Около 5000 человек погибли в Иране за три недели массовых антиправительственных выступлений. Об этом в воскресенье, 18 января, заявил агентству Reuters официальный иранский источник, добавив, что в числе погибших - около 500 сотрудников сил безопасности. По словам иранского чиновника, наиболее ожесточенные столкновения произошли в курдских районах на северо-западе страны. Он предупредил, что число погибших в ближайшие дни может значительно возрасти.

Официальный источник возложил ответственность за гибель невинных людей на "бесчинствующих вооруженных террористов", которые, как он утверждал, получали оружие и поддержку от Израиля и других иностранных государств. Такие обвинения озвучиваются в Тегеране не впервые. 17 января верховный руководитель Исламской республики аятолла Али Хаменеи обвинил в смерти демонстрантов и сотрудников сил безопасности президента США Дональда Трампа и сионистов.

Ранее, утром 18 января, британское издание The Sunday Times обнародовало данные, полученные от иранских медиков, согласно которым число убитых в столкновениях составляет от 16.500 до 18.000, а раненых - около 330.000. В числе жертв - дети и беременные женщины. Отчет был составлен сотрудниками восьми больниц, в которые поступают пострадавшие. По оценке иранских врачей, от 1000 до 1700 демонстрантов полностью или частично потеряли зрение, попав под огонь сил безопасности. Эти данные были переданы через развернутую Илоном Маском над Ираном систему спутниковой связи Starlink. Блокировка интернета, введенная режимом аятолл, продолжается более недели.

Иранские медики, участвовавшие в подготовке отчета, отмечают, что многие пострадавшие при подавлении беспорядков скончались от потери крови. Дефицит донорской крови приобрел небывалую остроту, работники больниц сдавали кровь для раненых, но не смогли спасти всех, кому срочно требовалось переливание.

"Это геноцид под прикрытием электронной блокады, - заявил корреспонденту The Sunday Times проф. Амир Параста, иранский офтальмолог, работающий в Германии и поддерживающий контакт с коллегами в Иране. - Сторонники режима открыто говорят, что будут убивать, пока протесты не прекратятся. Именно это и происходит". Параста, в 2022 году оказывавший помощь многим пострадавшим во время массовых выступлений иранцев за права женщин, отметил, что если прежде силы безопасности обычно применяли для разгона демонстраций резиновые пули, то теперь по протестующим ведут огонь на поражение боевыми патронами.

Участник акций протеста, которому удалось бежать из Ирана, рассказал корреспонденту лондонской The Times, что полицейские и ополченцы вели огонь по головам демонстрантов стараясь попасть в глаза. Он добавил, что силы безопасности похищали раненых прямо из операционных в больницах.

The Times также сообщила со ссылкой на источники в Иране, что в ряде случаев боевики проправительственного ополчения Басидж волокли тела убитых по улицам, а затем вывозили их в другие города, где хоронили в безымянных могилах. Семьям сообщают о захоронении и требуют выкуп в размере 5000 долларов за выдачу тела.

Источник: https://www.vesty.co.il/main/article/hyodylqrbe

А вот что говорил сам Али Хаменеи: https://russian.khamenei.ir/news/7219

В 1953 году Центральное разведывательное управление (ЦРУ) США и британская Секретная разведывательная служба (МИ-6) начали операцию «Аякс». Это была первая в истории попытка США организовать смену режима в мирное время.

1. Подкуп иранских политиков, религиозных лидеров и представителей преступного мира.

2. Организация фиктивных протестов и беспорядков.

3. Распространение ложной информации в СМИ, где Мосаддыка называли коммунистом.

4. Подкуп семьи шаха для его поддержки.

5. Свержение Мосаддыка и восстановление власти Мохаммеда Резы Пехлеви, которого США считали своим союзником на Ближнем Востоке.

Этот план оказался успешным. В августе 1953 года иранские военные, действуя при поддержке ЦРУ, арестовали Мосаддыка. Его обвинили в государственной измене, приговорили к пожизненному домашнему аресту и запретили заниматься политической деятельностью. Его сторонников подвергли репрессиям: некоторых арестовали, других выслали из страны, а третьих убили.

Когда Мосаддык был устранён, шах вернулся из изгнания, поцеловал перстень ЦРУ и захватил полную власть.

Его режим стал одним из самых репрессивных в мире. И США его полностью поддерживали. (а сейчас президента Венесуэлы за то же самое похищают... те же США, двуличие, не иначе)

Шах создал секретную полицию САВАК, обученную ЦРУ и израильским «Моссад». Это были не просто полицейские. Они пытали людей электрическими кабелями, изнасилованиями, избиениями и кислотой. Они похищали журналистов и казнили несогласных.

