Это первый трек из грядущего альбома "Space Time IV".
Наслаждайтесь полётом!
Bandcamp - https://mogueheart1.bandcamp.com
Spotify - https://open.spotify.com/artist/0ii079mmW1J3HNw1AmN0EX
Атмосферное эмбиент-путешествие, наполненное спокойствием и глубокими звуковыми текстурами. В этой композиции юный музыкант непрерывно исполнял партию на синтезаторе Korg Minilogue XD, создавая живое, плавное звуковое полотно. Мягкие аналоговые тембры и медленно развивающиеся гармонии погружают слушателя в состояние умиротворения, позволяя отвлечься от повседневной суеты и отправиться в неспешное внутреннее путешествие.
15 августа - дата выхода нового трека, но пресейв можно сделать заранее: https://band.link/posledniyochag
Ты стоишь на пороге альбома, который с первых же мгновений поступает не по правилам. Здесь нет отдельно «жестокого ритма» и отдельно «запредельно лиричной мелодики» — они переплетены, как нервы и мышцы в живом теле. Музыка не играет для тебя — она играет с тобой, и ты чувствуешь это сразу, кожей и где-то глубоко под ней.
Всё начинается с горизонта. Не с удара, а с дыхания. Широкие аналоговые пэды наползают медленно, как туман над осциллографом, и ты понимаешь: это не разогрев, это посвящение. Ты ещё не движешься, но уже плывёшь. Затем вступает тактовый контур — и тело получает приказ. Моторик-бит жёстко вколачивает время в сетку, секвенсор не прощает колебаний, а где-то под этим механическим маршем бьётся человеческое сердце. Ты держишься за ритм, как за поручень в вагоне, летящем сквозь туннель.
Дальше начинается фазовый дрейф. Реальность сдвигается. Звуки плывут, частота уходит из-под ног, стереокартина вращается, и ты уже не уверен, где верх, а где низ. Это тот самый момент, когда привычное ощущение музыки ломается, но страха нет — есть восторг свободного падения. А потом приходит импульсная траектория. Монобас пронзает пространство иглой, арпеджио ускоряется до предела, и ты чувствуешь, как звук становится чистой энергией. Никаких сомнений — только вектор вперёд.
Резонансная шина — это кульминация единства. Все сигналы сливаются в одну перегруженную магистраль, гармоники насыщаются до предела, стереобаза расширяется до размеров космоса, и ты ощущаешь себя одновременно везде и нигде. Это миг абсолютной мощности, когда кажется, что ещё немного — и всё взорвётся. Но альбом не взрывается. Он уходит в каскадный поток. Петли накладываются друг на друга, минимальный вокал-эхо шепчет мантры, и ты погружаешься в гипнотический транс. Здесь время останавливается, и ты просто течёшь вместе со звуком, петля за петлёй, слой за слоем.
Синхроимпульс возвращает тебя в тело. Точечные ударные, чёткий шаг секвенсора, танцевальный драйв — ты снова чувствуешь пол под ногами. Машина и человек синхронизировались, и в этой синхронизации — чистая радость. Затем магнитная орбита уводит тебя в невесомость. Космические лиды чертят круги, pitch-модуляции мягко вращают пространство, и ты паришь. Конфликта больше нет — только равновесие, только свободный полёт.
Но покой длится недолго. Вектор напряжения возвращает хаос. Дисторшн нарастает, фильтры срезают частоты, обратная связь звенит на грани срыва. Ты стоишь на пределе — и вдруг всё обрывается. Наступает тишина, но не пустая. Она наполнена эхом, шлейфом, теплом остывающей ленты. Ленточный шлейф — это прощание. Звуки затухают один за другим, петли стираются, остаётся только шум магнитной ленты и далёкий, почти неразличимый шёпот: «аналоговый… горизонт…»
Альбом заканчивается, но не отпускает. Потому что после последнего клика ленты вдруг случается то, чего не ждёшь. Из шума, из потустороннего эфира, пробивается сигнал. Фазовый контакт. Короткий момент соединения с чем-то по ту сторону — не завершение, а намёк, что путешествие никогда не кончается по-настоящему.
