Куплет 1:
Мы всё лето прятались в саду у дяди Вани
Ты шептал мне нежности в утреннем тумане
Ветки наклонялись, закрывая нас от мира
И листва играла с ветром, как на струнах лиры

Ягоды созрели, мы их вместе собирали
В сладостных мечтах безбрежных утопали
Платьице помялось, в волосах застряла щепка
Ты держал меня за плечи очень-очень крепко

Припев:
Отшумели летние кусты, отшумели
Помнишь, как на звёзды мы сквозь ветки смотрели
Всё, что было между нами - вечностью казалось
Только эта тайна в нашей памяти осталась

Отшумели летние кусты, облетели
Сколько же ещё друг другу мы сказать не успели
Опустел тот сад, и чувства наши опустели
Словно птицы улетели

Куплет 2:
В пламени заката я мечту свою искала
И в твоих объятьях снова место выбирала
Растворяясь в поцелуях - сердце замирало
Даже целой вечности казалось слишком мало

Мы с тобой хотели, чтобы лето не кончалось
На верёвочных качелях ближе к солнцу мчалось
Где-то под малиной наша тайна затерялась
Пуговка от платья соскочила и сломалась

Бридж:
Тише, тише, не шуми
Нежно-нежно обними
Наши недосказанные сны
Спрячем до весны

Припев:
Отшумели летние кусты, отшумели
Помнишь, как на звёзды мы сквозь ветки смотрели
Всё, что было между нами - вечностью казалось
Только эта тайна в нашей памяти осталась
Отшумели летние кусты, облетели
Сколько же ещё друг другу мы сказать не успели
Опустел тот сад, и чувства наши опустели
Словно птицы улетели

Автор текста и музыки: Клюев Сергей Сергеевич

Слушайте на Яндекс Музыке

Культурное наследие нашей Родины обладает удивительной силой: оно способно пробивать любые «железные занавесы» и растапливать лед даже в самые суровые геополитические эпохи. Недавно в сети обрела вторую жизнь поистине уникальная архивная запись 1950-х годов. Только вдумайтесь: в разгар Холодной войны, в эпоху жесточайшего противостояния США и СССР, хор курсантов американского полицейского колледжа исполняет нашу родную «Катюшу» на английском языке!

Это открытие вызывает неподдельное удивление. Как песня, ставшая одним из главных символов советского патриотизма и Великой Победы, смогла проникнуть в самое сердце американской силовой системы? Ответ прост: истинный шедевр невозможно запретить.

Глубина и монументальность: классика, от которой бегут мурашки

Американская текстовая адаптация начинается с удивительно поэтичных строк, которые с первых секунд погружают в знакомую атмосферу, но на новом языковом уровне:

«Blooming pears and apples all around her / With the morning mists beneath her feet…»

Но главное в этой записи — не просто перевод, а невероятная глубина и мощь исполнения. Американские курсанты подошли к советской классике с колоссальным уважением и академической строгостью. Это классическая, фундаментальная хоровая школа. Мужское многоголосие звучит настолько стройно, плотно и торжественно, что эта запись идеально подошла бы для лучших филармонических залов мира под аккомпанемент большого живого оркестра.

В их голосах чувствуется подлинный драматизм и масштаб военной песни. Даже через шумы старой магнитной ленты передается монолитная сила оригинала. Особо примечательно, как сильно и уважительно звучит финальный аккорд о защите родного дома:

«Let him think of her, a simple maiden / Let him hear the song she sings today / Let him guard the land of Homeland / As Katyusha guards their love always.»

Новодел против искусства: почему современные каверы проигрывают

Чтобы понять всю ценность архивной записи 50-х годов, достаточно сравнить её с современными западными попытками перепеть «Катюшу». Например, в 2013 году американская группа Abney Park выпустила свою версию перевода. Да, их текст формально ближе к оригиналу Исаковского, но с музыкальной точки зрения это полное фиаско.