Прошли годы, жизнь иранцев становилась хуже, цензура была повсюду, экономическое неравенство стремительно росло, религиозные лидеры, интеллектуалы, рабочие - все, кто сопротивлялся - подвергались жестоким репрессиям, коррупция процветала.

Цепь событии привели к 1977 году.

Осенью 1977 года начались массовые демонстрации против коррумпированного режима шаха и прозападной ориентации Ирана. Протестующие призывали к восстановлению исламского правления и демократии. Духовный лидер оппозиции — аятолла Рухолла Хомейни, находившийся в изгнании, активно выступал против шаха, публикуя критические обращения и записывая аудиозаписи призывов к сопротивлению.

В сентябре 1978 года случилась трагедия Чёрного Пятницы, когда войска открыли огонь по демонстрантам, убив сотни людей. Это вызвало волну негодования и новый всплеск массовых акций протеста.

Под давлением внутренней нестабильности и международного сообщества шах покинул страну 16 января 1979 года. Это стало сигналом победы оппозиционных сил и подготовило почву для возвращения Хомейни.

1 февраля 1979 года аятолла Хомейни вернулся в Иран после долгого изгнания. Встречи с народом превратились в массовое торжественное шествие, символизирующее победу революции.

Через референдум, проведённый в апреле 1979 года, была провозглашена Исламская Республика Иран. Новая конституция закрепила верховенство шиитского права и религиозную основу власти. Начался период радикальных изменений в социальной, культурной и правовой сферах.

Так создавался нынешний Иран.

Короче, могла быть демократия в Иране, могли жить как Европа в экономическом плане, в свое время Ливан тоже так мог, Ливан был в свое время как Швейцария, и у Ирана могло быть огромное будущее.

Но щупальца запада и Америки не хотели расставаться с иранской нефтью. И устранили всех демократов, установив в Иране свою марионетку.

Сейчас литр бензина в Иране стоит около 4 рублей. Ну, до протестов так было, сейчас не знаю. Но нет смысла в бензине, если граждане не могут купить машину.

Это как я понял, из прочитанных и просмотренных источников в интернете, я постарался это все доступно поведать.

Если я ошибся в фактах, исправьте аргументированно в комментариях.

Тг: akbarov4

Можем ли мы представить себе, что сказал бы Иран, если бы в США, на Уолл-стрит, людей вот так же массово «паковали» (жёсткие задержания 2011–2012 годов), а Тегеран в ответ объявил бы: мы направим своих моджахедов в Вашингтон? Это немыслимо — именно потому, что речь идёт о внутреннем деле Соединённых Штатов Америки.

⬆ Эти мысли я высказал в интервью радио «Спутник в Крыму».

Иван Мезюхо

Присоединяйтесь к интересному

За последние две недели в Иране произошло то, что ещё недавно казалось маловероятным. Экономическое недовольство быстро переросло в общенациональный кризис, улицы крупнейших городов стали ареной столкновений, а власть ответила привычным, но крайне жёстким способом: почти полным отключением интернета. Стрельба в Тегеране, сообщения о захвате Абданана и Малекшахи, радикальные лозунги вроде "Смерть Хаменеи" и одновременно апелляции к монархическому прошлому показывают глубину распада привычной политической рамки.

За 13–14 дней протестов правозащитные структуры зафиксировали сотни жертв и тысячи задержаний. По данным HRANA, погибли не менее 65 человек, арестованы более 2300. Iran Human Rights и Amnesty говорят о десятках убитых, в том числе детях, и массовых обысках и задержаниях. Но важнее другое: протест перестал быть набором локальных вспышек. Он начал собираться в общее движение, где заметную роль играют торговцы базаров, рабочие, профсоюзы и региональные политические силы, прежде всего в курдских районах.

Перед нами классический конфликт между низами и теократическим капитализмом, который держится на коррупции, милитаризации экономики и постоянном насилии. Попытки представить возврат к шаху как выход из тупика является ложной альтернативой. Это другая форма той же эксплуатации. Реальный выход возможен только через самоорганизацию трудящихся, но ей сегодня мешают две вещи: масштаб репрессий и слабость левых организаций внутри страны.

Экономическая основа протеста очевидна. Обвал риала стал спусковым крючком. За декабрь курс рухнул на двузначные значения, а за год падение составило около 80-84 процентов. В пике последней волны доллар торговался в диапазоне 1,38-1,47 миллиона риалов. Это мгновенно разогнало инфляцию. Общий рост цен оценивается в 42-52 процента, продукты подорожали примерно на 70 с лишним процентов, лекарства - примерно на половину. Для большинства людей это означает, что привычная жизнь становится невозможной.

