Карельская аномалия. Сборник страшных рассказов
12 постов
den.gromvel
Пишу детективы, триллеры и ужасы. Тут публикую черновики, они будут редактироваться и дополняться.
Если вам интересны сюжеты с загадкой и события, холодящие кровь — добро пожаловать. Я не обещаю счастливый конец. Обещаю только одно: вам либо понравится, либо нет.
Бусти (публикую аудиоверсии рассказов и книг) https://boosty.to/den_gromvel
Личный сайт: https://gromvel.ru/
AutorToday: https://author.today/u/den_gromvel
Разработка Playable Ads https://playads-dev.ru/
8582
рейтинг
72 подписчика
0 подписок
28 постов
19 в горячем
Награды:
Серии постов
Бар «Лисьи уши»
2 поста
Карелия. Чёрное озеро. Часть 1. Дорога
— Мы уже проезжали этот знак. — сказала Ева не поворачивала головы.
Девушка смотрела в боковое окно, её голос звучал ровно, без эмоций. Игорь сжал руль. Пальцы онемели от долгой дороги. Бросил взгляд вправо. Синий дорожный указатель с белыми буквами «Туонела — 12 км». Действительно. Такой же был минут двадцать назад.
— Что за фигня? — выругался мужчина.
Денис Громвель. Чёрное озеро
— Фигня… Там было дерево, — Ева повернулась, зелёные глаза смотрели устало. — Кривая старая сосна напротив знака. Я её запомнила.
Игорь промолчал. Он не помнил никакой сосны, но спорить не стал. Ева всегда замечала детали, которые он пропускал. Может, поэтому она и увидела сообщение от любовницы в его телефоне.
Стоп. Не сейчас. Не об этом.
Игорь тряхнул головой и сделал музыку тише.
Старый приёмник в машине играл что-то из девяностых. Русский рок. Молодой Шевчук пел про что осень — это птицы, про дожди. Игорь ещё убавил звук, теперь пару окружало только гудение двигателя и шум шин по мокрому асфальту.
— Связь пропала, — сказала Ева, посмотрев на телефон. В углу экрана белел значок крестика. — Совсем. Ни одной палочки.
— Думаю, это нормально для этих краёв, — Игорь пожал плечами. — вокруг один лес.
— Посмотри на карту.
Мужчина потянулся к держателю. Навигатор показывал синий фон. Метка машины двигалась по озеру, объезжая какой-то маленький остров. Вместо дороги — вода и зелёное пятно леса.
— Капец, — сказал Игорь. — Говорил же, надо было скачать офлайн карты.
— Говорил, говорил. Я забыла.
— Ладно. Дорога одна. Едем вперёд. Куда-нибудь выедем, там уже спросим у местных или карту купим.
Ева ничего не ответила, отвернулась к окну. Лес за стеклом становился гуще. Сосны подступали к обочине. Ветки нависали над дорогой. Свет фар выхватывал из вечернего сумрака мокрые стволы. Пахло дождём и хвоей.
Асфальт кончился и началась грунтовка. Игорь сбросил скорость. Машина мягко переваливалась через ямы. Снова глянул в телефон. Не ловит. Карта не загружается.
Чертыхнулся про себя.
— Может, вернёмся? — предложила Ева. — Пока не заехали совсем.
— Куда? Столько уже проехали!
— Не знаю, может в город, зря затеяли эту поездку. — девушка сморщилась.
— Зай, всё будет хорошо, отдохнём, проветримся.
— Игорь, у меня плохое предчувствие.
Мужчина хотел ответить резко, но сдержался. Вся ситуация бесила неимоверно, а они и так на грани. В последние месяцы их отношения были как натянутый канат. Его измена. Ссоры. Молчание. Поездка в Карелию — последняя попытка. Если сорваться, это будет конец. Игорь понимал. Поэтому заставил себя улыбнуться.
— Хорошо. Давай так. Доезжаем до ближайшего посёлка. Если через полчаса ничего не найдём — развернёмся и переночуем в Пряже.
— Согласна. — Ева кивнула.
Девушка снова отвернулась. Мужчина включил дальний свет. Дорога сузилась до одной колеи. Ветки скребли по крыше. Пригнулся, чтобы разглядеть дорогу, но это не помогало.
Машина медленно ползла вперёд.
— Щит, — произнесла Ева.
— Что?
— Впереди. Смотри.
Игорь поднял глаза. В свете фар на обочине стоял щит. Старый, покосившийся. Зелёная краска облезла и выцвела, практически, до серости. Буквы потрескались.
«Добро пожаловать».
Ниже — название. Мужчина прищурился.
— Туонела, — прочитал он вслух. — Тут мы сняли дом?
— Получается, тут.
— Уф, хорошо. Не заблудились.
Игорь чуть прибавил скорость. Дорога стала ровнее. По бокам появились старые, покосившиеся дома. Заборы местами повалены. В окнах — нет света. На улицах — ни души. Местность окружал туман, который наползал откуда-то снизу, видимо, от озера, на берегу которого стоял городок.
— Как-то тут пусто, — тихо сказала Ева.
— Может, все сидят по домам. — пожал плечами Игорь. — Темно и холодно уже.
— Машин я тоже не вижу. Тут хоть кто-нибудь живёт?
Мужчина не ответил, смотрел на дома. Старые, но были и ухоженные, хоть и пустые на вид. Складывалось ощущение, что люди ушли отсюда совсем недавно. Бросили вещи, жильё и исчезли.
— Так, сейчас мы едем по Лесной улице, наш дом на Береговой, — сказал он. — Сейчас навигатор оживёт... Твою мать.
— Что?
— Не ожил, всё так же сбоит.
Остановил машину. Навигатор теперь показывал сплошной зелёный фон. Стрелка указателя крутилась. Игорь наклонился к телефону. Тот же крестик.
Связи нет.
— Ладно, — мужчина выдохнул. — Береговая, значит вдоль озера. Найдём.
****
Поехали дальше, Лесная вывела пару на улицу Ленина. На углу стоял магазин, одноэтажное здание с выцветшей вывеской. Рядом — заколоченный дом. Ещё чуть дальше — заправка, одинокая колонка. Возле неё — кафе с тёмными окнами.
— Смотри, — Ева указала направо. — Там озеро вдалеке.
Игорь повернул. Дорога пошла вниз. Среди домов блеснула чёрная вода. Недалеко от пирса мужчина сбросил скорость.
— Береговая, — прочитал он табличку. — Наш дом должен быть где-то здесь.
