Я существую)Это мои животинки. Черная это наследство, старенькая, скоро 11 лет

Стоило свернуть ковёр, как кот заподозрил неладное. Сначала проверил, на месте ли миска. Потом пересчитал коробки. Без его ведома имущество из квартиры не выносится!

Собачка тем временем спокойно встречала курьера. Хороший человек пришёл. Можно познакомиться, подставить пузико и заодно выяснить, не привёз ли он чего-нибудь вкусного.

Пока собачка провожала курьера вилянием хвоста, кот запоминал его лицо. На всякий случай. Теперь он дежурит у окна и посматривает на пустой пол с выражением: «Здесь вообще-то лежало моё».

Мы понимаем: для хозяев это просто стирка ковра. Для кота — временное закрытие спальни, личного спортзала и выставки шерсти 😄

Всё почистим, тщательно высушим и привезём обратно. Кот снова займёт любимое место. Собачка обрадуется встрече. А хозяева полюбуются чистым ковром. 💛

Наша группа ВК: https://vk.ru/dulito

Однажды, пока мои старшенькие были в школе, зашла я в продуктовый магазин за небольшими, но важными для меня покупками: корицей для кофе, шоколадкой для себя любимой и тестом на беременность. Не то чтобы я, на тот момент, была «в ожидании чуда» — так, на всякий случай. В магазинах я бываю редко, потому что вообще редко выхожу без ребëнка в коляске. А с коляской расхаживать среди стеллажей, рискуя застрять в узком проходе или сбить какую-нибудь старушку, не очень люблю. Предпочитаю сочинять длинную «простыню» списка покупок на бумаге, а потом перепечатывать её мужу в сообщениях, чтобы он заехал после работы. Но когда всё же выбираюсь, чувствую себя как в Диснейленде: с удовольствием рассматриваю товары, людей, подслушиваю обрывки разговоров.

Я взяла всё, что собиралась, и пристроилась в конце длинной очереди к кассе. Какой-то смельчак потребовал открыть вторую, её обещали скоро открыть, и народ засуетился: кто-то рванул туда, кто-то остался, кто-то заметался в растерянности. Я осталась, благоразумно решив, что пока доползу с коляской к другой кассе, смысла в этом уже не будет. Но передо мной часть людей ушла, и очередь стала поменьше.

Малыш в коляске спал, что дало мне возможность спокойно стоять и прислушиваться к разговору у соседней кассы. Туда подошёл зашедший с улицы мужчина лет шестидесяти, одетый в духе интеллигенции советских времён: потёртый коричневый пиджак, брюки с тщательно выглаженными стрелками, пальто и кожаная шапка-кепи. Сначала до меня доносились только обрывки диалога, что-то вроде: «Я дал вам 200 рублей, а вы…» Речь шла о картошке, которую он держал в руке в прозрачном пакете. Затем последовал ответ кассирши, молодой девушки с тонким русым хвостиком на голове: «Это не я вам продала. Кто продал, с тем и разбирайтесь».

Мужчина грустно, но упрямо пошёл к нашей кассе, неся в руках свой пакетик. И начал свой рассказ снова:

— Я дал вам 200 рублей, а вы…

— Мужчина, что вы хотите? — резко перебила его продавщица, женщина средних лет, крашеная блондинка с пышной шевелюрой и боевым раскрасом на лице.

— Мне неправильно картошку продали! Я дал 200 рублей…

— Так вам взвесить? Вон там весы.

— Да не ту картошку ему пробили, — крикнула с другой кассы девушка с хвостиком. — Он самую дешёвую брал, а пробили другую.

— Тогда вставайте в конец очереди, не задерживайте!

Очередь накопилась приличная, человек семь. Женщина, стоявшая первой и выкладывавшая на ленту кучу пакетиков кошачьего корма, вздохнула:

— Ну ничего, подождём. Помогите человеку.

— Ну ладно, давайте свой чек, — ворчливо согласилась наша кассирша.

— Да не дали мне его, чека-то, — мужчина явно нервничал, но не сдавался.

— Ну а как мы тогда посмотрим? Нет чека — всё, ничего не поделаешь!

— Да ладно тебе, Марин, давай по камерам посмотрим, — вмешалась вторая кассирша и, оставив своё рабочее место, подошла к нашей кассе.

Вместе они стали что-то искать в компьютере. Обе очереди с интересом наблюдали, чем дело кончится. Я размышляла над тем, что это у них за камеры такие, а мужчина нашёл в кармане смятую бумажку, тщательно развернул её и показал продавцам:

— Этот чек вам нужен?

— Да нет же, это вообще из другого магазина! — едва глянув, ответила девушка с хвостиком.

Опять тишина. Наконец Марина воскликнула, глядя в монитор:

— Да у него же ещё водка в чеке! Как же я возврат сделаю?!

— Да нет, — сказала молодая кассирша, — вот же, водку тогда отменили. Я её ему потом пробивала, отдельно. Ты же сама отмену делала!

— Да не видела я его. Не продавала ему сегодня ничего, точно.

Тут к разговору подключилась третья сотрудница:

— Люб, да давай я ему возврат оформлю. Он нам картошку, мы ему деньги назад, и всё!

— Нет, — стояла на своём Люба, — пусть Надежда с этим разбирается сама.

Пошли звать Надежду. Пока её искали, касса продолжила работу, и очередь наконец дошла до меня. В этот момент подошла полная женщина лет сорока с очень усталым, но добрым лицом. Это и была Надежда.

Коллеги наперебой спросили её:

— Надь, ты сегодня обслуживала мужчину?

— Да, помню, — немного подумав, ответила она, — отменяла бутылку водки.

— А картошку ты правильно пробила? Какой это сорт? Чека нет у него…

— Сейчас посмотрим, — Надежда рассмотрела переданный ей пакетик картошки, полезла было в компьютер, но тут её взгляд упал на меня, коляску и тест на беременность в моих руках. — Хотя давайте пройдëм на другую кассу, там посмотрим. Пробивай пока, Марин.

История для всех стоящих в очереди стала ясна: мужчина решил начать неделю с бутылки водки и картошечки. Вроде бы всё рассчитал и должен был уложиться в двести рублей. Но на кассе выяснилось, что денег не хватает. К чести нашего героя, стоит отметить, что он предпочёл картошку, попросив кассира Надежду отменить покупку алкоголя. Правда, позже он за ним вернулся, раздобыв ещё денег, и купил бутылку у Любы. Через какое-то время — не знаю, способствовала этому водка или нет — он понял, что тут что-то нечисто, и на картошку у него ушло слишком много. Поэтому он пришёл в магазин в третий раз, чтобы восстановить справедливость.

И что-то такое трогательное было во всём его образе, в его растерянности, в его гардеробе из прошлого века, а особенно в тщательно выглаженных стрелках на брюках, что кольнуло сердце. А этот пакетик самой дешёвой картошки…

Но зато порадовало, что столько уставших стоять в очереди людей терпеливо дожидались, чем кончится дело. Никто не ругался, не ворчал и не насмехался. Даже несмотря на присутствие алкоголя в этой истории. Вот в каких ситуациях у меня возникает чувство гордости за наш народ.

Когда я выходила из магазина со своими нехитрыми покупками, услышала, как у соседней кассы Надежда говорит мужчине:

— Не знаю, как так вышло, простите, пожалуйста. Вот ваши 40 рублей.

Справедливость восторжествовала.