0 просмотренных постов скрыто
Доверие обернулось трагедией... Продолжаю поиски и верю в лучшее
В прошлом году у меня крайне странным образом сгорела квартира. Пока гуляла с собакой, за 20 минут две комнаты стали грудой пепла.
Жить было негде и мне пришлось отдать моего Байрона на длительную передержку, пока я без выходных работала, чтобы как можно быстрее сделать ремонт и отдать долги. Мужчина по имени Ислам сам нашёл меня через соц сети, и предложил помощь. Объяснил, что понимает, как тяжело расставаться с другом, и поэтому может взять собаку на свою конюшню, где за ним будут постоянно присматривать его сотрудники. Байрон с детства лошадей знал, поэтому для меня это был лучший вариант. Да и на тот момент единственный…
Мы с ним договорились, что в течение года, как только я смогу сделать ремонт и полностью восстановиться, я его заберу. 9 ноября 2023 я увезла Байрона на конюшню в село Чалтырь (Ростовская область).
Мы практически ежедневно были на связи с его сотрудницей Анной. В январе она уволилась. Последнее видео мне прислал сам Ислам 12 марта 2024. Мол, все хорошо, ходим в походы, чувствует себя прекрасно. Я уже смогла к тому времени восстановить квартиру, но работала все ещё много. Планировала приехать ближе к лету, когда окончательно разгребусь. Мужчине этому верила, лишними вопросами не донимала. Все-таки Дагестанец, человек по разговору серьёзный, ответственный. От денег он отказался. Уверял, что проблем нет. И вообще мол, приезжайте в любой момент, собаку тут все любят, и никому он не мешает. Я искренне верила, что Байрону там сейчас лучше, чем со мной в 4 стенах, пропахших гарью...
Увы, летом Ислам начал кормить меня историями, что мою собаку забрал владелец земли, Аркадий. Что сам он уже давно не в Ростове, что ему пришлось переехать со всеми лошадьми в поле, и пока они строятся, собаку он держать не может. Но успокаивал тем, что владелец этот - местный большой человек, богатый, и собаку в обиду точно не даст. Увы, ни контактов для связи, ни фото/видео предоставить мне он не мог. Согласия моего на передачу конечно тоже никто не спрашивал.
Вплоть до зимы Ислам тянул мой приезд. Ведь Аркадий этот - шишка большая, а я ему никто, и разговаривать со мной без самого Ислама он точно откажется. В итоге в декабре я не выдержала и приехала на машине с Москвы в Ростов (а это 1300км в одну сторону) разбираться лично и искать собаку. Ислам снова оказался не в городе и подослал свою помощницу, которая встретив меня, сказала только одно: «Аркадий сказал, что не знает никакую собаку. Полиция под ним, обращаться бесполезно. Без Ислама не разберемся. Уезжайте обратно».
Ждать полгода и ехать 2 дня, чтобы уехать обратно??
Связавшись с Анной, я узнала, что на самом деле Ислама выгнали за долги, его люди - мошенники и живодёры, а за псом вероятнее всего никто даже не смотрел, кроме конюха Ивана. Предложила развесить объявления по селу и обзвонить всех ее знакомых из частного сектора.
Через два дня мне пришло гневное сообщение с посылом: «Тебе сказали сидеть тихо, а ты наделала шуму. Тебе никто не поверит. Мы вывернем в свою сторону. Удачи в поисках» и удалили сразу после прочтения. Ни Ислам, ни его помощники на связь больше не выходят. Обвиняют меня в том, что я якобы устроила скандал и теперь мне точно пса не отдадут (хотя никаких скандалов не было).
Что интересно, на конюшне все постояльцы утверждают разное, и видели его в разные даты, от января до июня. Сам Аркадий утверждал сначала, что его кто-то забирал, а потом что он сам действительно увозил его к себе домой, но привёз обратно через неделю, якобы пес укусил его ребёнка. Идти дальше на разговор отказывается. Просил больше здесь собаку не искать, ехать в Ростов (мол, он точно там, потому что Байрон по дороге бегал). Его же сотрудники на конюшне в ответ убеждают меня, что обратно Аркадий точно никого не привозил и вообще веры ему нет, этому старому грубому маразматику. Все следы путаются.
