Обучил старшего брата Баха и создал фундамент для легенды

Пока современники рубили пафос и хаос в духе северного стиля, Иоганн держал марку южной строгости. С 1681 по 1686 год в Эрфурте он вбивал технику полифонии и дисциплину пальцев в голову юного Иоганна Кристофа Баха. А когда у десятилетнего Иоганна Себастьяна Баха умерли родители, тот переехал к старшему брату и ночами перерисовывал нотные тетради Пахельбеля при свете луны. Без этой строгой методической базы мир банально не получил бы баховского гения контрапункта.

Превратил обычные скрипки в лютни с помощью перетяжки струн

В 1699 году в Нюрнберге выходит партитурный сборник Musikalische Ergötzung, где Пахельбель решил сломать скрипачам привычную жизнь. Он применил технику скордатуры, полностью перекрутив стандартный кварто-квинтовый строй инструментов в шести сюитах. Струны натягивались в терции и кварты, из-за чего деревянный корпус скрипки начинал резонировать от открытых созвучий. Сложные аккорды брались элементарной аппликатурой, а пара смычков внезапно начинала гудеть как тяжелая лютня.

Пережил эпидемию чумы и выковал шедевр из личной трагедии

Осенью 1683 года бубонная чума выкосила тысячи жителей Эрфурта, забрав у композитора первую жену Барбару и грудного сына. Вместо запоя музыкант до конца того же года заперся и выдал нотный сборник Musicalische Sterbens-Gedancken. В основу легли четыре партиты на похоронные гимны, где траур буквально вшит в партитуру. Нисходящие полутоновые шаги и траурная полифония превратили личный ад автора в идеальное акустическое воплощение богословской покорности судьбе.

Заменил библейский хор машиной из девяноста пяти фуг без единого слова

Служба органистом в церкви Святого Себальда в Нюрнберге с 1695 по 1706 год вылилась в титанический цикл из девяноста пяти Magnificat-фуг. Церковный регламент требовал чередовать пение стихов и игру инструмента, но Пахельбель пошел дальше и выкинул текст из четных строф. Орган брал всю смысловую нагрузку на себя: композитор раскидал девяносто пять лаконичных инструментальных фуг по восьми церковным ладам, пока прихожане и клирики молча дочитывали пропущенные фразы про себя.

Заключил первый в истории трудовой контракт без права на импровизацию

Девятнадцатого июня 1678 года начальство Предигеркирхе в Эрфурте выдало музыканту трудовой договор с жестким регламентом. Годовой наем с уведомлением за полгода отрезал любые попытки выпендриться за органом. Церковники юридически забанили «свободные фантазии» и произвольные модуляции перед гимнами, обязав строго вести исходный напев cantus firmus. Прихожане просто хотели петь без нервного тика и попадать в ноты, а не слушать дикие запилы местного виртуоза.

Внедрил южнонемецкую полифонию прямо в лютеранскую службу

С 1673 по 1677 год молодой протестант умудрялся спокойно занимать пост помощника органиста в главном католическом соборе Святого Стефана в имперской Вене. Работая под боком у мастера Иоганна Каспара Керля в разгар контрреформации, он жадно впитывал итальянские колоратуры и синкопы. Позже он скрестил этот пестрый католический арсенал с сухой немецкой протестантской практикой. Так родилась пахельбелевская прелюдия: фуга по мотивам первой фразы гимна плавно переходит в строгий хорал.

Отшил английскую корону и немецких князей ради дома

В сентябре 1692 года французские войска Людовика XIV вторглись в регион, вынудив музыканта спешно бросить Штутгарт. Беглеца тут же завалили офферами: звали придворным музыкантом в Оксфорд и приглашали на службу к герцогине в Эйзенах. Пахельбель проигнорировал статусную работу за рубежом и в 1695 году ушел в родной Нюрнберг. Городской совет настолько боялся упустить мэтра, что спецдекретом отменил публичный открытый конкурс и выписал ему пожизненный оклад из казны без лишней возни.

Кто следующий? Майкл Джексон? Петр Чайковский? Сергей Жуков?

