Tertiusfilius

Бонапарт вернулся с Корсики в крайне интересное время. 31 мая к власти в стране пришли якобинцы, жирондисты были изгнаны из Конвента и подняли восстание по всей стране. Особенно горячо было на юге страны. Восстали три крупных города, Лион, Тулон и Марсель. Я писал об этом здесь. Капитан Бонапарт новую власть категорически поддержал.

Во время своей командировки на Юг, в Авиньон, Бонапарт написал политическую работу, которая называлась "Ужин в Бокере". Почему такое странное название? Ну, вообще, с античных времен в моде были выдуманные диалоги. Живой разговор вроде как доходчивей для восприятия, чем монотонное изложение идей. Так что если вам попадается книжка с названием вроде "Диалог в аду между Макиавелли и Монтескьё", не надо принимать за чистую монету, и считать что какой-нибудь Дудь того времени ее проводил. Но в случае с ужином как раз все на реальных событиях.

Будучи с поручением от командования в городке Бокере, Бонапарт забухал с четырьмя коммерсантами. А о чем могут говорить пять мужиков за пузырем, да еще в бурные времена? Конечно, о политике. Коммерсы, видя в военном ценный источник информации, попытались вытянуть из него побольше инфы, откуда ветер дует. И Наполеон провел с ними агитационную беседу на тему: "Жирондисты параша, победа будет наша". А потом они еще долго бухали.

Буквально на следующий день Наполеон записал содержание беседы, выбросив оттуда несколько некорректные аргументы, наподобие: "Вы че, совсем долбоебы?" и "Да они у нас отсосут!". А потом издал и получил определенную известность.

Неизвестно, сколько южан эта брошюрка убедила не сражаться с правительством, но то, что ее и молодого капитана, чующего линию партии, заметили наверху, это точно. Учитесь, как даже разговор под синькой повернуть себе на пользу.

..И птичьк упал на дно самого глубокого корсиканского ущелья

В середине сентября 1793 года Наполеон нашел еще одного покровителя. В Ницце он снова встречает депутата и комиссара Саличетти, с которым они были союзниками на Корсике. Тот принял его очень тепло. Саличетти был на тот момент политическим руководителем военных действий на юге и, недолго думая, назначил земляка командующим артиллерией в осадной армией под Тулоном.

Тулон на тот момент был огромной гноящейся занозой в заднице Конвента. В этом важном порту стоял ни много ни мало, весь Средиземноморский военный флот Франции. В ответ на восстание 31 мая тулонские жирондисты подняли восстание, а затем власть у них перехватили роялисты. Боясь карательных войск Конвента, они сдали город и почти весь флот англичанам. К прибытию республиканских войск в городе было около 25 тысяч солдат, в основном, интервентов Первой коалиции. С моря город прикрывал английский флот.

Осенью 1793 года осадой Тулона командовал некий Жан-Франсуа Карто. Этот человек с молодости не мог решить, кем ему хочется быть больше, поваром или космонавтом военным или живописцем. Мечась туда-сюда, он не преуспел ни в армии, ни в живописи. Вернулся с началом Революции к военной карьере, и так как лояльных республике офицеров было маловато, быстро дорос до генерала. Генерал из него оказался как из навоза ядро. Просношав вола, Карто упустил шанс взять Тулон с наскока.

Прибыв под Тулон, наш герой немедленно развил бурную деятельность. Вместо трех с половиной пушек он нарыл больше полусотни.

Карто познакомил его со своим планом. План был приблизительно как в “Цитадели” Михалкова.

Ну, не такой тупой, потому что Карто был живописец, а не российский режиссер.

Неизвестно, насколько грубо, но Бонапарт заявил нечто вроде: “Ваш план говно, я в нем не участвую, я брезгую”. Потом составил свой. Карто, внезапно, его не принял, а на командира артиллерии стал смотреть как на говно.

-Смотри, капитан-то наш думает, умный человек!

-(бжжжжжж)

Но Наполеон не был бы Наполеоном, если бы на этом обломался. Он просто стал действовать через голову Карто. Благо, к этому были все возможности. Конвент, задолго до Черчилля, считал, что война слишком важное дело, чтобы поручать ее одним генералам. Тем более, в условиях гражданской войны, в лояльности многих из них были сомнения. Так что на важных участках фронта обязательно был глаз Большого брата в лице комиссаров, часто депутатов Конвента. И они там не жрали бордо и ходили по полковым шлюхам (по крайней мере, не только), а лезли во все дыры, надзирали, организовывали, а если требовалось, то и ходили в атаку.

И Бонапарт убедил несколько комиссаров в своей правоте. А он умел это делать. Во-первых, его бурная деятельность убеждала лучше слов. Во-вторых, и слова он умел прилагать крайне ловко.

В общем, по докладу комиссаров Конвент снял живописца и назначил другого генерала. Бывшего врача-литератора, способного чуть больше, чем Карто. Ебаный стыд. Однако эскулап продержался всего десять дней, его сняли и назначили профессионала, генерала Дюгомье. А тот быстро понял, что корсиканец дело говорит. Что же именно говорил корсиканец?

Во-первых, нужно было выгнать вражеский флот со внутреннего рейда. Для этого ключевым был форт Эгийет (1). Потом оттуда нужно было бомбардировать английский флот и город. Затем захватить форт Мальбюске (2) и под его прикрытием штурмовать сам город. Правда, сам Эгийет мешал захватить форт Малый Гибралтар. Против него еще до отставки Карто Бонапарт соорудил две батареи, которые, в духе времени, назывались “Санкюлот” и “Гора”. Вообще, план Наполеона строился на активном использовании артиллерии. В этом плане видна классическая стратегия - определить ключевую точку и сконцентрировать против нее свои силы.

