Наиболее ярким проявлением войны для жителей прибрежных городов Палестины стали бомбардировки итальянскими ВВС. Целями были стратегические объекты: порты (Хайфа, Тель-Авив-Яффо), нефтеперерабатывающие заводы в Хайфе и военные объекты. Первые налеты начались в июле 1940 года. Наиболее интенсивным бомбардировкам Тель-Авив и Хайфа подверглись в сентябре 1940 года.

Так, 9 сентября 1940 года произошел массированный налет на Тель-Авив. Итальянские бомбардировщики, вероятно, ошибочно приняв густонаселенный жилой район за военные объекты, сбросили бомбы на центр города. Погибло около 137 человек, сотни были ранены. Это была одна из самых тяжелых потерь среди гражданского населения за всю войну в регионе.

Ключевой порт и промышленный центр нефтепереработки, Хайфа, также подвергалась систематическим бомбардировкам. Хотя число жертв здесь было меньше, чем в Тель-Авиве, значительный ущерб был нанесен инфраструктуре.

Эти бомбардировки, хотя и не сравнимые по масштабу с бомбежками европейских городов, имели глубокий психологический эффект, мобилизовали население на организацию противовоздушной обороны (ПВО) и гражданской обороны и подтвердили стратегическую важность Палестины для воюющих сторон.

Опасаясь вторжения и бомбардировок, британские власти в Палестине предприняли энергичные меры для укрепления обороны. В Палестину были переброшены дополнительные британские войска. Строились укрепления, аэродромы, склады. Хайфа и другие порты служили базами снабжения 8-й армии в Северной Африке.

Была создана система оповещения о воздушных налетах, строились бомбоубежища. Организовывались добровольческие формирования для тушения пожаров, оказания первой помощи (медицинские отряды Маген Давид Адом) и ликвидации последствий бомбардировок. Еврейское агентство (фактическое правительство ишува) активно участвовало в организации этих структур на местах.

Ишув, несмотря на сложные отношения с Мандатом из-за Белой книги 1939 года, видел в нацизме главную угрозу. Десятки тысяч еврейских добровольцев, мужчин и женщин, вступили в ряды британской армии. Они служили в пехоте, вспомогательных частях, инженерных войсках, ПВО и в транспортных подразделениях (Еврейская Транспортная Рота), сыгравших ключевую роль в снабжении войск в Северной Африке. Были сформированы еврейские «коммандо» - Пальмах, созданный в 1941 как ударные отряды Хаганы, изначально при британской поддержке, для обороны на случай вторжения, а позднее для диверсий в тылу врага. Еврейская промышленность Палестины переключилась на военные нужды.

Значительное число арабов-палестинцев также добровольно вступило в британскую армию, служа в различных подразделениях. Однако уровень мобилизации арабского населения был ниже, чем у ишува, отчасти из-за арабского восстания 1936-1939 гг. и сохранявшегося недоверия к британским властям. Верховный арабский комитет в Палестине был распущен британцами после восстания, и единой позиции у арабского населения не было: часть сотрудничала с британцами, часть симпатизировала странам Оси.

Особенно в этом плане выделялся муфтий Иерусалима Амин аль-Хусейни, бежавший в 1941 году в Германию и активно сотрудничавший с нацистами.

В начале Второй мировой войны британские власти сместили аль-Хусейни с поста муфтия. Он бежал, но продолжал руководить арабским восстанием из Дамаска и Бейрута. В 1940 году он отправился в Ирак, где принял участие в прогерманском антибританском перевороте Рашида аль-Гайлани в 1941 году. После разгрома иракцев англичанами он жил в Италии, а затем в нацистской Германии, где получал от её правительства 50 000 марок в месяц. В ноябре 1941 года в Берлине состоялась встреча аль-Хусейни и Гитлера, в ходе которой была достигнута договоренность о поддержке нацистами арабского движения на Ближнем Востоке, и формировании Арабского легиона в Вермахте. Позже Амин аль-Хусейни помог сформировать эсэсовскую дивизию из югославских мусульман-боснийцев (13-ю горную дивизию СС «Ханджар»). 1 марта 1944 года по «Радио Берлина» муфтий призвал весь исламский мир вести джихад против евреев. После войны бежал в Швейцарию, затем в Египет.

После тяжелых поражений Британии в Северной Африке и падения Тобрука в 1942 году реальной стала угроза прорыва Роммеля к Суэцу и далее на восток. В этих условиях британским командованием на Ближнем Востоке был разработан план «Последняя Крепость Палестины».

В случае прорыва немецко-итальянских сил через Синай в Палестину, британская армия должна была отступить на заранее подготовленные оборонительные рубежи на севере Палестины – в районе горной гряды Кармель возле Хайфы. Этот укрепленный район должен был стать "крепостью", способной держать оборону длительное время в ожидании подкреплений.

План предполагал тесное сотрудничество с еврейскими военизированными организациями, прежде всего с Хаганой, в тот момент де-факто признанной британцами как союзник против Оси. Предполагалось вооружить бойцов Хаганы для участия в обороне и организации партизанской войны на оккупированной территории. Пальмах должен был играть ключевую роль в партизанских действиях. Это был момент временного тактического союза между британцами и сионистским руководством перед лицом общей угрозы.

