспомощным. — Так могло произойти с любым из нас.

— Но произошло со мной! Не с тобой, не с ней, — Кирилл нервно замахал руками. Хрипло продолжил, еле сдерживаясь, чтобы не перейти на крик. — А со мной, жалкие вы куски дерьма. И что я вижу - одна меня тут же бросает, а лучший друг перестаёт общаться. Все заняты своими проблемами.

Витя пристыженно молчал, он ещё перед разговором догадывался, что Кирилл припомнит им их поведение.


— Из-за этого я стал инвалидом! Понимаете?! Из-за сраного Игоря! Вы отделались ушибами, а мне досталась самая вишенка! — продолжал говорить Кирилл, не замечая ничего. Наконец опустошённо замолчал. — Может и правда лучше, если бы мы действительно там сдохли, разбившись на дороге...

— Не говори так, — Витя не знал, куда деть глаза. Теперь его собственные проблемы казались не такими серьёзными. Плюс голова всё сильнее болела. — Мне так жаль.

— Если бы он вывернул руль в другую сторону, то на таком вот замечательном агрегате сейчас рассекала бы Яна, — Кирилл снова улыбнулся. Только улыбка получилась немного страшной, уголок правой губы съехал вниз, делая его похожим на сумасшедшего.

— Витя мог его остановить, — повторила Яна из своей темноты. Теперь было сложно даже рассмотреть её лицо, так... смутный контур.

— Почему ты заладила это говорить?

— Зачем ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО позвал нас? — продолжала Яна. Голос опять стал хрипящим.

— Чувствует вину, — Кирилл не дал Вите ответить. — Разве не ясно? Пытается переложить всё дерьмо на плечи... Игоря.

— Потому что он вёз нас тогда! — зарычал парень. Шум в ушах усилился и он раздражённо помотал головой, пытаясь от него избавиться. — Мне нужно, чтобы вы выслушали меня, чтобы мы вместе, как всегда делали раньше, решили эту проблему! Мне нужны вы!

— Ты до сих пор убеждён в своей полной непричастности, это сильно въелось в тебя, — голос Яны прозвучал совсем рядом, но лицо так и осталось во тьме.

— Не понимаю, — он испуганно заозирался, покрутил громкость на колонках, стараясь понять в чём фокус, произошедший со звуком.

— Никакого Игоря не было, — вкрадчивый шёпот Кирилла в другое ухо, словно он находился в паре сантиметрах от Вити. — Ты его выдумал, убрать с себя ответственность за содеянное.

— Нет..., — он с ужасом смотрел, как тьма из камеры Яны медленно перетекает в комнату Кирилла. Расползается по стенам, приближаясь к другу.

— Ты выпил... очень сильно... и решил, что до дома совсем недалеко... а мы согласились с тобой...,— теперь Кирилла тоже не было видно совсем, остался лишь его грустный голос. — Да, мы тоже виноваты, но.. мы уже умерли, а вот ты остался.

— Не может такого быть. Я не верю! Нас спасли, отец Яны помог... лишь Игоря не удалось откачать, тело слишком сильно повредилось при ударе.

— Ты сам начинаешь уже осознавать, что это неправда, — сказала Яна. — Из-за тебя мы погибли и ты придумал для своего успокоения, что всё закончилось хорошо. Почти все живы, почти все здоровы.

С камеры, поверх монитора, начала стекать чёрная жижа, но Витя остался сидеть на месте.


В голове мелькали обрывки воспоминаний — он смеётся над друзьями, которые боятся лезть в автомобиль, стрелка спидометра всё больше, но он лишь прибавляет скорость... Резкий, бьющий по ушам, визг тормозов, машину крутит, почти невозможно удержать руль, громкий вопль Яны... тишина... лишь кровь течёт по лицу, почти так же, как сейчас чёрная жижа по монитору... он скрипя зубами поворачивает голову и видит Яну — всклокоченные волосы закрыли лицо, кажется словно девушка в обмороке... но шея, неестественно вывернутая в сторону, заставляет содрогнуться. Кирилл выглядит ещё хуже — переломанные руки и ноги, превратили его в какую-то страшную игрушку, лишь похожую на человека. Безжизненные зрачки смотрят прямо Вите в глаза, но он не может оторваться. Лишь запоздало пришедшая боль, наконец-то, лишает его чувств.


— Мне очень жаль...— Чернота вылилась через экран сильным потоком, поглощая стол, и громадной волной ринулась на Витю...



* * *

Его резко вырвало из забытья. Словно мгновенно окатили холодной водой с головы до ног. Витя попытался пошевелиться, но ничего не вышло. Ещё пара безуспешных телодвижений также ни к чему не привели.

— Очнулся, значит..., — хриплый голос где-то справа.


Витя скосил глаза, силясь хоть что-то рассмотреть. Зацепил белёсое пятно на краю зрения, которое, после произнесённых слов, быстро зашевелилось, увеличилось в размерах. Непонятная белая фигура растеклась, стала более расплывчатой, отлетев от него на пару метров. Витя попробовал открыть рот, но даже такое простое движение было ему не под силам.

Пятно вернулось. Приблизилось к нему. Фигура обретала объёмность, с каждой секундой всё больше походя на человека.


— Узнаёшь меня? — голос одновременно был знаком, и не знаком. Голова начинала болеть, когда Витя попытался вспомнить.

Человек наклонился. Стал виден больничный халат и уставшее лицо мужчины лет пятидесяти. Он смахнул пот со лба и уставился на Витю злыми, но замученными глазами.

Понимание окатило второй волной тело парня. Зрачки расширились.


— Узнал..., — удовлетворительно прошептал мужчина. — Михаил Александрович, отец Яны... Мы пока что одни, но скоро набегут другие врачи, так что я потороплюсь. Чудесно, просто несказанно повезло, что ты вышел из комы в мою смену... Я столько потратил на тебя сил, даже не представляешь — хотя вначале думал просто задушить за то, что ты натворил. Ты же всё помнишь, ведь так?! Жалкий кусок дерьма, уговорил Яну и Кирилла, что всё будет в порядке, что тут недалеко... и остался жив! Вот, что меня больше всего взбесило! Машина всмятку, хорошие люди погибли, а ты... живой... и почти здоровый. Пострадал совсем немножко.

Витя силился произнести хоть слово, пошевелить хотя бы пальцем.

— Начинаешь осознавать? Тебя выволокли буквально с того света, но вот мозг принимать бразды правления над телом уже отказался...

Мужчина через силу улыбнулся, прислушиваясь к шуму снаружи.


— Может действительно есть какая-то высшая кара, хотя... я ни во что давно уже не верю... Столько чудовищно неправильного творится вокруг, что скорее всего это просто случайность, практически невозможная, но тем не менее... я рад, что она случилась с тобой. Наслаждайся полученной жизнью. А я постараюсь продлить её как можно дольше.


Он почти ласково вытер слезинку, одиноко вытекшую из глаза Вити. Зрачки парня бешено крутились. Мужчина практически ощущал ужас, слышал безмолвные вопли, разносившиеся по комнате.

Улыбнулся и вышел, прикрыв дверь.

Показать полностью
38

Бремя времени (часть 9)

Предыдущая часть со всеми остальными ссылками Бремя времени (часть 8)

Внизу также ссылка на озвучку



Падение быстро закончилось, больно ударившись затылком я...

... вынырнул из странного кошмара благодаря боли. Она вспыхнула внутри головы резким яростным пожаром, грозящим расплавить мозги. Пронзила в самую глубину, заставляя вцепиться зубами в подушку, чтобы не завыть словно дикое животное. Кое-как разлепил веки, тяжело дыша. Взгляд уткнулся в потолок. В правом углу отклеился кусочек обоев. Уже полгода хочу вообще поменять их, да никак не получается.


Главное что я дома, а не там... всё же это оказалось сном, безумным бредом, порождённым моим уставшим сознанием... Промелькнувшие три недели, смерть друга, психушка, — ничего этого не было, всё лишь затянувшийся кошмар... Я выплюнул подушку, рассматривая на ней кровавый отпечаток. Во рту стоял неприятный привкус, словно прокусил язык или щёку. Может так и есть... сейчас важнее всего то, что я в своей кровати. И руки не связаны. Боль затихала, а сердце перестало колотиться, стук стал опять в обычном ритме. Я вытер потный лоб.

Свернулся комочком, поджав коленки повыше, хотелось заплакать, как маленькому мальчику. Чтобы, как в детстве, на непослушные волосы опустилась рука, ласково взъерошивая их. Чтобы мягкий голос утешающе говорил, что всё будет хорошо, у меня всё получится, не стОит печалиться.


Я даже, почти на секунду, почувствовал это тёплое прикосновение к голове, силуэт рядом с собой, неуловимо расплывающийся в воздухе. Но наваждение столь быстро и пропало. Осталась только грусть, накатившая волной. Тоска и осознание одиночества — пожалуй лишь сейчас они настолько прочно угнездились внутри меня, что на глаза всё же навернулись слёзы.

Что же со мной происходит, почему именно я?


Да, я часто считал себя уникальным человеком, единственным в своём роде. Что больше никто не может испытывать моих ощущений, ни у кого не возникают такие же мысли, никто не думает о том же, что и я. Но со временем пришло осознание, что это далеко не так, и людей, размышляющих подобным образом, огромное множество. Все вокруг представляют себе, что только они самые неповторимые, самые умные, самые прекрасные, а остальные просто бараны, непонятно как проживающие жизни. Так думает и мужик, каждое утро стоящий у магазина, и охранник в нашем офисе, и даже коллега Игорь. Все грустят, что общество не принимает и не понимает их.

Но лишь мне досталась способность проматывать время, свою жизнь... Почему я в этом уверен? Не знаю... но, одновременно,и знаю, что это именно так. Значит я всё же уникальный, как всегда и мечтал?


Почему тогда это не приносит радости, как раньше? Почему дУшу, как никогда до этого, разрывает тоска, хочется продолжить лежать в кровати, жалея себя. Сложно сформулировать, но грустные ощущения перебивает другое... чего я совсем не жажду... тревожные мысли, что всё вокруг ненадёжно, что скоро всё лопнет, как неумело надутый мыльный пузырь, что о таких вещах я уже задумывался и не раз... что даже лежал в такой же позе... и я виноват во всём, что произойдёт дальше...


Приступ дежавю не отпускал, лишь становился сильнее, ярче. Всё происходившее со мной ранее казалось чем-то придуманным, ненастоящим, игрой, быстро наскучившей, и которая должна вскоре закончиться. Это ещё больше заставляло неосознанно тосковать и, одновременно, злиться на такой исход. Хотелось лежать, продолжать валяться на кровати, чтобы вокруг не было лишних звуков, только мешающих моим раздумьям. Я моргнул и, в то же мгновение, ожил компьютер, запустив проигрыватель. Гитарные мелодии заполнили комнату, приглушив остальной шум. Так можно лежать вечно...


— Евгений, ты опять отвлёкся, — заговорила пустота рядом с креслом. — Снова ушёл в своё воображение.

Я закрыл глаза и расслабился. Открыл их. Ничего не поменялось. Почти ничего... кресло сдвинуло ближе ко мне. Я уже ничему не удивлялся — не было испуга или паники, просто апатичное состояние.

— Это действует успокоительное, — доверительно продолжил голос. — А сейчас должны помочь таблетки. Ну же, — подбодрил он. — Ты же чувствуешь, не так ли? Изменения...

Я моргнул, стены комнаты предательски исказились, словно на миг проступило другое помещение— побольше, с книгами на полках и сидевшим в кресле человеком. Остальное не успел разобрать.

— Нет, отстаньте, это опять какой-то бред, — я потряс головой, внутренне понимая, что это не поможет.

— Сосредоточься! — властно сказала пустота.


Окружающая чужая обстановка проявлялась всё сильнее, набирала объём и цветА, а моя комната, наоборот, становилась тусклее, растворялась прямо на глазах — ноутбук на столе уже был настолько прозрачным, словно его почти не существовало, лишь еле уловимые контуры плавали в воздухе. Меня дёрнуло вперёд и я почувствовал, что уже сижу. Всё произошло так быстро, я даже не успел толком осознать рывок. Просто тело переместилось в вертикальное положение.

Затравленно огляделся. Моей квартиры больше не было, призрачные остатки мебели испарились самыми последними. Теперь вокруг меня находились — просторный кабинет, изящная настольная лампа, приглушённый свет которой воздействовал умиротворяюще для уставших глаз, окна, выходившие на кусок парка — там вдалеке виднелись аккуратно подстриженные кусты и пара деревьев, множество книг, расставленные на полках в трёх деревянных шкафах. Сам я расположился в уютном кресле, ощущая спиной упругий материал, по типу кожи. Напротив сидел мужчина в докторском халате, небрежно покачивая ручкой и крутя её между пальцев. Внимательные глаза следили за моей реакцией.


— Хорошо, ты вернулся, — утвердительно произнёс он.

— Что происходит? — страх всё никак не хотел появляться во мне. Лишь небольшое недоумение. Пережив столько всего за короткое время, сознание похоже совсем перестало удивляться.

— Наше общение о твоём детстве прервалось. Видимо, ты опять представлял себя дома. Или разговаривал с выдуманным Сергеем Викторовичем, который якобы твой лечащий врач.

— Его нет, и вас тоже, — нахмуренно произнёс я. — Это снова кошмары.

— Очень не хочется повторять, но видимо придётся. Вчера ночью с тобой произошёл печальный инцидент. Мне позвонили дежурившие охранники, когда уложили тебя обратно в палату. Я так надеялся, что наконец-то ты пошёл на поправку, что мы сообща добились этой ремиссии, улучшения психического состояния! Тебя в последние месяцы перестали мучать кошмары, прекратились навязчивые идеи, что ты умеешь отматывать время вперёд...

— Я могу! — перебил я его. Вскочил с кресла, отчего мужчина непроизвольно сжал кулаки и выронил ручку. — Докажу, что сон продолжается!


Решившись наконец-то воспользоваться силами, боясь последствий, но я всё же прикрыл глаза, представил себя в своей же кровати... утро, выходной день, время часов десять, можно позвонить Кате и решить куда сегодня пойдём... Раньше этого хватало для перемещения... но, открыв глаза, я обнаружил себя всё так же стоящим в кабинете с нелепо вытянутой рукой.


— Сейчас, сейчас, — мой голос дрожал от волнения. Как же так...? — Всё получится.

— Что тут написано? — мужчина приподнялся со своего кресла и протянул лист бумаги. Там большими буквами была выведена короткая фраза "Во сне нельзя читать"

Я пробежался по буквам взглядом.

— Понимаешь, одно полушарие отвечает за сон, другое за чтение, — успокаивающим тоном говорил неизвестный. Мягкий проникновенный голос умиротворял. — Так что ты бодрствуешь. И это хорошо — сбегать в свои фантазии нет смысла, лучше осознать ошибки и начать по-новой покорять весь тяжёлый путь. Я помогу, обещаю.

— Нет! Быть такого не может! Я не мог столько всего выдумать, попросту не мог.

— Наш мозг сложная штука... Евгений, ты почти не помнишь детство, подростковая и юношеская жизнь тоже все в тумане. Вскоре начнут пропадать и другие старые воспоминания, для того чтобы оставить место для новых, но и они долго не продержатся у тебя в голове. Ты часто возвращаешься к ним, прокручиваешь в голове, выстраиваешь там целые сцены и эпизоды... как только ты всё осознаешь, лишь тогда они пропадут. И ты сможешь снова спокойно засыпать по ночам.

— Не верю! — упрямо мотал я головой. Злость от каждого сказанного предложения мужчины всё больше нарастала. Как тогда, когда я испарил бедную девушку... или этого не было?


Мысли разбегались — с одной стороны я хотел поверить неизвестному, что-то заставляло ему доверять, но с другой... с другой ситуация слишком запутанная.

В виски закрутились шурупчики боли. Я застонал и немного скрючился обхватив голову руками.

Как не вовремя... почему она появилась? Возможно... из-за моих недавних попыток показать свои силы? Я сосредоточился, стараясь отрешиться от всего.


— Успокойся, — мужчина оказался рядом, захлопал себя по карманам. — Прими таблетки, у тебя приступ!

— Ты врёшь, — произнёс я с непонятной убеждённостью в своей правоте. Закрыл глаза.


Миг, его тихий вскрик и громкий хруст кирпичных стен, тут же перебивший остальной шум. Мир трясся, крутился вокруг меня, как на чёртовом колесе, было сложно понять где верх, а где низ, пол качался под ногами, содрогался, словно живое существо. Сквозь сомкнутые веки я каким-то образом видел смутные силуэты. В ноздри ворвался запах, который бывает после долгой и упорной работы перфоратором — пыль и мельчайшая бетонная крошка, витающая повсюду в воздухе.

Откуда здесь бетон?


В груди разливала боль при любом малейшем движении, но я боялся открыть глаза. Сделав неимоверное усилие, всё же опустил взгляд вниз — увидеть очаг боли. Кровь, тоненькой струйкой, текла из раны на плече, вторая, практически идентичная, заставляла пылать живот в районе левой почки. В голове молниеносно прокручивались нужные действия, что следовало сделать прямо сейчас — я не знал откуда они берутся, но знал, что это точно сработает... ведь когда-то я их уже совершал. Протянул руку, делая короткий взмах. Словно в замедленном действии, кровь принялась... возвращаться назад, как если бы события стали прокручиваться в обратную сторону! Из ран сами вытолкнулись пули — вначале из живота, а затем и из плеча. Боль была сильной, но на удивление терпимой, я ощущал, что даже могу убрать её, просто за ненадобностью, но эта мысль быстро улетучилась.


Наконец пули полностью вывалились и шлёпнулись на пол небольшими кусочками, чуть не угробившими меня несколько минут назад... Или времени прошло больше? Кровотечение остановилось, раны затянулись, словно их и не было, причём вместе с одеждой. Всё произошло секунд за тридцать. Я поднял глаза, ожидая увидеть милиционера, стрелявшего в меня, но он так и не появился, как и другой, кричавший в рацию о помощи.

Стены мелко тряслись, по ним расходились трещины, становясь всё глубже и шире. Потолок хрустел, лишь чудом не обваливаясь на голову. Где-то внизу ворочалось нечто огромное, потряхивая многоэтажный дом каждую минуту.


Посреди этого хаоса, из темноты коридора, вышел Егор. Походка, мимика лица, быстрые движения рук — всё это было очень похоже на обычное поведение друга. Никаких колюще-режущих ранений тоже нет. Если бы не творящийся вокруг апокалипсис я бы, наверное, даже рассмеялся. Я не стал оборачиваться, чтобы проверить — осталось ли его тело лежать рядом с батареей или бесследно растворилось — снова навалившаяся на меня грусть не дала завершить поворот головы. Даже если оно там есть... какой смысл?


— Мне же это всё снится? Я так и не проснулся, верно? Может... я и не просыпался?

Егор пожал плечами, грустно смотря в сторону. Скрестил руки на груди и привалился к стене, всё сильнее сотрясающейся.

— Всё скоро закончится..., — фразу, которую произносили люди из кошмаров, было трудно воспринимать из уст друга. — Я пытался, но...

— Ты обманываешь меня!

Дом стал постепенно заваливаться в сторону, я почувствовал это, когда пол чуть сместился набок, а кружка поползла к краю стола. Но мне было всё равно, почему-то я верил, что это всё неважно.

— Зачем обманывать..., — Егор продолжал стоять в разрушающемся здании, тоже не заботясь о спасении. — Это всё равно, что говорить — моя рука предала меня. Невозможно по определению. Тебя не обмануть... потому что это некому сделать.

— Ничего не понимаю...

— Понимаешь, — печально произнёс он. — Просто не хочешь признаваться себе... В который раз.

— Чушь, ты говоришь полную чушь, — категорично ответил я.

— Единственное живое существо здесь — ты, дойди до окна и посмотри, что там происходит.


Я не верю ему, но моргаю и непроизвольно перемещаюсь, уже оказываясь прямо рядом с окном. Близлежащие дома рушатся один за другим, с грохотом разваливаются на части, земля вспучивается, вздымается наверх громадными глыбами. Люди внизу не паникуют, молча рассыпаясь в прах за мгновения, ветер уносит их остатки дальше, собирая чудовищный урожай. Некоторые успевают поднять головы в мою сторону, словно зная, где я сейчас нахожусь. Почему-то я чётко вижу каждого и даже большое расстояние совсем не помеха. В последние мгновения жизни они просто смотрят на меня. С немым укором в глазах.

Я не выдерживаю и отворачиваюсь.


— Они... назовём это мельчайшими частичками разума, которые облекли в плоть. По твоему желанию конечно же, — Егор тоже подошёл, безучастно разглядывая творящийся ужас. — И я сам тоже существую лишь благодаря тебе.

— Это всё сон, — твержу я, как заведённый, в который раз за сегодня. Со всей силы ударил себя по лицу. Боль немного отрезвила, но не успокоила.

— Если ты захочешь, то боли не будет. И меня... и всего вокруг. Игра подошла к концу, слишком рано, но тут уже ничего не поделать — я пытался растянуть ещё хоть немного... не получилось.

— Игра?

— В твоём понимании — да. Мне почти удалось заверить тебя, что ты находишься в психушке — это дало бы ещё лишнего времени, мир мог продержаться значительно дольше, но скрытое внутри слишком сильно хотело всё закончить.

— Но почему? — я задавал вопросы, сам не зная зачем.

— Скоро ты всё вспомнишь, как бы не протИвился этому пугающему знанию. А затем произойдёт... Обновление. Перезагрузка. Создание нового. Называй, как хочешь, суть та же. Тебе всё сложнее удержать интерес, со временем ты начинаешь неосознанно менять всё вокруг, необдуманно, на эмоциях, пытаясь улучшить созданное. Понемногу, сам того не замечая, стараясь не нарушать своих правил, но при этом разрушая данную иллюзию, преждевременно заканчивая её.


Где-то совсем рядом было понимание, о чём говорит Егор, стОит лишь протянуть руку, разнести хлипкую преграду в голове и вот оно... но я боялся, не хотел всеми фибрами души открывать эту дверцу.


— Вечность и одиночество лучшие спутники для того, чтобы сойти с ума и ты всеми силами пытаешься как можно дольше оттянуть этот момент, — продолжал Егор. — Скучно наблюдать за пустотой сотни и сотни тысяч лет. Ты создавал разнообразные миры, населённые множеством различных существ — ведь у тебя безграничная фантазия. Проживал бессчётное количество жизней — обычным человеком и императором, управлял странами и уничтожал их в войнах в другой раз без капли сожаления, создавал религии и умирал на кресте, работал до самой старости грузчиком и открывал новые лекарства от болезней, покорял планеты и умирал в детстве, просто утонув в реке — чего только ты не перепробовал. Придумывал сценарии со сверхсилами, создавал кошмарных чудовищ, отправлял себе "обычному" файл на компьютер, который предсказывал будущее, был и мир, где все говорили правду, и мир, где ты якобы попал во временную петлю — всего не запомнишь при всём желании, а запоминать ты хочешь меньше всего. Этого разнообразия всё равно надолго не хватает и происходит... то что сейчас... всё чаще — тебе наскучивает новый мир, начинаешь осознавать неправильность происходящего и он меняется. Очень редко в лучшую в сторону.


Я ошеломлённо молчал, придавленный этим знанием. Первоначально хотел злобно прервать Егора, врезать по морде, выпрыгнуть в окно в конце концов... лишь бы не произошло то, о чём он говорил — полного осознания происходящего. Тонкая дверца в голове, этот образ, пока ещё защищающий меня, еле держалась на петлях, проламываясь под напором изнутри.

Взглянул вниз. Тряска прекратилась, земля улеглась, перестав раскалываться, до самого горизонта исчезли все здания, оставшиеся люди, кажущиеся теперь мелкими муравьями, будто застыли, зависли в воздухе, смотря в никуда и совершенно не шевелясь. Пропали звуки, кроме голоса Егора, яркость словно снизилась до самого минимума — мир вокруг уже казался чёрно-белым.


— Не верю, — мой шёпот оглушающе громко раздался в разрушенной комнате.

— Эту защитную реакцию ты сам и придумал. До последнего не верить, держать барьер в голове, отказываться всеми силами в понимании. Придумал меня — чтобы, когда твой внутренний я неожиданно влезет в игру, я постарался не допустить этого, немного корректируя дальнейшие действия. Сейчас этот мир исчезнет, перестанет существовать. Все оставшиеся "люди" растворятся в пустоте... тебе грустно, но поверь— они не почувствуют боли, не успеют понять, что же с ними произошло.

— А они могут ощущать? Просто пропадут... и Катя тоже?

— К сожалению, да. Не получается сохранить мир, что-то у тебя не выходит. Ты уже давно оставил попытки разобраться с этой проблемой... Выдумаешь новый мир — может даже почти такой же, без особых изменений. И будешь снова пробовать развлечь себя, хоть немного. Но перед этим, на небольшое количество времени, ты всё вспомнишь и осознаешь... если захочешь... Чаще всего ты стараешься не ворошить память.


Мир растворялся на глазах, многоэтажное здание, в котором мы находились, было единственным, что ещё оставалось в порядке. Остальное исчезало, словно стираемое ластиком, уже использованное и ненужное. Егор хмыкнул и тоже перестал существовать, но я знал — он где-то остался, внутри меня... и снова появится, когда это будет нужно.

Опять один...


Тоска навалилась так сильно, что я сжал зубы, чтобы не всхлипнуть. Вечная скука, вселенская тоска— только сейчас я почти в полной мере осознал значения этих фраз. От них веяло пугающим, пробирающим до самых костей, отчаянием. Я готов был испытать страх, боль, злость, но только не отчаяние...

Голову просто разрывало от всё прибывающей информации. Доли секунды... хотя я мог убрать это надоедливое время, растянуть секунды в миллиарды часов. Для меня не существует таких понятий — всё придумано... Но радости это не принесло. Только опустошающую тоску внутри. Грусть и осознание того, что все уловки не помогут. В конечном итоге я всё равно один. Навечно...

И нет смысла жалеть себя. Хотелось поскорее забыться, снова нырнуть в спасительное забытие, прожить любую жизнь, лишь бы не находиться тут, ощущая безграничное одиночество, разъедающее меня изнутри.


"Я могу помочь" — голос в голове. Быстрое понимание, что это Егор — крошечная частица моего сознания, которой я сейчас дал немного свободы. Вспоминаю, что когда-то давно уже делал так, но... плевать, не хочу знать. Нужно, как можно скорее, придумать новое развлечение, иначе я сойду с ума. — "Могу предложить что-то поистине уникальное, только доверьтесь мне"


Я оглушительно смеюсь, стирая весь мир до конца, словно провёл громадной тряпкой. Остался только я и пустота, не имеющая ни размера, ни цвета, ни запаха.

"Как может творец довериться своему созданию?"

И тут же, пока не передумал, соглашаюсь. Лишь бы перестать быть всесильным и всемогущим. Избавиться от терзающих знаний, от этого чудовищного бремени.

"Спасибо, вы не будете разочарованы"


И я расслабляюсь — новый мир разворачивается передо мной, сложно разобрать какие в нём изменения, да я и не хочу... всему своё время.

Время...


Конец

P.S. Рассказ получился практически такой, какой я и хотел – отличающийся от других (нет юмора, вываливающихся внутренностей, чудовищ и маньяков), довольно депрессивный, местами чересчур скучный из-за внутренних монологов героя, ну и немного сумасшедшая концовка. Поэтому каждому самому решать удался ли этот эксперимент.


Ну а тут есть другие мои рассказы в разных жанрах - https://author.today/u/zootehnick/works

Показать полностью 1
25

Бремя времени (часть 8)

1. Бремя времени (часть 1)

2. Бремя времени (часть 2)

3. Бремя времени (часть 3)

4. Бремя времени (часть 4)

5. Бремя времени (часть 5)

6. Бремя времени (часть 6)

7. Бремя времени (часть 7)



Глаза открываются помимо воли. За это краткое время обстановка вокруг кардинально меняется... я морщусь, но не могу вспомнить, что именно мне не понравилось. Я вроде был совсем в другом месте... или нет?

Точно нет.


Я всего лишь доехал до нужной остановки, вышел и сейчас направляюсь через маленький парк к возвышающимся неподалёку высоткам. А до этого собирался в гости, тщательно подбирая нужную одежду. Не хочется выглядеть идиотом перед ней... Чувствую, как шевелится тело, переставляются ноги, щёки пылают от приятных мыслей, кажется, что и лицо пышет жаром. Поворачиваю голову налево, фиксируя номер дома. Ошибки нет, я на правильном пути. Размеренным шагом продолжаю идти по разбитому асфальту, ловко перескакивая через самые обширные трещины.


Только сейчас понимаю, что совершаю все эти действия не я... я только смотрю. Похожие ощущения были на кухне... на чьей кухне? В голове крутится имя, быстро мелькающие картинки, я пытаюсь вспомнить... но не могу. А прикладывать лишние усилия не хочется, время неподходящее. Удивления, злости, непонимания почему я задаю себе такие вопросы у меня не возникает. Даже мыслей почти нет, всё равно куда я иду и что собираюсь делать, главное добраться. Смутные образы не дают сосредоточиться, немного отвлекают от дороги. Кажется, что ещё чуть и я всё пойму, разберусь в себе, что-то важное крутится в самых дальних уголках головы — решение, благодаря которому станет ясно, когда заканчиваются кошмары и начинается реальность... бредовые, абсурдные мысли... Зачем мне это знать? Я и так осознаю, что происходит вокруг, чувствую дуновения ветра на коже, прикосновение земли сквозь подошву кроссовок.


Взлохмачиваю волосы. Не я, а... моё тело. Сложно описать ощущения, да и нет смысла. Главное, что на сон это совсем непохоже, такое не подделать. Почему я уверен? Наверное, есть причины так думать.

Захожу в подъезд, жму на кнопку и ожидаю лифт. Тот гремит кабиной, медленно направляясь вниз. Я разглядываю чистые стены — похоже жильцы тут следят за порядком. Мусора почти нет, лишь пара скомканных листовок в углу и бычок от сигареты, брошенный каким-то уродом.


Совсем не помню, как очутился здесь. Только стоял рядом с домом, рассматривая его окрестности, редких прохожих, ковыряющихся в песочнице детях, бабульках, оживлённо общающихся на лавке неподалёку... как мгновение, чуть отвлёкся и стою тут... Неважно... я уже внутри, что переживать теперь?

Мысленно соглашаюсь сам с собой. Действительно неважно. Главное не опоздать, не хотелось бы подвести ребят. Хотя кому я вру, подвести боюсь не знакомых, а виновницу торжества...


Лифт приглашающе распахивает дверцы, громко лязгнув ими напоследок. Пока он едет до нужного этажа, моё тело достаёт телефон, старательно тыча пальцем по экрану, выискивая нужное. Я смотрю, не делая попыток вмешаться.

