Приближается еще один важный праздник — День России. По этому случаю открываем еще одну тематическую коллекцию Россия. И начнем ее с первой бесплатной раскраски — российский рубль. Ну или монетка. Можно использовать как шаблон для термо или аква мозаики.

Скачать раскраску бесплатно можно ТУТ.

30 лет эту красоту скрывали торговые павильоны. Некоторое назад переходы стали очищать от коммерции, и людям открылась эта красота. Все мозаики, которые удается найти, администрация города реставрирует.

Эта красота создана вручную в 1970-х — 1980-х годах. Над созданием мозаик работал мастер-мозаичник Юрий Пальшинцев.

К марту 2020 года и остальные переходы с мозаиками были официально признаны культурным наследием.

Эту работу я сделал в начале осени 2020.

Тогда она помогла мне восстановиться после полутора месячных поездок с врачами, в период короновирусного локдауна.

Размер работы 38х38 сантиметров, вместе с рамой, которая является частью композиции.

Основной цвет - это цвет известняковых пород, из которых традиционно строилось "Белокаменные Кремли" на Руси.

В верхней правой части композиции - огненная птица феникс с раскаленным клювом, выполненная в красных и красно-коричневых тонах. Голубая окантовка подчеркивает ее "небесное" и "иномирное" происхождение - она как бы рассекает голубой небосвод.

За ней, следом летят горящие угольки - символы предстоящих опасностей.

Птица символизирует изменения, которым предшествуют тяжелые и события.

Птица летит на картографическое изображение России цвета флага, окаймленную черно-серым - как знак предстоящего траура.

Надпись на греческом "феникс", выполненная обгоревшим "углем" - подчеркивает будущее неизбежное "обожение".

Вокруг сама мозаика оформлена темно-красной окантовкой - символизирующей кровь.

Золотая рама вокруг - выражает соседство роскоши и пафоса, с кровью и проблемами.

Все это создано мной было ещё до второй волны ковида, до начала СВО, мобилизации и обстрелов территории России, до массовых санкций и ограничений, до "похода" Пригожина и нынешней ситуации с Сирией.

И что-то мне подсказывает, что все "это" ещё не закончилось...

Но как бы не было тяжело от всего происходящего вокруг важно помнить, что Феникс всегда, стряхнув пепел, возрождается в огне!

У нас великое прошлое и ещё более великое будущее!

В десятом веке широко известный князь Владимир перенял у Византии христианство. К нему в комплекте шло много полезного: военная помощь могучего соседа, культурное единство подвластных ему территорий, идеологическая концепция данной богом власти и много чего полезного. Но подобно тому, как операторы связи пихают пакетом к подключению странные наборы ненужных услуг, так и к христианству шло комплектом много дополнительных культурных особенностей и условий, написанных мелком шрифтом. Например, соблюдение заповедей и невозможность жениться направо и, главное, налево. Среди них возникла и потребность строить храмы по христианским традициям и канонам, а Византийские храмы, как я говорил в предыдущих постах, украшались мозаикой.

Мозаиками по византийскому образцу были украшены храм Св. Софии в Киеве (1019—1037). Надо сказать, что мозаика влетала новоиспеченному христианскому государству в копеечку. Все работы выполнялись с участием византийских мастеров, да еще и материалы приходилось закупать в Византии, которая была монополистом в производстве смальты и диктовала цены.

Желание сэкономить и природная хитрость помогли нашим предкам найти выход. Оказалось, что храмы необязательно украшать исключительно мозаикой и ее начали сочетать с фресками. Довольно быстро фреска вытеснила мозаику из интерьеров храмов и бизнес по продаже смальты прогорел, что очень расстроило византийцев. Известны мозаики Михайловского златоверхого монастыря, созданные русскими мастерами, считающиеся с фресками (1111—1113).

Русские зодчие перекрестились и забыли разорительную практику использования мозаики для украшения интерьеров как страшный сон. Вспомнили про нее только в середине восемнадцатого века, в елизаветинскую эпоху. В 1753 г. указом великой императрицы Елизаветы Петровны в собственность великому ученому М. В. Ломоносову было передано совсем невеликое село Усть-Рудицы Копорского уезда (близ Ораниенбаума) для великих целей. Село, «где есть глина, песок и дрова», в представлении императрицы являлось лучшим местом, что бы создать с нуля производство смальты и возродить искусство мозаики, а спорить с ней было себе дороже, и Михаил Васильевич взялся за дело.

Уже в 1754 Ломоносов наизобретал цветов на портрет Петра I, который настолько понравился публике, что его сразу отправили в Эрмитаж и до сих пор он хранится там. Сам ученый принялся за эксперименты, а из их продуктов создавал мозаичные панно. Позже он подрядил себе в помощь художников рисовальной палаты Российской Академии Художеств.

Мозаичная икона работы Ломоносова, которая до середины XX века хранилась у ректора МГУ, и особо набожные профессора прикладывались к ней по праздникам.

Ломоносов писал трактат «Новая теория о цветах, утверждённая новыми опытами», где скрупулезно описал рецептуру 112 тонов и более тысячи оттенков цветных смальт, чем утёр нос признанным мастерам Ватикана.

Михаил Васильевич добился разрешения изготовить за государственный счет панно на тему «Полтавская битва» для собора, но все пошло не по плану. Он взял себе в помощники немецкого художника, полагая, что все сделанное в Германии должно работать отлично. Но живописец Карл Людвиг Христинек оказался дураком – его эскиз не годился для мозаики, а Ломоносов был слишком упрям, что бы признать свои ошибки. Еще и взошедшая на престол Екатерина II была не в восторге от мозаики – она не соответствовала эстетике Екатерининского классицизма... Говоря современным языком, Ломоносов залажал работу, его затроллили и президенту Академии Художеств поручили поискать для произведения Ломоносова «какого-либо другого приличного места», на что Ломоносов обиделся и умер. Саму работу долго пытались пристроить, но все с ужасом отнекивались и только в 1925 г. (к двухсотлетию Академии Наук) её установили на верхней площадке главной лестницы здания Академии наук на Васильевском острове в Петербурге.

Мозаичный портрет П. И. Шувалова. Мастерская М. Ломоносова. 1785. Эрмитаж