Однако победа британцев под Эль-Аламейном в ноябре 1942 года кардинально изменила ситуацию в Северной Африке, устранив непосредственную угрозу вторжения в Палестину. План так и не был приведен в действие, но его разработка и подготовка оказали значительное влияние на военную организацию ишува и его отношения с британцами.

Несмотря на общую угрозу со стороны нацизма, радикальные еврейские подпольные организации "Иргун" и особенно "Лехи" (Борцы за Свободу Израиля, также известная как "Банда Штерна" по имени ее основателя Авраама Штерна) продолжили вооруженную борьбу против британского мандата даже во время войны.

Под руководством Давида Разиэля (до его гибели в Ираке в 1941 году), а затем Менахема Бегина, "Иргун" в 1940 году объявил о временном прекращении вооруженных действий против британцев, признавая нацизм главным врагом. Многие члены "Иргуна" вступили в британскую армию. Однако перемирие не было абсолютным, и после 1944 года, когда угроза вторжения окончательно миновала, "Иргун" возобновил активную вооруженную борьбу. Однако в ходе операции "Сезон", проведенной в 1944 - 1945 годах Хаганой, многие из участников "Иргуна" были арестованы и переданы британцам.

Другая группировка, "Лехи", пошла еще более радикальным путем. Эта небольшая, но крайне радикальная группа, отколовшаяся от "Иргуна" в 1940 году под руководством Авраама Штерна, категорически отвергла любое перемирие с Британией. "Лехи" считала Британию главным врагом еврейского народа, препятствующим созданию государства и спасению евреев Европы. Они заявляли, что война – это возможность изгнать британцев из Палестины. "Лехи" продолжала нападения на британские объекты, полицейских и военных, а также пыталась установить контакты со странами Оси в надежде на их помощь в борьбе против Британии. Эти попытки были безрезультатными и крайне непопулярными в основном течении сионизма. Британские власти вели активную борьбу с "Лехи", и в феврале 1942 года Авраам Штерн был убит в перестрелке с британской полицией. Несмотря на это, "Лехи" продолжила свою деятельность. По данным ЦРУ, «Лехи» имела контакты также с Советским Союзом и получала от него финансовую поддержку.

Деятельность "Лехи" создавала серьезные трудности для официального руководства ишува, стремившегося к сотрудничеству с Британией в войне против Гитлера. Британцы использовали действия "Лехи" как повод для давления на все еврейское население и отказывались различать умеренных и экстремистов.

Война временно отодвинула арабо-еврейский конфликт на второй план, но одновременно укрепила военные и организационные структуры ишува, заложив основы для будущей борьбы за создание государства Израиль, которая развернется сразу после окончания мировой войны.

Знаю, тут не любят когда кидают ссылку на свой телеграм, но тем не менее кину) https://t.me/bald_man_stories
Буду рад новым подписчикам, пишу про историю и про свою работу в школе.

Вопрос 1. «Танк победы»

Советский Т-34 называют одним из лучших танков эпохи. Но секрет его боевой мощи был не только в броне и в пушке. А в чем же?

🔎Ответ: простота и массовость. «Тигры» и «Пантеры» превосходили Т-34 по боевому потенциалу, но их было в разы меньше. Т-34 штамповали десятками тысяч, чинили в полевых условиях и быстро готовили новые экипажи — это и решало исход крупных операций.

При создании техники в War Alert мы вдохновлялись реальными историческими прототипами. Среди них Т-34, «Пантера», «Шерман» и другие. Перед началом боя игрок формирует набор из восьми боевых единиц и выбирает офицера, который влияет на тактику с помощью активных и пассивных навыков. Кроме тяжелых танков, в игре также есть пехота, элитная пехота, легкая и тяжелая техника, крупнокалиберные пулеметы.

Вопрос 2. Операция «Фортитьюд»

Перед высадкой в Нормандии союзники провели гигантскую обманную операцию и заставили немецкое командование держать лучшие дивизии совсем в другом месте. Для этого они использовали...

🔎Ответ: надувные танки и фальшивые радиосигналы. Операция «Фортитьюд» создала в Дувре призрачную армию из резиновых «Шерманов», деревянных самолетов и фальшивых штабов. Немцы ждали удар в районе Па-де-Кале — и просмотрели Нормандию.

War Alert — PvP-игра, где решения соперника непредсказуемы. Это значит, что, как и в настоящем бою, вам придется проявить хитрость и смекалку. Читайте ситуацию на поле боя, используйте разведку, обманные маневры, фланговые атаки, ищите укрытия и атакуйте в самый неожиданный момент.

Вопрос 3. «Сталинский орган»

Советские реактивные установки БМ-13, которые в СССР ласково называли «Катюшами», немцы прозвали «Сталинским органом». Что легло в основу прозвища?

🔎Ответ: звук. Направляющие располагались рядами, как трубы органа, а сам залп сопровождался воющим свистом. Эффект был не только разрушительным, но и психологическим: по воспоминаниям немецких солдат, этот вой парализовывал.

В War Alert звук помогает создать ощущение присутствия на поле боя. Артиллерийские взрывы, выстрелы, движение техники и крики солдат передают напряженную атмосферу сражения и делают игровой процесс живым и убедительным.