А вообще интересное ощущение, мне нравится. Просто наблюдать, быть как бы незримым зрителем. Не нужно думать, напрягаться, за тебя всё сделает само тело. На тебе лишь просмотр. Жаль, нельзя перемотать скучные события... печально, что данной функции у нас не предусмотрено.

Возможно такие мысли из-за лекарства, которое мне... но я же не принимаю лекарств, ведь так?


Отвечаю сам себе, что всё верно, зачем мне они, я же не какой-нибудь сумасшедший.

Тогда почему я подумал о... о чём я только что думал? Мысли благополучно ускользают, оставив напоследок лишь намёк. Образ маленькой комнатки, дверь с решётчатым окошком... подозрительно напоминающую... Пол качнулся, давая понять о том, что я приехал до нужного этажа, отвлекая меня от дальнейших размышлений. Хотя о чём они были я уже не помню.


Звоню в ближайшую дверь квартиры, переминаясь с ноги на ногу. Лишь сейчас понимаю, что в руках у меня ничего нет. А что-то должно быть... подарок, я даже приготовил его, но почему-то не взял... Хмурюсь, но продолжаю терпеливо ожидать.

Щёлкает замок и дверь наполовину открывается. В нос проникают приятные и такие вкусные запахи с кухни, заставляя непроизвольно сглотнуть, а желудок еле слышно заурчать. На меня смотрит молодая девушка. Красивые рыжие волосы, нарядное платье, она мимоходом бросает пару реплик через плечо. Я их не слышу, завороженно смотря на неё, любуясь изящным носиком и немного надутыми губками. Девушка озадаченно хмурится, такое выражение лица ей идёт больше всего, сразу хочется обнять, прижать к себе, как можно крепче, уберечь от любых опасностей. Непроизвольно делаю шаг вперёд, неуклюже протягивая руки, но девушка отстраняется, продолжая держать расстояние между нами.


— Вы привезли пиццу? — она быстро осматривает пространство за мной, приподнимаясь на цыпочки, словно надеясь там что-то увидеть. — Это вы звонили в домофон пару минут назад?

Наконец, я вспоминаю её имя. Дурак! Как можно было забыть, столько времени знакомы!

— Кать, я на день рождения пришёл, только подарок... дома оставил, — я развожу руками, стыдливо краснея. — Завтра на работу принесу, обещаю.

Девушка ещё больше хмурит брови, отчего на лбу появляются некрасивые морщины, в глазах плещется беспокойство. Чего она медлит, не пускает внутрь?


— Я вас знаю? — одна её рука непроизвольно вцепилась в дверь, другой Катя пытается сладить с непослушными, спадающими на лицо волосами.

— Ты шутишь? — теперь наступает моя пора нервничать. Что на неё нашло? — Евгений, работаем вместе..., — последнюю фразу я еле сказал, запинаясь и чувствуя как раскраснелись щёки. — Ты же сама позвала сегодня... сюда.

— Извините, вы похоже ошиблись адресом, — девушка пытается быстро закрыть дверь, но я ногой успеваю придержать её.

В груди разливается злость и обида. Нижняя губа начинает поддрагивать. Не хватало ещё расплакаться при ней, соберись!

— Это какая-то шутка?

— Уберите ногу! — повышает она голос, в котором проскакивает паника. В коридоре появляется ещё один человек. Подходит размашистым шагом и я вижу Влада. Облегчённо выдыхаю. Ну хоть он сейчас объяснит, что происходит! Было бы хуже если попался Игорь.

— Влад, привет! — я машу ему рукой, чувствуя себя идиотом.


Парень морщится, с недоумением рассматривая мою жалкую фигуру. Почти точь в точь, как и Катя парой минут до этого.

— Я тебя знаю? — повторяет Влад произнесённую ранее фразу девушки. Поворачивает к ней голову, продолжая держать меня в поле зрения. — Он мешается?

— Не знаю, говорит, что я приглашала на день рождения... а я первый раз его вижу, — Катя смотрит в сторону, словно не желая даже мельком посмотреть на меня.

— Ногу убрал! — Влад только сейчас замечает нашу тихую борьбу за дверь. Вижу, как он моментально сжал кулаки и перестал раслабленно стоять, опираясь об стену.

Я подчиняюсь, делая шаг назад. Смущённо улыбаюсь.

— Ребята, вы что? Я Евгений, с вами работаю уже сколько лет.

Парень мягко отстраняет Катю от двери, заслоняя девушку своей грудью. Прямо как в моих мечтах... только там на его месте должен быть я.

— Он наркоман похоже, обдолбался так, что ничего не понимает, — приятель сильно толкает меня в грудь, заставляя отшатнуться. — Убирайся, пока в милицию не позвонили!


Дверь громко хлопает перед носом, напоследок обдав запахом шампуня, которым Катя обычно моет голову.

В голове творится неразбериха. Я протягиваю руку к звонку, но тут же испуганно отдёргиваю.

Почему они так поступили со мной? Почему так зло разыграли? Я же помню, как сегодня перед обедом девушка сама позвала, как я отнекивался, стесняясь и краснея. Мне было стыдно так себя вести, особенно ощущая взгляд Игоря. Я пообещал, что подумаю, стараясь не встречаться глазами с Катей. Она сказала, что очень обидится, если я не приду, отчего мне стало ещё некомфортнее и я вышел в коридор, постоять у окна и немного проветрить разгорячённое лицо.


А теперь вот так... Сделали вид, что даже не знают меня... И как теперь завтра выходить на работу? Терпеть их смешки за спиной... от Кати я такого вообще не ожидал... только не она...

Совершенно опустошённый плетусь к лифту. Эмоций нет, лишь грусть и разочарование в людях. Сзади раздаётся резкий крик, пробивающийся даже через железную дверь и стены. Испуганные вопли продолжаются, на разные голоса, невозможно разобрать, где мужской, а где женский.


— Неееет! — этот пронзительный панический вскрик я узнаЮ. Катя!

Поворачиваюсь и вижу дверь её квартиры. Там что-то щёлкает и она медленно приоткрывается. Звуков внутри уже нет, последний еле слышный сиплый писк невидимого человека, да и то скорее всего мне показалось. Ноги сами двигаются вперёд, в первый раз за сегодня я хочу получить доступ над телом, остановиться, не дать переступить порог... ведь там... там мне не нужно быть, я не должен тут находиться. Но я всё так же остаюсь лишь невольным зрителем, который не может ничего изменить.


Заглядываю внутрь, открывая дверь настежь. Навстречу из полутьмы коридора медленно идёт фигура, словно наслаждаясь произведённым эффектом. Сбоку, прямо рядом с гостевой комнатой, замечаю лежащее тело. И кровь, лениво растекающуюся по полу. Судя по мужской одежде это один из ребят.

Испуг почему-то всё не приходит, я не чувствую страха, лишь смутное ощущение, которое никак не получается поймать, неприятные покалывания в мозгу, что в мой размеренный распорядок жизни что-то вмешалось, захотело изменить её в неправильную сторону.

Почему мне всё время в голову лезут эти сумасшедшие мысли, вносят сумятицу в спокойное существование?


Фигура подходит ближе и я, опять же без интереса или удивления, смотрю на себя. Словно всматриваюсь в большое зеркало, выискивая разницу. Выражение лица, чуть сутулые плечи, походка, та же одежда, что сейчас на мне, отличие одно — она забрызгана кровью, а в правой руке двойника нож. Копия деловито говорит, не выказывая эмоций.


— Скоро сюда сбегутся соседи и милиция, — он произносит слова каким-то чужим голосом, непохожим на мой. Наверное, так всегда звучит со стороны, я не придаю значения, продолжая слушать. — Знай, так нужно было сделать. Чтобы в будущем у тебя не возникло проблем.

Я ему одновременно и верю, и нет. Чувствую скрытый смысл, какой-то обман.

— Мне всё снится?

Он медленно качает головой в стороны.

— Почему ты так хочешь проснуться? — двойник раскрывает рот, сказать ещё что-то, но рассыпается в пепел прямо на глазах.



* * *

— Проснись, — меня аккуратно трясут за плечо, вытаскивая из затянувшегося сна.

Я со стоном раскрываю глаза. Рядом сидит на компактном стуле... мой начальник Сергей Викторович. Правда почему-то в белом больничном халате. Скорее в докторском, даже маленькая бирочка прикреплена к груди — лишь буквы расплываются перед глазами, не давая возможности прочесть, что там написано.

Но это неважно, главное что я снова ощущаю тело, могу командовать им. Радость заполняет разум, я сипло шепчу, пытаясь задать вопросы, но из горла только тихие хрипы.


— Тише. Тише, Жень, — говорит Сергей Викторович. — Лежи, не дёргайся.

Я не следую совету и приподнимаюсь. В голове до сих пор крутятся обрывки очередного кошмара, который я уже не пытаюсь осознать. После разрозненных кусков из сна приходят другие воспоминания... то, что было раньше... я и психушка. На глаза поочерёдно попадаются обшарпанные стены комнаты, умывальник, скудное убранство в помещении и дверь с маленькой решёткой наверху.

А ещё замечаю то, что я до сих пор в больничной робе, которая не даёт движения рукам. Из горла выходит хриплый полувскрик, неприятно саднит гортань, но я продолжаю надрывать связки.


— Успокойся, — Сергей Викторович силой меня укладывает назад. Я вырываюсь, но тут же падаю назад на матрас от вспыхнувшей боли в районе затылка.

Мужчина протягивает две таблетки, берёт стаканчик со столика, уже наполненный водой.

— Прими, полегчает.


Я молча повинуюсь, лишь бы попить воды. Сергей Викторович помогает, аккуратно придерживая стакан, чтобы ничего не пролилось на пол. Морщась, откидываюсь назад на подушку.

— Объясните мне... хоть что-то..., — боль никуда не ушла, но и не увеличивается, это уже хорошо.— Почему вы здесь?

— Для начала скажу... я не твой начальник, а лечащий врач, — он грустно смотрит на меня. — А ты самый сложный пациент в моей практике... но я не бросаю попыток помочь, разобраться в тебе.

— Не издевайтесь, прошу. С меня уже хватит.

— Так и есть. Я не шеф, ты никогда не работал со мной. Познакомились мы лишь здесь при довольно печальных обстоятельствах.

— Да быть этого не может! — я срываюсь, помимо воли, на крик. Повторяется как ночью. — почему вы все так хотите убедить меня в сумасшествии?!

— Жень, в произошедшем вчера есть и моя вина. Я совсем забыл какое было число..., — он виновато разводит руками. — Ведь в прошлом году удалось избежать эксцессов.

— Не понимаю, при чём тут числа...

— Ребята мне уже сказали про твоё ночное поведение. Всё снова усугубилось. Ты опять начал грезить о вещах, которых с тобой не было. И забывать те, которые произошли.

— Они были, — перебиваю я его. — Я всё отлично помню. Все события, мою жизнь!

— Конечно помнишь, ты же годами повторял это себе, втолковывал ошибочные вещи и верил в них. С помощью наших бесед я стараюсь сделать так, чтобы они ушли навсегда, перестали сбивать тебя с правильной дороги. Дороги к искуплению. Временами получается, ты успокаиваешься, становишься обычным человеком с разбитой судьбой. Главное не тем, кем хочешь являться в своих фантазиях.

— Всё равно не верю...

— Думаешь что всё вокруг опять сон? А ты на кухне своего друга лежишь подстреленный меткой пулей, так? — он испытующе смотрит на меня. — Или что нибудь поменялось? Что теперь последнее в твоей памяти? Предполагаю что-то неприятное... воспоминания о дне рождения Кати... про это ты бессвязно бормотал, когда я тебя разбудил.

— Я не хочу говорить. Скоро всё пройдёт, я проснусь. И всё будет хорошо...

— А почему ты так хочешь проснуться? — задаёт неожиданный вопрос мужчина.

Я открываю рот, но не знаю, что ответить.

— Почему ты уверен, что там будет хорошо? Просто представим, что на самом деле всё вымышлено, придумано твоим обезумевшим сознанием... разве в реальности не хуже? Ведь ты сам уверяешь, что там лежишь в крови, возможно при смерти, лучший друг убит, а твоя способность превратилась в чудовищную силу, способную уничтожать людей... и которой ты боишься снова начать пользоваться. Ничего не упустил?


Я молчу, лишь разеваю рот, как рыба. Наконец собираюсь с мыслями. Это очень тяжело, таблетки действуют, туманя разум, делая меня расслабленным и апатичным.

— Я могу попробовать изменить всё. У меня почти получилось в последний раз.

Сергей Викторович тяжело вздыхает. Роется в кармане халата и извлекает телефон. Что-то нажимает, сосредоточенно рассматривая лишь ему видимое на экране. Поворачивает телефон ко мне.

— Это твоя Катя?

— Д... да, — я потрясённо смотрю на изображение. Даже помню это лёгкое летнее платье, в нём она пришла на наше первое свидание в парке. Кажется, что это было когда-то очень давно, а не месяц назад.


Мужчина продолжает листать фото, показывая мне один за одним снимки. На них наш офис, Дима в обнимку с Владом, сбоку улыбается Света, ребята где-то на отдыхе, потом в квартире у Кати. Накрытый стол, Игорь, неожиданно серьёзный, протягивает бокал к остальным. Катя лучезарно улыбается, отчего на душе мне становится легче. Лишь потом происходит укол непонимания. Мимолётное чувство, что не успел уцепить какие-то детали.


— Посмотри внимательно ещё раз, — Сергей Викторович увеличивает последнее фото, где наша компания в полном сборе. Диме, как самому длиннорукому, удаётся сделать так, чтобы попали в объектив все... кроме меня... Меня там нет... Да и на предыдущих фотографиях тоже...

— Я был так рад, что ты перестал говорить про свои якобы сверхспособности, убеждать всех, что ты особенный, принял себя, начал лечение, — Сергей Викторович убирает телефон, серьёзно смотря мне в глаза. Раньше я бы отвёл взгляд, смутился, но сейчас слишком ошеломлён. — Такие случаи в медицине очень редки и я пытался помочь тебе, действительно пытался! Свыкнуться с мыслями, что все вещи, которые ты рассказываешь... их нет, они выдуманы тобой с целью сбежать от правды.

— Откуда у вас эти фотографии? Пользовались фотошопом?

— А ты помнишь, что где-то присутствовал? Или чтобы ребята рассказывали потом про ваши похождения?

— Н... нет...

— Потому что тебя и не было, ты не работал с ними. Просто следил за всеми, особенно за Екатериной. Составлял расписание, куда и с кем она ездит, что делает, где отдыхает, когда возвращается домой.

— Н... нет! — я нахожу в себе силы и повышаю голос. — Вы несёте чушь!

— Отнюдь. Ты сам мне про это рассказывал... когда осознал, что натворил.

— И что же я сделал?

— Убил их, — мужчина продолжает буравить мне зрачки и я проигрываю в этой борьбе. — У тебя уже тогда нарушалась психика, ты не осознавал кто ты. Тебе казалось... даже не так... ты был УВЕРЕН, что работаешь вместе с ребятами. Нафантазировал себе историю, придумывал новые детали. Что девушка в тебя влюблена, например. По соцсетям ты знал, что у Екатерины день рождения и естественно тебя пригласили на него.

— А дальше? — шепчу я. Руки потрясывает, мне тяжело дышать.

— Дальше никто из ребят естественно не узнал тебя. Ты решил, что они злобно пошутили и...

— Нет! Я не мог так сделать! — в голове мелькает странный и страшный сон. — Это был другой я!— вырывается помимо моей воли.

Мужчина кивает.


— Ты так и сказал, когда приехала милиция. Только никого другого не обнаружили, лишь тебя с окровавленным ножом. Находясь здесь ты придумал себе ещё одну жизнь — где все ребята живы, ты действительно с ними работаешь, но при этом ещё можешь перематывать время. Очень долго, с помощью этой фантазии, сбегал от общения, не позволяя разрушить её.

— Это бред..., — я силюсь подняться, но тело плохо слушается. Мешанина из огромного множства отрывков мелькает перед глазами. Я давно уже не могу понять — что есть сон, а что явь. Но тут... тут не так страшно находиться, как мне казалось вначале. Сказанные Сергеем Викторовичем слова ужасны, но я ощущаю, что он мне говорил их не раз. Что хоть в этом он не врёт... Или так действуют таблетки?


Я чувствую, как матрас становится вязким, поглощающим меня внутрь, как в трясину. Постепенно заволакивая всё глубже и глубже. Я не сопротивляюсь, сознание опять отключается, перед глазами всё плывёт. Сергей Викторович продолжает что-то говорить про свою терапию, что сейчас мне дадут успокоительное и всё будет хорошо, что мне нельзя засыпать.

Но я не слушаю его, мне это совсем неинтересно. Матрас заканчивается и я продолжаю лететь вниз, спиной ощущая бездонную пустоту.



Продолжение следует.

Показать полностью
23

Бремя времени (часть 7)

1. Бремя времени (часть 1)

2. Бремя времени (часть 2)

3. Бремя времени (часть 3)

4. Бремя времени (часть 4)

5. Бремя времени (часть 5)

6. Бремя времени (часть 6)



Я с ужасом крутил головой. Как же так, почему? Взгляд натыкался на исписанные стены, сзади шумел лифт, направляясь вниз, а впереди... была квартира Егора. Вместо такси я оказался в его доме.


Секунда, глаза даже не успели сосредоточиться, и я уже жму на звонок. Отдёргиваю руку, мгновение и дверь уже открыта, а Егор раскрывает рот, что-то сказать. Я делаю аналогичное действие, предостеречь его, попытаться предупредить об опасности... перед глазами снова всё плывёт, и я уже внутри.


Всё происходило настолько стремительно, мне давали контроль над телом буквально на пару секунд. Просто увидеть. Времени на помощь уже не было.

Ощущение, словно ты жмёшь выключатель на фонарике, находясь в тёмной комнате. Смотришь вперёд и быстро клацаешь по кнопке. Хлоп - видишь, хлоп - вокруг кромешная мгла, в которой исчезают все знакомые предметы, хлоп - они снова появляются, с непривычки может показаться, что комната стала другой, а предметы поменялись местами. Только я не мог ничего контролировать, а кнопку жал кто-то иной. Я с ужасом ожидал, что будет дальше.


Испуганные глаза друга следили за каждым движением. Егор попятился вглубь комнаты, невнятно бормоча. Наверное, всё понял по моему поведению. Я услышал только начало предложения, бах — и топчу ногой его телефон, а он решительно бросается вперёд. Я непроизвольно прикрываюсь руками, но поздно, умения драться у меня никогда не было. Кулак попадает в скулу, щёку обжигает болью. Мой вскрик заставляет друга остановиться с занесённой, для ещё одного удара, рукой.


— Что происходит? — кричит он с перекошенным лицом. — Ты с ума сошёл?

Я медленно потираю место удара, щека ноет, а в голове марево из обрывков предыдущих действий. Перед глазами всё плывёт, не от удара, а от использования сил. Неважно, что я не хотел их задействовать, запоздалая боль начинает вкручиваться в мозги. Тому, другому, всё равно, полный спектр эмоций ощущаю лишь я.

— Сейчас, — бормочу я, пока у меня это получается. — Сейчас тебе лучше закрыться на замок. Я уйду, а ты больше не открывай дверь, прошу. Даже если я буду умолять это сделать.


Поворачиваюсь на выход, сжав кулаки. Нужно удержать себя в сознании как можно дольше, лишь бы дотянуть до лифта. Взгляд цепляется за нож, лежащий на раковине.

"Как давно его точили? Неважно, ты же сам знаешь, что всё зашло слишком далеко, слишком вокруг скучно..."


Не успевают бредовые мысли сформироваться в голове, как я уже оказываюсь рядом. Пытаюсь взять контроль, хоть на минуту, мозг пылает от прилагаемых мной усилий! Всё тщетно, тварь постоянно успевает перематывать время небольшими промежутками. Хлоп, я уже держу острый нож в правой руке, чувствую его тяжесть и... свою улыбку. Безумно растянутую улыбку на лице. Не успеваю её убрать и оказываюсь уже совсем рядом с Егором. Зрение не поспевает, так быстро происходят эти перемещения — глаза только начинают фокусироваться на предметах, как резкая смена обстановки и всё заново.


Егор умоляюще смотрит на меня, изо рта начинает вырываться крик, я пытаюсь удержать нож или хотя бы разжать пальцы, отбросить ужасный предмет в сторону... замахиваюсь... мгновение, и я погружаю лезвие другу в живот. С силой вгоняю до упора, чувствуя сопротивление кожи, а затем и плоти. Мясо расступается под моим натиском, кажется словно я режу масло, так легко это происходит.

А затем ужасный вопль разрывает барабанные перепонки. Не знаю, кто закричал первый — я или Егор, но одно моргание глаз и он уже лежит у батареи, хрипя и зажимая несколько колотых ран. Мои руки трясутся, а в голову бьёт таран боли, снося все никчёмные попытки остановить безумие. Не успеваю сделать вдох, как под Егором уже растеклось красное пятно, продолжая распространяться во все стороны, почти касаясь моих кроссовок. Я отступаю на шаг, мотая головой, невидимое чудовище царапается где-то в самой глубине, прямо за глазами.


Друг лежит скрючившись, смотря куда-то в сторону, рот чуть приоткрыт и из него медленно вытекает узкая струйка крови. Отбрасываю нож, который со звоном отскакивает от пола, потом ещё раз и наконец замирает неподалёку от трупа. Лезвие заляпано так же сильно, как и моя ладонь, я с остервенением пытаюсь оттереть руку, но лишь больше пачкаю кровью свитер. Бессильно опускаюсь рядом. По вискАм стегает болью, но она уходит на дальний план.


Стараюсь не смотреть на труп, но глаза постоянно косятся туда. Кровь продолжает расплываться, словно намереваясь залить тут весь паркет. Глаза пульсируют болью, словно пытаются вырваться наружу, давление усиливается и я, мучительно застонав, озлобленно принимаюсь колотить по стене затылком, моля, чтобы всё прекратилось.

Это ещё один глюк. Или сон... мне всё равно, главное, чтобы это было не взаправду... что я сижу в квартире с убитым человеком. Убитом мною... Когда это всё закончится, я не хочу больше пользоваться способностями, я просто хочу проснуться!

"Слышал ли кто-то крики?" — пробиваются мысли сквозь боль.


— Какая разница..., — я снова начинаю разговаривать сам с собой. Продолжаю обречённо валяться, чувствуя, как кровь дошла до моей ноги и принялась медленно впитываться в джинсы.

"Как ты это объяснишь милиции?" — продолжаются глупые вопросы. Как будто мне не всё равно.

— Объясняться будешь ты... вина на тебе... я ничего не делал.

"Девушка не в счёт?" — насмешливо напоминает голос, перестав быть участливым. — "А ведь ты не знаешь... вдруг за те три недели были такие же инциденты?"

— Нет! — я с силой бью кулаком об пол. — Я... я... никогда не причинил бы вред.

"С девушкой у тебя же получилось, никто не занимал твоё тело, всё натворил только ты"

— Заткнись, — прошу я, обхватив голову. — Отстань от меня, отдай мою обычную жизнь.


Молчание. Слышится только тихая возня где-то этажом ниже.

Я представляю опасность, огромную опасность. Если сейчас действительно нагрянут менты на шум, а Егор кричал очень громко... Вдруг я опять отключусь... и в следующий раз очнусь рядом с несколькими трупами?

Взгляд зацепился за нож, который словно нарочно будто подкатился поближе. Заляпанная рукоятка насмешливо блестела в свете солнца.

"Ты и в самом деле хочешь это сделать?"


Вместо ответа рука сама потянулась к ножу. Я ожидал, что другой остановит меня, но ничего не происходило. Будто он смотрел сейчас моими глазами, насмешливо улыбаясь — смогу ли я или нет? Специально дал мне этот ужасный выбор.

Судя по тому, с какой лёгкостью я вонзил нож в друга, лезвие очень острое. Тот мерзкий всхлип из его рта, звук рассекаемой плоти и подрагивающееся тело, уже понимающее, что сейчас умрёт — всё это снова отдалось эхом в ушах, заставив прикусить губу, чтобы не завыть.

Взял нож в руку, крутя в ладони. Боль в голове пропала, ей на смену пришло чувство пустоты в груди, оно разрасталось, сердце буквально тряслось, отдаваясь в рёбрах. Сглотнул тяжёлый ком, затрудняющий дыхание, которое со свистом вырывалось изо рта.


— По-другому никак, — мой шёпот утонул в мрачной тишине квартиры.

Приставил лезвие к запястью.


В груди оглушительно грохотало, вся кровь резко прилилась туда. Чуть усилил нажим, кожица разъехалась от этого движения. Выступила первая капелька крови.

"Давай же! Сделай это быстрее!" — невозможно было понять, говорю это я или внутренний голос опять проснулся.


— Нет, не могу... — я сжал зубы, рукоятка больно впивалась в ладонь, казалось нож сам дрожит от нетерпения, хочет облегчить мои страдания, но решимость быстро пропадала.

"Сраный трус! Ты сейчас можешь очнуться, а рядом будет труп Кати! Ты этого хочешь?!" — мысли колотятся в голове, не давая сосредоточиться ни на секунду.

Я тихо взвыл и со злостью отшвырнул злосчастный нож, который, лязгнув, закатился под стол, остановившись рядом с табуретом.

"Слишком любишь себя"


— Что делать с телом? — тихо спросил я в пустоту. Мне было больно находиться рядом с трупом друга, но и оставлять его так я не мог. Вечером сюда приедет Ира, увидит это и... — Пусть он исчезнет, — твёрдым голосом произнёс я.

Набрался мужества и склонился над телом. Остекленевший взгляд Егора рассматривал кружку с так и незаваренным кофе. Я представил, что его тут нет, чистый пол без кровавой лужи, даже нож блестит без единого красного пятнышка.

Ничего не происходило. Друг так и продолжал с удивлением таращиться мёртвыми глазами в сторону.

— Я попробую..., — мысль, слишком фантастическая, слишком нереализуемая, пронеслась в голове. — Отмотать время назад, до момента убийства...


У меня должно получиться. Я всегда чувствовал, что мне не хватает совсем чуть-чуть, ещё одного усилия, чтобы совершить такое. Сейчас всё выйдет! Уверенность разливалась в груди, в кончиках пальцев закололо, в мыслях я только выходил из лифта, направляясь к квартире Егора. Если я попаду в тот момент, то просто развернусь и пойду назад. И друг останется жив!

Внутренний голос молчал. И другой я тоже не вмешивался. Или это одно и тоже создание? В любом случае нужно было торопиться.

Голова закружилась, и я облокотился об стол. Казалось, воздух стал нагреваться вокруг, приятно лаская кожу. Перед глазами замерцало. В мозгу колотилась мысль "давай, ты справишься!"

Но... даже если сейчас и получится этот трюк, то ничего не поменяется... В плане способности — она всё равно останется при мне. И вполне возможно я снова тут же потеряю контроль...


День работы! Когда я первый раз использовал силы, когда хотел перемотать скучные часы... вот, что нужно сделать... Я точно помню и дату, и что происходило, все подробности... сейчас, сейчас... Вроде прошло полтора месяца с того момента, но кажется, что пролетело несколько лет... Я в кресле, размышляю о глупости жизни, как всё скучно и обыденно, как всё вокруг надоело... сбоку сидит Катя, листая документы...


Мерцание стало чаще, зрачки неприятно обожгло, но я продолжал держать их открытыми. Реальность вокруг меня пошла волнами, я даже не мог осознать, что происходит. Выглядело так, словно предметы потеряли объём, становились размытыми, подёргиваясь мутной дымкой. Стены словно затряслись, пол под ногами мелко покачнулся, хруст бетонного покрытия заставил дёрнуться, чуть не нарушив ход моих воспоминаний.

Дом покачнуло в сторону. Это точно не глюки, как я думал ранее, квартира действительно разламывалась, по стене прошла трещина, углубляясь и увеличиваясь в размерах...

Быстрее, быстрее... Я прикрыл глаза, больше держать их открытыми не было сил.

Шаги в районе коридора поначалу воспринялись мной, как звуковой глюк.


— Руки вверх! — рявкнуло неподалёку. Затем шум, голос закричал в сторону "тут труп" — Поднял руки, чтобы я их видел!

— Не мешайте, дайте несколько секунд, — я чувствовал, что теряю контроль. А ведь почти получилось, это ощущение ни с чем не сравнить, ещё немного... практически протянуть руку и ладонью нащупать чуть тёплый экран монитора, а подо мной окажется кресло.


Одновременно произошло два действия — я дёрнулся, вытягивая правую руку, трясущиеся пальцы устремились вперёд и... прогремел выстрел, оглушающе громкий хлопок и плечо тут же отозвалось пылающей болью. Меня отбросило назад, чудом удержавшись на ногах я открыл глаза. Дуло пистолета было направлено в район груди, постоянно смещаясь из стороны в сторону. На меня смотрел мужчина в милицейской форме, оружие тряслось в его руках — он похоже сам не ожидал от себя такого. Второй маячил в коридоре, голося по рации о перестрелке.


— Не двигаться! — взревел напуганный мент, тщетно пытаясь держать меня на мушке.

— Дерьмо! — заорал я, что было сил, так долго сдерживаемая энергия требовала выхода. Ярость сметала остальные чувства. — Я почти смог! Оставалось немного!

Дико завыл из темноты коридора второй служитель порядка.

— Неееет! — вопль так же резко оборвался... словно человек исчез.

— Не нужно..., — просипел мужчина, пуча на меня расширившиеся от страха зрачки.


Я чуть двинулся в сторону, потирая раненое плечо и это было ошибкой. Мент нашёл в себе решимость и выстрел раздался вновь. Последнее, что я увидел перед тем, как улететь в спасительный мрак — пистолет, глухо упавший на пол. Его хозяин просто перестал существовать за доли секунды.



* * *

В голове странный шум, набатом отдающийся в ушах. Перед глазами всё плывёт и сложно разобраться, что происходит. Я поморщился, ощущая затёкшие руки, и тут же понял, что моё тело уже в другом положении. Только что стоял в комнате... нет, я же свалился на пол от выстрела... но сейчас лежу на боку, взирая на облупленную стену, практически уткнувшись носом. Но стена не из квартиры Егора! Слабость в теле ещё больше пугала, особенно ныли ноги, словно только недавно была длительная пробежка. Зачесалась щека и я попробовал вытянуть правую руку... не получилось. Что-то мешало, не давая дёрнуть таким же образом и левую! Я оторопело крутнулся... на кровати! Прилагая все усилия задёргался, нужно было понять, что мешает мне управлять конечностями.


Не удержался и скатился вниз, с глухим стуком приложившись животом об пол. От резкого удара выбило воздух и заныл бок. Я кое-как привстал на коленях, чувствуя холодное бетонное покрытие. С трудом принялся рассматривать комнату. Света не было и небольшое помещение подсвечивала лишь луна, пробиваясь через мелкое окошко. Это точно не квартира Егора...

