Предыстория

Гонка, первоначально запланированная как третий этап сезона на 16 апреля 1995 года, была перенесена на октябрь, поскольку местная инфраструктура и коммуникации были сильно повреждены Великим землетрясением Хансин.

Перед 15-й гонкой сезона пилот «Бенеттона» Михаэль Шумахер лидировал в чемпионате пилотов с 82 очками; пилот «Уильямса» Дэймон Хилл был вторым с 55 очками, отставая от Шумахера на 27 очков. В оставшихся трех гонках можно было набрать максимум 30 очков, что означало, что Хилл все еще мог выиграть титул. Шумахеру достаточно было финишировать четвертым, чтобы стать чемпионом среди пилотов, так как даже если бы Хилл выиграл, Шумахер все равно опережал бы Хилла более чем на 20 очков за две гонки до конца чемпионата. В чемпионате пилотов позади Хилла и Шумахера шел Дэвид Култхард на «Уильямс» с 43 очками, а Джонни Херберт и Жан Алези имели по 40 очков. В Кубке конструкторов «Бенеттон» лидировала со 112 очками, а «Уильямс» была второй с 92 очками, при этом можно было набрать максимум 48 очков. За две недели до гонки Хилл подвергся резкой критике: эксперты считали, что британец был недостаточно «напорист» в своей борьбе с Шумахером на Гран-при Европы ранее. В интервью перед гонкой Мартин Брандл, выступавший за «Лижье» на частичной основе, сказал: «Дэймону нужно сделать две вещи. Во-первых, он должен утвердиться в качестве первого номера команды на следующий год, чтобы команда могла оказать ему полную поддержку. Во-вторых, он должен вновь зарекомендовать себя как гонщик. Возможно, ему нужно пару раз потерять переднее колесо, чтобы вновь утвердиться».

Шумахер, его соперник в борьбе за титул, сказал, что Хилл предпринимал «нерешительные попытки» обгона, что приводило к тому, что он «попадал в неприятности». Эти комментарии были вызваны серией сражений между Хиллом и Шумахером на предыдущих этапах, особенно на Гран-при Бельгии, где Хилл обвинил Шумахера в блокировке. На заседании Всемирного совета по автоспорту Международной автомобильной федерации («ФИА») 19 октября, посвященном обсуждению этикета пилотов, было решено не вводить новые правила по этому вопросу. Руководящий орган «Формулы-1» подчеркнул, что Международный спортивный кодекс будет применяться исходя из того, что гонщики вольны вести машину так, как они хотят, «при условии, что они не подвергают умышленно опасности другого гонщика и не препятствуют ему многократно на прямой», после инцидентов в течение года с участием Хилла и Шумахера.

Команда «Уильямс» считалась фаворитом гонки из-за характера трассы — их болид FW17 лучше подходил для трасс с высокой прижимной силой, таких как Аида, и, таким образом, имел преимущество перед «Бенеттоном». В попытке соответствовать темпу болидов «Уильямса», команда «Бенеттон» внедрила пересмотренную геометрию задней подвески на B195 для этой гонки.

Перед Гран-при произошло пять замен пилотов. Мартина Брандла, выступавшего в одном из двух болидов «Лижье» с десятой гонки сезона в Германии, заменил Агури Сузуки в рамках соглашения о разделении места пилота на сезон. Ян Магнуссен был приглашен в команду «Макларен» на замену Мике Хаккинену из-за операции финна по поводу аппендицита. Третьей заменой стало возвращение Укио Катаямы в «Тиррелл» после пропуска Гран-при Европы из-за аварии на Гран-при Португалии. Джанни Морбиделли вернулся в команду «Футвоорк», заменив Макса Паписа, а в «Пацифик» Бертран Гашо вернулся на место Жана-Дени Делетраза; оба пилота уже выступали за эти команды в начале сезона. Делетраза заменили, поскольку он не внес согласованные платежи команде за право выступать. Изначально «Пацифик» намеревалась выставить местного гонщика Кацуми Ямамото вместо Делетраза, но он не получил Суперлицензию «ФИА», и поэтому место вновь занял Гашо. Аналогичным образом, планы команды «Форти» заменить Роберто Морено на Хидеки Ноду провалились по той же причине, хотя Нода стартовал в трех Гран-при за команду «Ляррусс» в предыдущем году.

Тренировки и квалификация

В пятничной утренней тренировке быстрейшим был Михаэль Шумахер (1:16.057), опередив Култхарда и Хилла. В субботней практике лучшее время показал Култхард (1:15.730), Хилл снова был вторым, а Жан Алези («Феррари») – третьим.

Квалификация состояла из двухчасовых сессий (в пятницу и субботу), лучшее время определяло стартовую позицию. Дэвид Култхард завоевал четвертый поул подряд (1:14.013), опередив напарника Дэймона Хилла на 0.2 секунды. Михаэль Шумахер квалифицировался третьим. Его быстрая попытка в конце сессии вынудила Култхарда выехать на трассу для подстраховки, из-за чего оба пилота «Уильямса» остались лишь с двумя новыми комплектами шин на гонку, в то время как у Шумахера их было три.

Четвертое время показал Герхард Бергер («Феррари»), несмотря на вылет в гравий, его напарник Алези стал пятым. Эдди Ирвайн («Джордан») показал лучший результат в сезоне, став шестым. Новичок «Макларена» Ян Магнуссен квалифицировался 12-м. Вернувшиеся пилоты Сузуки, Катаяма, Морбиделли и Гашо заняли 13, 17, 19 и 24 места соответственно. Весь пелотон уместился в 7.392 секунды.

Разминка перед гонкой

В 9:30 утра по японскому времени пилоты выехали на трассу для 30-минутной разминки. Оба болида «Уильямса» подтвердили свою высокую скорость, показанную в квалификации. Дэвид Култхард установил лучшее время сессии — 1:16.831. Деймон Хилл на втором «Уильямсе» стал третьим, а между ними на второе место неожиданно вклинился Жан-Кристоф Буйон на «Заубер». Оливье Панис на «Лижье» замкнул первую четверку, отстав от Хилла на восемь десятых секунды. Примечательно, что Хилл проехал на запасном болиде по внутренней стороне стартовой прямой, пытаясь очистить свою стартовую позицию от пыли. Михаэль Шумахер завершил сессию на восьмой позиции; по ходу разминки он вылетел с трассы, повредив свой основной гоночный болид.