Вопрос 4. Провал «Лиса пустыни»

Немецкий военачальник Эрвин Роммель, прозванный «Лисом пустыни», несколько лет успешно противостоял британцам в Северной Африке. Но его кампания в итоге провалилась. Что стало главной причиной?

🔎Ответ: снабжение. Британский флот и авиация раз за разом топили конвои с топливом и боеприпасами. Без горючего мощные танки Африканского корпуса превращались в дорогие неподвижные мишени.

Логистика — важный элемент многих RTS-игр. В War Alert мы пересмотрели ее принципы: вместо монотонного сбора ресурсов и постройки базы снабжение стало частью боя.

На карте есть обычные ресурсные точки, точки топлива, точки боеприпасов и ключевые точки. Обычные ресурсные точки дают небольшое количество топлива и боеприпасов, специальные — больше соответствующего ресурса, а контроль над ключевыми постепенно снижает очки победы противника. Снабжение генерируется автоматически и используется для производства подразделений, включая пехоту и бронетехнику. Кроме того, если пехотный отряд потерял бойцов, он может вернуться на базу или к медпункту, чтобы за счет снабжения автоматически пополнить состав.

Вопрос 5. Загадка «Шермана»

Американский «Шерман» был основой бронетанковых войск союзников. Существует версия, что британские экипажи называли его Ronson — по марке зажигалки. Прозвище было мрачным, и причина у него была конкретная. Какая?

🔎Ответ: боеукладка. Первые «Шерманы» хранили снаряды в бортовых нишах. Пробитие — и танк вспыхивал, как спичка. Позже сделали «мокрую» боеукладку, окружив снаряды жидкостью, что помогло частично снизить риски. А вот прозвище осталось.

В War Alert у каждой фракции, боевой единицы и офицера есть свои сильные и слабые стороны. Изучите их перед боем и составьте свой боевой набор таким образом, чтобы недостатки одних отрядов перекрывались преимуществами других.

В War Alert реальные принципы военной стратегии превращаются в игровой опыт: победа зависит от взаимодействия родов войск, выбора офицера, динамики боя. Сейчас игра находится в ранней стадии разработки, поэтому нам очень важны ваши идеи и предложения.

Напишите в комментариях, какие механики, боевые единицы или темы о Второй мировой войне вам было бы интересно увидеть в следующих материалах!

Еврейское население (ишув) активно строило параллельные государственные структуры: Гистадрут (профсоюз), Еврейское Агентство (Сохнут), систему образования и военизированные организации (Хагана, позже Иргун). Арабское сообщество, будучи более фрагментированным по клановому и религиозному признаку, также развивало свои политические институты, хотя и менее централизованные. Верховный арабский комитет (ВАК), созданный в 1936 году, стал важной координационной структурой.

К 1936 году в соседних с Палестиной странах достигли успеха антиколониальные движения. Египет и Сирия в результате волнений и всеобщих забастовок в 1935—1936 годов добились выгодных договоров с Англией и Францией. Подъем национализма в соседних арабских странах (Египет, Сирия, Ирак) вдохновлял и палестинских арабов. Все больший вес среди них приобретала фигура Хадж Амина аль-Хусейни, Великого муфтия Иерусалима.

В марте 1933 года собрание влиятельных палестинских арабов, созванное в Яффе, осудило британцев за продолжение еврейской иммиграции. 13 октября 1933 года Палестинский Исполнительный Комитет организовал однодневную всеобщую забастовку и демонстрацию в Иерусалиме, которая была жестоко разогнана британской полицией.

26 октября 1933 года массовая демонстрация арабов прошла в Яффе; в результате ее силового разгона погибло 27 демонстрантов и один британский полицейский. Палестинский Исполнительный Комитет ответил провозглашением семидневной забастовки и проведением новых демонстраций

В 1935 году произошло сразу несколько событий, накаливших обстановку до предела. В октябре 1935 года в порту Яффы в грузе бочек с цементом была обнаружена крупная контрабандная партия оружия — 800 винтовок и 400 тысяч патронов. Груз цемента предназначался еврейскому бизнесмену, и среди арабского населения распространились слухи о том, что это оружие предназначено для войны с арабами. Этот инцидент вызвал массовое возмущение среди арабского населения.

В ноябре того же года в перестрелке с британцами был убит шейх Изз ад-Дина аль-Кассам, лидер арабской подпольной группировки, совершавшей вооруженные нападения на евреев и англичан. Еще в конце 20-х годов в Хайфе аль-Кассам создал подпольную военизированную группу «Черная рука», вербуя и проводя военную подготовку среди арабских крестьян с целью создания подпольных ячеек. Целью своей организации он видел борьбу с британским мандатом и еврейским ишувом. В группировку входили в основном бедные и необразованные крестьяне, часть которых лишилась работы или земли из-за еврейской иммиграции. Целью её атак стали евреи, их поселения и имущество, а также британские объекты в северной Палестине. С 1930 по 1935 гг. в различных террористических нападениях ею были убиты не менее 8 евреев.

6 ноября 1935 года боевиками «Чёрной руки» был убит полицейский в районе Гильбоа. Это убийство вызвало крупномасштабную операцию по розыску убийц, и 20 ноября аль-Кассам был окружён британской полицией и убит вместе с ещё тремя членами группы. Похороны аль-Кассама вылились в широкомасштабную демонстрацию.

