Видео взято с канала Мужской Движ в Нельзяграмме.

Добро пожаловать в клуб любителей гастрономического экстрима и аутентичных способов проверить, насколько прочна ваша дружба с собственным желудком.

Сегодня у нас на повестке дня — хаукарль, он же национальная гордость Исландии, он же «то самое мясо, ради которого предки викингов смотрели в лицо смерти и говорили: "Да пошло оно, я лучше подожду полгода"».

Значит, так. Жили себе предки, суровые ребята в рогатых шлемах (на самом деле без рогов, но это уже детали). Гренландская полярная акула — рыба, которая вообще не знает слова "торопись". Плавает себе 500 лет, смотрит на всё с философским похуизмом. И мясо у неё, как выяснилось, такое, что если съесть его свежим — ты из сурового викинга превращаешься в труп викинга. В нём столько мочевины и триметиламина, что им можно солить огурцы, не открывая банку.

Наши предки не были дураками (хотя иногда и перебирали медовухи). Они почесали затылки и поняли: выбросить акулу — это не по-пацански, а жрать как есть — это кабздец.

И они придумали рецепт, который в любом другом ресторане мира назвали бы "военной провокацией".

Шаг первый. «Закопать и забыть».

Тушу акулы потрошат, кидают в яму, заваливают песком и камнями. Никакой соли, никакой специи. Просто мясо лежит под прессом собственной туши и... ферментируется. То есть там происходит такая оргия микробиологии, что даже микробы в ужасе крестятся. Всё это сокровище преет от 6 до 12 недель. Сок вытекает. Запах, говорят, стоит такой, что даже мухи, пролетая мимо, сворачивают нафиг и дышат ртом.

Шаг второй. «Развесить и молиться».

Потом этот кусок, который уже мало напоминает рыбу и больше похож на то, что боги создали на третий день после тяжелого похмелья, нарезают полосами и развешивают сушиться. Еще на 2–4 месяца. В Исландии, где ветра такие, что коровы летают задом наперед, это мясо обветривается, покрывается коричневой коркой и наконец-то становится безопасным.

С точки зрения викинга: если еда не пыталась тебя убить в процессе готовки — какое же это приключение?

Когда ты отрезаешь кусочек готового хаукарля, твой нос получает такое аммиачное разнообразие, что кажется, будто ты нюхнул туалет на вокзале, который не чистили со времен последнего похода викингов в Англию. Некоторые особо чувствительные граждане говорят: «Охренеть, у меня глаза слезятся, это же просто жидкий ад». А исландцы говорят: «Нормально, закусывай».

Кстати, подают эту прелесть двух видов:

— Глерхакарль — красненький, из брюшка. Говорят, посытнее.

— Скирхакарль — беленький, помягче.

Вкус. Ох, вкус. Это как если бы старый дед в сапогах протоптал по твоему языку, а потом плеснул туда нашатыря для дезинфекции. Гордон Рамзи, знаменитый ругатель всего, что плохо лежит на тарелке, выплюнул это дело, как только попробовал. Энтони Бурден, который жрал всякую дичь по всему миру, заявил, что это «самая отвратительная, ужасная мерзость».

Но вот в чем прикол: если ты выжил после первого куска (и твои рецепторы не свернулись в трубочку), начинаешь ловить оттенки. Там вдруг проявляется... ореховый привкус. И сырное послевкусие. А если запить это всё бреннивином — местным шнапсом с тмином, которого называют «черная смерть» (и это не преувеличение), то вообще кажется, что ты поужинал в Вальгалле.

Так зачем они это жрали?

Да потому что могли. И потому что суровый север — это не место для неженок. Если ты можешь пережить зиму, враждебных соседей и мясо, которое полгода лежало в земле, — ты викинг.

Вердикт:

Если ты когда-нибудь окажешься в Исландии и тебе предложат «отведать национальное блюдо» — помни: это не еда, это квест на выживание. Попробуй. Задержи дыхание. Запей. И если после этого ты не проклял день, когда предки человечества вылезли из океана, — считай, ты прошел обряд посвящения.

P.S. Тем, кто хочет попробовать это дома на балконе: не надо. Соседи напишут заявление раньше, чем начнется дегустация.