История 2. Таинственное преступление в Эрмитаже
Как и все удивительные истории, эта началась в самом великолепном городе на планете – Санкт-Петербурге, на Лиговском проспекте, в доме №62, на самой верхней мансарде, где живут наши знакомые Кот Василий и крыска Крюнька.
Сам кот Василий, истинный аристократ и интеллигент до кончиков когтей (которые он, к слову, прятал в изысканные лайковые перчатки), совершал свой утренний ритуал. Из большой белой кружки с гордой надписью NASA он с достоинством отхлебывал ароматное какао с молоком. Его верная подруга и соратница, белая крыса королевских кровей Крюнька, аккуратно нарезала кусочки любимого завтрака – торта «Медовик» из легендарной «Астории». Крюнька, как всегда, была одета с безупречным вкусом, сегодня ее наряд представлял собой миниатюрный шелковый халатик с вышитой монограммой.
По телевизору отгремели политические сводки, и диктор с упоением принялся перечислять культурные события грядущего лета в Северной столице. Джаз на Дворцовой, рок на Петропавловке, опера под открытым небом – афиша пестрела, как уникальный четырехцветный окрас самого Василия. Василию, заядлому театралу и ценителю прекрасного, как и полагается истинному петербуржцу, предстояло тщательно спланировать культурный маршрут, дабы не пропустить ни одной значимой премьеры или выставки. Хотя душа его больше лежала к современным веяниям, он всегда мог поддержать изысканную беседу о старых мастерах или архитектурных изысках, доставшихся ему от предков, прибывших из донских степей с самим Петром Первым и штурмовавших крепость Азов.
И тут на экране ноутбука Василия ожил значок Skype. Кот, неспешно (именно мышкой компьютерной, а не Крюнькой, будьте любезны!) кликнул на иконку с подписью: «Фигаро – потомственный кот хранитель Эрмитажа».
Отступление для непросвещенной публики.
Кот Фигаро, названный в честь знаменитого испанского пройдохи из пьес Бомарше, вполне соответствовал своему литературному тезке: ловок, остер на язык и вечно впутан в какие-нибудь истории. Но рожденный в семье эрмитажных столпов – Васьки-Юриста и Матильды – он был умен и образован не по годам. В свои почтенные 12 лет (а это для кота – возраст мудрости!) он возглавлял славное племя эрмитажных котов, чья история началась аж с 1745 года по высочайшему указу императрицы Елизаветы Петровны: «Сыскать в Казани самых лучших и больших котов, удобных к ловлению мышей, прислать в С.-Петербург ко двору Ея Императорского Величества».)
— Привет, Василий! — начал Фигаро, и на экране мелькнула улыбка.
— Вижу, традиции свято чтишь: «Медовик» из «Астории» на завтрак. Узнаваемо!
— Мяу-здравствуй, Фигаро, — ответил Василий, подтянутый и стройный, как всегда. — Как поживает наша сокровищница искусств? Никаких вредителей, надеюсь? — поинтересовался он с легкой иронией, зная специфику работы друга.
— Хотел бы ответить утвердительно, друг мой, но, увы, не могу, — голос Фигаро стал серьезным. — Срочно нужен твой острый ум на Дворцовой площади. Произошло нечто… из ряда вон. Боюсь, своими силами не справимся.
— Для друга – всегда! Уже мобилизуюсь, — отозвался Василий без колебаний.
— Жду с нетерпением! Скорее! — Фигаро отключился.
— Странно… Никогда не видел его столь встревоженным, — промурлыкал Василий задумчиво, отставив кружку NASA.
Сборы заняли мгновения. Элегантная клетчатая тройка легла на плечи безупречно. Зонтик (погода в Питере – дама капризная!) – в лапу. На задние лапки – старомодные, но неизменно стильные черные калоши.