В конце декабре я вышла на конюха Ивана, который якобы даже договорился с Аркадием забрать у него собаку. По рассказам Анны, пса он любил и возился с ним. Но целый месяц он тянул с меня деньги за информацию (больше 15к), а за 5 дней до запланированной встречи исчез, как будто умер. Ни в сети, ни в мессенджерах он больше не появлялся…
Увы, но ни ветеринарные инстанции, ни отлов, ни приюты, ни местные паблики о потеряшках не помогли. Байрон как будто исчез! И все тычут пальцем друг на друга, а меня не покидает тяжелое ощущение, что они все что-то знают, но скрывают. Как будто волей странного случая мой безродный дворняга стал невольным участником плохой истории. А они надеятся, что девочка из Москвы не сможет выпытать правду у армянина и дагестанца.
Я чувствую что Байрон жив! Не поворачивается рука у меня отдать в приют его курточки и игрушки, и выбросить его паспорт, где номер чипа...
"Пригодится!" - свербит у меня в голове...
Бог судья каждому! А я буду продолжать поиски своего золотого мальчика, чего бы мне это не стоило...
Если вдруг кто-то увидит на улицах Ростовской области рыжую худую собаку, похожую на большого бигля или гончую, с белыми лапками, висячими ушками и выразительным взглядом, присмотритесь — может это Байрон, который ждёт, что вот-вот приедет мама и заберёт его домой🙏🏼 И сообщите пожалуйста, если увидите кого-то похожего.
Показать полностью
9
— Я в своём уме! — ответила она дочери, забирая старого пса из приюта
ВСТРЕЧА
За окном приюта кружился снег. Крупные хлопья медленно опускались на землю, укрывая серые дорожки пушистым белым одеялом. Елена Петровна стояла у решётчатой двери вольера, вглядываясь в тёмный угол, где на старом одеяле лежала большая серая собака.
– Это Рекс, – тихо сказала работница приюта Анна Михайловна, невысокая женщина в потёртом пуховике. – Хозяин умер полгода назад, а родственники сдали сюда. Сами понимаете, в таком возрасте его мало кто возьмёт...
Пёс медленно поднял голову и посмотрел на посетительницу. В его карих глазах застыла такая знакомая тоска, что у Елены Петровны защемило сердце. Точно такой же взгляд она видела в зеркале каждое утро последние полгода, после того как Сергей ушёл к своей молоденькой ассистентке.
– Сколько ему лет? – спросила она, не отводя глаз от собаки.
– Около десяти. Но он очень спокойный, приучен к выгулу. Правда, часто грустит...
"Как и я", – подумала Елена Петровна, вспоминая свою пустую трёхкомнатную квартиру, где каждая вещь напоминала о тридцати годах совместной жизни. Где по утрам больше не пахло кофе, который Сергей всегда варил для них обоих. Где в полной тишине так оглушительно тикали старые часы на стене.
– Можно к нему войти?
Анна Михайловна открыла вольер:
– Конечно. Только не делайте резких движений.
Елена Петровна осторожно шагнула внутрь. Рекс приподнялся на лапы – крупный, но какой-то весь будто потухший. На морде проступила седина, а в глазах застыл немой вопрос.
– Иди сюда, мальчик, – тихонько позвала она, присаживаясь на корточки.
Пёс медленно подошёл, обнюхал протянутую руку. А потом вдруг ткнулся влажным носом в ладонь и тяжело вздохнул. Этот собачий вздох был таким по-человечески усталым и одиноким, что глаза защипало от слёз.
– Знаешь, – сказала Елена Петровна, осторожно поглаживая шершавую голову пса, – я тоже совсем одна. Муж ушёл, дочка в другом городе... В квартире тихо, только часы тикают. Может, попробуем быть одинокими вместе?
Рекс поднял голову и внимательно посмотрел ей в глаза. В его взгляде промелькнуло что-то такое понимающее, что сердце пропустило удар.
– Вы правда хотите его взять? – удивилась Анна Михайловна. – Под Новый год обычно щенков разбирают...
– А что с ним не так? – вдруг с неожиданной горячностью спросила Елена Петровна. – Подумаешь, немолодой. Зато мудрый, спокойный... И глаза добрые.
"И такие же грустные, как у меня", – добавила она про себя.
За окном продолжал падать снег. Откуда-то издалека доносились звуки праздничной музыки – город готовился к Новому году. А здесь, в тихом вольере приюта, два одиноких существа смотрели друг на друга, и что-то важное, ещё не высказанное словами, протягивалось между ними, как тонкая, но прочная нить.
– Я возьму его документы, – негромко сказала Анна Михайловна и вышла.
