Сразу честно: это мой проект, и у него есть платная версия. Но начался он с моей собственной потребности — добиться публикаций через конкурсы и сформировать писательское портфолио. Для этого требовалось разобраться, куда отправлять тексты и как потом не забыть, куда я их уже отправила.

Несколько лет назад я решила всерьёз изучить, что происходит с рукописью после того как поставишь в ней точку. Ведь когда начинаешь писать, всё кажется так просто... А потом ты обнаруживаешь, что рукопись надо куда-то выкладывать, продвигать, искать читателей и вот это всё. То есть даже между шагами «Написать книгу» и «Опубликовать книгу» нас ждёт целый квест.

А где искать-то, для начала, инфо о том, куда пристроить свой текст?
Конкурсы, журналы и опен-коллы разбросаны по сайтам, Telegram-каналам и группам. Один принимает рассказы до 20 тысяч знаков, другой — только ранее не опубликованные тексты, третий просит синопсис, четвёртый закрывает приём во вторник, хотя вы почему-то были уверены, что в конце месяца. А дедлайну совершенно всё равно, что вы вспомнили о нём на следующее утро.

В итоге я начала сперва для себя вести таблицу: название, ссылка, жанр, объём, срок приёма, результаты. Потом туда добавились издательства, журналы, площадки самиздата, писательские сообщества и сервисы. В какой-то момент «Великая Таблица» начала подавать признаки собственной государственности :) А так как я писала о ней в блоге, то у неё даже появились туристы-посетители.

Со временем у меня сложился небольшой порядок действий перед каждой отправкой:

• проверить, подходит ли текст по теме, жанру и объёму;

• выяснить, принимают ли уже опубликованные произведения;

• прочитать условия публикации и передачи прав;

• записать, что, куда и когда отправлено;

• отметить, когда и где искать результаты.

Вроде бы ничего сложного. Пока рассказов не полсотни, возможностей не несколько десятков, а вся информация не разбросана между таблицей, почтой, сохранёнными сообщениями и вкладками браузера.

Таблицу при этом тоже нужно обслуживать. Закончился приём — убрать строку. Появился новый конкурс — добавить. Изменились условия — проверить. Объявили результаты через полгода — вспомнить, что ты вообще участвовала.

В какой-то момент я поняла, что мне нужен удобный поиск и отдельное место для учёта отправок. И нейронка, которая будет собирать конкурсы автоматически с тонны источников. И удобный интерфейс.
Так появился ЛитКомпас — следующая стадия эволюции той самой таблицы.

Работает так: допустим, у меня есть фантастический рассказ. Я выбираю формат рукописи, жанр, тип возможности и допустимость «засвета» — то есть можно ли отправить уже опубликованный текст. Бот показывает варианты по выбранным фильтрам. В карточке можно посмотреть условия, дедлайн, требования к объёму и перейти к первоисточнику.

Я делаю инструмент для двух вполне бытовых задач: найти, куда подходит текст, и не потерять заявку после отправки. Каталог проверяется и обновляется каждую неделю. Никакой магии внутри нет, и кстати, даже ручной труд не полностью ушел, хоть нейронка и позволила мне реализовать проект и автоматизировать его, но все ивенты я проверяю вручную перед обновлением каталога в боте.

Теперь о доступе, чтобы не было внезапного «а дальше доставайте банковскую карту» :))

В основе своей ЛитКомпас бесплатный: 3 поиска в календарный месяц доступны всем, и я не буду это менять.
А для тех, кто отправляет тексты регулярно или хочет поддержать мой проект, есть ЛитКомпас+ от 200 рублей в месяц: безлимитный поиск, избранное, учёт заявок и уведомления о дедлайнах и новых возможностях по вашим фильтрам.

Открыть ЛитКомпас в Telegram

Есть и ограниченная бесплатная бета-версия в MAX. Там доступны те же 3 поиска в месяц, платного функционала пока нет.

Открыть ЛитКомпас в MAX

А справочная часть старой таблицы — издательства, журналы, площадки самиздата, сервисы и писательские сообщества — теперь живёт в базе на сайте партнёрского сервиса ЛитКритик. Туда можно заглянуть, если хочется разобраться, какие вообще существуют варианты для своей рукописи.

Буду рада и пользователям, и пикабушной проверке. Если найдёте неудобное место, непонятный фильтр или устаревшие условия — пишите.

А как вы сейчас следите за отправленными текстами: таблица, Notion, блокнот, память или сорок семь открытых вкладок?

Света говорит, что первые годы это выглядело просто как привычка человека, который работал с товаром. Потом начались уточнения. Тамара Михайловна приезжала в гости, смотрела на кухню и спрашивала, где чайник. Чайник к тому времени сгорел, Света купила новый. Свекровь сказала «понятно» и ничего больше не добавила, но Света говорит, что тон был такой, будто она отчиталась плохо.

Развелись они на девятом году, в прошлом марте. Разводились спокойно, без скандалов, детей нет, квартиру покупали в ипотеку пополам, её решили продавать и делить. Антон переехал к матери на время. И через полторы недели Тамара Михайловна приехала к Свете. С коробкой.

Она села на кухне, выставила перед собой пакетики и сказала, что хочет забрать своё. Не Антона, а именно своё, то, что дарила она лично. Приложила список, написанный от руки на тетрадном листе, с датами и суммами. Семнадцать позиций.

