Вечером в понедельник [02.11.26] пресс-служба КСИР сообщила, что Аэрокосмические силы корпуса посадили разведывательные дроны с помощью передовых систем радиоэлектронной борьбы.
В заявлении также отмечается, что этот новый захват довёл общее число американских БПЛА MQM-170, захваченных бойцами элитных подразделений КСИР, до четырёх.
КСИР также объявил, что его силы отследили и уничтожили 55-й современный американский беспилотник MQ-9 в воздушном пространстве к востоку от Ормузского пролива.
Перехват осуществила новая разработанная система ПВО, принадлежащая Аэрокосмическим силам и действующая в рамках единой системы противовоздушной обороны страны.
«Вторгшийся американский враг в очередной раз не смог достичь своих целей путём развёртывания таких беспилотников», — говорится в заявлении. «Милостью Божьей ещё одна глава поражения и провала добавилась к чёрному послужному списку террористического командующего Центральным командованием США Брэда Купера».
КСИР отметил, что иранские силы уже захватили и 14 американских дронов MQ-1. Эти последовательные операции подчёркивают растущую эффективность иранской отечественной РЭБ и многоуровневой системы ПВО: враждебные беспилотники нейтрализуются не только кинетическими средствами.
Ранее ВМС и Аэрокосмические силы КСИР уже успешно захватили MQM-170 в западной части Ормузского пролива и над Кешмом. Произведённые американской компанией Griffon Aerospace как мишени и ложные цели, они использовались США для проверки иранской ПВО вдоль побережья Персидского залива.
С февраля, когда началась американско-израильская агрессивная война против Исламской Республики, иранская ПВО уничтожила или захватила десятки американских дронов MQ-9 Reaper и MQ-1. Эти повторяющиеся неудачи ограничили возможности США по воздушной разведке и нанесению ударов в регионе.
КСИР: операции доказывают провал попыток США добиться господства с помощью дронов в зоне Персидского залива и Ормузского пролива.
Иранская система ПВО "Маджид" использует пассивные датчики, недорогое развёртывание и тактику засад: он угрожает разведывательным дронам противника, мешает находить мобильные пусковые установки и вести воздушные операции.
Зернистая картинка тепловизора. Яркие линии целеуказания захватывают медленно движущийся объект. Затем — вспышка, стремительно расширяющийся след обломков, и экран гаснет в чёрное.
Эти секундные электрооптические ролики, повторяющиеся в десятках эпизодов и расходившиеся по официальным каналам иранских военных и государственным СМИ, стали одним из главных визуальных образов 40-дневной войны и последовавших перестрелок.
Но за этими огневыми контактами стояли не продвинутая наземная радиолокационная сеть и не батарея дальнобойной интегрированной ПВО.
Чаще всего это был "Маджид" — иранский ЗРК малой дальности собственной разработки: пассивные датчики обнаруживают и сопровождают цель, после чего она поражается.
Системе приписывают уничтожение некоторых из наиболее совершенных средневысотных беспилотников большой продолжительности полёта (MALE) из арсеналов Израиля и США.
Важен не отдельный перехват, а очевидные масштаб и регулярность этих огневых контактов. Вместе кадры указывают на ясную стратегическую реальность: Иран, похоже, нашёл относительно дешёвый и позволяющий выжить способ противостоять одному из ключевых воздушных средств противника для постоянного наблюдения и высокоточного целеуказания.
Кадры с электрооптики, опубликованные иранскими военными: видна завершающая фаза боя с американским MQ-9.
Стратегическая цель, проваленная дважды
Как в 12-дневной войне июня 2025 года, так и в последовавшей 40-дневной войне 2026 года центральной оперативной целью было нейтрализовать главный инструмент возмездия и наступательной мощи Ирана — его баллистические ракетные силы. Приоритетом было уничтожить мобильные пусковые установки (ПУ) — транспортеры-установщики (TEL), которые делают этот арсенал особенно опасным.
В отличие от стационарных шахт, мобильные пусковые установки могут двигаться, прятаться и запускать ракеты с разных точек — поэтому найти и уничтожить их гораздо сложнее.
Иранские пусковые установки размещены в укреплённых подземных комплексах, которые местные называют "ракетными городами": они рассчитаны на то, чтобы выдержать авиаудары. Оттуда установки выезжают, выпускают ракеты и снова уходят под землю.