Старт гонки: Култхард впереди, Хилл теряет позиции

Гонка проходила по сухой трассе при температуре воздуха 21 °C. Удалённость трассы и проведение Гран-при Японии через неделю привели к низкой посещаемости – всего 15 000 зрителей. Старт гонки состоялся в 14:00 по японскому времени. Култхард, стартовавший с поула, уверенно захватил лидерство в первом повороте. Хилл, стартовавший рядом, провалил старт. Шумахер предпринял попытку обогнать Хилла по внешней траектории, но тот отстоял свою позицию. В результате оба гонщика оказались за пределами гоночной линии, что позволило Алези вырваться на второе место. К концу первого круга Култхард опережал Алези на 2,8 секунды, а Хилл отставал ещё на три десятых. Бергер занимал четвёртое место, а Шумахер откатился на пятое.

Первые сходы: техника подводит гонщиков

На втором круге Бертран Гашо из «Пацифик» сошёл с дистанции из-за проблем с коробкой передач. Вскоре за ним последовали Юкио Сузуки и Лоран Бульон, которые оба вылетели с трассы. Бульон обвинил в своём развороте Педро Лами из «Минарди», заявив, что тот опасно маневрировал перед ним.

Шумахер прорывается: борьба за второе место обостряется

На пятом круге Михаэль Шумахер обогнал Герхарда Бергера, выйдя на четвёртое место, и начал стремительно догонять Дэймона Хилла, который, в свою очередь, незначительно отставал от Жана Алези. На одиннадцатом круге Шумахер попытался обогнать Хилла в шпильке, но тот сумел удержать свою позицию. Пока Хилл и Шумахер вели борьбу с медленными автомобилями «Феррари», Дэвид Култхард на первых восьми кругах наращивал отрыв более чем на секунду за круг. К 18-му кругу его преимущество над вторым местом составляло уже 14 секунд, и казалось, что победа у него в кармане.

Первая волна пит-стопов: «Бенеттон» удивляет скоростью

На 18-м круге Алези, Хилл и Шумахер одновременно отправились на свои первые из трёх запланированных пит-стопов. Механики команды «Бенеттон» сработали молниеносно, позволив Шумахеру выехать из боксов впереди Алези и Хилла. Хилл же потерял драгоценное время из-за заклинившего клапана топливозаправщика, в результате чего его пит-стоп оказался почти вдвое дольше, чем у Шумахера. После пит-стопа Шумахер вернулся на трассу четвёртым (позади лидировавшего Култхарда и ещё не заезжавших в боксы Бергера и Херберта), Алези оказался на седьмом месте (между ним и Шумахером расположился Эдди Ирвайн), а Хилл – на десятом (между ним и Алези оказались Хайнц-Харальд Френтцен и Марк Бланделл).

Шумахер наступает: стратегия меняет ход гонки

Пока Алези и Хилл вынуждены были пробиваться через медленных гонщиков, выбравших стратегию двух пит-стопов, Шумахер стремительно сокращал отставание от Култхарда. На следующем круге Марк Бланделл отправился в боксы, а на 22-м круге Хилл обогнал Френтцена. Кругом позже Алези опередил Ирвайна в шпильке; Хилл попытался последовать его примеру, но его переднее антикрыло зацепило заднюю часть машины Ирвайна, причинив незначительные повреждения. В конце 25-го круга Ирвайн совершил пит-стоп, что позволило Хиллу беспрепятственно продолжить погоню за Алези.

Неожиданный ход «Уильямса»: Култхард меняет стратегию

Стратегия Дэвида Култхарда, как и его напарника, изначально предусматривала три пит-стопа, но команда приняла решение изменить её на два, продлив первый отрезок на шесть кругов и увеличив количество топлива при первой остановке на 24-м круге.

Битва тактик: лёгкий болид Шумахера против свежих шин Дэвида

Благодаря более лёгкой топливной нагрузке из-за разницы в стратегиях, Михаэль Шумахер начал показывать стабильно более быстрое время на круге, чем шотландец. Шумахер совершил свой второй пит-стоп на 38-м круге и выехал с пит-лейна прямо перед Алези, занимавшим третье место, но более чем на двадцать секунд позади Култхарда. Немец немедленно начал устанавливать быстрейшие круги и снова принялся сокращать отставание. Хилл смог подняться на третье место, опередив Алези во время их вторых пит-стопов на 38-м и 39-м кругах соответственно. «Феррари» Алези затем начала отставать, поскольку напарник Бергер обогнал его в шпильке на 45-м круге, выйдя на четвёртое место.

Финальный рывок: Шумахер вырывает победу и титул

Култхард совершил свой второй и последний пит-стоп для смены шин на 49-м круге, выехав на 14 секунд позади Шумахера, который продолжал увеличивать отрыв. Он не смог в полной мере воспользоваться преимуществом новых шин из-за трафика круговых. Михаэль Шумахер совершил свой третий и последний пит-стоп на 60-м круге, имея преимущество в 21 секунду, и выехал из боксов впереди Култхарда, возглавив гонку. Немец уверенно нарастил отрыв до 15 секунд и одержал победу после 83 кругов. Эта победа стала для него восьмой в сезоне и принесла ему титул чемпиона мира 1995 года досрочно, так как Дэймон Хилл уже не мог набрать достаточное количество очков в оставшихся двух гонках. Шумахер также стал самым молодым двукратным чемпионом мира в истории «Формулы-1».

Финиш: подиум и итоговые результаты

Култхард финишировал вторым, отстав от Шумахера на 14 секунд, а его напарник Хилл занял третье место. Пилоты «Феррари» Герхард Бергер и Жан Алези финишировали четвёртым и пятым соответственно, но значительно отстали, поскольку Шумахер обогнал их обоих на круг на последних этапах гонки. Бергер испытывал проблемы с двигателем на протяжении всей гонки. Джонни Херберт на «Бенеттоне» замкнул шестёрку лидеров, завоевав последнее очко, опередив Хайнца-Харальда Френтцена, Оливье Паниса и Марка Бланделла. На протяжении всей гонки Рубенс Баррикелло и Ян Магнуссен вели упорную борьбу за десятое и одиннадцатое места, Магнуссен удерживал позицию до 37-го круга, когда Баррикелло смог обогнать его в шпильке. Магнуссен финишировал десятым, так как Баррикелло впоследствии сошёл с дистанции на 67-м круге из-за проблем с двигателем. Дебют Яна Магнуссена был назван «весьма успешным». Эдди Ирвайн, показавший отличную квалификацию, претендовал на восьмое место, но совершил незапланированный пит-стоп на 72-м круге и откатился на одиннадцатую позицию. Гонка отличалась низким процентом сходов: из 24 стартовавших финишировали 17 гонщиков.

