«Он из тюрьмы, что ли, освободился?»

Михаилу все еще казалось, что его разыгрывают. Он уже забыл и про деньги, и про лыжи, которые явно заказал в одном из своих безудержных порывов. Ситуация была идиотской. Почему он не подал в суд на магазин? Сейчас, спустя столько лет инфляции, там должна быть сумма, которой не хватит даже на лыжную смазку.

«Понимаю ваше огорчение, — пришел тот же ответ. — Нет, оператор обрабатывал другие заявки. Мы готовы произвести возврат денежных средств».

«Я выбираю приз».

«Большое спасибо за ваш выбор! Заказ поступит в ближайший пункт выдачи. Мы сообщим вам, когда можно будет его забрать. Хорошего дня».

Михаилу все это казалось глупой шуткой или очередной мошеннической схемой. Вернувшись к работе, он обо всем забыл. Но через три дня на почту пришло сообщение: «Заказ готов к выдаче».

Единственный пункт выдачи оказался совсем не ближайшим и находился в другой части города. На улице творился коллапс. Небо превратилось в сито, сквозь которое просеивался целый мешок снежной муки. Город утопал в сугробах. Михаил сел в автобус, но остаток пути пришлось проделать пешком — транспорт встал в километровую пробку.

Здание, указанное в адресе, уже снесли, а на его месте теперь стоял ларек с шаурмой.

— Заказывайте, — сказал повар, сбривая ножом подрумяненную курицу с вертела.

— Вы, случайно, не знаете, где тут пункт выдачи «ЛыжиВсем.ру»? — Михаил чувствовал себя героем плохого анекдота.

— Код выдачи назовите.

Дрожащей от холода рукой Михаил достал телефон, назвал повару код из сообщения и заодно попросил кофе.

— К двери подойдите, я вынесу.

Через минуту дверь ларька распахнулась, и Михаилу выдали его заказ вместе с напитком. Только сейчас он заметил на двери крошечную наклейку: «Пункт выдачи».

«Ну и сервис…»

В комплект к лыжам шли палки и ботинки — видимо, предусмотрительно заказанные самим Михаилом. Что делать с этим инвентарем, он не имел ни малейшего представления. В детстве он мечтал о таких. Но сейчас, в свои тридцать с лишним, из всех видов спорта его интересовали только прыжки с пола под одеяло и спринт до пивного магазина и обратно.

«Продать», — решил Михаил, разглядывая покупку. Но сначала надо было добраться до дома.

Протанцевав тридцать минут джигу на остановке, Михаил понял, что надежды на общественный транспорт нет. Автобусы — животные теплолюбивые и хрупкие. Чуть какой мороз или дождик — сразу вымирают. Он решил вызвать такси. Но в условиях снегопада спрос был настолько высок, что, выполнив всего одну поездку, таксист мог отправить семью из пяти человек на месяц в Египет. Оставался вариант идти пешком, но навигатор отказался брать на себя ответственность и называть возможное время в пути.

— Надо было выбирать деньги, — злобно пробурчал Михаил, понимая, что вот-вот превратится в пломбир.

Мимо на велосипедах проехал косяк курьеров, обливающихся потом. Михаил посмотрел им вслед с завистью и даже задумался о том, чтобы прыгнуть кому-нибудь на багажник.

— Погодка — сказка, согласны? — раздался звонкий голос сзади.

Михаил медленно обернулся, и его позвонки громко захрустели на морозе. Он увидел симпатичную улыбающуюся женщину в спортивном костюме, пристегивающую лыжи к ботинкам.

— Вы тоже в парк?

— В-в-в парк? — не понял Михаил.

— Ну да, кататься. Хотела на автобусе доехать, но, чувствую, своим ходом быстрее будет, да и интереснее.

Михаил взглянул на свою коробку, и тут до него дошло.

— Нет-нет, я не катаюсь. Это так… ошибка пятнадцатилетней давности, — выстучал он зубами очередную фразу.

— Забавно. Обычно так про брак говорят или про выбор профессии. В любом случае ваш транспорт сейчас самый быстрый, — девушка выпрямилась и воткнула палки в снег. — Присоединяйтесь, вам же все равно в ту сторону, я правильно понимаю?

— Правильно. Но нет, спасибо, я лучше по старинке — на автобусе.

— Ну как хотите.

Девушка оттолкнулась палками и со свистом умчалась вперед.

Михаил исполнил все возможные танцы и, прикидывая, можно ли использовать новые лыжи как дрова для костра, решил не рисковать. Перспектива заночевать в ближайшем паркинге казалась ему все более реальной. В голове крутилась мысль: «Лыжница… Вот была же возможность познакомиться! Надо было хотя бы номер телефона спросить. Идиот!»