Вместо величия и оркестрового дыхания слушателю предлагают плоский, пластмассовый звук дешевых синтезаторов и бездушную драм-машину. Вся монументальность, вся глубинная русская тоска и победный дух «Катюши» в таком исполнении превращаются в легковесную электронную поделку. Современный коммерческий новодел оказался совершенно не способен передать ту исполинскую силу звучания, которую закладывали в песню её создатели и которую так бережно смогли воспроизвести американские хористы середины прошлого века.

Сила русской песни

Удивительный артефакт из 1950-х годов доказывает: русская музыкальная культура интернациональна и монументальна. Когда за дело берутся профессионалы, даже на другом конце земного шара наша «Катюша» звучит гордо, грозно и бесконечно красиво.

Текст на английском языке:

Blooming pears and apples all around her
With the morning mists beneath her feet
Walked Katyusha slowly by the river
On the rocky riverbank so steep.

As she walked she sang a song of gladness
Of her love, the eagle of the plain
Of the one who held her heart in keeping
Of the one whose letters came in vain.

Oh, you song of love and youth and beauty
Fly away with morning's rising sun
Fly away to land of far off borders
To the soldier boy, the chosen one.

Let him think of her, a simple maiden
Let him hear the song she sings today
Let him guard the land of Homland
As Katyusha guards their love always.

Музыка стала для Оззи отдушиной и страстью. Вдохновлённый The Beatles и другими британскими группами, он мечтал стать рок-звездой. Эта мечта начала воплощаться в жизнь, когда он разместил объявление в местном музыкальном магазине: «Оззи Зиг ищет работу, у него есть собственный звукорежиссёр». Это простое объявление запустило череду событий, которые навсегда изменили мир музыки.

Рождение Black Sabbath

В 1968 году Оззи объединился с гитаристом Тони Айомми, басистом Гизером Батлером и барабанщиком Биллом Уордом, чтобы создать блюз-рок-группу, которая сначала называлась Polka Tulk Blues Band, но вскоре была переименована в Earth. Четверо парней из рабочего класса в Астоне разделяли любовь к тяжёлому блюз-року и желание создать что-то отличное от музыки в стиле «цветок силы», которая доминировала в ту эпоху.

Группа сменила название с Earth на Black Sabbath после того, как Батлер заметил, что люди выстраиваются в очередь, чтобы посмотреть одноимённый фильм ужасов. Заинтригованная интересом публики к мрачным темам, группа сменила название на Black Sabbath и начала создавать музыку, соответствующую этой мрачной идентичности. Их звучание стало ещё более характерным, когда Айомми, потерявший кончики двух пальцев в результате несчастного случая на производстве, расстроил свою гитару, чтобы на ней было легче играть, и случайно создал тяжёлый звук, который стал отличительной чертой метал-музыки.

В пятницу, 13 февраля 1970 года, группа Black Sabbath выпустила одноимённый дебютный альбом. Вступительная композиция, также названная «Black Sabbath», начиналась со звуков дождя и колокольного звона, а затем переходила в тритоновый рифф, который впоследствии стал известен как «дьявольский интервал». С первых зловещих нот стало ясно, что Black Sabbath предлагают миру музыки нечто совершенно новое. Так родился хэви-метал.

Путь к славе и определение эпохи

Группа Black Sabbath стремительно набирала популярность. После своего дебюта группа быстро выпустила альбом Paranoid (1970), в который вошли некоторые из их самых популярных песен, в том числе Iron Man, War Pigs и заглавная песня. Эти песни с тяжёлыми риффами, апокалиптическими текстами и характерным завывающим вокалом Оззи нашли отклик у поколения, разочарованного войной во Вьетнаме и несбывшимися надеждами 1960-х.

Группа продолжила выпускать альбомы: Master of Reality (1971), Vol. 4 (1972), Sabbath Bloody Sabbath (1973) и Sabotage (1975). Каждый альбом расширял их музыкальную палитру, сохраняя при этом тяжесть, которая стала их визитной карточкой. Голос Оззи стал одним из самых узнаваемых в рок-музыке, а его проникновенная манера исполнения идеально дополняла мрачные звуковые ландшафты группы.