После гонки

После финиша выяснилось, что у Шумахера возникла проблема с переключением передач вниз после последнего пит-стопа, и ему повезло закончить гонку. Михаэль высоко оценил работу своей команды, особенно быстрый первый пит-стоп. В закрытом парке Шумахер и Хилл возобновили спор о допустимой степени блокировки, возникший после инцидента в первом повороте. Шумахер выразил недовольство маневрами Хилла на протяжении всей гонки, обвинив его в «торможении перед ним» при попытках обгона. Хилл отверг обвинения, заявив, что ему непонятно недовольство Шумахера, и отметил, что считает себя более сильным гонщиком в этом году. Несмотря на это, британская пресса критиковала Дэймона, появились слухи о его возможной замене на Френтцена в «Уильямсе» на следующий сезон. Однако Фрэнк Уильямс выразил Хиллу полную поддержку. Позже Шумахер, посмотрев видеозапись, изменил своё мнение об инциденте и перестал винить Хилла. Култхард, финишировавший вторым, признался, что сам принял решение перейти на стратегию двух пит-стопов, о чём впоследствии пожалел.

Гран-при Тихого Океана 1995 года стал последней гонкой «Формулы-1», проведённой на трассе Аида, поскольку владелец трассы не смог обеспечить её финансовую рентабельность.

Статистика

• Шумахер в возрасте 26 лет и 292 дней стал самым молодым двухкратным чемпионом на тот момент.

• 100-й старт в карьере Жана Алези.

• Ян Магнуссен стал первым с 1974-го датским гонщиком, когда выступал Том Бельсе.

• 18-я победа Михаэля.

• 25-я победа «Бенеттона» в качестве конструктора.

• 72-я победа болидов  с мотором «Рено».

Вся гонка на русском языке:

Ставим лайки и подписываемся!

Больше такого тут!

Сезон 1995 года чемпионата мира по «Формуле-1» подошел к своей предпоследней гонке, Гран-при Японии на легендарной трассе «Сузука». К этому моменту интрига в борьбе за личный титул уже была исчерпана: Михаэль Шумахер из команды «Бенеттон-Рено» досрочно стал чемпионом мира на предыдущем этапе в Тихоокеанском Гран-при. Однако сражение за Кубок Конструкторов между «Бенеттон» и «Уильямс-Рено» оставалось в самом разгаре.

Настроения перед Гран-при

Перед Гран-при Японии положение лидеров в личном зачете было следующим: Михаэль Шумахер лидировал со 92 очками, за ним следовал Деймон Хилл («Уильямс») с 59 очками, Дэвид Култхард («Уильямс») с 49 очками, Жан Алези («Феррари») с 42 очками и Джонни Херберт («Бенеттон») с 41 очком. В командном зачете лидировала «Бенеттон-Рено» со 123 очками, опережая «Уильямс-Рено» (102 очка) и «Феррари» (73 очка).

Значительное преимущество Шумахера в личном зачете уже обеспечило ему титул, но напряженная борьба за Кубок Конструкторов делала Гран-при Японии ключевой гонкой сезона. Разрыв между командами составлял 21 очко, что означало, что «Уильямсу» необходимо было набрать как минимум 6 очков, чтобы сохранить шансы на титул в финальной гонке в Австралии. Учитывая, что за победу давалось 10 очков, а за второе место – 6, то им нужно было не только выиграть гонку, но и надеяться на неудачу обоих пилотов «Бенеттона». Это добавляло интриги гонке, даже несмотря на решенный вопрос о чемпионстве среди пилотов.

Конец карьеры Агури Сузуки в тренировках

Уик-энд Гран-при Японии начался с тренировочных сессий. В первой сессии лучшее время показал Михаэль Шумахер («Бенеттон») – 1:40.410 . Мика Хаккинен («Макларен») был вторым, отстав на 0.284 секунды, а Деймон Хилл («Уильямс») – третьим, уступив 0.614 секунды. Болиды «Феррари» расположились на четвертом (Жан Алези) и шестом (Герхард Бергер) местах. Вторая тренировочная сессия прошла с преимуществом Мики Хаккинена («Макларен»), который показал время 1:40.389. Эдди Ирвайн («Джордан») стал вторым, отстав на три десятых секунды, а Шумахер показал третье время .  

Тренировки не обошлись без инцидентов. Марк Бланделл («Макларен») попал в серьезную аварию, причиной которой стала ошибка пилота. Агури Сузуки («Лижье») также разбил свою машину, что, к сожалению, завершило его карьеру в «Формуле-1», так как он должен был объявить о своем уходе после этой гонки. У Карла Вендлингера («Заубер») также возникли определенные проблемы с болидом.

Поул-позиция Михаэля Шумахера

Квалификационные сессии определили стартовую решетку гонки. В первой сессии Михаэль Шумахер захватил поул-позицию, показав время 1:38.428. Деймон Хилл стал вторым, Мика Хаккинен – третьим, а Жан Алези – четвертым. Во второй квалификационной сессии Шумахер улучшил свое время до 1:38.023 и остался на поуле. Алези поднялся на второе место, Хаккинен – на третье, а Хилл – на четвертое. Марк Бланделл не смог показать время из-за своей аварии, а Агури Сузуки разбил свою машину и не смог стартовать в гонке .  

Борьба между Шумахером и Алези за поул была напряженной. Хаккинен показал сильный результат, особенно учитывая, что он недавно перенес операцию на аппендиксе. Команда «Уильямс» испытывала трудности с настройками болидов в первый день квалификации. Разрыв между лидерами квалификации был минимальным, что обещало интересную гонку.

Стартовая решетка отражала конкурентную борьбу в квалификации, с плотной группой лидеров. Стартовая позиция Бланделла в конце решетки делала его гонку крайне сложной. Отсутствие Сузуки стало разочарованием для местных болельщиков. Расположение лидеров на старте задавало тон гонке. Шумахер на поуле имел преимущество, но близкое расположение Алези и Хаккинена означало, что ему придется бороться за победу.

Тренировка перед гонкой прошла под дождем

Сессия warm-up перед гонкой проходила в дождевых условиях. Лучшее время показал Деймон Хилл – 2:00.025 . Шумахер был вторым, Култхард – третьим, а Алези – четвертым. Во время сессии произошли заметные инциденты. Джанни Морбиделли («Футвоорк») развернулся в первом повороте. У Роберто Морено («Форти») возникли проблемы с коробкой передач, из-за чего он не смог стартовать в гонке. Карл Вендлингер («Заубер») вылетел с трассы. При этом Шумахер тестировал обе свои машины в дождевых условиях и остался доволен их поведением.