И это ставит любую атакующую сторону перед принципиальной трудностью: чтобы уничтожить пусковые установки, нужно застать их на земле, а для этого нужно точно знать, когда и где они выйдут на поверхность.
Обломки сбитых американских и израильских беспилотников.
Чтобы понять, почему "Маджид" важен, необходимо понять, чего пытались добиться Израиль и Соединённые Штаты. Спутники движутся по предсказуемым орбитальным траекториям и не могут обеспечить то постоянное наблюдение в реальном времени, которое требуется для охоты за мобильными пусковыми установками ракет.
Боевые самолёты могут обнаруживать и уничтожать цели, но находиться в нужном районе долго они не способны. Только средневысотные беспилотники большой продолжительности полёта (MALE) способны часами барражировать над районами активности пусковых установок, непрерывно наблюдая, фиксируя и опознавая цели.
На этой возможности держалась стратегия Израиля в 12-дневной навязанной войне. Перед платформами ВВС Израиля — в том числе Hermes 900, машинами семейства Heron и Eitan (Heron TP) — стояла задача поддерживать постоянное наблюдение за известными и предполагаемыми маршрутами выхода из подземных ракетных баз, а также за коридорами рассредоточения, которые используют пусковые установки после выхода на поверхность.
Разведданные, которые собирали эти БПЛА, — и их способность обеспечивать прямое лазерное целеуказание для высокоточных ударов — были критически важны для любой серьёзной попытки обнаружить и уничтожить иранские транспортеры-установщики (TEL).
Американские MQ-9 Reaper, а также любые оставшиеся на вооружении MQ-1 Predator, выполняли аналогичную роль в архитектуре целеуказания Центрального командования США (CENTCOM).
Сама стратегия не была ошибочной изначально. Она опиралась на опыт прошлых конфликтов и на доктрину, сложившуюся за два десятилетия операций, в которых MALE-дроны действовали почти безнаказанно. Уязвимость заключалась в предположении, что эта свобода действий сохранится. Иран изучил зависимость своих противников от постоянного воздушного наблюдения и разработал систему, специально предназначенную для того, чтобы бросить ей вызов.
Hermes 900 ВВС Израиля. Несколько таких машин были сбиты, выполняя задачи по постоянному наблюдению над территорией Ирана в ходе 12-дневной и 40-дневной войн.
Разгром парка MALE-беспилотников
12-дневная навязанная война завершилась перемирием по просьбе США, но воздушная кампания оставила военным планировщикам Израиля и США тревожную картину. Постоянное наблюдение за иранской ракетной инфраструктурой не обеспечило ожидаемого и публично заявленного уровня потерь пусковых установок (TEL)».
Иранские пусковые установки выживали, выпускали ракеты и выживали снова. Тревожнее было то, что парк MALE-дронов, отвечавший за наблюдение, понёс потери: пусть и не решающие сами по себе, они указывали на потенциально системную уязвимость.
К моменту начала 40-дневной войны против Ирана эта уязвимость выглядела ещё более выраженной. Несмотря на развёртывание существенных дополнительных американских огневых средств, включая EA-18G Growler для радиоэлектронной борьбы и самолёты F-16CJ, оснащённые для подавления ПВО (SEAD), потери MALE-беспилотников не снижались. Согласно изложенному здесь расказу, они ускорились.
Press TV сообщал: потери настолько истощили парк MQ-9 Reaper, что CENTCOM пришлось вернуть в строй старые MQ-1 Predator ради минимальных показателей вылетов. Это указывало на растущую нагрузку на наблюдение.
Картина, которую показывают имеющиеся кадры, показывает угрозу для относительно медленно движущихся беспилотников большой продолжительности полёта, действующих в пределах досягаемости иранской ПВО малой дальности. По мере того как возможности Израиля вести наблюдение сокращались, основная нагрузка ложилась на американские платформы — и они несли собственные ошеломляющие потери.
Стратегические последствия выходят за рамки уничтожения отдельных аппаратов. Постоянное воздушное наблюдение было центральным элементом кампании по обнаружению и поражению иранских мобильных пусковых установок. Иранская ПВО могла раз за разом вытеснять эти платформы из воздушного пространства, снижать их доступность и делать длительные операции непомерно дорогими.
"Маджид", возможно, — важная часть этой картины. Важен не просто перечень поражённых им целей, а то, что компактная система малой дальности способна нанести существенный урон изощрённой системе наблюдения.