Колёса зашуршали по грунтовке. Проехали мимо трёх участков. Дома стояли свободно, на большом расстоянии друг от друга. Везде — темнота. Тишина. Только вода едва слышно плескалась о берег.
— Вот этот, красный, — сказала Ева.
Их встретил двухэтажный дом из сруба. Тёмно-красная краска, терраса, выходящая на сторону озера. Панорамные окна. Перед домом на участке — мостки, уходящие в чёрную воду. Мужчина заглушил двигатель. В тишине стало слышно, как где-то далеко надрывно кричит птица.
— Красиво тут, — сказал Игорь.
— Красиво, — повторила Ева, голос у неё был не радостный.
Мужчина вышел из машины. Воздух оказался тяжёлым, влажным. Пах торфом и тиной. Как болото. Игорь подошёл к почтовому ящику. Тот висел на покосившемся столбике. Внутри — ключ. Простой, латунный, на верёвке.
— Ну вот, — мужчина взял его в руку. — Как и говорил хозяин дома.
Щёлкнул замок, супруги вошли в дом. Внутри было тепло, приятно пахло сухим деревом и мхом. Запах слабый, но навязчивый. Ева сразу принялась открывать окна. Игорь вносил чемоданы. Где-то тихо гудел бойлер.
— Игорь, — позвала Ева с террасы. — Посмотри на воду.
Он подошёл. Озеро лежало перед ними. Огромное. Тёмное. Фонарь на пирсе освещал часть берега. На мелководье вода была красноватой, почти ржавой. Дальше — чёрной. Не было понятно, это из-за темноты вокруг или озеро само по себе такое. На поверхности ни ряби, ни волны.
— Такое спокойное, — сказала Ева.
— Ветра нет, сейчас полный штиль.
Девушка вернулась в дом и заварила чай. Пара устроилась на террасе. Ева накинула плед, найденный на диване в доме. Карельская ночь опустилась на городок Туонела. Густой туман заползал на берег от воды. Тёк медленно. Обволакивал мостки. Всё вокруг стало белым, как молоко.
— Выглядит жутко, — сказала Ева. — В городе такого не увидишь.
— Да, зай, это особый карельский туман. — Игорь отхлебнул их кружки.
— Мне не спокойно, — девушка сильнее закуталась в плед. — Зря мы приехали.
— Ой. — Игорь хмыкнул и махнул рукой.
Иногда, Ева относилась к жизни с излишним трагизмом, выдумывала мрачные образы. Конечно, ведь художники видят мир иначе. Мужчину это восхищало и раздражало одновременно. Сейчас ему хотелось тишины, покоя, обычных вещей без выдумок и мистики: горячего ужина, кружку кофе и бокал коньяка.
Игорь хотел, чтобы всё наладилось.
— Хозяин не оставил дополнительных контактов, — сказала Ева.
— Мы оплатили дом, ключи на месте, значит, всё в порядке.
— Но если что-то сломается? Как мы с ним свяжемся? Ты же не записал его номер!
— Мы хотели уединения, всё будет хорошо. Если что, починю, руки то у меня из нужного места растут.
Ева молча смотрела на озеро. Игорь смотрел на неё. Она была красивой. Даже сейчас, с уставшим лицом и растрёпанными волосами. Он помнил, как влюбился в её. С первого взгляда в кафе на Петроградке. Девушка рисовала что-то в блокноте. Мужчина подошёл. Спросил: «Можно посмотреть и угостить вас кофе?». Она улыбнулась. И всё. Пропал. Навсегда.
— Пойду распакую вещи, — сказал Игорь, вставая со скрипучего стула.
— Хорошо. — девушка кивнула, не оборачиваясь. — А я ещё посижу.
Поднялся на второй этаж, открыл дверь. Его встретила просторная спальня с огромной кроватью. Окно выходило на озеро. Мужчина бросил чемодан. Открыл шкаф. Внутри пусто. Пахло старым деревом. Начал раскладывать вещи. Футболки. Джинсы. Свитер. Аккуратно. Как он любил.
Рука наткнулась на что-то. В глубине одного из ящиков, под стопкой старого постельного белья, лежала фотография. Старый снимок. Чёрно-белый. Семья на фоне дома, который они сняли с Евой. Мужчина. Женщина. Двое детей. Все улыбаются. Но лица слегка размыты. Будто кто-то провёл мокрой тряпкой по снимку.
Игорь перевернул фотографию. На обороте — надпись от руки. Выцветшие чернила. «Туонела. Июнь. 1952».
Положил снимок обратно в ящик под стопку белья.
— Ай! Игорь! — донеслось с улицы.
— Что такое? — мужчина открыл окно.
— Вода ледяная!
Он спустился. Ева стояла босиком у мостков Джинсы закатаны до колен. Девушка улыбалась впервые за долгое время.
— Хотела сполоснуть ноги, а вода ледяная. — девушка звонко засмеялась. — Как из скважины.
— Да у тебя ж пальцы синие. — Игорь повернулся к дому. — Принесу полотенце!
— Ой, перестань, зато я взбодрилась после долгой дороги!
Она подошла. Обняла его. Прижалась. Игорь почувствовал холодные руки на шее. Тёплое дыхание. И тот самый запах — родной, который любил уже шесть лет.
— Мне страшно здесь, — прошептала она.
— Почему?
— Не знаю. Просто страшно.
— Это пройдёт. Мы только приехали.
— Наверное.
Он поцеловал её в макушку. Ева вздохнула. Отстранилась. Пошла в дом.
Вечером они решили съездить за продуктами. Игорь завёл машину. Навигатор снова сбоил. Он чертыхнулся. Ева молчала. Они выехали на улицу Ленина. Городок выглядел пустым. Но ухоженным. Дома стояли ровно. Заборы покрашены. Палисадники подстрижены. Только людей не было. Вообще.
— Куда все подевались? — спросил Игорь.
— Может, у них праздник?
— В четверг вечером?
Машина подъехала к кафе. Вывеска гласила: «Кафе у Ашота». Деревянная. Облупленная. В окне горел тёплый свет. Пахло выпечкой. Кофе. И чем-то ещё. Восточными специями.
— Зайдём? — предложил Игорь.
— Давай.
Они вышли. Дверь кафе открылась с мелодичным звоном. Внутри было уютно. Деревянные столы. Клетчатые скатерти. На стенах — старые фотографии озера. За стойкой стоял крупный мужчина. Тёмные волосы. Седина на висках. Карие усталые глаза. Он вытирал стакан полотенцем.
— Добрый вечер, — сказал он. Голос был низкий. Спокойный. — Рад видеть.
— Здравствуйте, — Игорь кивнул. — Вы Ашот?
— Он самый.
