В Кронштадте тихо и просторно. Изредка прошагают кадеты-мальчишки и снова лишь балтийский ветер шумит. Будучи присоединён к суши, Котлин так и не перестал быть островом. Насквозь военно-морским, будто бы и не представляющим, чем занять себя в мирное время. В мирное время и почти без оружия.
― А подводные лодки в вашем музее есть? ― спрашивает ребёнок.
― Ночью пришла одна, ― сообщает усатый билетёр, ― вон там встала, за миноносцем.
Меж тем, огромный сухогруз, следуя в Петербург, втискивается между Кронштадтом и Кроншлотом.
«…что везете, капитаны, из далека-далека?
А везете вы бананы и ковровые шелка,
Виноградное варенье, анашу и барбарис,
Самоцветные каменья, мандарины и маис…»
В Морском Никольском соборе охранник строгим голосом:
― Предъявляем QR-коды или медсправки!
Показываю ему код на экране смартфона. Он считывает его глазом, не прибегая к услугам техники. Затем мозгом сопоставляет меня с моим кодом.
― Проходите! ― всё также строго, но с лёгким оттенком доброжелательности.
Внутри собора легко дышится, красиво и торжественно. Слева от алтаря макеты кораблей, стенды с моряками-героями. На стуле у выхода спит старик, укутавшись в чёрный бушлат.
― Сменному экипажу построится в третьем коридоре для прохода в столовую, ― разносится над пирсом.
А значит пора и вам, коль вы не из сменного экипажа, где-то поесть. Выбора большего нет, да и не надо― идите сразу в Голландскую кухню ради рыбной солянки, необычайной наваристости и волшебной вкусноты. Возьмите две порции, а прочего не берите.
Вроде недолго обедали, а уже стемнело. На улицах появляются машины ― то наиболее суетливые кронштадтцы, нашедшие работу в большом городе, возвращаются домой. Морской ветер сдул с улиц остатки солнца. Вскоре, где-то в гаванях, протрубят отбой.
кошмар клаустрофоба - подводная наблюдательная камера