Таков «Аналоговый Горизонт». Жестокий ритм, который дышит. Запредельная мелодика, способная пробить до печёнок. Десять треков (и один тайный), в которых нет ничего лишнего и нет ничего случайного. Альбом-путешествие, альбом-состояние, альбом-безобразие.
И ты ещё ни разу не слышал ничего подобного.
psy, techno, ambient, goa, trance
Meitei / 冥丁 - AGATE / 瑪瑙
Материал взят из блога Посторонний шум
Дайсуке Фудзита учился в токийской школе моды Esmod Japon и не имел к музыке никакого отношения, пока в двадцать лет не услышал сольные записи Джона Фрушанте, гитариста Red Hot Chili Peppers. "Я пошёл и сразу купил гитару", рассказывал он потом в интервью. Следующие восемь лет он сочинял музыку на заказ, прежде чем решился выпустить что-то своё. Первый альбом под именем Meitei вышел в 2018-м и назывался "Kwaidan" - кайдан, жанр японских историй о призраках.
С тех пор все его записи кружат вокруг одной идеи: "утраченного японского настроения", ускользающей эстетики, которую помнили только старики. Его бабушка дожила до 99 лет. В детстве Фудзита каждый день ходил с ней в храм, топил баню дровами, спускался в подвал за крупой - жил в старом доме, где Япония ещё оставалась собой. Он считал бабушку одной из последних, кто по-настоящему знал, как эта Япония ощущалась. После её смерти Дайсуке начал записывать то, что иначе исчезло бы навсегда.
Формально музыка Meitei - это эмбиент, построенный на семплах, но такое определение мало что объясняет. Фудзита за всю жизнь не прикоснулся к синтезатору. Он записывает гитару на сдвоенные кассетные деки, переносит материал в семплер, режет и переклеивает в DAW. Источники семплов - старые японские пластинки, полевые записи, архивные аудиодокументы начала двадцатого века. Техника ближе к хип-хопу, чем к электронике: нарезка в духе J Dilla, пропульсивные ритмы из обработанных металлических тембров. Он сам говорит, что чувствует себя скорее "режиссёром", который задаёт концепцию и настроение, чем музыкантом в традиционном смысле.
Что касается AGATE - это самый жир, собранный из трилогии Kofū (три альбома Meitei, вышедших с 2020 по 2023 год на сингапурском Kitchen. Label) и одна новая композицию. Пять лет он играл эти вещи живьём - в подпольных клубах, комнатах для прослушивания, на культурных площадках по всей Японии, Европе и Азии. Концертное исполнение медленно переписывало музыку изнутри. В 2026-м он дал самый масштабный концерт в карьере - в храме Киёмидзу-дэра, объекте всемирного наследия ЮНЕСКО в Киото, городе, где когда-то жил и где сформировался как артист. Он описал это как "возвращение музыки Киото". AGATE фиксирует всю эту эволюцию. Название - от минерала агата, который формируется слой за слоем, под давлением, длящимся тысячи лет.
Shin-Oiran открывает альбом голосовыми семплами, плавающими в пространстве как дым от благовоний, снизу подкрадывается шаффл с резиновым басом, и ойран - высшая категория куртизанок Японии периода Эдо - оживает как полноценный персонаж. Фудзита рассказывал, что при изучении архивных фотографий Т.Энами, фотографа эпохи Мэйдзи, его накрыло настолько, что он с трудом продолжал работу, и это слышно. Одиннадцатиминутная Shin-Oiran II уводит тот же материал в сторону реквиема - оркестровые элементы выходят на первый план, хип-хоп грув испаряется, остаётся голосовые петли и фортепиано, тонущее в реверберации. Shin-Warōsoku, названный в честь традиционных японских свечей из растительного воска, на оригинале был ритмичной вещью, а здесь превратился в чистый эмбиент - мерцает вместо того, чтобы пульсировать. Kyūgeki сшивает два отдельных трека в короткометражку для ушей. А закрывающий Shin-Edogawaranpo, посвящённый отцу японского детектива Эдогаве Рампо (псевдоним звучит по-японски как "Эдгар Аллан По"), нарастает до конвульсивного крещендо - единственный момент на альбоме, когда Мейтей позволяет себе повысить голос.