Елена Петровна присела рядом с Рексом на старое одеяло, и пёс сразу положил голову ей на колени, будто делал так всегда. Она рассеянно перебирала жёсткую шерсть, глядя, как за окном сгущаются декабрьские сумерки.
"Дочка скажет, что я сошла с ума. Соседки начнут судачить... Но разве это важно?"
В груди, где последние полгода была только пустота и боль, вдруг разлилось давно забытое тепло. Будто крошечный огонёк затеплился в замёрзшем сердце, согревая и даря надежду.
ПЕРВЫЕ ДНИ
– Мама, ты с ума сошла! – голос дочери в телефонной трубке звенел от возмущения. – Взять старую собаку из приюта? А если она больная? А если агрессивная? И вообще, тебе сейчас нужно о себе думать, а не о бродячих животных!
Елена Петровна молча смотрела, как Рекс осторожно обходит квартиру, принюхиваясь к каждому углу. Вот остановился у книжного шкафа, где раньше стояло кресло Сергея. Вот заглянул на кухню, где теперь так редко горел свет по вечерам...
– Наташа, – мягко прервала она дочь, – мне пятьдесят пять, а не девяносто пять. И я прекрасно понимаю, что делаю.
– Вот именно! В твоём возрасте нужно путешествовать, встречаться с подругами, а не сидеть дома со старой собакой! Это же просто...
"Жалко", – мысленно закончила Елена Петровна слово, которое дочь не решилась произнести. Да, наверное, со стороны это выглядело именно так – одинокая женщина со старым псом. Классический портрет неудачницы.
Рекс вдруг подошёл и положил голову ей на колени, глядя снизу вверх своими умными карими глазами. В них не было ни жалости, ни осуждения – только бесконечная собачья преданность.
– Знаешь что, дочка, – вдруг твёрдо сказала Елена Петровна, – я всю жизнь старалась быть правильной. Примерной женой, заботливой мамой, хорошей сотрудницей. И что в итоге? Муж ушёл к молодой, ты в другом городе, а я осталась одна в пустой квартире. Может, хоть раз я имею право сделать то, что хочу сама? Даже если это кажется глупостью?
В трубке повисло молчание.
– Ладно, мам. Только обещай, что если что-то пойдёт не так...
– Конечно, солнышко. С Новым годом тебя.
Вечером они с Рексом сидели на кухне. За окном падал снег, на плите уютно шумел чайник. Пёс лежал у её ног, иногда поднимая голову и заглядывая в глаза – не грустит ли хозяйка?
– Представляешь, – негромко сказала Елена Петровна, – я ведь первый раз в жизни встречаю Новый год одна. То есть теперь уже не одна, – она наклонилась и почесала пса за ухом. – Знаешь, сколько я этой ночью обычно готовила? Оливье, селёдка под шубой, запечённая курица... А Сергей всегда говорил...
Она осеклась, комок подступил к горлу. Рекс тихонько заскулил и лизнул ей руку.
– Ничего, мой хороший, – прошептала она, смахивая слезу, – прорвёмся как-нибудь. Главное, что мы теперь вдвоём.
Утренние прогулки с Рексом стали для неё чем-то вроде ритуала. Она специально выходила пораньше, когда во дворе ещё не было соседок с их сочувственными взглядами и бесконечными расспросами. Пёс степенно шёл рядом, иногда останавливаясь и поджидая, если она отставала.
Постепенно в квартире стали появляться собачьи вещи – миски, лежанка в углу гостиной, игрушки. Рекс особенно полюбил потрёпанного плюшевого медведя, которого Елена Петровна нашла в старых вещах дочери. Забавно было видеть, как большой серьёзный пёс осторожно носит в зубах маленького мишку.
– Елена Петровна, вы бы поосторожнее с этой собакой, – предупредила соседка Мария Степановна, столкнувшись с ней у подъезда. – Мало ли что у неё за характер, вы же не знаете её прошлого...
– Зато она знает моё настоящее, – неожиданно резко ответила Елена Петровна. – И, представьте себе, не осуждает меня за него.
Вечерами они подолгу сидели в гостиной. Елена Петровна читала, а Рекс дремал рядом, положив голову ей на ноги. Иногда она откладывала книгу и просто смотрела на спящего пса, вспоминая, как ещё неделю назад он лежал в холодном вольере приюта, такой же одинокий, как она сама.
