Милая автор, искренне рада, что Вас не коснулась депрессуха. Вы говорите, что когда есть кого любить, не до депрессии. Что ж.. Поймите, все мы разные по психоэмоциональному уровню, по уровню восприятия жизни. Поэтому, поэтому каждая женщина переживает роды и последующую жизнь по-своему, по разному.
Вот, на своём примере попробую пояснить. Беременность моя была желанная, хоть и протекала тяжело с токсикозом в 1 и 3 триместре, с дважды угрозой выкидыша, с больницей, с капельницей и адским запором и, как следствие, адским же геморроем. Должны меня были кесарить планово, но что-то пошло не так и вместо планового получилось экстренное кесарево. Повезло, что не под общим наркозом, отходила легче и быстрее.
До родов я сидела на мамских (и откровенно ебанутых, и адекватных) форумах, начиталась литературы всякой правильной. Рядом была мама моя, мои тётки, опытные подруги. Я была подготовлена. Ну, вот, вынули из меня это орущее чудо, показали, умилились, удивились весу и росту при моих скромных параметрах, позже принесли в реанимацию и приложили к груди. Стоит рядом акушерка, подсказывает что делать, умиляется "смотри какой сынок у тебя хороший", а я ничего не чувствую. Нет, вру, первая мысль была "а можно все вернуть назад? Что я теперь делать буду с ним и как мне дальше жить? Зачем я в это ввязалась?" Унесли его, а я в ступоре. Нахрена мне все это? Благо лежали потом раздельно, детей привозили на кормежку. Мы хотя бы с девчонками спали ночами. В палате нас было пятеро, трое - первородки. И только у одной из нас, первородки, сразу тёплые чувства к дочери. А мы с девчонкой дпугой в коридоре шушукались "а не поспешили ли мы с этим материнством". Хотя на тот момент нам обеим было уже по 28 годиков. Девчонка, у которой это были вторые роды, заметила наши переживания, успокаивала, мол не сразу, так бывает, не вините себя не циклитесь, все будет. В общем, к выписке у меня прибавилось ещё одно чувство - "как же ты меня заебали, сынок!" А все потому, что мой орал, поест, орёт, поспит, орёт. Только надо на руках столбиком его таскать. А швы ещё не сняты, а тут мастит приключился ибо ел он немного, и приносили их по режиму. Думала дома по-другому будет. А вот, хер там плавал, дома ещё мама подключилась "не так пеленаю, не так кормлю, не так купаб, не так играю". Епрст, тут я уже реально задумалась. С каждым днем все чудесатее было. А тут ещё муж, в то время ещё законный, с радости пить начал. У него, видите ли, сын родился.
Начался процесс развода. Мать загремела в больницу на операцию, серьёзную, требующую послеоперационного ухода. А малый орёт, колбасится до часу ночи. То живот (врачи как один: "не переживай, через 3,6, 7, 9 месяцев пройдёт"), то зубы полезли. Блять, я думала, в окно выйду. Муж - аватар, да ещё и агрессивный, мама в реанимации, тётки, сестры, подруги как-то сразу решили не вмешиваться. И я с ребёнком одна. Где-то к его 5 месяцам я вместо любви чувствовала ненависть к нему. И ненависть к себе. И ненависть ко всему миру. Меня все бесило, меня все бесили. И вот случай, значит, лежит сын в коляске, накормлен, напоен, умыт и сух, грызёт прорезыватель, потом резко начинает ныть, орать, я его укачиваю и понимаю, что-то не то. А я коляску так хуярила, что у меня ребёнок в ней подпрыгивал, как я его не ушатала не знаю. В этот день мама была у меня. Я опомнилась, когда моя маленькая мама, ещё не восстановившаяся после операции сильно - сильно меня обнимает и приговаривает "доченька, пойдём, детка, я тебе чайку сделаю". Смотрю, в коляске никого, на мой немой вопрос мама говорит, что он спит, я его уложила. А я не слышу ребёнка. И так мне по-херу все стало. Думаю, да и насрать. А потом я вырубилась. Просыпаюсь, сын рядом под сиськой спит. Маман в другой комнате спит. Дома тихо. Оказалось, мама прилетела на стук коляски, я так сильно её качала, что колеса подпрыгивал по полу, выхватила малого, унесла в кроватку, включила ему мобиль. Он уже не орал, просто ныл. Меня она отвела, чаем напоила, уложила. А потом и с внуком занялась: смесь, прикорм, ванна, на ручках, а он угомонился и уснул. А я этого нмчего не помнила. Меня очень сильно накрыло. Маман вызвонила врача - педиатра, они знакомы были, та принесла таблеточки, все равно грудью не кормила я уже, пропила я три месяца эти таблеточки, мама переехала на время к нам. Помогла с сыном, разгрузила меня. Я развелась, вдохнула чистого воздуха и свободы. И к 9 месяцам сына, глядя как он пищалку от какой-то игрушки засунул в рот и пищал, хлопая ладошками в такт, до меня дошло, что это - моя частичка, это - моя жизнь, что я его мама, а он мой сынок! Поняла как сильно я его люблю, как мне с ним интересно, какой он забавный, как он меня любит (прям как в фильме "как я тебя люблю, как ты меня любишь, какие дети у нас хорошие"). И небо - то ясное и голубое, и солнце яркое и теплое, и подружки у меня прикольные, оказывается, и помогают они мне, и рядом всегда, только я их раньше не слышала и не воспринимала. И мамка у меня самая лучшая! А главное я сына своего люблю, очень! А все потому, что депрессуху лечить надо было сразу. Всего-то три месяца медикаментозного лечения и я как новенькая. Так что, милая автор, кого-то накрывает депрессия, кого-то обходит стороной. Не надо всех под одну гребёнку, повторюсь, все мы разные.