Но с успехом пришли и излишества. Растущая популярность группы открыла перед ней неограниченный доступ к наркотикам и алкоголю, и Оззи с особым энтузиазмом предался этим порокам. Злоупотребление психоактивными веществами начало сказываться на его надёжности и работоспособности, что привело к напряжённости в группе. К концу 1970-х годов Black Sabbath с трудом поддерживали свой творческий импульс, а поведение Оззи становилось всё более непредсказуемым.

Переломный момент наступил во время напряжённых сессий записи альбома Never Say Die! 1978 года. Оззи ненадолго покинул группу, но затем вернулся, однако химия между участниками была безвозвратно нарушена. В 1979 году остальные участники Black Sabbath приняли непростое решение уволить своего фронтмена. Это стало сокрушительным ударом для Оззи, который впал в депрессию, усугубляемую ещё более тяжёлым злоупотреблением психоактивными веществами.

Сольная карьера и переосмысление

То, что могло стать концом музыкального пути Оззи, вместо этого стало новым началом. Дон Арден, музыкальный менеджер, заинтересовался бывшим фронтменом и поручил своей дочери Шэрон Арден следить за карьерой Оззи. Эти профессиональные отношения переросли в романтические, и Шэрон стала не только женой Оззи, но и архитектором его сольного успеха.

Шэрон помогла Оззи собрать новую группу, пригласив гитариста Рэнди Роудса, басиста Боба Дейсли и барабанщика Ли Керслейка. Роудс, гитарист с классическим образованием и характерным стилем игры, оказался идеальной музыкальной парой для Оззи. В результате их сотрудничества в 1980 году вышел альбом Blizzard of Ozz, в который вошёл хит «Crazy Train» и который закрепил за Оззи статус успешного сольного исполнителя.

Следующий альбом, Diary of a Madman (1981), ещё больше укрепил сольную карьеру Оззи. Однако в марте 1982 года произошла трагедия: Рэнди Роудс погиб в авиакатастрофе во время гастролей. Эта потеря опустошила Оззи, и он даже подумывал бросить музыку. Но благодаря поддержке Шэрон он не сдался и работал с разными талантливыми гитаристами, включая Джейка И. Ли и Закка Уайлда.

На протяжении 1980-х и начала 1990-х Оззи выпустил несколько успешных альбомов, в том числе Bark at the Moon (1983), The Ultimate Sin (1986), No Rest for the Wicked (1988) и No More Tears (1991). В его сольных работах, несмотря на сохранение элементов тяжёлого рока, характерных для Black Sabbath, появилось больше элементов коммерческого хард-рока, что помогло ему привлечь ещё более широкую аудиторию.

По мере того как сольная карьера Оззи набирала обороты, росла и его репутация человека с эпатажным поведением. Несколько печально известных инцидентов закрепили за ним образ «Князя тьмы». В 1982 году он откусил голову летучей мыши во время концерта в Де-Мойне, штат Айова, ошибочно приняв её за резиновую куклу, брошенную на сцену. Ранее, в 1981 году, он откусил голову голубю во время встречи с представителями звукозаписывающей компании. Эти шокирующие поступки в сочетании с его пристрастием к наркотикам и невнятной речью создали публичный образ, который одновременно привлекал и пугал широкую общественность.

В музыке и образах Оззи часто присутствовали оккультные и хоррор-мотивы, что ещё больше укрепляло его противоречивую репутацию. Это привело к тому, что он стал мишенью для религиозных групп и обеспокоенных родителей, которые считали, что он оказывает пагубное влияние на молодёжь. Центр ресурсов для родителей в сфере музыки (Parents Music Resource Center, PMRC) часто ссылался на музыку Оззи в своей кампании за предупреждающие надписи на альбомах.

Несмотря на эти разногласия — или, возможно, благодаря им — популярность Оззи продолжала расти. Его концерты стали легендарными, а его тур Ozzfest, посвящённый Хэллоуину, который начался в 1996 году, превратился в один из самых успешных гастрольных фестивалей в истории музыки, предоставив площадку для бесчисленного множества метал- и хард-рок-групп.