Пилоты «Феррари» совершили фальстарт

Гонка стартовала на влажной трассе, и все гонщики выбрали дождевые шины. Михаэль Шумахер сохранил лидерство с поул-позиции. Однако старт гонки был омрачен фальстартами обоих пилотов «Феррари» – Жана Алези и Герхарда Бергера, которые получили 10-секундные штрафы «стоп-энд-гоу». В первом повороте Джанни Морбиделли развернулся после контакта с Карлом Вендлингером и сошел с дистанции.

На 7-м круге Жан Алези первым решился перейти на слики, так как трасса начала подсыхать. Шумахер последовал его примеру на 10-м круге, уступив лидерство Мике Хаккинену на один круг, прежде чем тот отправился на пит-стоп. После смены шин Алези демонстрировал впечатляющий темп на сликах, быстро отыгрывая потерянные позиции. Однако на 10-м круге, пытаясь обогнать Педро Лами («Минарди»), Алези развернулся, но смог продолжить гонку. На 15-м круге произошло столкновение между напарниками по команде «Джордан» – Рубенсом Баррикелло и Эдди Ирвайном, в результате которого Баррикелло сошел с дистанции. Герхард Бергер сошел с дистанции на 16-м круге из-за проблем с электрикой. На 20-м круге Эдди Ирвайн вновь стал участником инцидента, на этот раз столкнувшись с Хайнцем-Харальдом Френтценом («Заубер»), которому потребовалась замена носового обтекателя. На 24-м круге гонка для Жана Алези завершилась досрочно из-за поломки привода. Вскоре после этого Андреа Монтермини («Пацифиу») также сошел с дистанции после аварии.

Алези нагонял немца в борьбе за победу

На 31-м круге Михаэль Шумахер совершил свой второй пит-стоп, вернувшись на трассу вторым позади Деймона Хилла. Хилл провел свой пит-стоп на 35-м круге, что позволило Шумахеру вернуть себе лидерство. На 37-м круге Деймон Хилл вылетел с трассы в повороте Spoon и повредил переднее крыло. Дэвид Култхард («Уильямс») повторил ошибку своего напарника на 39-м круге, также вылетев в повороте Spoon и разбив машину. Хилл получил штраф «стоп-энд-гоу» за превышение скорости на пит-лейн, но на 40-м круге вновь вылетел с трассы в том же повороте Spoon и сошел с дистанции, так и не отбыв наказание. Марк Бланделл, Эдди Ирвайн и Хайнц-Харальд Френтцен также вылетали с трассы в повороте Spoon, но смогли продолжить гонку .  

Гонка была богата событиями, с многочисленными сходами и инцидентами, особенно в коварном повороте Spoon. Стратегия раннего перехода Алези на слики оказалась рискованной, но его впечатляющий темп говорил о потенциальном успехе, если бы не подвела техника.

Пилоты «Уильямса» самоустранились в одном и том же повороте

Михаэль Шумахер лидировал большую часть гонки. Мика Хаккинен ненадолго вышел в лидеры после первого пит-стопа Шумахера. Жан Алези после штрафа смог прорваться на второе место, но затем сошел с дистанции. После сходов Хилла и Алези, Мика Хаккинен занял второе место, а Джонни Херберт – третье. Несмотря на то, что Шумахер лидировал большую часть гонки, темп Алези на сликах создавал ему серьезную угрозу до схода. Хаккинен продемонстрировал стабильность и смог воспользоваться ошибками соперников, чтобы занять второе место. Борьба за лидерство была динамичной и зависела как от мастерства пилотов, так и от надежности техники. Сход Алези лишил гонку потенциально захватывающей концовки.  

Михаэль Шумахер уверенно довел гонку до победы. Мика Хаккинен финишировал вторым, отстав на 19.337 секунды. Джонни Херберт занял третье место, проиграв лидеру 1:23.804. Эдди Ирвайн финишировал четвертым, Оливье Панис – пятым, а Мика Сало – шестым. Марк Бланделл, стартовавший последним, смог финишировать седьмым. Победа Шумахера стала его девятой в сезоне, что позволило ему сравняться с рекордом Найджела Мэнселла по количеству побед за один сезон. Финиш Херберта на третьем месте вместе с победой Шумахера обеспечил команде «Бенеттон» Кубок Конструкторов 1995 года.

Шумахер и Хербрет привели «Бенеттон» к единственному Кубку конструкторов

Херберт отметил фантастическую работу команды. Босс «Мерседеса» Норберт Хауг заявил, что второе место Хаккинена равносильно победе для команды.

После гонки гонщики поделились своими впечатлениями. Михаэль Шумахер сказал: «Я редко имел такую хорошую машину». Джонни Херберт отметил, что «Бенеттон» проделали «фантастическую работу». Деймон Хилл выразил разочарование гонкой и сезоном в целом. Жан Алези считал, что мог бороться за победу, если бы не поломка. Он также выразил несогласие со своим штрафом за фальстарт, утверждая, что машина сдвинулась лишь на несколько сантиметров из-за наклона трассы. Герхард Бергер также усомнился в справедливости своего штрафа. Эксперт Алан Джонс назвал выступление Алези «одним из величайших заездов в истории Гран-при».

Шумахер уже думал о «Феррари»

Пресса отмечала доминирование Шумахера в сезоне и его девятую победу, которая позволила ему сравняться с рекордом Найджела Мэнселла. В репортажах обсуждались многочисленные сходы и инциденты, произошедшие во время гонки. Также было отмечено, что билеты на Гран-при Японии впервые с 1987 года не были полностью распроданы.

Команда «Уильямс» была оштрафована на 10 000 долларов за то, что Деймон Хилл не отбыл свой штраф «стоп-энд-гоу» из-за схода с дистанции.

Гран-при Японии 1995 года стал ярким событием сезона «Формулы-1», в то время как Шумахер уже не мог дождаться старта сезона 1996 года в качестве боевого пилота «Феррари».

Статистика

• «Рено» завоевала 4-й титул в качестве моториста.

• 10-й поул и 19-я победа у Михаэля Шумахера.

• 26-я победа команды «Бенеттон», принесшая им единственный титул.

• 73-я победа «Рено» в качестве моториста.

• 30-й быстрый круг «Бенеттона».

Вся гонка на русском языке:

Cтавим лайки и подписываемся!

