Летом 1518 года на улице Страсбурга произошел случай, который до сих пор ставит в тупик историков. Женщина вышла из дома и начала танцевать без музыки. На ее лице не было улыбки — только гримаса изнеможения. Это началось не как праздник, а как странный припадок, который за неделю охватил десятки людей, а за месяц превратил город в зону бедствия. Это история самой загадочной эпидемии в Европе, где «лекарство» оказалось хуже болезни.

Страсбург страдал от голода и неурожая. Напряжение висело в воздухе. Искрой стала Фрау Троффеа. Ее танец был пугающим: резкие движения, сбитые в кровь ноги и отсутствующий взгляд. Она танцевала, пока не упала без чувств, чтобы очнуться и продолжить снова. Она просто не могла остановиться.

Странное состояние оказалось «заразным». К концу недели рядом с ней двигались в трансе еще тридцать человек. К концу месяца их было около четырехсот. Площади заполнились людьми, которые не ели, не пили и не спали. Они продолжали двигаться до полного истощения организма.

Власти запаниковали. Городской совет и врачи вынесли вердикт: «горячая кровь». Но их решение стало роковой ошибкой. Они решили, что клин вышибают клином, и прописали больным... больше танцев. Власти расчистили рыночную площадь, построили сцену и наняли профессиональных музыкантов, чтобы те задавали ритм.

Это выглядело сюрреалистично. Под бодрые звуки флейт и барабанов измученные люди из последних сил дергались в такт. Музыка не лечила — она не давала остановиться. Согласно хроникам тех лет, многие танцоры падали от сердечных приступов и инсультов прямо на глазах у оркестра. В пик эпидемии этот «карнавал» уносил до пятнадцати жизней в день.

Что это было на самом деле? Главная версия науки спустя 500 лет — отравление спорыньей. Это ядовитый грибок, который поражает рожь во влажное лето.

Хлеб из такой муки содержит токсины, способные вызывать судороги, спазмы и галлюцинации, которые со стороны напоминали танец. Вторая версия — массовая истерия. Годы страха и голода сломали психику горожан. Танец одной женщины стал спусковым крючком, заставившим сотни людей войти в транс, чтобы неосознанно сбежать от реальности.

Эпидемия исчезла так же внезапно, как и появилась, когда выживших увезли в горный храм святого Вита. Но в истории Страсбурга навсегда осталась запись о лете, когда город пытался перетанцевать беду — и проиграл.