Массовый кроссовер и культурная икона

В 2002 году в жизни Оззи произошёл неожиданный поворот, когда его семья стала героями реалити-шоу MTV «Семейка Осборнов». Шоу, в котором без прикрас рассказывалось о семейной жизни Оззи с Шэрон и их детьми Келли и Джеком, сразу же стало хитом. Зрителей очаровывал контраст между устрашающим публичным образом Оззи и его неуклюжим, бормочущим домашним образом. Шоу очеловечивало Князя Тьмы, показывая его любящим, хоть и несколько растерянным семьянином, который сталкивается с обычными трудностями повседневной жизни.

Осборны сделали Оззи культовой фигурой, познакомив его с аудиторией, которая никогда не слушала его музыку. Он появился на ужине для корреспондентов в Белом доме, его восковая фигура была установлена в музее мадам Тюссо, а на Голливудской «Аллее славы» ему была посвящена звезда. Вокалист, которого когда-то боялись, невероятным образом превратился в любимого персонажа поп-культуры.

На протяжении всего этого периода славы Оззи продолжал заниматься музыкой. Он несколько раз воссоединялся с Black Sabbath для живых выступлений и выпустил сольные альбомы, в том числе Down to Earth (2001), Under Cover (2005) и Black Rain (2007). В 2013 году он воссоединился с Black Sabbath для записи альбома 13, который стал их первым студийным альбомом с Оззи с 1978 года. Альбом имел успех у критиков и коммерческий успех, возглавив мировые чарты и принеся группе первую премию «Грэмми» в номинации «Лучшее метал-исполнение».

Последние годы жизни и проблемы со здоровьем

В последние годы жизни Оззи начал испытывать проблемы со здоровьем. Десятилетия злоупотребления психоактивными веществами сказались на его физическом состоянии, и он столкнулся с многочисленными медицинскими проблемами. В 2003 году у него диагностировали синдром Паркинсона — генетическое заболевание с симптомами, схожими с болезнью Паркинсона. Он также страдал от тремора и других неврологических симптомов, которые влияли на его подвижность и речь.

В 2019 году Оззи получил серьёзную травму, упав у себя дома и вывихнув металлические стержни, которые были вставлены ему в позвоночник после аварии на квадроцикле в 2003 году. Травма потребовала хирургического вмешательства и длительного периода восстановления. В январе 2020 года он публично заявил, что у него диагностировали болезнь Паркинсона, объяснив, что он борется с этим заболеванием с 2003 года, но держал это в секрете.

Несмотря на проблемы со здоровьем, творческий дух Оззи не угас. В 2020 году он выпустил Ordinary Man, свой первый за десять лет сольный альбом, в котором принял участие Элтон Джон, Post Malone и другие. Альбом был хорошо принят как критиками, так и поклонниками, продемонстрировав, что даже в свои 70 Оззи остаётся важной музыкальной силой.

В 2022 году, несмотря на ухудшающееся здоровье, Оззи выпустил ещё один альбом, Patient Number 9, в записи которого приняли участие такие приглашённые музыканты, как Джефф Бек, Эрик Клэптон и его бывший коллега по Black Sabbath Тони Айомми. Альбом продемонстрировал неизменную вокальную силу Оззи и его непреходящую значимость в мире рока и метала.

Последнее выступление и прощание

С приближением 2025 года начали распространяться слухи о возможном воссоединении Black Sabbath. Несмотря на проблемы со здоровьем, Оззи выразил желание в последний раз выступить со своими бывшими коллегами по группе в их родном городе Бирмингеме. 5 июля 2025 года это желание сбылось: оригинальный состав Black Sabbath — Оззи, Тони Айомми, Гизер Батлер и Билл Уорд — воссоединился для концерта «Back to the Beginning» в Вилла-парке в Бирмингеме.