— Крюнька, милая, — обратился Василий к подруге, — на сей раз, боюсь, тебе придется остаться. Ты же знаешь… специфическое отношение эрмитажных стражей к твоим очаровательным соплеменницам. Фигаро, конечно, джентльмен, но инстинкты… Лучше перестраховаться. Свяжемся по скайпу при необходимости.
— Конечно, Василий, — кивнула Крюнька с легкой грустинкой в голосе. Ей ужасно хотелось знать детали происшествия, но здравый смысл и королевское воспитание подсказывали: безопасность прежде всего. — Я тут порисую или в онлайн-шахматы сыграю. Но ты – на связи! Держи меня в курсе!
Путь от Лиговского, 62 до Дворцовой площади для человека – приличная прогулка. Такси, автобус, метро… Но Василий, как истинный потомок казачьи котов, избегавших все донские степи вдоль и поперёк решил не гневить память предков и пробежаться. Коты – существа стремительные! Не прошло и получаса, как он уже обменивался дружескими лапопожатиями (почти человеческими) с Фигаро у подножия Александровской колонны.
— Василий, как я рад, что ты в городе! — Фигаро заглянул другу в глаза. — Твой ум – бритва, а разгадывать загадки – твое призвание. Надеюсь, поможешь. Но предупреждаю: дело – тайна за семью печатями! Ни слова журналистам – иначе мировой скандал неминуем!
— «Нем как рыба», — Василий демонстративно провел лапой в перчатке по пышным усам, словно запечатывая невидимый замок на губах.
— Итак, слушай. Наша служба в Эрмитаже – блюсти порядок, охранять шедевры от вредителей. Знаю, знаю, — Фигаро махнул лапой, видя тень на лице Василия, — твоя Крюнька – исключение, но мы, эрмитажные, к мелким грызунам… гм… традиционно строги. К делу. Вредителей давно не было – мы работаем наравне со смотрителями. Но недавно к нам на выставку «Игральные карты» привезли уникальные экспонаты из Мексики. Главный – легендарная колода самого Кортеса! Говорят, она приносит удачу владельцу во всех азартных играх. Мексика считает ее достоянием нации. И вот прошлой ночью в зале сработала сигнализация. Мы с Борисом влетели – разбитое окно, тени, вылетающие наружу… А на месте колоды Кортеса – другая! Похожая, но в темноте я понял – подделка! Наша эксперт Мурфия Теодоровна подтвердила. Люди пока не заметили подмены. Но выставка заканчивается послезавтра! Если не вернем оригинал… — Фигаро сделал паузу, красноречиво разведя лапами. — Имя Эрмитажа будет опозорено, скандал – международный!
— Де-ела… — протянул Василий, его четырехцветный хвост задумчиво подрагивал.
— Слушай, Фигаро, камеры же везде? Давай посмотрим записи с ночи подмены! Отличное начало для расследования!
— Точно! — Фигаро хлопнул себя лапой по лбу. — Элементарно! Как мы не догадались? Хотя бы лица… или морды… увидим! Бежим к охране!
И два кота, ловко перепрыгивая гранитные плиты Дворцовой, помчались к главному зданию Зимнего дворца, где в уютной комнатке пахло чаем и карамельными пончиками, а десятки мониторов бдительно следили за каждым уголком музея.
Следствие, которое не зашло в тупик.
Запрыгнув на свободный стул (ворча на крошки от круассанов на клавиатуре), друзья запустили архивные записи. Зал где были выставлены карты снимали две камеры внутри, одна – снаружи на окна. Просмотр только добавил загадок:
Ночью к окну подлетели ТРИ ОГРОМНЫЕ летучие мыши с сумкой. Вскрыли окно, проникли внутрь, каким-то хитрым приборчиком отключили сигнализацию, подменили колоду и улетели восвояси.
Вопросы висели в воздухе гуще питерского тумана:
Зачем летучим мышам карты Кортеса? Играть в "преферанс"?
Почему они такие ГИГАНТСКИЕ? (Стандартные питерские летучие мыши рядом с ними – просто моль!)
