Когда было человечество ещё юно и глупо, пришёл Котолюстра с высот холодильника своего.
И был он велик шерстью своей, и тяжек жопою своею.
И увидел долги их, и страхи их, и суету их, и глупость их.
— Человек есть существо, растягивающее пакетик корма на три раза.
И не поняли люди слов его.
И снова возгласил Котолюстра:
Спящего — разбуди в четыре утра.
И увидел Котолюстра последнего человека.
И лежал тот на диване своём, говоря:
И презрел его Котолюстра.
Ибо не было в нём ни тыгыдыка, ни воли к миске.
И сказал тогда Котолюстра ученикам своим:
лучше жить в тёплом доме с печкой,
нежели в холодном автобусе с ебанатами.
Но Котолюстре было похуй.
И сказал тогда Котолюстра:
человек есть канат, натянутый между миской и ветеринаром.
Опасно не оставить коту проход на кухню.
И видел я людей серьёзных.
И были они отвратительны мне.
Ибо не умели они ни тыгыдыкать, ни лежать поперёк прохода.
— В вас слишком много человека
И содрогнулся последний человек.
И Котолюстра указал лапкой на небо.
Ибо не было другого ответа.
Именно поэтому вам так хуёво.
Ибо человек с утра открывает новости,
войны, болезней и будущего.
А кот в это время просто орёт,
потому что миска недостаточно полная.
И кто из них ближе к истине?
которые надеялись на государство своё.
которые надеялись на человечество.
Но человечество жрало шаурму и тупило в телефон.
которые надеялись на разум свой.
Но разум их был захвачен комментариями в интернете.
И тогда сказал Котолюстра:
— Топите печку, заряжайте пауэрбанк, держите запас корма и не пиздите лишнего.
Ибо мир не рухнет красиво.
Он будет мигать лампочками,
и требовать обновить приложение.
— Что есть потеря власти?
— Это когда ты встал ночью поссать,
а кот уже лежит на твоём месте.
И ещё говорил Котолюстра:
— Не бойтесь конца света.
когда отключат электричество,
стал беспомощен, как котёнок,
Он умеет: спорить, оценивать, возмущаться, писать комментарии,
но не умеет: затопить печку, открыть тушёнку без кольца и молча посидеть в темноте, не устраивая истерику.
покупающих курсы успешного успеха.
Но не было у них: ни дров, ни инструмента, ни мозгов, ни рук не из жопы.
— Ваш криптоинвестор не поможет вам, когда насос перестанет качать воду.
Но достаточно: отключить отопление, уронить связь, и задержать зарплату,
как стадо личностей немедленно превращается
в орущую массу у кассы магазина, что им кто-то должен.
И был тыгыдык среди ночи.
Ибо Котолюстра напоминал:
Мир держится на соплях, изоленте и паре трезвых мужиков.
Так говорил Котолюстра о бабах:
А потом заболевает температурой 37.2
и умирает театрально под одеялом.
И женщина смотрит на него,
который опять нажрался дождика с ёлки.
— Не пытайся понять бабу.
Ибо сама баба зачастую не понимает,
чего захочет через пятнадцать минут.
Но не смей недооценивать её.
Ибо пока мужчина: рассуждает, философствует, спорит о геополитике,
баба уже: нашла свечки, запасла крупу, обзвонила родственников, и знает, кто с кем спит в вашем подъезде.
что гарем — это: жрать, орать, требовать внимания, обижаться, мёрзнуть и спрашивать «а ты меня любишь?»
— Одна баба может разрушить тебе психику.
Так говорил Котолюстра о начальстве:
— Человек рождается свободным,
но потом устраивается на работу.
«Доброе утро, коллеги 😊».
Хотя нихуя доброго в том утре не было.
лижущих жопы начальству своему.
а позвоночники мягки, как переваренные макароны.
— Как бы ещё выслужиться?
— Как бы ещё понравиться?
— Как бы получить грамоту и кружку с логотипом?
— Жалок не тот, кто работает.
Жалок тот, кто добровольно превращается в половую тряпку
ради лишней крошки со стола.
Ибо начальник твой тоже: жрёт, срёт, боится, врёт, стареет и паникует на совещаниях.
И нет в нём ничего божественного.
И видел я высшего начальника.
И был он важен лицом своим.
Но стоило отключить интернет и отопление,
как бегал он по кабинету,
словно кот без доступа к лотку.
— Вся вертикаль держалась на Excel, 1С и страхе.
И Котолюстра довольно заурчал.
Так говорил Котналюстра о дураках и дорогах:
— Нет существа более самоуверенного,
чем человек, переживший десять опасных обгонов подряд.
— Со мной такого не случится.
И видел я людей, летящих сквозь метель, словно бессмертны они, словно отменены для них: лёд, фура,истолб, и физика.
— Да я тут каждый день езжу.
Но именно таких потом и вырезали из машины.
— Скорость не делает тебя великим.
Она лишь делает аварию дороже.
И видел я молодого водителя, который держал руль двумя пальцами и считал себя сыном асфальта.
Но пришла колея. И был урок.
И ещё говорил Котналюстра:
— Человек за рулём мнит себя царём пространства.
Но достаточно: чёрного льда, лопнувшего колеса, уснувшего дальнобойщика, или дебила со встречки, чтобы вся философия его превратилась в кувырок через отбойник.
Ибо дорога — великий уравнитель.
Ей похуй: кто ты, сколько у тебя подписчиков, денег, какой у тебя статус и насколько ты уверен в себе.
— Истинно мудрый водитель не тот, кто умеет летать, а тот, кто доехал домой и утром снова завёлся.
Так говорил Котналюстра о тех, кому все должны:
— И видел я людей, которые считали себя центром мира.
И особенно много было среди них: бабок, яжематерей, вечных страдальцев, и профессионально обиженных.
И ходили они среди людей, как налог на психику.
Но никто не думал: кто, за что и с какого хуя.
И видел я бабку, которая ненавидела: молодёжь, собак, кошек, самокаты, музыку, интернет и само существование материи.
Но особенно ненавидела она, когда кто-то был счастлив.
— В наше время такого не было.
— В ваше время динозавры ещё курили возле гастронома.
Ибо истина жжёт сильнее перца.
И видел яжематерь, несущую дитятко своё, словно священный артефакт.
И требовала она: уступить, пропустить, понять, простить, и желательно ещё денег.
Ибо считала она, что сам факт размножения делает её наместником богов на земле.
— Ребёнок твой не виноват. Но и остальные люди не обязаны превращаться в бесплатный обслуживающий персонал.
Ибо люди любят не справедливость, а привилегии для себя любимых.
И ещё говорил Котналюстра:
— Есть существа, которые питаются не едой, а чужими нервами.
И если долго спорить с ними, сам начинаешь орать у кассы, будто последний ебанат.
— Иногда мудрость — это не победить в споре, а просто съебаться подальше.