В 1936 году Аль-Хусейни, муфтий Иерусалима встречался со швейцарским банкиром Франсуа Жену, позже ставшим известным как финансист нацистской Германии на Ближнем Востоке. Некоторые историки предполагают, что нацисты оказывали финансовую помощь аль-Хуссейни во время Арабского восстания.

В апреле 1936 года Верховный арабский комитет (ВАК) призвал к всеобщей забастовке, которая длилась 6 месяцев, и гражданскому неповиновению. Ее целями были объявлены прекращение еврейской иммиграции, запрет продажи земли евреям и создание национального правительства.

Параллельно развернулось вооруженное арабское сопротивление – нападения на еврейские поселения, британские патрули, транспортные коммуникации (подрыв железных дорог, минирование шоссейных дорог).

Ишув ответил созданием еврейских вспомогательных полицейских сил в рамках британской администрации и усилением Хаганы. Начались ответные акции возмездия против арабов.

Британцы ввели чрезвычайное положение, направили значительные военные силы (до 20 000 солдат к концу восстания). Применялись такие коллективные методы наказания как снос домов, массовые аресты, усилилась цензура.

Под давлением забастовки и волны насилия Лондон направил в Палестину Королевскую комиссию во главе с лордом Пилем. ВАК согласился на временное прекращение забастовки и перемирие в ожидании ее выводов.

В июле 1937 года комиссия опубликовала отчет, впервые официально рекомендовавший раздел Палестины на еврейское государство (меньшая часть прибрежной равнины и Галилеи), арабское государство (объединенное с Трансиорданией) и британский анклав (Иерусалим с коридором до Яффо). Сионистское руководство в целом согласилось взять принцип раздела как основу для переговоров. Арабы же категорически отвергли саму идею создания еврейского государства на любой части Палестины.

Неприятие отчета Пиля и убийство британского комиссара Галилеи арабскими боевиками (сентябрь 1937) спровоцировали новую, еще более жестокую волну восстания. Британцы запретили ВАК, арестовали или изгнали многих его лидеров (включая аль-Хусейни, бежавшего в Ливан).

Восстание приобрело откровенно вооруженный характер, но стало более фрагментированным. Лидерство перешло к местным командирам, часто связанным с клановыми структурами. Появились признаки социальной революции: участились нападения на традиционную арабскую элиту (особенно пострадал клан Нашашиби, склонный к сотрудничеству с британцами), воспринимаемую как предателей и компрадоров.

Британцы проявили крайнюю жестокость при подавлении восстания: проводились крупные военные операции, воздушные бомбардировки арабских деревень, была расширена сеть полицейских фортов, применялись массовые аресты и казни. Был сформирован специальный отряд "Ночные патрули" под командованием сионистски настроенного офицера Чарльза Орда Уингейта, проводивший рейды против арабских боевиков.

Обострился конфликт и внутри арабского общества. Противостояние между сторонниками аль-Хусейни  и Нашашиби часто выливалось в насилие и убийства.

Еврейские вооруженные организации (особенно Иргун Цваи Леуми) перешли к активным ответным операциям против арабского гражданского населения.

К середине 1939 года, благодаря огромному военному превосходству, включая использование ВВС и артиллерии, тактике «разделяй и властвуй» и внутренним распрям среди арабов, британцам удалось подавить основные очаги вооруженного сопротивления. Этому способствовала и усталость арабского населения от разрухи, потерь (по разным оценкам, от 3 000 до 5 000 арабов было убито, около 15 000 ранено, тысячи арестованы или изгнаны) и экономического коллапса.

В мае 1939 года, в условиях обострения обстановки в Европе, британское правительство опубликовало Белую книгу Макдональда, основными положениями которой стали:

- ограничение еврейской иммиграции до 75 000 человек на ближайшие 5 лет, после чего иммиграция должна прекратиться.

- ограничение продажи земли евреям в большей части Палестины.

- создание в течение 10 лет единого палестинского государства с арабским большинством.

Белая книга была решительно отвергнута сионистами как предательство Декларации Бальфура и мандата. Арабы, хотя и не удовлетворенные полностью, в целом восприняли ее как победу, так как она открывала путь к арабскому доминированию. Насилие пошло на спад, хотя отдельные инциденты продолжались.

Восстание нанесло катастрофический урон арабскому населению Палестины. Помимо человеческих потерь, оно нанесло урон экономике, социальная была структура подорвана, политическое руководство разгромлено или дискредитировано сотрудничеством с британцами. Несмотря на героизацию в национальной памяти, восстание ослабило палестинцев накануне решающей борьбы 1940-х годов.

Для евреев восстание стало подтверждением глубины арабского неприятия сионизма. Оно укрепило убежденность в необходимости собственной военной силы и в невозможности мирного сосуществования в рамках единого государства. Идея раздела, ранее маргинальная, стала восприниматься как единственно реалистичный вариант.

Белая книга 1939 года стала попыткой радикально изменить политику в пользу арабов. Однако она не смогла примирить арабов, недовольных отсрочками, и оттолкнула сионистов, сделав их активными противниками мандата. В условиях надвигающейся мировой войны, Британия потеряла возможность эффективно управлять Палестиной.