Вроде бы просто, но до Бонапарта до этого никто не додумался. Наоборот, когда он показал Карто на форт Эгийет и сказал: “Здесь Тулон”, то генерал загыгыкал и сказал адъютанту: “Он не знает географии”.

Итак, генерал Дюгомье одобрил план Наполеона и стал энергично приводить его в действие.

14 декабря 1793 года начался обстрел, а 17 и штурм форта Малый Гибралтар. Правда, один момент все висело на волоске, и положение спас опять-таки Бонапарт, подошедший с резервом. После того, как форт был захвачен, противник, поняв, что удерживать Эгийет не получится, эвакуировал его. Дальше были захвачены один за другим Мальбюске и другие, начался обстрел города.

Союзники не позаботились предупредить жителей города, что запахло жареным. Поэтому, когда стало ясно, что полярный лис не за горами, в городе началась паника - жители боялись мести Конвента, как потом оказалось, не зря.

Англичане и их союзники покинули город, а точнее будет сказать, бежали. При этом, они взорвали все форты, корабли и боеприпасы, которые смогли. Некоторое количество жителей также было взято на борт.

Начались расправы над, как часто бывает, не самыми виновными. В этом активно участвовал “палач Лиона”, Жозеф Фуше. Он писал: “Сегодня вечером двести тринадцать бунтовщиков перешли в лучший мир... слезы радости застилают мне глаза ”.

22 декабря комиссары Конвента своей властью присвоили Наполеону Бонапарту звание бригадного генерала. В январе 1794 года это было официально подтверждено. Бонапарт прыгнул сразу через три звания и получил первый генеральский чин. Ему было только 24 года.

Приписывать только Наполеону взятие Тулона было бы неправильно. Штурмом руководил прежде всего Дюгомье и другие офицеры. Бонапарт, безусловно, придумал план, который, однако, доработали, и выполнял очень важную, но только одну из функций во время сражения. Тем не менее, почти все, кто участвовал в сражении, даже не очень потом расположенные к Наполеону, отмечают его главный вклад в победу.

В Тулоне вокруг Наполеона стала складываться его команда. Там он получил высоких покровителей, главным из которых был Огюстен Робеспьер, младший брат Максимилиана.

У Наполеона были большие планы. Он выдвинул дерзкую идею не обороняться от коалиции, а напасть самим, в частности, на Италию. Огюстен пообещал выдвинуть план перед Конвентом.

Пока новоиспеченный генерал разъезжал по югу Франции, и, конечно, подолгу задерживался в Марселе, у семьи. Весной 1794 года Наполеон влюбился.

Его брат, Жозеф, во время репрессий в Марселе вступился за некую семью Клари, где, конечно, стал желанным гостем. И не зря. У господина Клари были две красивые дочери. Жозеф стал ухлестывать за старшей, а Наполеон за младшей - Дезире.

Я сначала не понял, почему даже в одном источнике девушку зовут то Дезире, то Эжени. Оказалось просто. Ее полное имя было Бернардина Евгения Дезидерия Клари. Как говорится, выбирай на вкус.

Жозеф женился на старшей, Жюли. Она принесла богатое приданое, и семья Бонапартов перестала нуждаться.

Наполеон тем временем передал через Робеспьера-младшего план вторжения в Италию. Сам он отправился с секретным разведывательным поручением в Геную. Перед ним открывались блестящие перспективы. 27 июля Наполеон вернулся в Ниццу. В тот же день Максимиллиан Робеспьер и его сторонники были свергнуты.

Арест

Только генерал Бонапарт ухватил Фортуну за мягкое место, и тут же получил от нее звонкую оплеуху. Дружба с Огюстеном Робеспьером за несколько дней превратилась из огромного плюса в минус.

Люди, живущие в атмосфере террора, готовы были сдать кого угодно, лишь бы вывернуться самим. Не были исключением и вчерашние покровители Бонапарта.

Через десять дней после падения Робеспьера три комиссара Конвента обвинили генерала Бонапарта в измене и растрате казенных денег. Среди них был его друг-земляк Саличетти.

Наполеон был арестован и провел под стражей две недели. Его адъютанты предлагали ему побег, но Бонапарт вместо этого написал возмущенное письмо комиссарам. И Саличетти, который до этого неожиданно попытался утопить Бонапарта, так же неожиданно решил ему помочь. Бумаги генерала были проверены, в них не нашли ничего особенного, и его отпустили.

14 сентября 1794 года генерал Бонапарт был восстановлен в должности начальника артиллерии Итальянской армии и принял участие в не слишком удачной операции. Наполеон снова принялся носиться с планами вторжения. В командовании армией его ценили и уважали, и в принципе готовы были поддержать. Но. В верхах ему не доверяли и в Итальянской армии это прекрасно знали. Планы генерала Бонапарта спускали на тормозах. Он был в опале.

Опала

Французское правительство не спешило расставаться с Корсикой. Строились планы отвоевания ее у англичан. И самое непосредственное участие в разработке этих планов принимал генерал Бонапарт.

После долгих проволочек была подготовлена экспедиция и в начале марта 1795 года в сторону острова выдвинулся французский флот. Начальником артиллерии десанта был Наполеон. Он был полон самых радужных надежд.

Однако 14 марта французский флот потерпел поражение от англичан. Наполеон, который ради корсиканской экспедиции отказался от предыдущей должности, оказался не у дел.

8 апреля Бонапарта назначили в вандейскую армию. Но он знал, что там у него будет мало перспектив. Поэтому Наполеон всячески затягивал дело. Он приехал в Париж, пытаясь изменить распределение. Но ему не повезло еще больше.