"Может быть, – думала она, – мы нашли друг друга именно потому, что оба знаем, как больно терять тех, кого любишь. И как важно иметь кого-то рядом, кто просто будет любить тебя – без условий и оговорок, просто так..."
ИСПЫТАНИЕ
Беда пришла внезапно. В один из февральских вечеров Рекс отказался от еды и тяжело дышал, лёжа на своей подстилке. Когда Елена Петровна попыталась погладить его, пёс тихо заскулил от боли.
В ветеринарной клинике было светло и пахло лекарствами. Молодой врач долго осматривал Рекса, хмурясь и качая головой.
– Требуется серьёзная операция, – наконец сказал он. – Возраст, знаете ли... Но шансы хорошие, если сделать всё вовремя.
– Сколько это будет стоить? – голос Елены Петровны дрогнул.
Названная сумма заставила её побледнеть. После развода с Сергеем она едва сводила концы с концами на свою скромную зарплату библиотекаря.
– Подумайте, стоит ли... – врач замялся. – Всё-таки собака немолодая. Может быть, гуманнее...
– Нет! – резко перебила она. – Я найду деньги. Когда можно делать операцию?
Дома Елена Петровна достала из шкафа шкатулку с украшениями. Золотое кольцо на двадцатилетие свадьбы, серьги с сапфирами на юбилей, цепочка с кулоном – подарок Сергея на рождение дочери... Она столько раз собиралась выбросить всё это после его ухода, но так и не решилась.
– Мам, ты в своём уме? – голос Наташи в телефоне звенел от возмущения. – Продать мамины сапфиры ради собаки? Это же семейная реликвия!
– Семейная? А у нас теперь есть семья, доченька? После развода все разлетелись кто куда... А Рекс – он здесь, со мной. И он единственный, кто смотрит на меня не с жалостью, а с любовью.
В трубке повисло тяжёлое молчание.
– Знаешь, – наконец тихо сказала дочь, – я, наверное, впервые за последние полгода слышу в твоём голосе жизнь. Ты как будто... проснулась.
– Да, – просто ответила Елена Петровна, глядя на Рекса, дремлющего на своей подстилке. – Наверное, так и есть.
Ночь перед операцией они провели вместе. Елена Петровна сидела на полу рядом с собачьей лежанкой, тихонько гладя серую лобастую голову. Рекс иногда приоткрывал глаза и чуть заметно вилял хвостом.
– Ты только держись, мой хороший, – шептала она. – Мы же теперь одна семья, правда? А своих не бросают...
Она вспоминала, как несколько месяцев назад точно так же сидела одна в пустой квартире, раздавленная уходом мужа. Казалось, жизнь закончилась. А теперь она готова бороться – за себя, за Рекса, за их общее будущее.
В комиссионный магазин она вошла, расправив плечи. Пожилой оценщик долго рассматривал украшения через лупу:
– Хорошие вещи... Фирменные. Сами продаёте или муж заставил?
– Сама, – твёрдо ответила она. – Они мне больше не нужны.
И это была чистая правда. Все эти драгоценности были символами прошлой жизни – красивой снаружи, но пустой внутри. А сейчас у неё было что-то настоящее – живое, тёплое, требующее заботы и дающее любовь взамен.
Деньги за украшения как раз хватило на операцию и послеоперационный уход. Выходя из магазина, Елена Петровна чувствовала удивительную лёгкость. Словно вместе с украшениями она окончательно отпустила своё прошлое.
– Знаете, – сказала ей медсестра в ветклинике, когда Рекс уже был под наркозом, – редко кто так заботится о старых собаках. Обычно усыпляют...
– А вы знаете, – улыбнулась Елена Петровна, – редко кто так заботится о женщинах в возрасте. Обычно просто списывают со счетов. Но мы с Рексом друг друга не списываем.
НОВАЯ ЖИЗНЬ
Весна пришла неожиданно рано. В городском парке, куда они с Рексом теперь выбирались каждое утро, зазеленела первая трава, набухли почки на деревьях. Пёс, окончательно оправившийся после операции, бодро шагал рядом, изредка поглядывая на хозяйку.
– Елена Петровна! – окликнул её знакомый голос. Это была Анна Михайловна из приюта, выгуливающая двух щенков на поводках. – А я вас сразу и не узнала... Вы так похорошели!
Елена Петровна смущённо улыбнулась. Она и сама замечала перемены, глядя по утрам в зеркало. Исчезла привычная складка между бровей, разгладились морщинки у губ, а в глазах появился давно забытый блеск. Куда-то делась сутулость, а седые пряди она теперь не закрашивала – просто красиво укладывала волосы.