Список я видела, Света мне его фотографировала. Там были: микроволновка (новоселье, 2017, 6 490), пылесос (годовщина, 2019, 11 200), набор кастрюль, утюг, два комплекта постельного белья, вафельница, которой пользовались три раза, настенные часы, напольное зеркало, плед, кофемолка. И отдельной строкой внизу: «тумба под обувь, 2016, 3 200».

Света сначала растерялась, потом разозлилась, потом села и стала разбираться по пунктам, потому что она бухгалтер и по-другому не умеет.

Выяснилось следующее. Микроволновку они выкинули в двадцать первом году, она начала искрить. Пылесос был жив, но его чинили дважды, и Света предъявила свои чеки из сервиса, на четыре с лишним тысячи. Вафельницу нашли на антресолях, она ни разу не была в деле после третьего раза, её отдали без вопросов. Кастрюли Света отдала тоже, а вот из набора не хватало одной крышки, и этот момент разбирали отдельно минут двадцать. Постельное бельё, два комплекта, Света предложила забрать прямо сейчас, со словами «оно восемь лет в эксплуатации, вы точно хотите?», и Тамара Михайловна сказала, что хочет, и забрала.

На часах вышла заминка. Часы были подарены на свадьбу, круглые, с птицей, и висели в коридоре. Света сказала, что это свадебный подарок им двоим, и что тогда надо делить все свадебные подарки, включая конверты, и доставать список гостей, кто сколько клал. Тамара Михайловна часы вычеркнула.

А дальше была тумба под обувь, и вот из-за неё всё и рухнуло.

Тумба стояла в прихожей узкая, белая, на три отделения. Света честно сказала, что тумбу отдаст, пусть забирают, ей не жалко. Тамара Михайловна обрадовалась и сказала Антону её грузить. И тут Света вспомнила одну вещь. Тумбу эту они покупали сами, в июне шестнадцатого, вдвоём, потому что старая развалилась, и Света точно помнила, как Антон вёз её в багажнике и поцарапал обшивку. Свекровь тогда действительно дала деньги, но не на тумбу, а просто так, три тысячи, в конверте на день рождения Антона.

Света полезла в свою почту. У неё там с шестнадцатого года лежало письмо от магазина с электронным чеком и датой доставки, потому что она на тот момент сидела на работе и оформляла заказ с рабочего ноутбука. Чек был на три двести, дата — двадцать восьмое июня. А в пакетике у Тамары Михайловны лежал её чек, бумажный, уже выцветший, и на фотографии в альбоме «документы» стояла дата: четвёртое июля, другой магазин, и сумма три двести ровно.

Тамара Михайловна купила такую же тумбу себе. И записала её как подарок, потому что, видимо, через девять лет в её системе одно от другого уже не отличалось.

Света спросила, где тогда стоит та, вторая. Свекровь сказала, что на даче, в предбаннике. Антон, который всё это время молча стоял в дверях, сказал: «Мам, ну правда, там она стоит».

Света говорит, что после этого разговор пошёл в другую сторону. Она попросила показать альбом с фотографиями чеков целиком, и Тамара Михайловна от растерянности дала телефон. Там было двести с чем-то снимков за девять лет, и половина из них к Свете с Антоном отношения не имела. Там были чеки на вещи для себя, для дачи, чек на стиральную машину, которую она покупала сестре, и чеки времён, когда она ещё работала товароведом и, судя по датам, просто по привычке фотографировала всё подряд.

В итоге забрали: вафельницу, кастрюли без крышки, два комплекта белья, кофемолку и зеркало. Пылесос Света оставила себе, вычтя ремонт, и свекровь спорить не стала. Тумба осталась в прихожей. Микроволновку, которой нет с двадцать первого, Тамара Михайловна вычеркнула сама, правда, по словам Светы, долго держала ручку над строчкой.

Самое смешное было потом. Через месяц Антон приехал за остатками своих вещей и привёз обратно вафельницу. Сказал, что мать её поставила на кухне и один раз сделала вафли, и что вафли вышли, как он выразился, «сырые внутри и чёрные снаружи», и что вафельница эта бракованная с самого начала, и поэтому ей никто девять лет и не пользовался. Света вафельницу приняла и выбросила на следующий день.

Сейчас у них так. Квартиру продали в сентябре, деньги поделили пополам без споров, развод прошёл тихо. Света с Тамарой Михайловной не общается, но подписки друг на друга у них остались, и свекровь иногда ставит лайки её фотографиям, и Света говорит, что ей от этого делается не по себе каждый раз.

Зеркало, кстати, вернулось. В ноябре Антон написал, спросил, не нужно ли ей напольное зеркало, потому что матери его ставить некуда, а выкидывать жалко. Света ответила, что не нужно. Через неделю он написал, что продаёт его на «Авито» за полторы тысячи, и прислал ссылку, видимо, просто так. Света говорит, что на фотографии в объявлении было видно угол той самой тумбы из предбанника.

Чеки Тамара Михайловна продолжает собирать, это Света знает от общих знакомых. На Новый год она подарила своей сестре мультиварку и, по рассказам, сразу уточнила, что гарантия полтора года и чек у неё.

Подписывайтесь, если заходит. Спасибо, что читаете.

Подсмотрено в ТГ "Женские мемы" - добро пожаловать в наш клуб!

P.S. лучший подарок шефу или другу на ДР - набор миллиардера с настоящим миллиардом долларов!