Мастеринг делал Келли Хибберт, инженер Flying Lotus, Madlib и J Dilla. Совпадение закономерное: AGATE построен на семплах из старых японских пластинок с той же тщательностью, с какой Madlib строит биты на старом фанке. Хибберт понимает, как семпл должен дышать и как грув ощущается телом, а Мейтей ещё и пишет музыку для ISSEY MIYAKE, SHISEIDO и Cartier - человек, который одной ногой в андеграундном хип-хопе, а другой в японской высокой моде.
Обложку печатали на бумаге кё-карагами в мастерской Kamisoe в киотском квартале Нисидзин, каллиграфию делал Био Се, а фотограф Хироси Окамото снимал зимнее море, скалы и волны - пейзажи, отражающие годы Фудзиты в Хиросиме и его привычку к одиночеству. Каждый элемент продуман с той же тщательностью, что и звук.
Фудзита описывает свой нынешний метод словом "синпу" - процесс, в котором историческое знание работает как фундамент для нового творчества. Он цитирует буддийский принцип непостоянства: всё проходит. Его музыка ловит эфемерные детали - воздух вокруг забытого дома в горах, текстуру паутины - и фиксирует их до того, как они исчезнут. Раньше его концепция "утраченного японского настроения" звучала как ностальгия. На AGATE она звучит как архитектурный принцип.
Когда я слушал это в наушниках, и где-то на середине Shin-Oiran II поймал себя на том, что задерживаю дыхание. От красоты, которую боишься спугнуть. Один рецензент назвал AGATE "самым совершенным альбомом для наушников 2026 года". Я бы уточнил: самым терпеливым. Семь треков, каждый из которых звучит так, будто его полировали вручную. Как тот самый агат.
Дельфин – «Хлопок и Нейтрино»
Материал взят из блога Посторонний шум
Альбом открывается мягко, почти застенчиво, и где-то на третьем треке ты понимаешь, что провалился. Не слушаешь - тонешь. Мысли замедляются, тело тяжелеет, и в какой-то момент ты перестаёшь различать, где заканчивается один трек и начинается другой. Такая добровольная сенсорная депривация - ну, типа звуковой флоатинг. А за кадром - цепочка намёков, пранков и неудобных вопросов.
Сам Андрей Лысиков в эксклюзивном комментарии для BURO и Ticketland говорит:
«Эта запись не актуальна в глобальном смысле этого слова. Она не отражает запросов большинства. Но она важна для тех, кто устал. Для меня и ещё многих, уставших от бесконечной неопределённости. Это девять аудиодепривационных историй».
Официальная версия такая: Лысиков увлёкся японским садоводством, забросил стихи, пошёл копать грядки и включил диктофон. Альбом-сад. Только на промо-видео сам он не играет: лежит на диване с книгой, пока женщина (похоже, его жена) вживую импровизирует на модулярных синтезаторах. Именно этот звук мы и слышим - тёплый аналоговый гул с глитч-вкраплениями, где текстуры перетекают друг в друга.
Несколько слушателей с RateYourMusic уже выдвинули версию: возможно, это её первый опыт, она просто крутила ручки и нажимала клавиши, а Лысиков всё свёл и издал под своим именем. Самая чистая форма творчества - без образа артиста. Если так, перед нами красивейший пранк, достойный старого трюка с альбомом «К.А.М.А.-З» (2002) - тогда Дельфин сдал лейблу запись старого джема, просто чтобы закрыть контракт.
Добавим сюда ещё один слой. У Лысикова есть электронный сайд-проект «Механический пес» - мрачное жёсткое техно. «Хлопок и Нейтрино» стал его светлой воздушной противоположностью. Никакого эксперимента с нуля, а чистая эволюция: раньше он делал подобное под чужим именем, теперь вынес на свет, да ещё и, возможно, женскими руками.