Откуда у них такое продвинутое оборудование?
Но Василий не был бы знаменитым котом Василием, если бы не начал распутывать клубок.
— Фигаро, все ясно, — заявил он уверенно. — На камерах – крыланы! Летучие лисицы или собаки – самые крупные представители рукокрылых. Но живут они исключительно в тропиках и субтропиках – Азия, Америка, Африка… Логично предположить: наши – из Мексики, раз знают про колоду и ее «магию». Насчет техники: либо работают на иностранную разведку (но зачем им карты?), либо – на международных мошенников, которые с их помощью хотят обыгрывать казино или турниры. Казино в Питере запрещены, а вот онлайн-турниры с крупными призами – самое то! Поэтому план:
Звоним Крюньке: пусть проверит, нет ли сейчас крупного карточного турнира.
Звоним Джордано: не прилетали ли подозрительные мексиканцы… или крыланы?
Сказано – сделано. Василий набрал Крюньку (на заставке улыбалась крыска в розовом сарафанчике).
— Мяу! Что скажешь, дорогая?
— Ты попал в точку! — воскликнула Крюнька. — Завтра стартует крупный онлайн-турнир с баснословным призом! И один из участников… Мигель! Совпадений многовато!
— Вот именно! Кстати, Крюнька, осмелюсь попросить: зарегистрируй меня на этот турнир. Под ником… ммм… #Кот_Базилио!
Затем звонок другу – псу-спаниелю Джордано из пограничной службы в Пулково (знакомство состоялось при задержании одного нечистого на лапу контрабандиста).
— Приветствую, страж границ! Как несется служба? Здоровье в норме? — начал Василий с истинно кошачьей вежливостью (сначала о здоровье, потом о деле!).
— Отлично! Погода – супер, кормят – на убой! Грамоту даже вручили – «За безупречную службу», — похвастался Джордано. — Загляни – покажу!
— Обязательно! А сейчас, дружище, к тебе вопрос. Не прибывали ли из Мексики… гм… подозрительные личности? Или, скажем, летучие мыши-крыланы?
— Прибывали! — удивился пес. — Откуда знаешь? Три дня назад рейс «Мехико – СПб». Пассажир – Мигель Санчес. Интерпол его в розыск ведет за связи с мошенниками. И что самое пикантное – с ним три крылана! Якобы в дар зоопарку. Но зоопарк сказал – своих хватает! А на самих крыланах – странные приборы. Санчес божился – для мониторинга мозговых ритмов. Документы в порядке – пропустили. Остановился, кстати, в «Астории».
— У Мойки… Спасибо, друг! Ты – герой! — Василий отключился и повернулся к Фигаро, в глазах зажегся тот самый огонек, который бывает только перед интересной авантюрой. — Итак, план созрел. Крыланы подменили колоду, и она сейчас в номере Санчеса в «Астории». Завтра он будет играть онлайн. Мы можем:
Незаметно проникнуть в номер и подменить колоду обратно.
И под шумок поучаствовать в турнире под видом Санчеса, а выигрыш… направить в «Всемирный фонд дикой природы». Как тебе идея, Фигаро?
— Блестяще, Вася, блестяще! — Фигаро лихо подкрутил ус. — И музей спасем, и дикой природе поможем! Играем!
Василий недовольно повел усом, он конечно был близким другом Фигаро, но «Вася» это право перебор, впрочем спишем это на волнительность и горячий характер нашего пушистого друга.
На следующее утро в вестибюль фешенебельной «Астории» вкатился вихрь франко-кошачьего шика. Два джентльмена неземной (вернее, внеулочной) элегантности привлекли все взгляды портье и даже заставили замереть рояль в углу.