Военным комитетом Конвента командовал тогда Франсуа Обри. И у него были как минимум две причины не любить молодого генерала. Отсидев год в тюрьме при якобинцах, он, внезапно, не слишком их любил. А тут перед ним был бывший любимчик Робеспьера. Во-вторых, Обри был в два раза старше генерала Бонапарта, и откровенно ему завидовал.

Помытарив как следует Бонапарта, он предложил ему идти в вандейскую армию, командовать пехотой. Для артиллериста Наполеона это было оскорблением, и он отказался.

Генерал Бонапарт пустил в ход все свои политические связи, но ничего не помогало. Тогда он попросил отсрочки назначения под предлогом болезни.

Лето 1795 года было неудачным для Наполеона. Казалось, карьера его закончилась. Он расстался с Эжени. Правда, не совсем понятно, почему. По одной версии, мать девушки решила, что в семье и одного Бонапарта хватит, и надавила на дочь. По другой, сам Наполеон, видя сколько блестящих женщин живет в столице, сам разорвал помолвку. Не хватало денег.

Он не терял времени даром, много читал, слушал лекции и увлекся шахматами. Тем временем, хорошей возможности так и не подворачивалось. Правда, удалось пристроиться в топографическое бюро.

Бонапарт не любил светских развлечений, но исправно посещал все тусовки, надеясь завести связи. Бывал он и у мадам Тальен, “божьей матери Директории”. Там он познакомился с Баррасом, одним из главных двигателей термидорианского переворота.

Наполеон всячески оттягивал момент явки в пехотный полк. В отчаянии он подал рапорт об отправки его в Турцию, военным советником.

Бюрократические шестерни провернулись. В сентябре Наполеон получил сразу два ответа из министерства. Первое увольняло генерала из армии за неявку. Второе разрешало ему ехать в Турцию. Однако туда Бонапарт не поехал, потому что в столице явно назревали события, которые он хотел повернуть в свою пользу.

Роялистское восстание

Перед своим роспуском Конвент принял конституцию и особый декрет, что будущий парламент должен состоять на две трети из бывших депутатов Конвента. Так он пытался не допустить прихода к власти роялистов. Я уже писал, что осенью 1795 года, разочарованные в революции французы массово думали о возвращении короля.

-А?

-Нет, нет, другого.

Причем, сторонники короля надеялись прийти к власти мирно, путем выборов. Поэтому для них декрет о двух третях был как кость в горле. Тогда роялисты решили восстать и просто разогнать Конвент силой.

Эмигранты злорадно потирали руки и делали громкие заявления о том, что они устроят репрессии, и, как минимум, казнят “цареубийц”, то есть тех, кто голосовал за казнь короля.

Для многих депутатов Конвента не допустить роялистского переворота было делом жизни и смерти. А положение, тем временем, ухудшалось. Волнения в секциях Парижа нарастали с каждым днем. Роялисты были хорошо вооружены и уверены в победе.

11 вандемьера (3 октября) Конвент узнает, что идет быстрая мобилизация повстанцев. Он объявляет о непрерывных заседаниях и назначает генерала Мену командующим войском в Париже. Только вот генерал сам сочувствовал повстанцам и готовился перейти на их сторону. 12 июня его сместили и назначили Барраса. Этот персонаж был порядочной сволочью, но смелым и решительным. Он понимал, что ему, как бывшему дворянину, ничего хорошего не светит в случае переворота.

Однако Баррасу понадобился хороший генерал и он вспомнил о молодом человеке, когда-то прославившегося под Тулоном и посещавшего его гостиную. Он вызвал его к себе. Наполеон после короткого размышления согласился. Он рисковал, так как у Конвента сил было примерно в пять раз меньше, и после победы роялисты бы его не пожалели.

Наполеон с бешеной энергией начал действовать. Как обычно, он нашел простое и логичное решение. Противника гораздо больше? Надо уравнять силы артиллерией. Правда, пушки находились за городом. Наполеон отправил туда молодого офицера, не слишком интеллектуального, зато отчаянно храброго. Это был Иоахим Мюрат. Он быстро со своими людьми доскакал до местоположения пушек, отбил их у мятежников, которые уже нацелились их захватить и привез в распоряжение генерала Бонапарта.

Он предугадал где будут идти к Конвенту мятежники и расставил там пушки. Главное сражение состоялось у церкви Святого Роха, где скопились главные силы повстанцев. Бонапарт приказал стрелять картечью прямо в гущу толпы. Картечь тогда заменяла пулемет, когда требовалось уничтожать живую силу на короткой дистанции и действие оказывала еще более кровавое.

Сюрпрайз, мазафакерс!

Бонапарт через много лет заявлял, что только первый залп был боевой, остальные холостые, для страха. Так ли это, неизвестно. Тем не менее, картечь разнесла в кровавую кашу пару сотен человек. Остальные разбежались. Восстание было подавлено.

В Конвенте Баррас скромно промолчал о вкладе Бонапарта, но последнего защитил депутат Фрерон, который разъяснил, что если бы не Наполеон, переворот мог бы состояться. Фрерон был не совсем бескорыстен. Ему нравилась сестра генерала Паулетта, которую во Франции стали называть Полина.

Наполеону Бонапарту присвоили звание дивизионного генерала и назначили командовать парижским гарнизоном. Он стал гораздо более влиятельным человеком. Расстрел роялистов принес ему больше дивидендов, чем взятие Тулона. Путь к славе был открыт.

Продолжение следует

@KpeBeDkoHaUgle @DildoDaggins @AgentS @m0101 @gorhi спасибо большое за донаты!

Хорошие авторы, по моему мнению

@MorGott @AlexRadio @SallyKS @Cat.Cat @glebklinov @IrinaKosh

.

.

.

ДА ВЫ ЗАЕБАЛИ, ПИДОРЫ! МЫ ВОДКУ СОБРАЛИСЬ ЖРАТЬ, ИЛИ ВЫЕБЫВАТЬСЯ?!