– Это всё Рекс, – она потрепала пса по голове. – С ним как-то... жить хочется.
– Заходите к нам в приют, – предложила Анна Михайловна. – У нас теперь клуб любителей собак. Встречаемся, опытом делимся...
Так в её жизни появились новые друзья – такие же владельцы приютских собак. Они собирались в парке, устраивали совместные прогулки, делились историями. Елена Петровна даже начала вести группу приюта в социальных сетях – пригодился её библиотечный опыт.
– Мам, я приеду на выходные, – сказала как-то Наташа по телефону. – Соскучилась... И на Рекса твоего посмотреть хочу. Ты так о нём рассказываешь, будто это не собака, а минимум принц заколдованный!
– Приезжай, – просто ответила Елена Петровна. – Только учти: твоя комната теперь частично оккупирована – там Рекс любит днём дремать на солнышке.
Дочь приехала в субботу утром. Стояла в прихожей, удивлённо оглядывая квартиру, которая неуловимо изменилась за эти месяцы. Исчезли старые фотографии с Сергеем, зато появились новые – с Рексом. На журнальном столике лежали буклеты приюта, а в книжном шкафу теперь стояли издания по собаководству.
– Знаешь, мам... – задумчиво сказала Наташа за ужином, наблюдая, как Рекс аккуратно ест из миски. – А ведь ты стала совсем другой. Я когда уезжала осенью, ты была как... потухшая. А теперь прямо светишься.
– Просто я наконец-то поняла одну важную вещь, – улыбнулась Елена Петровна. – Жизнь не заканчивается ни в пятьдесят, ни в шестьдесят. Она заканчивается, только когда перестаёшь любить.
Рекс, словно поняв, что речь о нём, подошёл и положил голову ей на колени. В его карих глазах отражался свет вечерней лампы, делая их похожими на янтарь.
– Представляешь, – тихо добавила она, глядя на дочь, – я ведь пришла в приют, думая, что спасаю одинокого пса. А оказалось – это он спас меня.
За окном шумел весенний дождь. Где-то в соседнем дворе лаяли собаки. В кухне тикали старые часы – но теперь их звук не казался таким одиноким. Елена Петровна смотрела на дочь, на Рекса, на свою обновлённую квартиру и думала о том, как причудливо порой складывается жизнь. И как важно не побояться в нужный момент открыть свое сердце – даже если все вокруг считают это безумием.
Позже, укладываясь спать, она услышала, как Наташа тихонько разговаривает с Рексом в коридоре:
– Спасибо тебе, что сберёг мою маму...
Елена Петровна улыбнулась в темноте. Засыпая, она думала о том, что завтра их ждёт новый день, новая прогулка в парке, новые встречи. И что жизнь продолжается – простая и настоящая, полная маленьких радостей и большой любви.
А Рекс, как обычно, спал возле её кровати, охраняя сон своей хозяйки. Теперь они оба знали, что больше никогда не будут одинокими.
Показать полностью
1
Перевел деньги мошенникам
Подруга повелась по ссылке "Проголосуй за меня" и её телефон взломали.
С её ватсапа написали мне, используя наше обычное дружеское обращение (видимо прочитали недавнюю переписку), с просьбой перевести деньги. Т.к. она не раз обращалась с такой просьбой, то я перевел средства по указанным реквизитам.
Через несколько минут в общей группе появилась информация, что её взломали.
Обратился в банк, заблокировать перевод не удалось. Порекомендовали написать заявление в полицию. Что я и сделал.
Теперь подруга говорит, что в этом нет её вины. Ведь я сам перевёл деньги мошенникам. И обвинять её в этом не очень по-мужски.
Как я вижу эту ситуацию:
1. уже год во всех новостях мелькает этот способ взлома данных через "проголосуй за меня".
2. написали мне с её ватсапа. Предупреждения от неё не было. Хотя она могла догадаться, что если раньше обращалась ко мне с такой просьбой, то я могу перевести деньги.
3. использовали нашу переписку, чтобы выглядело максимально достоверно.
Это полностью её вина, что она не следит за безопасностью своих данных и позволяет мошенникам от её имени завладеть деньгами знакомых.
Перевели так денежные средства пять человек, включая меня.
Мудак ли я, что виню в этом её?
Показать полностью
Нужно ли помогать деньгами?
Есть у меня одна подруга. Знаю ее уже лет 7.
