Материалов, написанных о начале Великой Отечественной, так много, что поиск истины становится почти невозможным. Спорят историки, появляются новые архивные материалы и закрадывается недоверие к мемуарам маршалов Победы, ведь они не раз редактировались, могли быть серьезно искажены. Но вопрос звучит снова и снова: знало ли советское руководство о возможном нападении и почему не готовилось заранее?
Сталин все знал...
В этом материале – суммированное мнение сторонников версии о том, что советское руководство знало о возможной войне, а также о том, что большая вина в этом лежит на военном начальстве, а не на Сталине. Последний понял, что войны вряд ли избежать, еще в 1925 году.
Между рядом европейских стран были заключены Локарнские соглашения. Сталин понял – начало создания антисоветского блока положено. Прозвучала его фраза: “Локарн выпустил дух войны на свободу”.
Есть мнение, что в тот момент Сталин отказывается от идеи мировой революции в пользу строительства социализма во вверенном ему государстве. Индустриализация стала идеей фикс, но потребовала очень много жертв. К ним относят жесткую коллективизацию села, а также агрессивную культурную революцию.
В первой пятилетке закладывается фундамент военпрома Советского Союза. Каждые 29 часов появляется и начинает работать новое предприятие. Во второй пятилетке – каждые 10 часов, это немыслимо. К 1941 году, когда Вторая Мировая уже вовсю бушевала, у советского государства был развитый военно-промышленный комплекс, который мог обеспечивать Красную Армию оружием, причем современным.
Не нужно быть историком, чтобы понимать: Сталин индустриализировал страну, потому что осознавал неизбежность войны. И промышленная готовность, а также техническое исполнение были, если не в избытке, то точно в достатке. Тут опять исследовали говорят, что знать мало, и готовиться технически-материально – тоже мало.
Даже идеологическая подготовка, которая в стране велась с фанатизмом и передергиваниям, также была высока, если измерять его в условном “патриотическом рвении”. Но что же тогда было слабым звеном? Им оказалась военная верхушка правительства. Вот кого в большей степени винят в недостаточном отпоре на момент начало войны и проигранных тактике и стратегии.
Ошибки военного руководства
Нарком обороны Тимошенко, начальник Генштаба Жуков – вот фамилии тех, кто ошибся в выстраивании планов ввязывания в неизбежную войну. Напомним, это суммированное мнение тех, кто не разделяет идеи винить в проваленном начале войны только Сталина.
Они не снимают его ответственности, но отмечают – он не заканчивал военных академий, не имел серьезного военного опыта. Его вина в том, что он не проверил готовности тех, кто должен был иметь несколько планов вступления в войну.
Сторонники такого мнения считают, что именно военные верхи катастрофически ошиблись, выбрав очень рискованную конфигурацию и стратегия вступления РККА в войну. Ими был искажен официальный План Обороны, предполагающий сначала сковать противника, а после мобилизации второго и третьего эшелонов перейти в наступление. Жуков и Тимошенко были уверены, что первый эшелон выстоит и удержит гитлеровцев, опрокинув их контрударами на территории Украины.
Но промах военного начальства был в том, что они не учли военно-материальной мощи Германии. Вермахт уже больше десятилетия (на тот момент) модернизируется, в СССР же матчасть, созданная энергией Тухачевского, значительно уступает. Оружием победы – говорят сторонники этой версии – стала техника, что вводилась в строй не раньше 1938. Был и печальный финский опыт, из которого выводы сделаны далеко не в полной мере.
Военначальство выбирает стратегией действий первого эшелона контрнаступление с первых минут. Хотя стратегия “активной обороны” вполне могла сработать. Но есть одна существенная деталь. В ней все и дело. Чтобы план сработал, нужно четко понимать, что планирует сам враг. В соответствии с этим расположить войска, иметь много сил сразу, не дать противнику прорваться на коммуникации.
И тут кроется ошибка – не угадали силу и направление ударов, не “прикрыли” достаточно основную часть линии границы. Получилось, что на каждого советского солдата на момент 22 июня пришлось по 5, а то 6 солдат Вермахта. Это с учетом сильнейшего танкового подкрепления гитлеровцев и абсолютным преимуществом люфтваффе.
На одну некомплектную дивизию РККА наступает 10 вражеских – и противник такой расклад прекрасно понимал. Потому и рассчитывал на блиц-криг. Именно на острие военных действий у Германии огромный перевес в людях и технике.
Оправдывая Сталина, сторонники этой версии ошибок в начале войны говорят о том, что не лично Сталин располагал авиацию передового базирования там, где немецкие гаубицы могли ее достать. И не лично Сталин забил аэродромы машинами без вооружения, не заправил самолеты и т.д.
Кто именно виноват в проигранном первом месяце войны
Причиной неготовности воевать с сильным противником и рассыпающегося плана обороны авторы описываемой теории считают концентрацию в военном руководстве представителей Киевского Особого военного округа.
После того как сняли Ворошилова и Шапошникова, на смену им пришли Жуков и Тимошенко. Они не стали рассматривать “активную оборону” на московском направлении, и усилили юго-западное. Это шло вразрез с Планом обороны от 14 октября 1940 года, утвержденного Молотовым и Сталиным.
Авторы такой теории уверены – даже мемуары будущих маршалов Победы не могут современному исследователю дать какой-то особой, достоверной информации. Они прошли не одну редакцию, есть вероятность, что из начальной версии убрано очень много.
Но здесь открывается еще один интересный момент – растерянность в первые часы войны, отсутствие приведения войск в полную боевую готовность могли быть следствием заговора. И, если принимать эту версию полностью, то заговором против Сталина.
21 июня 1941 года, 5 утра... НО!
Война ожидалась уже с 18 июня, к вечеру этого дня разослано 47 приказов. Войска нужно было приводить в готовность. Сталин приказывает провести воздушную разведку, которая показала, что гитлеровцы выдвигаются на исходные позиции.
Это значит, что у советской стороны есть 3 дня, чтобы объявить о мобилизации. Младшее и среднее (а не старшее) военное руководство угадало, что первым удар придется на Белостокский выступ, но в штабе Павлова почти 3 дивизии отправляются в Брестскую крепость.
У сторонников теории провала и заговора против Сталин есть и конкретный виновник – Тухачевский, организовавший генеральский заговор. Его же обвиняют в том, что его доносчики стали уничтожителями огромного количества честных офицеров, попавших под репрессии.
Чем все это подытожить
Сторонники теории заговора против Сталина и попыток “перевести стрелки” в неготовности к войне на него, вывод имеют четкий: ошибался и советский правитель, но Генштаб и наркомат обороны виноваты намного больше. У них была материально-техническая мощь, наращенная Сталиным во время индустриализации, был составленный и утвержденный план, от которого они отказались.
Страна была готова к войне, но высшее военное руководство – нет. Не провели четкий анализ, не соизмерили человеческие и технические ресурсы, не предугадали действий противника, неправильно сделали расстановки на границе, недооценили первоначальный план.
Это лишь одна из версий, которая заслуживает критики – как и другие. Она уклончиво объясняет неописуемый урон, нанесенный стране репрессиями, уничтоженную воинскую элиту. И даже если рассматривать вероятность заговора против Сталина, неотвеченными остаются вопросы на причины такого заговора.
Другие версии не менее интересны, реалистичны. Которая из них ближе к истине – вопрос открыт.