Больше такого тут!

Новый сезон «Формулы‑1» 1995 года обещал стать поворотным моментом в истории чемпионата, когда после бурных и трагических событий 1994 года «ФИА» решила внести значимые изменения в регламент, а команды произвели интересные кадровые перестановки. Ниже приведён подробный обзор ключевых аспектов грядущего сезона.

Среди главных изменений можно выделить:

• Усиление мер безопасности. Новые требования к конструкциям болидов, улучшенные системы защиты пилотов и модернизация трасс стали ответом на прошлогодние трагические события.

• Ограничения на расход двигателей. Введены жёсткие лимиты на количество используемых моторов за сезон, что вынуждает команды более внимательно планировать стратегию заправок и ремонта агрегатов.

• Регулирование аэродинамических решений. Изменения в аэродинамических нормах направлены на снижение эффекта «аэродинамического захвата», что, по мнению регуляторов, должно способствовать более равной борьбе на трассе.

• Уточнения в использовании электронных систем. После критики по поводу чрезмерной зависимости от электронных помощников, «ФИА» продолжает держать под строгим контролем применение таких систем, оставляя максимальное внимание мастерству пилотов.

Составы команд

Новый сезон ознаменовался интересными кадровыми изменениями в ведущих командах чемпионата:

• «Бенеттон». Основным козырем команды остаётся Михаэль Шумахер, который продолжает доказывать свою состоятельность на трассе. Рядом с ним – молодой и амбициозный Джонни Херберт, готовый внести свежую энергию в коллектив.

• «Уильямс». Легендарный коллектив возглавляют Дэймон Хилл и дебютант, уже показавший хорошие результаты, Дэвид Култхард. Комбинация опыта и юношеской решимости обещает сделать «Уильямс» одним из главных претендентов на титул.

• «Феррари». В красных болидах на стартовой решётке традиционно выступают Герхард Бергер и Жан Алези, которые надеются вернуть команде былую славу и величие.

• «Макларен». В команде заметен потенциал благодаря звёздному исполнителю Мики Хаккинена. Мартин Брандл был заменен на другого британского пилота Марка Бланделла.

• «Джордан» и другие команды. Молодые таланты, такие как Рубенс Баррикелло («Джордан»), а также коллективы «Лижье», «Тиррелл» и «Заубер», намерены доказать, что и в середине таблицы можно бороться за результаты, создавая дополнительные интриги в чемпионате.

Гран-при Австралии-95

А начнем мы обзор сезона 1995 года с финального Гран-при – Австралии. С окончанием сезона «Формула-1» станет еще на один шаг дальше от тех самых Гран-при 50-х…

Сезон породил хаотичную гонку, полную фарса, споров, инцидентов и истощения, в которой победитель выиграл с огромным отрывом в два круга!

Это был тяжелый год для Дэймона Хилла . Возглавив чемпионат в самом начале, британец вскоре обнаружил, что он и команда «Уильямс» бессильны против возрождающегося Михаэля Шумахера.

Пилот «Бенеттона» так основательно обыграл Хилла, что к концу года тому оставалось только глотать пыль. Британец сошел на Хоккенхаймринге, Нюрбургринге и Сузуке.

В довершение всего Хилл должен был закончить гоночный сезон в Аделаиде — там, где произошла та самая скандальная встреча с Шумахером годом ранее. Тогда Хилл потерял шанс на чемпионство после того, как Шумахер на своём уже серьёзно повреждённом «Бенеттоне» задел его машину.

Хаккинен чуть не умер из-за аварии в практике

Если для Хилла ситуация была сложной, то для Мики Хаккинена она была намного хуже. Во время практики из-за спущенного колеса его машину отбросило на безжалостные барьеры на почти полной скорости.

Медицинский директор гонок профессор Сид Уоткинс поспешил на место происшествия и был вынужден организовать искусственное дыхательное отверстие, чтобы сохранить жизнь Хаккинена. Его срочно доставили в больницу, но благодаря быстрой реакции Уоткинса жизнь пилота была спасена.

Из-за ухода команды «Симтек» в начале сезона количество участников, которое составляло 26 гонщиков, сократилось до 23 стартующих в последней гонке. А когда Лука Бадоер не смог начать прогревочный круг, то их осталось 22.

Хилл завоевал поул-позицию — это было не так уж необычно, так это был его седьмой поул в году против четырёх у Шумахера. Однако у немца было девять побед против трёх у Дэймона, и он уже обеспечил себе второй титул за три недели до этого на трассе «Аида». Эта гонка была вопросом гордости.

Лидеры проспали старт

На старте Култхард опередил Хилла.

Рядом с Хиллом ехал его напарник по команде Дэвид Култхард. Шотландец не раз затмевал Хилла в своём первом полном сезоне и хотел попрощаться с командой, оставив первого пилота позади.

Третьим шёл Шумахер, готовый продемонстрировать стратегическую негибкость «Уильямса» и воспользоваться уязвимостью психики Хилла. Тогда ещё рекордная десятая победа в Гран-при за один сезон была в пределах досягаемости.

Но всё пошло не по плану.

Правая сторона стартовой решётки стартовала лучше: Култхард обогнал Хилла, а Герхард Бергер на «Феррари» опередил Шумахера. На длинной обратной прямой Шумахер не смог догнать австрийца, который в последний раз в истории Гран-при пилотировал болид с мощным мотором V12.

Култхард уверенно лидировал, и через пару кругов Шумахер обогнал Бергера. Но всё начало рушиться для соперников Хилла на первом этапе пит-стопов.

В тот день несколько пилотов недооценили скольжение на входе в пит-лейн, но все запомнили именно Култхарда. Он влетел на пит-лейн — по внутренней стороне крутого поворота — и бессильно врезался в стену из-за недостаточной поворачиваемости. Этот момент мгновенно попал в подборку ошибок, разрушив его надежды покинуть «Уильямс» на высокой ноте.

Вылет Култхарда под давлением

Столкновение Шумахера, как и ожидалось, было более спорным.

Жан Алези на другой «Феррари» опередил немца на пит-стопах. На 22-м круге Шумахер вошёл в поворот «Декеттвилль» и попытался пройти внутрь, но Алези задел заднюю подвеску «Бенеттона». Контакт казался незначительным, но этого было достаточно, чтобы вывести их обоих из гонки и испортить их последние выступления за свои команды.

Проблемы были не только у лидеров. Девять пилотов сошли с дистанции на первых 29 кругах, причём все, кроме двух, сошли из-за аварий.