Мужчина смотрел на Еву. Слишком пристально. Игорь это заметил. Ева — тоже. Она поёжилась.
— Садитесь, — Ашот указал на свободный стол. — Сейчас подойду.
Они сели. Игорь взял меню. Ева огляделась. В углу сидел пожилой мужчина в форме. Он пил чай. Читал газету. За другим столом — женщина с ребёнком. Девочка лет шести. Она рисовала в альбоме.
— Что будешь? — спросил Игорь.
— Кофе. И сырники. Если есть.
Ашот подошёл. Поставил на стол две кружки с водой.
— Есть. Сырники свежие. Сегодня утром делал.
— Отлично. Мне тоже кофе. И какой-нибудь пирог.
— С капустой. Или с брусникой.
— С брусникой.
Ашот записал. Бросил ещё один взгляд на Еву. Потом на Игоря.
— Вы в доме у озера остановились?
— Да. А откуда знаете?
— Городок маленький. Тут все всё знают.
— Понятно.
— Купаться не советую, — сказал Ашот негромко.
— Почему?
— Вода холодная. Даже летом. Озеро торфяное. Глубокое.
— А если просто посидеть на мостках?
— Сидите. Только не купайтесь.
Он развернулся и ушёл за заказ. Игорь посмотрел на Еву. Она пожала плечами.
Дверь открылась. В кафе вошёл участковый. Сергей Павлович. Высокий. Седой. С залысинами. Форма висела на нём мешковато. Он снял фуражку. Огляделся. Заметил гостей. Подошёл.
— Добрый вечер, — сказал он. — Вы туристы?
— Да, — ответил Игорь. — Приехали отдохнуть.
— Где остановились?
— Дом у озера.
Участковый замер. На секунду. Всего на секунду. Потом кивнул.
— Хороший дом. Только не гуляйте ночью.
— Почему? — спросила Ева.
— Тут так принято. После заката все по домам.
— Это какое-то правило?
— Скорее, традиция.
Он коснулся фуражки. Развернулся. Сел за свободный стол. Игорь и Ева переглянулись.
— Странные тут люди, — тихо сказала она.
— Север. Тут все странные.
— Нет. Они не просто странные. Они боятся.
— Чего?
— Не знаю. Но боятся.
Ашот принёс еду. Ели молча. Игорь смотрел в окно. На улице было пусто. Только фонари качались на ветру. Они не горели. Вообще. Весь городок был тёмным. Кроме кафе.
— Ашот, — позвал Игорь. — А почему фонари не горят?
— Лампы перегорели. Не успели заменить.
— Все сразу?
— У нас так бывает.
Ашот отошёл. Игорь снова посмотрел на Еву.
— Доедай. Поехали.
Они вышли из кафе. Воздух на улице стал холоднее. Туман сполз с озера и теперь лежал между домами. Густой. Белый. Он скрывал дорогу. Игорь поёжился. Ева прижалась к нему. Они быстро сели в машину.
— В магазин? — спросил Игорь.
— Да. Нужно купить продукты. Завтра будет поздно.
— Почему поздно?
— Не знаю. Просто чувствую.
Игорь завёл двигатель. Машина тронулась. Фары разрезали туман. Дорога была пустой. Ни души. Ни собаки. Только тёмные окна домов. На подоконниках некоторых Игорь заметил белые полосы. Соль. Она лежала ровными кучками. На каждом окне. На каждой двери.
— Что это? — спросил он.
— Что?
— Соль. На окнах.
Ева посмотрела. Нахмурилась.
— Может, от влаги?
— Соль от влаги не спасает.
— Тогда не знаю.
Магазин стоял на углу улицы Ленина и Старой центральной. Одноэтажное здание с деревянными полками. Внутри пахло хлебом и мылом. За прилавком сидела женщина. Лет пятидесяти. Полная. В цветастом платке. Она вязала. Спицы мелькали в руках.
— Добрый вечер, — сказала она, не поднимая глаз.
— Здравствуйте, — ответил Игорь.
Они прошли вдоль полок. Хлеб. Молоко. Консервы. Крупы. Чай. Игорь набирал всё, что могло пригодиться. Ева стояла у витрины с консервами. Она смотрела на банки. Но взгляд у неё был отсутствующий.
— Ева, — позвал Игорь. — Что-то не так?
— Нет. Всё хорошо.
— Ты стоишь с пустыми руками.
— Задумалась.
Продавщица продолжала вязать. Но Игорь заметил: её глаза следили за ними. Она не сводила взгляда с Евы. Пальцы двигались быстро. Спицы щёлкали. Ритмично. Нервно.
Игорь подошёл к кассе. Выложил продукты. Женщина отложила вязание. Начала пробивать. Её руки были холодными. Белыми. Она не смотрела на Игоря. Только на Еву. Потом перевела взгляд на него.
— Вы надолго? — спросила она.
— На две недели.
— Две недели. Хорошо.
— А что?
— Ничего. Просто спрашиваю.
Она пробила последний товар. Назвала сумму. Игорь расплатился. Ева уже стояла у выхода. Когда они выходили, Игорь услышал шёпот. Женщина произнесла что-то. Он не разобрал слов. Но тон был недобрый.
— Что она сказала? — спросила Ева, когда они сели в машину.
— Не слышал.
— Она смотрела на меня. Так, будто я что-то сделала.
— Тебе показалось.
— Ничего мне не показалось.
Они поехали обратно. Дорога пустынная. Туман густел. Игорь включил дворники. Влага оседала на стекле. Он смотрел на дорогу. На дома. На соль на подоконниках. Мысль крутилась в голове. Почему соль? Кто её кладёт? Зачем?
— Игорь.
— Да?
— Калитка была закрыта?
— Какая?
— Наша. Калитка у дома.
Игорь задумался. Они закрывали её? Да. Он сам закрывал. Плотно. На защёлку.
— Закрыта.
— Она открыта.
Игорь остановил машину. Вышел. Калитка действительно была открыта. Настежь. Он точно помнил, как закрывал её. Защёлка щёлкнула. Он ещё подёргал, проверяя.
— Ветер, — сказал он.
— Там нет ветра.
— Значит, я плохо закрыл.
Он снова защёлкнул калитку. Дёрнул. Крепко. Вернулся в машину.
— Всё. Поехали.
Дом встретил их тишиной. Игорь загнал машину во двор. Они разобрали продукты. Ева гремела пакетами на кухне. Игорь включил свет. Лампа под потолком замигала. Потом загорелась ровно.
— Нашёл нож, — сказал он. — Старый. Ржавый.
— Какой нож?
— Вот.