Почему именно "Маджид"? Система, которая ответила на угрозу
Иран эксплуатирует различные системы ПВО малой дальности, включая, среди прочего, Qaem-118 и семейство барражирующих боеприпасов "358", — обе привлекли значительное внимание аналитиков.
Но именно "Маджид" (на экспорт — AD-08) — самая массовая система малой дальности в арсенале Ирана: она стоит на вооружении и КСИР, и иранской армии. Именно численность делает её определяющим элементом иранской ПВО малых высот.
Маджид" (AD-08) на иранских учениях. Сочетает электрооптическое обнаружение с четырьмя готовыми к пуску ракетами; работает без активного радиолокационного излучения.
"Маджид" разрабатывали именно под ту угрозу, которую создают MALE-дроны. Дальность поражения — около 10 км, а его цели — это ровно то, из чего складывается угроза: БПЛА, вертолёты, крылатые ракеты и другие относительно маломаневренные платформы, действующие на малых и средних высотах.
Она несёт четыре готовые к пуску ракеты с инфракрасными головками самонаведения и неконтактными взрывателями — конфигурация, которая не требует непрерывной подсветки цели со стороны пусковой системы и потому ограничивает электронную сигнатуру, излучаемую системой в ходе боя.
Но решающим в этой войне её делает пассивный режим. "Маджид" может подключаться к более широкой интегрированной сети ПВО Ирана и получать данные от наземных радиолокаторов, но для его работы эта сеть не требуется. Его комплекта электрооптических датчиков — тепловизоров и камер дневного света — достаточно для обнаружения, сопровождения и поражения целей.
Система способна работать в условиях полного электромагнитного молчания. Она не излучает ничего, на что могла бы навестись противорадиолокационная ракета.
Почему пассивный режим меняет всё
Израильско-американский план по подавлению ПВО (SEAD) был логичен против обычной угрозы. EA-18G Growler подавляли бы иранские РЛС-сети, создавая электронные коридоры для прорыва и постоянного наблюдения MALE-дронов.
Специальные F-16CJ с ракетами AGM-88 HARM охотились бы за наземными радарами, которые осмелятся включиться, — так что включить радар в такой обстановке означало почти самоубийство.
Две пусковые установки Qaem-118 (слева) и пусковая установка "Маджид" (справа) на иранских военных учениях.
Против активной радиолокационной системы малой дальности с радиолокационным наведением такой подход эффективен. Радар излучает, HARM наводится на него, и пусковая установка уничтожается. Окно безопасности для MALE-беспилотника расширяется.
Против "Маджида" в пассивном режиме эта логика полностью рушится. Наводиться не на что. HARM нужен излучатель. Радиоэлектронное подавление Growler'а нацелено на радиолокационные сигналы. Систему, которая находит и поражает цель, используя только тепловые и оптические датчики, невозможно подавить системой, предназначенной для подавления радиолокаторов, и по ней нельзя применить ракету, предназначенную для наведения на радиолокационное излучение к его источнику.
Простота как стратегическое оружие
Полезность "Маджида" не ограничивается его пассивным режимом работы. Его конструктивная философия — простота, низкие требования к инфраструктуре и быстрое развёртывание — превращает его из средства точечной обороны в инструмент наступательной противовоздушной засады.
Систему можно перевозить и прятать в любом укреплённом сооружении, подходящем для защиты расчёта и техники. Специальная энергоинфраструктура не нужна — хватает обычного генератора. Развёртывание занимает мало времени.
Благодаря этим свойствам систему можно заранее размещать вдоль известных или предполагаемых маршрутов полёта БПЛА — коридоров, по которым платформы постоянного наблюдения вынуждены лететь, чтобы выйти к маршрутам выхода из ракетных баз и держаться над ними. Там она может оставаться в спящем режиме — незаметной и молчащей, — пока цель не войдёт в её зону поражения.
"Маджид" можно устанавливать и на летательные аппараты. Иранские многоцелевые дроны Karrar способны нести ракеты "Маджид".
Иранские силы воспользовались этой возможностью. Вместо того чтобы собирать "Маджиды" в стационарные оборонительные группы вокруг важных объектов — где их примерное расположение рано или поздно вычислила бы израильская и американская разведка, — расчёты рассредоточили прямо вдоль маршрутов подхода.
MALE-дрон по пути к району наблюдения мог без предупреждения войти в зону поражения системы, о присутствии которой ему ничего не говорили электронные приборы.