Тут к нему подошел мужчина вчерашней трезвости и спросил:

— Продашь транспорт?

— Тебе-то зачем? — удивился Михаил.

— У друга день рождения, живет далеко, автобусы не ездят, а я уже, понимаешь, в настроении… — покупатель многозначительно подмигнул.

Замерзшим мозгом Михаил прикидывал, где бы раздобыть договор купли-продажи, как вдруг заметил стайку лыжников, бодро кативших в сторону парка. Лица у всех красные, счастливые.

— Не, друг, иди-ка лучше домой. Я эти лыжи тоже в каком-то туманном состоянии покупал, не нужны они тебе. И к другу тебе тоже не надо, иди домой, поспи, — предложил Михаил и, распаковав инвентарь, начал прилаживать его к ногам.

— Жмот, — сплюнул мужик и исчез за ближайшим сугробом.

Несколько раз перепутав левую и правую ногу, Михаил все же справился с креплениями и, выпрямившись, начал вспоминать, как там правильно.

— Так, палку вперед и вдох… Или вдох при сгибании корпуса? — бормотал он, вспоминая школьные уроки.

Сначала Михаил попытался использовать классический бег трусцой. Выглядело это потешно и неэффективно. Если снять на видео и наложить музыку, мог бы выйти неплохой клип.

Потом он попробовал одновременный одношажный ход, но забывал каждый раз, какой ногой он только что толкался, и это сбивало темп. Спустя двадцать минут остановка все еще была в зоне видимости.

Было решено действовать по классике: согнуться, оттолкнуться, катиться. Кажется, начало получаться. Михаил развил свой первый км/ч и даже почувствовал легкий прилив эндорфинов (а может, это была реакция организма на кофе из ларька).

Вскоре его догнала еще одна стайка лыжников и, решив, что несчастный отбился от своих, взяла на поруки. Ему дали пару советов, развернули лыжи носковым загибом вперед и повели за собой, как подранка, до самого парка. Михаил пытался объяснить, что ему надо домой, но лыжники почему-то отказались отпускать его, пока не навернут по три круга каждый.

Несмотря на погоду, народу в парке было как на Чудском озере в 1242 году. Взрослые и дети с санками и ватрушками, на лыжах и снегоходах — люди были повсюду, и это вызывало недоумение.

Михаил даже не представлял, что в их городе столько отчаянных любителей вытряхивать снег из штанов и носков.

В итоге, сделав первый круг вместе с лыжниками, он начал ощущать, как силы покидают его вместе с по́том. Понимая, что достаточно согрелся, Михаил хотел было уйти, но тут услышал сакраментальное:

— Лыжню!

Засуетившись, он попытался обернуться, сойти с дистанции, взлететь на месте, но вместо этого повалился в сугроб с грацией падающей сосны.

— О, это вы! А как же ошибка пятнадцатилетней давности? — сверху на него смотрела та самая девушка с остановки.

— Решил воспользоваться вашим советом, — отряхивая снег, сказал Михаил. — А здесь сам не знаю, как оказался. Миша, — протянул он лыжную палку для приветствия.

Девушка помогла ему подняться, представилась Ангелиной и предложила вместе пройти еще круг. На этот раз Михаил решил не упускать шанс. К тому же он не знал, как сойти с лыжни, и переживал, что будет кружить тут до весны.

— Так вы не помните, как делали заказ? — спросила Ангелина, когда они остановились у ларька с горячими напитками.

— У меня бывает. Захочется чего-то резко — и не могу себе отказать. А потом, как правило, быстро перегораю.

— С девушками у вас так же? — в шутку спросила Ангелина, дуя на какао.

— Ну… тут скорее наоборот. Я жене надоел. Сказала, что стал примитивным. Ничем не интересуюсь и ничего не хочу.

— А это так?

— Возможно, — пожал плечами Михаил и отхлебнул чай из стаканчика. — Сегодня вообще ситуация из ряда вон. Даже не представляю, при каких других обстоятельствах я бы встал на лыжи.

Вечерело. Солнце уже клевало носом и собиралось на боковую. Надо было ехать домой.

— Значит, вам повезло, что вы не выбрали деньги. Если вдруг вам завтра напишут с «Барабаны.ру» и предложат забрать установку — позвоните, я давно хотела начать брать уроки.

Ангелина продиктовала свой номер и проводила Михаила до остановки.

Автобусы ожили и снова развозили в своих нагретых печками салонах людей по домам, по гостям, а некоторых — на работу.