Он показал. Нож лежал в ящике кухонного стола. Рукоять деревянная. Потрескавшаяся. Лезвие в тёмных пятнах. Не ржавчина. Что-то другое. Старое. Въевшееся.
— Выбрось, — сказала Ева.
— Потом.
— Выбрось сейчас. Он мне не нравится.
Игорь вздохнул. Бросил нож в мусорное ведро. Ева поднялась наверх. Он слышал, как скрипят ступени. Как открывается дверь спальни. Как падает на кровать её тело.
Он вышел на улицу. К мосткам. Вода была чёрной. Дно не просматривалось. Вообще. Даже у берега. Игорь наклонился. Отражение качалось на поверхности. Его лицо искажённое, чужое. Он отшатнулся. Запах торфа ударил в ноздри. Густой, сладковатый... как гниющая листва.
Показать полностью
1
KARJALA — Прохождение без комментариев. Часть 1
KARJALA — Инди-хоррор | Карельская аномалия | Backrooms, Выживание, Советская эстетика
Описание:
KARJALA — инди-хоррор, действие которого разворачивается в жутком мире карельской аномалии. Игра основана на рассказе «Карельская аномалия» Дениса Громвеля и сочетает мрачную атмосферу карельских лесов с советской эстетикой и лиминальным ужасом.
Вы играете за солдата, застрявшего в Backrooms после неудачного эксперимента. Исследуйте тёмные, сюрреалистичные уровни, решайте загадки и оставайтесь начеку — любой звук может означать опасность. Прячьтесь, когда слышите шаги. Выживите, если сможете.
⚠️ Сохранений нет. Смерть отправляет вас на контрольную точку. Выйдете из игры — начнёте заново.
KARJALA делает упор на исследование и выживание. Игра будет держать вас в напряжении от начала и до конца, пока вы ищете выход из этого тёмного сверхъестественного места.
Если вам нравятся Silent Hill, Darkwood или The Backrooms — KARJALA затянет вас в свой собственный мир.
#KARJALA #IndieHorror #Backrooms #SurvivalHorror #КарельскаяАномалия #ХоррорИгра #СоветскаяЭстетика #ЛиминальныеПространства
Показать полностью
Игра KARJALA вышла в VK Play. Релиз в Steam немного задерживается
Стоимость игры 207 рублей с учетом скидки в 10%. В Steam игра будет стоить 365 рублей после релиза.
KARJALA the horror story
KARJALA the horror story
KARJALA the horror story
К игре выйдет 2 бесплатных DLC.
ONEGA UNDERWATER HORROR - Хэллоуин 2026 года.
Советские учёные находят под дном Онежского озера метеорит, который скрывает в себе опасный организм. Сможет ли главный герой спастись и спасти команду зависит от игрока.
CELL TOWER - Католическое Рождество 2026 года.
Илья Воронов, измученный городским стрессом и паническими атаками, решается на крайнюю меру — уехать в глухую карельскую деревню, где нет интернета и мобильной связи. Вместе с женой Мариной он селится в старом доме на берегу озера, надеясь восстановить душевное равновесие.
Первые дни вдали от цивилизации действительно приносят облегчение. Но идиллия нарушается с появлением монтажной бригады, которая возводит сотовую вышку на соседней горе. Вместе с техническим прогрессом в жизнь начинают вторгаться странные и тревожные явления: птицы ведут себя неестественно, а по ночам Илью мучает непонятный звон в ушах.
Купить и скачать игру KARJALA the horror story в Vk Play:
Показать полностью
2
Сегодня я стал папой2
В 6:05 жена родила дочь ^_^
Вышка. Глава 5. Финал
Илья подошёл к озеру и двинулся по дну.
Ноги вязли в чёрном иле. Каждый шаг давался с трудом — подошвы скользили по размокшей поверхности, покрытой слоем жирной, маслянистой грязи. Писк в ушах нарастал, превращаясь в многослойный вой — высокий, пронзительный, от которого сводило челюсти и слезились глаза. Мужчина зажимал уши ладонями, но звук не утихал, прогрызался изнутри.
Глава 1: Вышка. Рассказ. Глава 1
Глава 2: Вышка. Рассказ. Глава 2
Глава 3: Вышка. Рассказ. Глава 3. Антон
Глава 4: Вышка. Рассказ. Глава 4
Вода ушла полностью. Обнажилась огромная чаша — десятки метров чёрного, блестящего дна, уходящего пологим склоном к центру. Там, где раньше была глубина, теперь зияла дыра. Огромная, неправильной формы, словно в земле открылся провал в никуда. Края шевелились — это было нечто пульсирующее, живая плоть.
Вокруг провала стояли жители деревни Марва. Все, кого Воронов видел раньше. Баба Шура в ночной рубашке, путеец с женой, Николай, ещё люди — десятки фигур, выстроившихся неровными кругами. Головы наклонены в сторону обрыва. Глаза — сплошная чернота. На губах умиротворённые улыбки.
Над людьми кружились вороны. Огромная стая — сотни птиц, которых не было видно днём. Носились по кругу, заполняя воздух хлопаньем крыльев и хриплым карканьем. Тёмное живое колесо вращалось над чёрной дырой. Перья сыпались вниз, ложились на ил и на плечи стоящих людей.
Марина стояла в первом ряду. Нож всё ещё был в её руке. Кровь Ильи запеклась на лезвии тёмной коркой.
— Марин! — крикнул Воронов, бросаясь к ней.
Девушка обернулась. Чёрные глаза смотрели сквозь мужа. Но она узнала его.
— Идём. Вместе. — Протянула свободную руку. — Останься со мной.
Голос был чужим — низким, хриплым, словно говорила не Марина, а кто-то другой её ртом. Илья схватил жену за протянутую руку, попытался оттащить от провала. Пальцы девушки сжались с неестественной силой. Кости хрустнули. Воронов вскрикнул от боли, вырвал руку, отступил на шаг.
Толпа начала движение.
Люди шагали к дыре — не строем, но одновременно, словно получили команду. Первым умер путеец. Подошёл к самому краю, на секунду замер. Из дыры рвануло склизкое щупальце. Толстое, чёрное, блестящее. Обвило мужчину поперёк туловища, сжало. Раздался влажный хруст. Тело переломилось надвое. Верхняя половина упала на ил, нижняя исчезла в дыре. Следом донеслись чавкающие звуки — влажные, сочные, огромная пасть пережёвывала свежую плоть и кости.
Разорванный путеец ещё улыбался. Глаза, устремлённые в небо, были спокойны.