Сочетание массовости — "Маджид" ведь самая многочисленная система малой дальности в иранском арсенале — с такой распределённой засадной тактикой означало, что угроза была буквально повсюду вдоль нужных коридоров, а не только вокруг самых приоритетных объектов.
Признание на экспортном рынке и программа AD-08
"Маджид" впервые показали публике в 2021 году как разработку Министерства обороны Ирана. С тех пор систему продвигают по всему миру под новым названием AD-08 и выставляют на множестве международных оборонных выставок.
Поставки в Армению сделали её первым зарубежным эксплуатантом системы и обеспечили экспортной программе солидного референс-заказчика. И время тут важно: Армения закупила систему ещё до войны, так что теперь её боевая проверка против MALE-дронов технологически развитых армий — это аргумент для рынка, какого не даст ни один рекламный буклет.
Военный парад в Армении с системами AD-08 по иранской экспортной программе. Армения — первый подтверждённый зарубежный эксплуатант платформы.
Конструкция AD-08 словно создана для экспорта — именно благодаря свойствам, сделавшим её эффективной против израильских и американских дроновых кампаний.
Ей не нужна глубокая интеграция с существующей системой ПВО; она работает от доступного источника питания; её сравнительно просто эксплуатировать и обслуживать; и она закрывает угрозу, с которой сталкиваются многие небольшие армии: MALE-дроны, которыми располагает технологически превосходящий противник.
Боевой послужной список системы не останется незамеченным в оборонных закупочных ведомствах по всему миру.
Министерство обороны Ирана предлагает "Маджид" (AD-08) на экспорт на разных военных выставках.
Более широкая картина
История "Маджида" иллюстрирует закономерность, которая повторялась в каждую эпоху современной войны.
Самую совершенную наступательную систему можно победить не столь же совершенной оборонительной системой, а специально созданным асимметричным ответом, нацеленным на ту единственную зависимость, которую наступательная система не может устранить.
Боевая ценность MALE-дрона держится на одном допущении: что он может барражировать безнаказанно.Он медленный, имеет относительно крупную тепловую сигнатуру и предсказуем в своих схемах полёта, поскольку эти схемы определяются требованиями задачи.
Каждый час, проведённый им над целью, — это час, когда он остаётся для любой пассивной сенсорной системы в радиусе действия постоянным, отслеживаемым источником тепла. "Маджиду" достаточно оказаться в нужном месте, молчать и набраться терпения.
Против передовой военной промышленности сионистского режима и мощнейших в мире ВВС США, действующих вместе с ней, Иран решил стратегическую задачу защиты ракетных сил иначе — не вступив в технологическую гонку.
Это был трезвый анализ того, где кампания противника наиболее уязвима — постоянное воздушное наблюдение, — и вложение в самый дешёвый, самый тихий и самый многочисленный способ его сорвать. Кадры продолжают поступать. Очередная тепловизионная картинка, очередная медленно движущаяся точка, очередная вспышка. Система и стоящая за ней стратегия работают.
Безмолвный страж иранского неба.
Доктрина осознанных ответов
История "Маджида" в конечном счёте о том, что происходит, когда армия с ограниченными, но эффективными ресурсами отказывается принимать те условия боя, которые предпочитает её противник.
Ракетные силы Ирана выжили в двух навязанных войнах против противников, обладавших всеми обычными преимуществами: малозаметными самолётами, спутниковыми сетями, высокоточными боеприпасами, платформами радиоэлектронной борьбы и накопленной разведывательно-наблюдательной инфраструктурой (ISR) всего военного альянса НАТО.
Она выжила потому, что проделала более трудную работу — точно определила, как именно следует использовать слабые места, — и тихо создала систему, предназначенную для одной-единственной цели.
"Маджид" — не чудо-оружие и не дальнобойная система, он не связан в сеть так, чтобы впечатлить оборонных аналитиков, и не попадёт на обложки журналов о будущем воздушного боя.
Это эффективная, недорогая пассивная система, которая выполняет одну задачу с исключительной результативностью. В этой простоте заключена та истина, что стратегическая устойчивость редко заключается в том, чтобы сравняться с противником по возможностям. Она заключается в том, чтобы найти ту единственную нить, потянув за которую можно распустить всю его оперативную концепцию, и создать нечто, специально предназначенное для того, чтобы за неё потянуть.