У королевы нет сил

Снова об этом просить.

Если бы ты заплатил,

Смог ее прелесть вкусить

Ты заплати,

И в экстазе полетим

Этой ночью

Куда хочешь.

Больше и больше морщин,

Жизнь протекает как сон.

Нет настоящих мужчин,

Чтоб подарил миллион.

Жребий таков,

И все меньше мужиков

Как ни странно

Хочет Анну.

Приплывем с родного фьорда,

Будем тренинг проводить.

С зоны вашего комфорта

Будем вас мы выводить.

Если скука вас с тоскою

Всех успела задолбать.

Заберем мы вас с собою

Заграницу повидать.

Медицинские услуги

Тоже входят в акцию.

Мы устроим без натуги

Экстра трепанацию.

Сделаем мы все пиздато

И железом и огнем.

В общем, ждите нас, ребята

Скоро к вам мы приплывем.

Почему-то любят говорить, что Бонапарт "родился на маленьком острове". Хуясе маленький, четвертый по величине в Средиземном море.

Ирония судьбы заключалась в том, что Наполеон родился на острове, полжизни воевал с островом и умер на острове.

-Куда направляется ваше величество?

-К морю. Здесь всегда идешь к морю. Ебаный остров.

Корсиканцы италоязычный народ, но ставить знак равенства между ними было бы неправильно. Сами корсиканцы всегда считали себя отдельной нацией.

Их бессчетное раз завоевывали, и это превратило местных в хитрожопый и воинственный народ. Практически всю историю они боролись против завоевателей. Это происходило до недавнего времени. Любопытно, что, несмотря на большую «любовь»  корсиканцев к Франции, правительство охотно брало их в армию, а в 20-м веке и в спецслужбы.

В 18-м веке многие корсиканцы все еще жили родовым  строем, разбитые на враждующие кланы. Поэтому, кроме борьбы за независимость национальной забавой корсиканцев также была кровная месть. Привожу краткую схему:

Последние несколько столетий Корсику худо-бедно контролировала Генуя, но корсиканцы постоянно норовили выскочить из-под макаронного ига. В 1755 году им это удалось. Главой восстания, а позже и правительства стал некий Паскуале Паоли. Однако Корсика недолго рулила сама собой. В 1768 году хитрожопые генуэзцы продали уже несуществующие права на остров французам, а те высадились и надавали пиздов гордым корсиканцам. Случилось это в 1769, аккурат в год рождения сабжа. Поэтому многие корсиканцы были заражены сепаратизмом головного мозга и ненавистью к французам. Эта обстановка сильно подействовала на маленького Бонапарта.

Отец Наполеона, Карло, родился в 1746 году в небогатой дворянской семье. Вынужденный сам зарабатывать на жизнь, он стал юристом. В 1764 году он женился на Летиции Рамолино, ему было 18, а невесте 14. Летиция принесла ему неплохое приданое, а со временем и наследство, но Карло так этого и не дождался.

Карло Буонапарте был хорошим знакомым и адъютантом Паоли, но после изгнания последнего вовремя сориентировался и стал лояльным подданным Франции. Со временем он вообще стал франкофилом, и это принесло ему дивиденды. Он получил подтверждение своего дворянства и неплохие места во французской администрации. Он осел в своем родном городе Аяччо, где и появится на свет Наполеон.

Несмотря на это, денег в семье вечно не хватало, и в первую очередь, из-за самого Карло. Он был очень расточительным и тратил массу денег на шмотки и украшения. В 1778 году, получив от государства 9 тысяч франков, он умудрился вернуться домой с пустым карманом, зато с двенадцатью богатыми костюмами. Такое ощущение, что шмотья у него было больше чем у жены. Также он обожал судиться и несколько раз прогорал с бизнесом.

Но при этом он умел выбивать из государства всяческие льготы и бонусы.

Папа Карло настругал тринадцать буратин, из которых пятеро умерло в раннем детстве. Сам Наполеон вышел со второй попытки: так назвали первенца, но тот умер младенцем. Как и следующая девочка, и только третий сын, Жозеф, выжил. А четвертым родился наш герой. Короче, он четвертый, но второй. Высокая детская смертность так все запутывает.

Семья Буонапарте. Никакого кумовства, да

Мать будущего императора была красивой, к тому времени тридцатилетней женщиной. У нее был сильный характер, она держала в руках все дела семьи и была настоящей ее главой. Несмотря на то, что детей она очень любила, она была с ними достаточно строгой. Сам Наполеон позже признавался, что мать оказала на него огромное воздействие, и он унаследовал от нее ряд качеств, в том числе, неисчерпаемое трудолюбие.

15 августа 1769 года Летиция почувствовала схватки в церкви и побежала домой, где в одиночестве и родила. Будущий император чуть ли не выпал на пол.

Имя Наполеон было тогда довольно редким и буквально означает "неаполитанец".

О детстве Наполеона известно не слишком много. Родные описывают его противоречиво. То как хулигана, который пиздил всех кругом. (Это подтверждает сам Бонапарт, говоря, что он любил бить старшего брата, умудряясь при это жаловаться на него же матери). То как ботана-затворника, который, отгородившись от всех, читал книжки и решал математические задачки.

Наполеон получил начальное образование в иезуитской школе. К его девяти годам родители стали думать, куда же сплавить двух старших пиздюков. Денег на образование не было, и Карло стал заниматься любимым делом - бомбардировать французские инстанции просьбами, чтобы его сыновей выучили бесплатно. Это удалось сделать, тем более Карло покровительствовал французский губернатор.