Знаю, тут не любят когда кидают ссылку на свой телеграм, но тем не менее кину) https://t.me/bald_man_stories
Буду рад новым подписчикам, пишу про историю и про свою работу в школе.

Одновременно с этим, в разгар войны британское правительство в лице министра иностранных дел Артура Бальфура заявило о своей поддержке «создания в Палестине национального очага для еврейского народа». Это обещание, данное без консультаций с арабским населением региона, содержало важную оговорку о том, что «ничто не должно быть сделано, что может нанести ущерб гражданским и религиозным правам существующих нееврейских общин в Палестине».

С другой стороны, британский верховный комиссар в Египте Генри Макмагон в обмен на арабское восстание против турок обещал шерифу Мекки Хусейну ибн Али независимость арабских земель, включая Палестину. Арабы восприняли это как гарантию независимого арабского государства на всей территории Великой Сирии (Биляд аш-Шам).

После окончания войны на прошедшей в Сан-Ремо конференции (1920 год) был закреплен раздел Османской империи. Великобритания получила мандат Лиги Наций на управление Палестиной (включая территории современного Израиля, Палестинской автономии и Иордании) и Месопотамией (Ирак). Франция получила мандат на Сирию и Ливан.

Уникальность британского мандата на Палестину заключалась в том, что его текст напрямую инкорпорировал Декларацию Бальфура. На Великобританию возлагалась обязанность «создать в стране такие политические, административные и экономические условия, которые обеспечат установление еврейского национального очага» и «поощрять... еврейскую иммиграцию». При этом Статья 6 требовала «обеспечения прав и положения прочих частей населения» (арабов). Это создало неразрешимое противоречие в самом основании управления страной: обязательства перед сионистами и перед арабским большинством (составлявшим около 90% населения в 1918 г.) были взаимоисключающими в рамках единого государства.

В 1921 году британцы выделили территорию к востоку от реки Иордан в эмират Трансиордания (будущее Королевство Иордания) под управлением эмира Абдаллы. Декларация Бальфура и положения о «еврейском национальном очаге» более не применялись на этой территории. Это решение было воспринято сионистами как урезание обещанных территорий, а арабами Палестины – как попытку изолировать проблему.

Арабское население Палестины, которое ожидало независимости, было шокировано и возмущено притоком еврейских иммигрантов и британской политикой, откровенно благоприятствующей сионизму. В 1919-1920 гг. возникают первые арабские политические организации, проводятся конгрессы (Первый Палестинский конгресс, 1919), выражающие требование независимости и категорическое неприятие сионистского проекта и мандата. Лидерами становятся такие фигуры, как Хадж Амин аль-Хусейни (в 1921 г. назначенный британцами муфтием Иерусалима, но ставший впоследствии ключевым лидером национального движения) и кланы Нашашиби и Халиди.

Сионистское движение, получившее мощный импульс после Декларации Бальфура и мандата, активизирует усилия по «созданию фактов на земле». Увеличивается алия (еврейская иммиграция) – в основном из Восточной Европы. Создаются новые сельскохозяйственные поселения (кибуцы, мошавы), развивается городское строительство (особенно Тель-Авив), формируются профсоюзы (Гистадрут) и военизированные организации (Хагана, основана в 1920 после погромов). Сионисты создают квази-государственные структуры внутри мандатной Палестины, видя в этом путь к будущей государственности.

Арабские крестьяне (феллахи) видели угрозу в покупке земель сионистскими фондами (хотя часть продавцами выступали арабские землевладельцы-абсентисты, жившие в городах или за границей), приводящей к смене арендаторов и потере средств к существованию. Еврейские иммигранты воспринимали арабское сопротивление как иррациональную враждебность, угрозу своему выживанию и реализации исторической мечты. Британская администрация часто колебалась, пытаясь балансировать между двумя общинами, что только усиливало недоверие с обеих сторон.

Первые массовые вспышки насилия произошли уже в апреле 1920 года в Иерусалиме, спровоцированные националистической агитацией и страхами перед сионизмом. Среди погибших были и евреи и арабы. Еще более кровавые столкновения разразились в мае 1921 года в Яффо и распространились на другие районы. Причиной послужили споры во время первомайской демонстрации, переросшие в нападения арабов на еврейские кварталы и ответные действия. Погибли десятки евреев и арабов. Эти события стали шоком для обеих общин и британцев, показав всю глубину проблемы.

Напряженность вокруг святых мест Иерусалима стала детонатором самого масштабного акта насилия за десятилетие. Споры о статус-кво у Западной стены (Стены Плача, священной для иудеев, но являющейся частью комплекса мечетей) обострились в 1928 году из-за установки сионистами ширмы для разделения мужчин и женщин во время молитвы. Арабская сторона восприняла это как посягательство на мусульманские святыни.

В августе 1929 года ложные слухи о нападении евреев на мечеть Аль-Акса спровоцировали массовые беспорядки. Толпы арабов атаковали еврейские кварталы в Иерусалиме, Хевроне (где произошла особенно жестокая резня, уничтожившая древнюю общину), Цфате и других городах. Еврейские отряды (Хагана и отколовшаяся от нее более правая Иргун) пытались обороняться, иногда проводя контратаки. Жертвами стали сотни человек (133 еврея и 116 арабов убиты, сотни ранены с обеих сторон).