Узкая кровать, два стула, компактный шкафчик... я сместил взгляд направо... раковина и зеркальце. Куда я попал? Поднялся, облокотившись об кровать. Теперь более пристально осмотрел себя. Радости это не принесло. Глупые шутки про психушку похоже сбылись... видимо всё же попал по адресу...


На мне висела белая смирительная рубашка, из-за которой руки были надёжно зафиксированы, и немного замызганные штаны, такого же цвета. Похожую одежду я видел в фильмах на пациентах больниц... и психах. На больницу помещение не тянет, судя по обстановке. Ну и нормальным людям не связывают руки.

Качаясь, похромал к зеркалу. Ноги всё так же ныли, да и общее состояние оставляло желать лучшего. Голова просто разрывалась от боли, которая налетала волнами, обволакивая мозг и давая лишь немного времени на передышку. Времени... иронично звучит, не правда ли... Я инстинктивно попытался помассировать вискИ, но запоздало понял, что у меня не получается даже это.


Пыльное зеркало было совсем рядом. В отражении на меня с удивлением уставилась заросшая незнакомая рожа. Неопрятная борода, выросшая клочками как у козла, щёки впали, да и вообще я выглядел совсем тощим и осунувшимся, совершенно не похожим на себя, будто постарел лет на десять, как минимум. Угрюмые красные глаза взирали с затаённым страхом. Из носа вдруг заструилась кровь. Вначале одна капелька лениво вытянулась и шлёпнулась на пол, за ней сразу же вторая, смешиваясь с третьей, а потом брызнул ручеёк, заставив меня с удвоенной силой затрястись, надеясь разорвать узлы, не дающие свободы рукам.


По вискам стегануло плетью боли и из глаза скатилась кровавая слеза. Опять началось! Только не сейчас... пожалуйста... Это не я, это не моя реальность — всё сон, всё вокруг ненастоящее! Кошмар до сих продолжается... Я сейчас лежу с двумя пулевыми ранениями на кухне друга... и всё это мне видится.

Отшатнулся от зеркала, еле сдерживая рвущийся наружу крик. Разбрызгивая кровь, ринулся к двери, чуть не врезавшись в стол. Левый глаз заволокло красным, снижая видимость, которая и так, в этой полутьме, была так себе.

С разгону ударился плечом об дверь. Та глухо загудела, скрежетнув несмазанными петлями, но не открылась. А ты чего ожидал? Что в психушке сегодня день... то есть ночь открытых дверей?


Наконец меня проняло. Может из-за страха, пробирающегося по всему телу, может от воспоминаний предыдущих ужасных событий, а может от боли, разрастающейся в голове. Такого мучительного шквала ещё не было ни разу, даже перед исчезновением девушки я так не мучался, по сравнению с тем, что происходило сейчас... Боль наступила сразу, проникая сквозь череп, грозила просто разорвать мозг на части. А кровь, похоже, пошла уже из ушей. Я дико закричал, надрывая связки, заколотил ногами по двери, чувствуя, что долго так не протяну.


— Кто-нибудь! Помогите! Прошу вас! — вопль ушёл через маленькую решётку, отразившись в глубине коридора тихим эхом. Я приник к металлу лицом, царапая нос, но сейчас было не до нежностей. Увидел лишь кусок тёмного коридора и ещё несколько запертых дверей. Напротив меня, в другой камере, что-то грузно осело на пол. Звуки шагов приблизились, чуть слышно шаркая. Через несколько томительных секунд я разглядел еле заметное пятно, так же прислонившееся к решётке на двери.


— Что кричишь? — тихий заспанный шёпот. Лицо я не мог разглядеть, как ни щурился. Мешала темнота и левый глаз, залитый кровью.

— Где я? — мой хрип был очень неприятным на слух. Словно я не пил, как минимум, день. Потряс головой, отчего кровавые брызги разлетелись вокруг, заляпывая поверхность пола и двери. Даже немного просочилось наружу, но хотя бы я стал немного видеть красным глазом.

— Там же, где и остальные десять лет, — хихикнул голос. — Опять не принял свои таблетки?

Что он несёт?


— Ахр..., — вырвался у меня нечленораздельный всхлип. — Не верю! Этого ничего нет!

— В который раз ты уже повторяешь эти фразы..., — тёмное пятно хмыкнуло, чуть отдалившись.— Лишь дополнительные проблемы себе нажил... Зря только начал кричать, сейчас придут и обколют тебя успокаивающими. Будешь снова бродить овощем ближайшие дни, — незнакомец на пару секунд замолчал. — Уже идут, слышишь?

Словно в подтверждение раздались приглушённые звуки. Топот ботинок по полу. И он приближался. Кто-то в глубине коридора тихо рухнулся, ускоряя шаг.

— Идиот, — прошипел голос напротив. — Вот чего ты добился?


Я слизнул кровавую каплю с губы. Мозг совсем отказывался что-либо понимать. Как я здесь очутился, какие десять лет и что происходит — ни одного ответа. Лишь головная боль, которая перешла в вгрызающуюся прямо в мозг буровую установку. Я практически слышал, как трещит череп, раскалываясь на куски. Помогало лишь то, что за последние недели, когда я ещё находился в сознании, я немного привык к этим ужасным ощущениям, они были мучительными, но мне удавалось частично брать их под контроль. Только долго так терпеть не получится... Потом я просто сойду с ума, если такой шквал будет продолжаться.


— Так и знал, что это опять ты! — из темноты выплыл силуэт. Приблизился ещё немного, позволяя рассмотреть высокую фигуру в форме охранника. Бряцнули ключи. — Захотелось ночного развлечения?

— Вы не понимаете... — мои бормотания были чуть слышны. Слова застревали в хрипящем горле, я не знал, что сказать. — Это ошибка... я не должен здесь находиться...

— Никто не должен, — усмехнулся в сторону мужчина. Снял связку ключей и неторопливо принялся выбирать нужный, придирчиво разглядывая каждый, словно решая этот или нет. — Ни я, ни он.


Охранник, или возможно санитар, махнул рукой на дверь, находящуюся сзади. Луч света от фонарика скользнул в ту сторону. Сквозь ржавую решётку на меня грустно смотрел... я сам... Похоже мне действительно нужен доктор и таблетки. Другое лицо было тоже усталое и осунувшееся, но больше, намного больше, походило на моё, чем та морда, которую я увидел в зеркале.


— Там же я... сзади вас я... — хотелось колотиться головой об дверь, разбить себе череп и упасть в обморок, лишь бы не находиться здесь.

— Да, да, ты это уже говорил, — устало сказал мужчина, не делая попыток посветить ещё раз на решётку другой палаты. Нашёл нужный ключ. — Отойди от двери, — сказал он приказным тоном.

— Но там...

— Сказал же, два шага назад! — рявкнул охранник, довольно громко и неожиданно. Произнёс в сторону. — И ты тоже отойди, как будто не видишь, что провоцируешь его!

Пятно молча отодвинулось, полностью погрузившись во тьму.


Я отошёл вглубь своей камеры. Зазвенели ключи, а затем в замке раздался скрежет. Два поворота и дверь открылась. Санитар зашёл, внимательно осматривая убранство небольшого помещения. Взгляд перебегал с меня на комнату и назад. Но лицо было спокойное.


— Развяжите, — пробормотал я. Череп словно сжимали в тисках, ещё чуть-чуть и я услышу хруст.— У меня идёт кровь и очень болит голова.

— Головушка разболелась, — подчёркнуто вежливо и даже участливо произнёс мужчина. — А это из-за того, что ты опять не принял таблетки!

Я вздрогнул от неожиданного громкого окрика. На пол шлёпнулись ещё пара капель. В ноздри бил солоноватый запах, а во рту стоял мерзкий приторный вкус.

— Вот же кровь, — я мотнул головой. Покачнулся, но устоял на ногах.

— Её нет, — мужчина перестал повышать голос. Серьёзно посмотрел на меня, спокойно продолжив. Словно действительно говоря мне это не в первый раз. — У тебя не идёт кровь, твоя одежда не испачкана. Нигде нет красных луж... И ты не лежишь на кухне своего друга...

— Не верю! — так долго сдерживаемые слёзы потекли по щекам. — Я вам не верю...

— Нет никаких способностей, ты не управляешь временем... Спокойный и безобидный пациент, пока не начнётся новый приступ. Я поговорю утром с твоим врачом — похоже нужно опять повысить дозировку. Жень, прими таблетки, они помогут, обещаю, — санитар вытащил из кармана небольшой пузырёк. Откупорил и на ладонь высыпалось две пилюли. — Все плохие мысли сразу же уйдут. Ты же хочешь этого, да?

— Кровь прямо подо мной, — я наступил на неё, размазывая по древнему паркету, оставшемуся кусками то тут, то там. Протянулась длинная красная полоса. — И лицо... я чувствую эту липкую мерзость, чувствую как она стекает по коже... развяжите меня!

— Тише, тише, — успокаивающе произнёс мужчина. Продолжил, как будто общаясь с маленьким ребёнком. Сделал пару шагов вперёд, стараясь одновременно говорить и шагать. — Да, теперь я всё увидел, вот незадача... сейчас приберём, не переживай. Главное прими таблетки.

Протянул мне руку с пилюлями.


— Будет легче, поверь. Сейчас я наберу воды в стакан, ты их проглотишь и ляжешь в кровать. Я даже не буду говорить об этом инциденте, всё останется между нами, согласен?

— А кровь?

— Твою мать, — пробормотал он недовольно. Скосил голову, выискивая стакан. — Всё уберём, не волнуйся.


Я отрешённо стоял. Боль перестала долбить голову, словно дятел, но лучше бы она продолжалась. У меня не укладывались слова санитара... такого быть просто не может. Я же замечательно помню всё, что происходило — все свои ошибки, переживания, свою жизнь!

Страх липкими щупальцами обволакивал мозг, пугАло ещё то, что я не ощущал того... своего внутреннего голоса, своего лишнего попутчика. Я остался один... может... может всё правда? Я просто сумасшедший? Нет...!

Охранник в это время налил воды и, улыбаясь, протянул стакан, видимо успокоенный моим покорным поведением и молчанием.


Неожиданно для себя, я резко кинулся на него. Не дал себе ни шанса хоть немного ещё подумать. Подскочил и, не мешкая, ударил с разгону в грудь плечом. Мужчина растерянно охнул, отшатнувшись в сторону. Выронил стакан, который тут же разлетелся на кусочки, прыгающие по полу. Вода разлилась по форме и штанам.

Я промчался мимо, не задерживаясь ни на секунду. Останавливаться нельзя, каждое мгновение на счету. В голове билось лишь одно слово "беги" и я полностью доверился ногам. Что делать дальше я не знал, лишь бы выбежать отсюда.


— Идиот! — закричал сосед, вновь мельком показываясь в решётчатом окошке. Закричал мне вслед. — Вернись!

— Вернись по-хорошему! — вторил ему санитар, чертыхаясь в проёме. Быстро же он сориентировался. Я думал, фора во времени будет чуть больше.


Помчался дальше, стараясь не упасть. Ноги всё ещё плохо слушались, и я боялся, что долго не выдержу такой темп бега. Тёмный коридор был не слишком длинным, впереди уже виднелся свет.

Который тут же закрылся массивной фигурой. Из бокового помещения выскочил ещё один охранник, перегородивший проход на волю.

— А ну стоять! — грозно рявкнул он мне, стараясь напугать.

Сзади подбегал первый, хрипло дыша.

"Что же делать...?"

— Снова он? — мужчины быстро переговаривались, уже решив, что я никуда не сбегу. — Может пора его уже привязывать к кровати?

— Сергей Викторович сказал, что это только навредит лечению.

— Думаешь, после таких попыток побега, пичкать его горами лекарств типа лучше?

Я затравленно переводил взгляд. У первого было рассерженное лицо, которое он старательно пытался скрыть за улыбкой. Второй расслабленно стоял, изредка поворачивая голову в кабинетик, из которого выбежал. Были бы у меня свободные руки... а так шансов почти нет.

— Он сейчас бросится на тебя! — предупредил его первый, словно прочитав мысли. Затылок обожгло холодом.


Не дождавшись от меня никаких действий, санитар сзади принял решение ускорить события. Резво кинулся, что-то крикнув второму. За грохотом в ушах я не расслышал, да и неважно. Практически спиной почуяв неладное, я вполоборота попытался отбиться от мужика. Лягнул его ногой, которая попала прямиком в живот. Мужик только крякнул, хрипло кашляя. Хватая ртом воздух, он привалился к стене.

На этом моя удача и закончилась. Сбоку обхватил второй, вполне профессионально пытаясь заломать, видимо забыв, что у меня руки и так связаны, подсёк ноги, из-за чего я рухнул на колени. Удар по почке выбил весь воздух, а левый бок взорвался океаном боли.

Я разинул рот, но лишь для того, чтобы получить аналогичный удар по второй и мучительно застонать, почти свалившись на пол. Обидчик как раз и помог мне не упасть, удерживая в коленопреклонном положении.


— Тише, не убей его, — откашлявшись, произнёс первый. Он даже не разозлился на меня, во всяком случае на лице виднелась лишь гримаса боли. Мужчина не стал кричать или пытаться отыграться на мне. Лишь укоризненно покачал головой, распрямляясь и всё ещё держась за живот. — Последнее время ты вёл себя тихо и мы успокоились. Очень жаль, что ты посчитал это нашей слабостью и перестал пить лекарства... Извини, Жень, но по-другому нельзя, — он вытащил из кармана шприц и маленький пузырёк. Снял колпачок. Медленные, аккуратные движения завораживали. — И Сергей Викторович будет тоже не рад, несколько месяцев лечения ты так уверенно шёл на поправку... Эх! — он горестно вздохнул.

— Не нужно... вы не понимаете... меня не должно тут быть... я не знаю, как здесь очутился, — испуганно хрипел я, на глазах выступили слёзы. Обычные, не кровавые. Я путался в словах, пытаясь побыстрее донести им необходимую информацию, но не находил отклика на невыспавшихся лицах.

— Мы слышим это уже который год. Просто успокойся и не шевелись, — санитар набрал лекарство в шприц, пощёлкал по нему и, видимо оставшись довольным, подошёл вплотную. Немного наклонился, стараясь не встречаться со мной взглядом.


Изо рта второго несло нечищенными зубами. Я чувствовал запах, даже не поворачиваясь к нему. Замутило и свело живот. Я задёргался, извиваясь, как змея. С небывалой силой попытался врезать затылком мужику по груди, но не получилось. Хватка была стальная.


— Нет! — завизжал я, безуспешно крутясь в лапах. Иголка всё ближе к шее. — Неееет!

— Так будет лучше..., — холодное прикосновение к шее, иголка прорывает кожу, и я чувствую, как лекарство проникает в меня.

Нужно промотать время! И что? Как это поможет? Просто пролетит несколько часов и всё...

В глазах расплывалось. Мужчина подхватил меня и потащил назад в камеру. Я чувствовал себя невесомым, словно ещё чуть и воспарю над землёй. Кожа ощущала любое дуновение ветерка, даже самое лёгкое.

— Не хочуууу, — промычал я, еле ворочая языком. Взгляд постоянно утыкался на мои ноги, волочащиеся по полу. Если раньше они были заляпаны кровью, особенно левая, которой я чертил красную полосу, пытаясь привлечь внимание санитара, то теперь они были обычными! Поцарапанные, немного грязные, но не в крови!


Что это вокруг меня? Я уже давно не отличаю — где заканчивается кошмар, а где начинается реальность. Невозможно понять, где проходит эта зыбкая грань и есть ли она вообще. Сейчас сон или видение незавидного будущего? Или ужасное настоящее? Я просто выдумал, находясь под таблетками всю свою жизнь, того, другого меня даже не существовало, всё бредни измученного лекарствами и болезнью психа или это очередное сновидение, разрушающее мою психику?


Началась самая настоящая истерика, Я хрипел, смеясь и рыдая одновременно, капая слюнями на подбородок и бессильно мотая руками. Сознание всё сильнее мутнело, каждая мысль стала тянуться настолько медленно, что я забывал, про что она была. И даже не заметил, как меня скинули на матрас, в который я провалился спиной, словно в яму.

Но спасительного забытия не произошло. Вместо побега во тьму без кошмаров и сновидений, вместо мягкого пружинящего матраса подо мной, даже вместо неприятных побочных эффектов от лекарства, меня ждало другое.



Продолжение следует

Показать полностью
31

Бремя времени (часть 6)

1. Бремя времени (часть 1)

2. Бремя времени (часть 2)

3. Бремя времени (часть 3)

4. Бремя времени (часть 4)

5. Бремя времени (часть 5)


Внизу ссылка на аудио версию для ленивых.



Я приходил в себя немного позже по времени, чем предполагал. Например, вместо окончания работы, хлоп и уже стою рядом с выходом из здания, хотя до этого оказывался всегда в кресле. Зашёл в маршрутку, представил как оказываюсь дома, но открыл глаза только подъезжая к нужной остановке. Хотел приготовить ужин перед приездом Кати, отмотал время на тридцать минут и обнаружил себя стоявшим на кухне с ножом в руке. Ничего не сделано, даже продукты остались в холодильнике. Жаль, что камеры уже не было, хотелось бы посмотреть, чем я занимался всё пропущенное время.


Как-то раз с утра заметил в зеркале, что у меня грязная щека, хотя точно помнил, что умывался перед сном. На руках оказались мелкие ссадины, а на колене небольшой синяк, словно я падал, неловко выставив вперёд ногу. Данный случай удивил больше всего, заставив пару ночей не перематывать время вперёд. Это ничего не дало и я легкомысленно успокоился, подумав... даже не помню уже, что именно я придумал, какую отмазку сочинил, чтобы снова начать пользоваться силами. Без использования способностей не проходило ни единого дня, я физически ощущал некую ломку, пропадающую лишь после перемотки времени.


Проверил я... и ещё одну интересную особенность... даже не знаю, как это пришло в голову. И как я вообще смог решиться на данный эксперимент. Проверка заключалась в том, что если будет непосредственная угроза моей жизни, то как поступит другой я. Поможет ли он или останется безучастным наблюдателем?

Возникла такая глупость, когда я стоял на переходе, ожидая переключения светофора. Машины пролетали мимо, сидящие внутри них люди спешили куда-то по своим делам, громыхая, проехал тяжёлый грузовик, лениво мигая поворотником. А вот появился автобус.


Мелькнула быстрая мысль — шагни вперёд. Просто сделай три шага и всё... узнай, готов ли другой вылезти, ради спасения. Глупая идиотская мысль, но прочно засевшая в голове. Автобус приближался, не сбавляя скорости. Водитель видимо хотел пролететь перекрёсток, успеть, пока светофор не загорелся красным.

Вот твой шанс. Тот, кто управляет моим телом, не оставляет никаких подсказок, может хоть в этот раз что-нибудь произойдёт.

А если нет...?


Автобус подъезжал всё ближе. Ярко блеснул в лучах солнца капот, отразившись мне прямо в глаза. Ты успеешь, решайся. С тобой ничего не произойдёт.

Я дёрнулся вперёд, непроизвольно задержав дыхание и прикрыв глаза... и мгновенно оказался на другой стороне улицы. Машины рядом нет, визгов тормозов и криков водителя тоже... автобус как ни в чём не бывало продолжил свою гонку дальше, постепенно уменьшаясь в размерах.

Вот так появилась ещё одна открывшаяся способность...



* * *

С утра я не стал проматывать время до работы, как бывало делал, а решил сам прогуляться к остановке, а потом проехаться на маршрутке. Всё-таки сидеть у окна и смотреть на проносящиеся мимо тебя образы — одно из немногих любимых занятий. В такие моменты чувствуешь особую лёгкость, исчезают проблемы, остаёшься только ты сам и дорога, бесконечно развёртывающаяся под тобой. А уж под хорошую приятную музыку... время пролетает почти так же быстро.

Без происшествий доехал и направился к офису. Можно не торопиться, сегодня я прямо рано, наверное, буду самым первым. Вдалеке увидел Игоря с Димой, заходящих внутрь. Ну ладно, третьим. Если не считать Сергея Викторовича.


С Димой мы продолжали нормально общаться, а вот с Игорем дела обстояли иначе. Он вроде бы остался таким же, но я постоянно ловил на себе завистливые взгляды, которыми он награждал меня, когда рядом появлялась Катя. Видимо "другой я" его серьёзно этим задевал, умудряясь во время перемоток мастерски отбирать внимание остальных коллег, да ещё и подшучивая над ним, отчего Игорь в основном только здоровался со мной и прощался, сводя разговоры к минимуму.


Пришло сообщение от Кати. Хотела узнать, всё ли в силе на сегодня. Я заверил, что да, хотя не помнил, что же это могло быть. Наверное, в тот момент я как раз отсутствовал. Основной минус способностей именно в том, что очень сложно привыкнуть к неожиданным вопросам от людей. Для другого меня они вполне ожидаемы, но я зачастую долго соображал, что же ответить и как не показаться дурнем, который забыл только недавно сказанные слова. Хотя чаще я просто проматывал время ещё раз, давая волю второму разрешить возникшую проблему.

Приблизившись к дверям многоэтажного здания меня неожиданно замутило. Тошнота мгновенно пронеслась по телу, а в голове зазвенело, словно с сильного похмелья. Кольнуло резкой болью где-то в глубине глаз, отчего я их прикрыл. Буквально на секунду.


Расслаблено выдохнул, помассировал веки. Боль отступила и я, с некоторой опаской, открыл глаза. Взялся за ручку, намереваясь потянуть её на себя.

Что-то изменилось... никак не получалось понять, что именно. Покрутил головой, присматриваясь внимательнее. На улице стало чуть ярче, люди, ранее стоявшие метрах в пяти от меня, исчезли. На их смену пришли совершенно другие. Новый плакат неподалёку... Я нахмурился и достал телефон, посмотреть на время. Происходящее совсем не нравилось.

Дерьмо! Почти тридцать минут пролетело за тот миг, пока я кривился, потирая глаза. Перемотка сработала сама собой, такого давно не происходило... Тем более на весьма продолжительное время.

"Работа"— вспыхнуло в голове. — "Работа уже началась!"


Все размышления о том, почему меня неожиданно перекинуло без моего ведома, решил оставить на потом. Залетел в здание. Охранник валялся в кресле и даже не соизволил повернуть голову, узнать кто там зашёл. Видимо тоже привык к одинаковому утру. Когда ничего не меняется месяцами.

Промчался по лестнице. Главное, чтобы начальник не стал ругаться. Хотя, не думаю, что за несколько пропущенных минут Сергей Викторович будет выклёвывать мозги. Тем более у меня за всё время пока что не происходило ни единого опоздания. Ну, теперь-то появилось...


В коридоре чуть не столкнулся с парнем из другого отдела. Извинился и пошёл быстрым шагом дальше, заработав недоумённый взгляд. Впереди, рядом с нашим кабинетом, маячила фигура начальника. Не везёт, так не везёт. Обычно с самого утра он занимается своими делами, даже не проверяет все ли пришли. Сергей Викторович тоже меня заметил и нахмурился.


— Извините, немного опоздал, отработаю, — запыхавшись от пробежки прохрипел я. Грудь ходила ходуном и лёгкие старательно набирали побольше кислорода. В такие моменты понимаешь, что от занятий спортом есть толк. Жалко, что мотивация быстро исчезает. Вспомнил ещё кое-что. — Здрасте.

— Евгений? — взгляд начальника оставался удивлённым. Морщины на лбу придали лицу немного злобы. — А что ты тут делаешь?

— В смысле, — я чуть отдышался и голос перестал быть как у загнанного животного. Откашлялся. — Работать пришёл..., — фраза получилась какой-то глупой, но и сама ситуация становилась неприятной. Интересный вопрос спозаранку от своего начальника.

Сергей Викторович молчал, внимательно меня осматривая, словно в раздумьях.

— Ты шутишь? — наконец-то проворчал он, продолжая холодно смотреть прямо в глаза.

— Нееет..., — я первый не выдержал игру в гляделки и отвёл взгляд. Проблеял, совсем перестав что-либо понимать. — Объясните, что...

— Ты уволился три недели назад, — чётко проговаривая слова, произнёс он.


Я оторопело выпучился на него, позабыв про страх долгого зрительного контакта. Мозг со скрежетом переваривал информацию. Руки жили своей жизнью, то пряча ладони в карманы, то скрещиваясь на груди. Всё тело прошиб ледяной озноб. Я не мог осознать сказанное, всё казалось какой-то глупой шуткой. Похожее ощущение я испытывал, когда время перемоталось в первый раз.


— С тобой всё в порядке? — участливо спросил начальник, видя моё состояние. Сжатые губы расслабились, он видимо не ожидал такой реакции на свои слова. Да и вообще, похоже, не ожидал меня здесь повстречать ещё раз.

Дверь сбоку открылась, на несколько секунд открыв мне вид на наш небольшой офис. Вышедшим человеком оказался Игорь.


— Сергей Викт..., — он заметил меня. Оторопело встал. Почему-то заныла правая рука, в районе костяшек. Я украдкой потёр её, что не понравилось Игорю. Он скривился и слово "Привет" так и не вылетело у меня изо рта.

У Игоря под глазом я заприметил синяк. Синева прошла, но всё равно опухшее место было очень заметно.


— Я потом спрошу, — пробормотал коллега и ретировался назад. За дверью раздались приглушённые голоса. Один из них, сквозь неприятный шум в ушах, я разобрал. Катя.

— Так зачем ты пришёл? — подал голос, на время забытый мной, Сергей Викторович.

— Э..., — пробормотал я, почти не слушая его. Он ещё о чём-то спросил меня. Но я лишь смотрел на прикрытую дверь в наш кабинет. Что тут происходит...

— ...если передумал, то слишком поздно, — дошла часть фразы. — Поэтому извини, на твоё место уже нашли человека.

— Понятно... Ничего страшного..., — я улыбнулся одними губами и, как робот, развернулся, направившись к выходу. Ноги шагали сами собой, пока я пытался что-нибудь придумать. Вместо этого в голове была пустота, никаких мыслей... Сергей Викторович продолжал буравить мне спину, судя по покалываниям в затылке.

— С тобой точно всё в порядке? — донёсся вопрос, но я не ответил. Продолжал шагать на автопилоте.

Дерьмо! Что со мной произошло?


Лишь на лестнице, спустившись на один этаж, я остановился, прижавшись к спасительной холодной стене. Вытащил телефон, внимательнее разглядывая экран. Когда я быстро смотрел время, мне и в голову не пришло разглядывать какая сейчас дата. Я и так её с утра знал. Теперь же там стояли совсем другие цифры...

Меня не было три недели. Просто отключило на ТРИ недели!

От осознания этих мыслей в глазах помутнело на несколько секунд. Схватился за лицо, трясся головой и еле сдерживаясь, чтобы не врезать кулаком по стене. Что могло произойти за промотанное время? Чем я занимался?

"Нужно выйти на свежий воздух... сейчас же..."

Шагая по ступенькам словно в бреду, я спустился и почти дотащил себя до дверей.


— Жень, ты же уволился! — наконец-то на меня соизволил обратить внимание охранник. В голове творилась такая сумятица, что я поначалу даже не понял, кто разговаривает.

— Как это произошло? — прохрипел я, не заботясь о том, как выгляжу и звучу.

— Вот это тебя перекосило, — поцокал языком охранник. — Водички?

Я не стал отказываться и выхлебал в два глотка стакан. Хоть какое-то облегчение.

— Просто расскажи вкратце, хорошо?

Он, на удивление, не стал задавать встречных неудобных вопросов, лишь покачал головой.


— Я так почему-то и подумал, что у тебя состояние аффекта было... Даже не поверил, когда мне позвонили с вашего этажа. Дескать быстрее сюда, тут сотрудник барагозит.

— Что я натворил?

— Коллегу ударил. Игоря кажется, если не путаю. Орал, что всё надоело, вы все исчезнете, ну и так далее. На меня чуть не кинулся, когда я попытался тебя успокоить. Сразу же написал заявление на увольнение. Сергей Викторович даже не стал две недели тебе на отработку давать. Если бы ребята не удержали, то и ему бы втащил по мордасам.

— Вот дерьмо..., — полностью опустошённый, я вышел из офиса, махнув рукой охраннику, который, так же как и Сергей Викторович, что-то продолжал говорить мне вслед.

Не до вас сейчас, совсем не до вас... Что делать дальше? Написать Кате, узнать хоть что-нибудь.


Вспыхнувшая слабость не дала далеко отойти, через несколько домов ноги словно наполнились ватой. Неприятное ощущение заставило пошатнуться, под коленки будто что-то врезалось, заставляя пошатнуться. Я кое-как добрёл до небольшого дворика, поросшего зеленью. На счастье поблизости никто не ходил и даже не было вездесущих бабок на лавочках у подъезда. Хрипло выдохнул и облокотился об стену, не заботясь о чистоте лёгкой куртки.

Такие вещи уже не удивляют, а по-настоящему пугают. Что-то ходило в моём теле всё это время, распоряжаясь как хотело. Что ещё я мог натворить за три недели своего неведенья?


Хотелось выкинуть весь сумбур, творящийся в голове. Чтобы фантастическое произошедшее оказалось неправдой, затянувшимся сном, кошмарами, которые неожиданно снова начались, но никак не реальностью. Где-то раздавался шум города, свист проезжающих машин, гомон толпы — одновременно и рядом, и словно совсем далеко, звуки то приближались, то резко исчезали, едва -едва, но оставаясь на границе слуха.

Немного отлегло и я, держась за стенку, сделал аккуратный шаг вперёд. А затем пришла боль...


Начавшись с лёгких уколов, она разрослась за несколько секунд до чувства, словно мой затылок погрузили в очень горячую воду, практически в кипяток. Неприятные ощущения усилились, ввинчиваясь в правый висок, заставив сморщиться и тихо застонать. Боль растекалась внутри черепной коробки, старательно царапая нервы. Такой приступ был впервые, казалось каждая секунда лишь добавляет страданий.


— С вами всё в порядке? — голос справа.

Сколько раз я уже слышал этот вопрос за последние полчаса? Словно в замедлении повернул голову, старательно пытаясь сфокусировать зрение. Боль раздирала голову, я даже не мог сосредоточиться и попробовать использовать свои силы, чтобы перемотать время хотя бы на несколько минут. Размытая неясная фигура прояснилась — сбоку стояла девушка лет двадцати, боязливо переминаясь с ноги на ногу. На бомжа я был явно непохож, но она старалась держаться на безопасном для неё расстоянии.

— Не нужно, — пробормотал я, старательно делая вид, что всё хорошо. Резкий острый укол боли в районе лба, не дал мне обмануть незнакомку.

— Давайте вызову скорую? — девушка теребила сумочку, не решаясь ни позвонить, ни приблизиться.

— Не нужно, — моё змеиное шипение заставило её отодвинуться на один шажок. Я опустился прямо на землю, слыша, как скребётся куртка об шершавую поверхность стены. Лишь бы никуда не позвонила, не хватало, чтобы меня отвезли в больничку.