Старшего хотели сделать священником, а младшего, Напу, однозначно военным. Проблема была еще в том, что Карло прекрасно ботал на лягушачьем, а вот дети - нет. Поэтому решено было подержать пару месяцев младшего в колледже, в окружении будущих священников, чтобы решить языковую проблему. Сказано, сделано. Прожив три с половиной месяца в колледже, он приехал в Бриеннское военное училище в мае 1779 года. Тогда Наполеону шел десятый год. Ему предстояло не быть дома следующие семь лет, так как ни в этом, ни в следующем училище каникул не было.

Его взяли на полный казенный счет. Таких стипендиатов в училище было около трети, а вообще там училось всего сто пятьдесят человек. От современной программа школы отличалась наличием катехизиса (основы католичества), фехтования и латыни.

Каждому ученику выделялась отдельная комната, правда с крайне скудной обстановкой - кровать, кувшин и таз.

Как пишет один автор, несмотря на отдельные комнаты, в училище "был распространён известный порок". История умалчивает, приобщили ли к этому пороку маленького Наполеона. Но не будем думать плохо об известном человеке.

Наполеон целуется с Александром I в знак дружбы. Так было тогда принято. Нет, правда.

Поначалу Наполеону пришлось плохо в училище. Он все еще плохо говорил по-французски и был рьяным патриотом Корсики. Над тем и другим смеялись и пытались Полю травить, но он яростно  дрался, и от него отстали. Так как он говорил с сильным итальянским акцентом и его имя было малознакомым французам, они его слышали как «Ла поле о не», солома в носу. Так его и дразнили. Но при этом дразнящим нужно быстро бегать, так как щуплый и невысокий Бонапарт (в 14 лет 156 см) догонял и больно бил, при этом, не боясь никакого наказания от учителей.

Он очень хорошо успевал в математике, обожал историю, но плохо усваивал языки. Преподаватели в училище были не бог весть какие, и Наполеон упорно занимался саморазвитием, читая множество книг. Этому способствовала и замкнутость, и почти полное отсутствие друзей. У каждого ученика был свой маленький садик и Наполеон, выстроив себе укрытие, высиживал там долгие часы, а если кто-то пытался туда залезть, дрался.

Тем не менее, к последнему году ему удалось заслужить уважение одноклассников и даже кое с кем подружиться. В выпускном классе Наполеон специализировался на артиллерии. Это имело важный смысл. Тогда еще в армии карьера очень зависела от происхождения. Хоть и дворяне, Бонапарты не принадлежали к высшей знати и были бедны. А в артиллерии, как и в других, технически сложных родах войск, продвижение все-таки больше зависело от личных способностей.

В сентябре 1784 года он настолько блестяще сдал экзамены, что начальство решило отправить его в лучшее военное училище страны. 30 октября 1784 года он, с другими лучшими учениками, поехал в Париж.

В Парижской военной школе обучение было поставлено первоклассно. Достаточно упомянуть среди преподавателей математика Монжа и астронома Лапласа. Наполеон жадно поглощал знания. Но уже в феврале 1785 его постигло несчастье, умер отец, почти не оставив средств. Юному Наполеону Бонапарту теперь нужно было думать, как поддержать мать и шестерых младших братьев и сестер. На старшего, Жозефа не было никакой надежды. Бонапартий стал готовиться к досрочному окончанию школы и поступлению на службу. Он яростно зубрил, иногда по трое суток не выходя из комнаты.

Учитывая то, что юный Наполеон стремился поскорее зарабатывать и содержать семью, удивительно смотрится тот факт, что летом 1785 он подал заявку на участие в кругосветной экспедиции Лаперуза. Якобы Бонапарта не взяли за плохое знание астрономии. Экспедиция через два года бесследно исчезла. Биографы дружно обошли этот случай стороной, мне не удалось найти ему надежного подкрепления.

В сентябре Наполеон блестяще сдает экзамены, через месяц он получает звание младшего лейтенанта и в конце октября едет в предписанный полк.

Место службы молодого офицера было городок Валанс, на юге Франции. Приехав туда, он рьяно взялся за службу. Тщательно выполнял свои обязанности, непрерывно совершенствовался в артиллерийских умениях. А что в свободное время? Его сослуживцы устраивали попойки, играли в карты, ходили на балы. Наполеон практически никуда не выходил. На все это нужны были деньги, а большую часть их он отправлял домой. Часто молодой офицер питался одним хлебом. Нужно было и прилично выглядеть, а на это тоже нужны были деньги. И он, в основном, сидел в своей каморке и читал, читал, читал.

Читал, конечно, военную историю, математику, географию. Читал просветителей и художественную литературу. Обожал Руссо и долго находился под его влиянием.

Мрачный, нелюдимый, на грани депрессии, он пишет в дневнике фразы, которые бы понравились любому эмо.

«Всегда одинокий среди людей, я возвращаюсь к своим мечтам лишь наедине с самим собою»

«…что делать в этом мире? Если я должен умереть, то не лучше ли самому убить себя? … зачем переносить мне долгие дни, не сулящие ничего доброго? О, как люди, далеки от природы! Как они трусливы, подлы, раболепны! Что я увижу на своей родине? Моих соотечественников, скованных цепями и с дрожью целующих руку, которая их угнетает?»

По мнению одних историков это действительно было подавленное настроение изгоя, по мнению других больше мода. Это ведь конец восемнадцатого века, сентиментализм, когда почти все образованные люди ходили и ныли, что все бабы бляди и солнце ебаный фонарь насколько этот мир несовершенен и как им хочется раздробить голову выстрелом. А потом с аппетитом кушали, выпивали бутылку вина и отправлялись в бордель.