После массовых беспорядков 1920-1921 гг. были созданы правительственные комиссии для расследования их причин. Они пришли к выводам, о том, что арабами двигали, прежде всего, страхи перед установлением политического и экономического господства евреев в регионе. В связи с этим комиссии рекомендовали четко определить права арабов и ограничить иммиграцию, но британское правительство не решилось на радикальные шаги против сионистского проекта.

В 1921 году с визитом в Палестину прибыл министр по делам колоний Уинстон Черчилль. Арабы потребовали от него отмены британским правительством Декларации Бальфура и полного запрета на репатриацию евреев. В ответ на это в 1922 году в Лондоне увидела свет первая из шести так называемых Белых книг, выпущенных британскими правительствами и касающихся подмандатной Палестины. Английское правительство подтвердило Декларацию Бальфура и решение о создании в Палестине еврейского государства. Вместе с тем в книге подчёркивалось, что палестинские арабы имеют полное право на проживание в Палестине и их права не будут ущемлены. Еврейская репатриация в Эрец-Исраэль будет ограничена по экономическим соображениям, а на восточной её части образовано арабское государство Трансиордания. Тем самым британское правительство поставило точку в идее создания Великого Израиля с одной стороны и Великой Сирии с другой. Обе стороны, и арабы, и сионисты оказались этим документом недовольны.

После беспорядков 1929 года и на основании последующих за ними выводов комиссий, британское правительство предоставило на утверждение парламента документ, касающийся насущных проблем в подмандатной Палестине. Документ получил название Белая книга Пассфилда, по имени министра по делам колоний. Белая книга пересматривала политику британского мандата и ставила под сомнение основополагающие принципы Декларации Бальфура. В документе Пассфилда строго ограничивалась репатриация евреев в Эрец-Исраэль и продажа им земли. Также предлагалось создание Законодательного собрания Палестины, на основе прямых выборов, что давало несомненное преимущество наиболее многочисленной арабской части населения Палестины.

Текст документа вызвал бурю протеста со стороны руководителей Сионистского движения. Некоторые члены британского парламента, в том числе бывший Верховный комиссар Палестины Герберт Самуэль и бывший премьер-министр Ллойд Джордж выступили с резкой критикой документа. Лига Наций, к которой обратились руководители Сионистской организации, указала на несоответствие документа принципам мандата, полученного британским правительством на управление Палестиной. Всё это привело к отмене Белой книги Пассфилда, а премьер-министр Рамси Макдональд направил руководителями сионистов официальную телеграмму (1931 год), в которой подчёркивалась решимость британского правительства не отходить от принципов мандата.

Таким образом, к концу 1920-х годов четко вырисовывались основные контуры арабо-израильского (тогда еще арабо-сионистского) конфликта: британская политика в регионе оказалась нежизнеспособной, палестинский арабский национализм, требовавший независимости, и сионизм, стремившийся к созданию «национального очага» как основы государства, вступили в непримиримое противостояние, а иммиграция, скупка земель и контроль над святыми местами в Иерусалиме стали постоянными источниками напряженности.

Ни одна из сторон не доверяла британцам. Арабы видели в них проводников сионизма, сионисты – в лучшем случае ненадежных союзников, готовых к отступлению при малейшем давлении.

Таким образом, 1920-е годы не просто предшествовали арабо-израильскому конфликту, они стали периодом его непосредственного генезиса. Решения, принятые великими державами в ходе и сразу после Первой мировой войны, структура мандата, динамика национального пробуждения двух народов на одной земле и первые кровавые столкновения создали ту самую «ловушку», из которой не удалось выбраться на протяжении последующего столетия. К 1929 году конфликт перешел в качественно новую, более острую и устойчивую фазу, предвосхитившую дальнейшие трагические события ХХ века.

Знаю, тут не любят когда кидают ссылку на свой телеграм, но тем не менее https://t.me/bald_man_stories
Буду рад новым подписчикам, пишу про историю и про свою работу в школе.

Размышляя об этом, я заметил интересный пример цементирования государства - через победу в войне. Но не такую, когда армия реально громит врага и приходит домой со щитом, а, что называется, фиктивную - когда никакой победы нет, однако признание этого факта слишком опасно и болезненно, поэтому власти лепят события по-своему, укрепляя идеологию, а народ, опасаясь краха своего пусть не всегда приятного, но привычного уклада, соглашается с элитой и отрицает объективные вещи вслед за ней.

В новейшей истории можно отыскать два великолепных примера таких "триумфов". Их я опишу ниже.

Освобождение не по сценарию

Наверное, Адольф Алоизыч, до самого апреля 1945 года рассчитывавший на спасительную для Третьего Рейха ссору СССР и Союзников, вырвал бы себе усы наживую, узнав, что его держава была единственной причиной, по которой Москва и Вашингтон разливались эпитетами в сторону друг друга. Не успел остыть труп тысяче(12-ти)летней немецкой империи, как вчерашние друзья приступили к взаимным обвинениям во всём плохом, что только есть на свете.