Следующей пошла жена путейца. Прижимала к груди ребёнка. Щупальце взяло обоих — аккуратно, почти нежно. Утянуло в дыру. Младенец даже не вскрикнул.
Остальные шагали следом. Один за другим. Щупальца хватали их, разрывали, утаскивали вглубь. Кровь заливала чёрный ил. Внутренности шлёпались на землю. Чавканье становилось громче, жаднее. Вороны кружили над бойней, заходясь в истошном карканье.
Николай — сосед — вошёл в дыру молча, без единого звука. Огромная туша тракториста исчезла в чёрной глубине. Илья стоял, парализованный ужасом. Писк в голове превратился в голоса. Тысячи голосов. Они шептали, кричали, звали. «Иди к нам. Встань с нами. Мы — едины. Мы — всё. Мы вырастем. Покроем планету. Чёрный шар. Булькающий. Чавкающий. Весь мир — один организм. И ты — его часть».
Марина шагнула к дыре.
— Нет! — Воронов бросился вперёд.
Щупальце вылетело из провала — быстрее, чем он успел добежать. Обвило девушку за талию. Кровь убитых соседей смешалась с её собственной — нож выпал из руки, лезвие блеснуло в свете красного маяка и исчезло в иле. Марина смотрела на мужа. Губы шевелились — она что-то говорила, но голоса в голове Ильи заглушали слова.
Щупальце рвануло обратно. Женщина исчезла в провале.
Илья закричал. Упал на колени. Пальцы вцепились в чёрный ил. Птицы кружили над головой, хлопали крыльями, каркали.
А тварь росла.
Чем больше людей поглощало существо, тем больше оно становилось. Края провала раздвигались, вспучивались. Из провала начало выходить тело. Огромная, чёрная, склизкая туша. Несколько пастей — широких, наполненных острыми зубами, расположенных в беспорядке по всей поверхности. Влажно открылись красные глаза с огромными чёрными зрачками. Смотрели на Илью. На деревню. На мир, что должен принадлежать только одному существу — этому чудовищу.
Голоса в голове взорвались. «Мы растём. Мы идём. Мы поглотим всё».
Воронов побежал.
Ноги скользили по илу, разъезжались. Падал, поднимался, снова падал. Щупальца били рядом — одно вонзилось в ил в метре от него, другое просвистело над головой. Мужчина уворачивался чудом — не думая, на одних инстинктах. Добрался до берега. Побежал по улице. Птицы бросились следом, преследовали его — стая неслась над крышами, закладывая виражи, шум крыльев и голосов слился в единый крик.
— Лиза. Нужно найти Лизу… Её не было с остальными. Взять УАЗик. Взять девочку. Уехать... Спасти хоть кого-то. Блять!
****
Дом Николая встретил тишиной. Дверь открыта. Внутри — темнота. Илья вбежал, задыхаясь.
Девочка сидела на полу в окружении рисунков. Десятки листов, разложенных по кругу. На каждом — спирали, щупальца, люди с чёрными глазами, вышка на горе. В руке — карандаш. Лиза подняла голову. Светлые глаза — единственные человеческие глаза во всей деревне — смотрели спокойно.
Воронов схватил её за плечи. Показал жестами: «Бежим. Опасно. Нужно уходить».
Девочка покачала головой. Взяла листок бумаги. Написала: «Я родилась здесь. Я не могу уйти».
— Почему? — мужчина выхватил у неё карандаш, написал корявыми буквами: «Нужно спасаться. Ты в опасности!».
Лиза прочитала. Покачала головой. Написала снова — медленно, аккуратно, будто проговаривала каждое слово про себя:
«Я чувствую это существо. Всегда чувствовала. Оно жило под горой и озером. Древнее божество. Ему поклонялись тысячу лет назад. Моя мама проводила ритуалы, чтобы успокоить его. Она растила меня как свою наследницу и жертву, на случай, если бог проснётся. Я слышала эту историю от отца, когда он напился. Если я отдам себя чудовищу — оно снова уснёт. Так было раньше. Так должно быть сейчас. Потому что он проснулся из-за нас. Та башня на горе разбудила.».
Илья читал и чувствовал, как внутри поднимается волна бешенства. Вырвал листок, скомкал, отбросил. Написал: «Нет. Не будет больше никаких жертв. Я сломаю вышку. Остановлю сигнал. Потом вернусь. Мы уедем вместе. Ты и я. Поняла?»
Лиза грустно покачала головой. Но спорить не стала.
Мужчина выбежал во двор. Сарай Николая. Там должен быть инструмент. Топор. Да какой топор, против пятнадцати метров стали. Может, канистра с соляркой.
Воронов рванул дверь.
Внутри пахло смертью. Тело собаки лежало на куче соломы. Огромный пёс был мёртв. Живот вспорот. Внутренности вывалены наружу. Чёрная жижа сочилась из разорванной плоти. Глаза — чёрные, остекленевшие.
В углу сарая стояла канистра с дизелем. Рядом — топор. Старая паяльная лампа на полке. Илья схватил канистру, лампу и топор. Последнее так, на всякий случай. Выбежал. Вороны кружили над головой. Красный маяк пульсировал над соснами. Из дыры на озере поднимался чёрный пар. То, что Лиза назвала божеством росло — край туши уже показался над вершинами деревьев.
****
Мужчина бежал к Кротовой горе, тропа петляла между сосен. Ноги скользили по влажной глине. Ветки хлестали по лицу. Писк в ушах стал невыносимым — к голосам добавился вой, скрежет, плач. Тысячи звуков, сливающихся в один. Воронов бежал, не останавливаясь.
Вершина. Вышка. Генератор гудел ровно, басовито. Красный маяк пульсировал над головой. Провода тянулись от генератора к передатчику. Аккумуляторные блоки тихо жужжали вентиляторами охлаждения в защитном кожухе.
Илья запустил генератор на полную мощность. Топором обрубил провода — искры брызнули во все стороны, одна попала на руку, обожгла кожу. Мужчина не заметил. Облил корпус соляркой из канистры. Зажёг паяльную лампу.
Птицы кружили над вышкой.
Воронов зажёг лампу и бросил пылающий факел в лужу горючего. Пламя вспыхнуло мгновенно — высокое, жадное, обжигающее лицо. Мужчина отскочил, побежал вниз по склону.
Когда Илья добежал к подножию горы, раздался взрыв. Всполох пламени осветил лес. Вышка накренилась, заскрипела, рухнула вниз. Металл лязгнул о камни. Искры разлетелись по мокрому лесу.
Красный маяк погас.
Писк в ушах резко стих. Голоса исчезли. На секунду наступила тишина — настоящая, глубокая. Воронов упал на колени, тяжело дыша. Лес вокруг молчал. Даже вороны куда-то пропали.