На фоне этого режим продолжает отменять субсидии, пересматривать валютные правила и проводить так называемые рыночные реформы. На практике они открывают огромные возможности для структур, связанных с Корпусом стражей исламской революции. Контроль над импортом, валютными потоками и серыми схемами позволяет им зарабатывать на хаосе. Военные расходы и финансирование региональных конфликтов дополнительно вытягивают ресурсы из социальной сферы. Цена всего этого ложится на торговцев, рабочих, учителей и медиков.

Именно здесь и возникает протестная логика. Люди, которые оплачивают кризис собственными доходами и жизнями, пытаются переломить ситуацию коллективным действием. Закрытые базары, забастовки, выход профсоюзов из тени - это не абстрактное недовольство, а попытка вернуть ответственность тем, кто наживается на разрушающейся экономике.

Отсчёт нынешней волны обычно ведут с 28 декабря 2025 года, когда Большой базар Тегерана остановил торговлю. Для иранской политики это был сильный сигнал. Базар традиционно считался опорой власти, и его закрытие означало демонстративный разрыв. Очень быстро забастовки перекинулись на другие города: Табриз, Исфахан, Мешхед, Керман и десятки региональных центров. К началу января во многих местах лавки оставались закрытыми больше десяти дней подряд.

Параллельно улица радикализировалась. Сначала звучали лозунги против дороговизны и налогов, затем протест стал открыто политическим. Столкновения в Тегеране и западных провинциях сопровождались поджогами, нападениями на силовиков и ответным применением огнестрельного оружия. С 8 января власть пошла на почти полное отключение интернета. По данным мониторинга, потеряно до 99 процентов трафика, исчезли альтернативные каналы связи. Это резко усложнило координацию и сбор информации и, по сути, стало способом скрыть масштаб насилия.

Но протест не ограничился улицей. К движению начали подключаться рабочие. Водители грузовиков и автобусов, профсоюз работников пригородного транспорта Тегерана, национальные объединения перевозчиков публично поддержали забастовки. Остановка транспорта бьёт по экономике и управлению напрямую. Появились и сообщения о солидарности со стороны рабочих нефтяной и энергетической отрасли. Даже призывы к забастовке в этих секторах воспринимаются режимом как серьёзная угроза, поскольку нефть и газ дают значительную часть бюджета.

Учителя и медики, давно находящиеся в конфликте с государством из-за контрактной системы и нищенских зарплат, также включились в протест. В ряде регионов, особенно на западе страны, они открыто поддержали забастовки. Ответ власти был предсказуем: аресты профсоюзных активистов, давление на больницы, запугивание семей. Международная конфедерация профсоюзов уже осудила эти действия, но внутри страны силовой нажим продолжается.

Особую роль сыграли курдские регионы. 7 января семь курдских оппозиционных организаций выступили с совместным призывом к всеобщей забастовке. На следующий день рынки и предприятия закрылись в десятках городов. Экономическая жизнь в этих провинциях практически остановилась.

Курдские партии подчёркивают, что речь идёт не о сепаратизме, а о солидарности с общенациональным протестом. Они говорят о социальной справедливости, федерализме, коллективной защите и отвергают как теократическую диктатуру, так и реставрацию шахского режима. Протест в этих условиях перестаёт быть исключительно столичным и превращается в многонациональное движение угнетённых.

Власть, в свою очередь, пытается представить происходящее как заговор с иностранным следом и использует курдский фактор для оправдания особенно жёстких репрессий. Именно в этих регионах, по свидетельствам правозащитников, число жертв и уровень насилия особенно высоки. Но по своей сути курдские рабочие и торговцы находятся в той же позиции, что и протестующие в центре страны.

Репрессии внутри страны сочетаются с внешним шумом. Заявления американских политиков с угрозами силового давления выглядят не как поддержка протестующих, а как чистый оппортунизм. Любая подобная риторика играет на руку режиму, позволяя ему мобилизовать националистические настроения и представить протест как часть внешней атаки. Военная эскалация почти всегда оплачивается жизнями обычных людей и не решает внутренних социальных противоречий.

На этом фоне всё чаще звучат призывы к возвращению монархии, но это тупик. Шахский режим был встроен в капитализм и держался на репрессиях. Его реставрация означает смену вывески без изменения сути.

Альтернатива лежит в другом направлении. Профсоюзы, рабочие комитеты, местные советы, контроль над ключевыми отраслями экономики, перераспределение ресурсов в пользу большинства, реальное право регионов на самоуправление. Такой путь труден и опасен, особенно под давлением силового аппарата, но только он даёт шанс на выход из замкнутого круга.