Дома Михаил чувствовал приятную усталость. Хотелось принять душ и уснуть. Но перед этим он решил зайти на сайт «ЛыжиВсем» и оставить гневный отзыв. Однако, как ни старался, не нашел его. Тогда он проверил почту — письмо тоже исчезло.

— Чертовщина какая-то, — пробубнил Михаил, копаясь в папках «входящие» и «спам». — Ладно, будем считать, выкрутились, — махнул он рукой и пошел в душ.

Лыжи Михаил решил выставить на продажу завтра, а потом пригласить Ангелину на кофе и объяснить, что спорт — это не для него, но у них наверняка найдутся другие общие интересы.

Утром, перед тем как собираться на работу, он выглянул в окно и понял, что ночью снег валил с утроенной силой. Это было видно по засыпанной снегом снегоуборочной машине, застрявшей посреди проезжей части. Взглянув на лыжи, Михаил тяжело вздохнул и начал обуваться в специальные ботинки.

«Не хотите сегодня вечером снова встретиться в парке у ларька?» — написал он Ангелине в обед.

Это была очень длинная и очень снежная зима.

Приглашаю всех в свой телеграм канал, где я не только публикую рассказы, но и делюсь новостями о выходе книг и концертах https://t.me/RaynAlexandr

Александр Райн

Это была середина февраля год вроде 17й. В январе, я пришел к окончательному выводу, что мы с Лизой свободны друг от друга. Помню, она что-то планировала на святого Валентина, но не срослось. Было уже темно, я накинул свое куцее зелененькое пальтишко, шапку не нашел, ну и ладно и выскочил за сигаретами. Магазинчик у нашего дома был закрыт, пришлось топать с полкилометра до пятачка с конкретной цивилизацией. Недалеко от жилого дома приютился небольшой магазин со сладостями. Он светился вывеской тусклым светом. Рядом около урны стояла девчушка лет, наверно 15-16. На ней была коротенькая мешковатая шубенка белого цвета из искусственного косматого меха, на шее намотан пуховый платок вязаная красная шапка с огрооомным памном, какие-то уродливые ботинки на здоровенной пухлой платформе, тоненькие ножки в капроновых колготках, из-под шубки торчала кудрявая юбчонка. Она выглядела невероятно нелепо, мне показалась похожей на журавленка. Я сдерживался, чтобы не смеяться. Она курила. Ну, как курила, в руке тонкая сигаретка, она просто стряхивала время от времени пепел и стояла со скучающим видом. Когда возвращался, она стояла там же и с такой же сигаретой. Меня забавляло за ней наблюдать, она обратила на меня внимание и кивнула, мол, чё те надо? Иди куда шел. И с довольно суровым выражением мордашки. Я не сдержался и рассмеялся. Она нахохлилась и покрутила ладошкой у виска, как бы вопрошая все ли у меня в порядке с головой. Я зашел в кондитерский, купил там кофе и горячий шоколад, вышел и предложил журавленку. Она осмотрела меня, словно оценивая и забрала стаканчик. Кивнула, в знак благодарности, я закурил. Мы стояли молча. Я курил, она стряхивала пепел со своей длинной сигаретки. Поинтересовался не холодно ли в такое время в колготках, она посмотрела на меня из-под отворота шапки, взглядом говорящим, что это не мое дело. Я докурил и направился домой. К моему удивлению девица пошла следом. Мы прошлись мимо пары магазинчиков, свернули на дорогу во дворы. На обочине лежало тело. Это был мужчина на вид за пятьдесят, обычные штаны, старенькая куртка, черная вязанная шапочка. В моей голове зародилось неприятное предчувствие. Журавленок подошла попинала лежащего пухлым ботинком. В движении ее тоненькие ножки смотрелись еще смешнее. Находка оказалась живой и издавала какое-то ворчание. Прохожие были, но они просто двигались по своей траектории, минуя лежащего. Журавленок обернулась ко мне, в её взгляде был вопрос, что я собираюсь делать. Я развел руками, похоже у дяденьки сиеста, он был явно пьян в хламину. Она начала пытаться его поднимать, это было очень забавно. Я присоединился, мы кое как дотащили его до скамейки и усадили. Я констатировал: «Мог бы замерзнуть». Журавленок подняла вверх указательный палец, подчеркивая важность моей мысли. Закурил, она принялась рыться в карманах нами спасаемого гуляки. Я начал пятиться: «А вот в этом я участвовать не собираюсь»! Она отмахнулась на мое замечание. Полезла во внутренние карманы, выудила оттуда потертый телефончик, поклацала и протянула мне. Там был контакт «сестра Лена». Я понял ход её мысли. По ту сторону звучал усталый скрипучий женский голос. Я обрисовал ситуацию. Сестра Лена не особенно удивилась, я сообщил координаты и сказал, что мы подождем. Журавленок сунула телефон в свой карман. Мы закурили. Холодало. Я поднял воротник пальто, в моих планах было пробежаться до магазинчика у дома, а не участвовать в спасательной операции. Моя новая знакомая сняла шапку и протянула мне, сама закуталась в платок. Я смотрел на красную шапку с большим помпоном, отличный вариант под мое зеленое пальтишко, но уши мерзли знатно, натянул шапку и поблагодарил. Родственники не торопились забрать своего. Я снова закурил, журавленок стала заматывать в растрепанную куртку тело выпивохи. Около нас остановилась машина. Старенький джип. Из него вышел парень. На нем были какие-то яркие не зашнурованные ботинки, вероятно до чертей брендовые, белые в синие звезды пушистые пижамные штаны, куртка на распашку. Нечёсаная грива с какими-то косичками, патлами, дредами.