****
Занимался рассвет. Небо над озером порозовело. Солнце ещё не поднялось над соснами, но тьма отступала. Илья добрёл до метеостанции. На гвозде у двери висели ключи от УАЗика — те самые, которые он не мог найти ночью. Савельич, уходя, оставил их на видном месте. А Воронов всё прошляпил.
— Блять, а ведь мог, Марину спасти… — мужчина заплакал.
Дизельный двигатель завёлся с пол-оборота. Машина вырулила на разбитую грунтовку и покатилась к деревне.
Илья подъехал к дому Николая. Вышел. Огляделся. Птицы исчезли. Улица пуста. На земле — следы босых ног, ведущие к озеру. Дверь дома открыта. Мужчина обернулся к озеру и в ужасе замер.
Лиза стояла у дыры.
Чёрный провал зиял посреди илистого дна. Вокруг — кровь, внутренности, разорванная одежда. Существо уменьшилось, спряталось в дыру от солнечного света. Щупальца лениво ворочались по илу, словно сонные змеи.
Девочка стояла на самом краю. Смотрела вниз.
— Лиза! — кричал Воронов на бегу. — Стой! Да ты же не слышишь меня!
И девочка не слышала. Но, что-то заставило её обернуться в сторону Ильи. Посмотрела на мужчину. На его залитую кровью и соляркой одежду. На отчаянное, перекошенное лицо.
И улыбнулась.
Спокойно. Умиротворённо. Как те, кто уходил в дыру до неё.
И молча упала спиной вперёд — в чёрную глубину.
Раздался короткий всхрип. Чавкнули челюсти. Щупальца вздрогнули и начали втягиваться в дыру.
Илья добежал до края. Упал на колени. Дыра закрывалась. Чёрная жижа внутри бурлила, пузырилась. Щупальца исчезали одно за другим. Пасти закрывались. Красные глаза гасли.
Раздалось несколько подземных толчков. Дно озера задрожало. Из дыры начала подниматься вода — сначала тонким слоем, потом всё быстрее. Упругим, мощным потоком озеро наполнялось на глазах. Чёрный ил скрывался под прозрачной гладью. Кровь размывалась, исчезала.
Через два часа чёрная жижа снова стала озером. Вода лежала неподвижно, отражая розовеющее небо. Ни дыры. Ни щупалец. Ни людей. Только вода и тишина.
Илья стоял на коленях у кромки воды. Рыдал. Звал Марину. Кричал в пустоту. Утреннее солнце уже поднялось над соснами и весело играло на лёгких озёрных волнах.
Автор: Денис Громвель.
Рассказ из книги: Карельская аномалия. Сборник страшных историй
Показать полностью
Вышка. Рассказ. Глава 4
Этой ночью Илья не сомкнул глаз из-за того, что случилось с Мариной. Сидел рядом с постелью, гладил жену по руке и пытался понять, что делать. Экраны смартфонов горели голубым светом, отбрасывая на стены дрожащие белые всполохи угловатых символов.
Пол слабо дрожал — не постоянно, а волнами, словно под домом что-то дышало. Марина лежала с открытыми глазами — почти чёрными, лишь тонкая серая каёмка осталась по краю радужки. Губы шевелились беззвучно, повторяя одно и тоже.
Глава 1: Вышка. Рассказ. Глава 1
Глава 2: Вышка. Рассказ. Глава 2
Глава 3: Вышка. Рассказ. Глава 3. Антон
Вышка. Рассказ из сборника Карельская аномалия. Автор Денис Громвель.
Перед рассветом девушка закрыла глаза и задышала ровно — уснула. Воронов вышел на веранду покурить. Сел в кресло. Смотрел, как над озером поднимается туман и гаснут последние звёзды. Тело налилось свинцовой тяжестью. Мужчина отключился прямо в кресле, не донеся сигарету до рта.
Разбудил солнечный свет. Илья вздрогнул, выпрямился. Шея затекла. В доме гремела посудой Марина — ходила, что-то делала. Воронов вошёл. Девушка стояла у плиты, помешивая кашу. Дёрганные движения, резкие — не плавные, как раньше, а именно дёрганые, словно тело получало команды с задержкой.
— Доброе утро, дорогая, — сказал мужчина.
Марина обернулась. Лицо спокойное, но взгляд — отсутствующий, направленный куда-то сквозь стену.
— Доброе. Каша почти готова. Есть будешь?
— Что случилось ночью?
— Спала. — Девушка замерла на секунду. Повела плечом. — Ничего не помню.
— Ты говорила. Произнесла какую-то бредовую фразу — мы едины или что-то вроде того.
— Ой, да приснилось тебе, — жена поставила тарелку на стол, — садись, ешь.
Илья сел. Марина двигалась по кухне резко. Взяла чашку, руки задрожали. Осколки застучали по полу. Девушка посмотрела на осколки, потом на мужа. На губах появилась лёгкая улыбка. Зубы прикусили нижнюю губу. Тонкая струйка крови потекла по подбородку. Жена слизнула кровь и отвернулась.
— Ты… губу прокусила.
— Заживёт.
На вопросы она отвечала односложно, отстранённо. Будто всё происходящее не имело значения.
****
После завтрака Воронов пошёл к озеру. Нужно проветриться, подумать. Но то, что мужчина увидел на берегу, заставило забыть о ночных событиях.
Вода ушла на десять метров. Чёрное илистое дно обнажилось широкой полосой. Рыба лежала рядами. Головы повёрнуты в одну сторону — к Кротовой горе. Но не просто рядами. Тушки лежали волнами — изогнутыми линиями, расходящимися от одной точки, словно железные опилки вокруг магнита. Словно кто-то выложил их по линиям невидимого электромагнитного поля.
Глаза у рыб белые, как после кипятка.
Над озером стоял сладковатый запах — как от воды в колодце.
У кромки дна стояла Лиза. Глухонемая дочь Николая. Босиком. Отцовская куртка весела мешком на маленьком теле. Из ушей девочки текли тонкие струйки чёрной жидкости. Лиза не двигалась. Просто смотрела на гору. Обернулась, заметила Илью. Подняла руку и показала в сторону вышки. В другой девочка держала альбом. Воронов подошёл ближе. Лиза протянула рисунок.
На желтоватой бумаге карандашом нарисована Кротовая гора. На вершине — вышка. От вышки расходились спирали — жирные. От спиралей отходили чёрные щупальца. Тянулись к людям, стоящим вокруг. К головам. Входили в них. У всех нарисованных фигур закрашены глаза — сплошные чёрные круги.