Разберем кратко нюансы эпох

Барокко - это XVII век. Оно возникло в Италии после Тридентского собора - это когда католическая церковь решила, что общество стало слишком светским и настала пора возвращать паству. Решено было воздействовать на людей не сухими догматами, а зрелищем! Картины должны бить в сердце, потолки уносить зрителя в небо, скульптуры - заставлять плакать. Барокко - это эмоция, масштаб, движение, контраст. Большая драма во всём и цель его воззвать к совести и раскаянию.

Рококо - это уже XVIII век, примерно с 1720 по 1780 годы. Родилось во Франции, в эпоху регентства и Людовика XV. Аристократия устала от тяжёлой королевской помпы Людовика XIV и от религиозности в искусстве. Хотелось чего-то лёгкого и романтичного.

Получается, разница между барокко и рококо - это разница между большой барочной церковью и маленьким светским миром или как тогда говорили "светским салоном".

А теперь разберем на двух картинах.

Картина 1. Барокко: Рубенс. «Похищение дочерей Левкиппа»

Питер Пауль Рубенс пишет эту картину около 1618 года, в Антверпене. Сюжет античный: близнецы Кастор и Полидевк похищают двух дочерей царя Левкиппа, чтобы взять их в жёны.

Что зритель видит сразу. Четыре крупные фигуры почти во весь холст. Сильные мужские торсы, мощные женские тела. Две лошади на дыбах. Облака бегут по небу. Все движутся одновременно: руки тянутся, ноги напряжены, ткани развеваются.

Это и есть барокко в чистом виде.

Композиция построена на пересекающихся диагоналях. Если мысленно провести линии через тела похитителей и похищаемых, они образуют косой крест. Это специальный приём. Барочные художники почти никогда не строили композицию на спокойной горизонтали или вертикали. Им нужна была динамика.

Свет тоже работает на драму. Тела похищаемых ярко освещены. Лица похитителей чуть в тени. Кони почти чёрные. Это контраст, который кричит зрителю: «смотри, тут происходит насилие, тут борьба, тут страсть».

Цвета богатые, плотные. Тёплые оттенки кожи. Красная ткань на земле словно кровь. Синее небо за облаками. Каждый цвет насыщенный, как звук органа в соборе.

И главное - масштаб тел. Это не аристократы и не светские персонажи. Это античные герои с мускулами, и у женщин тела не худенькие, а полные, могучие, «рубенсовские». Барокко вообще любит крупные тела, потому что крупное тело несёт большой эмоциональный заряд. Маленькую фигуру не уместишь в драму.

Сюжет, на минуточку, страшный. Похищение силой, против воли, скорее всего с последующим насилием. Но Рубенс пишет это как великолепный апофеоз, как героический эпизод античного мифа. Никакого осуждения. Барокко не осуждает - оно гремит и трубит.

И ещё одна деталь, которая часто проскакивает мимо взгляда. У Рубенса нет ни одного спокойного места на холсте. Ни одного. Куда ни ткни пальцем - всё движется, тянется, рвётся, разворачивается. Это барочный принцип «horror vacui» - «боязнь пустоты». Барочный художник заполнял каждый сантиметр холста действием. Спокойные пустые места считались признаком слабой композиции. Рококо, как мы увидим дальше, относится к пустоте противоположно - оставляет её, любит и использует.

Картина 2. Рококо: Фрагонар. «Качели»

Жан-Оноре Фрагонар пишет эту картину в 1767 году, во Франции. Заказчик - барон де Сен-Жюльен, который захотел изобразить себя и свою любовницу в неоднозначной сцене.

Что зритель видит. Молодая женщина в розовом платье качается на качелях. Снизу, в кустах, лежит молодой человек и смотрит прямо ей под юбку. Сзади, на качелях, она держится за верёвки. Чуть в стороне в тени стоит немолодой мужчина (по сюжету - её муж или духовник, который тянет ее к себе веревками). С туфельки молодой женщины слетает розовая туфля - летит в воздух к ангелу из мрамора.

Это и есть рококо в чистом виде.