Лейтенант Бонапарт читал нашумевший тогда роман Гете, «Страдания молодого Вертера», где главный герой как раз ходит и страдает от несчастной любви, а потом самоубивается. В подражание главному герою некоторое количество молодых придурков суициднулось, так что даже европейские правительства на некоторое время запретили книгу. (Так что, как видим, бессмысленная и беспощадная борьба со всякими «Синими китами» началась не сегодня). Потом запрет сняли и хорошо. Литература не лишилась выдающегося произведения, а оно немного послужило торжеству эволюции.

Также Бонапарт продолжает оставаться пламенным патриотом Корсики и во влажных снах видит, как он придет и спасет родину.

Все-таки не стоит  представлять жизнь Наполеона совсем уж как задрота. Иногда он ходит с сослуживцами по кафешкам и на танцы, и даже влюбляется.

С сослуживцами отношения у него, несмотря на замкнутость, были нормальные, но не всегда. Иногда Наполеон проявлял характер. Над ним жил офицер, который любил играть на валторне (труба такая). Наполеону это мешало, и однажды он зашел к соседу.

Н: Ваша валторна, наверное, вас утомляет?"

С:  Нисколько".

Н: Было бы все-таки лучше, если бы вы упражнялись в игре на ней где-нибудь в другом месте.

С: Я могу в своей комнате делать, что мне угодно.

Н: Это вопрос еще спорный.

С: Ну, спорить я никому бы не посоветовал!

Дело закончилось, нет, не дракой, а вызовом на дуэль. Сослуживцы их помирили и уговорили соседа играть где-то еще.

Наполеон в 16

Дела семьи требовали его личного участия и лейтенант Бонапарт попросил полугодовой отпуск. 15 сентября 1786 года он уже был на родине. Там он отсутствовал с 1779 года.

Наполеон еще дважды продлял отпуск, что было тогда обычным делом. В октябре 1787 года он находился в Париже по делам семьи и есть сведения, что именно тогда лишился девственности с дамой заниженной социальной ответственности.

Бонапарт сделал все, что смог для семьи и к середине июня 1788 года вернулся в полк. Полк перевели в город Оксонн.  Наполеон с еще большим увлечением взялся за службу, ходил на лекции в артиллерийское училище и постоянно практиковался. Он считал, что офицер должен уметь все, что умеет простой солдат, выносил трудности учений наравне с солдатами. И опять все свободное время Наполеон посвящал самообразованию. Не выходя из комнаты, он жадно читает книги по военному делу, истории, юриспруденции. Еще с Бриеннского военного училища определились те его способности, которые позволили ему достичь того, чего он достиг.

Высокий интеллект, фантастическая память и гигантское трудолюбие  - вот те качества, которые помогли ему преуспеть. Лейтенант Бонапарт был готов работать по шестнадцать часов в сутки. Позже он всегда с иронией относился к тому, что его называли гением. Но зато с уважением отзывался о своем трудолюбии. Наполеон говорил, что со стороны кажется, что он интуитивно видит правильное решение, но на самом деле, за этим стоит колоссальная работа с попытками предвидеть все мыслимые детали.

Память у него была гигантская, почти абсолютная. Тарле приводит такой случай: как-то во время службы в Оксонне лейтенант Бонапарт оказался на гауптвахте. Там он обнаружил сборник римского права и полностью прочитал его за сутки. А когда через пятнадцать лет шла работа над «Гражданским кодексом», он удивлял французских юристов цитатами из римских законов наизусть. Он знал по именам тысячи солдат, и не только по именам, но и их характеристики по службе.

Наполеон не только читает, но и тщательно конспектирует и пишет сам. Прежде всего, работы по артиллерии, но и истории и философии.

Наступает 1789 год. В воздухе пахнет революцией. А лейтенант Бонапарт опять в подавленном настроении. Перспективы во французской армии у него тусклые. Кроме невысокого происхождения мешает национальность. В армии есть негласное правило не давать корсиканцам звание выше капитана. Но пусть даже он преодолеет это. Кем он будет к пенсии? Майором? Может быть, подполковником? Амбиции у него намного выше.

Наполеон все еще мечтает сыграть какую-нибудь важную роль на родине. Он пишет письмо Паоли, где в пафосных выражениях предлагает любую помощь ему и Корсике. Но Паоли отвечает довольно холодно.

К 1789 году, без точного указания месяца, относят любопытную легенду. В это время российские послы активно набирали иностранцев на русскую службу. Якобы, заявку подал и лейтенант Бонапарт. Однако условием принятия было понижение в чине на ступень. Гордый лейтенант отказался. Правило было введено незадолго до, и отменено вскоре после. Если бы не это, то кто знает…

Дореволюционный историк Павел Шереметев исследовал вопрос. Прямых документальных доказательств он не нашел. Но обнаружил несколько подтверждающих воспоминаний русских дипломатов, правда, гораздо более позднего времени. Доказательств, опровергающих версию, Шереметев тоже не нашел.

14 июля была взята Бастилия, началась революция. Как Наполеон Бонапарт ее встретил? Хорошо. В молодости он был сторонником свободы и равенства, увлекался Руссо и прочими просветителями. Его взгляды можно описать как умеренный конституционализм, и даже республиканизм.

Позже он разочаруется в революции. Но пока пишет в дневнике, что большинство королей Европы власти недостойны.

Однако молодой лейтенант считает, что во Франции ему ловить нечего. А вот на родине он может ухватить удачу за хвост. И Бонапарт берет отпуск и уезжает в/на Корсику. В конце сентября 1789 года он был в Аяччо.

Приехав домой, весь взбудораженный революцией, Наполеон, засучив рукава, кинулся в местную политику, чтобы раскачать земляков. Делал он это вместе со своим братом Жозефом и еще несколькими молодыми корсиканцами.