Зарабатывала она на жизнь обучением и целительством. Насколько много она зарабатывала я не знаю, но видимо на жизнь хватало. Семья - сын и мама-пенсионерка, с мужем разведена . Бывший муж с сыном общался редко, но материально всегда помогал, оплачивал обучение и различные хотелки. Со свекровью бывшей отношения были плохими, всегда ругались и выясняли отношения из-за денег.
В 2021 году у подруги начались проблемы со здоровьем. Она не горела желанием лечиться, впрочем как и большинство людей. Все физические симптомы которые у нее возникали списывала на «ведьмину болезнь» насланную порчу и т.д. Она была убеждена, что бывшая свекровь хочет ее «сжить со свету». Осенью 2021 года подругу увезли по скорой с острыми болями в животе. Ей сделали операцию, но причину приступа так и не выяснили. Реабилитационный период у нее был тяжелый и с этого момента я фактически содержала ее семью.
Надо сказать что я сама предложила ей помощь в один из дней когда она мне пожаловалась, что не может пока работать. В тот момент я не представляла насколько это затянется и что из этого выйдет. Подруга согласилась и обещала отдать все как только поправится. У меня хорошее финансовое положение и мне не трудно было ей помочь, да и честно говоря мне было не важно вернет она мне денег или нет. Это был мой душевный порыв и требовать назад деньги я не собиралась.
Через три месяца она более-менее поправилась и начала искать работу в онлайне, чтоб быстрее со мной расплатиться , но с работой не задалось. Учеников на обучение и клиентов на целение не стало совсем.
Начался 2022-й год и подруга заговорила о переезде. Якобы бывший муж предложил переехать в другой город,что бы сын мог поступить в престижный вуз. Через какое-то время они переехали. С клиентами на целение и обучение по прежнему было глухо. Работу хоть какую то найти знакомая не пыталась, все продолжала искать в онлайне и периодически ей удавалось подработать. Проблемы со здоровьем ни куда не делись, а становились все серьезней. Да и сообщения становились все более драматичными, а просьбы денег более частыми. И я посылала ей деньги, но это уже был не душевный порыв а жалость, так как здоровье ее ухудшалось в геометрической прогресии.
Наступил 2023-й год к этому времени работы у нее по прежнему не было. Я посылала достаточно большие суммы и никогда не задумывалась о ее общем доходе. Но потом я задумалась над настоящим положением вещей и посчитала что общий доход ее семьи равен примерно 100000 тысячам и что это достаточно для жизни. Но моей подруге не хватало, так как сыну настала пора поступить в универ и что она мать и должна дать своему сыну все самое лучшее, и обязательно хорошее образование , что это ее долг, только вот денег у нее на это нет и она рассчитывает на мою помощь. В этот момент я поняла, что не хочу больше ей помогать. Я высылала ей деньги потому что у меня была такая возможность и мне было жаль ее и ее семью, но я не собиралась содержать их вечно, не собиралась оплачивать ее сыну учебу и все остальные хотелки. Я поняла, что совершила ошибку, своим желанием помочь, я дала ей ложную надежду и подтолкнула к бездействию. И я оказалась совершенно не готова к тому , что мной будут так пользоваться.
Уже 8 месяцев я не высылаю ей денег , но она продолжает их просить. Выяснилось так же что у нее большие долги, которые ей предстоят отдать, выяснилось так же что денег она просила не только у меня, но и у других своих друзей и знакомых. После этого друзей у нее сильно поубавилось, не все хотят содержать чужую семью из дружеских чувств.
Вот такая история … Отсюда вопрос стоит ли помогать деньгами друзьям ?
Показать полностью
Мой давний знакомый из Германии
Я познакомился с Яном через общих знакомых. Он родом из Кайзерслаутерна. Учился по программе обмена в далекие года в Москве и тогда его зацепила футбольная ( и не очень ) движуха России. Общались больше по переписке, но и несколько раз виделись , в Москве и Германии соответственно. Не то чтобы дружили, но общение было приятным. И со временем оно сошло на нет. Просто забыли друг о друге.
И тут, в один непрекрасный день, поступает звонок от него со следующим диалогом :
- Привет, как дела, ты же в Москве?
- Привет, все круто, да, а что?
- Займи мне 4500евро , моей девушке плохо и я отвёз ее в EMC , тут просят залог оставить.
Сказал, что денег нет и положил трубку.
Морали нет - просто поделился
