rlxor

Вся моя банда черных хвостов год прожила в четырех стенах городской квартиры. На внешний мир они смотрели строго через стекло балкона, лениво щурясь на свиристелей и синиц, что прилетали на рябину под окном. Но когда у нас появилась возможность переехать в просторный загородный дом с личными 15 сотками зелени — у мелкого Кара-Мурзы Второго (Мурзика) на этот счет включилось свое, сугубо кошачье территориальное мнение.

При переезде Мурзик просто взбесился. Стоило только вынести его из квартиры в переноске, как дикая уличная кровь взяла свое. Паника отключила все настройки «домашнего мальчика». Он рванул с такой силой, что вырвался прямо во дворе. Наш прошлый ЖК — это современный загородный микрорайон с концепцией «дворы без машин» и очень густым, плотным озеленением. Для испуганного кота это не просто двор, это бескрайние дикие джунгли. Круг замкнулся: Мурзик снова оказался на той самой сложной местности, откуда я спас его ровно год назад.

Он мгновенно скрылся в этих зеленых дебрях и растворился в воздухе. На имя не отзывался, на кыс-кыс не реагировал. За год в четырех стенах Мурзик так и не приручился до конца к людям. Человека он все еще подсознательно опасался, а его непререкаемым авторитетом и единственным вожаком оставался Мистер Пухляш. Но Пухляша в кусты не подкинешь — идет масштабная погрузка вещей в машину. Часы тикают, коробки собраны, мне кровь из носу надо ехать на работу. Дневной обход зеленых зон микрорайона ничего не дал — кот как сквозь землю провалился. Времени в обрез.

Тогда я принял единственно верное и очень рискованное решение: не бегать по кустам средь бела дня и не тратить силы впустую. Я уехал на смену. План был прост: вернуться глухой ночью. Когда в эко-дворе уляжется вся дневная суета, опустеют прогулочные дорожки и погаснут окна, у уличных котов проснется привычная активность. И тогда он выйдет сам. Я завел машину и уехал. А Мурзик остался один на один со своими старыми страхами в густой траве микрорайона, который он когда-то так отчаянно пытался забыть...

Наступила ночь. Завершив рабочую смену, я поехал обратно на старый адрес. В эко-дворах воцарилась идеальная, звенящая тишина. Всё дневное движение закончилось, прогулочные дорожки опустели, парковка была абсолютно пустой. Я стоял посреди этих темных ландшафтных джунглей, вслушивался в каждый шорох и ждал: вдруг прорежется знакомое мяу? Тишина. И тут в арке, прямо на границе света и тени, рядом со входом в наш бывший подъезд, я заметил мимолетное движение. Мурзик! Сидит, ждет у дома. Проголодался, насквозь замерз за день в кустах, но все-таки вернулся к родным стенам.

Я начал отлов. На оклик по имени беглец отозвался — начал громко, жалобно кричать на весь двор. Но застарелый уличный страх оказался сильнее голода: стоило мне сделать шаг навстречу, как кот тут же сорвался с места и растворился в темноте. Полчаса безуспешных попыток и игры в прятки ни к чему не привели. Стало ясно — с наскока этого дикаря не взять, прямые действия дают глухой отказ. И тут у меня включилась обычная житейская логика. Если объект не идет на контакт с человеком, нужно кардинально менять стратегию и задействовать маркер стаи. Честно говоря, я до сих пор не всегда понимаю: то ли я взял их в стаю, то ли они меня. Но маркер сработал.

До нашего нового загородного дома было всего пять минут на машине. Я пулей лечу туда, хватаю спящего Мистера Пухляша, упаковываю его в переноску — и на всех парах мчусь обратно в темный двор старого дома. Тяжелая артиллерия прибыла на позиции. Захожу в темноту с переноской в руках и снова окликаю мелкого. Мурзик отозвался откуда-то из глубины кустов. Но в этот раз я не стал за ним бегать. Я просто поставил переноску посреди пустого двора, насыпал прямо перед дверцей немного сухого корма, демонстративно отошел на несколько метров в сторону и замер. Мурзик тоже затаился в засаде. Началась бесконечная бесконтактная дуэль нервов.

Прошло томительных полчаса. Пухляшу внутри это бессмысленное сидение в темноте знатно надоело, стало скучно, и он подал свой фирменный, весомый низкий голос.

Буквально через тридцать секунд Мурзик уже выскочил из засады и стоял у пластиковой дверцы. Он носом почуял своего вожака — родной запах из стаи. Я продолжал выжидать, не совершая резких движений. Мелкий немного успокоился и начал судорожно хрустеть кормом. Настало время финального сближения. Я стал медленно, буквально по сантиметру, подходить ближе. Кот мгновенно напрягся, замер, готовый снова дать дёру. Я присел на корточки и начал тихо, монотонно разговаривать с обоими.