В июле 1790 года из изгнания вернулся Паскуале Паоли, кумир Наполеона. Братья Бонапарты встретились с ним и получили очень холодный прием. Но поначалу они все равно поддерживают Паоли. Того избирают в правительство департамента Корсика. Несмотря на поведение Паоли Наполеон защищает его еще в начале 1791 года.

Тем временем из-за своих радикальных идей лейтенант Бонапарт становится нежеланной фигурой. Ему приходится возвратиться во Францию, в свой полк. Он везет с собой младшего брата Луи, чтобы хоть немного разгрузить мать.

Паоли отвечает Бонапарту все более пренебрежительно, и Наполеон разочаровывается в нем.

Полк снова стоит в Валансе. Начальство недовольно Наполеоном из-за его долгого отсутствия, хотя ему и удается оправдаться. И опять бедность, тяжелая служба и самообразование. Однако кое-что изменилось. Офицерство раскололось, роялисты потянулись за границу. А лейтенант Бонапарт вступил в Якобинский клуб. В это время он еще остается радикалом.

И опять в сентябре 1789 Наполеон берет отпуск и возвращается на Корсику. Видимо, отказаться от мысли стать на родной земле героем и значимой фигурой было трудно.

Он пытается протолкнуть брата в Законодательное собрание, пытается примириться с Паоли. И то, и другое неудачно. Он рвет со своим кумиром, они постепенно становятся врагами, и тут оказывается, что лейтенант Бонапарт не так-то прост. У него находятся сильные союзники. Самый важный из них  - Христофор Саличетти. Корсиканец, выбранный еще в Генеральные штаты, потом в Конвент. Якобинец, профранцузски настроенный, он тоже рассорился с Паоли. Это был человек, который потом окажет на  возвышение Бонапарта огромное влияние. А еще позже захочет его утопить.

В конце 1791 года правительство выпустило распоряжение, что французские офицеры должны вернуться в полки не позже 1 апреля следующего года. Но Наполеон проигнорировал его. Он победил на выборах в командиры корсиканской Нацгвардии. Правда, пришлось уволиться из французской армии.

Но за успехом последовала неудача. Произошла стычка Нацгвардии и местного населения, с жертвами. На подполковника гвардии Бонапарта посыпались в Париж жалобы. Наполеон вовремя сориентировался, поехал в Париж, и сумел замять дело. Военному министру было не до того (начиналась война с Австрией и Пруссией), а Бонапарт имел блестящую политическую характеристику. Революционер, патриот.

Наполеон восстановился в армии, еще и получив капитана.  Лето 1792 он провел в Париже, и стал свидетелем народных волнений 20 июня и восстания 10 августа, свергшего монархию. Известны его точные слова насчет событий, и явно видно, что он разочаровался в революции.

В 1792 году

Когда народ 20 июня ворвался в королевский дворец и заставил короля одеть фригийский колпак, Наполеон заявил: «Какой трус(Тарле пишет, там было другое слово)! Как можно было впустить этих каналий! Надо было смести пушками 500—600 человек, остальные разбежались бы».

10 августа он был потрясен резней после восстания. Видимо тогда впервые он стал думать, что революцию уже пора остановить.

И опять в октябре 1792 года он прибыл в Аяччо, практически откровенно дезертировав. Бонапарт тогда поставил на карту все. Его военная карьера могла быть полностью разрушена, а на Корсике его могли просто-напросто убить.

Политика Корсики все больше раскалывалась на сторону Паоли, который откровенно шел к независимости, а через это и к разрыву с Францией и союзу с Англией, и сторону Бонапартов и Саличетти, которые оставались профранцузскими.

Поначалу Наполеон опять командовал Нацгвардией. Он участвовал в попытке корсиканцев захватить Сардинию и потерпел поражение на Мадалене. Хотя он и не командовал всей армией, и действия его на острове были вполне правильны, но это было поражение.

Позиции Паоли были еще очень сильны, когда Конвент предписал его арестовать. Хуже всего для Наполеона было, что это было сделано с подачи Люсьена Бонапарта и об этом узнали паолисты.

Маски были сброшены. Разгорелось восстание, Паоли объявил независимость Корсики, Бонапарты были объявлены вне закона. За ними началась охота. Дальше события напоминали приключенческий роман. Наполеону приходилось пробираться тайными тропами, уходя от преследования. Он был схвачен врагами, бежал из-под стражи, прятался в пещере. Прятался у кузена и чуть был не схвачен жандармами. Бежал, кое-как добрался до моря. Сумел добраться до Бастии, которую контролировал Саличетти. Оттуда отправил записку матери, чтобы она с детьми бежала из дома. Летиция так и сделала, и вовремя. Спустя небольшое время сторонники Паоли ворвались в дом Бонапартов, разграбили и разрушили его, и, скорее всего, убили бы их.

С огромными усилиями семье Бонапартов удалось добраться до Франции. Наполеон оказался на пепелище. Пять лет его молодости пропали задаром, пропала карьера, которую он мог сделать во Франции. Теперь на его шее была вся семья. Он по прежнему был нищий и его со дня на день могли изгнать из армии.

Продолжение следует

@MajorKusanagi @Forsrof @MoRFtus @user5322840 и таинственный пикабушник, спасибо за донаты!

-Да, чем обязан?

-Мое имя Георг Шварцманн, и у меня есть к вам некоторое предложение. Вы позволите?

И Шварцманн указал на другой стул.

-Располагайтесь, - не слишком охотно сказал Ульянов.

Шварцманн осторожно опустился на стул, положив на колени трость и котелок.

-Слушаю вас - сказал хозяин комнаты.

-Давайте не будем ходить вокруг да около. Я знаю, что вы революционер, глава небольшой, но сплоченной партии.

Ульянов настороженно взглянул на гостя. Темные глаза Шварцманна были непроницаемы.

-Допустим.