Воронов перевёл взгляд на девочку. Та смотрела спокойно, будто показывала то, что видела сама.
****
Мужчина вернулся домой. Весь день просидел на веранде, глядя, как над озером собираются тучи. Тяжёлые, серые и чёрные. Облака акрыли закатное солнце, и на деревню опустился ранний вечер.
Перед тем как окончательно стемнело, Воронов снова пошёл к машине. Решил, вдруг, повезёт. Сел за руль. Повернул ключ. Тишина. Аккумулятор полностью мёртв. Ни щелчка. Ни искры. Мужчина вспомнил про УАЗик Савельича.
Нужно будет дойти до метеостанции, взять ключи. Если старик не откроет — выломать дверь. Другого выхода не оставалось. Только взять машину, забрать Марину и свалить из этой проклятой деревни.
Пошёл к дому. Жена сидела на веранде, глядя на озеро. В руке — кухонный нож. Тот самый, которым резали мясо для шашлыков. Лезвие тускло блестело в свете фонаря над входом.
— Я хочу туда, — произнесла девушка. Голос был ровным, без эмоций. — К остальным.
— К каким остальным? — Илья подошёл. — Марин, отдай нож.
Жена встала. Движение получилось неестественным — словно тело подняли за невидимые нити, как марионетку. Воронов шагнул, попытался взять девушку за плечи. Марина вырвалась. С неожиданной, пугающей силой оттолкнула его. Нож мелькнул в воздухе. Острая боль обожгла предплечье. Кровь закапала на доски.
Марина даже не посмотрела на мужа. Развернулась, вышла с участка. И направилась в лес — туда, где тропа уходила к горе.
Воронов прижал ладонь к ране. Кровь сочилась сквозь пальцы. Мужчина забежал в дом, нашёл аптечку, кое-как перевязал руку. Выглянул в окно. Жены не было видно. Только туман плыл со стороны озера.
На деревню медленно опустилась ночь. Жильцы домов выходили на улицу. Баба Шура в ночной рубашке. Путеец в расстёгнутой куртке. Молодая жена путейца, босиком, с ребёнком на руках. И ещё люди. Много. Стояли молча, лица обращены к горе. К вышке. К красному маяку, что пульсировал над соснами.
У всех чёрные глаза.
Николай стоял среди них. Огромный, сутулый. Смотрел на гору. Дочери рядом не было. Жуткая процессия двинулась к озеру. Остановилась на берегу. Из леса появилась Марина. Спустилась и встала среди остальных. Всё происходило в полной тишине.
Илья выбежал из дома. Кричал, звал жену. Спустился к молчаливой толпе. Схватил девушку за плечи, тряс — бесполезно. Тело оказалось твёрдым, чужим. Марина не реагировала.
Колонна людей синхронно двинулась вперёд, по дну, прямо туда, где был центр озера. Мужчина остался на берегу один. Плюнул и побежал к метеостанции. Нужен был УАЗик. Нужно было спасти Марину. Вытащить из толпы, увезти, доставить в больницу.
Дверь метеостанции выломана изнутри. Доски, которыми старик заколачивал проёмы, валялись на земле. Внутри — разгром. Столы перевёрнуты. Карты, записки и книги разбросаны по полу. На стене — кровавые разводы. Запах мертвечины стал невыносимым.
Илья поднял лист. Почерк был неровным, дрожащим — сначала, затем буквы становились всё более резкими, кривыми. Последние строки были выведены с такой силой, что карандаш прорывал бумагу.
«Вышка разбудила то, что спало под горой. Оно всегда было здесь. Всегда. Мы его не слышали. Теперь слышим. Теперь мы — его пища. Теперь мы едины».
Воронов отбросил бумажку. Выбежал наружу. УАЗик стоял у крыльца — старый, зелёный, с брезентовым верхом. Мужчина дёрнул дверцу. Заперто. Ключи найти не смог, обыскал ящики столов, старую куртку геолога. Их не было, как и надежды на спасение.
Писк в ушах стал невыносимым.
Илья пошёл к озеру. Ноги сами несли его туда, куда ушли остальные.
Теперь и его звал сигнал.
Автор: Денис Громвель.
Другие рассказы раньше всех можно читать тут: https://litmarket.ru/books/karelskaya-anomaliya-sbornik-strashnyh-istoriy
Показать полностью
1
Вышка. Рассказ. Глава 3. Антон
Вышка. Рассказ из сборника Карельская аномалия. Автор Денис Громвель.
Глава 1: Вышка. Рассказ. Глава 1
Глава 2: Вышка. Рассказ. Глава 2
КамАЗ «Север-Телеком» тяжело перевалился через дренажную канаву и замер на окраине деревни, утопая колёсами в рыжей карельской глине. Антон спрыгнул из кабины, сразу по щиколотку провалившись в холодное месиво.
— Серёга, ты говорил, тут дорога есть, — бросил парень, разглядывая испачканные ботинки.
— Это и есть дорога, — бригадир сплюнул в открытое окно. — Дальше только на тракторе.
Монтажник вытер руки о спецовку и огляделся. Посёлок выглядел так, словно его бросили ещё при Брежневе. Серые, потемневшие от сырости избы спускались по склону к озеру, которого почти не было видно — всё сожрал туман. Над крышами торчала ржавая мачта метеостанции. Ни души. Только мокрая грязь под ногами и запах болотной ржавчины.
— Живут же люди, — хмыкнул Антон и достал телефон.
Экран показал «Нет сети». Парень поднял руку выше, покрутился вокруг оси — ноль делений.
— И как они тут? Без связи?
— Привыкли, — Серёга заглушил двигатель. — Ты за этим сюда и приехал. Цивилизацию нести.
Гусеничный трактор с прицепом, надсадно сипя дизелем, выполз из-за поворота. Блеснул корпусом новенький дизель-генератор. Антон хлопнул ладонью по холодному металлу.
— Разгружаемся. Завтра заканчиваем монтаж. Вышка почти готова, осталось генератор подключить и прогнать тесты. Быстро управимся.
Ещё раз глянул на экран телефона, чертыхнулся и сунул аппарат в карман куртки. Где-то на периферии сознания мелькнула мысль: странно, что связи нет совсем. Обычно даже в глухих местах одна-две палочки пробиваются. Но здесь — мёртвая зона. Везёт, что спутниковый есть. Не пропадём.
— Ладно, мужики, — парень хлопнул в ладоши. — Работаем.