И тут Кара-Мурзу наконец пробило. Весь его годовой страх перед людьми, все эти глупые уличные блоки просто рухнули в один момент. Он сам подошел вплотную и с оглушительным, тракторным мурчанием начал отчаянно тереться об мои ноги. Барьер был сломан навсегда. Он признал вожаком не только Пухляша, но и меня. Мы — одна стая.

Я спокойно взял его на руки и посадил в переноску вторым номером к Пухляшу. Окна закрыты, все дома, синдикат снова в полном сборе. Я ехал на новый загородный адрес в свой двухэтажный дом, слушал довольную кошачью возню на заднем сиденье и был счастливый как котенок. Наша загородная жизнь наконец-то официально началась.

Сейчас Кара-Мурзе Второму уже два года. За это время в большом доме на пятнадцати сотках он окончательно оттаял, расслабился и принял новые правила игры. Теперь он сам спокойно приходит ко мне на колени, устраивается поудобнее и ласкается сколько захочет. Он наконец-то начал по-настоящему доверять человеку. Но суровая природа уличного дикаря всё равно навсегда осталась где-то глубоко внутри него.

И стоит только Пухляшу завести свой тяжелый дизельный мотор и замурчать на весь дом, как Мурзик бросает все свои важные кошачьи дела и сломя голову летит к нему. К коту, который два раза в этой жизни спас его с этой тёмной, страшной свободы. Сначала — когда мелким котенком выманил с холодной октябрьской парковки, а потом — когда вытащил из глухих ночных кустов старого двора во время переезда. Пухляш для него — непререкаемый вожак стаи, авторитет и старший брат на всю оставшуюся жизнь. А вся эта банда для меня — лучшее доказательство того, что даже самый дикий страх отступает, если у тебя есть свои.

Хоть что доказывайте, хоть трансцендентальный полет вокруг колонн сингулярности, но у меня на руке дружественный биологический организм, то есть КОТ.

Нам в семью нужен был кот. И мы со старшей сестрой идём туда, где есть котята. А он один пошёл сразу ко мне на руки. Так коты выбирают людей. На всю жизнь. На всю свою безудержную кошачью жизнь длиной в 12 лет.

Это Витамин. Это Витамин Обратович. Рыжий брат.

Своё первое имя он получил потому что рыжий, как витамин С. Второе обрёл, чудом выжив, когда упал котёнком в ведро с обратом — есть такая субстанция после сепарирования молока. Он залез туда от природной жадности, но вылез мудрым. Обычно котят топят в вёдрах в деревне. Этот кот сам окунулся в реальность. Выжил и стал мне братом. Мы одной крови, как в «Маугли». Но мы ещё и братья по молоку одной коровы в детстве — пили его вместе.

Когда я приезжал со своих техникумов, он всегда встречал меня первым.

Витамин ходил со мной на рыбалку, ловил свежее мясо прямо с крючка. Он прожил долгую жизнь, полную драк и побед и все котята в округе после него были рыжими.

А потом, мне было уже 22, раздался звонок — Обратыч пропал. И мир вокруг просто треснул, обнажив глухую, пустопорожнюю тишину. Экзистенциальный излом реальности, в которой твоего рыжего брата больше нет.

Я всё тот же человек, что держао на руках дружественную биологическую особь. Но теперь на руках особи чёрные.

Короче, я должен признаться. Я в полном ахуе. Я мог бы сказать, что испытал шок, но нет, я в ахуе.

Сегодня старший брат просто скинул мне на почту скрин. Четыре года назад он ради прикола или архивного интереса сделал запрос в Сектор научной библиографии РГДБ (Российской государственной детской библиотеки). И они откопали номер «Пионерской правды» от 26 марта 1999 года.

На этой пожелтевшей странице — привет от 10-летнего пацана Серёжи из 5 «А» класса Обычной российской средней школы, что в Башкортостане. То есть от меня.

Я открыл этот скрин, начал читать то, что написал в 10 лет, и меня просто вынесло. Падача — чистый Гай Ричи. Зацените завязку моей «Сказки о мудром коте»:

Однажды я сказал коту:

— Плохо, что ты не умеешь говорить.

— Почему?! — возмутился кот.

В моей голове это «Почему?!» сейчас читается как чистое, искреннее пацанское «Схуяле?!». Кот сидит, в ус не дует, и тут ему предъявляют, что он немой. Настоящий разрыв шаблона и диалоги уровня «Криминального чтива» от пятиклассника.

Ниже в заметке я честно заявляю на всю страну: «Еще я пишу страшные рассказы. Я их начал писать потому, что один раз прочел книгу Э. Успенского "Страшная повесть для бесстрашных школьников", и это меня очень потрясло».

Я отлично помню тот 1999 год. Помню, как получил гонорар от газеты, как директор школы вывел меня перед всеми на торжественной линейке, вручал грамоту и конфеты. Для деревенского пацана это был абсолютный триумф. Но фишка в том, что тогда, в свои 10 лет, я понятия не имел, что Эдуард Успенский — это тот самый человек, который написал «Простоквашино», создал кота Матроскина и Чебурашку! Для меня он тогда был непререкаемым мастером ужасов, написавшим про Красную Руку.