"А если действительно что-то серьёзное...?"

"Нет! Всё пройдёт само!" — я пытался взбодрить сам себя. Не время поддаваться панике. Главное успокоиться и отвязаться от назойливой помощницы.

"Тебя не было три недели, а в это время тело ходило, неизвестно что делая! Можешь придумать что-то более серьёзное, чем пройдёт само?"


— Я же говорю, всё будет хорошо... — Я неосознанно ответил на свой мысленный вопрос вслух, чем заработал еще один подозрительный взгляд девушки. Боль чуть затихла и даже перестала усиливаться.

Незнакомка приняла решение... которое было мне сейчас совсем не нужно. Не слушая хриплые возгласы, вытащила телефон. Я повысил голос, протягивая руку.

— Не звони, не нужно! — попытался встать, но тут же рухнул обратно.

— Вам помогут, — пальцы тыкали по экрану.


Какая-то необъяснимая злость, взявшаяся из неоткуда, разливалась по телу, требуя немедленного выхода. Боль смешивалась с гневом на глупую девчонку. Почему так сложно отстать от меня? Неужели не понятно, что всё в порядке?! Как хочется просто побыть одному, без назойливых голосов вокруг!

— Не нужно..., — растерянно тихо проговорила девушка, словно прислушиваясь. Глаза широко распахнулись, с ужасом рассматривая меня. — Не делайте этого...

Я валялся на холодной земле. Пальцы ощущали редкую траву, еле заметные потрясывания почвы, небольшой камень, который впился в правую ладонь. Всё это заставляло хоть немного отвлечься и я, смотря на неё снизу вверх, не сразу понял, о чём шепчет девушка.

"Что она несёт...?"


Новая волна боли смела размышления. В голову, словно наживую, стали вкручиваться шурупы, прямо в виски. Я из последних сил стиснул зубы, практически чувствуя, как они хрустят. По щеке скатилась липкая капля. Я неуклюже поймал её пальцами, медленно растирая... На подушечках остался размазанный кровавый след. Из глаза скатилась ещё одна невесомая слезинка. Да что со мной такое? На куртку капнуло красным. У меня похоже кровь идёт прямо из глаз...

"Почему я ещё не упал в обморок? Где спасительная темнота и тишина..."


— Пожалуйста, — пробормотала девушка, продолжая смотреть с мольбой во взгляде на привалившегося к стене окровавленного безумца. Так я видел себя в отражении её глаз. — Слишком рано...

Она открыл рот в беззвучном крике... и растворилась в воздухе. На доли секунды я ещё видел её испуганное лицо, мгновенно состарившееся, протянутую руку с телефоном, и вот уже предмет одиноко падает на асфальт, а его владелец перестаёт существовать...


ВискИ всё сильнее сдавливало, но я словно позабыл о боли. Тихо рассмеялся, еле сдерживаясь, чтобы не расхохотаться во всё горло. Я просто снова попал в какой-то кошмар. Сплю в постели... И пропущенных трёх недель нет...

Я почувствовал, что повторяю это вслух раз за разом, как молитву, стараясь поверить в сказанное. Мечтая, чтобы всё оказалось правдой... Или это ещё один мой глюк?


— Точно, точно..., — я всё-таки рассмеялся, продолжая бормотать, словно сумасшедший. Визгливый высокий голос был незнаком, казалось, что моим ртом говорит кто-то другой. —Девушка нереальный персонаж, её не было. Ха-ха, точно! А я просто общался с пустотой, на радость зарождающемуся безумию. Похоже действительно пора в психушке занимать вип-место.


Хорошо хоть больше никого рядом не было, лишь вдалеке продолжал шуметь город, совершенно не замечая, что пропал ещё один его житель. Телефон валялся на земле, отвлекая меня. Из динамиков звучал тихий женский голос. Я, всё ещё посмеиваясь, вытянулся и подхватил мобильный, взвешивая в руке. Для глюка он слишком тяжёлый, слишком настоящий на ощупь, но бывали у меня кошмары и похлеще, совершенно неотличимые от яви... Погладил пальцем экран. На дисплее горел вызов скорой, я расслышал, как женщина повторяет "алло, я вас слушаю"


— Извините, ошиблись, — прошипел я, быстро нажимая отбой. Со всей силы ударился затылком об стену, чтобы боль переползла хоть куда-нибудь в другое место, перестала сверлить вискИ.

Почему остался телефон? Почему остался этот сраный телефон?! Он же тоже ненастоящий... ведь так?


Я крутил его в руке, рассматривая трещинки и поцарапанный корпус. Попробовал разблокировать, но там стоял пароль. Раздражение лишь усиливалось, хотелось громко закричать от распирающей злобы, благодаря которой боль отступала в самые дальние уголки тела, растворялась в помутневшем от ярости рассудке.

Почувствовав ногами зарождающийся холод, я всё-таки нашёл в себе силы подняться. Аккуратно держась за стену, встал полностью, ноги шатались, как у пьяного, но стало хоть немного полегче. Достал свой телефон, с омерзением глядя на отражение на экране.


Кровь из глаз перестала идти, но на щеках остались красные разводы, плюс испачкалась куртка. Так, сначала разберёмся с лицом. Аккуратно и тщательно вытерся платком, кровь уже подсохла и отрывать её от кожи было очень неприятно. Затем, как мог, отряхнулся от прилипшей земли. Куртку оттереть не удалось, лишь размазал ещё больше красное пятно. Ладно, пусть остаётся.

Занимаясь всеми этими действиями, я старался не смотреть на чужой телефон, но взгляд всё равно останавливался на белом предмете, валяющемся в траве. Без своего владельца...


"Ты убил человека", — внутренний голос не давал мне расслабиться ни на минуту.

"Нет, нет... я даже не знаю толком, что произошло..."

"Человек испарился, вот что произошло... но перед этим..."

— Заткнись! — громко рявкнул я, обхватывая голову. — Просто заткнись!

"Перед этим..." — неумолимо произнёс голос, — "ты сам видел, как изменилось лицо той девушки, а возможно и тело... Оно буквально состарилось за пару секунд. Мгновение — и древняя старуха, ещё одно — и её попросту нет..."

— Хочешь сказать, что я... вытянул время из той девчонки? — я сам не заметил, как стал говорить вслух, общаясь с внутренним голосом. Нездоровый признак...

Ответа на заданный вопрос, так и не появилось, хотя я его и не ожидал.


Сделал шаг вперёд, разминая ноги. Уже получше... Можно попробовать доехать на маршрутке... Нет, лучше заказать такси, находиться с кучей людей сейчас совсем не вариант.

Оплатил поездку и порылся в своём телефоне более основательно. Обнаружил очередную странность — все переписки из ватцапа были удалены, контакты оказались тоже стёрты. Я не мог зайти ни в одну соцсеть, видимо другой я основательно почистил телефон и везде поменял пароли. Но почему?! Почему он так поступил?

Раньше ведь такого не наблюдалось, мелкие малозначимые вещи и перескоки немного не по времени не в счёт. Всё было хорошо... почему сейчас и вот так?

"Ты же веришь, что вокруг сон, очередное затянувшееся сновидение. Зачем тогда ищешь логику?" — спросил меня голос.

— Я уже ни во что не верю...


"Дождись окончания сна. Дождись, когда мир снова начнёт разрываться на части, дождись безразличных людей, которых ты уже позабыл, дождись хоть чего-нибудь" — мысли убаюкивали.— "Или перемотай время ещё раз — ведь ты никогда не пользовался силами во сне, ведь так? Так ты сразу поймёшь — сон вокруг или жестокая реальность"


— Нет! — разговоры с самим собой происходили у меня и раньше, но лишь сейчас ощущалась дикость, неправильность. Голос, как и раньше, сообщал разумные вещи, но я отказывался его слушаться.

После произошедших событий, пользоваться способностями было слишком страшно, максимум чего хотелось — добраться домой и только там выяснить любые подробности. Слишком стремительно всё происходило, что пугалО до дрожи в руках. Не оглядываясь, я, осторожно переступая ногами, направился ближе к дороге, такси должно было подъехать с минуты на минуту.

Телефон девушки так и остался сиротливо лежать на земле, даже не собираясь исчезать...


* * *

Я бездумно пялился сквозь стекло на мелькающие мутные силуэты людей. На дорожную разметку, белой линией устремившуюся в бесконечность. На бетонные здания, которых с каждым днём становится всё больше. Очень хотелось надеть наушники, отрешиться от внешнего мира хотя бы на время поездки, но после тщательного осмотра я понял, что их нет во внутреннем кармане. Видимо другой и с этим постарался, перед тем как отдать контроль над телом.


Звонок, раздавшийся в машине, заставил меня дёрнуться. Я недоумённо похлопал по карману— нет, музыка играет не у водителя. Вытащил телефон и долго смотрел на входящий вызов. Незнакомый номер, словно видел, что я не беру трубку и держал вызов до последнего. Лишь когда аппарат заткнулся, я наконец-то потряс головой, разгоняя неприятно кольнувшее ощущение опасности. Больше всего хотелось наглотаться таблеток, свалиться в постель и заснуть. А на утро узнать, что всё действительно было нереальным.


— Замечательный план, не правда ли?

— Что? — водитель обернулся ко мне, сидящему на заднем сидении. Оказалось, я тихо сказал свою фразу вслух.

— Ничего, извините...


Опять зашумел телефон, вибрируя в руках. Водитель снова дёрнул головой. Наверное, думал, что за странный пассажир сел к нему с самого утра. Задержал взгляд на грязной куртке и заляпанных джинсах. Похоже не успел увидеть, когда я садился. Ничего не сказал, только приоткрыл окно, словно вёз какого-то вшивого бомжа. Меня странным образом задело своё сравнение с бездомным. В груди разлилась злость... не стОит этому человечку так думать. Я не приемлю, чтобы ко мне относились с пренебрежением...


Музыка продолжала разноситься по машине, но я упрямо её игнорировал. Яркая вспышка ярости напоминала ту, которая произошла только недавно. И что было дальше, я тоже помню во всех подробностях. Нужно отвлечься, срочно отвлечься!

Я решил ответить на звонок и принял вызов, пока не передумал.


— Слушаю.

— Жень? — голос я сразу и не узнал. Мучительно напряг мозг и, спустя несколько секунд, всплыл образ Егора. Друг. С которым я перестал общаться.

— Да.

Молчание в трубке, лишь тихие покашливания с другой стороны. Я тоже хранил тишину.

— Это точно ты? — спросил Егор.

Я хрипло, истерически рассмеялся, чем напугал водителя. Тот зыркнул на меня через плечо, но смолчал.

— Да, это я, — пришлось приложить усилие, чтобы снова не заржать. Нелепейшая ситуация и дурацкий вопрос просто разрывали живот изнутри. Такая резкая смена настроения мне совсем не нравилась, но я продолжал ухмыляться. Правая рука затряслась и телефон отодвинуло от уха, отчего я пропустил половину предложения.

— Повтори ещё раз.

— Помнишь наш предыдущий разговор?

— Лучше напомни, когда он был.

— Дерьмо..., — друг, хоть и оставался в обиде на меня, но сразу понял, что к чему. — На сколько ты перемотал время?

— Сложно объяснить, — я запнулся, собираясь со словами. — Так в чём заключалось наше общение? Ты же не просто так позвонил.

Теперь настала очередь Егора запнуться, но он быстро собрался с духом и выпалил короткими фразами.


— Дня два назад. До этого постоянно сбрасывал, а тут сам соизволил набрать номер. Но я сразу понял... не знаю как... что это был не ты. Ты просто не стал бы так говорить. Он сказал, чтобы я больше не звонил, что больше не хочет иметь со мной никакого дела, что я разочаровал его. И что если я буду надоедать... прирежет меня, — закончил друг, хрипло дыша в трубку.

Я поперхнулся.

— Прямым текстом?

— Угу, — Егор мрачно продолжил. — И сразу заблокировал мой номер. Я решил проверить с другого, который ты не знаешь, так в основном по работе нужен. Так же заблокировал и его. Я подождал и сегодня позвонил с ещё одной симки. Только купил недавно. Что у тебя происходит? Я уже собирался ехать к тебе домой, если и этот номер ты внёс бы в чёрный список.

— Всё..., — хотелось сказать "хорошо", но я произнёс правду. — Всё плохо... дружище.

Он задумался. Слышался шум наливающейся воды. Бренчание кружки и громкий глоток.

— Чёрт, после тех угроз, я всё ещё не знаю, точно ли со мной сейчас разговаривает... настоящий Женя. Звучит, как полнейший бред.

Я привалился лбом к стеклу. Прохлада приятно кольнула кожу. Устало прикрыл глаза, продолжая разговор.


— Не поверишь, но мне тоже хотелось бы многое узнать... Просто... я совсем запутался... творится полная хрень..., — я приглушил голос, перейдя почти на шёпот.

— Ты это к чему? — озадаченно сказал Егор. На фоне что-то зашуршало. Топот шагов. — Ладно, я сейчас накину куртку и подъеду к тебе.

— Погоди... не нужно!

— Ты издеваешься? Мы минуту назад только так решили... — друг запнулся. — Жень, это... ты?


Я с трудом отлип от стекла. Пальцы на руках потряхивало, а меня самого пробил озноб. Взгляд метнулся в сторону. Такси ехало совсем по другому пути! Практически в обратную сторону.

— Извините, — проблеял я водителю, ничего не соображая. Егор продолжал что-то говорить, но его тихий голос проходил мимо меня. Долетали только обрывочные слова. — Таким маршрутом мы ещё полчаса будем добираться.

— Слушай! — громко сказал водитель. — Поменял адрес в последний момент, так ещё и возбухаешь сидишь! Не надо мне тут рассказывать, куда и как покороче будет!

— Довезите меня домой! — я совладал со своим голосом.

— Ты наркоман что ли? — мужчина начал притормаживать, мигая поворотником. — Лучше я тебя высажу, меньше проблем.

Машина остановилась, и водитель повернулся ко мне.

— Сам дверь откроешь или помочь?

Я моргнул... и уже оказался совсем в другом месте.

А тут весь плейлист - https://www.youtube.com/playlist?list=PLyFE4YQmLHR4pz2RsT33a...


Продолжение следует.

Показать полностью 1
25

Бремя времени (часть 5)

1. - Бремя времени (часть 1)

2. - Бремя времени (часть 2)

3. - Бремя времени (часть 3)

4. - Бремя времени (часть 4)


— М-да, — протянул Егор, выпив кофе и поставив чайник по второму кругу. Я же к своей кружке почти не притронулся, так... лишь смочить пересохшее горло. Настолько долго говорить, подробно и почти не прерываясь, мне доводилось очень редко. Поначалу я запинался, пытаясь утаить какие-нибудь детали, а потом плюнул и рассказал всё. Постарался вспомнить и про свои догадки, и неудавшиеся эксперименты. Промолчал лишь про Катю.


Глядя на серьёзное лицо друга, я отставил кружку и облегчённо выдохнул. Всё-таки поделиться историей хоть с кем-то было неплохой затеей, прямо на душе стало спокойнее. Тем более Егор на протяжении всего моего монолога ни разу не рассмеялся, а лишь кивал и задавал мелкие наводящие вопросы.

Он прокашлялся.


— Если бы я не знал тебя достаточно много времени, — друг задумчиво потёр подбородок, — то просто подумал бы, что ты шутишь. Хотя и для шутки эта история так себе. Она одновременно фантастическая и... слишком приземлённая. Слишком скучная, на мой скромный взгляд. Но так как я знаю, что ты на такие приколы не способен в принципе, да и ранее я не замечал за тобой выдумывании небылиц, то у меня два варианта — либо всё сказанное правда... либо ты конкретно так поехал крышей на почве бессонниц и кошмаров, не даром они так зачастИли у тебя в последнее время. Без обид! — он вытянул руку, прерывая мой гневный возглас. — Вот если бы ты умел реально путешествовать во времени! — его глаза загорелись, и он ехидно улыбнулся. — История получилась бы зашибись, впору фильм снимать. А так... ни экшена, ни перестрелок.

— Ты мне веришь или нет? — я сжал губы, нахмуренно рассматривая кружку друга.

— Скорее да, чем нет, — помедлив, Егор снова посерьёзнел. — Повторюсь - только потому что знаю тебя. Выдумщик из вас, товарищ, так себе, уж извини за прямоту.

Меня даже удивило, что друг, только минуту назад говорящий, что у меня вполне может быть сдвиг по фазе, так быстро принял мой рассказ за чистую монету.

— Жаль, что доказать свою историю ты не сможешь. Блин, реально эта способность довольно никчёмная, — Егор сокрушённо покачал головой.

— Слушай..., — я на пару секунд замолчал, думая, как лучше сформулировать свою просьбу. — Одна из причин, по которым я решил тебе всё рассказать была... Можешь понаблюдать за мной?

— А поподробнее?

— Я сейчас минут на десять прыгну вперёд, а ты с... другим мной поговори в это время. Любые вопросы... в принципе можно даже не спрашивать ничего, просто обычное общение — про работу там, чем занимаюсь, какие планы на будущее и прочая чепуха.

— Это интересно... и немного пугающе звучит, не находишь? — протянул Егор, но глаза снова загорелись азартом. — А ты не кинешься на меня?

Неожиданный вопрос немного сбил с толку.


— За все прошедшие дни, ничего подобного не происходило, — я постарался придать голосу уверенности, хотя в голову тут же влезла назойливая мысль про утренний инцидент на работе, — так что можешь не переживать.

Егор лишь кивнул. Чайник щёлкнул, и друг встал наполнить кружку. Налил кипятка и снова уселся напротив меня.

— Готов? — немного охрипшим голосом произнёс я.

— Так точно, — лёгкая усмешка, но было видно, что Егор волнуется. Нога самопроизвольно дёргалась, а пальцы на левой руке ковыряли кожицу вокруг небольшой ранки у основания ногтя.


Я посмотрел на время и закрыл глаза. С каждым разом это всё легче начинать, легче контролировать. Уже нет неуверенности, что ничего не получится, нет испуга, что я снова стал обычным... скучным и обычным человеком... Не нужно так сильно сосредотачиваться, представлять яркие образы — словно я постепенно прокачиваю навык. Чем чаще пользуюсь, тем проще становится.

Открыл их. При перемотке на такой маленький срок, к моей радости, не было побочного эффекта в виде головной боли. Лишь чуть кольнуло вискИ, будто кто-то невидимый прижался к ним длинными ногтями, немного оцарапав кожу. Боль становилась неизбежной расплатой — серьёзной и неприятной, но я решил терпеливо сносить её.


За десять минут моего отсутствия почти ничего не поменялось. Лишь руки оказались на столе и туловище немного сдвинулось на край стула, словно я подался вперёд, пытаясь рассмотреть что-то. Егор тоже сидел в другой позе, скрестив руки на груди и задумчиво покачивая головой.


— И? — я потянулся к своей кружке с ранее недопитым кофе, но подняв её, увидел, что посудина пустая.

Друг неопределённо хмыкнул.

— Вернулся значит..., — произнёс он. — А я вот в сомнениях. Честно... Я тебе и верю, но при этом... какие-то скачки во времени, головные боли, глюки..., — очередная пауза затянулась. — Но повторюсь уже в который раз — смысла выдумывать тебе чепуху просто нет! Ну не стал бы ты так делать!

— И? — повторил я вопрос, не ожидав такой бурной реакции. Хотя... поверил бы я, скажи мне тот же Егор эту историю? Сложно сразу ответить...

— Никаких изменений, вот что! — громко сказал он. — Все десять минут ты вёл себя, как обычно. Такая же манера речи, такой же тон голоса. Вообще ничего такого... непохожего на тебя нет.

— Я не был более... оживлённым? — не сразу подобрал я нужное слово. — На работе говорили, что стал общительным.

— Мне невдомёк, как ты общаешься на работе, дружище, — напомнил Егор. — Думаю, что более замкнуто, уж опять прости меня за прямолинейность. Разговор со мной сейчас ничем не отличался от прошлого, который был где-то месяц назад.

За честность я его больше всего ценю и уважаю. Единственный человек, что сможет высказать то, что я и сам побоюсь себе произнести.

— Понятно... выходит, что ничего нового мы не узнали...

— Можешь убедиться, — он подтолкнул ко мне свой телефон.

Я непонимающе уставился на мобильный.


— Снял небольшое видео, с твоего кстати разрешения, — просто ответил Егор. — Я думал на этом моменте может что поменяется, но нет. Ты так же невозмутимо ответил, что почему бы не попробовать.


Я хлопнул себя по голове, быстро схватив телефон. Почему сам об этом не подумал, болван! Включил видео, напряжённо всматриваясь в экран. Но по прошествии минуты, огорчённо вырубил его. Действительно, ничего такого. И всё также я совершенно не помню ни как происходил разговор, ни как снималось видео. Просто миг черноты перед глазами, который перенёс меня на несколько минут вперёд. В то время, как я продолжал сидеть тут на стуле, как ни в чём не бывало, общаясь с Егором. Фантастика!


— Отсутствие результата тоже результат, — обнадёжил друг. — Я тут ещё что подумал, не знаю, может ты пробовал уже, конечно, но вдруг.

— Выкладывай.

— Какой предел твоих возможностей? На сколько часов ты можешь так делать?

— Сложный вопрос..., — я задумался, подсчитывая в уме. Перемещений пока что было не так и много. — Понимаешь, с каждым разом это делается проще, да и такое ощущение... что я как бы увеличиваю свой лимит времени...

— И всё же?

— Максимально в самый первый раз — на весь рабочий день, почти девять часов.

— Нехило, — Егор присвистнул, хотя я ему рассказывал об этом буквально полчаса назад. Видимо тогда он пропустил информацию мимо ушей, переваривая остальное.

— И плюс тем же вечером ещё на час. Путь от работы до дома... Но я пока что особо не экспериментировал с этими силами. Не до того было...

— Да, да, — рассеянно пробормотал Егор. — А не пробовал отправиться в прошлое? — тут же, не раздумывая, выпалил он, испытующе глядя на меня.

Теперь уже я выпучил глаза, недоумённо рассматривая друга. У меня возникали на этот счёт мысли, но я как-то особо не задумывался. Кошмары сбивали с толку. А вопрос действительно был очень интересным. И опасным... о чём я и сообщил Егору.

— Нет, перемещаться в прошлое не доводилось. Думаю, это слишком рискованное занятие...

— Так попробуй, — Егор выжидающе облокотился об спинку стула. — Что тут страшного?

— Обычно в книгах и фильмах бОльшая часть сюжетов об перемещениях во времени заканчивается так себе, — напомнил я. — Что-нибудь поменял не то и кирдык. Вместе со всей жизнью на Земле...

— Думаю, десять минут назад не уничтожат планету, — стоял на своём Егор. Похоже его этот вопрос раззадорил больше всего.

— Сомневаюсь, что получится, — я снова задумался. — посуди сам. Я же не перемещаюсь во времени, в научном понимании.

— А что ты делаешь? — Егор улыбнулся, видя, как я замялся. — Вот-вот, сложно подобрать слова, которые правильно бы подошли. Скачок вперёд более-менее звучит, и то не особо подходит.

— Я просто быстро проматываю своё время вперёд. Именно своё, ничьё другое, только своё. И в те моменты я продолжаю что-то делать, занимаюсь тем же самым, а не просто хренак — и оказался на полчаса позже. Я взаимодействую со всеми вокруг, не валяюсь неподвижно на полу. А как это будет выглядеть, если мотнуться в прошлое?

— Попробовать стоит, не так ли? Представь, если получится! Это же золотая жила, дружище, — продолжал уговаривать Егор.


У меня даже голова немного закружилась от нахлынувших мыслей. А ведь правда... что, если я и вправду могу так сделать? Сколько возможностей это откроет...

Я внял уговорам Егора. Десять минут действительно не сыграют большой роли.

Закрыл глаза и сосредоточился. Перед мысленным взором появились моменты нашего общения несколькими минутами ранее. Я вроде бы в это время потянулся за телефоном, посмотреть снятое Егором видео. Кончики пальцев чуть закололо...


— Ну как? — нетерпеливо спросил приятель, так и не дождавшись результата или хотя бы моего ответа.

— Ничего..., — я огорчённо помассировал веки и открыл глаза. — Может нужно досконально вспомнить нашу беседу, о чём мы говорили... не знаю.

— Либо пока ты не можешь, — он тоже немного огорчился. — Сам же говорил, что постепенно получается всё лучше и лучше.

— Может быть, — не стал отрицать я. Втайне я чем-то даже был рад, что ничего не сработало. С одной стороны такие возможности действительно даровали множество вариантов их использования, а с другой... разобраться бы с теми, которые есть сейчас...


Мы ещё посидели в молчании. Друг начал задавать несущественные вопросы про мою жизнь, потом вспомнил, что я не особо люблю их и перевёл разговор на свои приключения. Чем занимается, что собирается делать, вспомнил несколько событий с института, чем вызвал мою улыбку. Но спустя минут пятнадцать нашей... беседы, хотя я скорее больше слушал, чем говорил, изредка вставляя мелкие комментарии, я понял, что это потихоньку утомляет меня. Первоначальный интерес угасал и общения с людьми на сегодня я получил сполна. Эмоционально выгорел. Теперь вернуться бы поскорее домой в свою тишину.

Егор понимающе кивнул, когда я начал собираться. Пока я накидывал куртку, он задумчиво барабанил пальцами по двери в ванную комнату.


— Дашь какой-нибудь совет напоследок?

— Знаешь, — Егор замялся. — ты же приехал, чтобы я тебя выслушал, да?

— Конечно.

— Пока мы там сидели на кухне, я ещё раз обмозговал всю эту ситуацию, — он переступил с ноги на ногу. — Не пользуйся ими...

— В смысле? — мне не нравилось, куда он клонит. — Ты же только недавно разглагольствовал, что надо пробовать, пытаться разобраться в них.

— Не знаю... просто это слишком непонятно..., — через каждую фразу Егор ненадолго замолкал, старательно обдумывая следующую. — Моё мнение - живи своей жизнью...

— Ну, спасибо! — не хотелось, но у меня вырвался озлобленный восклик. Громче, чем я ожидал.

— Они не доведут до добра... Сам подумай... они же, по сути, укорачивают твою жизнь... сколько часов ты уже пропустил просто так.

— Такие часы мне нахрен не сдались! — не знаю почему, но злость не уходила, а лишь разгоралась. Да ещё и лицо Егора, слишком спокойное и серьёзное, бесило всё больше. — Скажи просто, что завидуешь!

— Что? — он нахмурился.

— Ты знаешь! Сам небось мечтаешь, сидя на работе... или дома вечером, когда делать совершенно нечего, промотать это сраное время вперёд. Когда стоишь в длинной очереди или совершаешь другие неимоверно скучные вещи думаешь — вот бы перепрыгнуть все минуты и часы до того момента, когда станет интересно! — я зашёлся в гневном крике, уже сам не понимая, что говорю. — А я могу так делать!

— Жень, успокойся, — Егор даже чуть попятился, но вытянул в мирном жесте руки. — Я просто даю совет...

— Пошёл ты! — перед глазами пронеслась картинка подъезда, уходящие вниз ступени и вьющаяся вдаль к остановке узкая тропинка. Хлоп и я оказываюсь прямо на том месте.


Адреналин пылал в теле, смешиваясь с дикой злобой, требующей выхода. Грудь ходила ходуном, я чувствовал, как от прилившейся крови горят щёки и лоб. Следом пришла мимолётная боль, стеганув меня по затылку и отдаваясь глухим эхом в ушах. Но от злости я лишь скрипнул зубами, почти не ощущая её. Лишь глаза немного заслезились и мне пришлось вытирать выступившую влагу рукавом куртки. Раздражённо зашагал вперёд, сжимая со всей силы кулаки. Костяшки правой руки саднили, и я поднял их, невнимательно рассматривая на ходу. Кожица на них протёрлась почти до крови, а мизинец болел, когда я начал его сгибать.

"Похрен" — мрачно подумал я. Вытащил телефон для заказа такси.


Пройдя метров сорок в голове всплыла другая мысль. Что в этот раз мне даже не пришлось ставить себе определённое время для промотки. Просто воспоминания о рядом расположенном месте, где нужно очутиться.

О том, почему разбиты костяшки, я старался не задумываться.



* * *

Попросил таксиста немного не доезжать до конечной точки маршрута. Погода была отличная и хотелось прогуляться через парк перед сном.

Деревья умиротворяюще шумели листьями от лёгких порывов ветра. Под ногами поскрипывали камешки, которые я пинал вперёд. Редкие фонари освещали беговую дорожку, огибающую небольшую футбольную площадку, а дальше она ветвилась на более мелкие тропинки, половина из которых утопала в темноте. Луны практически не было, лишь маленький уголок проступал из облаков, словно выглядывая и смотря на творящееся внизу. Я поднял голову и глубоко вдохнул чистый воздух. Тут, и ещё дома — вот два места, где мне всегда спокойно на душе, пропадает ощущение никчёмности в этой жизни. Даже неохота вытаскивать наушники — хочется просто слушать звуки и шум вокруг.


Пройдя дальше, остановился у площадки. Вспоминаю, как изредка играл тут. В футбол с приятелями и детворой с других домов... но чаще всего один — просто бессмысленно пинал мячом по ограждению, пока не прогоняли ребята постарше.

Как быстро проносится время! Только недавно ты мелкий пацан, бегающий по аллеям или сидящий с книжкой в тени деревьев, как мгновение и ты уже работаешь с утра до вечера, занимаешься скучными вещами, погружаешься всё глубже в рутину, из которой уже не вылезти.


Я задумчиво покачал головой, направляясь к дому, но хруст веток со стороны разросшихся кустов привлёк моё внимание. Там что-то тихо копошилось, шурша листвой. Развернувшись на шум, я пристально уставился в густые переплетения веток. Инстинктивно сжал кулаки, а затем, так же быстро, расслабленно выдохнул и размял пальцы.

Тощая кошка жалобно мявкнула, выглядывая из кустов. Видимо услышала мои шаги и решила посмотреть, кто же там такой гуляет поздно по парку.


— Кис-кис, — прошептал я, хотя еды с собой не было... хотя нет, есть! Вроде бы в сумке остался позабытый кусок колбасы. Правда ещё со вчерашнего дня, но думаю голодный кошак сейчас не слишком разборчив в пище.

Животное повело носом, почти полностью вылезая из своего убежища. Не было видно лишь хвост, тот продолжал извиваться в зарослях, дёргая ветки, и из-за этого казалось, что куст сам по себе трясётся. Глаза кошки жадно смотрели на колбасу.


— На, — я аккуратно кинул еду. Кусок приземлился совсем рядом, чуть не задев передние лапки. Животное дёрнулось, но всё-таки осталось на месте.

Кошка обнюхала колбасу и, не мигая, уставилась на меня.