А от обвинений перешли к делам. Например, к навязыванию своей воли землям, занятым в борьбе со странами Оси. Хотя номинально судьба народов Европы и Азии, затронутых войной, должна была решаться справедливо и демократически, в действительности они разделились на два лагеря в зависимости от того, чьи солдаты стояли на их территории. В том числе, это касалось Корейского полуострова. Этническая гомогенность района нисколько не останавливала противоборствующие стороны. Таким образом, с лёгкой руки чужеземных военных Корея была поделена на две части.

Опять же, вроде как это было временно, ведь разве можно разлучить целый народ? Вопрос отложили, но фактически просто тянули время, ведь никто (кроме самих корейцев) не хотел объединения на условиях оппонента. Вместо таких глупостей СССР и США просто помогали лояльным к ним коренным элементам получить полноту власти. В руках американцев оказался псевдолиберальный политик Ли Сын Ман, который в 1919-1925 годах занимал должность главы корейского правительства в изгнании (пока страна была под японской оккупацией).

Случилось сие 15 августа 1948 года. Организованная под руководством бывалого националиста Республика Корея позиционировала себя наследницей старого Временного правительства, Корейской империи (1897-1910) и царства Чосон (1392-1897).

Но советские тоже сложа руки не сидели и подготовили ответ буржуинам - они выдвинули в лидеры героя партизанской войны против Токио - Ким Ир Сена, из которого Иосиф Виссарионыч слепил свою маленькую копию, что не редкость для того периода. Он провозгласил Корейскую Народно-демократическую республику 9 сентября 1948-го.

Обе стороны полагали, что люди под юрисдикцией иного правительства - свои захваченные граждане, а потому оба руководителя могли начать войну, которую их сверхдержавные боссы так или иначе поддержат. Тем более, что и "либерал" Ли Сын Ман, и "народный лидер" Ким Ир Сен установили единоличные диктатуры с большим уклоном на угрозу от "нелегитимного" соседа.

Однако, так уж вышло, что на равнинах юга не появилось никакой промышленности (только рис там растили), а вот в северных горах ещё японцы построили некоторую индустрию, тяжёлую в том числе. Вкупе с советской помощью это сделало молодого вождя Пхеньяна гораздо увереннее своего пожилого коллеги. Поэтому именно Ким в июне 1950 года приступил к освободительному, по его мнению, походу на Сеул.

Вероятно, никто на севере не ожидал, что эта операция обернётся кровавой войной на целых три года. Вот её ход:

В итоге всего банкета было заключено летнее перемирие 1953 года, которое действует до сих пор. А Республика Корея и КНДР так и не признали друг друга.

Уж не знаю, нашлись ли романтики, которые увидели в этом конфликте, унесшем 2 миллиона жизней (во многом, правда, китайских и американских) плевок в душу тех, кто погиб ради мира в борьбе против германо-японского блока. В любом случае, Корейская война показала - веселье продолжится, ибо человечество порочно.

Это была очень циничная мясорубка, в которой Корейский полуостров был по сути своей ареной для игрищ великих держав. Сами корейцы быстро ушли на второй план. Но это не может отменить ужасных разрушений, которые она принесла Корее. В частности, на один только Пхеньян заокеанские войска сбросили 200 тысяч бомб, стерев большую часть города с лица земли. КНДР потеряла около миллиона человек из солдат и мирного населения (при общем в 10 млн). Практически не осталось ни граждан, ни сколь-нибудь серьёзных поселений, которых война бы не травмировала.

Последствия похода оказались ужасными, что, по логике вещей, могло бы пошатнуть формирующийся трон Ким Ир Сена. Однако всё вышло с точностью до наоборот - власть главы Трудовой партии стала абсолютной как раз после резни и отчасти благодаря ей. Хотя без внешней помощи власть ученика Сталина и Мао точно пала бы уже в конце 1950 - начале 1951 годов, он провозгласил себя тем, кто выиграл Отечественную освободительную войну (так она и ныне официально именуется в северокорейских историографии и пропаганде). В шестидесятые в честь неё построили пафосный музей.

С виду - крайне нелогичное решение, но на самом деле оно было полезнейшим ходом для элит и широких масс. Ведь подумайте - американцы с их южными прихвостнями действительно оккупировали территории Северной Кореи и разрушали их, а потом их выгнали (с несущественной помощью Москвы и Пекина). То есть - самое что ни на есть освобождение (как и движение к Цусимскому проливу, само собой, юг-то захвачен, не забывайте).

А Ким Ир Сен мало того что прогнал интервентов, так ещё и после усиленно развивал страну (СССР и Китай, разумеется, чуть помогали, но что было бы без твёрдой руки лидера?).

То есть, несмотря на очевидный провал цели войны, в КНДР её сочли победоносной. А всё просто - через это можно идеологически сгладить углы и дать властям очки легитимности, а простым людям - ощущение контроля и безопасности. После японской оккупации корейцы с радостью приняли такого руководителя, как Ким Ир Сен, который ассоциировался с сильным национальным правлением и развитием, на контрасте с десятилетиями эксплуатации и расизма от островных соседей. Вера в светлую народную республику была важнее действительного положения дел.

На юге схожая ситуация - победа и освобождение от коммунистов. В 1994 году также построили мощный мемориал прямо в центре Сеула:

Не вспоминай подвиги предков всуе

Но великому Киму повезло - он успешно и долго правил, а затем посмертно передал власть тщательно подготовленному к такой ответственной миссии родному сыну. Аналогичной позитивной судьбы не было уготовано другому главе нации - Саддаму Хуссейну.