Промо-тексты альбома апеллируют к «Большому Хлопку» Вселенной (сжатию после Большого взрыва) и нейтрино - частицам, прошивающим нас насквозь каждую секунду. Слушатель сам рождает смыслы; дайте времени быть частью композиции. The Flow замечает, что это практически инструкция: «Включите музыку, закройте глаза - и наблюдайте, что начинает происходить внутри».
Но вот вопрос - тут же стоит ссылка на Prosto Meditation. Приложение для медитаций и сна, которое создала Ирена Понарошку, бывший виджей MTV, а ныне ЗОЖ-блогер. Превращает ли коллаборация с таким сервисом сакральное молчание в продукт? Внутренняя эмиграция или осознанное потребление? Лысиков, кажется, не против, чтобы всё было одновременно.
«Ясность» открывает почти робко. «Остров» добавляет плотности. «Планктон» - единственный трек, где к середине проступает ломаный ритм, такой призрак бита. Критики сравнивают альбом с работами Моби, Рюити Сакамото и Boards of Canada, а слушатели вспоминают «Music for Airports» Брайана Ино. И правда, похожая прозрачность и такой же полный отказ от сюжета.
Сам Лысиков честно признаётся: «Я небольшой поклонник эмбиент-музыки и, признаюсь, плохо в ней разбираюсь. Меня всегда вдохновляла безграничность возможностей этого жанра и одновременно удручала реализация тех проектов, которые мне иногда удавалось слышать. Эмбиент - это не пространство, заполненное унынием ревербераций одной ноты. Эмбиент - это жизнь, меняющая формы, эмоции, смыслы». Вот это «плохо разбираюсь» - редкая честность, которая сразу обезоруживает и снимает претензии в снобизме.
«К тебе» - самый тёплый трек, и без слов понятно, что он кому-то конкретному. «Вниз» - шесть минут утопания в низком гудении, самая тёмная точка на пластинке. А дальше отпускает.
Предыдущий альбом «Прощай оружие» (2023) пытался говорить о войне, но любое высказывание в сегодняшней России или наказуемо, или звучит компромиссно. «Хлопок и Нейтрино» - радикальный третий путь: не произносить ни слова. Лысиков сам формулирует это точнее всех: альбом для «уставших от бесконечной неопределённости». Тишина здесь оказывается единственным честным ответом, когда слова бессильны. Политический жест без единого лозунга.
И парадоксальным образом этот жест услышали. На момент публикации «Хлопок и Нейтрино» занял третью строчку российского iTunes - некоммерческий эмбиент без слов и хуков вдруг ворвался в чарты. Шум сам поднял тишину наверх.
Альбом ничего вам не должен. Он не держит за руку и не обещает катарсиса. Те, кто увидят все слои сразу - пранк с женой за синтезатором, коллаб с Prosto Meditation, третье место в чартах - останутся с неразрешимым вопросом: это сад или декорация? Лысиков сидит в позе лотоса и не отвечает. Просто ждёт, пока вырастет сад.
Дата выхода: 14 мая 2026, лейбл М2. Слушать на всех платформах и в Prosto Meditation.
Роssинка — нейро-артист. Девочки с таким голосом не существует в реальности. Её создала нейросеть. Но боль, от которой плачут люди, настоящая.
Альбом «Мама» уже на всех площадках: VK Музыка, Яндекс Музыка, Apple Music, Spotify. В нём 10 песен. О матери, которую ждут. Об отце, который не пришёл. О детдоме, пустом кармане и выдуманном друге, которого «вылечили» таблетками.
За неделю трек «Мама» набрал 400 000 просмотров в TikTok. Люди сохраняют, делятся, плачут. Потому что узнают себя.
Смотрите видео. Там иностранцы не понимают ни слова. Но они всё чувствуют. Потому что у всех есть мама.
Альбом «Мама» уже здесь. Ищите по запросу «Роssинка».
первый тёплый день и пение птичек. Глюкофон - инструмент не для четырёх стен. Ему на природе кайфово. Особенно на коленях девушки.
