Сложно сказать, что сподвигло руководителей Государственного комитета СССР по кинематографии на закупку этот трешевого ужастика в стране восходящего солнца, но в Советском Союзе он произвёл самый настоящий фурор. Народ, не избалованный ужастиками с воплями и морями обильно текущего с экрана кетчупа, ломился в кинотеатры, желая пощекотать нервы невиданным зрелищем. Решили съездить на этот фильм и мои родители, естественно, прихватив с собой и меня – фильм-то не от 16 лет, значит, можно.

Вообще, мы в кино ездили часто – не реже двух-трёх раз в месяц. Почему «ездили»? Просто потому что до нашего поселкового клуба фильмы добирались очень небыстро да и далеко не все («Легенда о динозавре», например, так до клуба и не доехала), поэтому, если хотелось посмотреть какие-то новинки, то приходилось ездить, как у нас это называлось, «в город». Благо кинотеатров в то время в Перми хватало. Только современных широкоэкранных было целых четыре штуки: «Кристалл», «Россия», «Рубин» и «Искра». А были кинотеатры и попроще: древний «Художественный», ещё помнивший «Хроники царствования дома Романовых» и его младший брат «Комсомолец», двухзальный «Октябрь» и сталинской постройки «Родина», деревянный «Дзержинец», солидный «Молот», «Мир», «Победа»… И это я не говорю про всякие там клубы и дворцы культуры – там ведь тоже крутили фильмы. Даже на колхозном рынке притулился маленький кинозал на 50 мест, где крутили фильмы для гостей города в кепках-аэродромах. В общем, выбор куда поехать и что посмотреть в Перми был всегда.

Чаще всего мы ездили в «Искру» – новый современный широкоэкранный кинотеатр в Мотовилихе (есть такой район в Перми).

Во-первых, поближе, а во-вторых, с билетами там всегда было попроще. Если в том же «Кристалле» или в «Октябре», отстояв гигантскую очередь, легко можно было нарваться на фразу: «Билеты кончились!», то в «Искре» людей было поменьше, поэтому билеты на фильм можно было купить практически всегда. Самое главное – прийти на сеанс за полчаса, когда начинали запускать в кинотеатр, чтобы успеть наиграться на игровых автоматах. Стройными рядами стояли автоматы в фойе кинотеатра и возле них всегда вилась стайка детворы, которым хотелось если не поиграть (далеко не у всех были пятнадцатикопеечные монетки для игры), то хотя бы посмотреть на чужую игру и дать очень ценный и полезный совет играющему. А то и радостно заорать: «Мазила!» промахнувшемуся по мишени.

Сам фильм мне практически не запомнился, в памяти остались только фонтаны крови из откушенных конечностей и непрерывный визг и крик. Орали в фильме практически всё время, так что из кинозала народ выходил совершенно оглушённым от звуков и ошарашенным от неожиданного зрелища. Люди, громко переговариваясь, расходились по домам, а часть (и мы вместе с ними) отправилась на трамвайную остановку. К началу весны на ней уже вырос здоровенный сугроб высотой в полметра, слежавшийся до состояния бетона и покрытый ледяной коркой. Так что для того, чтобы попасть в транспорт, приходилось брать сугроб штурмом, а потом спуститься по нему к открытым дверям трамвая, стараясь при этом не свалиться ему под колёса.

Народу в трамвай набилось много: наиболее быстрые рассаживались по сиденьям; самые воспитанные столпились у компостеров, пробивая трёхкопеечные талоны, а ребятня уже рвалась к задней площадке, где можно было вволю потолкаться и пошуметь…

И тут в еще не отошедшую от потрясений толпу, зашедшую в трамвай, с громким визгом влетела женщина. Перепуганные люди, ещё не совсем отошедшие от фильма, начали испуганно выбегать из трамвая, а сидящие на сиденьях стали вытягивать шеи, заглядывая на среднюю площадку трамвая – что же за ужас там случился?

Но на средней площадке никакого ужаса не оказалось, зато там оказалась сидящая на полу женщина. Она, как и другие пассажиры, вскарабкалась на ледяную горку у остановки, но не удержалась на ней и скатилась прямо в распахнутые двери трамвая, заорав на всю округу от испуга.

Женщине помогли подняться, а какой-то пионер даже уступил ей место на сиденье. Выскочивший было из трамвая народ с опаской вернулся обратно, вагоновожатый, прохрипев в раздолбанный динамик что-то маловразумительное, закрыл двери и наш трамвай наконец-то тронулся в путь.