Гость устроился на стуле поудобнее и начал:

-В России кризис, вызванный войной. Скоро он выльется в революцию и свержение Николая.

Ульянов с интересом посмотрел на человека напротив.

-Допустим.

-Начнется борьба за власть. Либералы недолго будут держаться, затем их сменят умеренные социалисты, которые, в свою очередь, тоже падут. В этих условиях у радикальных социалистов, то есть вас, большевиков, есть шанс взять власть. При должной поддержке, конечно.

-И что же это за поддержка?

-В первую очередь финансовая. Очень щедрая.

Ульянов улыбнулся.

-По всему видно, что вы деловой человек, а такие ничего не делают задаром. Каков же ваш интерес?

Господин улыбнулся в свою очередь.

-Придя к власти вы заключите сепаратный мир с Германией.

Ульянов резко встал:

-Убирайтесь! Моя партия не запятнает себя сотрудничеством с германским правительством!

-Тише, господин Ульянов, не нервничайте. Во-первых, я вовсе не агент чьего-либо правительства. Я представитель некой частной организации. Во-вторых, вы сами писали два года назад, что хотите поражения вашего правительства, чтобы погибло меньше рабочих и крестьян. Мир даст вам передышку, чтобы укрепиться у власти и собрать силы для дальнейшего.

-Дальнейшего? - Революционер был заметно растерян.

-Каким бы ни был тяжелым сепаратный мир, он не будет ничего стоить, если падет немецкое правительство. И вы в этом поможете.

-Я? - Ульянов теперь был растерян еще больше.

-Да. Вы будете способствовать революции в Германии. Пошлете туда оружие, людей и деньги. После революции вы просто аннулируете договор. Ну а потом будете строить прекрасную социалистическую Россию будущего. После победы над врагами, разумеется.

Ульянов пришел в свое обычное скептическое настроение.

-В чем же ваш интерес тогда?

-А вам не все равно?

-Нет, пока вы мне не объясните, разговора дальше не будет, - упрямо заявил Ульянов.

-Хорошо, - вздохнул гость. - Но пообещайте меня не перебивать.

-Да, в доказательство моих серьезных намерений, - Шварцманн вынул из внутреннего кармана чековую книжку, взял перо Ульянова и что-то быстро начеркал в ней. Затем он вырвал листок и протянул революционеру.

"Однако", подумал хозяин - на листке стояла сумма в тысячу марок.

-Это просто за то, чтобы вы меня выслушали, - гость помолчал, затем продолжил. - Позвольте закурить?

Лидер партии большевиков не терпел табачного дыма. Однако...

-Сделайте одолжение.

Гость вынул из кармана коробку сигарет, сунул одну в рот. Затем выудил небольшую палочку, дунул в нее и приложил к сигарете. Запахло дымом. Ульянов не смог удержаться:

-Позвольте полюбопытствовать? Что это такое?

Гость смутился.

-Новейшая американская электрическая зажигалка. К делу.

Гость откинулся на стуле, глубоко затянулся и заговорил.

-После революции и падения кайзера Германия проиграет войну. В ней надолго воцарится бедность, преступность, насилие. Станут все сильнее крайние группировки, радикальные социалисты и ультранационалисты.

-Ультранационалисты?

-Шовинисты.

-Я понимаю. Юнкеры и промышленники?

-И эти тоже, но главным образом средний класс. Поклонники Чемберлена, Вольтмана и тому подобных.

-Эти олухи, которые молятся арийскому духу? Не смешите меня, - Ульянов фыркнул.

-Я и не собирался. Слушайте. В обстановке разрухи и национального унижения, а потом и кризиса ультранационалисты придут к власти.

-Почему не социалисты? - прищурился Ульянов.

-Таково будет соотношение сил. Эти националисты будут готовиться к грандиозному реваншу, попутно строя очень странное общество. Социалистическая Россия, тем временем, также будет наращивать силы. В конце концов они столкнутся, произойдет чудовищная война с громадными жертвами. Германия падет.

-Но опять-таки, зачем вам все это? - Ульянов, конечно, не верил, для него это была своеобразная умственная гимнастика.

--После войны бывшие союзники, Россия и США поделят Европу.

-США вмешается в европейскую политику? Бог с вами, Шварцманн.

-Именно так. Они станут врагами, но новое страшное оружие не даст им воевать. Германия будет поделена на две части, восточную, социалистическую, и западную.

-Ну так и что же? В чем ваш интерес, батенька - революционер ерзал на стуле.

Гость глубоко затянулся:

-Вы мне сейчас, не поверите, абсолютно. В восточной Германии сложится совершенно особенное, уникальное общество, со своим менталитетом. Однажды в этой стране родятся несколько человек, которые создадут великий музыкальный коллектив. Если не будет социалистической Германии, то не будет и их. В вашем мире.

Ульянов не обратил внимания на последнюю странную фразу и расхохотался.

-Вы собираетесь крутить мировой политикой, чтобы появились музыканты? Ну вы, батенька, и шутник! - и Ульянов вытер слезы.

Однако гость был совершенно серьезен.

-А почему эта ваша мировая политика более важна чем музыка? - тихо сказал он.

Ульянов замолчал и задумался. "Сумасшедший, скорее всего. Но вдруг он и правда богат. Что я теряю? Сегодня пришлось отказаться от обеда. А партия, сколько требует партия!".

Шварцманн протянул ему руку:

-Согласны?

Ульянов, поколебавшись, ее пожал.

-Что ж, я зайду к вам в эту субботу. До свидания, - Шварцманн приподнял котелок.

Выйдя, он постоял. Затем приподнял манжету. На запястье у него была странная татуировка - крест c буквой R. Он поцеловал ее, а затем зашагал по узкой цюрихской улочке.

Навеяно этим постом