****
Лагерь располагался у подножия у Кротовой горы. Антон забрался на вершину перед закатом. Вид открывался жутковатый. Озеро лежало внизу чёрным зеркалом, подёрнутым паром. Деревня. Метеостанция. И плотная, давящая тишина. Даже ветер не шумел в кронах деревьев.
— Антох, — Серёга поднялся следом, запыхавшись. — Тут это... странное что-то.
— Что?
— Телефон. Глянь.
Бригадир протянул свой смартфон. По дисплею пробегала мелкая рябь — словно помехи на старом телевизоре. Пиксели вспыхивали и гасли, складываясь в подобие геометрического узора.
— Может, глючит? — Антон достал свой аппарат. Та же картина. Мелкая дрожь, рябь, узоры.
— Да хрен его знает, я руками работаю, в технике не бум бум.
— Ладно. — парень махнул рукой. — Не бери в голову.
Антон сунул телефон в карман. Но неприятное ощущение осталось. Будто чей-то взгляд сверлил спину.
— Ладно, пошли вниз. Завтра тяжёлый день.
Спускались молча. Сосны стояли не шевелясь. Даже комары исчезли, хотя обычно в карельских лесах от них спасу нет.
Утром бурили последние отверстия под болты для крепления генератора. Сталь вгрызлась в гранит. Антон следил за показаниями приборов. Работа шла по плану. Скала поддавалась туго, но техника справлялась.
К полудню Серёга ходил в деревню за водой. Вернулся хмурый.
— Там бабка какая-то, — сказал бригадир, ставя канистру на землю. — Стояла между деревьями в лесу. Глаза тёмные, будто вообще без белков. Просто стоит и пялит в одну точку.
— Ой, заболела бабуся, маразм — не оргазм. — отмахнулся Антон.
— Жуть ваще, что-то я уже домой хочу.
— Я тоже. Заканчиваем — и домой.
Парень затушил сигарету о подошву ботинка. Вернулся к работе. Но слова Серёги засели в голове, как и та странная рябь на экране телефона.
К вечеру Антон решил сходить на метеостанцию. Спутниковый телефон сдох час назад, без видимых причин, пытались починить, но не вышло — бригада осталась без связи. Вышку запускать рано, а доложить на базу о работе нужно уже сейчас. Местный геолог, по слухам, держал у себя проводной аппарат.
Метеостанция стояла в километре от деревни. Приземистое бревенчатое здание с железной вышкой анемометра на крыше. Всё обнесено сеткой-рабицей.
Антон постучал в дверь. Старик открыл не сразу. Выцветшая фланелевая рубаха, седая щетина, воспалённые глаза.
— Чего надо? — прохрипел геолог, выпуская на гостя аромат свежего перегара.
— Здрасте! Вы же Алексей Савельевич, геолог местный, заведуете метеостанцией? Я Антон, специалист монтажной бригады. У нас связь накрылась. Можно от вас на базу позвонить?
****
Старик топтался у стола, шурша бумагами, пока парень крутил дисковый барабан аппарата.
— Уезжали бы вы отсюда, — произнёс геолог тихо. — Место нехорошее. Гора эта... Кротовая. Не просто так названа. Раньше здесь такое было. Люди пропадали. Ох...
Антон вздохнул. В каждой глухой деревне находился свой сумасшедший.
— Мы просто поставим вышку, отец, и уедем.
— Ох, ох. Нехорошее это место…
— Да, это пятая бригада… Да, связи нет. Телефоны сдохли… Ага… Почти закончили… Понял! Пока, пока!
Рычаг телефона звонко щёлкнул, когда Антон повесил трубку.
— Спасибо за связь, Алексей Савельич, не болейте, доброго дня!
Старик не ответил. Парень вышел. На душе было неприятно. Не из-за слов геолога — с деревенскими легендами монтажник сталкивался не раз. Что-то другое. Изнутри поднималась необъяснимая тревога.
Ночью Антону приснился сон. Много людей неподвижно стояли вокруг горы. Мужчины, женщины, дети. Все босиком. Смотрели на вышку немигающим взглядом. А у их ног расползалась чёрная жижа, выходящая прямо из земли. Густая, маслянистая. Пульсировала — словно дышала.
Парень проснулся в холодном поту. Сердце бешено колотилось. Густая темнота давила со всех сторон. Только гулкий храп Серёги с соседнего спальника убедил, что страшный сон отступил.
Антон сел, пытаясь отдышаться. Кошмар был ярким, почти осязаемым. Таким ярким, что парень ещё несколько минут видел эту булькающую чёрную жижу перед глазами.
— Уф, чего-то я переутомился, — пробормотал Антон, — завтра закончим — и домой.
Уснуть больше не смог. Лежал до рассвета, глядя в брезентовый потолок.
****
К вечеру следующего дня запустили вышку. Дизель чихнул, выплюнул облако сизого дыма и застрекотал ровно, басовито. Антон подключил контрольный ноутбук, запустил диагностику. Система ожила. Всё работало идеально.
При включении передатчика личные смартфоны всех членов бригады загорелись синим — на экранах поползли угловатые символы, складываясь в нечитаемые строки.
— Что за хрень? — Серёга тряс свой телефон. — Антох, глянь. Чё за иероглифы?
Антон посмотрел на свой аппарат. Те же символы. Экран не реагировал на нажатия. Телефон жил своей жизнью.
— Может, вирус? — предположил кто-то из бригады.
— У всех одновременно? — Антон покачал головой. — Не похоже.
Вспомнил слова старого геолога: «Место нехорошее». Вспомнил про старуху с чёрными глазами, ночной кошмар. В ушах зазвенело. Появился мерзкий тихий писк.
Маяк горел красным. Яркая точка монотонно пульсировала над сосновым бором.
— Ладно, — сказал парень, убирая телефон в карман. — Система работает. Мы свою часть сделали. Собираемся, уезжаем.
Оранжевый КамАЗ вырулил на разбитую грунтовку. Монтажник бросил последний взгляд на деревню Марва.
Озеро отступило от берега метров на пять. Обнажилась тёмная, блестящая полоса ила.
— Глянь, — сказал Серёга. — Вода ушла.
— Ну, бывает такое. Не из-за нас же озеро мелеет.
— Может, и не из-за нас.
Машина покатила прочь от деревни. На выезде Антон посмотрел в зеркало заднего вида. На берег вышли люди. Десятка два. Смотрели на гору, в сторону вышки. Писк усилился.
— Серёга, ты видишь?
— Вижу. Начальник, жми на газ!
Машина взревела и скрылась за поворотом. Деревня осталась позади. А писк остался с Антоном.
Автор: Денис Громвель.
Глава 4: Вышка. Рассказ. Глава 4
Показать полностью