Иран нашёл эту нить. Воздушные кадры падающих беспилотников — её подпись.
Тегеран, 21 сентября 2026 г. — Командование Корпуса стражей исламской революции (КСИР) опубликовало заявление об очередном успешном перехвате американского беспилотного летательного аппарата. Согласно сообщению, иранские расчёты ПВО сбили БПЛА MQ-1 над стратегически важным Ормузским проливом. В подтверждение своих слов иранские военные продемонстрировали видеозапись, на которой зафиксирован пуск ракеты и последующий взрыв воздушной цели.
Особо подчёркивается, что для уничтожения дрона была задействована новая система противовоздушной обороны, полностью интегрированная в единую национальную сеть ПВО Ирана.
MQ-1B Predator
Этот инцидент проливает свет на серьёзные изменения в тактике ВВС США на Ближневосточном театре военных действий. По данным иранской стороны, Вашингтон был вынужден вернуть в строй списанные беспилотники MQ-1 из-за критических потерь более современных и дорогостоящих аппаратов MQ-9 Reaper. Утверждается, что в ходе продолжающегося конфликта с Ираном было потеряно не менее 45 "Жнецов", что составляет около 25% всего парка этих БПЛА.
В связи с этим иранское командование с иронией комментирует появление в регионе MQ-1 из старых запасов, рассматривая это как признак истощения ресурсов противника.
БПЛА MQ-1 выпускался в двух основных модификациях:
MQ-1B Predator: Этот аппарат был официально снят с вооружения ВВС США и отправлен на консервацию ещё в марте 2018 года. "Хищник" представляет собой относительно лёгкую платформу с размахом крыла 14,8 м и двигателем мощностью 115 л.с. Его крейсерская скорость составляет около 130 км/ч (70 узлов), практический потолок — 7,6 км, а полезная нагрузка — 200 кг. Вооружение состоит из двух ракет класса "воздух-поверхность" AGM-114 Hellfire.
MQ-1C Gray Eagle: В отличие от своего предшественника, "Серый орёл" остаётся на вооружении Армии США. Это более крупный и мощный аппарат: размах крыла — 17 м, максимальная взлётная масса — около 1600 кг. Он развивает скорость до 309 км/ч (167 узлов), может подниматься на высоту до 8,8 км и нести до 500 кг полезной нагрузки, включая четыре ракеты Hellfire.
MQ-1C Gray Eagle
Хотя США десятилетиями использовали дроны семейства MQ-1 в регионе, начиная с кампаний в Афганистане и Ираке, именно в 2026 году их уничтожение иранскими силами ПВО приобрело системный характер. Нынешний случай — уже как минимум третий за последние месяцы. Первый MQ-1 был сбит в мае над Персидским заливом в районе острова Кешм, а следующий — 15 сентября.
Несмотря на предоставленные видеоматериалы, остаётся открытым вопрос о точной модификации сбитого беспилотника. Тегеран утверждает, что был уничтожен именно MQ-1B Predator, что подкрепляет их тезис о возвращении США к использованию устаревшей техники. В то же время, американские военные обозреватели и аналитики склоняются к версии, что был потерян более современный армейский MQ-1C Gray Eagle.
Независимо от модификации, очередной сбитый дрон демонстрирует возросшие возможности иранской системы ПВО и подтверждает, что небо над Персидским заливом становится всё более опасным для американских беспилотных систем.
США с начала конфликта против Ирана потеряли 24 беспилотника MQ-9 Reaper на общую сумму в примерно 720 миллионов долларов, утверждает телеканал CBS со ссылкой на неназванных американских чиновников.
По данным телеканала, США потеряли восемь беспилотников MQ-9 Reaper на Ближнем Востоке с 1 апреля, "доведя общее число утраченных аппаратов в ходе войны с Ираном до 24".
"Потери оцениваются примерно в 720 миллионов долларов. В зависимости от модификации один беспилотник Reaper может стоить около 30 миллионов долларов и более", – отмечает СМИ.
США и Израиль 28 февраля начали наносить удары по объектам на территории Ирана, в том числе по Тегерану, сообщалось о разрушениях и гибели гражданских. Иран осуществлял ответные удары по израильской территории, а также по военным объектам США в регионе Ближнего Востока.
Более подробно потери всех сторон конфликта изложены здесь.