— Хочешь поиграть в "перегляделки"? — шутливо прошептал я, хотя стало немного не по себе. Пристальный взгляд сузившихся зрачков заставил непроизвольно сглотнуть.

"Дурак, кошки испугался!"

— Давай, поиграем, раз ты так не хочешь есть...


Долго смотреть в глаза животного у меня не вышло. Да я и не собирался полночи сидеть в парке на корточках, вглядываясь в зрачки тощей кошки. Мысленно сплюнул и первый моргнул.

Ноги дёрнулись, и я оказался на земле. И было от чего.


Кошка пропала... Кусок колбасы сиротливо продолжил валяться в траве, но животное исчезло. Растворилось в воздухе, словно оно попросту померещилось. Я быстро поднялся, отряхивая джинсы. Огляделся по сторонам, но кроме меня, в округе живых существ не находилось.

"Может она... она... " — я не мог найти объяснения случившемуся. Моргнул я лишь на секунду, кошка ну никак не могла так быстро убежать, всё равно был бы тихий шорох, мои уши зацепили бы любое движение. А так... непонятная чертовщина испугала, заставила меня передумать ещё побродить здесь. Дома лучше.


Руки похлопали по карману, и я достал телефон, начиная догадываться. Посмотрел на время, задумчиво хмуря брови.

"Вспомнить бы во сколько я подошёл сюда... но это единственное логическое объяснение" Убеждение в своей правоте укрепилось — может я мимолётом подумал о чём-то своём и время, подстраиваясь под меня, промоталось? Я же сам замечаю, как проще становится совершать эти прыжки. Скорее всего так и есть — минут пять-семь незаметно пролетели, вот так кошка и смогла убежать.


Но находиться здесь уже расхотелось. Ноги сами ускорились, двигаясь к дому по знакомому маршруту. Хватит на сегодня свежего воздуха, надышался сполна.

Уже поднимаясь на лифте до нужного этажа, у меня завибрировал телефон. Катя написала, что завтра прогнозируется отличная погодка и поэтому предложила сходить в парк. Она и я. А потом, нагуляв аппетит, можно сгонять в небольшую кафешку, славившуюся отличной пиццей. Но если я не пойду, то... что будет дальше девушка не озвучила, поставив в конце предложения смайл-чертёнок.


В принципе парком, эта громадина на краю города, и не являлась. Большой лесной массив, в котором можно летом поездить на велосипедах или роликах, погулять по тропинкам, пострелять в тире, а зимой скользить на лыжах или на коньках по катку. Я даже обрадовался такому решению Кати, ведь почему-то предполагал, что она потянет в кинотеатр или подобное скучное место. Но девушка оказалась более интересной особой, чем думалось ранее. Хотя, я всегда замечал за Катей непохожесть на других людей характером и... внутренним стержнем, наверное. Может поэтому меня так и тянуло к ней... О том, что по идее проявлять инициативу должен я сам, я старался не задумываться.

Ответил ей, что с радостью пойду. На экране телефона размазалось немного красным, и я недоумённо потёр подушечки пальцев. На некоторых подсохла... какая-то краска, видимо измазался, нажав на кнопку лифта. Годы идут, а детские приколы остаются такими же...


Тут же заметил, что ранее было ещё сообщение, от Егора. Он просил перезвонить и объясниться на счёт произошедшего в коридоре. Ему я ничего писать не стал. Когда-нибудь потом, к концу выходных. Я понимал, что это выглядит неправильно по отношении к другу, но лишь злобно помотал головой.

"Извиняться тем более не буду!" — мрачно подумалось мне. — "Сам виноват!"

В чём именно он виноват, внутренний голос почему-то помалкивал. Молчал он и по поводу запаха от рук. Лишь когда я принялся вытирать пальцы от налипшей краски, понял, что от ладоней воняет кошатиной, прямо очень сильно.

Но я точно помню, что не гладил её... во всяком случае пока был в сознании.

"Не забивай себе голову, думай о завтрашнем дне, который ты проведёшь с Катей..."


Так я и поступил, постаравшись отвлечься от всего маловажного. Досмотрев очередной фильм, прошёл на кухню помыть тарелки и почистить зубы перед сном, но пузырьки с таблетками постоянно отвлекали от процесса мойки. Нужны ли они мне? Ведь вчера лекарства совсем не помогли. Либо дозировка становится слабее..., либо сны... сильней.


— Использую силы, чтобы промотать время до утра. Сегодня я ими зачастил пользоваться, но вдруг получится. Посмотрю, что из этого выйдет, — желудок сыто заурчал, словно соглашаясь с моими словами, тихо сказанными на кухне. Поставил последнюю тарелку на полку и тщательно вытер руки.

"Использую силы... звучит пафосно... но мне нравится..." — непроизвольная улыбка расплылась на лице.



* * *

Может благодаря способности, которая неожиданно сработала, ещё больше увеличив максимальный лимит использования, а может из-за предыдущих полубессонных ночей, но я первый раз за долгое время выспался как следует. Сон прошёл без кошмаров, без таинственных полудрём, переплетённых с реальностью, без разваливающегося на части мира. Я просто мгновенно утонул в темноте, растворился в ней за доли секунды, лишь только закрыл глаза и представил следующее утро. Без музыки на будильнике телефона, грубо вырывающей из сновидений, было даже непривычно. Теперь казалось, что пять рабочих дней, которые раньше тянулись словно десять, просто пропали из жизни. Пролетели, как будто я их тоже перескочил.

"Интересно, а у меня получится со временем проматывать дни целиком? А недели?"

"Зачем тебе такой большой срок?" — всплыл резонный вопрос, но я уже тряхнул головой, отгоняя его подальше.


Отдохнувший и, как мне показалось, посвежевший на лицо, я включил группу Offspring. Сейчас хотелось именно такого — задорного весёлого поп-панка, заставляющего подтанцовывать в такт зажигательной мелодии. А может предстоящая прогулка с Катей так положительно подействовала. Единственное, о чём я сейчас раздумывал — нужно ли мне использовать свою способность. С прошлого кратковременного романа прошло уже почти полтора года, и я очень боялся запороть хоть что-нибудь. Не так поведу себя, скажу не то, что нужно, сглуплю в самый неподходящий момент — все эти мысли сбивали нужный настрой, пока я собирался.


Очень хотелось предстать перед Катей именно тем, с кем она общалась все эти дни, кто был готов поддержать разговор, был более раскрепощённым. Я понимал, что сейчас моё настроение на подъёме, я придумываю в голове забавные ответы и темы для диалогов, но, к сожалению, вся бравада и правильное поведение быстро исчезнет, стоит мне только раскрыть рот рядом с ней. Очень не хочется облажаться на самом первом свидании, никогда не прощу себе этого.

И я принял единственное верное, на мой взгляд, решение...



* * *

Все попытки хоть что-то узнать о том, кто остаётся управлять моим телом, другом себе, с треском проваливались раз за разом. Я пытался выяснить могу ли общаться с тем собой, оставляя сообщения на телефоне. Записки дома на столе, с просьбой напечатать хоть пару слов. Чувствовал себя при этом полнейшим психом, но вдруг сработает.


Ничего не срабатывало — записки оказывались нетронутыми, нигде ни единой подсказки. Либо другой не может ответить..., либо не хочет общаться. Я даже со злости купил камеру, как хотел сделать ещё в самом начале, установил всё необходимое и... на записи, так же как у Егора, я ходил по дому, занимаясь тем же самым, что и всегда — слушал музыку, смотрел фильмы, готовил поесть. Никаких демонических оскалов в экран, жертвоприношений или хотя бы мелких хулиганских выходок. Обычное времяпрепровождение.


Кстати, о Егоре — с ним я всё же помирился, если так можно выразиться. Позвонил к концу недели, как и хотел. Общение получилось так себе — друг злился, и в принципе я предполагал за что, но мне почему-то уже было наплевать на такие мелочи. И он, наверное, по тону моего голоса это понял. Оказалось драки в тот раз не произошло, а отбитые костяшки... я просто врезал кулаком об стену, немного подпугнув друга таким неожиданным поведением. И он это похоже тоже хорошо запомнил, но не подал виду. Егор перестал звать к себе или спрашивать про мои способности. И всё общение стало заключаться в простых коротких звонках про "как сам, как работа, как дела" Я не стал этому препятствовать, хотя в душе было обидно. Почему-то на него, а не на себя.

С Катей тоже не всё было гладко.


После той прогулки, где из-за робости и боязни всё обломать, я постоянно проматывал время, минут по десять - пятнадцать, мы как-то незаметно стали встречаться. Она несколько раз в неделю оставалась у меня, после работы тоже могли провести время вдвоём, но... Но получалось, что двигались мы примерно в том же направлении, как уже было со мной раньше— мне нравилось гулять, находиться с ней, хотел как можно дольше быть рядом, я грустил, когда она уезжала к себе домой или сидела на работе, погружённая в дела, но я так же быстро и уставал — от её назойливого внимания, от попыток хоть немного поменять что-нибудь в моём привычном укладе жизни. Я мечтал быть с ней, но при этом так же яростно жаждал оказаться один. Это временами становилось просто невыносимым, в такие моменты я больше всего ощущал себя долбанным психом с расстройством личности.

Но больше всего нервировало то, что Кате, по сути, понравился не я сам, а другой — более решительный, остроумный и весёлый. Человек с моей внешностью, но который был лучше по всем параметрам. Я бесился от этого, злился на себя, но поделать ничего не мог. Лишь проматывать время маленькими промежутками и стараться в моменты, когда я был собой, заинтересовать её. Когда получалось, а когда Катя недоумевала, почему я веду себя совсем иначе или забыл о чём мы говорили только недавно.


Ещё я пробовал понять предел возможностей, сколько максимально могу промотать времени вперёд. Поначалу было тяжело, но постепенно, спустя почти месяц, получалось перескакивать сразу на целый день. Уже не нужно было представлять место будущего появления, стискивать зубы, рисуя у себе в голове окружающую обстановку и не забывая держать в мыслях точное время, в которое хочу попасть. С каждым разом выходило всё легче и непринуждённее.

Ужасные сны и видения, проникающие из снов в реальность, тоже постепенно покинули меня, чему я был несказанно рад. Благодаря увеличивающемуся лимиту я стал просто проматывать ночь до утра, минуя кошмары и бессонные часы. Хотел выкинуть за ненадобностью таблетки, но передумал и просто зашвырнул их в дальний шкафчик на кухне.


Лишь боль оставалась главным минусом, она обязательно ждала в самом конце — этакий намёк, что ничего не даётся бесплатно. Но это была не самая большая цена за такую способность. Обезболивающие под рукой и высокий болевой порог очень спасали меня. Время от времени удавалось провернуть занятный трюк — я проматывал пару часов, потом накатывалось головокружение и сопутствующие неприятные ощущения, и я тут же перескакивал ещё на несколько минут вперёд. И боль становилась намного меньше.

Но получалось так сделать нечасто — могло и пару раз подряд, а бывало приходилось терпеть по несколько дней, угадать почему, никак не выходило... я и не слишком задумывался над этим, если честно. По полной наслаждался своими слабенькими способностями.


Да, я не мог ничего изменить, сделать что-нибудь важное или глобальное. Просто появилась возможность убрать ненужные моменты, без которых становилось лучше жить, которые всегда бесили и нервировали. Способность помогала сбежать от проблем, от нежелания решать какие-то скучные дела. Это было похоже на наркотик. Чем дольше пользуешься, тем приятнее, сильнее ощущения. Я говорил, что это не так, но в душе понимал, как меня до одури радует, что теперь не нужно задумываться о многих вещах, они будут решаться сами собой где-то за кадром, без моего непосредственного участия. Старался оставлять только то, что мне нравилось больше всего.


Работу я поначалу практически всегда проматывал, пытаться сделать это опять самому... быстро наступала скука, апатия и раздражённость. Лишь потом понял, что, к сожалению, так делать нельзя. Ведь я не помнил, чем занимался, с кем из сотрудников общался и о чём. А спрашивать у коллег глупо, быстро поползут какие-нибудь слухи. Пара пропущенных смен и я тупо пялился в монитор, не зная, что делать в первую очередь. Вопросы начальника оставались неотвеченными, ребята что-то спрашивали, а я смотрел на них, как идиот. Поэтому, скрипя зубами, приходилось присутствовать хотя бы несколько часов в день, чтобы примерно знать, что происходит у нас в офисе.

Отношение ко мне тоже изменилось. И это, так же как и с Катей, одновременно и нравилось и раздражало. Чаще стали звать, приглашать куда-нибудь после работы, разговаривать в перерывах и на обеде. Обед я старался проматывать, и видимо другой я, очень усердствовал в это время, развлекая народ. А потом меня все хвалили, просили повторить. То, что это не я сам, я усердно загонял в самые дальние уголки мозга...


С опаской, но пробовал заставить время перемотаться назад. Чувствовал каждой частичкой тела что вот-вот, последнее усилие и всё получится — но ничего не выходило, словно стояла какая-то блокировка, которую я никак не мог преодолеть. Может оно и к лучшему, но свои попытки я не оставлял. Злости не было, лишь раздражение и азарт, всё сильнее разгорающийся с каждым разом, что когда у меня выйдет, то тогда-то я развернусь по-полной. Появлялось слишком много фантазий по этому поводу.

Происходили и мелкие необъяснимые события.



Продолжение следует.

Показать полностью
33

Бремя времени (часть 4)

1. - Бремя времени (часть 1)

2. - Бремя времени (часть 2)

3. - Бремя времени (часть 3)



Я с удивлением рассматривал свои руки, словно в первый раз их вижу. Медленно размял пальцы, чуть слышно похрустывая костями. Странное ощущение заторможенности, словно я двигаюсь в воде, настолько был плотный воздух вокруг...


Наконец повертел головой, пытаясь понять где нахожусь. Помещение оказалось подозрительно знакомым... опять наша квартира, только на сей раз я стоял на балконе. Шкафчик со старой рухлядью — одновременно ненужной, но и выкидывать жаль. Стеклянные банки, уже покрытые пылью, погнутая кастрюля и подобные вещи, которые я заметил, благодаря нараспашку раскрытой дверце. Другой угол занимал разбитый диванчик. Компактный, он идеально входил туда, да и выглядел пока ещё сносно. Летом я любил спать на нём, слушать как неподалёку попискивают летучие мыши, закладывая лихие виражи, как шумят деревья в ночном парке, проносятся редкие автомобили. Думаю, из-за этого и в дальнейшем я нашёл для себя очень похожую квартиру, в которой и проживаю до сих пор.

Сейчас скорее всего в родительском доме всё по-другому... другие хозяева, другие безделушки, может даже повыкидывали весь ненужный хлам и мусор. Но это уже давно не моё дело.


Как только я поступил в институт сразу же съехал отсюда, предпочитая оплачивать чужую квартиру. С матерью мы довольно редко общались, так... раз в несколько месяцев дежурные созвоны. Потом родители расстались, отец куда-то уехал и совсем пропал. С ним мы общались ещё реже, поэтому меня это не очень расстроило. А расспрашивать мать не хотелось.


Да она и сама не очень шла на контакт, будто это её всецело устраивало. Помню, что всегда от родителей шла какая-то отчуждённость — сложно объяснить... они радовались моим удачам, мы общались между собой, но размышляя сейчас, складывалось ощущение наигранности, словно родители делали всё это через силу. А может я накручиваю себя, ведь все воспоминания мутные, их сложно правильно интерпретировать. Моя голова те ещё потёмки, в которые лучше надолго не влезать.

После смерти матери жилище досталось мне, но я продал его почти сразу. Даже не задумывался оставить или хотя бы сдавать в аренду. Не помню уже, что на меня нашло, но я категорически не хотел иметь ничего общего. Специально снизил цену, лишь бы побыстрее продать любому человеку, у которого была бы такая сумма.

Видимо жилище через столько лет решило напомнить о себе...


Ощущение заторможенности пропало, движения снова стали обычными, но мне не давал покоя вопрос — я всё-таки сплю или вокруг реальность? Да и то, что такой вопрос вообще пришёл в голову, не слишком радовал.


Прохладный ветерок дул прямо в разгорячённое лицо. Судя по времени уже довольно поздно — ни в одном из близлежащих домов не горит свет. Лишь где-то в парке несколько сиротливо расположенных фонарей еле-еле разгоняют тьму. Оконная рама чуть поскрипывала от порывов ветра с одинаковой периодичностью, звуча, как нелепая мелодия.

Может таким образом люди и становятся сумасшедшими — перестают различать сновидения и реальные вещи? Всё слишком правдоподобно, слишком настоящее, чтобы быть иллюзией, сонной фантазией. Хотя не припомню, чтобы я фантазировал или хотя бы вспоминал наш дом в последнее время.


Сзади что-то хрустнуло, и я мгновенно обернулся на этот шум. Глаза уже немного привыкли к темноте и глазам предстал силуэт в глубине комнаты, ближе к проходу в коридор.


— Эй, кто тут? — хриплый голос вырвался из моего пересохшего горла, как карканье старого ворона.


Молчание. Непонятная фигура медленно проследовала в коридор, оставив дверь нараспашку. Я, не зная зачем, направился за ней, с непривычки чуть не спотыкнувшись об выемку на полу. Совсем забыл — сколько раз отец хотел с ней что-то сделать, но неудобная выпуклость продолжала оставаться на своём месте каждый год.


— Мам, это ты? — я ускорил шаг, почти настигнув силуэт. Почему-то я быстро уверился в своей догадке. Походка, лёгкое пожимание плеч, даже сама фигура была похожа на неё, но хотелось увидеть лицо.

— Из-за тебя я погибла, — тихий голос матери было ни с чем не спутать. Хоть я давно его не слышал. Она не повернулась, продолжая стоять спиной, почти растворяясь в темноте коридора.

— Нет..., — мой шёпот звучал инородно, словно я просто открывал рот, а звуки были кого-то другого. Маленького мальчика, смертельно напуганного, но никак не взрослого человека. — Ты путаешь, у тебя случился сердечный приступ...


Мать ничего не ответила, продолжила движение по коридору в сторону кухни. Я прошёл через дверной проём и проследовал за ней, натыкаясь на стены. Пошарил руками в попытках найти выключатель. Я же помню, что он был где-то тут, справа от меня!


— Ты виновен в случившемся. И что случится... только ты и никто больше..., — нарушила мать наше затянувшееся молчание. Коридор всё не заканчивался и у меня никак не получалось догнать её. Я ускорял шаг, но расстояние только увеличивалось. Как в кошмаре, когда ты бежишь от преследователя, а дорога издевательски растягивается, становится бесконечной. И чем быстрее стараешься нестись, сломя голову, тем ближе слышишь шаги чудовища сзади. И оно всегда настигает... всегда.

— Постой! Объясни мне хоть что-нибудь! — закричал я, тяжело дыша. Вот теперь я узнал свой голос. Тело совершило неимоверное усилие, наконец-то оказавшись практически рядом. Я протянул руку и схватил фигуру за плечо. Развернул на себя размашистым движением.

— Ответь, в чём моя вина? — теперь стало видно её лицо. Хотя лучше бы оно оставалось в тени.


Мать безучастно смотрела на меня. Безжизненный взгляд, словно до сих пор не замечала своего сына. Скулы, такие острые, что казалось ещё чуть-чуть и прорвутся наружу, разрывая пергаментную тонкую кожу. Белое лицо, больше напоминающее маску трупа... Точь-в-точь как я и запомнил её в последний раз... лежащую в гробу... За неплохие деньги визажист тогда постарался на славу, а сейчас я видел перед собой тот же эффект. Мать приоткрыла рот, но тут же её передёрнуло, гримаса боли прошла волнами по лицу. На несколько секунд маска мертвеца треснула, проступил далёкий образ из детства. Не пугающий, а спокойный и родной... Я пошатнулся, ощущая как заколотилось сердце и в ушах возник глухой гул, усиливаясь с каждым мгновением. Стены мелко завибрировали.


— Хватит!

— Скоро опять всё повторится..., — миг и мать рассыпалась прямо на глазах. Превратилась в прах, разлетевшийся по полу и моим ногам.


Я в ужасе отпрянул, ударившись спиной в стену. Частое хриплое дыхание громом разносилось по коридору.

Подо мной, прямо под ногами, что-то заворочалось. Паркет хрустел и ломался, в глубине разлома раздавалось рычание и металлический скрежет. Я, спотыкаясь, понёсся к двери, ведущей из квартиры. Стены тряслись и крошились, с потолка на голову сыпалась штукатурка и мелкие камешки. Дом ходил ходуном, чудом всё ещё не разваливаясь.


Оглушительный грохот сзади, спину обжигает горячим, а в затылок ввинчивается тупая боль, становясь нестерпимой...



* * *

Удары сердца об рёбра разбудили, вырвали из очередного непонятного сна. Нечленораздельно хрипя, я свесился с кровати, пытаясь унять дрожь в руках и ногах. Последние особенно сильно болели от напряжения, будто в реальности я действительно убегал, напрягая все мышцы. Стараясь как можно дальше унестись... от кого? Или чего?


Обычно мать появлялась во снах за пару дней до даты её смерти. Но сны были обычные, толком не запоминающиеся. Это были даже не кошмары - просто смутные воспоминания из детства или моменты с похорон. Сейчас же всё по-другому. Почему она винит меня и главное в чём?

Сны стали слишком реальные. Слишком пугающие. Слишком опасные. Каждый раз такое ощущение что я останусь там навсегда... на улице, в квартире с мёртвой матерью, с миром, разлетающимся на куски... не смогу проснуться, сгину в своём же кошмаре.


И таблетки не подействовали, хотя раньше были достаточно эффективны. Есть ещё вариант всё-таки обратится к доктору, но я оставлю его на самый крайний случай.

"А сейчас типа всё вполне в порядке?"

Я не ответил, скрючившись и обхватив себя руками. Сердце до сих пор колотилось, а из груди вырывались хрипы. Поднялся и прошёл на кухню, шатаясь, как пьяный — попить воды и ополоснуться. Взгляд наткнулся на лекарства.

Может принять ещё? Нет... лучше не надо, передознуться таблетками не самая лучшая идея. Делая аккуратные вдох-выдох, я немного успокоил сердце, даже голова чуть прояснилась.


Время 4 утра... Ещё успею подремать пару часов. Хотя после такого напряжённого сна большие сомнения, что смогу спокойно закрыть глаза. Но отдохнуть нужно — сидеть на работе, клюя носом, тоже не вариант. Поплёлся обратно к своей койке.

Одного взгляда на кровать хватило, чтобы в груди снова начал разливаться страх. Глаза слипались от частого недосыпа, но при этом я боялся, что всё повторится. Ведь раньше было проще — выпил таблетки и почти стопроцентная гарантия крепкого сна, а сейчас... непонятные кошмары их перебороли.


Не знаю как или зачем, но я мысленно пожелал промотать эти лишние часы до выхода из дома. Это время я точно помню, всё-таки столько лет педантично следую ему. Умом понимал, что только не так давно у меня ни черта не вышло, перемещение не сработало, но страх перебил остальные чувства. Хотелось, очень сильно хотелось, чтобы всё сработало, чтобы я перенёсся во времени. Неподалёку от подъезда... неторопливо иду к остановке, ведь есть лишние десять минут, которые оставляю на всякий непредвиденный случай или когда просто охота подышать воздухом, а не нестись быстрее на работу.


Перед глазами снова вспыхнула яркая картинка, меня немного повело в сторону, лёгкая боль в районе затылка, уже чуть сильнее, еле-еле вкручиваясь тонким шурупом в мозг и... я, распахнув глаза, обнаруживаю себя там, где и пожелал. Собранный, умытый, все нужные вещи тоже при мне. Даже про наушники не забыл. Впереди вырисовывался угол магазина, где я скорее всего увижу старого знакомого грузчика, а дальше уже стоит компания людей, ожидающих газельку. Всё тоже самое, что и вчера.


Я прислонился к старому дубу, провёл рукой по коре, ощущая кончиками пальцев каждую мелкую шероховатость. Выглядит как настоящее... но во снах происходит так же. Единственное, что отличается— это чувство спокойствия, в сновидения постоянно напряжение, там даже сама атмосфера заставляет чувствовать себя не в своей тарелке, словно ты тут чужой, незваный гость, незнамо как пробравшийся внутрь. Не сразу, но эти ощущения всё равно появляются и не исчезают, пока ты не проснёшься.

Сейчас же такого не чувствовалось. Солнце приветливо светило, и даже редкие прохожие не были мрачными безликими фигурами, растворяющимися лишь только отведёшь взгляд. Я облегчённо выдохнул... принюхался... даже зубы не забыл почистить. И лишь сейчас ощутил тяжесть в желудке, удивительное дело — как в меня влезла с утра еда?


Пошёл к остановке. Самая большая загадка, не дающая покоя, после таинственных снов конечно же — кто управляет моим телом во время перемещений? И как это вообще всё выглядит? Было бы интересно понаблюдать за другим собой. Может купить камеру в квартиру? Такую, не слишком дорогостоящую, незаметно установить в углу и пусть снимает.

Надо обдумать на досуге.


Вдруг понял, что иду и глупо улыбаюсь. Непонятная сила никуда не исчезла... осталась при мне. Единственная вещь, которая сейчас интересует, заставляет чувствовать себя более значимым... находящимся выше остальных... Ведь каждый мечтал хоть раз, чтобы он обладал какой-нибудь сверхспособностью, любой, лишь бы была. А вот у меня появилась... у меня! Ни у идиота Игоря или подобного человека... у меня. Пусть она не слишком понятна, довольно... незамысловатая, если так подумать... но у кого ещё есть возможность перепрыгивать вперёд во времени? Лишь у меня!


Бравада затуманила голову, и я не сразу смог отмахнуться от этих мыслей. Вдруг сила появилась в некий противовес к кошмарам? Раньше же за собой я не замечал никаких паранормальных вещей, а вот кошмары уже давно со мной. Но как ей рационально пользоваться?


Пока ехал до работы составил для себя график действия на сегодня. Воспользоваться силами и перемотать время где-то до конца обеда, а там, невзначай, всё же попробовать поспрашивать про себя, про своё поведение. Хотя, зная, как я общаюсь, это будет сложно сделать. Лучше всего завести разговор с Владом, с ним мне проще найти общий язык. С помощью таких размышлений у меня получилось выкинуть из головы, хоть на какое-то время, проблемы со сном и эти чересчур реалистичные кошмары...



* * *

В офисе царила такая же обстановка. Как и вчера, и позавчера, и месяц назад. Сегодня были мелкие изменения разве что в немного потрёпанном виде ребят, и то, что Катя уже сидела за своим столом. Обрадованно махнула мне, я постарался тоже улыбнуться и при этом не покраснеть, как подросток.


Поздоровался с парнями. Думал уже, что Игорь снова пристанет с вопросами по поводу вчерашнего вечера, но он лишь вяло пожал руку, тяжко вздыхая и смотря на медленно закипающий чайник. Хорошо, что начальник закрывает на такие вещи глаза, если они не мешают работе. Ну и, конечно, если ты не ползаешь по коридору.


— Ты даже молодец, что не пошёл с нами, — пробормотал Дима, выглядящий более бодрым. Но также мрачно взирающий на всех вокруг и при любом шуме мучительно хмурящий лоб и брови. — Голова так не болела со времён студенчества...

Света лишь насмешливо шутила над ребятами, видимо стараясь максимально их достать, пока предоставилась такая возможность.


Глядя на всё безобразие, я в который раз в чём-то пожалел, что такой несоциальный человек. Больше всего в себе это и бесит — максимум через несколько часов общения мне становится плохо с людьми, с их шумом и глупыми шутками, с подколами друг над другом, приходится неумело подыгрывать и тянуть улыбку через силу. Но в своей любимой тишине... постепенно тоже становится некомфортно, одиночество доводит до депрессии, а она, в свою очередь, начинает монологи про никчёмную жизнь. Плохо и так, и так. При любых раскладах.


Нужно сегодня набрать Егору. Единственный можно так сказать друг, а я ещё не перезвонил с прошлого раза. А ведь прошла почти неделя.

Поверит ли он, если я расскажу ему всю свою волшебную историю? Не факт... но попробовать стОит. Лишь бы он мне скорую не вызвал... Про мои кошмары он уже в курсе, я сам удивился, что несколько месяцев назад выложил ему эту информацию. Про которую больше никто не знает.

Я завалился в кресло и включил компьютер. Ну что же, добро пожаловать в новый старый день. Заметил краем глаза, что Катя направилась ко мне. Сглотнул, бесцельно водя мышкой по рабочему столу. Глупо, но нужно чем-то занять руки.


— Привет поближе, — она снова улыбнулась. Не люблю эти улыбашки, особенно, когда они неискренние, просто для вида... потому что делаю так же... но Катя умудрялась не вызывать злость или неприятие, а, напротив, стало даже как-то приятно на душе. — Начала читать вчера книжку, которую ты посоветовал.

— А? — я поначалу не понял про что разговор, отвлёкшись на Игоря, заинтересованно поглядывающего в нашу сторону. Легонько хлопнул себя по голове, возвращаясь к девушке. — Да, точно! Ну и как?

— Пока что нравится, — Катя облокотилась об стоящий рядом шкафчик. — Говорили мы правда про другую, но эта завлекла меня даже больше. Чуть не уснула с ней в руках, представляешь!

Я еле заметно хмыкнул, мучительно пытаясь найти нужные слова.

"Почему ты такой остолоп?"


В эти моменты ненавижу свою нерешительность. Даже не нерешительность, а неспособность найти подходящие слова. Уже вечером у меня в голове будет куча реплик, которые я мог сказать. На каждый её вопрос будут несколько вариантов ответа. Мысленно я проведу шикарную беседу, покажу себя эрудированным человеком, добавлю чуть юмора, и она весело рассмеётся, а Игорь будет сидеть с хмурой рожей... Но всё это будет мысленно и потом...

Был бы я сейчас с ней один... Или не смотри на нас другие коллеги... Или... слишком много "или"!


Нужный вариант возник мгновенно. Я быстро повернул голову, зафиксировав время. Сам же хотел снова промотать скучные часы до обеда, а тут такая возможность... Скорее всего, другой я сможет высказать всё, что хотелось... Хуже точно не будет. И как раз проверю, можно ли оставлять какие-нибудь пожелания для другого себя. Небольшой списочек дел, которые хорошо было бы выполнить.

— Хотел тебе кое-что сказать..., — отступать нельзя. Только бы сработало!


Я прикрыл глаза, всё ещё не поворачиваясь к девушке. Всплыло нужное время, чем я скорее всего буду в этот момент заниматься, мой стол, и я, сидящий в той же позе, что и сейчас... все дела, требующие моего внимания... Мягко открыл глаза, сразу же морщась от непривычно яркого света.

Место немного удивило. Я думал, что окажусь в кабинете, в своём кресле, но очнулся в туалете. Слишком яркая лампочка била прямо по зрачкам, и я отвёл взгляд. В нескольких сантиметрах от меня раковина. С чуть ржавого крана редко капает вода, единственный звук в маленьком помещении. Я подошёл, глядя на своё отражение в мутном зеркале.