Январские протесты 2026 года показали, что в Иране сложилась взрывоопасная смесь экономического краха и политической глухоты. Торговцы, рабочие, учителя, медики и угнетённые регионы всё чаще действуют как единое целое. Пока у этого движения нет устойчивой организационной структуры, и репрессии могут временно его подавить. Но если забастовки расширятся, особенно в энергетике и транспорте, удерживать ситуацию под контролем станет всё сложнее.

Для людей за пределами Ирана вывод очевиден. Речь идёт не о поддержке внешнего давления, а о реальной международной солидарности: помощи профсоюзам, распространении проверенной информации, давлении с требованием прекратить репрессии и восстановить связь. История ещё не закончена. Иран стоит перед выбором, который знаком многим авторитарным режимам. Вопрос лишь в том, кто заплатит цену и кто в итоге возьмёт контроль над будущим.

Источники

https://t.me/red_may/226

https://www.ituc-csi.org/iran-ituc-condemns-brutal-repression

https://blog.cloudflare.com/iran-protests-internet-shutdown

https://www.reuters.com/world/middle-east/irans-rulers-face-legitimacy-crisis-amid-spreading-unrest-2026-01-09/

Американский президент Дональд Трамп заверяет, что решение не наносить удары по Ирану было принято им самостоятельно. Об этом он заявил в разговоре с журналистами.

«Меня никто не убеждал. Я сам себя убедил. У них было назначено более 800 казней через повешение на вчера. Они никого не казнили. Они отменили казни. Это оказало большое влияние», — сказал он.

Ранее, 14 января, Трамп заявил, что США будут наблюдать за Ираном, прежде чем принимать дальнейшие решения о военных действиях. Американский лидер сказал, что, по его данным, убийства в стране на фоне протестов прекратились, а казни не планируются.

Газета The Wall Street Journal (WSJ) со ссылкой на американских чиновников написала, что Трамп не принял окончательного решения о том, какие шаги он предпримет против Тегерана, но запросил размещение военных сил на случай, если все же отдаст приказ о крупномасштабном ударе.

Телеканал Fox News со ссылкой на военные источники сообщил, что по меньшей мере один американский авианосец перебрасывается на Ближний Восток на фоне напряженности в отношениях с Ираном. Кроме того, в ближайшие дни и недели в регион прибудут американские военные силы — по воздуху, суше и морю. При этом NewsNation писало, что Пентагон перебрасывает авианосную ударную группу во главе с USS Abraham Lincoln.

В Белом доме указали, что военный сценарий — лишь один из возможных. Пресс-секретарь Кэролайн Левитт заявила, что авиаудары входят в число «многих, многих вариантов», рассматриваемых президентом.

В последние дни, как рассказал WSJ дипломат, иранские чиновники созвонились с Турцией, Катаром, ОАЭ и Оманом, чтобы предупредить их о том, что в случае нападения Иран нанесет удар по американским базам в регионе.

https://www.rbc.ru/politics/16/01/2026/696a8c049a7947226a121d96

Его заявления вызвали споры в Сербии и регионе. Местные критики и политические аналитики предупредили, что подобные утверждения главы государства могут обострить внешние отношения, особенно с неявно указанными государствами — Соединёнными Штатами и Израилем, и могут повлиять на дипломатическую позицию Сербии.

Исторический контекст: Операция «Аякс» (кодовое название переворота 1953 года) была секретной операцией, организованной ЦРУ и британскими спецслужбами с целью свержения правительства иранского премьер-министра Мохаммеда Мосаддыка и укрепления власти шаха Мохаммеда Резы Пехлеви. Это вмешательство оставило долгосрочное наследие в политике Ближнего Востока и часто упоминается в дискуссиях о влиянии западных разведслужб в регионе.

Перевод с румынского языка.

Источник:

https://www.digi24.ro/stiri/externe/presedintele-serbiei-despre-criza-din-iran-cia-si-mossad-intervin-la-teheran-cu-tactici-din-1953-3587553

Видео:

https://t.me/OdessaRussi/231713

По словам собеседника, иранские власти «проанализировали и творчески переработали опыт Венесуэлы» и предложили американцам получить контроль над нефтью сразу, без военной операции.

«Как только эта договорённость была достигнута, президент Дональд Трамп отменил вторую встречу с сыном шаха Резой Пехлеви, а в Госдепартаменте в свою очередь приветствовали усилия иранских силовых структур по стабилизации ситуации. За всем этим стояли конкретные гарантии, полученные в интересах Chevron и ExxonMobil», – утверждает Bloomberg.

Пресс-секретарь Белого дома Кэролайн Ливитт отказалась подтверждать или опровергать эту информацию, однако указала, что в ЦРУ больше не видят свидетельств применения силы против мирных демонстрантов. США, по её словам, приветствуют скорейшую нормализацию обстановки, но считают всё происходящее внутренним делом Исламской Республики.