В духовной практике Рамакришны переломным моментом стала Шодаши‑пуджа 1872 года, когда он поклонялся Сараде Деви. Это завершило его двенадцатилетнюю садхану: после обряда Рамакришна отказался от формальных ритуалов, символически «сдав» чётки и плоды практик к стопам Матери.

Но почитание Шодаши (Трипура Сундари) продолжалось прежде всего в праздновании полнолуний, значимых для тантрической традиции. Так, в Дол Пурниму (полнолуние Холи, день рождения Шри Чайтаньи) звучали киртаны, люди радостно обсыпали друг друга краской — для последователей это было продолжением божественной игры. В Коджагари Пурниму (осеннее полнолуние, ночь Лакшми) Рамакришна призывал учеников бодрствовать до рассвета: они медитировали или играли в кости, превращая ночное бдение в духовный опыт.

Хотя Шодаши‑пуджа более не повторялась, Рамакришна продолжал совершать Кумари‑пуджу — поклонение девственницам как земному проявлению Шодаши. Однажды в Бенаресе он увидел маленькую девочку и, впав в самадхи, стал кормить её сладостями, почитая как Мать. Позже Вивекананда возродил эту традицию в Белурматхе во время Дурга‑пуджи — она жива и сегодня, напоминая, что Божественная Мать пребывает в человеческом облике.

В годы обучения у Бхайрави Брахмани (1861–1863) Рамакришна освоил все 64 тантры, включая ритуалы, традиционно требующие участия женщины‑партнёра. Но он исполнял их, сохраняя сознание ребёнка, без физического соития. Для него любая женщина была проявлением Матери Шодаши. Известен случай, когда его привели в дом терпимости — вместо вожделения он узрел в женщинах Ананда‑майю (Блаженную Матерь), впал в самадхи и восклицал: «Ма! Ма!». Устыдившиеся женщины пали к его ногам — так в самых «нечистых» условиях свершилось спонтанное поклонение Богине.