Довольно стандартное лицо, только нос, по моему мнению, длинноват. И скулы слишком выпирают, наверное, наследственное по линии матери. Немного всклокоченные волосы — надо будет подстричься на выходных, не люблю причёсываться. Лишь покрасневший правый глаз портил общую картину. Пара капилляров лопнула, делая меня похожим на киборга-убийцу.


Потянулся в карман за телефоном, узнать точно ли попал по времени, но в голову тут же вонзилась тупая режущая боль. Произошло это настолько быстро и внезапно, что я чуть было не упал на колени. В затылок словно влетело с размаху острое длинное шило, пробив череп и уткнувшись прямо в мозг. Мучительное ощущение пропало так же стремительно, как и появилось. Я закачался и ухватился за край раковины, тяжело дыша сквозь стиснутые зубы. Еле сдержался, чтобы не застонать. В этот раз боль стала сильнее... я уже начал догадываться, что она своего рода цена за игры со временем. Возникает прямо после скачкА, причиняя страдания и непродолжительную, но такую мучительную, мигрень.


В зеркале отразилось покрытое испариной испуганное лицо. Я сплюнул в раковину и не с первого раза, включил воду, пытаясь прийти в себя. Что я вообще хотел сделать, из-за вспышки боли совсем позабыл... время, хотел посмотреть время!

Перемотка прошла точно, как я и хотел, с точностью до минуты. А туалет? Ну, может приспичило зайти сюда, с кем не бывает, это сейчас волнует меньше всего. Главное, что засело на данный момент в голове— как я вёл себя сегодня? Так же хорошо, как вчера, или умудрился во что-нибудь вляпаться?


Списался с Егором. Извинился, не в первый и не последний раз, за своё отсутствие и спросил, можно ли сегодня подъехать к нему после работы. Что очень нужно поговорить. Друг ответил довольно быстро — "заваливай к 20 часам" и "не забыл адресок?" Я уверил его, что пока помню. На том и порешали.

Что ж... одно дело сделано. Напоследок ещё раз умылся и вышел.


Неподалёку от нашего кабинета стояла Катя. Облокотилась об подоконник, смотря куда-то на улицу. Лишь подойдя ближе я заметил, что она общается по телефону, скорее даже просто поддакивает невидимому собеседнику короткими фразами. Наконец, девушка отвлеклась от созерцания идущих пешеходов и повернулась в другую сторону. Заметила меня, когда я уже почти прикоснулся к дверной ручке.


— Жень, подожди..., — тихо прошипела она, сдвинув трубку направо. А в динамик сказала. — Ладно, у меня дела, я потом перезвоню. Ага, давай, до скорого.

Отключила телефон и улыбнулась. Озорные глаза смотрели прямо на меня, а я, как болван, продолжал истуканом стоять в коридоре, не зная, куда деть руки.

— В последние дни ты очень изменился, — девушка приблизилась. Я лишь сейчас осознал, что вокруг никого нет, лишь в глубине кабинета раздаются приглушённые закрытой дверью редкие разговоры, да клацанье клавиатур. — И мне нравятся эти перемены. Особенно поцелуй... не ожидала от тебя такого.

Я молчал, не зная, что ответить. От себя я тоже такого не ожидал...


— Надеюсь, всё остаётся в силе? — Катя стояла практически вплотную. Убрала свои шикарные волосы за уши. Как долго я мечтал об этом... мы рядом, поблизости нет лишних людей... только я и она.

Только потом я осознал вопрос. Девушка увидела моё озадаченное лицо и нахмурилась.

— Ты передумал? Как вчера с походом в бар с ребятами?

— Нет, — я отрицательно покачал головой, словно боясь, что она не поймёт сказанного слова. — Просто...

— Появились другие дела? — Катя огорчённо поджала губу, как малыш, которому не дали мороженое.

"Да о чём идёт речь?" — мысли бегали в голове, не помогая, а лишь внося ещё больше беспорядка.


— Слушай..., — я сам удивился своей храбрости, положив ей руку на плечо. — Как тебе сказать... на меня сейчас многое свалилось и в голове чёрте что творится...

Слова лились потоком, я старался как мог, пока был этот прилив красноречия.

— Поэтому извини, но немного вылетело из головы, куда мы хотели сходить.

"А если речь была совсем о другом?" — пришла запоздалая мысль. Но деваться уже некуда. Я поставил именно на этот вариант, с тревогой ожидая ответа Кати.

— А мы и не решили, — жизнерадостная улыбка опять коснулась губ девушки. — Ты возложил эту задачу на меня, сказав, что я знаю больше.

— Ага..., — вырвался облегчённый выдох. — Ну, в целом, так и есть. Я не особый ходок по развлекательным заведениям.

— Я вообще-то тоже, — Катя легонько толкнула меня в грудь. А затем поцеловала. Я попытался ответить на это неожиданное действие, но девушка уже отпрянула, подмигнув напоследок. Провела пальцем по щеке и скользнула в кабинет первой. Остался лишь еле заметный аромат шампуня, напоминая, что мне ничего не померещилось, она действительно была здесь только что... и я в кои-то веки сам расплылся в довольной улыбке, потирая щёку.


Из своего кабинета вышел Сергей Викторович. Притормозил на пороге, разглядывая радостное лицо своего сотрудника. Таких эмоций он наверняка от меня давно не видел.


— Евгений, ты оказывается и улыбаться можешь, а не только ходить с грустной миной, — удивлённо хмыкнул начальник, словно прочитав мои мысли. Серьёзно продолжил. — Надеюсь, произошедшее событие не повторится?

"Он видел нас с Катей?" — промелькнула молнией мысль. — "Но как?"

— Э..., — замялся я.

— Я всё урегулировал, — Сергей Викторович понял мою заминку по-своему. — Думаю Виталий никому не будет говорить, что ты ему чуть не врезал. Хорошо, хоть он работает на другом этаже. Что на тебя вообще нашло?

"Виталий... Виталий... не помню даже человека с таким именем. Наверное, в другой конторе трудится... но с чего мне на него нападать?"

Я молчал, не зная, что ответить. Начальник покачал головой.


— Представь, если бы я не подошёл. Или кто-нибудь ещё находился рядом. Не ожидал от тебя такой вспышки гнева. Твои глаза... что он такого сказал?

— Извините, — пробормотал я. Другого ответа не было. Мне бы самому узнать подробности - как, когда, почему, но спрашивать сейчас глупо. — Инцидента больше не повторится, обещаю.

— Хотелось бы верить, ты неплохой сотрудник, — Сергей Викторович видимо решил, что нравоучений пока что хватит. — Давай, принимайся за работу. Сделаем вид, что ты переутомился, немного сдали нервы.

— Спасибо, — мой бубнёж он уже не слышал, развернувшись и зашагав вперёд по коридору.


Я же вытер лоб, покрывшийся испариной. Почему на хорошую вещь обязательно придётся плохая, а чаще всего и не одна? Радость от общения с Катей испарилась, на смену пришли мрачные мысли о том, зачем я чуть не врезал неизвестному сотруднику. Как бы это вообще выглядело, если учитывать, что драться я совсем не мастак...

Остаток дня я поначалу хотел промотать, но подумал, что вдруг у меня всё-таки есть лимит часов и решил не тратить силы впустую. Вдруг на что-то другое пригодится. Постарался максимально забить себя работой, чтобы ни на что больше не отвлекаться, и смена побыстрее закончилась. Хотя нет-нет, но посматривал на стол Кати, тут же отводя взгляд.


Рано ещё радоваться. Всё так хорошо складывается, лишь благодаря другому мне. Который действительно парень не промах, тут не поспоришь. Я опять пожалел, что ничего не могу вспомнить из промотанных часов. Насколько же это было бы удобнее и интереснее! Увидеть, осознать свои ошибки, как можно себя вести по-другому, тем не менее оставаясь таким же...



* * *

Я приехал по давно известному адресу. Правда уже продолжительное время не посещал квартиру друга, ссылаясь на лень, усталость и другие серьёзные вещи. В чём мне нравился Егор, так как раз тем, что ещё на половине первого курсе института принял мою угрюмую нелюдимую сущность. Даже не понятно, почему он до сих пор общается с таким человеком, как я? Первый никогда не звал на гулянки и какие-нибудь встречи с нашими общими знакомыми. Но всегда готов был выслушать и дать дельный совет. Правда я очень редко пользовался этим, предпочитая всё держать в себе.

Такие вот непохожие друг на друга ребята.


За воспоминаниями институтских времён я не заметил, как, в сгущающихся сумерках, подошёл к дому. Егор, в отличие от меня, предпочёл проживать в набитом многоэтажками районе. Небольшая детская площадка с травяным газоном, по сторонам которого несколько чахлых деревьев — вот и вся растительность. Остальное место занимают магазины, аптеки и алкомаркеты. Вокруг шумит город, опоясывая высокие человеческие муравейники нитками дорог. Постоянно где-то неподалёку проезжают автомобили, шурша шинами об асфальт. Мимо, то и дело, проходят люди, в открытую пялясь на меня, словно непостижимым чувством понимая, что я тут чужой. К тому же сегодня пятница, а значит нетрезвых личностей в разы больше.

А ближайший парк минутах в пятнадцати ходьбы.


Я бы тут долго не смог жить, мне проще в своём спальном районе, в самой его озеленённой части, где меньше всего людей, но Егора похоже всё устраивает. Наверное, привык уже, а может даже нравится, дело это в любом случае не моё.

Набрал номер квартиры на домофоне, услышал пиликание и, поднявшись на лифте, позвонил в дверь.


— Открыто, — крикнул из глубины квартиры друг. — Залетай, не стесняйся.

Действительно, только сейчас увидел еле заметную щёлочку. Повесил куртку и прошёл дальше.

Егор, высунувшись с кухни, махнул рукой.


— Тут малость неубранно, так что смотри сам — будешь надевать тапки или нет.

— Ира позволила тебе мусорить? — я помнил, что Егор встречается с девушкой, и дело постепенно шло к их съезду в его квартиру.

— Ха-ха, не ожидал юмора в твоём исполнении, — тут же откликнулся друг.


Я зашёл на кухню. У шкафчиков вертелся Егор, поочерёдно открывая дверцы и заглядывая внутрь. Кривил лицо и закрывал их.

— Забыл, блин, в каком отсеке тут кружки нормальные, — пожаловался он. Полное лицо раскраснелось от таких энергичных действий. Наконец друг нашёл искомое и поправил очки, почти соскользнувшие с носа. — Будешь чай или кофе?

Егор знал, что я не особо люблю спиртное, поэтому даже не стал его предлагать. Хотя думаю, в одном из шкафчиков хранится пара бутылок виски, а может и побольше.


— Давай кофе, — я поёрзал на стуле, думая, как лучше начать разговор.

— Кстати давно не виделись, — друг включил чайник и встал рядом. Взял две кружки, одну осмотрел более внимательно и помыл под краном. Удостоверился, что они чистые и насыпал туда по горстке кофе. — Но я не в обиде, привык, что ты любитель пропадать неделями. Даже удивительно, что позвонил так рано, я ставил ещё дней пять как минимум.

— Угу, — моё бормотание было встречено внимательным взглядом Егора. — Замотался по работе и некоторые дела появились..., — лицо друга стало скептическим, — В этот раз правда, не вру, со мной случились... удивительные вещи.

Я положил руки на стол, рассматривая его поверхность. Недолгое молчание нарушал лишь свист пара из чайника.


— Говори, что приключилось, — спокойно сказал Егор. — Просто так ты точно не приехал бы. Да и по лицу видно, что тебя серьёзно так припечатало чем-то. Если кошмары опять начали мучить, то знаешь моё мнение.

— Нет..., — я на миг запнулся. Затем выпрямился. — Всё сложно...

И начал пересказывать свою историю.

Продолжение следует.

Показать полностью 1
28

Бремя времени (часть 3)

1. - Бремя времени (часть 1)

2. - Бремя времени (часть 2)

Внизу ссылка на озвучку для ленивых.



Я встал на остановке, настороженно смотря по сторонам. После инцидента с маршруткой мне очень тревожно находиться неподалёку от дороги. Каждая машина, проносящаяся мимо, напоминает о погибших, криках и плачущих завываний искалеченных людей во вчерашней аварии.


Вспомнил ещё одну деталь, ускользнувшую ранее. Слова Игоря и начальника.

Один сказал, что я был на обеде очень разговорчивым. В принципе я не совсем "белая ворона" и временами вполне общительный человек... если меня интересует тема и никто не перебивает. И если людей не так много, с большим количеством народа сразу же наступает дискомфорт. Не боязнь, а просто становится неприятно, ощущаешь себя неловко, видя, как на тебя все смотрят. Как на сцене.

Ещё одни воспоминания с детства... ну как с детства, со школы... что всегда старался всеми силами отмазаться от выступлений и ролей ведущего. Язык был подвешен, речь поставлена, но неловкие ощущения слишком сильно давили на нервы. И так тянется всю, пока ещё короткую, жизнь.

"Да погоди ты опять с воспоминаниями" — перебил я сам себя. Это не так сейчас важно, важно то, что я ничего не помню... Разговоры на обеде, моё соглашение сходить в бар.


Заявление Игоря про поход с ребятами больше всего удивило — за годы работы я показал коллегам, что не слишком люблю шумные компании. Очень редко приходил на встречи, больше для того, чтобы как раз и не прослыть нелюдимым. Просто для галочки. Старался держать всех на расстоянии, придумывал нелепые отмазки, если тот же Игорь был чересчур навязчивый. Умом понимал, что отдаляю нормальных людей, но ничего не мог поделать.


Слишком быстро эмоционально выдыхаюсь в компании. Начинает всё бесить - шум, гам, громкая музыка. Мечтаешь поскорее оказаться дома. Со своей музыкой и своими мыслями. Интровертская хрень. Максимально интровертская хрень...

А далее у нас ещё слова начальника, что я сегодня хорошо поработал... Вроде и так нормально справляюсь с возложенными задачами, но чтобы Сергей Викторович похвалил, такого не было давно. И не знаешь — радоваться этому или нет.


В голове творится полный бардак, ни одной толковой мысли так и не появилось. На краю зрения возник большой объект, я перевёл взгляд и встрепенулся. Чуть не пропустил свою маршрутку, балда! Расплатился и, крепко держась на поручни, направился к самым дальним сидениям. На счастье людей было относительно мало и свободные места присутствовали. Плюхнулся как раз у окна.

"А если попробовать сейчас?" — вкрадчивый внутренний голос. Эта мысленная фраза заставила призадуматься. Серьёзно призадуматься. — "Промотать время... Получится или нет? Сработало ли это по какой-то неведомой причине или такую вещь можно повторить?"

Я против воли начал вспоминать о чём размышлял в прошлый раз. Как меня заколебала работа, однообразие, как хотелось бы пропустить все бесконечно тянущиеся часы...


Закрыл глаза, расслабленно выдыхая, выбросив из головы всё лишнее. Яркая картинка, как я подхожу к парку, шагаю по узкой тропинке, направляясь к подъезду. Набираю код домофона и поднимаюсь по ступенькам вверх. Секунды тянулись, и я нерешительно приоткрыл один глаз, чувствуя себя идиотом. Можно было этого не делать, так как тряска старенького пазика, особенно для сидящих на задних креслах, оставалась довольно ощутимой. Никаких изменений... Кашлянул, сильнее вжимая веки. Не хочу ехать в маршрутке, хочу оказаться дома!


Как же по-дебильному это, наверное, выглядит... Помотал головой, разлепляя глаза. Встретился взглядом с бородатым мужчиной в возрасте, сидящим от меня через несколько кресел. Пару секунд мы переглядывались, и он, вздохнув, сделал вид, что смотрел куда-то в сторону. Я тоже неуютно задёргался и отвернулся.

Как же у меня получилось в тот раз...? Вроде сделал всё тоже самое... время, может нужно в мыслях точнее указать время?!


Во сколько я обычно захожу домой? Часов в восемнадцать. Плюс - минус пятнадцать минут, зависит от поездки и вовремя подоспевшей маршрутки. Я опять зажмурился, не обращая внимания на соседа, пусть смотрит, тут дело важнее. Нужно хоть в чём-то разобраться!

Дом... я оказываюсь дома... время на телефоне восемнадцать часов... переступаю порог, облегчённо вздыхая. Наконец-то тишина и одиночество, которое так меня бесит и при этом я не могу по-другому... Перед глазами всплыли яркие образы внутреннего помещения, буквально протяни руку. Что я неосознанно и сделал. Снова легонько кольнуло в голове.

Идиот! Сейчас сосед точно подумает, что обдолбыш какой-то. Ещё и руками своими трясёт.


Но пальцы вместо воздуха ткнулись... об металлическую поверхность! На указательном даже чуть не сковырнулся ноготь. От вспыхнувшей боли я мгновенно открыл глаза и вылупился на свою входную дверь. Тяжело сглотнул ком в горле, неосознанно делая мелкий шажок назад.

"Получилось... у меня получилось?"


Только радоваться этому или нет? В голове опять был сумбур из мыслей и догадок. Плюс накатилась тошнота и слабость. Но я старался не обращать внимания, вместо этого медленно провёл рукой по металлу, всё ещё не веря в происходящее. Под пальцами действительно ощущалась шершавая, неприятно покалывающая кожу, поверхность. Я точно в своём уме? Это не сон...?


Как быстро это происходит... Только что под ногами потрясывался от неровной дороги пол маршрутки, рядом гудели люди, как мгновенно я чувствую под собой бетонные плиты, истёртые от времени.

Опомнился и достал ключи из кармана куртки, стал перебирать их, рассматривая нужный. Пальцы потрясывало и никак не получалось выбрать правильный.


Поковырялся в замке и ввалился в прихожую. Все вещи казались в новинку, я крутил головой, словно не узнавая своё жилище. В зеркале отразилась моя чуть сутулая фигура, нелепо выпучившая глаза и разглядывающая своё мутное от скопившейся пыли отражение. В голове ещё немного покололо и успокоилось... Тоже не спроста, уже второй раз я чувствую сильную усталость и головную боль...

Прошёл на кухню и встал у стола. Там в углу, рядом с сахарницей, были пузырьки с таблетками. Одни для сна, другие — успокоительное. А вот от головы нет, к сожалению.

"Может всё-таки пора к врачу?" — снова закралась логичная мысль.


И что ему сказать? Тут можно взять ЛЮБОЕ событие, произошедшее со мной за эти неполные два дня и в деталях ему их расписать... И плюсом сразу же получить пропуск в психушку, вип-допуск в любую палату, которая мне понравится.

Я задумчиво покрутил в руке пузырёк, слыша, как таблетки внутри сталкиваются друг с другом. Тихий шорох умиротворял. Выпить попозже снотворное? Или рискнуть? Нет... нахрен эти риски, с лекарством намного меньше возможности окунуться в свой очередной безумный сон.


Телефон дёрнулся в кармане, оповещая о пришедшем сообщении. Я разблокировал его, в ватцапе Игорь спрашивал подъеду я всё-таки или нет. Вот ведь настырный... причём это второй мой номер, о котором мало кто знает, не помню даже для чего вообще завёл ту симку... не мог же я продиктовать Игорю днём этот контакт, за время своего... отсутствия?

Быстро напечатал, что сегодня совсем не вариант, и чтобы не обижались на меня. Отправил.


Увидел, что пока путешествовал из маршрутки к своему дому, мне умудрилась написать ещё и Катя. Минут двадцать назад на обычный номер. Тоже спрашивала о том, пошёл ли я с ребятами.

Странно. У нас был общий чат, где все переписывались, присылая всякую фигню, в основном даже не по работе. Я, конечно, почти ничего не писал, лишь по мелочи, отдельно общаясь только с Владом и то редко. А тут Катя сама первая написала... удивительно. И приятно...

Ей с запозданием я отправил примерно такое же сообщение - что устал и никуда не пошёл.

Девушка почти тут же ответила, что понимает меня и попросила напомнить название книги, о которой мы с ней говорили на обеде.

Опять этот долбанный обед!


Мне только сейчас пришло в голову... что я вообще делал? Блин, неправильно выразился, но тут правильно и не сформулируешь вопрос, хоть убейся... Я же не находился всё время за рабочим столом как истукан, как компьютер в спящем режиме... Ведь так? Судя по разговорам людей, я вообще сегодня был просто суперсобеседником, успел со всеми пообщаться и найти общий язык. Наверное, это было то ещё зрелище, особенно для моих коллег, привыкших к моей частой молчаливости.


Как всё выглядело? Я же совершенно ничего не помню. Закрыл глаза, открыл их, и всё время пролетело. А что произошло между этими двумя точками — неизвестно. И ни у кого не спросишь... Не могу же я начать разговоры с коллегами о том, чем я занимался, о чём беседовал с ними...

Двери психушки опять ненавязчиво замаячили перед глазами, намекая про незавидное будущее.


Голова просто пухнет от всего... А после же был ещё один скачок во времени, причём осмысленный, в виде эксперимента, и в ходе которого я вышел из транспорта, пересел на другую маршрутку, прогулялся по парку и добрёл до дома. И всё это снова без каких-либо воспоминаний.

Ясно только одно... Я усмехнулся сам себе, ополоснув разгорячённое лицо.


Прохладная вода освежила кожу, даруя хоть немного приятных ощущений.

Когда я нахожусь... как бы выразиться... в выключенном режиме, то похоже становлюсь более лучшей версией себя самого, как бы по-идиотски и безумно это не звучало. Работящий, общительный и так далее... но так было один раз. И я даже не знаю, что происходило в те часы... Не слишком ли рано я приписываю себе заслуги?

Начал готовить на скорую руку поздний ужин. Чем бы себя сегодня побаловать, какое изысканное блюдо стОит вкусить? Обжарить колбасу с яйцами думаю будет в самый раз. Дёшево и сердито. Но так питаться нужно уже бросать, в последние дни из-за всего бардака, творящегося вокруг, совсем руки не доходят сделать что-то нормальное. Хотя бы суп... горячую пищу для работы желудка, и чтобы не заработать гастрит, как любят пугать родители непутёвых детей.

Сам же я думаю был как раз путёвым ребёнком, только чересчур тихим. И до сих пор такой. Тихий и нежелающий что-либо менять в жизни. Просто плывущий по течению. По однообразной рутине, бессмысленно и бесцельно совершая изо дня в день повторяющиеся действия раз за разом.


Хотя все границы придумываем мы сами — что нельзя сделать "вот это", потому что будет "вот так" и никак иначе. Что все изменения так или иначе закончатся плачевно. А пробиться через преграды, пересилить себя, сделать первый уверенный шаг, перебороть комплексы очень сложно... во всяком случае мне. Проще поныть как всё надоело, чем попытаться поменять хоть что-то в привычном укладе жизни. Столько было возможностей, упущенных по глупости, столько шансов повернуть в нужную сторону — жизнь сейчас могла представлять из себя совсем иное зрелище. И я мог стать другим, пойти по правильной дороге... хотя что считать правильным? К сожалению, нельзя узнать к каким последствиям ведут поступки, совершаемые нами. Может далее произойдут хорошие вещи, которые помогут в дальнейшем, а может... всё оборвётся на грустной ноте и тебя выкинет на обочину жизни. И из-за этого "может"я никогда и не решался на серьёзные изменения, выбирал уже протоптанный путь, не рассматривая другие развилки... Зря? Скорее всего да, чем нет...


Смешно, конечно, но мне всегда представлялось, что если и есть реинкарнация или прошлые жизни, то похоже там я был очень, очень резвым и целеустремлённым человеком. Перепробовал всё, что только возможно и невозможно. Иначе не объяснить, почему сейчас я такая пофигистичная личность. Часто ловлю себя на мысли, что мне почти тридцать, но рассуждаю, как старый семидесятилетний дед... да далеко не каждый дед будет так думать.


Просто целый букет расстройств — социофоб, меланхолик, интроверт... продолжать придумывать себе "лестные" эпитеты можно бесконечно, сути это не поменяет. Даже сейчас — у меня открылась невероятная способность, о которой я вообще ничего не знаю, но переживаний особо нет... так, волнуюсь, конечно, но непозволительно мало. Больше забочусь о красивом нарезании колбасы и внутренних монологах о печальной жизни.

"Снова началось..." — я сильно помотал головой и, сходив в комнату, сделал звук на проигрывателе громче. Весёлая бодрая музыка группы "Король и Шут" унесла прочь тяжёлые мысли и я, тихо подпевая, закончил готовку. Накрыл крышкой сковороду, чтобы дать своему кулинарному шедевру ещё немного настояться.


Завалился на диван и лишь тогда вспомнил, что до сих пор ничего не ответил Кате. Про какую-то таинственную книгу... хоть убей, не пойму, про что был разговор.

Решив отдать всё на волю случая, просто пролистал свою электронную библиотеку на компьютере и ткнул мышкой по первой попавшейся книге. На удачу ей оказался не самый плохой роман в моей коллекции. Не знаю, нравится ли Кате научная фантастика, но буду надеяться, что да. Написал название, не с первого раза напечатав правильно.

"Может стОило аккуратно порасспрашивать про книгу, типа немного подзабыл, про что мы говорили...? Эх, поздно! Как всегда умные мысли приходят в голову, когда они не так уже и нужны"

Через секунд тридцать девушка ответила "спасибо, надеюсь не разочаруюсь" Пара скобок и довольный смайл завершали сообщение.

М-да... Я почувствовал, как щёки покраснели. Ощутил себя неуклюжим подростком, не знающим что делать в подобных ситуациях.


Да, у меня были девушки ранее, всё-таки я не совсем мямля и угрюмый криповый парень в углу. Несколько раз переступал через себя, ну и по большей части девушки сами проявляли первую инициативу, что уж обманывать. Но отношения довольно быстро заканчивались. Практически всегда по моей вине. Неумение, точнее неспособность правильно выразить свои чувства, нежелание постоянно быть рядом, плюс слишком привык к одиночеству, что любой лишний голос становился, как ножом по нервам. И когда это пытался объяснить девушке... а я это совсем не умел... то чаще всего случалась ссора, обоюдная злость и привычный исход — разрыв, и так некрепких, отношений.

Я давно уже не переживаю по этому поводу... возможно ещё одно оправдание, чтобы ничего не менять в своей однообразной жизни.


Сама Катя была мне симпатична, даже очень, но я всё не решался ¬— мимолётные непродолжительные разговоры на работе, да несколько раз на корпоративах, на которых я чувствовал себя не в своей тарелке и мечтал лишь о том, чтобы свалить поскорее — вот и все наши общие беседы. А тут пишет сама... И что прикажете с этим делать?

Я продолжил сидеть с телефоном в руках, как баран пялясь на нашу короткую переписку. Нужные слова не приходили, а ведь надо продолжить разговор. Хоть как-нибудь, иначе вся предыдущая беседа получится зря, если я просто ничего не отвечу. Подумает проигнорировал.

"А что если попробовать опять перемотать время? Проверить, что я сделаю за эти минуты?"


Предложение заинтересовало — ведь может получиться небольшое продолжение прошлого эксперимента! Всё же нужно начинать постепенно разбираться с непонятными силами, рухнувшими мне на голову. Я отложил телефон на стол, позабыв про свой, ожидающий на кухне, ужин. На данный момент более правильным будет снова постараться проверить способности, как поведёт себя другой я в сложившейся обстановке. Звучит, конечно, пугающе, но при этом... как никогда раньше я чувствовал себя заинтересованным, таким живым... появилось что-то новое в моей повседневности... пусть это опасно и страшно, но так хочется узнать, что же будет дальше! Пробежали мурашки, прыгая по плечам и устремившись вниз по спине. Немного затрясло, и я сцепил пальцы между собой.


Сосредоточился, прикрыл глаза и расслабился. Представил себя тут же, сидящим на диване, но через пятнадцать минут. Время будет девятнадцать тридцать. Выдохнул, непроизвольно сжав кулаки до боли в костяшках. Ничего... Перевёл взгляд на часы - ни одной лишней минуты не прибавилось.

Эксперимент провалился?

Попробовал ещё пару раз, всё сильнее злясь с каждой утраченной минуты. Да что такое?! Я же делаю всё тоже самое, почему не срабатывает?


Может есть какой-то лимит, который я на сегодня уже потратил? Не зря же после этих перемещений болит голова и ощущаешь слабость во всём теле... Скорее всего организм не может так часто совершать прыжки вперёд. С радостью и затаённой тревогой ухватился за эту мысль — думать о том, что всё настолько рано закончилось глупо и преждевременно.

Так и не нашёл правильных слов Кате, начинал печатать и тут же раздражённо стирал. Она была в сети и скорее всего наблюдала, как я несколько минут что-то пишу ей. И всё никак не закончу... По итогу только разозлился на себя и просто напечатал, что "поговорим на работе" и "спокойной ночи». А там что-нибудь придумаю. Получил от неё "тебе тоже приятных снов"


Наконец отложил телефон в сторону и попытался выкинуть все проблемы из головы, включив недосмотренный вчера фильм. Сходил за уже остывшим ужином, но разогревать его не хотелось. И так сойдёт. В голову всё равно лезла мешанина из странностей последних дней, вопросы на которые я так и не получил никаких ответов, но постепенно переплетения сюжета и происходящие на экране пальба и взрывы отвлекли от проблем. Всё потом — потом подумаю, потом решу, потом соберусь.

Перед сном немного постоял над кухонным столом, взвешивая все "да" и "нет" — принимать ли мне на ночь таблетки? Решение осталось неизменным — проглотил и с одного пузырька, и с другого.


Сделал на колонках звук потише и завалился на кровать. Уставился в потолок. Из приоткрытого окна доносился шум ночного парка — шелест листьев, стрёкот неугомонных птиц, ветер, проникающий через форточку, еле-еле шевелил шторы. Отблески луны тоже попадали в комнату и, из-за этого, тени причудливыми силуэтами перемещались в углах, прячась подальше от моего усталого взгляда. Разбрасывали чёрные щупальца над головой, создавая из потолка мрачную сюрреалистическую картину. Штора опять колыхнулась от сильного порыва ветра, а ставни громко скрипнули, царапая поверхностью об стекло. Звук повторился, но мне было лень подниматься, чтобы открыть их как надо. Сохнущее на балконе полотенце задёргалось в такт движению поднявшегося ветерка, танцуя чёрной полосой, словно что-то страшное, не из нашего мира, повисло в воздухе и хочет проникнуть внутрь, забраться в комнату. Все обычные вещи кажутся иными в темноте — угрожающими, несущими опасность, но я не боюсь.


Не знаю почему, но тьма чем-то даже привлекает — может из-за того, что перед сном мне не лезут в голову удручающие мысли про своё существование. Бывает даже по ночам хожу в парке — без людей там становится одновременно и спокойно... и грустно. Но бродить по тропинкам в одиночестве всё-таки лучше, впитывая окружающую умиротворяющую обстановку. Тихая музыка, еле-еле пробираясь в уши, дополняет этот эффект.