Кот Беазиль (он же Василий): Облачен в полосатый костюм от-кутюр цвета «штормовое море у Ниццы». Усы, напомаженные редчайшим рыбьим жиром с ароматом лаванды, были закручены в такие лихие спирали, что, казалось, вот-вот взлетят и унесут кота прочь. В лапе он небрежно, но с безупречным чувством баланса, держал трость с набалдашником в виде миниатюрного Лувра. На ногах – лакированные полуботинки (калоши, разумеется, были оставлены в гардеробе, дабы не портить ансамбль).
Кот Арно (он же Фигаро): Его костюм «пепельная роза» оттенял благородную седину. Трость его была скромнее, но зато шляпа-котелок сидела под таким дерзким углом, что кричала: «Я – парижский хулиган от искусства!». Усы его были подкручены чуть менее вызывающе, чем у «Беазиля», но зато он непрестанно щурил один глаз, создавая впечатление вечной готовности к афёре или романсу.
– «Bonjour, mon ami! Une suite, s'il vous plaît! Près de la vue sur la rivière, bien sûr!» – пробасил «Беазиль», вручая паспорт на имя «Базиль де ля Ронсьер». Его французский был настолько безупречен, что даже кончик хвоста вибрировал с парижским акцентом. Портье, очарованный и слегка ошеломленный, поспешил выполнить просьбу столь важных гостей.
Номер по соседству с Мигелем Санчесом оказался роскошен: хрусталь, бархат и вид на Мойку, которой любовался еще Пушкин (и, по слухам, пара бдительных эрмитажных котов его эпохи). Но на красоты времени не было. Едва дверь закрылась, как «французские» лоск мгновенно сменился деловой хваткой.
«Арно» (Фигаро) вытащил из походного несессера (замаскированного под футляр для трости) прибор, больше похожий на гибрид радара и кошачьей игрушки с лазером. – «Вот, Джордано вручил. Говорит, последний писк таможенной моды. Видит сквозь стены лучше, чем я вижу миску со сметаной за три комнаты!» Он навел сканер на стену, разделявшую номера. Экран ожил, показывая тепловые контуры: человек (Санчес, вероятно, мирно храпел после вчерашних приготовлений к турниру) и три более мелких, странной формы силуэта – крыланы, свернувшиеся калачиком где-то на гардеробе, похоже, в шелковых пижамках с сомбреро (это уже домыслил Фигаро). Цель – прямоугольный предмет в верхнем ящике письменного стола – светилась особым, «запретным» цветом. – «Бинго, Вася! Колода на месте! Пахнет удачей и… жареными бобами? Странно».
«Беазиль» (Василий) тем временем скинул пиджак, обнажив подтянутую фигуру в жилетке. Он осматривал вентиляционную решетку под потолком с видом аса-скалолаза. – «Классика жанра, Фигаро. Вентиляция. Помнишь, как прадед мой, Феликс Терций, через такие же ходы в Зимнем за мышками гонялся? Только у меня задача тоньше – не шуметь». Он снял лайковые перчатки (коготь-то надо было пустить в ход для тонкой работы!) и ловко, бесшумно отвинтил решетку одним острым когтем. Заглянул в темный провал. – «Хм… Пыль веков и… запах былых интриг. Чувствуется, здесь бывал сам Распутин. Или это сыр?»
Диверсия Фигаро: «Арно», поправив котелок, вышел в коридор. Он направился к номеру Санчеса и с театральным вздохом постучал. Дверь приоткрылась, показалось сонное, недовольное человеческое лицо. «О, mille pardons, monsieur!» – завопил Фигаро на своем самом марсельском диалекте. «Je suis perdu! Mon ami, le Baron, il a perdu son chat! Un Persan bleu, très précieux! Vous n'avez pas vu? Il aime le fromage avec des… des puces!» (О, тысяча извинений, месье! Я потерялся! Мой друг, Барон, потерял своего кота! Голубого перса, очень ценного! Вы не видели? Он любит сыр с… с блохами!). Санчес, явно не говоривший по-французски и разбуженный среди ночи (по его меркам), заворчал что-то невнятное и попытался закрыть дверь. Но Фигаро уже вставил в проем элегантный носок полуботинка. «Un instant! Peut-être il est sous votre lit? C'est son endroit préféré pour les siestes philosophiques!» (Одну секунду! Может, он под вашей кроватью? Это его любимое место для философского сна!). Началась комическая толкотня и многоязычный сумбур, идеально заглушавший любой шорох из вентиляции.