Меньше четверти века он был главным в Багдаде, но при этом провёл свои лучшие лета очень весело. Хуссейну досталась крайне богатая земля - в Месопотамии, как оказалось, много не только плодородной почвы, но и нефти с газом. Можно было попробовать пойти по пути аравийских соседей и через разумное пользование углеводородами поднять уровень жизни (не на уровне Эмиратов, конечно, людей в Ираке живёт куда больше, но всё же).

Но данный путь - для слабаков. Так, наверное, и подумал Саддам Хуссейн, потому что ему не хватало собственно иракских запасов и он решил, что нужно больше, вот тогда и заживём. Едва он пришёл к власти, как начал вторжение в Иран. А всё оттого, что в иранской провинции Хузестан, смежной с Месопотамией и Аравийским полуостровом, есть огромные запасы нефти.

А поводов ведь много - и национализм (в Хузестане много арабов, а Хуссейн был арабским националистом), и свержение шаха в Тегеране исламскими клерикалами накануне (а режим Хуссейна был в целом светским), и, наконец, поддержка от СССР и США, которым было выгодно ослабление обновлённого Ирана. Воюй - не хочу. Вот он и начал. После нескольких пограничных стычек иракская армия начала полноценное вторжение в полдень 22 сентября 1980 года.

Давайте вновь глянем обобщённую карту боевых действий:

Тёмно-синие - курдские повстанцы, боровшиеся с иракским центром годами до того

Гористая и полупустынная местность, накачка Ирака и в меньшей степени - Ирана, внешними игроками, и упертость обоих правительств в целом и Хуссейна в частности, сделали из этой маленькой-победоносной серьёзного конкурента Корейской войне в плане числа жертв и масштаба разрушений. 1,5 миллиона убитых, среди них - сотни тысяч мирных граждан, опустошение Хузестана и южного Курдистана, гигантские экономические потери - всё это стало следствием конфликта.

В Иране война остаётся общенародным скорбным событием, о котором вспоминают каждый год - иракцы не стеснялись совершать массовые убийства невооружённых людей и применять химическое оружие.

А хуссейновский Ирак пошёл другим путём. Когда в 1988 году таки было подписано мирное соглашение, лидер и его сторонники провозгласили победу.

Согласно их версии, доблестная арабская армия устояла и не пустила иранцев вглубь страны, что, значит, признак великой стойкости и победного духа. Это легло на ксенофобскую агитацию, развёрнутую против персов и курдов. Пропаганда вспомнила о раннесредневековом вторжении исламского Халифата в Месопотамию, которая тогда контролировалась Эраншахром (царство Ариев, в научной и популярной литературе известно под условным названием "империя Сасанидов" или "Сасанидский Иран"). С тех пор началась арабизация региона, давшая современную иракскую идентичность.

По всей видимости, Саддам считал себя достойным продолжателем их дела. Он объявил курдов, которые помогали Ирану в войне, надеясь выйти из состава Ирака (из-за жестокой дискриминации арабами), предателями и врагами. В 1987 году президент велел начать операцию по подавлению сепаратистов, которая продолжалась и после заключения мира. В её ходе от 100 000 до 200 000 человек было ликвидировано через нападения военных отрядов и химические атаки, 700 000 тысяч - перемещено в концлагеря. Миллион курдов бежали в Сирию, Турцию и Иран.

Операцию назвали "Анфаль", в честь суры Корана, Аль-Анфаль (араб. الأنفال — Добыча), посвященной правилам войны и распределения военных трофеев. Фактически, она ударила не только по повстанцам, но и по рядовому курдскому населению, став для него геноцидом. В некотором роде, эти события заместили нулевой итог в попытках взять Хузестан, позволив Хуссейну считать себя победителем.

Впрочем, официальная позиция Багдада была ясна как день - мы победили, Иран с позором отступил, курды получили по заслугам. В честь триумфа в 1989 году в Багдаде открыли выдающийся памятник - Мечи Кадисии. Он связан с битвой при Кадисии 636 года. Тогда арабское войско победило персидское, захватив сасанидскую столицу Ктесифон и присоединив к Халифату будущий Ирак.

В общем, националистический угар в Ираке был конкретным, и это вопреки огромным людским потерям, отсутствию реальных успехов в войне и финансовому кризису из-за трат на все эти авантюры. Что ещё более удивительно, всего через два года после полного окончания боёв Саддам решил вновь показать удаль и напал на Кувейт, что вновь кончилось ничем, зато по южному Ираку погуляли интервенты.

И тем не менее, власть президента сохранялась ещё более десяти лет, прервавшись лишь с внешним вмешательством.

Тут опять желание прочного государства оказалось сильнее. Оно перевесило даже столь болезненные поражения и кризисы. Хуссейн продолжал считать себя победителем, и он действительно побеждал лично для себя, пока сохранял доступ к ресурсам Ирака. А пропаганда помогала ему в этом. Простое же население предпочло сохранение баасистского порядка, ведь дела могли пойти ещё хуже, так ведь? (хотя по итогу правда пошли, однако тут, в числе прочего, лепту внесли и созданные политикой Саддама проблемы).