Глаза слипались, а мысли всё медленнее приходили в голову, видимо началось действие таблеток. Хотелось посмотреть время, но я лишь широко зевнул, размеренно дыша.


"Только бы без кошмаров..." — подумалось мне напоследок, а затем я быстро провалился затылком куда-то внутрь подушки, продолжая лететь спиной в черноту...

Продолжение следует.

Показать полностью 1
30

Бремя времени (часть 2)

Начало - Бремя времени (часть 1)


Мне лет двенадцать - четырнадцать, сижу за компьютером. Увлечённо щёлкаю мышкой, уничтожая чертей, демонов и прочую нечисть. Не догадываюсь как, но знаю, что уже прошли отведённые полтора часа на игры, пора делать уроки, а то мать начнёт ругаться, но я продолжаю пялиться в монитор, полностью поглощённый мрачной, но такой притягивающей, картинкой на экране. Одно из немногих хороших воспоминаний из детства, да и вообще вещей, которые я помню — когда у меня у самого первого появился компьютер, как я уговаривал его приобрести, что он не будет отвлекать меня от учёбы. И как я в него погружался, не замечая, как пролетает время.


За стенкой, где-то на кухне, ругались родители, отец стучал кулаком по столу, на повышенных тонах разговаривая с матерью, но маленький я этого не слышал, щелчки мышкой становились громче, я злился, лихорадочно нажимая кнопки на клавиатуре. Шум на кухне наоборот резко затих, прервался на полуслове. Я попробовал дёрнуться туда, но, как и в предыдущие разы, не получилось.

Наконец, мелкий я горестно выругался и откинулся в кресле, отшвырнув ни в чём неповинную мышку в сторону. Злобно посмотрел на экран и вышел на рабочий стол.


— Мам! — не дождавшись ответа, повернул голову, чутко прислушиваясь. На серьёзном лице недоумённо приподнялись брови. — Я всё, сейчас буду уроки доделывать.

С кухни не раздалось ни звука, ни малейшего движения.


Маленький я тихо сполз с кресла, разминая пальцы. Босые ступни аккуратно пошлёпали по полу. Несколько быстрых шагов и уже у двери, пальцы сжались на ручке, не решаясь её сдвинуть вниз. Приложил ухо, стараясь уловить голоса родителей.


Хотелось крикнуть, поторопить себя, но я понимал, что ничего не получится. Ради эксперимента всё-таки сказал пару слов довольно громким тоном, ноль внимания.

Непонятная тревога постепенно передалась и мне, я ощущал все переживания самого себя из детства. Почему они молчат...? И почему так не хочется открывать дверь, словно осознаёшь, что за ней нет ничего хорошего? По коже пробежали ледяные мурашки, заставляя передёрнуть плечами.

— Мам? Отец? — тихие слова и всё так же нет ответа.


Мальчик переступил с ноги на ногу, а затем, набравшись решимости, щёлкнул ручкой, распахивая дверь. Я наконец тоже смог двигаться, словно закреплённая за спиной камера. Время близилось к позднему вечеру и на кухне уже горел свет. Ещё пара шагов и мы вдвоём увидели родителей. Мальчик отшатнулся к стенке, изумлённо разглядывая семью.

Они выглядели как манекены, брошенные марионетки. С невидимыми нитями, пока ещё держащими их тела на весу.


Мать сидела за столом, смотря куда-то в сторону. Отец скрючился в неудобной позе, чуть приоткрыв рот. Всё было похоже на стоп-кадр. Они совсем не шевелились, застыв в таком нелепом положении. Нелепом и страшным до одури...

Безжизненные глаза матери, рука, зависшая на полпути в воздухе, словно она отмахивалась от отца, но что-то ей помешало. Нога, чуть приподнятая — казалось мать сейчас встанет, но следующего движения так и не произошло. Искривлённая фигура отца, с запрокинутой головой, что кажется сейчас лопнет кожа, обнажая кадык — долго в этой позе не простоишь при всём желании.


Я чуть повернулся и увидел кастрюлю, стоявшую на плите. Там по всей видимости варился суп и струйки пара белёсыми невесомыми щупальцами замерли, лишь немного отлетев от приоткрытой крышки.


— Мама! — громко закричал паренёк. Я совершенно позабыл про себя, рассматривая пугающую картину. Он жался к стенке, боясь поднять глаза. — Что происходит?!

Задребезжал телефон из комнаты родителей. Громко и неожиданно. И вдруг всё резко пришло в движение, я даже не успел понять, когда мать завершила взмах руки, а отец опустил голову, продолжая незаконченную фразу. Один лишь мальчик ошарашенно переводил взгляд с одного лица на другое.

— ... поэтому нет у нас пока возможности это купить! — отец только сейчас заметил меня. Из детства. — Жень, ну что ты стоишь, сходи узнай кто там названивает!

Мать всплеснула руками и подскочила к плите, помешивая содержимое кастрюли.

Звонок раздавался всё ближе и ближе. И ближе...



* * *

Будильник загремел на всю громкость весёлой мелодией, и я кое-как разлепил глаза. Нашарил телефон и вырубил назойливый прибор. Рухнул опять на подушку.

И что это за сон такой?

Я всегда заводил будильник на всякий случай пораньше, так что время ещё было немного поваляться. Поразмыслить...


Уверенность, что это обычные утренние дрёмы, постепенно уходила. Порылся на всякий случай у себя в памяти, стараясь вспомнить похожую ситуацию. Да, с кем не бывало — замершее время, неподвижные люди, у меня такое каждый месяц... Глупые шутки, но со всеми происходящими странностями... ощущаю, что всё не так просто.

Беда была в том, что я мало что помню из детства. Очень удивляет, когда человек рассказывает моменты из совсем далёких времён, когда практически в подгузниках бегал. Припоминает детский сад, кто там был воспитателем, с кем играл, что ел и так далее. Мои же воспоминания более скромные, даже можно сказать мизерные.

Себя мелкого не помню совсем. Так, смутные образы поднимающих меня рук, успокаивающий голос, говорящий что-то приятное — короче, какие-то неуловимые моменты. Детский сад тоже — просто набор мутных пятен вместо лиц, воспитательница молодая девушка, весёлый гомон ребят, зовущих играть, а я сижу в углу, увлечённо рисуя карандашом на бумаге только одному мне понятные каракули. Уставшая мать приходит с работы забрать меня, одного из самых последних.


Более полные воспоминания начинаются примерно лет с восьми, хотя это всё равно просто истории и вещи, въевшиеся в мозг. Значимые события — сломал руку, катаясь на велосипеде, подрался первый и, по-моему, последний раз, забрал домой здоровенную гусеницу, мечтая, чтобы она превратилась в бабочку, и тому подобное.

Ничего сверхъестественного и странного, никаких замираний людей в воздухе или бабок, насылающих порчу. Лишь я, быстро забросивший приятелей по двору и увлечённо начавший читать книги. Наверное, с того момента мне и стало всё труднее находиться в кругу людей и сам того не желая, всё больше отдалялся от них...

Так, экскурс в "весёлое" детство нужно заканчивать, а то и опоздать недолго.


Приподнялся с мягкой удобной подушки, посмотрел на время и огорчённо выдохнул.

Каждый день начинается неизменно... Идти на работу не хочется от слова совсем, но что поделать? Думаю, практически у каждого похожие мысли с утра пораньше — зачем я встаю и тащу своё тело на работу, которая опять же у каждого третьего нелюбимая. Просто нужны деньги — на семью, на кредит, на жильё... даже на ту же еду. Без денег, увы, существовать не получается, хоть половина вышеперечисленного ко мне не относится, но скопил я не так много, чтобы можно было валяться на диване целыми днями, ничего не делая.


"Какой ты оптимист" — похвалил я себя, стаскивая непослушное тело с кровати. Поныть как всё плохо и, в который раз, обсудить своё состояние ещё успеется. Дорога на работу дальняя, так что внутренним монологам будет уделено особое внимание. Хоть они каждый раз практически одинаковые.

Сделал небольшую разминку, хоть немного взбодриться, выпил холодный чай, оставшийся с вечера и начал одеваться. Еда никогда не лезет в желудок с утра, хоть убей. Раньше пихал через силу, а потом подумал — а зачем? Смысл себя насиловать — до обеда мне и так нормально чувствуется, потом перекусил немного и до домашнего ужина хватает за глаза. Была бы работа физическая, а так от сидения за компьютером много энергии не потратишь. А вот лишнего набрать — это можно запросто.

Посмотрел в зеркало на свою непобритую морду, криво усмехнулся отражению и вышел, аккуратно закрыв дверь на ключ. Музыку в уши и вперёд...


— В замечательное и счастливое утро, — произнёс я с сарказмом, спускаясь по лестнице.

"Угу" — угрюмый внутренний голос было не провести такой бравадой. Да и не особо хотелось...


Истёртые тысячами подошв ступеньки мелькали перед глазами. Где-то в глубине дома прогрохотал лифт, унося вниз кабину с такими же, как и я, "счастливчиками"

Каждое утро одинаковое, иногда ощущаешь себя как в долбанном дне сурка. Даже не иногда, а очень часто... просто со временем всё становится обыденным и уже почти не обращаешь внимания. Десять шагов вперёд от большого развесистого дуба, который с каждым годом становится всё больше, поворот направо, мелкий магазинчик — в нём я обычно покупаю хлеб. Не чета тому дерьму, что продают крупные сетевики. У входа в магазин стоит крепкий мужчина в кепке, скрывающей лысину. С одинаковым выражением лица, мы хмуро посмотрели друг на друга.


Меняется погода, месяцы, но каждый день он здесь, в одно и тоже время — видимо ждёт привоза товара. Может грузчик, может владелец, мне не интересно. И стоИт ли он так же в мои выходные, тоже без разницы... наверное со мной у него аналогичная ситуация, также пофиг. Главное, что я его вижу каждое утро.

Дальше не доходя до остановки метров тридцать, расположилась группа людей. Пятеро мужчин и три женщины. Все уже в годах, потрёпанная, но чистая одежда, все улыбаются, о чём-то переговариваясь. Ждут газельку, которая возит их каждое утро. А вот и она, ждёт впереди на перекрёстке, когда загорится зелёный. Точно по времени и расписанию.

У мусорки возится в контейнере бомж. Даже на расстоянии чувствуется вонь, но он, словно не замечая неприязненных взглядов редких людей, проходящих мимо, продолжает рыться в мусоре.

И завтра будет заниматься тем же...


Каждый день похож на предыдущий и последующий. С мелкими ответвлениями, но в целом жизнь словно идёт по кругу. Даже скорее не идёт, а несётся как гоночный болид, наматывающий бесконечные кольца на стадионе, а ты не можешь его приостановить, сдвинуться, хотя бы перепрыгнуть в другую сторону. Точнее можешь, но сильно это ничего не изменит... Обыденная рутина обволакивает, засасывает тебя целиком и редко когда отпускает свою жертву.


С такими мыслями я лезу в маршрутку и сразу же иду в самый конец. Там сажусь в угол и, по обыкновению, отрешаюсь от всего вокруг. Просто смотрю через стекло на пролетающие здания, машины, проносящиеся мимо, пешеходов, бредущих куда-то вдаль. Время от времени маршрутка трясётся на ухабах, покачиваясь из стороны в сторону, но меня это не отвлекает. Через пару остановок людей набьётся полный салон, свободных мест не будет — теснота, давка, злые лица. Либо наоборот заранее уставшие. Мне очень везёт, что почти всегда на моей остановке есть пара незанятых кресел.


А вот вечером такого счастья не предвидится. Но тогда я тоже ухожу вдаль, в закутОк между сидениями в конце пазика. Там мало толкучки и недалеко до выхода.

На работу получается ехать без пересадок, попадая на редко ездящую маршрутку. Назад можно так же, но нужно долго ждать, поэтому проще и быстрее добраться до дома с пересадкой. Уже так привык, что особо и не замечаю всё время, тратящееся на поездки. Всё время... сколько часов уходит за неделю... месяц... год? Просто в никуда... если начинать задумываться, то голова идёт кругом, что огромный кусок жизни растрачивается впустую... Мда, к сожалению, сегодня настроение хуже обычного.

"Так, хватит! Нужно хоть немного расслабиться перед работой"


На такие случаи, когда депрессия сильнее всего, я завёл отдельный плейлист с балладным роком 80-х и 90-х годов. Род Стюарт, Фил Коллинз, Крис Норман, Брайан Адамс и другие — стоИт включить песни погромче и, все печальные, заезженные по сто раз мысли, отодвигаются на дальний план, растворяются на время.

Так я и поступил, расслабленно откинувшись на спинку сидения.



* * *

А вот и любимая работа. Конечно же в кавычках.

Проскочил в вестибюль, охранник на входе приветливо махнул рукой, я в ответ вяло помотал кистью в воздухе, стараясь поскорее дойти до лестницы. Не очень люблю внимание к своей скромной персоне. Да и забываю постоянно, как зовут этого охранника. Работают они по сменам, и я часто путаюсь в именах.


Прошёл на второй этаж, к нашему общему кабинету. Лишь потянулся к приоткрытой двери, как уже услышал разговоры про аварию. Да чтоб тебя! Я так и думал, что сегодня основной темой для общения будет трагедия, произошедшая вчера.

Прямо с самого утра. Вот людям делать больше нечего, как обсуждать смерти пассажиров, в чём была причина неисправности и прочие вещи. Особенно старался Игорь, его голос я сразу разобрал.

В своей обычной веселой манере что-то шутил. Ну не идиот ли? Люди погибли... Впрочем Дима озвучил мои мысли, попросив его заткнуться и не нести бред. Но того не сильно это остановило, такой вот человек.


— Небось водила выпилиться захотел, вот и поддал газку перед смертью. Из своей выхлопной трубы. — голос Игоря был довольным, словно он озвучил сейчас самую лучшую шутку в своей жизни.

— Болван, — пробормотала Света. — Какой же ты болван.


На этих словах я зашёл, продолжать маячить в коридоре перед дверью было бы глупо. Быстро поздоровался с ребятами. Крепкое рукопожатие с Владом, он в принципе один из тех людей, кто не нервировал, был вполне нормальным человеком. Судя по общей манере речи и поведению. Мы с ним изредка общались не только на работе, чаще переписывались. В основном пересылали какие-нибудь приколы из сети. Глупо, но я не старался сдружиться с ним, хватало и такого общения.

Потом Дима с Игорем — оба почти полные противоположности. Первый — мускулистый, невысокий и с короткой стрижкой, а Игорь длинный и тощий, из-за роста постоянно горбился, ну и любил отращивать шевелюру, напоминая своим видом какого-то худющего растамана. Ребята увлечённо заспорили о том, как провести сегодня вечер и после того, как мы поздоровались, продолжили своё общение.


Последним человеком в кабинете на данный момент была Света — миловидная улыбчивая блондинка, самый младший сотрудник из нас всех — и по возрасту, и по времени, проведённому в компании. Постоянно терпит нелепые подкаты Игоря, особенно глупо выглядят они как раз со стороны, но сама не так проста, как могло показаться. У меня складывалось ощущение, что девушка тут работает словно по чьей-то обязанности. Да и частенько вилась рядом с нашим начальником, которого я, кстати, так пока и не увидел, похоже сидит у себя, занимается начальничьими делами. Вот так хочешь-не хочешь, а будешь в курсе всех перипетий, происходящих вокруг. А мне как раз не хотелось.


Главное ненароком никому не сказать, что я вчера присутствовал неподалёку от аварии. Хоть я и не слишком разговорчивый собеседник, но мало ли... а то Игорь потом не отстанет, доканывая о подробностях. А посылать его далеко и надолго не вариант. Он такое слышит от всех почти каждый день.

Отодвинул кресло, включил компьютер, хрустя пальцами. Подтянул поближе клавиатуру, сметая с неё пыль. Всё никак не доходят руки почистить свой рабочий стол нормально. Не виртуальный, а настоящий. Сдвинул на край кружку, на только мне видимое для неё место. Именно там она и должна стоять и нигде больше. Переложил ручку правее. Всё... вот теперь всё, все предметы там, где надо. Если не считать, что сейчас начнётся очередной рабочий день, то всё замечательно.


Игорь наблюдал за перемещениями моих вещей с улыбкой, но ничего не сказал. Один из тех людей, кто своим трындежом утомит за несколько минут. Во всяком случае меня, остальные справляются с его присутствием более спокойно. Видимо, отличные нервы.

А вот мне тяжело даётся работа в коллективе. Частенько еле сдерживаешься, чтобы не плюнуть на всё и уволиться. Просто потому что заела эта обыденность, очередные разговоры ни о чём, уныло тянущиеся часы. Пару раз практически доходил до заявления директору, но каждый раз останавливался. Из-за своего пофигизма, смешанного с долбанной апатией.

Сразу начинаются мысли, что день скоро закончится, ты дотянул до конца рабочей смены, завтра будет следующий день и он будет лучше...

Неплохо помогает.


Ну и осознание того, что на другой работе вполне может быть коллектив намного хуже, весь состоящий из таких вот Игорей. Да и хорошая зарплата тут держит — это, по сути, самая главная причина, из-за которой я постоянно остаюсь, лишь мысленно ругая себя за безвольное поведение.

В ходе своих мыслей я пропустил момент, когда вошла Катя. Как обычно самая последняя. Пронеслась мимо, обдав приятным ароматом пряностей, трав и какого-то цветочного шампуня. Густые рыжие волосы отвлекли меня от своих повторяющихся монологов. Девушка сама по себе была довольно привлекательная, да что уж врать красивая, но вот волосы... они прямо завораживали, особенно когда Катя поправляла причёску или просто отводила шикарные локоны за уши. Да, знаю, звучу как какой-то маньяк, украдкой следящий за жертвой... Плюс мне всегда нравился характер Кати — даже Игоря она умудрилась очень быстро приструнить и с ней единственной, он вёл себя сдержанно и не подкалывал. Во всяком случае, когда она была поблизости.

Девушка повесила одежду и направилась к своему угловому столику, запоздало махнув мне рукой. Я улыбнулся и покрутил своей неуклюжей клешнёй в ответ. Чуть не опрокинул кружку от поспешного действия.


— Жень, ты же ездишь по тому маршруту, да? — переключилась на меня Света, задав неожиданный вопрос. Я даже поначалу не понял, что он адресован мне. За время раздумий, девушка успела встать из-за стола и сейчас находилась рядом с ребятами. Игорь тут же закривлялся, привлекая к себе внимание. Такое ощущение, что человеку лет десять, не больше... — Не видел вчера ничего интересного?


Взгляды коллег скрестились на мне. Я быстро глянул на часы. Ещё минут пять до начала работы. Ненавижу такие моменты — пытаешься построить осмысленные предложения, составить интересный диалог, а по итогу... по итогу я теперь буду в мыслях возвращаться к этому разговору целый день, как мог сказать... но не смог.


— Нет, — отрицательно покачал головой, бездумно щёлкая мышкой. Заметил, что Катя тоже повернулась к нам, одновременно раскладывая свои вещи на столе.

"Почему ты такой мямля? Долбанный интроверт!" — голос не ободрял меня, не обзывал, лишь констатировал факты. Которые я и так прекрасно знаю.

— Вообще ничего? — обратился сидевший неподалёку Влад. Он, как самый трудолюбивый, уже чем-то занимался, клацая кнопками на клавиатуре.

— Блин, представляю какое там мясо было, людей расфигачило прямо на остановке! — подключился к нашей зарождающейся беседе Игорь. Он прошёлся до окна и назад, остановился на полпути и облокотился об мой стол.

— Слышал про это..., — пробормотал я, видя, что Игорь всё-таки ждёт от меня ответа. — Но, к сожалению, уехал несколькими минутами раньше... Тьфу, то есть к счастью.

— Ого! — у него загорелись глаза. — Прикинь попал бы в замес, хлобысь и нету больше Женька! Тебе нереально повезло, мэн!

— Что ты мелешь? — встала на мою защиту Света. — Садись лучше и начинай работать.

— Ты не обиделся? — приглушённо спросил Игорь, немного наклонившись. Дима в это время, дождался щёлкнувшего чайника и разлил кофе по нескольким кружкам. Одну поставил Свете на стол, услышав от неё жеманное "спасибо" и аккуратно понёс вторую Кате. Подбивает клинья и к одной, и к другой. Но со Светой, судя по её поведению, у него явно больше шансов.

— Нет, всё нормально... давно уже не обижаюсь ни на кого, — я посмотрел на Игоря. Мысли уже витали далеко отсюда. — какой смысл? У каждого своя жизнь, свои векторы дальнейшего будущего, свои несбыточные мечты...

"Да уж... что ты вообще только что сказал?"

— Вот это ты выдал, хватит умничать дружище, — Игорь по всей видимости даже особо и не услышал моих слов, панибратски хлопнул по плечу и умчался на рабочее место. Начал мелкую дружескую перебранку с Димой, по поводу того, что тот не налил ему кофе.


Я тоскливо огляделся. Опять всё тоже самое. Одно и тоже. Нелепые разговоры ни о чём и скучная работа до обеденного перерыва. Там снова разговоры, дебильные шуточки Игоря и опять на рабочее место. И так до вечера. А завтра... завтра снова сюда.

Если чистилище и существует, то, пожалуй, для меня оно именно такое. Особенно если учесть, что я всё равно продолжаю тут работать, невзирая на всё своё нытьё. А по-другому и не скажешь —меланхоличное нытьё скучного угрюмого человечка.

"Замечательные комплименты самому себе..."


Вот бы сейчас этот долбанный день пролетел. Просто миг и всё — без надоевших бесконечно тянущихся часов. Думаю, у всех рано или поздно появлялась такая мечта, чтобы все плохие моменты пролетели без твоего участия. Было бы замечательно, не правда ли?

"Ладно, хватит ныть и принимайся уже за дело. Развёл тут сопли!" — я резко прервал сам себя. От этих фантастических мыслей ничего не изменится, лишь испортится настроение. — "Чем быстрее ты начнёшь работать, тем быстрее пройдёт время"

Я размял пальцы. Из головы всё никак не выходили фантазии, будоража мозг. Почему-то именно сегодня я никак не мог их выкинуть. Просто представлял раз за разом, как было бы здорово прямо с этой минуты и до семнадцати ноль-ноль... внутри головы стрельнуло болью. Такой лёгкий укол, словно длинная иголка проткнула кожицу в районе затылка и тут же выскользнула, просто причинив мимолётное неудобство.

Я от неожиданности прикрыл глаза, наморщив нос. В мозгу всё ещё бились остаточные мысли про окончание рабочего дня. Выдохнул и тут же ощутил тряску на плече.


Распахнул глаза и недоумённо уставился на Игоря, который как ни в чём не бывало стоял рядом. Не знал, что он такой ниндзя — подкрался совершенно бесшумно. Либо я так погрузился в мечты, что совсем ничего не услышал вокруг. Ставлю на второй вариант — такое со мной случается часто. Могу просто уйти в себя, а люди ошибочно думают, что я задремал или того... Какой-нибудь аутист.


— Жень, ты что? — Игорь улыбался, облокотившись об стол. Увидел моё удивлённое лицо и продолжил. — Решил тут остаться с ночёвкой?

— Ччччего...? — прохрипел я пересохшим горлом. Слова давались тяжело. Ещё и мутит порядочно. Взгляд лихорадочно пронёсся по столу, на котором произошли мелкие изменения — кружка не на том месте, клавиатура сдвинута вглубь, добавилось несколько исписанных ручкой листов.

Мимо нас прошла Катя, на ходу натягивая своё пальто.


— Не особо надейтесь, но может быть и успею подъехать! — сказав непонятную для меня фразу, девушка махнула нам рукой, направляясь на выход. Только сейчас я перевёл взгляд на остальной кабинет и заметил ещё некоторые изменения в окружающей нас обстановке. Дима со Светой стояли у двери, весело разговаривая. Влад тоже уже собирался. Но куда...? Что вообще происходит?

— Говорю, домой пора! — погромче сказал Игорь, опять привлекая моё внимание. Махнул рукой ребятам. — Ох, какая деваха, огонь! — он загляделся на лёгкую и соблазнительную походку Кати.

— Ага, — пробормотал я, почти не слушая глупый трёп. В голове творилось чёрте-что, и я еле сдерживался, чтобы не заорать Игорю в лицо про идиотский розыгрыш. Неверяще посмотрел на телефон. Поднял и уставился в экран. Цифры не поменялись — семнадцать ноль ноль.


Как заказывал... Ничего не понимаю — я что проспал всё это время или упал в какой-то необъяснимый обморок? Но почему так быстро... да и ребята и словом про это не обмолвились... Погода за окном тоже поменялась — вместо солнца с запада от нас ползли тучи, да и на улице стало значительнее темней. Мозг отказывался соображать. Игорь снова легонько ткнул, напоминая о себе.


— Я что подошёл-то, — произнёс он весёлым тоном, словно не видел моих выпученных глаз и как я кручу головой туда-сюда, напоминая всклокоченную сову, только что разлепившую глаза. — Не изменил решение сгонять с нами в бар?

— С нами? — заторможено буркнул я в ответ, опять пялясь на время. Которое исчезло за миг. Я же просто прикрыл глаза, буквально на секунду... Или это опять всё сон? Как понять?

Потряс головой, приподнимаясь с кресла. Голова закружилась, но я вовремя уцепился за стол. Нужно, чтобы Игорь отвязался... что-нибудь наплести ему... это явно не его розыгрыш, всё сложнее и серьёзнее...


— Да с нами — ты, я, несколько ребят с другого отдела, пара девушек, — подмигнул мне, словно что-то знал. — Катюха вроде должна подскочить попозже... Что я тебе это рассказываю по третьему кругу?

— Извини, — пробормотал я, быстро собирая вещи. Руки на автомате хватали со стола нужное. Нашёл взглядом свою куртку — мало ли вдруг она тоже куда-нибудь уже переместилась. Положил телефон в карман. Перед глазами продолжают маячить цифры, обозначающие который сейчас час, издевательски мельтеша. Сложно сосредоточиться, но хотя бы туман в голове прошёл. Может я всё-таки сплю? — Давай как-нибудь в другой раз или... лучше если я надумаю, то созвонюсь потом с тобой или Владом?


Говорил я тоже на автомате, лишь бы назойливый коллега убрался уже с поля зрения. Перестал мешаться.

— Ты же в обед был согласен, — я услышал в голосе Игоря изумление. Он попытался скрыть его за своим вечным язвительным тоном. — Как всегда... сегодня ты был чересчур общительный, и я уже подумал, что ты решил всё-таки влиться в коллектив... Смотри, никогда не поздно передумать.

— Угу..., — мы направились к выходу, но я затормозил у вешалки, медленно снимая куртку, проверяя карманы.

Игорь несколько секунд переминался с ноги на ногу, но потом сдался.

— Ладно, давай до завтра, — он не стал дожидаться меня и, пожав плечами, помчался к остальным.— Но всё равно подумай, я скину адресок. Влад, а ты как — с нами?

Тот стал вяло отнекиваться, одновременно печатая что-то в телефоне.


Я накинул куртку и поплёлся самым последним. Видел разевающиеся рты коллег, они весело между собой что-то обсуждали, быстро шагая вперёд. Присоединились ещё несколько человек из других отделов. Игорь произнёс несколько слов, и все залились смехом.

Почти не замечая дороги, я лишь чудом не врезался в нашего начальника, выскочившего из своего кабинета. Сергей Викторович любил задерживаться допоздна, но к счастью, не имел привычки распространять эту замечательную способность на работников. Он вильнул в сторону и похлопал губами. Я уставился на него, лишь через несколько секунд слова сложились в речь.


— Смотри на улице не врежься, — предостерёг он меня, протягивая руку. Я опять не сразу понял, что от меня требуется и с некоторым запозданием пожал её. — Неплохо ты поработал сегодня, всегда бы такое рвение. Старайся и многого добьёшься!

— Ага, — похоже в моём лексиконе от пережитого остались одни междометия.


На площадке перед офисом все быстро разбежались. Кто в одну сторону, кто как Влад стал заводить машину. Небольшая компания во главе с Игорем направилась к ожидающему такси. Видимо заказали заранее.

Я же, еле-еле переставляя ноги-колоды, пошёл на остановку. Слишком много информации обрушилось за последние десять минут. Слишком невероятной и... чересчур фантастической.


Дрожащими руками вложил наушники и включил музыку, избавившись от внешнего уличного шума. Солист группы Motorhead рыча ворвался в уши в сопровождении гитары и барабанов, нещадно дубасящих по барабанным перепонкам, но это лишь принесло долгожданное облегчение. Да, у меня с музыкой похоже какой-то бзик или психическое расстройство. Посмотреть бы как оно называется по-научному, но постоянно забываю. По-другому я уже не могу — на работе без музыки особенно тяжело, практически невыносимо. А остальное время я стараюсь либо быть в наушниках, либо если дома, то включать на компьютере. Только под неё мысли становятся более упорядоченными, не так хаотично бегают в голове. Нервные моменты переносятся более легко, а бичевание самого себя проходят значительно реже.


Может я действительно псих, особенно когда происходят такие вещи, выходящие за границы понимания и логики? Как никогда ярко возник вопрос о том, чтобы записаться на приём к врачу. Что вообще творится со мной? Я и так не самый адекватный человек, а тут с каждым днём становится всё страннее... Страшнее — вот это слово больше подходит на данный момент.

"Итак, что мы имеем? " — деловито начал внутренний голос.


Поначалу обычные сны-кошмары. Не совсем обычные, если начать придираться, ну да ладно. Сколько времени они со мной? Несколько лет — больше не помню. Либо не было, либо память отказывает. Но когда они начались, в каком отрезке прожитых лет? Что могло произойти в то время, может нужно крутиться именно от этого?

Память молчала.

Периодичность кошмаров была довольно низкая — немного мешала обычному ритму жизни, но, с приёмами лекарств, ужасающие пешеходы стали редкими гостями во снах, и я чуть успокоился.

Как оказалось зря.


Со вчерашнего дня всё резко поменялось. Бабка, которая спасла меня и затем бесследно испарилась, галлюцинации, практически неотличимые от реальности и вишенка на торте скачок во времени сегодня на работе.

Второй этап моего сумасшествия? Возможно... сейчас можно поверить во всё.

А если я действительно на данный момент сплю, вот поэтому и произошли чудеса со временем? Тоже довольно логичный вариант, если учитывать множество непонятных моментов. В это даже верится больше, чем в то, что я реально перенёсся в конец рабочего дня за одно мгновение.


Либо во мне открылись супергеройские силы и теперь я должен спасать человечество? Три раза ха... Такой человек как я, годится только чтобы скулить о плохой грустной судьбе и одиночестве, не желая что-либо поменять в своей однообразной жизни. Жёстко, но правда...

Продолжение следует.