С начала полномасштабного конфликта с Ираном Соединенные Штаты лишились уже 11 ударно-разведывательных беспилотников MQ-9 Reaper. Суммарная стоимость потерянных аппаратов оценивается более чем в 330 миллионов долларов, что наносит серьезный удар по разведывательным возможностям Пентагона в регионе.
Обстоятельства потери беспилотников MQ-9 Reaper
Общая стоимость потерянных 11 дронов MQ-9 Reaper превышает 330 миллионов долларов. По данным CBS News, три таких дрона были сбиты в последние дни, при этом обстоятельства инцидентов расследуются. Один из аппаратов упал в прибрежных водах Ирана, а другой, как сообщили официальные лица, стал жертвой «дружественного огня» со стороны катарских сил в отдельном инциденте. Ранее иранские военные заявили, что системы ПВО страны сбили американский MQ-9 Reaper над провинцией Лорестан. Корпус стражей исламской революции также сообщал о поражении дрона над провинцией Хормозган.
Финансовый ущерб и технические характеристики
Общий ущерб от потери 11 дронов превысил 330 миллионов долларов. Официальные лица США сообщили, что три дрона, сбитые ранее в конфликте, стоили около 90 миллионов долларов. Максимальная скорость этого типа беспилотников составляет около 300 миль в час, что делает их уязвимыми для современных систем ПВО и истребителей.
Удар по инфраструктуре и базе Аль-Дафра
В ходе атаки на авиабазу Аль-Дафра были уничтожены ангары, обслуживавшие беспилотники MQ-9 Reaper. По данным спутниковых снимков и заявлений иранских военных, удар также привел к разрушению радара раннего предупреждения AN/TPY-2, стоимость которого оценивается примерно в 500 миллионов долларов. Уничтожение ремонтной инфраструктуры лишило США возможности обслуживать оставшиеся дроны в регионе. По мнению аналитиков, это наносит удар по разведывательному циклу, лежащему в основе оперативного планирования Центрального командования США на всем Ближнем Востоке.
Три американских беспилотника MQ-9 Reaper были сбиты, сообщили CBS News источники среди американских чиновников. По данным телеканала, один из дронов упал у побережья Ирана. Точное место падения аппаратов неизвестно.
Обстоятельства уничтожения беспилотников и сторона, которая могла их сбить, не уточняются. Источники также сообщили об отдельном инциденте: еще один MQ-9 Reaper в последние дни был уничтожен предположительно «дружественным огнем» со стороны Катара.
2 марта три истребителя F-15E ВВС США потерпели крушение в Кувейте из-за «дружественного огня». В тот же день Корпус стражей исламской революции заявил, что иранские силы уничтожили три американских истребителя.
Военная операция США и Израиля против Ирана началась 28 февраля. После этого Исламская Республика начала наносить удары по Израилю и американским военным базам на Ближнем Востоке.
Стоимость одного MQ-9 Reaper оценивается в 34 млн долларов.
И да - опять возможный дружественный огонь, но уже со стороны Катара? Что ж , как я и говорил ранее: "Не останавливайтесь, продолжайте в том же духе!"
Британское правительство исключило возможность передачи ВСУ ударно-разведывательных беспилотников MQ-9 Reaper американского происхождения, несмотря на то, что ВВС страны официально вывели эту платформу из эксплуатации после 18 лет службы. Министр по делам ветеранов Эл Карнс официально заявил:
Нет никаких планов продавать или передавать Украине БПЛА MQ-9 Reaper.
По его словам, данные беспилотники подлежат утилизации согласно договорным обязательствам по иностранным военным продажам (FMS). Данная отсылка ясно указывает на то, что Британия в этом вопросе связана с контролем со стороны США.
Насколько это зона компетенции министра по делам ветеранов, отдельный вопрос.
Несколько недель назад ВВС страны заявили, что беспилотник Reaper совершил свой последний боевой полёт:
Последняя миссия была выполнена с тяжёлым сердцем, но с огромной гордостью.
MQ-9 был принят на вооружение британской авиации в 2007 году. В командовании отметили, что вклад этой машины был «критически важным для поддержки британских сил и коалиции [в Афганистане]».
После списания MQ-9 Reaper ВВС переходят на MQ-9B Protector, который имеет увеличенную продолжительность полёта и оснащён модернизированными сенсорами.
Украинские обозреватели предположили, что отказ Лондона обусловлен «выработкой ресурса для дальнейшего использования и высокой уязвимостью к современным средствам ПВО», что было продемонстрировано в Йемене.