Концерт стал грандиозным событием, собравшим 42 000 фанатов со всего мира. Это было первое совместное выступление оригинального состава с 2005 года. Значение возвращения группы на родину для этого финального выступления не ускользнуло ни от кого, и в первую очередь от самих участников группы.

Помимо выступления с Black Sabbath, Оззи также отыграл сольный сет, исполнив песни из разных периодов своей карьеры. На концерте выступили с данью уважения другие легендарные группы, в том числе Metallica, Guns N’ Roses, Slayer и Pantera, которые признали огромное влияние Black Sabbath на их собственную музыку.

Никто не мог предположить, что это триумфальное возвращение домой станет последним выступлением Оззи. Всего через несколько недель, 22 июля 2025 года, семья Осборнов объявила, что Оззи скончался в окружении своих близких.

Память и наследие

Новость о смерти Оззи потрясла музыкальный мир и не только. Black Sabbath ответили коротким, но трогательным постом в социальных сетях, в котором была опубликована фотография Оззи с концерта «Back to the Beginning» с подписью: «Оззи навсегда».

«Я просто не могу в это поверить! Мой дорогой друг Оззи скончался всего через несколько недель после нашего выступления в Вилла-Парке. Это такая душераздирающая новость, что я не могу подобрать слов. Таких, как он, больше не будет. Гизер, Билл и я потеряли нашего брата. Я мысленно обращаюсь к Шэрон и всей семье Осборнов. Покойся с миром, Оз.»

https://vk.ru/judgementcall

Все желающие могут прослушать песню прямо здесь. Жанр: металл, симфоник, рок-опера:

А теперь - к иллюстрациям!

К сожалению, ИИ не смогла в Огненного духа Игну вообще и никак. Только его "жалкий корешок" - да и тот не совсем такой, каким должен быть.

Так что покажу вам альфаров и пещеру, где был найден погибающий дух Игна:

Хм. Если хотите, можете заглянуть в пещеру к Вальтис и ее спутникам. А я прощаюсь с вами. Спасибо за внимание и до встречи! =)

— Тупик, – прокомментировал Балгур, присел на ступень и задумчиво уставился на целый лес из харскал. Бесценная сокровищница, если подумать, только думать им нужно о другом.

— Возможно, в другой стороне, – предположил Каркад, стоя рядом с альфаром. – Мы прошли почти насквозь. С другой стороны пещеры завалы. Возможно, под ними скрывается проход.

— Либо что-то, что эти завалы устроило, – предположил Балгур. – Все может быть, Каркад. Как бы нам не пришлось возвращаться назад и искать другой ход. Мы в любой момент могли свернуть не туда. Даже в самом начале остались неизученные коридоры.

Каркад опустил взгляд на понурого альфара. За время долгого путешествия его тоже не раз посещали эти мысли, но до того он старательно гнал их прочь.

— Прежде, чем возвращаться, нужно проверить все здесь. Предлагаю привал, и выдвинемся в ту сторону, – предложил антимаг.

Так и поступили. Однако вскоре их ждало очередное разочарование. Завалы, образованные харскалами, не доходили до стен пещеры, и было отчетливо видно, что никаких коридоров здесь нет. Другими словами, это действительно был тупик.

— Нужно возвращаться, – подытожил Каркад, скрепя сердце. – Мы знали, что здесь возможны лабиринты. Значит, все это время мы шли по одному из неверных маршрутов.

— Будем надеяться, время у нас еще есть, – кивнул Балгур и поманил к себе дикого мага. Эта ни на шаг от них не отходила и все больше молчала после случившегося в той злополучной пещере. – Вальтис, пока мы возвращаемся к лестнице, пробегись по пещере, пожалуйста.

— Не думаю, что это хорошее решение, – заметил антимаг, но без желания спорить.

— Здесь очень много места. Нам все не осмотреть, а ходить взад-вперед смысла нет. Впрочем, – Балгур задумался, взгляд его поднялся по завалам из кристаллов и поваленных столбов. – Вальтис, подарок тофолов выдержит, давай наверх. Увидишь что необычное, кричи. Только будь осторожна, не свались.