Показать полностью
25

Бремя времени (часть 1)

Привет подписчикам, новым и старым (старые уже, наверное, и не помнят, что за Зоотехник такой у них до сих числится в подписках))

Заранее говорю, что рассказ большой (для меня он вообще огромный, писался очень долго) и довольно депрессивный. Для тех, кому лень читать, внизу будут ссылки на классную озвучку.



Ярко светит солнце. Как ни поверни голову, всё равно ослепляет глаза, заставляя чувствовать себя незрячим. Слабым и беспомощным, будто резко проснулся и ещё толком не осознаёшь кто ты и где находишься.

Ненавижу такое ощущение. Я прищурился, прикрыв лицо левой рукой. Стало немного лучше, хоть какая-то видимость. Мимо шумно пронеслась машина, словно нарочно увеличив скорость рядом со мной. Я даже не успел среагировать — на джинсы попало водой из большой широкой лужи.


Ещё один урод за рулём! Повезло, что хоть от дороги был на расстоянии, а то сейчас весь стоял бы и обтекал. А так осталось несколько не очень заметных пятен, особенно если не приглядываться...

Я мрачно посмотрел вслед дебилу - водителю. Цензурных слов не находилось, а ругаться не хотелось. Ну его... Пошёл дальше, как всегда чуть ссутулив плечи и продолжая тонуть в своём депрессивном состоянии. Мелькнула мысль — "сегодня людей почти нет..." Где-то сзади пара человек, на другой стороне улицы, опять прищурившись, вижу ещё троих и всё. Хотя погода как раз, прямо создана для неторопливых прогулок. Да и время подходящее.


Но мизерное количество пешеходов мне только в плюс — не люблю, когда вокруг много людей. Сразу возникает дискомфорт и хочется поскорее уйти с их поля зрения. Интровертская фигня, но ничего не могу с собой поделать. Порой поражаюсь, насколько я не люблю общество. Ещё с детства предпочитал вместо футбола во дворе или играм в войнушку чтение книг. Разговаривать тоже стараюсь только по необходимости, пытаясь как можно быстрее закончить диалог. Сам понимаю, как это странно выглядит со стороны — нормальный вроде человек, а бежит, как от огня, от всех встреч и посиделок с немногочисленными приятелями. Друзей так и не смог завести... да и не особо хотелось, если быть честным с самим собой. Лишь один... можно сказать друг со школы... и то редко видимся. И главное противоречие в том, что меня вот эта вся незаметная жизнь одновременно и бесит, и я не хочу что-либо менять в ней...


Ну вот опять. Началось моё любимое самокопание, никакого психолога не нужно, всё разложу по полочкам сам. Какой я никчёмный человек и ради чего вообще ещё хожу по этому свету. Лучше всего такие мысленные беседы происходят вечером, но видимо сейчас тоже оказалось подходящее время.

Впереди замаячил идущий навстречу одинокий пешеход. Парень примерно моих лет, одет довольно легко для пока ещё прохладной погоды, тащит пакет с продуктами. Многовато для одного — наверное уже есть семья. Дети. Любящая жена...


Я легонько потряс головой, пытаясь вытравить все эти мысли не в тему, включил погромче музыку на стареньком телефоне и поправил наушники, выпавшие, когда отряхивался от воды. Они единственные помогают отрешиться от проблем и внутренних монологов. Хоть на какое-то время.

Парень поравнялся со мной. Я опустил взгляд себе под ноги, не желая смотреть ему в глаза. Не люблю длинных зрительных контактов и не понимаю людей, лупящихся по минуте на тебя. В последнюю секунду парень сделал неуловимо быстрый шаг в сторону и преградил путь. Пришлось поднять голову, недоумённо разглядывая его куртку. Всё же взглянул выше.

Пустые глаза смотрели прямо на меня. Ни единой искорки жизни в них не мелькало. Ничего не выражающее лицо, словно... у манекена или куклы... заставило попятиться и напрячь мышцы тела.

"Он что — наркоман? Обдолбался какими-то препаратами?"


— Ты опять это сделаешь... — тон, исходивший изо рта, был максимально безэмоциональным. Никогда не встречал настолько мёртвого голоса.

— Простите..., — пробормотал я и быстро обошёл непонятного человека. Он не сделал ни единой попытки остановить меня. Через пару метров, не сдержав своё любопытство, я обернулся на ходу. Парень всё так же стоял и, как показалось, даже ни разу не моргнул, смотря вслед.


Но главный страх был в том, что я словно уже был здесь. Да, по этой улице я часто хожу, один из излюбленных маршрутов... только как будто эта встреча уже происходила... Мигнул светофор на другой стороне улицы, лишь усиливая чувство повтора.

"Чертовщина какая-то..." — возникшее из неоткуда напряжение давило на затылок, заставляя нервничать всё больше и больше. — "Быть такого не..."


Я не успел даже толком развернуться назад, как тут же врезался в бабульку, неожиданно возникшую передо мной. Только минуту назад дорожка была пустая! Откуда же взялась старушка?!

Бабка молча рухнула в грязь, оставшуюся после вчерашнего обильного дождя.


— Извините! — я испуганно протянул руку, чтобы помочь встать. Та, словно не замечая жеста помощи, лишь приподнялась, тоже уставившись пустым взглядом. Один в один, как у того больного! И глаза... глаза точно такие же...

— Скоро всё исчезнет, — произнесла она безжизненным голосом.


Я отшатнулся, чувствуя мурашки на руках, которые ледяным дождём разбежались по остальному телу. Сегодня что — день открытых дверей в психушке?

В голове промелькнула мысль, заставившая в ужасе посмотреть ещё раз на свои руки. Когда я протягивал ладонь, помочь старушке подняться, сразу не понял... взгляд лихорадочно обшаривал кожу — маленький шрам между костяшками, родимое пятно на запястье... всё тоже самое, но ощущение словно... они состарились! На коже прибавилось складок, стало больше волос, шрам ещё меньше, его уже почти не видно, да и сами руки увеличились в объёме. Почему я сразу не обратил внимание?! Пальцы обшаривали осунувшееся лицо, было сложно понять, изменилось ли оно... Надо включить на телефоне камеру!


Через дорогу ко мне спешило несколько размытых фигур. Я пригляделся, но, из-за как будто специально бившего прямо в глаза солнца, не увидел сколько их. Почувствовал руку, сильно впившуюся в плечо. Повернулся, сжав кулаки... и увидел наркомана, догнавшего меня. Ладони вспотели, и вся решимость тут же пропала.

— Слышь, отвали! — я кое-как вырвался из железной хватки. Начинало потрясывать от непонятности происходящего. Похоже пора, забыв о гордости, дать дёру отсюда от греха подальше. А потом уже разбираться с остальными проблемами.


Громко хлопнула входная дверь двухэтажного старого дома, стоявшего неподалёку. Оттуда выбежало пять наспех одетых мужиков. Один на ходу поправлял спортивные штаны, спеша сюда.

Люди подходили, обступая нас кольцом. Откуда их столько взялось? Только что почти никого не было! Машина промчалась мимо, но тут же зашипели шины, так быстро водитель нажал на тормоза. Тачку повело в сторону и она врезалась в фонарный стол, жалобно заскрежетав металлом. Лампа звякнула и рухнула вниз, обдав крышу машины осколками, ярко блеснувшими на солнце.

Женщина, сидевшая за рулём, почти вывалилась из окна, бешено отталкиваясь ногами. На аварию она даже не обратила внимания, как и на своё окровавленное лицо, посечённое частичками стекла.


— Что происходит?! — заорал я, что есть сил. Что делать? Звать на помощь? Звонить в милицию? Тут похоже массовый психоз начался!

— Мы перестанем существовать из-за тебя, — укоризненно произнесла женщина, всё-таки справившись с дверью машины. Приподнялась с земли, не замечая испачканной в грязи шубы. Окровавленное лицо застыло какой-то страшной маской. Двигался только рот. И глаза. — Исчезнем...

Остальная толпа подхватила, повторяя раз за разом эти слова, будто молитву. Голоса сливались в чудовищный хор, не разобрать — где мужской, а где женский.

— Тебе опять скучно... — тщательно проговорил парень, а затем... развалился на части. Не было крови или вываливающихся внутренностей. Он просто рухнул на землю, рассыпаясь, словно состоял из наспех прикрученных деталей. Чудовищное подобие конструктора, а не человек. Голова подкатилась ко мне, заставляя в ужасе завопить, надрывая горло.



* * *

Хриплый полувскрик продолжился... и я проснулся.

Тело ещё самопроизвольно дёргалось, будто не веря, что всё оказалось обычным кошмаром. Сердце где-то внутри колотилось в грудину, а пальцы на руках тряслись, как при приступе.


Сидящая напротив меня девушка презрительно скривила носик и повернулась в сторону окна. Типа она ничего не слышала. Хорошо, что вскрикнул я похоже ещё находясь во сне. И сбоку никого не было, а то своими конвульсиями напугал бы человека. Стараясь сделать невозмутимое лицо, хотя получалось очень плохо, протёр глаза и потный лоб, пытаясь выкинуть всю приснившуюся чушь из головы.

Этот сон у меня уже не в первый раз. Восьмой за месяц — а может и больше. Вполне возможно, что больше... несколько я мог позабыть, не так часто запоминаю сны. Плюс, в сновидениях всё воспринимается по-настоящему, я ощущаю там себя, как в реальности и не могу вспомнить о предыдущих ужасах. Нет этого эффекта сна, когда понимаешь, что всё понарошку... тут каждый такой кошмар заставляет потом по полночи пить кофе. Или таблетки. И так уже который год... но я привык. Ведь бывает кошмары не напоминают от себе целыми неделями.


Ещё жаль, что сны не повторяются, вот в чём беда. Одинаковое в них только одно — всегда рано или поздно появляются безжизненные люди, говорящие ничего не значащие фразы. Обступают меня отовсюду и всё начинает разваливаться на мелкие кусочки. В прошлый раз я еле успел проснуться, когда начали беззвучно рушиться дома, а земля с хрустом трескалась, сам асфальт ломался, вспучиваясь глыбами, словно изнутри лезло что-то громадное, невообразимое... наконец-то вырываясь на свободу. Будто гигантское НЕЧТО хотело расколоть почву и явить себя во всём безумии.

"А что если в следующий раз исчезну и я? Не успею проснуться...и всё. Возможно ли такое?"


Невесёлые мысли, которые я пытаюсь не держать долго в голове. Делаю вид, что всё хорошо. Но что-то мне подсказывает... не всё так радужно. Это же обычные кошмары, не так ли? Послушаешь других людей и у них бывают намного более идиотские сны. И ничего — живут и улыбаются, совсем не заморачиваясь такими мелочами.

"Совсем не мелочи и ты это прекрасно знаешь" — в который раз ехидно напомнил внутренний голос. — "Как долго уже эти сны? Пять, десять лет? И они оставляют свой отпечаток в подсознании, как бы ты не храбрился... да и глушить всё таблетками так себе идея"

"Скажи ещё, что мне пора к доктору..."


К врачам я время от времени порывался записаться, но также быстро и передумывал. Либо считал всё глупостями... ну скажет он мне, что это переутомление или подобную чушь, да и выпишет рецепт примерно на такие же таблетки, которые я принимаю сейчас, может немного посильнее... либо второй вариант — в котором меня отправляют на обследования и затем швыряют в психушку, в которой я буду куковать остаток жизни, блаженно улыбаясь в потолок...

Из-за второго варианта я обычно и не торопился к врачам, рассчитывая, что всё как-нибудь закончится само. Но беда в том, что это само не прекращалось, реалистичные сны никак не хотели отвязаться от меня, превращая любую ночь в гадания — будет кошмар или мне сегодня повезёт?


Я скосил глаза в окно, стараясь не смотреть на девушку — та до сих пор презрительно кривилась, словно я испортил при ней воздух или грязно обозвал. Меня это покоробило, но шуметь не хотелось. Ради чего?


Скоро моя остановка. И наконец-то буду дома. Почти дома. Нужно ещё пересесть на другой транспорт и через пятнадцать минут тряски приеду на нужное месте. Что поделать — ради хорошо оплачиваемой работы приходиться терпеть некоторые неприятные нюансы. Плюс саму работу... хотя нет, скорее терпеть сотрудников, чем работу. Ненужные диалоги, улыбочки, глупые шутки и разговоры о всякой фигне. Не сказать, чтобы я был таким нелюдимым человеком, угрюмым сычом... просто сложно находиться в компании. Чаще всего диалог с людьми происходит у меня в голове, там получается замечательная беседа, где я мастерски шучу, мгновенно отвечаю на подколки, осаживаю главного весельчака Игоря, говорю в тему нужные и правильные вещи и вообще отлично общаюсь. Но обычно такие внутренние диалоги бывают, когда уже всё сказали и над всем посмеялись пару часов назад. А время не повернуть вспять, к сожалению...


Пора выходить. Встал, крепко ухватившись за поручень. Маршрутчики по вечерам любят устроить между собой гонки, кто быстрее доедет до остановки. Подрезают только так. А ты мотаешься в это время по салону, как не пойми что...

Передо мной на выход собрались ещё трое — два парня о чём-то увлечённо переговаривающиеся и высокий седой мужик в пальто.


— Выходите? — на всякий случай спросил я. А то мало ли.

Мужик обернулся.

— А нахрена я по-твоему встал? — сразу включив "быка", повысил он голос. — Конечно выхожу!


Лучше бы не спрашивал. На вид адекватный человек, а ведёт себя как какой-то гопник с подворотни. Всегда бесят подобные люди, которым лишь бы начать ненужный спор. Они словно жаждут, чтобы им ответили в таком же стиле — и тогда эти грубияны просто расцветают, подпитываясь своими глупыми воплями.

Промолчав, задвинул наушники и сделал громкость побольше. Тихий гул голосов окончательно исчез, уступив место музыке. Metallica отлично заглушила и гомон людей, и радио водителя, и звуки проносящихся мимо автомобилей.


Маршрутка начала тормозить. Двери открылись, выпуская парней. За ними, чуть помедлив, двинулся и мужик. Сзади кто-то подёргал меня за рукав. Решительные такие рывки, как у человека, знающего зачем он это делает.

Я резко обернулся, посмотреть у кого столько наглости... Та самая бабка из непродолжительного сна — кошмара! Её образ очень ярко вспыхнул в голове. Редко когда такое происходит, но сейчас я был уверен на сто процентов, что это точно она. Невысокого роста, чуть сгорбленная спина, залатанная видавшая виды одежда и такой же древний платок с затёртым узором, из-под которого выбивалось несколько седых волос.

Недоумевающе продолжал разглядывать её, забыв про всё вокруг. "Как такое может быть?"


— ..., — произнесла бабулька, но я ничего не услышал. Спохватившись, вытащил наушники. Они тут же повисли на куртке, мотаясь туда-сюда как маленькие маятники. — Не выходи, — повторила пожилая женщина еле слышно, почти шёпотом.

— Чччего? — я так растерялся, что стал заикаться, не зная, что делать дальше. Пытался понять — не продолжение ли это сна?

— Будет плохо, стой, — продолжила бабулька приказным тоном, не вяжущимся с её тщедушной комплекцией. — Не нужно, чтобы всё закончилось так быстро...

Только когда меня рвануло в сторону, и я еле успел ухватиться второй рукой за ближайший поручень, то понял, что мы уже снова едем.

— Эй! — попытался крикнуть водителю, но получилось лишь хриплое карканье. Прокашлялся, чувствуя в груди комок. Сейчас бы воды... — Подождите, я ещё не вышел!


Тот пробурчал под нос, что-то похожее на мат. Повернулся, опасно долго пялясь на меня и словно позабыв про дорогу. Каким-то чудом мы продолжали ехать прямо, ни в кого не врезаясь.


— В этом месте не могу! — рявкнул он. — Раньше не мог опомниться? Что стоял в проходе тогда?!

— Да мне бабка не дала выйти..., — произнеся это вслух, я тут же понял, как глупо прозвучала фраза.

— Какая бабка? — водитель за пару секунд проверил дорогу и опять уставился мне в глаза. Я отвёл взгляд, сердясь на его бестактность и на свою тупость, пока не осознал, что он мне ответил.


Развернулся — сзади никого не было... Ну, то есть сидели люди, та девушка, но бабульки нигде нет. Я глупо раззявил рот и даже заглянул вниз. Конечно, бабка ради прикола распласталась на полу под сидениями, лишь бы разыграть меня. Обычное дело для старого человека.

— Выспись, парень, — посерьёзнел водитель и даже остановился у пешеходного перехода, перестав казаться таким уродом.


Я пробормотал какие-то благодарности и вылез наружу, чуть не споткнувшись об последнюю ступеньку. Правильно — осталось только грохнуться, испачкав одежду и порадовав проезжающих мимо людей.

"Что это всё было?"

У меня уже и в реальности галлюцинации начались? Не слишком рано для тридцатилетнего, непьющего и вполне себе здорового парня?


На улице, после тепла маршрутки, было достаточно прохладно. Скоро наступит весна, но зимние морозы, всё ещё время от времени неплохо так пробирают до костей. Застегнув куртку и поплотнее нахлобучив капюшон, я поплёлся назад, уставившись в землю. Хорошо, что не совсем далеко отъехали. Но неприятный осадок на душе остался.

Грохот и шум впереди даже перекрыли музыку в ушах. Я чутко прислушался и выдернул один наушник, всматриваясь вперёд уставшими глазами. Происходящее заставило поступить так же и со вторым. Со всех ног рванул по направлению к остановке, не веря, в то, что увидел.

"Что за день такой!"

Немного не добежал, жадно хватая ртом воздух. Из-за стонов и воплей я не решился приблизиться ещё. Открывшееся зрелище заставило замереть и сцепить руки между собой.


Остановку разметало по сторонам метров на десять. Везде валялись куски металла, стёкла... и тела людей. Мигали фарами машины, отовсюду раздавались крики о помощи, звонки в скорую и милицию. Под колёсами маршрутки я, к своему отвращению, разглядел бесформенный кусок мяса, который ну никак не был похож на человека в пальто. Просто кровавая каша, брызги которой попали на почти не повреждённый мелкий киоск. Рыдающая фигура ковыляла вдаль, качаясь и харкая красной жидкостью на тротуар.

Мужчина баюкал руку, неестественно вывернувшуюся, и ошалело крутил головой, разевая рот в немом крике. Кто-то завывал в обломках бывшей остановки, тщетно моля о спасении.

Неподалёку от меня маленький мальчик плакал, даже скорее надрывно хрипел, стоя на коленях рядом с телом женщины, у которой вместо лица было месиво, посечённое осколками стекла. Я сглотнул, не решаясь сказать ему что-нибудь одобряющее. Или хотя бы помочь, оттащить от эпицентра ужаса.


— Зачем ты это сделал? — мальчик, не вытирая слёз, посмотрел на меня заплаканными глазами. Грустно продолжил, глядя в одну точку. — Я тоже исчезну?

— Не понимаю..., — я стряхнул оцепенение и отшатнулся от паренька. Нога подвернулась об преграду сзади и я рухнул на землю, нелепо охнув от неожиданности. Зашарил руками, пытаясь встать... и ощутил пальцами смесь из земли и чего-то вязкого, склизко обволакивающего кожу.


Чуть повернул голову посмотреть, во что же вляпался и еле сдержался от вопля. Я барахтался практически рядом с телом пожилого мужчины, неизвестно как оказавшегося за мной. Когда подходил к месту аварии, никого же не было!

Безжизненные глаза, затянутые мутной плёнкой, уставились прямо на моё испуганное лицо. Словно всматриваясь в душу, задавая немой вопрос — почему же он умер, а вот этот неловкий дурак остался в живых?


Я приподнялся, стараясь размеренно дышать и удивляясь тому, что мозг постепенно успокаивается. Раздаёт приказы телу, которое на автомате переставляет руки и ноги. С пальцев стекала кашица из сгустившейся крови и грязи, которую я тут же с омерзением стал вытирать позабытым платком, в спешке найденным в одном из карманов.

Вокруг творился полный хаос. Прибывали всё новые люди, помогая пострадавшим, кто-то полез в маршрутку на крики оставшихся там. В воздухе стоял неприятный запах... даже сложно сказать на что он был похож. Отдающий железом, запах тяжело проникал в ноздри, в секунды въедаясь в кожу и одежду.

Мимо пронеслась скорая, лихо притормаживая неподалёку. Ко мне уже подбегал, такой же как я, невольный свидетель случившегося. Видимо увидел моё запачканное испуганное лицо и решил, что я один из попавших в аварию.


— Вам помочь? — осторожно спросил парень, поравнявшись со мной. Шапка от беготни съехала в сторону, придавая ему залихватский и немного глупый вид. Но мне было не до смеха, сейчас главное полностью оттереть кровавую грязь, попавшую под ногти и между пальцами.

— Н...нет не надо, — не сразу нашёлся я с ответом. Отшвырнул грязный, безвозвратно измазанный платок. Парень недоумённо проводил взглядом упавшую тряпицу, но смолчал. Я только сейчас снова вспомнил об ребёнке. — Помогите лучше мальчишке, тут рядом где-то...

Я стал разглядывать окрестности, с каждой секундой всё больше тараща глаза. "Не может быть..."


— В смысле...? — тихо прошептал, чуть нахмурившись. "Он же был только что тут! Практически передо мной!"

На лице невольного помощника промелькнуло удивление. Смешанное с сожалением. Похоже решил, что у меня от стресса немного крыша поехала.

— Какой ребёнок? — голос стал чересчур добрым, как будто он разговаривал не со своим ровесником, а с воспитанником детского сада.

— Да... был..., — я запнулся, понимая, как всё нелепо звучит. Рядом никого не было. И тела мужчины тоже... Если напрячь мозги и подумать рационально... действительно, как они бы тут оказались, когда до места аварии ещё метров пятнадцать? Но я же видел всё... разговаривал, точнее ребёнок общался со мной.

Я обхватил голову руками. Где-то в глубине черепушки возникло болезненное ощущение, словно укололи иголкой. Легонько так.


— Может всё-таки довести до скорой? — парень попытался улыбнуться.

— Нет, нет. — Не хватало мне ещё в дурку отправиться. А такое вполне может быть, сейчас я могу брякнуть ещё что-нибудь неправильного и нелогичного. — Спасибо, просто немного проняло меня всё вот это, — я развёл руками на творящийся вокруг ужас.

— Угу, — он наконец отстал от меня, пошёл к дымящимся остаткам маршрутки. Обернулся ещё раз, покачал головой, а затем ускорил шаг.


Я выдохнул, ощутив ещё один лёгкий укол. Отодвинувшиеся на дальний план крики, на время затихшие, снова усилились. Мне становилось всё более некомфортно тут находиться. Подойти ближе, помочь людям... нет, там и так спасателей хватает, только мешаться им под ногами.

Да и вся эта мерзкая картина кровавого разгрома стоит перед глазами, думаю сегодня сны будут очень малоприятные...

"Нужно идти к предыдущей остановке... или ты хочешь тут до ночи стоять, как столб? И так начинаешь привлекать лишнее внимание у людей"


Я сделал первый шаг, чуть не наступив на платок. Прищурил глаза. Увиденное уже совсем не удивило, лишь голову кольнуло третий раз, ощутимее, чем прошлые.

Не было печали...

Платок, ранее весь измазанный кровью и грязью, валялся на земле. Вроде ничего необычного. Но теперь он был чистым, без единого красного пятнышка.



* * *

Всю дорогу домой я размышлял о произошедшем. О всей куче событий, которая свалилась на меня буквально за час. Платок, это так... мелочи. Если рассуждать логически, то понятно почему он чистый — если не было ребёнка и трупа мужчины, то и, следовательно, не было измазанных рук. Ну немного землёй запачкал, да и всё. Хорошо, что подошедший парень всё-таки не стал лезть не в своё дело, а мог бы и скорую вызвать...

Напрягало совсем другое.


Таких случайностей не бывает. Мне чертовски повезло, что я не вышел на своей остановке. Слово повезло... не очень подходит. Скорее просто чудо.

"Просто? Это слово тоже лишнее. Действительно чудо, что меня спасла..."

Бабка прямиком из последнего сна. Точно ли это она? Поначалу я был на сто процентов убеждён, а теперь уже нельзя сказать с уверенностью, мозг пытается как можно быстрее всю мистику перевести в нормальное, рациональное русло. Но... настолько реалистичных галлюцинаций у меня никогда не было. Либо я их не замечал раньше, что не сильно добавляет оптимизма и радости. До этого долбанного вечера мне за глаза хватало кошмарных снов, в которых люди становились зомби... по-другому не скажешь, а привычный мир разрушался, высвобождая нечто ужасное из глубины.

Из-за этого я последние месяцы стараюсь принимать снотворное. С успокоительным... в умеренных дозах конечно же. Не всегда помогает, но хотя бы в большинстве случаев получается отдохнуть без последствий в виде кошмаров, и то хорошо.


Теперь же персонажи из сновидений стали проникать и в реальный мир. Предупреждать об опасности, говорить фразы из сна, а затем бесследно исчезать. И это пугАло до чёртиков. Возникал вопрос — это ухудшилось моё состояние или просто кратковременное явление? Ответа не было, но и в то, что всё снова наладится, тоже верилось с большим трудом.


Далее... Даже если откинуть глюки, то не даёт покоя сама авария, заставляет потеть ладони, а мозг рисует картинки незавидного будущего. Которое хорошо, что не наступило... Я всё время представлял себя на том месте, неподалёку от остановки. Как всегда, стою чуть подальше от людей, смотря в одну точку. Музыка расслабляет, заставляет выкинуть весь гОмон суетящихся вокруг человечков, приглушённые голоса почти на грани слуха. Справа фонарный столб с давно наклеенным флаером о приезде какой-то цирковой труппы. Маршрутка не справляется с управлением, не тормозит, а наоборот прибавляет скорости. Встревоженные крики находящихся рядом людей, взмахи руками... я ничего не слышу, погружённый в себя... Единственный плюс был бы в том, что я, наверное, даже не успел бы понять, что произошло. Просто хлоп... и меня нет. Только тело безвольной поломанной куклой валяется в стороне от ошеломляющего удара. Если задуматься о смерти, то как-то так я и хотел бы умереть. Безболезненно.


Ужасает сама мысль о том, чтобы быть парализованным, прикованным к креслу из-за какого-нибудь несчастного случая. Либо в старости валяться разбитой колодой в постели.... Ничего не можешь сделать сам, а самое пугающее, что постепенно всё забываешь. Имена людей, события, происходившие совсем недавно... исчезает настоящее, прошлое, проваливается в бездонную темноту, готовую поглотить и тебя. Это мой потаённый страх — потерять память, либо сойти с ума. Когда личность, можно сказать ты сам, пропадает, а на её месте оказывается какой-то безумец с редкими обрывками твоих воспоминаний. Поэтому я всегда мечтаю... если так можно сказать... чтобы умереть быстро. Авария, кирпич на голову, тромб в мозгу - главное, чтобы быстро и наверняка...


"Хорошая тема для поездки домой, просто замечательная" — ободряюще сказал внутренний голос, которой сам и завёл эту увлекательную беседу. Тут же напомнил про одну деталь, которую я упустил из вида. — "А ведь удар маршрутки пришёлся примерно там, где я действительно обычно люблю стоять..." Одни вопросы, от которых опять мучительно разболелась голова.

После произошедшего, вообще не представляю, как я пересилил, заставил себя сесть в другую маршрутку, а не, например, вызвать такси. Вдруг сейчас ещё что-нибудь произойдёт?


Я оторвался от созерцания дороги за стеклом и нерешительно покрутил головой, стараясь внимательно посмотреть по сторонам. Людей много, почти битком набилось. Не я один захотел поскорее смыться с места ужасной аварии. Думаю у тех, кто находился рядом, сегодня будет "замечательная" ночка. С кошмарами и разбитыми окровавленными телами. Если бы у меня был выбор — пусть лучше так, чем непонятные видения.


Всю дорогу домой я чего-то ждал. Что случится ещё что-нибудь плохое, что из плотной толпы вылезет бабка или тот мальчик в заляпанной куртке, что водитель дико закричит, по ушам резанёт визг тормозов и мы куда-то врежемся, опрокидывая друг друга и превращаясь в шевелящееся кровавое тесто... видимо на сегодня лимит странностей был исчерпан. Маршрутка остановилась и я, протиснувшись мимо потной тётки, вылез наружу. Медленно прошёл через парк, хотя обычно стараюсь побыстрее добраться до квартиры. Этим же вечером хотелось подышать свежим воздухом и немного успокоиться, уложить все тревожные мысли в голове.

Кусты тихо шелестели под лёгким ветром, дорожка из гравия похрустывала под кроссовками, а в глубине на освещённой площадке резвилась детвора, беззаботно гоняя мяч. Глядя на окружающую зелень, мне действительно стало чуть спокойнее. Глубоко вздохнув, я направился к подъезду.


* * *

Только дома я чувствовал себя в полной безопасности. Небольшая однушка, как всегда, поприветствовала темнотой и тишиной. От первой я избавился, нащупав выключатель на стене, а вторую нарушил, разувшись и пройдя в комнату. Разбудил компьютер из спящего режима, и квартира тут же наполнилась хриплым голосом нестареющего Брайана Джонсона из AC\DC. Предпочитаю, чтобы почти всегда колонки работали, отвлекая меня от депрессивных мыслей. Тишина угнетает, начинается самокопание, какой я никчёмный, а музыка помогает расслабиться или наоборот взбодриться, да и вообще неплохо идёт фоном где-то на задворках слуха.

Быстренько приготовил поесть, ну как приготовил, разогрел что осталось с прошлого вечера и настругал немного салата из свежих овощей. Поставил телефон на вибрацию, дабы никто не отвлекал меня от трапезы. Хотя кому я вру, звонить особо и некому — начальник, Егор или несколько знакомых с работы, вот и весь импровизированный круг общения. Развалился на диване и принялся смотреть новый фильм, заранее скаченный вчера.


Постепенно он меня даже захватил и все дурные мысли потихоньку ушли на нет. А дальше я вообще заснул, провалился в сон там же где сидел, чего давно уже не случалось. Полулёжа на диване. Проснулся лишь через пару часов, помыл посуду, вырубил комп и свалился на койку, мечтая только об одном — сон без кошмаров... Мечта практически сбылась. Лишь под утро одолели странные дрёмы.


Но в этот раз я понимал, во всяком случае верил, что вокруг всё ненастоящее, что это просто сновидение, потому что смотрел на происходящее немного со стороны, мог крутить головой на 360 градусов, но вот отлететь чуть подальше уже не получалось. Поглядев по сторонам, я с удивлением узнал нашу с родителями квартиру, точнее мою комнатку — старенькое кресло, книги на полках, на которые тратил все накопленные деньги, пузатый телек, который мать всё собиралась выкинуть и купить новый, ковёр на стене — неизменный атрибут прошлых времён... наконец взгляд уткнулся в очень знакомый затылок... самого себя...

Продолжение следует (думаю, что умещу историю в 5-6 частей)

Показать полностью 1
Отличная работа, все прочитано!