Роберто Морено также не справился с входом в пит-лейн и развернул свою машину «Форти» назад, врезавшись в ту же стену, в которую попал Култхард. Джонни Херберт, выступая за «Бенеттон» в последний раз, заблокировал колёса, но сумел вернуться на трассу и продолжить движение.

В других частях трассы происходили комичные сцены. Хайнц-Харальд Френтцен был расстроен из-за единственного «Макларена» Марка Бланделла и показывал англичанину средний палец, пока его бортовая камера транслировала изображение по всему миру.

Несмотря на хаос позади, Хилл спокойно продолжал движение. Теперь начали выбывать и гонщики из середины пелетона: у Бергера сломался двигатель, как и у Эдди Ирвайна. За 12 кругов до финиша у Джонни Херберта вышла из строя коробка передач.

Победный отрыв Хилла в рекордные 2 круга!

Ситуация начинала напоминать войну на истощение. Когда Хилл начал свой последний круг, он лидировал с отрывом в два круга над Оливье Панисом, у которого дымился мотор.

К счастью для репутации Хилла, он не допустил ошибок и завершил тяжёлый сезон респектабельной победой в гонке, где его соперники самоустранились.

Панис занял второе место, а Джанни Морбиделли стал счастливым третьим на «Футворк» (бывший «Эрроуз»). Бланделл пришёл четвёртым. Мика Сало привёл свой «Тиррелл» к пятому месту, а шестой была команда «Минарди» под управлением Педро Лами.

Педро Диниз занял седьмое место, и это был лучший результат, которого команде «Форти» удалось достичь. Бертрану Гашо получилось сделать то же самое за команду «Пацифик», заняв восьмое место в их последней гонке.

Прощание с Аделаидой

Это была последняя гонка «Формулы-1» на улицах Аделаиды, прежде чем Берни Экклстоун перенёс гонку на живописное Альберт-Парковое кольцо Рона Уокера. Новая трасса, возможно, и не обладала той суровостью предшественницы, но она оказалась популярным стартом сезона Гран-при.

Когда люди говорят об использовании уличных гонок как средства для приближения гонок к болельщикам, достаточно вспомнить популярность гонок в Аделаиде, чтобы понять, что это выигрышная формула. Гонки на суперкарах V8, которые проводятся там каждый год, по-прежнему собирают огромные толпы.

Статистика

·  Марк Бланделл, Бертран Гашо, Роберто Морено, Таки Иноуэ и Карл Вендлингер завершили карьеру в «Формуле-1».

·  Такой победный отрыв был лишь однажды в 69-м – выиграл Джеки Стюарт.

·  Джанни Морбиделли показал лучший результат в карьере.

·  Из 23 стартовавших гонщиков финишировали только 8, что является самым низким показателем в сезоне 1995 года.

·  По состоянию на 2025 год это последний раз, когда победитель гонки обогнал всех остальных участников на круг.

·  На Гран-при было зафиксировано рекордное количество зрителей — 520 000 человек в течение уик-энда, а в день гонки их было 210 000 человек, что было рекордом «Формулы-1» до 2000 года, когда Гран-при США в Индианаполисе посетили 250 000 человек.

·  Последняя гонка с мотором V12 («Феррари»).

·  Хотя ему не удалось финишировать, участвуя в гонке, Герхард Бергер стал единственным гонщиком, который участвовал во всех 11 Гран-при «Формулы-1», проходивших в Аделаиде.

Вся гонка на русском языке:

Больше такого тут!

Ставим лайки и подписываемся!

Спустя 30 лет после гибели Айртона Сенны Дэвид Тримейн вспоминает мрачные события Гран-при Сан-Марино 1994 года и объясняет, почему легендарный статус бразильца будет жить вечно.

Смерть Айртона Сенны стала таким же сильным ударом для гонок, как и смерть Джима Кларка в 1968 году. Оба были яркими представителями своего поколения, хотя Айртон, возможно, был склонен к безрассудной агрессии, подвергая себя большему риску. Оба обладали артистическим чутьем и таким врожденным талантом, данным Богом, что всегда верилось, что в конечном итоге он станет их защитным талисманом.

Они были слишком хороши, чтобы погибнуть в гоночных машинах.

Тридцать лет назад в этом месяце смерть Айртона была столь ошеломляющей и жестокой, что к 1994 году мы все думали, что гонки продвинулись так далеко в плане безопасности, что многие из старых призраков – даже огонь, самый большой страх гонщиков, – были успешно изгнаны. «Формула-1» достигла той стадии, когда люди почти позволили себе поверить, что смерть больше не является гостем гонок.

Как же мы ошибались. И как ужасно это было доказано, когда на кадрах, которые преследуют спорт и по сей день, она стала, возможно, первым смертельным случаем в «Формуле-1», показанным в прямом эфире.

Я любил Имолу и маленький отель в Фонтанеличе – La Pergola, – которым управляла щебечущая итальянка по имени Роза, чей муж Лео смотрел на нас с кухни, наблюдая, как она обнимает нас по прибытии.

Мы все с нетерпением ждали, какую аэродинамическую магию сотворил Эдриан Ньюи, чтобы вернуть «Уильямс» на один уровень с «Бенеттоном», и чего сможет сделать Айртон в 20-очковом отставании от набравшего ход Михаэля Шумахера, который образовался за первые два этапа после того, как великий чемпион не смог закончить Гран-при Бразилии и Тихого океана.

Плохие вещи начали происходить уже через 16 минут после начала пятничной квалификации, когда Рубенс Баррикелло попал в масштабную аварию, потеряв контроль над своим «Джорданом» 194 в Variante Bassa после того, как наехал колесом на бордюр. Машину на скорости около 225 километров в час жестоко швырнуло в ограждение из шин, и она почти сразу же остановилась в одном из тех ужасных поворотов, когда энергия поглощается так резко. Мы посчитали чудесным спасением то, что симпатичный маленький бразилец отделался лишь разбитым носом.

Следующим днем я смотрел квалификацию по телевизору вместе с моим другом-журналистом Джо Савардом, когда Роланд Ратценбергер разбился на спуске к Тосе, на 20-й минуте сессии. Роланд был моим другом, с которым мы не виделись несколько лет, со времен нашей совместной «Формулы-3» в 1987 году. Нам не удалось встретиться в Аиде, и когда я шел через паддок в Имоле в четверг днем, он схватил меня за руку, и вот мы уже обнимались и смеялись, оба такие счастливые, что он наконец-то осуществил свою мечту и сел за руль болида «Формулы-1». Он был милым, дружелюбным, счастливым парнем, и мы договорились поужинать с общими друзьями в субботу вечером.