Забраться на самую высокую точку горы оказалось плевым делом. Вальтис покрутилась по сторонам.

Словно сад раскинулся под ней, если чуть-чуть напрячь фантазию. Но сад необычный, имеющий строгие черты и правила. Каждый столб располагался на определенном удалении от соседей. В этой части «лес» был частично повален, зато в той стороне остался стоять нетронутым. Что тому послужило причиной? Или – кто? И если «кто», то где оно? Под завалами?..

— Мне показалось, там что-то есть, – спустившись вниз, сообщила Вальтис своим спутникам и указала направление. – Поваленные харскалы идут в ту сторону и резко обрываются. Если хотите, могу сбегать и посмотреть.

— Беги, – согласно кивнул Балгур.

Вальтис покосилась на антимага, но возражений не последовало.

— Бежим, скрипучая, – Вальтис рванула в нужную сторону.

До чертиков надоело ползать улитками по подземелью. Так что уже скоро Вальтис стояла на краю огромной черной дыры. Со стороны ее было никак не увидеть.

Дно скрыто за множеством кристаллов, что росли прямо из стен широкого хода. Вальтис не придумала ничего лучше, как скинуть вниз крохотную фигурку. Разросшийся элкалун летел вниз камнем, разбивая харскалы на множественные осколки. На дно упал, окруженный роем светящихся осколков. И прямо на нечто, что притаилось в темноте, тишине и покое.

Раздался хруст. Элкалуна поломало, как игрушечного. Вальтис попятилась назад, проклиная свое неуемное любопытство, а потом бросилась наутек. За спиной разрастался грохот.

К лестнице! К своим нельзя, эта огромная тварь их похоронит всех. Так легко уничтожить стража духа! Только бежать!

С треском разлетались за спиной харскалы. Только вот незадача – лестницы нет.

— Страж духа, – почти простонала Вальтис, забирая вдоль стены. – Опять!

«Нет.»

Голос принадлежал золотистой заразе.

— Еще не легче, – пробурчала Вальтис под нос. – И куда нам теперь?!

Этот вопрос остался без ответа. Чего еще можно ожидать от сурфуров? То болтают так, что своих мыслей не слышишь, то словно воды в рот набрали. С другой стороны, с выводами Вальтис определенно поторопилась. Лестница – вон она, спряталась за выросшим частоколом харскал.

— Падаем, – Вальтис провалилась в черную дыру и оглянулась.

Неведомая огромная тварь добежала до преграды и остановилась, позволяя себя рассмотреть. Что-то растительного вида, темно-коричневое и с подпалинами. Огромная кракозябра, словно клякса – много длинных ростков торчит во все стороны. Острые шипы виднеются. В три, а то и четыре человеческих роста каждый.

На вспыхнувший огонек в стороне тварь среагировала, когда ее стукнули в бок. Развернулась и вздыбилась, раскинув многочисленные корешки в стороны. Потом помчалась к обидчикам, разрушая неразрушенные в прошлом харскалы.

Вальтис закусила губу. Ей было совершенно нечем помочь своим спутникам. Она не боец, не воин, даже с сурфуром боли не может совладать! Только стоять в стороне и смотреть за тем, как две крохотные фигуры скачут вокруг огромной твари. Последней огонь пылающего не причинял ровным счетом никакого вреда. Магия лорда Каркада казалась просто слабой на фоне более мощного противника. Впрочем, тут с выводами Вальтис поспешила. Отголоски чар, доступные антимагу без внимания мага, толком не работали, зато голыми руками получалось отбиваться.

В пещере становилось все темнее. Харскалы разлетались драгоценными брызгами, которые гасли, едва по ним пробегала огромная тварь. Она словно бы вбирала в себя свет кристаллических осколков и пыли. Сильнее, к счастью, не становилась. Слабее тоже. Все потуги Каркада и Балгура проходили впустую.

От того, чтобы прыгнуть в черную дыру, Вальтис остановил мрачный голос страшилища.