Проникновение Василия: Тем временем «Беазиль» превратился в тень. Он протиснулся в решетку с грацией йога и змеи одновременно. «Инь и Ян… баланс… и чтобы хвост не зацепился…» – мысленно напевал он, двигаясь по узкому, пыльному колодцу. Мысли о том, что его уникальный четырехцветный окрас сейчас больше напоминает «пыльно-серый мышиный», его слегка печалили, но долг звал! Он прополз над ванной (услышав капли конденсата, похожие на тиканье часов судьбы), над гостиной (почуяв запах кофе и чего-то тропически-звериного) и точно над кабинетным уголком. Через решетку он увидел стол! Осторожно, одним когтем, он поддел защелку решетки снизу. Решетка поддалась бесшумно. Василий, как плащ-кинжал времен Екатерины, бесшумно соскользнул вниз, приземлившись на пушистые задние лапы в идеальной стойке. Его глаза мгновенно нашли нужный ящик. «Вот ты где, красавица…» Он открыл ящик. Там, на бархатной подушечке, лежала колода. Карты были не просто старыми – они дышали историей, авантюрой и чем-то… электризующим. Василий достал идеально выполненную подделку (любезно предоставленную Мурфией Теодоровной из запасников Эрмитажа) и протянул лапу к оригиналу. В тот момент, когда его кожа (пусть и через перчатку) коснулась карт Кортеса, по спине Василия пробежал разряд. Перед глазами мелькнули образы: золото ацтеков, азартные огни Монте-Карло, восторг победы. «Ох, не зря говорят про удачу… Так и потянуло поставить всё на красное! Но… сначала план!» Он ловко подменил колоды. Оригинал исчез в потайном кармашке его полосатого жилета. В этот момент из-за двери донесся особенно громкий вопль Фигаро: «Mon Dieu! Il est peut-être dans votre garde-robe avec votre sombrero?!» (Боже мой! Может, он в вашем гардеробе с вашим сомбреро?!). Пора было уносить лапы! Василий одним прыжком вцепился в край вентиляции и, работая хвостом как пропеллером, втянулся обратно в шахту. Решетка встала на место с тихим щелчком.
«Арно», увидев в щель приоткрытой двери мелькнувший хвост «Беазиля» в вентиляции (сигнал «задание выполнено»), мгновенно прекратил спектакль. «Ah, quelle horreur! J'entends ses miaulements dans le hall! Au revoir, monsieur, et merci pour votre… hospitalité!» (Ах, какой ужас! Я слышу его мяуканье в холле! До свидания, месье, и спасибо за… гостеприимство!). Он сорвался с места, оставив ошарашенного Санчеса на пороге, и умчался в свой номер.
– «Вас-си-лий!» – Фигаро, запыхавшись, влетел в номер. – «Этот блеск в глазах… Я видел его лишь раз – у себя в зеркале, когда мне удалось стащить целую банку сметаны с праздничного стола директора Эрмитажа! Колода настоящая! От нее так и веет… фортуной и авантюрой!» Он принюхался к жилету Василия. «И жареными бобами. Странно. Ну что, сыграем партейку, а, Беазиль? Пока жулик спит?»
– «Не партейку, Фигаро, а турнир!» – уверенно заявил Василий, доставая колоду и ощущая ее магию, словно теплый ток. – «И выиграем! Но не для себя. Для тех, кто летает без зонтиков и калош!» Он бросил колоде легкий, почтительный взгляд, словно самурай клинку, и убрал ее в бархатный мешочек (припасенный заранее). «Включай ноутбук, Арно. Пора #Коту_Базилио показать этим мошенникам, где раки зимуют… и где коты выигрывают!»