Но когда мы с Джо наблюдали за тем, как аметистовый «Симтек» затормозил после явно очень сильного удара, и Джо очень тихо сказал: «Посмотрите на его голову», мы поняли, что произошло самое худшее. Четырьмя годами ранее, став свидетелем ужасной аварии Мартина Доннелли прямо у меня на глазах в Хересе, я считал, что только что видел, как мой первый товарищ погиб в гоночном автомобиле. К счастью, Мартин выжил. К сожалению, Роланд не выжил.

Он стал первым человеком, погибшим в болиде «Формулы-1» со времен Элио де Анджелиса в той скандальной аварии на тестах в Поль Рикар в 1986 году, и его смерть очень сильно ударила по больному. Утром в воскресенье все были по понятным причинам подавлены, и ходили слухи, что Айртон был особенно расстроен и профессор Сид Уоткинс даже советовал ему не участвовать в гонках. Но он, конечно же, участвовал, потому что так уж он устроен, и выяснилось, что у него был австрийский флаг, которым он собирался размахивать в знак победы. При всей его внешней агрессивности за рулем, я думаю, это как ничто другое говорит о внутреннем Айртоне, так же как и его решимость посетить место аварии Донелли. Он сделал это, потому что, должен был знать, что делать в таких обстоятельствах. А как гонщик он должен был знать, каково это – заглянуть в черную яму, когда все пошло не так, а не только каково на вкус победное шампанское.

Перед стартом обстановка была необычайно напряженной, и не только из-за событий пятницы и субботы. Новые опасения возникли, когда Джей Джей Лехто заглох на своем «Бенеттоне», занимая пятое место в левой части решетки. Он проводил свою первую гонку после травмы шеи, полученной в начале года, и это был его большой шанс. Я помню, как молился, чтобы в него никто не врезался, но Педро Лами не заметил, и его Lotus 107C сильно врезался в заднюю часть пострадавшего B194, разбросав повсюду обломки. Как будто Джей-Джею и так было несладко, он и Эван Демулас приехали из Монако вместе с Роландом. Теперь мы с ужасом наблюдали, как колесо пролетело прямо над трибуной слева от решетки, хотя прошло немало времени, прежде чем выяснилось, что оно ударило полицейского.

Затем последовала длительная задержка, когда решетка была очищена, и поле проехало на очень низкой скорости за позорно медленным автомобилем безопасности Opel Vectra. Давление в шинах упало... Затем человек в конце пит-лейна непостижимым образом позволил Эрику Комасу вернуться на «Ляррусс», который был отремонтирован после повреждений, полученных в той стычке на старте. Он влетел в Тамбурелло и был вынужден резко затормозить, столкнувшись с последствиями аварии Айртона. Эрик остановился практически рядом с распростертым телом единственного человека, который остановился, чтобы помочь ему, когда он разбился в Спа в 1992 году, и это уничтожило его.

Всем сразу стало ясно, что положение Айртона очень серьезное, и это поразило спорт, как удар грома.

Когда несчастная гонка была перезапущена и тянулась круг за кругом, мы с Найджелом Робаком облокотились на подоконник в комнате для прессы и смотрели на пит-лейн. «Это обречено, как и чертова Инди 500 в 1973 году», – сказал я ему, и мы вспомнили, как питмен Армандо Теран был убит пожарной машиной, ехавшей по «неправильному» пути на пит-роуд к аварии Шведа Сэвиджа в четвертом повороте. «Мы сделали 75%, почему бы им просто не прекратить эту ужасную гонку? Все, что нам сейчас нужно, – это заезд на пит-лейн». И через несколько мгновений, на 49-м круге, это произошло: «Минарди» Микеле Альборето потерял колесо при повторном прохождении поворота, в результате чего пострадали механики Клаудио Бизи, Даниэле Вольпи, Маурицио Барбьери и Нил Болдри. И все равно гонка затянулась до своего горького конца.

Около 17.30 мы узнали, что Айртон умер. Некоторые журналисты с Флит-стрит, мало что знавшие о гонках, ходили в оцепенении, и не один из них сказал: «Никто не говорил нам, что такое может случиться!» Закаленные профессионалы, знающие кровавую историю своего спорта, вырвали страницу из блокнота Тайлера Александера о выживании и принялись за работу, приберегая свои эмоции до тех пор, пока их не закроют в укромном месте. Это была долгая ночь

Когда мы с Найджелом выезжали из отеля в понедельник утром, Роза как будто почувствовала, что ей нужно извиниться от имени Италии за наши ужасные выходные. Она расплакалась, вручив каждому из нас по бутылке красного вина в очень трогательном жесте. Она была не единственной.

День прессы в Motoring News пришелся на вторник той праздничной недели, и я помню, как в обычно оживленном офисе было тихо, как в морге. Наша маленькая группа энтузиастов работала великолепно, и много лет спустя автор ралли Пол Фернли сказал мне: «Мы знали, что вам придется писать обо всех гонках Формулы-1 и что мы ничем не сможем помочь, поэтому мы просто следили за тем, чтобы все мы делали свою работу настолько эффективно, насколько могли». Я знал это подсознательно и никогда не испытывал большей гордости за то, что газета стояла за тот злосчастный день и как мы освещали трагедию, которая так глубоко затронула всех нас и миллионы людей по всему миру. Если мы и делали что-то, что действительно имело значение, то, я считаю, это было именно так.

В последующие годы я неизбежно часто думал об Айртоне. Печально, что в гонках, как и в жизни, все неизбежно уходит в прошлое. Именно это всегда так возмущало меня как молодого болельщика, когда кто-то, кто был тебе дорог и за чьей карьерой ты внимательно следил – Джимми, Педро Родригес, Джо Зифферт, Роджер Уильямсон, Тони Бриз, Том Прайс – вдруг оставался позади, его история была закончена.

Каким я его помню?

Я по-прежнему считаю его самым умным, глубокомысленным и харизматичным гонщиком, которого я когда-либо встречал, и что под его порой хрупкой, но непроницаемой внешней оболочкой скрывался чрезвычайно добрый, чувствительный и щедрый характер, который совершенно не соответствовал тому монстру, каким он мог быть на трассе, когда на него находило мрачное настроение.