А сейчас представьте себе самое вкусное, что вы ели. Мороженное, шашлычок, бабкин пирожок, креветку во фритюре, экзотический фрукт, не важно, просто блюдо от вкуса которого перехватило дух. Представили? Уверены? Вот такой это был парень!!))))))

Он говорил тихо, медленно, прищурившись и склонив голову на бок: «Марадерите?» Журавленок нахмурилась и махнула мне, мол, давай, разберись с ним. Я сказал, что мы стережём тело и ждем родственников. Парень кивнул: «Благое дело, братишка». Пошагал в сторону магазинчиков. Мы продолжили ждать. Девчонка топталась, пританцовывая, вероятно колготки грели все же слабовато. Я помнил, что это не моё дело. Вернулся парень из джипа с пакетом из кондитерского. Он осмотрел нас: «У меня друг недавно вернулся… (он делал паузы и отворачивался в сторону, словно вспоминая, что хотел сказать) вернулся из поездки… он мне слово новое в подарок привез… «хахашный», это почти, как смешной… ну, врубаешься?» Я кивнул. Он указал на нас с журавленком пальцем: «Вот вы хахааашные». Он беззвучно смеялся, склонив голову на бок. Мы с девчонкой переглянулись, она скривила недовольную мордашку. Он отсмеялся, сел за руль: «Залазьте, погрею». Журавленок тут же забралась на заднее сиденье, похоже реально замерзла. Я посмотрел на тело на лавочке: «А он?» Парень за рулем отмахнулся: «У него внутри 40 градусов… не замерзнет… это чужая тачка, а если он оттает и под себя сходит?». Я сел в машину, включилась печка, реально теплее. Журавленок стала сморкаться в салфетки. Я снял шапку, мой новый знакомый стал возражать, мол в шапке я смотрюсь колоритнее и мне вообще не стоит с ней расставаться. Он сообщил, что мы можем звать его Сид. Девчуля на заднем сидении молчала, я хотел представиться, но он жестом показал мне, что нужно молчать: «Тсс! Я буду звать тебя… Мистер Грин! А её…» Я перебил : «Это Журавленок» Он кивнул, зажмурился и растянул лицо улыбкой. Сид порылся в пакете, начал доставать сладкое. Журавленок зацепила коробку с шариками «Рафаэло» и уничтожала их в одиночку. Мне был предложен шоколадный батончик, но я отказался. Сиду это не понравилось. Я курил в приоткрытое окно, Журавленок шуршала фантиками, Сид макал печенье в стакан с шоколадной пастой и неспешно живал. Предложил мне, я снова отказался, я не любитель. Он шикнул, я хотел возмутится, но стоило мне попытаться что-то сказать, он успел макнуть палец в пасту и сунуть мне в рот. Я злился, отплевывался в салфетки, предоставленные Журавленком, Сид беззвучно посмеивался, зажмурившись и запрокинув голову. Зазвенел телефон в недрах шубейки на заднем сидении. Она протянула трубку мне, я ответил. Приехали родственники за нашей находкой, дремлющей на лавочке. Я вышел, чтобы сдать тело и телефон. Пришли пара мужчин постарше меня и один из них стал предъявлять мне претензии, что мы не должным образом позаботились об их родственнике. Сами сидим в машине, а он нет. Он долго тараторил и предъявлял все новые претензии. Я обернулся. Журавленок с заднего сиденья смотрела на меня, показывая всем своим видом, что ждет от меня достойной реакции. Я просто стоял и слушал, смотрел на свою тень, как покачивается на ветру огромный помпон на шапке. В конце их эмоционального спича я сказал только одно слово, что пришло мне на ум: «Пожалуйста!» и сел в машину. Сид завел мотор, и мы поехали.

Завтра закончу.