Сказание о Гиссуре Торвальдссоне и о том, как он любил приключения, битвы и убивать людей, и не любил скальдов
На самом деле было так,
Стурла Тордарсон сказывал:
- В те стародавние времена, когда по ночам волки грызли луну и грызлись друг с другом от скуки и тоски, а тролли жаловались на погоду, на несправедливость людей и мира, в котором орки жили, жил на свете Гиссур Торвальдссон - человек, чьё имя звучало грозно, а судьба напоминала сагу, которую пьяный скальд начал с размаху, а потом забыл, куда вёл сюжет. Родом он был из клана Хаукдэлир, что славился не только доблестью, но и умением устраивать знатные пирушки с размахом, с реками выпивки и столами, полными еды, те самые пирушки, о которых потом долго ходила молва в народе. Отец его, Торвальд, слыл суровым мужем, но, говорят, дрожал при виде собственной жены Торы - а та, хоть и звалась «младшей», могла одним взглядом заставить викинга вернуть украденого коня.
В юности Гиссур подался ко двору конунга Хокона, будущего короля Норвегии - не ради славы, а потому что дома матушка всё твердила ему, что пора бы ему делом заняться, а не сидеть у очага, выдумывая оправдания, почему он ленится. Там он, спустя время, и получил чин годи - вроде как чин вождя, но с оговоркой: «это если никто не возразит, если вдруг». А возражать никто не спешил: Гиссур умел так зыркнуть глазами исподлобья, что даже самые дерзкие мужи вдруг вспоминали, что им срочно надо проверить, не заржавел ли их меч.
Сошёлся он с Колбейном Молодым - парнем горячим, но с головой, что кружилась от собственной важности. Вместе они решили, что пора навести порядок в Исландии, то есть, по их разумению, хорошенько поколотить клан Стурлунгов. И поколотили - в битве при Эрлигсстадире они так славно махали мечами, что враги в ужасе разбежались, решив, что эти двое либо безумны, либо знают какой-то особый навык. Так Гиссур и Колбейн стали самыми известными и могущественными людьми в стране, на время, - по крайней мере, пока никто не спросил, что они собираются делать дальше.
А дальше Гиссур, по воле конунга Хокона, отправил на встречу с предками Снорри Стурлусона - не из личной вражды, а потому что так велел приказ конунга, а спорить с конунгом - всё равно что плевать против ветра: мокро, глупо и чревато. После этого он стал верным вассалом короля, словно пёс, который однажды принёс палку и теперь ждёт, что его за это будут кормить всю жизнь.
Годы шли, Гиссур проводил время, между Исландией и Норвегией, бывал то там, то там, как лист, гонимый бурей. Был ярлом в Тронхейме, потом вдруг сорвался и поехал в Рим - то ли грехи замаливать, то ли посмотреть, правда ли там все ходят в золоте и красном атласе. Вернувшись, он снова взялся за старое: пытался склонить исландцев стать под руку конунга, но те только хмурились и шептали: «Опять этот Гиссур со своими уговорами…»
А потом настал чёрный день Флюгумирарбренна - день, когда враги подожгли его поместье, решив, что с Гиссуром пора кончать. Но не тут-то было! Гиссур, не растерявшись, спрятался в бочке с кислой сывороткой - и сидел там, пока пламя не улеглось, а враги не разбежались, решив возможно или нет, что если человек способен на такое, то лучше с ним не связываться. Правда, семья его в тот день погибла - и хоть спасся он сам, но говорят, что после этого в его взгляде появилась такая тоска, что даже самые стойкие воины отводили глаза.
Конунг, видя, что Гиссур тянет с покорением Исландии, как кот тянет мышь по полу за мышиные яйца, призвал его обратно в Норвегию - мол, подумай там, как и что надо делать. Но Гиссур не унывал: он верил, что рано или поздно исландцы поймут, что без конунга им никак. И позже, намного позже, но не сильно намного, они и вправду согласились с условиями Старого Договора - возможно, просто чтобы Гиссур наконец перестал их уговаривать и отстал, во имя Хельхейма, славься имя его. С тех пор договор этот в шутку звали «Гиссурсаттмали» - мол, это не воля народа, а мечта одного надоедливого человека из Норвегии.
После этого Гиссур ещё успел повздорить с недругами - особенно с Тордом Андресоном, которому, видимо, надоело слушать про договоры и конунгов, или же поссорился просто без причины. Кончилось это плохо для Торда: позже он встретил свою смерть от руки Гиссура. А вскоре Эпоха Стурлунгов угасла, как костёр под дождём, и, отчасти поэтому, о последних годах Гиссура почти ничего не известно, (что с ним было дальше - никто не записал в летописи, а Старшая Эдда тем более молчит) - разве что известно доподлинно, что жил он последние годы в Рейниснесе, и подумывал уйти в монастырь, да так и не собрался: то ли лень было, то ли решил, что и в миру дел хватает. Перед смертью он всё же пожертвовал земли под женский монастырь - видимо, чтобы хоть где-то в мире был уголок, где его не станут просить помочь с договорами.
Что до жён его - тут и вовсе история горькая, как перекисшая сыворотка. Первая, Ингибьерг, была дочерью того самого Снорри, которого он потом отправил к предкам; поженились они юными, но счастья не вышло - развелись, и каждый пошёл своей дорогой. Потом он взял в жёны Гроа Альфсдоттир, и родились у них сыновья - да только судьба не дала им долгой жизни: все погибли в том самом пожаре. После этого Гиссур нашёл утешение в объятиях Ингибьерги Гуннарсдоттир, и родилась у них дочь Тора - единственный светлый лучик в его бурной, как шторм, жизни.
Эту историю потом пересказывал в своих сказаниях скальд по имени СкальдофРагнарок - человек с напыщенным именем, себе не по праву присвоенном, который любил приукрасить свои истории, да так приукрасить, что даже сами боги покраснели бы от стыда и ушли прочь, если бы слышали его сказания. Но боги его сказаний не слышали, слава Одину. Кстати, Один тоже не слышал сказки старого скальда. Самому же скальду не было стыдно, человек он такой, да и выпивка помогала потушить мимолетные муки совести.
А Гиссур Торвальдссон как-то, идя по дороге домой, увидел, как скальд этот рассказывает эту историю о нём - о Гиссуре. Постоял, послушал, а потом сплюнул под ноги скальду и сказал:
- Что за конское дерьмо - эта история! Ненавижу скальдов!
И потом вдруг мощным ударом своей секиры разрубил напополам СкальдуофРагнароку голову и шею, достав до его плеч, а потом, вытер лезвие секиры об одежду старика и пошёл домой, где лёг спать - ибо после прослушивания историй от этого старика любой захочет закрыть глаза и забыть этот день навсегда.
Историческая справка:
Стурла Тордарсон - исландский политик, поэт, прозаик и историограф. Известен в первую очередь как автор «Саги о Хаконе Старом» и «Саги об Исландцах», а также как человек, записавший одну из версий «Книги о заселении Исландии» — так называемую «Книгу Стурлы». https://ru.wikipedia.org/wiki/Стурла_Тордарсон
Гиссур Торвальдссон - средневековый исландский вождь семейного клана Хаукдэлир в Исландии в XIII веке н.э. http://cyclopaedia.ru/wiki/Торвальдссон_Гиссур
Старшая Эдда - поэтический сборник древнеисландских песен о богах и героях скандинавской мифологии и истории, сохранившийся в древнеисландской рукописи второй половины XIII века. https://ru.wikipedia.org/wiki/Старшая_Эдда