Если его задевало что-то критическое, что вы написали, – как меня, когда он задирал кого-то вне трассы, – его глаза могли заморозить ваше сердце. Но у него было очень доброе лицо и улыбка. Я тоже помню этот певучий голос и беседы за круглым столом возле дома на колесах «Макларена». Иногда мы заводили его на что-то действительно хорошее, и он начинал глубоко копать, чтобы дать нам тщательно продуманные идеи, а потом обычно один очаровательный парень постарше ненароком все портил благонамеренным, но грубым прерыванием, например, «Я говорю, старина, ты действительно думаешь, что сможешь победить Алена завтра?», и Айртон вздыхал и замолкал, как бы говоря: «Ладно, это твой удел». Я навсегда запомнил его один день в гостиничном номере в Аделаиде. Сам факт того, что гонщик так развлекал нескольких рептилий в своих личных покоях, был замечателен сам по себе, а это интервью было самым завораживающим из всех, в которых я когда-либо принимал участие.

Это случилось через две недели после «Той аварии» в Сузуке в 1990 году, когда он намеренно снес Алена, уступив ему на старте.

Это было задолго до того, как можно было делать фотографии, но когда ему показали фотодоказательства, он наотрез отказался признать, что въехал в «Феррари» и оторвал заднее крыло, утверждая, что оно отвалилось само по себе.

Он был непримирим, но год спустя на разгневанной пресс-конференции в Сузуке после того, как отдал победу напарнику по команде Герхарду Бергеру, он честно признался, что сделал это специально. После того, как страшный Балестр обманом отобрал поул на чистой стороне решетки, он решил: «Если этот парень войдет в первый поворот впереди, он не сможет его пройти». Это был захватывающий взгляд на веру в себя, которая была необходима ему на каждом шагу, даже когда он знал, что это противоречит истине.

Это была темная сторона человека, о котором Ален сказал в Португалии в 1988 году после того, как его машина свернула на пит-стрит: «Если он хочет этого так сильно, что готов умереть за это», имея в виду чемпионат мира, «тогда он может это сделать». Но в тот день в Поднебесной были и другие комментарии.

Я всегда верил, что в тот день в Хересе после аварии Донелли он сознательно отправился в черную яму и смело встретился с посланиями, которые она передала ему, когда его напарник по гонке был близок к смерти. И когда там возобновилась квалификация, и он завоевал 50-й поул в своей карьере, он просто вышел на трассу, полный решимости показать, что асфальт и гравий никогда не смогут подавить дух гонщика.

Я помню, как на послегоночной конференции он использовал сильное ругательство, чтобы описать то, что делали Нельсон Пике и Оливье Груйяр, когда он настиг их во время гонки на максимальной скорости, так скоро после такой аварии. Его гнев и полное презрение.

Теперь я хотел узнать, почему он отправился на место аварии, и он снова вошел в эту зону напряжения, и мы все напряглись, чтобы услышать ответ, на формулировку которого – я позже засекал время – у него ушло 37 секунд. Он не плакал, но его глаза были полны эмоций.

Можно было услышать, как движется тень. «Для себя», – прозвучал в конце концов ответ.

И как леденяще звучит этот ответ сегодня в свете того, что в итоге с ним случилось, когда он добавил: «Я сделал это, потому что подобное может случиться с каждым из нас. Я знал, что это что-то плохое, но я хотел убедиться в этом сам. После этого я не знал, как быстро я могу ехать. Или как медленно».

Он сделал еще одну долгую паузу, и я спросил, нужно ли ему быть смелым, чтобы сделать это? Третья пауза. «Как гонщик, ты должен пройти через некоторые вещи, справиться с ними», –  мягко ответил он. «Иногда они не похожи на человеческие, но ты проходишь через это и делаешь их просто из-за тех чувств, которые ты получаешь, управляя автомобилем, и которые не получишь в другой профессии. Некоторые вещи не очень приятны, но для того, чтобы иметь некоторые приятные вещи, приходится с ними сталкиваться».

Я всегда больше всего уважал людей в ситуациях, когда, по выражению Найджела Робака, они проявляли ненормальную храбрость. И если меня когда-нибудь спросят, что я больше всего помню об Айртоне, то это то, что он сделал в тот день, честь и мужество, с которыми он вел себя после возобновления сессии. Для меня это был его лучший момент как гонщика и как человека.

Я также помню, что когда он спас Эрика в Спа, он был в восторге, когда Проф сказал ему, что он поступил именно так, как он советовал ему поступить в подобных обстоятельствах.

Но какой парадокс, что человек, который мог выбить соперника Проста с трассы, а не уступить ему поворот, мог так заботиться о своих товарищах в других обстоятельствах.

Все хорошие парни, конечно же, сильно давят. Такова природа игры. Но я до сих пор вижу, как Айртон напрягается на последних кругах квалификации, помню напряжение и волнение, которые всегда предшествовали последней попытке, особенно если кто-то другой ехал быстрее. Вы буквально задерживали дыхание, когда он работал, особенно в таких местах, как Монако, где отсутствие страховочной сетки было так жестоко очевидно. Наблюдать за ним в такие моменты – значит быть потрясенным его самоотдачей.

Я не жалею о многом в своей жизни, но в моменты размышлений я жалею, что не был достаточно зрелым или менее рассудительным, чтобы предложить поужинать вместе, зарыть топор войны и поговорить о таких вещах, как жизнь.

В момент его смерти удар был нанесен потерей такой харизматичной звезды, жестокостью и наглостью, с которой один из его звездных талантов, такой же, как Джимми, должен был остаться позади. Теперь, когда нам неизбежно приходится приспосабливаться, мы думаем об утрате таких возможностей и о том, каких великих свершений он мог бы достичь для своих соотечественников, когда перестал участвовать в гонках.

Из всех чемпионов, которых я знал, он был, пожалуй, самым быстрым, самым мозговитым, бойким и агрессивным, в то время как вне кокпита он мог быть мягким человеком, который очень много думал о других людях.

Он не теряет актуальности и сегодня, потому что многие молодые гонщики, которые сейчас делают себе имя, попали под его влияние или уважение к нему своих родителей-наставников на решающих этапах своей карьеры. А еще есть Фонд Сенны, над которым он работал, когда погиб. Это неправительственная организация, признанная ЮНЕСКО за свою работу в сфере образования, которой теперь управляют его сестра Вивиана и ее дочь Бьянка. На сегодняшний день фонд помог более чем 35 миллионам детей.

СЕННА! Это имя резонирует и вдохновляет, его харизма не иссякает. И это, безусловно, величайшее наследие любой звезды автогонок.

Больше такого тут!

Ставим лайки, подписываемся!