Композиция мягкая, ажурная. Никаких диагональных пересечений. Никаких пирамид и крестов. Всё построено по плавной кривой - линия качелей, линия деревьев, линия облаков. Это вместо барочной динамики - лёгкое колыхание, движение туда-сюда.

Свет рассеянный, мягкий. Никакого барочного контраста чёрного и белого. Тени светлые. Освещение похоже на летнее утро после дождя - серебристое, влажное, всё в полутонах.

Цвета пастельные. Розовый, голубой, бледно-зелёный, кремовый. Никаких насыщенных красных и синих. Никакой драмы в палитре. Это цвета лент в женской причёске.

Размер тел и масштаб сюжета совсем не барочный. Женщина не богиня и не героиня, а светская дама, флиртующая в саду. У неё тонкие руки, узкая талия, лёгкое платье. Никаких мускулов, никакого мощного тела. Рококо вообще любит хрупкость и миниатюрность.

И самое главное отличие - тон. Барокко серьёзно даже в ужасе. Рококо несерьёзно даже в важных моментах. «Качели» - это шутка, скабрезная, кокетливая, для своих. Барон, заказавший картину, понимал, что выглядит на ней не очень благородно. Но ему именно это и нравилось - лёгкость, игра, фривольность.

Обратите внимание на пустоту в верхней части холста. Небо у Фрагонара занимает почти треть картины - мягкое, серебристое, без всякого действия. У Рубенса небо было бы заполнено облаками, ангелами или светилами. У Фрагонара - почти пусто. Это и есть рококо: оно любит пустоту, потому что пустота даёт ощущение лёгкости. Каждый сантиметр заполнения утяжелял бы сцену, а ей нужна именно лёгкость.

И ещё интересная деталь. Размер самой картины. «Похищение дочерей Левкиппа» Рубенса - больше двух метров высотой. Это картина для большого зала, для огромной стены, для коллективного впечатления. «Качели» Фрагонара - 81 на 64 сантиметра. Это картина для маленькой комнаты, для уютного будуара, для рассматривания вблизи в одиночку. Сами размеры говорят о том, для кого писалось.

Чек-лист: как отличить за 10 секунд

Подведём итог. Когда смотрите на картину XVII–XVIII века и сомневаетесь — барокко это или рококо, — пройдитесь глазами по пяти точкам.

1. Размер тел. Большие, мощные, мускулистые - барокко. Маленькие, изящные, хрупкие - рококо.

2. Композиция. Диагонали, пересечения, треугольники, движение - барокко. Плавные кривые, ажурные линии, мягкие очертания - рококо.

3. Цвет. Насыщенные плотные тона, контраст света и тени - барокко. Пастельные приглушённые тона, мягкие переходы - рококо.

4. Сюжет. Религия, мифы, героика, страсть, мученичество - барокко. Флирт, прогулки, развлечения, маленькие сценки в саду или будуаре - рококо.

5. Тон. Серьёзно и патетично, даже в трагическом - барокко. Несерьёзно и кокетливо, даже в важном — рококо.

Есть художники, у которых границу провести трудно. Поздний Тьеполо - он и барочен, и рокаен одновременно. Венецианцы XVIII века - тоже на стыке. Но это уже исключения. С большинством картин чек-лист сработает.

---

Барокко и рококо - это не про красоту. Это про эпохи. Барокко - век, когда людям нужна была большая эмоция. Рококо - век, когда людям захотелось лёгкости и игры. Картины отражают то, чего хотели заказчики. А заказчики хотели то, что им позволяло время.

И теперь, когда вы увидите в музее раздел «XVII век» и рядом «XVIII век», вы будете уже как человек, который понимает, на что именно смотрит.

А какая эпоха вам ближе по характеру - громкое барокко или лёгкое рококо? Любопытно, что выбирают разные люди.

Подписывайтесь на канал в ДЗЕНЕ MD Art Guide. Вечером отправимся в шторм с Тёрнером - самой странной поездкой в истории живописи.

ИСТОЧНИК: https://dzen.ru/id/697b0b890aeeb92c5450df2b?tab=articles