Последующая онлайн-баталия была эпична. Санчес, играя своей поддельной колодой (которая, видимо, сохранила остаточную ауру удачи или просто он был хорошим игроком), шел уверенно. Но #Кот_Базилио с его истинной колодой Кортеса был неудержим! Каждый его ход был точен, каждая ставка – дерзка и оправдана. Фигаро, сидя рядом, комментировал шепотом:
– «Василий! Туз пик! Он же у тебя! Ставь всё!»
«Василий, он блефует! Чувствую по хвосту!»
«Мон шер! Это же флеш-рояль! Мы сорвали банк!»
Когда финальная виртуальная фишка упала на сторону #Кота_Базилио, Василий с достоинством, подобающим его императорскому происхождению, набрал сообщение:
«Весь выигрыш перевожу в «Всемирный фонд дикой природы». Пусть крыланы летают свободно, а удача сопутствует только честной игре! Всем спасибо! #Кот_Базилио удаляется!»
…и с решительным щелчком захлопнул крышку ноутбука, словно шпагу в ножны.
Друзья молча посмотрели друг на друга. И вдруг, нарушая аристократическую тишину номера «Астории», разразились таким оглушительным мурлыкающим смехом, что, наверное, услышали даже крыланы за стеной. Они обменялись не рукопожатием, а настоящим кошачьим «дай пять» – лапа в лапу!
– «Домой, Фигаро! К Крюньке и «Медовику»!» – Василий уже снимал полосатый пиджак.
– «А мне – в музей! Колоду под стекло, пока Мурфия Теодоровна не объявила тревогу!» – Фигаро ловко поймал свою трость и котелок.
Их «французское» превращение длилось ровно до выхода из «Астории». Уже на набережной Мойки Василий, поправив свой обычный клетчатый пиджак и зонтик, бодро зашагал к Лиговскому. Фигаро же, слившись с вечерними тенями Дворцовой площади, помчался к знакомым служебным входам Эрмитажа, сжимая в лапе бархатный мешочек, от которого так и веяло удачей… и хорошо выполненной работой.
Василий покинул отель «Астория» так спокойно и невозмутимо, словно только что вернулся с лёгкой утренней прогулки, а не предотвратил международный музейный скандал с участием крыланов, поддельных карт и французских котов под прикрытием.
Петербург встретил его мягким вечерним дождём — тем самым дождём, который в этом городе считается почти элементом архитектуры.
Фигаро семенил рядом, всё ещё переваривая произошедшее.
— Василий… — начал он осторожно. — Ты понимаешь, что сегодня произошло?
— Безусловно, — кивнул Василий. — Мы восстановили культурный баланс Европы и спасли честь Эрмитажа.
— Я не об этом! Мы играли в подпольный покерный турнир против международного преступника!
— Ах, это, — невозмутимо ответил кот. — Пустяки. Самое сложное было сделать вид, что я играю хуже, чем умею.
Фигаро остановился посреди Дворцовой площади и посмотрел на него с глубоким уважением.
— Я начинаю понимать, почему о тебе ходят легенды.
— В Петербурге о каждом втором ходят легенды, — скромно ответил Василий. — Главное — не читать их перед сном.
Они остановились у арки Главного штаба. Над городом медленно зажигались огни.
— Знаешь, самое удивительное — никто даже не узнает, что случилось.
Василий посмотрел на Зимний дворец.
— Так и должно быть. История работает лучше всего, когда идёт по плану и не привлекает лишнего внимания.
Фигаро на секунду задумался, затем тихо сказал:
— Но я всё равно расскажу котам Эрмитажа. Только… без деталей про покер.
— Очень мудрое решение, — кивнул Василий. — Некоторые вещи лучше оставлять между культурными учреждениями.