«Могу помочь.»

И сразу же возразила золотистая:

«Уничтожите до конца. Это плохо.»

«Нехорошо. Но иначе они умрут.»

«Умрут.»

— Помоги, страшилище, – попросила Вальтис, следя за мельтешением далеких фигур.

Она понятия не имела, какое чудо им в принципе может сейчас помочь. Тварь слишком сильна для их скромной группы. То, что еще не убила, можно списать на жалкое состояние, а не на мощь противников. Вальтис видела со своего места, как подволакивает тварь собственное тело, видела рваные обрывы корней. Часть их выдрана, темнеют черные пятна.

Золотая не стала возражать больше.

Затаив дыхание, Вальтис смотрела за тем, как отскочил в сторону Каркад, который до того пользовался чарами ее сурфуров. Алый ореол вокруг своей фигуры и его озадачил. Антимаг закрутил головой по сторонам, потом так резво отпрыгнул от твари, что, кажется, сам удивился подобной прыти. Когда же в руках Каркада возникло длинное копье, сотканное из молний, яркое и трепещущее, Вальтис подумала о сурфуре боли.

— Ворчливая, это твое? – тихо спросила она.

«Не совсем. Мне еще рано.»

— Страшилище?

«Усиливает без искр.»

— Здорово, – тихо пробормотала Вальтис.

Она нечаянно коснулась рукой камня перед собой, сквозь грань которого смотрела за побоищем, и тут же отдернула в сторону. Кислинка на языке подсказала, что так лучше не делать.

Тем временем ситуация в пещере в корне поменялась. Это было тем удивительнее, потому что Балгур отпрянул в сторону. Его чары не наносили вреда твари, в то время как Каркад стал теснить врага при помощи новоприобретенных способностей. Корешки отлетали в стороны; тварь подбирала их остатки под себя. От попытки улизнуть к дыре, откуда прибежала, антимаг ее отрезал. Нет уж, не уйдет!

В какой-то момент, когда тварь уже едва двигалась и дело было почти что сделано, Вальтис поймала себя на том, что ей отчего-то жаль это существо. Разбудили и напали первыми они, тварь только защищалась. Чьи это мысли и эмоции?

— Золотая, ты?

В ответ тишина.

«Огненный дух Игна несчастен. Его нужно пожалеть.»

Голос Латарии вспомнился сам собой, пока к Вальтис медленно, но верно подбиралось осознание того, что они нашли в пещере и что сейчас добьет лорд Каркад. Она ломанулась вперед, врезалась в кристалл и отпрянула. Совсем о нем позабыла! Пришлось нырять в черную дыру и нестись со всех ног к месту побоища.

— Страшилище, хватит! Лорд Каркад, перестаньте! Оставьте его! Не надо!!

Вальтис неслась вперед, стараясь докричаться до антимага. Тот перестал почти сразу, но не от ее слов, а когда вернулось привычное восприятие мира и исчезла алая пелена перед глазами, затих страшный голос в голове. Копье растаяло дымкой, как и неподконтрольное желание убивать и терзать.

— Вальтис? Стой!

Каркад едва удержал девчонку, что неслась прямо к твари.

— Оно еще живо, – осадил он глупого дикого мага. – И все еще опасно.

— Что происходит, Вальтис? – ближе подошел и Балгур. – Мне незнакомы эти чары, но их время вышло? Нам надо как-то уйти тогда. Эта тварь очнется и нас убьет. Я не могу причинить ей вред отчего-то. Только вы.

— Конечно, не можешь, – от избытка эмоций Вальтис не сообразила, что говорит в неподобающем тоне с альфаром. Она с трудом оторвала взгляд от огромной темно-коричневой массы, что слабо шевелила подранными корешками. Посмотрела в напряженное лицо Балгура. А у самой в груди мороз, по коже мурашки бегают. – Потому что это Огненный дух Игна. Огонь не способен причинить ему вред...

"Сурфур. Кого зовут голоса в голове?"