И вот сегодня, спустя 27 лет, я смотрю на скрин и вижу то, чего не замечал в детстве. В левой колонке, прямо под фотографией Успенского, стоит его личный, собственноручный синий автограф. Камео великого сказочника на полях газеты, оставленное прямо рядом с моим «ГайРичи-подобным» рассказом про кота:

«Мне кажется, эта малая газета в хороших руках. И я счастлив. Успенский»

Главный детский писатель страны прочитал этот разрыв шаблона от 10-летнего Серёжи и благословил его своей подписью.

Сейчас мне 38. Я сижу под ником rlxor и пишу тяжёлый, мрачный гримдарк который так полюбили захуесосили здесь, Но уже подхватили все СНГ площадки начиная от ЛитРес заканчивая пиратскими fb2 сайтами. А полюбили на Пикабу именно кошачьи истории и их я буду писать только здесь.

Сегодня благодаря брату я понял, что всё это началось не от скуки, а в марте 1999 года с благословения мастера, Успенского нормального человека.

Я вот что скажу вам, пишите свои страшные рассказы и дерзкие диалоги. Они не обязательно вырастут во что-то большее, но это нужно!

Да как они мне попадаются, это реально заговор! Просто в магазин сходить уже не получается, везде коты!

На самом деле, в пригороде кошки собираются именно в местных ТЦ.

Ночами бывает, сидят по пять шесть особей.

Особенно страшно их видеть на крыльце у закрытых на ночь ТЦ в четыре ночи в мороз - 30. Было дело - подъехал, дверь открыл, самые отчаянные лезут в машину. Прогрелся? Давай, живи дальше. Всех не спасти.

Все самовыгульные.

Потеряшки. А зима близко.

Конкретный на фотке уже второй год живёт так.

Я в загородном доме. Место, где пахнет покоем, тишиной и хорошим чаем. По крайней мере, я так думал до сегодняшнего вечера.

Здесь живёт моя кошачья банда. Не просто домашние пуфики, а полноценный криминальный синдикат. У нас есть добряк Пухляш, есть Кара Мурза — со своими княжескими тараканами, и Хитрая Соня — наше ядерное оружие сдерживания. Если Соня просыпается в плохом настроении, она может устроить такой Апокалипсис, что местное кладбище начинает казаться курортом. Поэтому главное правило дома и всей стаи: не будить Соню. Никогда.

И вот сижу я, никого не трогаю, пишу свой мрачный мир, который на пикабу так полюбили заминусовали. И тут в доме раздается ТАКОЙ звук, будто АД ОТКРЫЛ СВОИ ВРАТА, А ДЕМОНЫ ИЗ НИЗИНЫ РЕШИЛИ УСТРОИТЬ КРОВАВУЮ БИТВУ ЗА ХАОС. Утробный вой, шипение на ультразвуке, пробуксовка когтей и грохот, будто в стену влетел грузовик.

Я вскакиваю. В голове одна мысль: ПРОРЫВ ПЕРИМЕТРА! НА СИНДИКАТ НАПАЛИ!

Включается замедленная съемка. Я бегу по комнатам, на ходу проверяя, спит ли Соня. Ее не видно. Слава богу, значит, шансы выжить еще есть. Вижу Кара Мурза в боевой стойке, но врагов рядом нет. Да что происходит !? Прихожу на звук, влетаю в эпицентр этого Мортал Комбата, готовый увидеть горы шерсти... А ТАМ?!

А там на подоконнике сидит Пухляш. Вообще-то, Пухляш — парень мирный. Добрый, тихий кабачок, который обычно занят только пухляшеством и при первой опасности тактично делает лапы. Но не сегодня. Сегодня в Пухляше проснулся чертов Борис «Пуля в зубах». Шерсть дыбом, хвост размером с глушитель, глаза горят яростью.

А по ту сторону стекла, прямо из ночной тьмы, на него пялится местный Белый Кот. Альбинос Беляш, заклятый враг моей черной стаи. Наглый пришелец, который забрел не на тот подоконник.

Получилось идеальное противостояние Тьмы и Света. Из-за стеклопакета они не могут начистить друг другу морды физически. Поэтому Пухляш решил взять соперника на понты и психологическое давление. Он орал так, будто этот Белый торчит ему суперпремиум gastrointernal корм за три года. Ломал стекло, рикошетил и пытался прожечь пришельца взглядом. Мурзик в этот момент держал оборону у двери с улицы.

Я заржал с них в полный голос. Кровавый раунд окончен. Беляш за окном понял, что ловить тут нечего, и технично растворился в уфимском тумане (ну или просто в кустах).

Пухляш тут же выключил берсерка, сел, сбросил настройки до режима «милый котик» и начал демонстративно намывать лапу. С таким видом, типа: «братан, без паники. Периметр зачищен, чужак ушел, с тебя паштет за охрану».

Обычный субботний вечер.

А ваши пушистые хулиганы часто устраивают такие разборки со случайными гостями через стекло? Или у вас на районе тишина?