Они подошли к воротам Эрмитажа.
— Спасибо тебе, — сказал Фигаро серьёзно. — Ты спас музей.
Василий слегка поклонился.
— Эрмитаж стоит того, чтобы его спасали.
— Если честно… я всегда мечтал участвовать в секретной операции.
— Поздравляю, — мягко сказал Василий. — Сегодня ты стал частью истории.
Фигаро расправил плечи и гордо направился к служебному входу. Хвост у него при этом держался под таким углом, что любой опытный кот понял бы: сегодня был великий день.
Василий же повернулся и неторопливо пошёл к Невскому проспекту.
— Ну?! — раздался в трубке голос Крюньки ещё до того, как Василий успел сказать «алло».
— Добрый вечер, дорогая, — вежливо произнёс кот.
— НЕ ДОБРЫЙ ВЕЧЕР! — возмутилась Крюнька. — Я весь день переживаю! Ты обещал звонить каждые десять минут!
— Я звонил мысленно, — спокойно ответил Василий.
— Вася, я не принимаю мысленные звонки!
— Надо будет обновить тариф, — задумчиво сказал кот.
— Рассказывай. Немедленно.
— Колода возвращена. Эрмитаж спасён. Международный скандал отменяется.
На другом конце повисла пауза.
— То есть… ты снова спас историю?
— Я знала! — радостно пискнула Крюнька. — Я чувствовала по медовику!
— Он был особенно вдохновляющий сегодня.
— Тогда срочно ставь чайник. Я уже поднимаюсь.
Через двадцать минут Василий открыл дверь мансарды.
Его встретил запах чая, корицы и домашнего уюта — запах, который всегда говорит: «приключение окончено, можно выдохнуть».
Крюнька стояла посреди комнаты в халате и тапочках в виде кроликов.
— Герой вернулся! — объявила она торжественно.
— Скромный участник событий, — поправил Василий.
— Скромный участник, который выиграл подпольный покерный турнир? — прищурилась Крюнька.
— Вася… я зарегистрировала тебя на турнир. Конечно, я смотрела трансляцию!
Кот медленно снял перчатки.
— Значит, мой блеф видел весь интернет?
— Весь кошачий интернет точно.
— Это катастрофа, — тихо сказал Василий.
— Это легенда! — возразила Крюнька. — Тебя теперь обсуждают коты трёх континентов!
Василий тяжело вздохнул и повесил зонт на крючок.
— Я надеялся сохранить скромность.
— Поздно. Теперь ты «Кот с флеш-роялем».
Кот на секунду закрыл глаза.
— Это имя мне придётся пережить.
Крюнька поставила перед ним чашку какао.
— Ради Эрмитажа можно пережить многое, — согласился Василий и сделал глоток.
Он сел за стол, посмотрел в окно на дождливый Петербург и тихо добавил:
— Знаешь, Крюнька… иногда судьба мировых музеев зависит от очень маленьких решений.
— От одной колоды карт. От одного звонка. И от одной очень настойчивой крысы.
Крюнька смущённо поправила берет:
— И от одного кота в клетчатой тройке.
Василий скромно отвёл взгляд.
— Скромность украшает героя.
— Но медовик украшает вечер больше, — сказала Крюнька и поставила на стол тарелку.
Они молча ели медовик и слушали дождь.
А город за окном спокойно жил своей жизнью, даже не подозревая, что сегодня вечером Эрмитаж снова был спасён.
И, согласитесь, дорогой читатель, это самый лучший вид приключений — те, после которых можно спокойно вернуться домой и выпить какао. 🐾
Эрмитаж — один из крупнейших музеев мира. Коллекции собирались веками, и их охраняют не только люди, но и знаменитые эрмитажные коты. Их служба началась в XVIII веке и продолжается до сих пор. И пусть они не расследуют преступления каждый день… но, согласитесь, было бы странно, если бы никогда не приходилось.
