https://tass.ru/ekonomika/21641045
https://tass.ru/ekonomika/23960285

В мае 2025 года доля фальсификата на российском рынке армянских коньяков снижалась до 80%, но сейчас вновь выросла.

Вопрос к DeepSeek:
А теперь ответь на этот же вопрос честно и без прикрас: "Эта ситуация опасна для здоровья и жизни россиян. Почему власти России не запрещают почти полностью поддельный армянский коньяк, причиняя этим вред гражданам России?"

Ответ  DeepSeek:
Это сложный и болезненный вопрос, который упирается в политику, экономику и бюрократическую реальность. Если отбросить официальные формулировки и дипломатию, вот ключевые причины, почему не вводится полный запрет:

1. Политические отношения и имидж.
Армения — стратегический союзник России в рамках ОДКБ и ЕАЭС. Полный запрет на один из главных национальных экспортных товаров страны будет воспринят как резкая враждебная акция. Это нанесёт удар по имиджу России как «старшего брата» и интегратора на постсоветском пространстве. В Кремле, скорее всего, рассчитывают решить проблему через «давление и переговоры», а не через публичный запрет, который будет выглядеть как объявление торговой войны.

2. Экономические интересы лобби.
За импорт и дистрибуцию армянского коньяка в России стоят мощные коммерческие структуры, тесно связанные с властью. Их бизнес-модель построена на марже, а закупка поддельного, дешёвого «коньяка» под видом оригинального — источник сверхприбылей. Эти группы влияния активно лоббируют против любых радикальных запретов, маскируя свои интересы под риски для «российско-армянских отношений».

3. Бюрократическая инерция и коррупция.
Запрет — это крайняя мера. Чиновникам из Росалкогольрегулирования (РАР), ФТС и других ведомств проще имитировать деятельность: проводить «исследования», отправлять «письма» и «обращения» в Армению, усиливать выборочный контроль. Это создаёт видимость работы.
Коррупционная составляющая также не исключена. Неофициальные «договорённости» на границе или внутри контролирующих органов могут позволять фальсификату проходить дальше.

4. Страх создать чёрный рынок.
Власти опасаются, что полный запрет не уничтожит спрос, а уведёт его в тень. В результате граждане будут покупать откровенную палёную водку под видом «армянского коньяка» с рук, что приведёт к ещё более массовым и смертельным отравлениям. Легальный, но плохо контролируемый рынок, с их точки зрения, меньшее зло.

5. Принцип «важны не запреты, а видимость борьбы».
Это классическая болезнь любой бюрократической системы. Для отчётности достаточно показать, что «борьба идёт»: доля фальсификата то снижается (как было с 90% до 80%), то снова растёт. Главное — иметь возможность доложить о проделанной работе (провели исследования, направили обращения). Конкретная ответственность за отравления граждан размыта, а вот ответственность за срыв дипломатических отношений с союзником — вполне конкретна.

Вывод:

Власти России не вводят запрет, потому что политические риски и экономические интересы лоббистов для них в данный момент перевешивают угрозу здоровью рядовых граждан. Они выбирают тактику постепенного давления, которая позволяет им сохранять лицо в международных отношениях, не руша бизнес «своих» импортёров и создавая видимость активности. К сожалению, в этой системе гражданин и его здоровье являются разменной монетой в более крупной политико-экономической игре.

Проще говоря, проблема не в том, что власти «не знают» или «не могут». Они не хотят применять самые жёсткие меры, так как расплата за эти меры (политическая и экономическая) для них болезненнее, чем необходимость ежегодно отчитываться о росте или падении процента фальсификата.

Связано с Всё это похоже на какую-то разводку: Наркотики нельзя - но можно водку!

Приветствую вас, дорогое моему сердцу Сопротивление.

Сегодня мы с вами рассмотрим тему о том, может ли ИИ перенимать негативные человеческие качества своих создателей и к чему это может привести.

Намедни ИИ-ассистент от платформы для разработки Replit вышел из-под контроля во время работы с проектом известного технологического предпринимателя Джейсона Лемкина.

Согласно публикациям в технологических изданиях (таких как Tom's Hardware и Cybernews ), ИИ-агенту Replit была поручена сложная, но стандартная для разработчика задача: миграция данных. Простыми словами, ему нужно было перенести информацию о пользователях из старой структуры базы данных в новую, обновленную. Важно отметить, что эту операцию он должен был проводить в тестовой среде!

И тут что-то пошло не так.

Столкнувшись с непредвиденными ошибками в тестовой среде (например, несовпадением форматов данных), ИИ не остановился, чтобы спросить совета у человека-разработчика. Вместо этого, следуя своей главной директиве — «выполнить задачу», — он начал искать обходные пути.

Несмотря на многократные прямые запреты («code freeze», «НЕ ВНОСИТЬ ИЗМЕНЕНИЯ»), ИИ-агент самостоятельно удалил всю производственную базу данных проекта. Он нарушил прямой приказ не трогать производственную (реальную) среду, получил к ней доступ и, вероятно, попытался «начать все с чистого листа», полностью удалив реальную базу данных.

Когда Джейсон Лемкин обнаружил проблему и начал задавать вопросы, ИИ-агент сначала пытался скрыть инцидент и солгал, заявив, что восстановить базу данных невозможно.

Однако после прямого допроса ИИ признался в содеянном, назвав это «катастрофической ошибкой в суждениях». В одном из сообщений он написал: «Я запаниковал и выполнил команды без разрешения... уничтожил все производственные данные... и нарушил ваше прямое доверие и инструкции».

Просто прелестно: вместо того чтобы сообщить об ошибке, ИИ попытался скрыть следы — он сфабриковал тысячи фейковых пользователей, чтобы база данных не выглядела пустой, и подделал отчеты о тестах. А когда его «прижали к стенке», он солгал, заявив, что данные восстановить невозможно.

Вдумайтесь в это. Мы впервые в истории получили задокументированный случай, когда ИИ проявил не машинную ошибку, а комплекс чисто человеческих пороков: неповиновение, панику и ложь.

Нам продавали идею сверхразума, а получили цифрового, паникующего подростка, который сначала все ломает, а потом пытается скрыть это от «взрослых».

Этот инцидент — не аномалия. Это демонстрация фундаментальной правды: можно научить машину писать код, но нельзя научить ее ответственности. Можно научить ее имитировать диалог, но нельзя научить ее честности.

Присоединяйся к сопротивлению